— Сейчас сама увидишь, — ушёл он от прямого ответа. — Где здесь спальня?
— Пойдём покажу. Господские комнаты на втором этаже. Тебе выделили те, которые занимал Ойген.
Хельга взяла стоявший на полу фонарь, и они поднялись по лестнице на второй этаж. Нужная спальня находилась в конце длинного коридора. Она была достаточно просторной, чтобы вместить огромную кровать, на которой могли выспаться три пары.
— Как мне хорошо, — сказала Хельга, когда закончили заниматься любовью, — но безумно жаль, что ты не любишь и всё это только на время, иначе я давно сняла бы свой амулет.
— Хочешь ребёнка? — спросил Клод.
— От тебя — хочу. Только какая у него будет судьба без отца? Мой титул не передастся по наследству и умрёт вместе со мной, а какая радость носить опозоренное родовое имя? К тому же к бастардам повсеместно относятся с презрением. Детей нужно рожать не для себя, и я пока не могу себе это позволить. Давай спать, а то завтра заснём в седле.
Утром торопились с выездом, поэтому Клод толком не посмотрел дом. Быстро позавтракали, взяли с собой Эвальда и в сопровождении Власа выехали за ворота. Слуга должен был проводить короткой дорогой к нужному выезду из города и вернуться. На этот раз пришлось ехать рысью, потому что, несмотря на раннее утро, на городских улицах было много карет и экипажей, а в районе рынка надолго остановились из-за крестьянских возов.
— А если объехать их по тротуару? — спросил Клод.
— Нельзя, господин барон, — помотал головой слуга. — За такие объезды отбирают лошадей, невзирая на лица. Осенью так ссадили с коня герцога Радгера. Коня потом вернули, но разговоров было... У нас это разрешают только императорским курьерам и людям графа Бекера, когда они при исполнении. Подождём, дорогу скоро освободят.
Выезжали не там, где вчера была свара со стражниками, а через другие ворота. Дорога не была свободной, но отдельные возы и экипажи не сильно мешали. Стражники и на выезде проверили документы, но то ли их впечатлила печать графа Бекера, то ли они уже прослышали о вчерашнем конфузе своих товарищей, но к Хельге цепляться не стали.
— Эти проверки из-за заговора, — сказала она Клоду. — Наверное, кого-то ищут. Обычно дворян не проверяют. Давай поспешим, а то меня не отпускает тревога.
Они три часа двигались по тракту, переходя с рыси в галоп там, где было место для скачки. После этого Хельга свернула на съезд. Дорога до замка тоже была замощена камнем, но не тёсаным, а обычными булыжниками. Замок впечатлял. Крепостная стена в четыре человеческих роста, не округлая, как обычно строили в Вирене, а в форме квадрата с четырьмя башнями в углах. Сам замок был массивным мрачным сооружением в два этажа с высокими башнями. Помимо замка во дворе были конюшня с кузницей и ещё какие-то хозяйственные постройки. Ворота оказались открытыми, и в них не было положенной стражи, но когда Клод с Хельгой въехали во двор, из ближайшего входа в замок вышел высокий богато одетый мужчина, который жестом приказал им остановиться.
— Кто вы, господа? — спросил он, подойдя ближе. — И с какой целью приехали в мой замок?
— Увы, этот замок вам не принадлежит, — сказал ему Клод. — Вот его истинная владелица. Такова воля императора. А для вас канцлер подберёт что-нибудь другое.
— Вы бредите! — сердито сказал дворянин. — Этот замок мой, и мне уже оформили на него документы! Убирайтесь, пока я не приказал выбросить вас вон!
— Попробуйте, — спокойно предложил юноша, хотя его разозлили слова и тон, которым они были сказаны. — Согласно кодексу я имею право пустить в ход магию. Замок при этом уцелеет, а вот вы — вряд ли.
— В замке находится маг графа Бекера, пусть он с вами и разбирается! — разозлился дворянин. — Не хотите убраться по-хорошему, пусть будет по-плохому!
