Дэйв рассеянно кивнул: — Не буду играть ложную скромность, я действительно один из лучших дельцов. Мы сумели много выторговать, но насчёт "уделали" я не столь уверен. Мы получим технологии пращи предыдущего поколения...
— Пока у нас никакой рабочей нет, ни прошлой, ни позапрошлой, а денег потрачено немеряно, — перебил брат Барона.
— Это да, — кивнул Дэйв.
— Вас напрягает, что я сказал мы категорически против посадки ресурсных астероидов для Китая?
— Нет, Вас просто сходу поставили на место одной фразой: "Даже интересно, как вы можете не дать нам это сделать?". Мы действительно пока никак не можем им помешать.
— Очень странно, Лорд, что Вы дали предварительное согласие вроде как от всех нас — отдать им Венеру. Вас вроде не уполномачивали делать такие заявления! — хмыкнул братец.
— Они получат контроль над Венерой с нашим согласием или без. Сколько у нас боевых межпланетных станций и ударных катеров? — ехидно усмехнулся Дэйв.
— Они начнут терраформирование Венеры и когда-нибудь могут получить контроль над второй Землёй! — поддержал брата Барон.
— Ключевое слово тут — "могут", особенно в сроки, что это займёт.
— Я не могу понять, — развёл руками, Барон, — зачем им продавать астероиды за уникальные технологии и готовые марсианские города? Они могут всё захватить даром и мы в реальности не можем им помешать.
— Сильный вопрос, Барон, — согласился Дэйв, — он тоже меня беспокоит. Честно говоря, я знаю ответ про марсианские города, но не буду пока его озвучивать, а вот насчёт остального я также теряюсь в догадках как и Вы.
— А может быть это просто секта романтичных придурков? — снова подал голос младший братец, — Они натурально упоротые и никаких других объяснений не надо.
Высокий снисходительно процедил: — Они лучше нас знают человеческую природу и как что работает в обществе голых обезьян. Нас порвали как тузик грелку в недавней возне вокруг Киборга. Могу напомнить, что они сумели перевербовать и вывезти второе лицо из непосредственных координаторов операции. Я даже не знаю как подобное выразить приличными словами. Мы не можем их просчитать и оппоненты имеют решающее информационное преимущество. Мы уже не молоды господа, все устали и пора заканчивать. Благодарю Вас за участие в этой нелёгкой встрече, возможно, она станет исторической. Вы полетите послезавтра раз уж они приглашали? Лично я лечу, если не захотите, пожалуйста, дайте знать не позднее завтрашнего полудня.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
Два лёгких гипера один за другим причалили к пирсу с одиноким гидросамолётом с ещё крутящимися винтами. На берегу бухты пары негров, да ещё маленькая шоколадная фигурка выходила из пенящихся волн прибоя.
Мулаточка лет восьми преветственно помахала рукой группе пяти немолодых мужчин.
— Здравствуй, Любочка! — шедший впереди помахал в ответ, — Как дедушка?
— Дядьтоль, дедушка просил прощения, он занят с человеком примерно на час, это срочное. Просил не звонить, сложный случай.
— Понятно, мы тогда прогуляемся с гостями до бара, — ответил по-английски тот, кого Любочка назвала "Дядьтоль".
— Ага, — ответила девчушка, — в бар, говорят, скоро сам Буру зайдёт.
— Рик, — обрюзгший краснолиций старик с неприятным лицом повернулся к моложавому подтянутому атлету, — тот самый Буру?
— Думаю да, сэр.
— А Вы знаете Буру Безупречного, уважаемый? — удивилась Любочка.
— Не то чтобы особо знаю, довелось сталкиваться по работе, — ничего не значащей улыбнкой ответил атлет.
Девчушка окинула приехавших взгядом, взяла висевшее на молодом кусте морского винограда красное платьице и быстро оделась, красный цвет великолепно подходил к шоколадной коже.
— А кто твой дедушка? — хрипло выпалил брат Барона.
— Настройщик.
— Роботов настраивает?
— Роботов настраивает наладчик, дедушка настраивает людей.
— То есть он психолог?
Мулаточка резко оглянулась: — Если можно, не говорите про него здесь так! Рядом могут оказаться ниггеры или вовсе неуравновешенные и наброситься на Вас!
— Так у вас здесь опасно? — поднял брови Барон.
— Что Вы, уважаемый, нет, конечно, но если так говорить про дедушку, да и вообще про любого настройщика, то те, у кого нет дисциплины, могу потерять над собой контроль.
— В смысле, ниггеры, — неприятно усмехнулся брат барона.
— В общем, да, — кивнула девочка.
— А если про твоего папу скажут, что он — ниггер, — продолжил братец с кривой ухмылкой.
— Мой папа и правда ниггер, — вздохнула девочка.
— Сообразительная и шустрая девчонка, — буркнул Барон по-французски.
— Но никогда нельзя сдаваться, — продолжала Любочка, — мы все верим, что папа сможет измениться, это непросто но возможно. И дедушка в него верит!
— Скажи, милое дитя, — продолжил братец медленно, тоном, которым разговаривают с идиотами, — А разве цвет кожи может измениться если человек, типа, работает над собой? Ну да, — фыркнул он, обращаясь к брату на французском, — "Сообразительная". Дебилка малолетняя!
— При чём здесь цвет кожи, Мой папа — русский.
— Но ты же сказала... ммм... что твой папа это... чёрный! — еле сдержал усмешку Барон.
— Я этого не говорила! Ниггером может быть кто угодно. Было время, когда многие русские стали ниггерами и даже разрушили свою страну. Мой папа очень умный и сильный, но он много пил, распустил себя и стал ниггером, хотя у него большие способности, но дедушка уверен, что он справится! — на хорошем французском ответила девчонка.
— Хм, — слегка смутился Барон, — так ты вполне говоришь по-французки? А какие ещё языки ты знаешь, если мы вдруг решим секретничать?
— Ну, в общем: русский, луба, йоруба, суахили, английский, французский и испанский похуже, китайский и арабский только говорю, писать почти не умею, ещё немного немецкий, хинди, тагалог и итальянский. Я неспособная к языкам, — вздохнула девочка.
— Ничего себе "неспособная", — поднял брови Дэйв, — а кто тогда "способный"?
— Тут много таких, у негров вообще хорошо с языками — музыкальная раса, мама моя способная, на 38 языках говорит.
— Интересно, на скольких языках дедушка тогда говорит? — фыркнул Барон.
— Где-то на тридцати, я точно не знаю, но ему, бывает, даже языки не нужны.
— Так он же с людьми общается, ты просила этой профессии здесь не произносить, — ухмыльнулся братец.
— Я просила не называть его "психологом", потому что тут верят, что психологи ничего не понимают, только людям голову морочат за деньги. Шарлатаны в общем!
— А как твой дедушка работает?
— Дедушка держит человека за руку, ходит с ним смотреть на море, поёт, иногда разговаривает. Он чувствует человека, человек чувствует его и учится настраивать себя правильно.
— Так психолог вроде делает то же самое?
— Психолог ничего сам не умеет! Психолог учит как жить в семье, а сам разведён, учит быть счастливым, а сам несчастен, учит как действовать, а сам не может решиться. Это как ходить под парусом, если вас будет учить человек, который читал это в книгах, то замучаетесь, а если правильный моряк, научитесь самое большое за пару дней, а то и за пару часов.
— В том году было, — продолжала девочка, — Мальчик-китаец хотел убить себя и родные возили его к психологам, психологи взяли много денег и только сделали хуже, мальчик несколько раз пытался убить себя, тогда психологи вообще сказали "никаких гарантий". Тогда привезли мальчика к дедушке и тот за месяц его вылечил!
— Круто и что дальше?
— Один из пришлых был пьяный и стал говорить, что дедушка хороший психолог, а китайцы набросились на него и чуть не убили! Хорошо два правильных нигги оказались рядом!