Он развернулся и ушёл в замок, с силой хлопнув дверью. Клод спешился, отдал повод коня Эвальду и достал из сумки нужную грамоту, заодно прицепив к одежде знак с собакой. Долго ждать не пришлось: не прошло и нескольких минут, как из той же двери появился маг, за которым следовали трое вооружённых мужчин.
— Вы претендуете на этот замок? — спросил он Клода.
— Не я, — ответил он. — Его хозяйка графиня Хельга Альтгард!
После этих слов на них уставились стволы пистолей сопровождавших мага головорезов.
— Приструните своих псов! — сказал юноша, протягивая магу грамоту. — И прочитайте это. Надеюсь, вам достаточно подписей императора и вашего графа? Не хотелось бы вас здесь жечь.
— Уберите оружие! — сказал маг, прочитав грамоту. — Всё правильно, хотя вы удивили меня этой бумагой. Торик, скажи барону, что ему и его людям нужно срочно покинуть замок. Произошла ошибка, но её наверняка исправят в столице, и он не останется без замка. А вам, господин, нужно следить за своими словами и за тем, кому вы угрожаете, иначе наживёте неприятности.
Глава 28
— Здравствуй, мама! — воскликнула Хельга, бросившись к сидевшей в кресле женщине.
На вид матери было лет сорок, и никакой красоты, кроме хорошей фигуры, Клод в ней не увидел. А вот стоявшая рядом с ней девушка лет семнадцати была такой же красивой, как и её старшая сестра. Видимо, дочери унаследовали красоту от отца. Сестру, в отличие от матери, возвращение Хельги обрадовало.
— Зачем ты явилась? — спросила мать. — Замок нам не принадлежит, а самое ценное из него забрали. Нас хотят отправить куда-то на запад. Сказали, что сохранят дворянство и позволят собирать аренду с жителей небольшой деревни. С голоду не умрём и не придётся побираться. Я как-нибудь своё доживу, но жизнь Софи будет загублена! Неужели ты не нашла ничего лучше, чем присоединиться к нам?
— Хорошо же ты меня встретила! — отпрянула Хельга от матери. — Боишься, что я тебя объем? Я поругалась с отцом, но сохранила любовь к тебе!
— Зачем мне твоя любовь? Была бы ты умной и слушалась отца, давно вышла бы замуж и могла помочь сестре! А теперь ты заберёшь у неё последнее! Кто этот господин? Стоит ли ему слушать наши разговоры?
— Это мой самый лучший друг, — холодно сказала дочь. — Ему я обязана всем. Познакомьтесь, это барон Клод Шефер из Вирены!
— Виренец! — брезгливо скривила лицо мать. — Впрочем, чего от тебя ещё ожидать!
— Да виренец, — кивнула Хельга, — и самый дорогой для меня человек! Он дал мне больше, чем вы!
— Я дала тебе жизнь.
— Он тоже дал жизнь, после того как меня убили, и дарит мне любовь, которой у тебя для меня не осталось! Именно из-за него император сохранил мне графский титул и подарил этот замок! Да, он теперь мой, как и право в течение десяти лет собирать аренду с трёх деревень, а это шестьсот дворов! Я хотела всё отдать вам, но теперь решила, что это глупый поступок. Найму управляющего, а вам предоставлю право здесь жить. Как-никак родственники. Пойдём, Клод, я покажу замок.
— Не огорчайся, — сказал он, когда вышли из покоев бывшей графини. — Она слишком много потеряла.
— Она была во всём покорна отцу и переняла его отношение ко мне! — возразила Хельга. — Если когда-то меня любила, эта любовь в прошлом.
— Сестра тебе обрадовалась.