— А, кто это "правильный нигга"? — милая девочка, — поинтересовался Дэйв.
— Ну... это трудно объяснить, надо с ними пожить рядом, тогда сразу поймёте... Это обычно правильно настроенный негр, араб тоже, индус, да и белый тоже может быть, но так обычно про негров говорят, их проще всего настроить.
— Так что они делают, такие настроенные?
— Живут правильно, всё делают сильно, когда хотят — работают, когда хотят — отдыхают, когда хотят — занимаются любовью или ещё чем.
— А если правильный нигга не захочет работать? — усмехнулся Барон.
— Такого не бывает, — засмеялась девочка, — Вообще не бывает, правильный нигга всегда захочет если нужно, иначе какой же он правильный?
— Ты хочешь сказать, что если что-то неприятно делать, но нужно, то этот правильный сумеет захотеть и будет делать это лучшим образом, хотя ему неприятно?
— Он сильно захочет, но ему будет очень приятно работать и он будет делать это как самое важное дело в жизни. А потом будет также отдыхать и веселиться.
— Что, твой дедушка может настроить любого, чтобы он захотел работать когда надо? — недоверчиво спросил Барон, — вот взять рабочего на фабрике или в офисе, он работает, потому что ему деньги нужны, а так он в гробу видал эту работу.
— Не, настроить можно только свободного человека, раба настроить нельзя. Настроить можно только того, кто этого по-настоящему хочет. А Вы брата приехали лечить? — повернулась она к Барону.
— Почему ты так думаешь?
— К дедушке многие хотят приехать, к нему так просто не попасть, а Вы приехали с дядей Толей, дедушка не может ему отказать. Вы ещё и с товарищем приехали, а он с самим Буру работал!
— Рик с ним воевал, — усмехнулся Барон.
— Ну вообще! — выпучила глаза девочка. — Буру, будет очень рад его увидеть!
— Без сомнения, — иронично кивнул Барон, — Почему ты думаешь, что мой брат болен, милое дитя?
— Он возбудился, когда я вышла из моря. Я кожей чувствовала как он хочет меня, такой у него выброс гормонов. Он — педофил. Хорошо что мама сказала мне одеть платье, если я бегу встречать незнакомых, а то я собиралась купаться, зачем платье таскать? Вы не отчаивайтесь, дедушка обязательно поможет! А Вы работаете где-то? — повернулась она к барону-младшему.
— Слышала про Барона? Я работаю у него в главном офисе, — с трудом выдавил из себя братец.
— Ага, слышала конечно, не повезло Вам, работаете у всяких подонков, от того и крыша поехала! Но там у вас жёстко всё, я слышала, надо зарабатывать на жизнь, видно Вы в ловушку попали, но дедушка Вам поможет, обязательно! Вы тут любовью займётесь со взрослыми женщинами, всё наладится, ну какой может быть секс с такими шмакодявками как я?
— Мы идём в бар, Любочка, — Анатолий заполнил неприятную паузу.
— Вас проводить?
— Проводи, пожалуйста, — лучезарно улыбнулся Дэйв, — с тобой интересно поговорить, тут все такие как ты, прямолинейные и без комплексов?
— А что во мне особенного? Обычная девчонка, не очень красивая, — она вздохнула.
— Ты очень обаятельная, — ободряюще улыбнулся Дэйв, — мы идём? Кстати, что делает этот парень на камне? Это насколько я помню, поза павлина из йоги. Он стоит с тех пор как мы прилетели?
— Вон тот?! — хмыкнула девочка, — как после обеда встал, так и стоит. Ниггер, что с него взять? Думает так заслужишь уважение. Хочет казаться крутым, а все смеются. Он недавно здесь.
— А что делает вон тот? Как будто робот-автомат и давно он так? Человек так долго не выдержит.