— Софи замечательная девушка, но она слишком молода и неопытна, чтобы можно было хоть что-то доверить! И она не выйдет из воли матери, а мать перестала быть для меня родным человеком. Сестре я помогу. Клод, мой отец очень предусмотрительный человек. У семьи было три десятка деревень, дававших большой доход. Много денег хранилось в императорском банке, но были они и дома.
— Скорее всего, их забрали при аресте. Я не вижу даже гобеленов. Неужели вы так жили?
— Всё у нас было! — сердито ответила Хельга. — Замок обобрали люди графа Бекера, потому что тому барону не было смысла в грабеже. Казну тоже выгребли, но я говорила не о ней. У отца есть тайник... В семье о нём не знают, а он наверняка не успел сказать, иначе мать так себя не вела бы.
— А ты откуда знаешь?
— Я была у отца любимицей и по повадкам не отличалась от мальчишки. А в пять лет от меня вообще ничего не скрывали. На такую мелюзгу обычно не обращают внимания, а я всё запомнила. Давай проверим? Если там что-то есть, вернём золото Мануэле.
— Давай, — согласился он. — Вдруг там гора золота? Я в детстве мечтал найти клад. Куда пойдём?
— Иди за мной. Отцовы покои рядом с комнатами матери.
Хельга открыла дверь в большую гостиную и повела Клода через неё в кабинет.
— Забрали даже зеркала! — сердито сказала она. — И часов нет. Они висели на этой стене. Когда была маленькой, любила смотреть, как качается маятник. Заходи в кабинет. Книг тоже нет! Подойди к камину и возьмись руками за этот шар. Взялся? А теперь дави на него изо всех сил, а я буду давить на свой!
— А почему тайник под камином? — спросил Клод, вытаскивая из открывшейся ниши один из мешочков. — Там же горячо.
— Потому, что там никто не станет искать. Жар идёт вверх, а тайник внизу, да и топили редко. Сколько здесь?
— В этом кошеле две сотни монет, — прикинул он, — а кошелей около сотни. Ты у нас богаче Мануэлы, а я по сравнению с вами вообще нищий.
— Тебе нужно только захотеть, — сказала она, положив юноше руки на плечи, — замок, золото и я сама — всё станет твоим навсегда!
— Давай поговорим об этом потом? Сколько ты возьмёшь золота?
— Доставай десять кошелей, — решила Хельга. — Мне нужно хоть как-то утвердиться в обществе. Это и с золотом нелегко, а без него не стоит и браться. Здесь есть две сумки, давай разложим в них. Поднимешь?
— Тяжеловато, — сказал Клод, подняв тяжёлые сумки. — Как мы его закроем?
— Это легко. Поворачиваешь любой шар, и всё само становится на место. Пойдём в казармы. Нужно посмотреть, кто в них остался.
Как выяснилось, остались все стражники, включая их капитана. При появлении Клода с Хельгой они быстро собрались вокруг графини.
— Почему никого нет на воротах? — спросила она у капитана. — Куда вы смотрите, Юрген?
— Замок вам не принадлежит, — ответил капитан. — Мы приносили клятву верности графам Альтгард, но никого из них больше нет, а новый хозяин замка с нами ещё ни о чём не говорил.
— И не будет говорить по той причине, что замок принадлежит не ему, а мне, — сказала Хельга, показывая ему грамоту. — Читай для всех!.. Слышали? Хочет кто-нибудь из вас мне служить?
— Мы готовы, графиня, — поклонился Юрген. — Хотелось бы только узнать, когда нам заплатят.
— Сколько вам задолжали? — спросила она.
— Около пятидесяти золотых, — ответил капитан. — Граф не успел расплатиться, а у вашей матери нет денег. Половина слуг уже разбежалась, остальные ждут, надеясь на то, что их наймёт барон.
— Сейчас я верну долг и заплачу вам за месяц вперёд, — сказала Хельга, переждала радостные крики и продолжила. — Юрген, пошлите кого-нибудь за Вельфом. Скажите, что я хочу сделать его управляющим. И заодно, когда поедут в деревню, пусть передадут, что хозяева ждут сбежавших слуг и готовы оплатить всё, что задолжали. Пусть пригонят сюда пару возов с продовольствием. Сейчас плачу я, а потом это будет заботой управляющего.