— Обычный человек конечно, но он же правильный нигга! — веско, с уважением сказала Любочка, — он не один, у него там несколько роботов, они все настраивают циркуляционные трубы. Когда строят остров на глубине, делают специальную систему, чтобы ил со дна возвращал элементы в круговорот, без этого не будет водорослей, рачков и рыбы. Если посмотрите в океане на глубине рыбы очень мало, это потому что органика и микроэлементы выпадают на дно и почти не возвращаются назад. Ещё воду хорошо насыщать кислородом, а в холодной воде растроримость газа выше.
— Ты это всё знаешь?
— Это все дети тут знают, мы тоже там работаем, не столько как взрослые, конечно.
— Как ты думаешь, вот те два парня, тот в позе на камне выглядит сильнее того правильного, да и силы воли ему явно не занимать, почему его не уважают, настроен не так?
— Потому что он только о себе думает, какой он крутой и чтобы другие видели какой он крутой и восхищались, это не сила воли, это амбиции. А тот второй не о себе думает, а о людях и острове, он делает важное дело и радуется. О себе он тоже думает, но о людях сильнее.
— Почему так мало людей? — поинтересовался Дэйв.
— На этой стороне пока не живут, пока инфраструктура не готова, много ещё работают, в баре некоторые тусуются, у кого смена закончилась.
— Я слышал, что дома строят прямо вместе с островом?
— Не обязательно, тут выращивать будут, это всякое нежилое обычно интегрируют.
— Под этим холмом тоже построено?
— Конечно, туннели, склады, робофабрика, много всего.
— Джунгли и рощица какая-то странная... — вставил слово Барон.
— Это бар, — улыбнулась Любочка, — он живой, вырастили его такой, симбиоз бамбука, пальм, морского винограда, лиан и понгама. Там очень классно внутри, у меня детский садик был такой. Вход там, за лианами, идите за мной.
Внутри бар выглядел декорацией из дорогого фантастического фильма про живую планету. После вечернего, но всё равно субэкваториального солнца внутри казалось темновато. У входа столы и скамьи из живого бамбука, скрещенного с какой-то пальмой почти забиты народом который что-то оживлённо обсуждал, но галдежа не было.
Под прозрачным полом среди подсвеченных кораллов чинно взмахивали плавниками тропические рыбки. Зал в центре с барной стойкой, секциями для парочек и маленьких групп на удивление был едва заполнен. Обычных для баров стоек с множеством бутылок не было, несколько бочек с отходящими к автобармену трубками. Время от времени к автомату с напитками кто-нибудь подходил, выбирал напиток, наливал сколько нужно и шёл за стол. Подсвеченные струи прохладной воды с тихим журчанием били из-под стойки, но, ударяя в прозрачный пол, не рассыпались брызгами, а исчезали в хитро сделанных почти незаметных сложных отверстиях. Романтичным фоном с обрывистого холма в джунлях переливался водопадик.
— Доброго вечера всем! — Любочка поклонилась, — Дядьтоль приехал со своими и привёз к дедушке лечиться человека, он у Барона работал, вот крыша и поехала!
Люди затихли, многие встали и поклонились Анатолию.
— Барон — конченая падаль, — через несколько секунд зло бросил худой негр за крайним столом, — лично бы яйца отрезал этой твари! Ничего, приятель, Квабена поможет, не сомневайся!
— Слыш, бро, — негромко окликнул его накачанный, заросший бородой почти до самых глаз, дочерна загорелый кавказец, — ты за метлой следи, отрезатель, тут дети всё-таки. Гости что про нас подумают? Ты не в Америке в кабаке.
Худой негр потупился и затих. Бородатый, а за ним люди за столом встали, уступая место гостям. Вам принести чего из бара? — спросили сразу двое.
— У нас бы никогда в баре не уступили место, — тихо сказал Дэйв.
— У нас не поймут, как можно не уступить — вы гости, в возрасте, с уважаемым человеком пришли, — ответила Любочка. 'Все знают правила приличия, но выполняют их только спартанцы!' У вас там вообще распущенные до скотского состояния. Их специально такими делают, чтобы было легко управлять такими рабами. Вас Дядьтоль, наверное, сюда привёл чтоб вы хоть на людей посмотрели, а то уже не помните как они выглядят.