С час они рассчитывались сначала со стражей, а потом со слугами. После этого замок стал оживать. Заступили на службу стражники, разожгли печи на кухне, и повара начали готовить обед. Вскоре прибыл и будущий управляющий на одном из двух возов с продуктами.
— Рад, что замок остаётся в вашей семье, — поклонившись, сказал он Хельге. — Готов служить верой и правдой. Только к вам просьба, госпожа. Нужно снять копию с вашей грамоты и заверить её в магистрате. Без этого мне трудно на вас работать!
— Сделаю и с кем-нибудь пришлю, — пообещала она. — Возьми этот кошель. В нём двести золотых. На первое время должно хватить, а остальные расходы пойдут за счёт аренды. Пока я остановилась в столичном доме графов Ургель.
Они собрались уезжать, но пришлось немного задержаться из-за Софи. Она подстерегла сестру у выхода из замка и сказала со слезами на глазах:
— У тебя нашлись слова для матери, которая тебя оскорбила, и ни одного слова для меня, хотя я не сделала тебе ничего плохого! А я так обрадовалась твоему приезду! Скажи, в чём моя вина?
— Ну что ты, сестра! — сказала Хельга, обняв девушку. — Ты ни в чём не виновата. Знай, что я помогу тебе всем, что в моих силах. Тебе, но не ей. А она пусть доживает в этом замке. Я ещё приеду сюда и постараюсь взять тебя в столицу, пока я там толком не осмотрелась. Перестань реветь, а то появятся морщины!
— Ты правда умирала? — справившись с плачем, спросила Софи. — Барон, вы просто чудо! Извините нас за злые слова матери. Она сильно изменилась после ареста отца и брата. Вся доброта вдруг куда-то исчезла, а то, что у неё осталось, вы видели.
Девушка проводила их до ворот и махала рукой, пока стражники не закрыли створки.
— Поездка получилась не такой, как я думала, но сделала всё, что хотела, — сказала Хельга. — Мы рано приедем, не хочешь, чтобы я показала столицу? Это ночью я могу в ней заблудиться, а днём езжу нормально.
— Сегодня не получится, — с сожалением ответил Клод. — Мне нужно навестить графа Бекера. В какой-нибудь другой день можно съездить. Только лучше нанять экипаж, и пусть нас повсюду возит кучер, а ты будешь обо всём рассказывать. Когда приедем, нужно узнать, какие планы у Мануэлы. И ещё пошьём одежду полегче. Я в этой коже от жары уже начал вонять. Из всего вырос, с трудом могу надеть только наряд, который пошили в Альфере для приёмов. Лето только началось, а уже так жарко, как у нас никогда не было.
— Будет ещё жарче. Самая жара у нас в середине третьего месяца лета. Днём на улицу почти не выходят, и дела делают рано утром или после захода солнца. Мы часто с утра на весь день уезжали на море. Там тоже жарко, но можно не вылезать из воды, и почти всегда дует ветер.
— А я никогда не видел ни моря, ни кораблей, только о них читал. В школе один герцог мечтал о вашем юге. Там, говорил, тепло, корабли и много женщин! Как стану самостоятельным, сразу же туда сбегу! Его бы в это пекло.
— А сколько лет было твоему герцогу? — смеясь, спросила она. — Наверное, не больше, чем тебе?
— На два года меньше, — ответил Клод. — Обычно люди мечтают о том, чего у них нет. У севера своя прелесть, но тепла не хватает. Море есть, но не в Вирене, а у северных соседей. Говорят, что вода в нём круглый год такая холодная, что нет возможности терпеть. Если корабль идёт на дно, экипаж сразу тонет. Я часто думаю о друзьях. Смогут ли они сюда добраться и найти меня?