— Давайте говорить на любые темы, кроме женщин, — сказал Сергей шевалье. — Вы слишком циничны, а у меня к ним другое отношение. Как вам видится ход войны?
— Война затянется, — уверенно сказал Джордан. — В этом году никто не добьётся решающего перевеса. Герцогам сильно досталось, поэтому никто из них не станет сейчас враждовать с королём. Сил у нас побольше, чем у Мехала, только их нужно собрать под общим командованием. Конечно, всё может случиться, но я думаю, что успехов у Мехала больше не будет. Завоюет два-три города, а потом его начнут выдавливать обратно. Повоюем года два и разойдёмся. Сил на поход в Сотхем опять не найдут, и лет через двадцать всё повторится, разве что вы, милорд, что-то измените. Вы мыслите не так, как другие. У нас никто не додумался расстреливать армии большим количеством стрелков, укрыв их на защищённых позициях. Ничего сложного в этой мысли нет, но сражения всегда начинались одинаково. Сначала рубиться пехота, а потом побежавших преследует и добивает кавалерия. Не всё так просто, но основная схема такая.
— А почему у вас не используют метательные машины?
— Их используют на кораблях и иногда можно встретить в старых замках. А армии не пользуются из-за большого веса и трудности в транспортировке. А на вашей родине не так?
— На моей родине, Джордан, очень многое не так!
— Странное, должно быть, королевство. У вас, небось, и колдунов нет?
— Можно подумать, что они есть здесь. Сами видели или опять чьи-то рассказы?
— И вы видели, милорд. Помните старика из той деревни, где в последний раз покупали овёс?
— Помню, — ответил Сергей. — Весь седой, а крепкий как бык. И глаза у него какие-то колючие. И в чём заключается его колдовство?
— Этот может лечить взглядом людей и скотину, а есть те, кто может намного больше. Я их не видел, а вот отец встречал. Сами себя они зовут возвышенными, а по-моему, если колдуешь, то кто ты, если не колдун? Смотрите, деревня! Заночуем? По времени вроде пора.
Вернулись поздно вечером на двадцать третий день с начала похода. Первой, кто встретил Сергея, была Лани. Она замерла, словно не веря глазам, а потом с радостным визгом прыгнула ему на грудь, едва не опрокинув на пол.
— Подожди целоваться! — отстранился он. — Не видишь, я грязный. Помоюсь...
Говорить дальше помешал поцелуй Леоры, от которой он оторвался с большим трудом.
— С невестой грязь не мешает целоваться! — ехидно сказала сестра. — Готовь губы, сейчас примчится Белла, она тебя тоже поцелует... по-дружески!
— Как же я соскучился! — сказал он им. — Обнял бы обеих и не отпускал! Но действительно нужно помыться и сменить одежду. Леора, скажи, чтобы мне чего-нибудь собрали поесть, пока буду чиститься.
Сергей сидел уже чистый и ел, а они наперебой рассказывали обо всём, что случилось в его отсутствие.
— Значит, завалила барона? — спросил он у сестры.
— Почти, — сказала она. — Я выкрутила руку, а этот дурак так рванулся, что я улетела, а потом Расмус бинтовал ему руку. Он чуть её не сломал. Кто же так вырывается из захвата?
— Джок узнал, кому вы понадобились?
— Чтобы дядя Джок не узнал! — засмеялась Лани. — Это делалось по заказу Мехала.
— Понятно. А почему "дядя"?
— Это он сам себя так назвал, а мне понравилось. Родственников много не бывает, а он ещё очень хороший человек!
— А ты почему молчишь? — спросил он Леору.
— Не могу насмотреться, — ответила девушка. — Слишком долго тебя не было.
— Ну я побежала! — понятливо сказала сестра и умчалась.
— Куда пойдём? — спросила Леора. — Ко мне или к тебе? Или ты сильно устал?
— Пошли ко мне, — сказал Сергей. — Это ближе, да и запоры у меня покрепче. Это ещё Белла не знает о моём возвращении. Пойдём быстрее, пока её не принесло.
— Я рад, что вы откликнулись на мой призыв и не пожалели времени приехать лично, — сказал герцог Рошти. — Нам с вами есть что обсудить.
— Я не вижу Олена Марди, — сказал герцог Лазони. — Он не приехал?
— Этот идиот решил воспользоваться моментом и заменить короля, — объяснил Рошти. — Пришлось его кое о чём предупредить. Теперь он на меня зол. И сам не приехал, и не прислал никакой помощи.
— Действительно, идиот, — согласился герцог Бенитар. — В такое время затевать свару! У меня есть предложение. Нужно предупредить, что если войска герцогства Марди не встанут рядом с нашими против Мехала, то мы все после окончания войны приложим усилия к тому, чтобы провинция носила другое название.
— Я за это предложение, — согласно кивнул герцог Ингар. — Иначе его не прошибёшь. Война будет трудной, и мы понесём большие потери, а он отсидится в стороне, а потом начнёт устанавливать свои правила. Мы и так потеряли Алехо Парнада и всю его семью. Даже если после войны провинция отойдёт к нашему союзнику, проку от этого будет немного. Мехал уже уничтожил там половину городов, а война только началась.
— Значит, так и решим, — подвёл итог герцог Рошти. — В этом вопросе партия короля нас поддержит. Кстати, его величество обещал прислать большую часть своих полков, но при условии, что мы поклянёмся в храме всех богов, что на время войны будут забыты разногласия. В этом случае придут дружины от Дорейна и Лантара.
— А от Аликсана? — спросил Лазони.
— По моим сведениям, у него слишком мало сил, чтобы с кем-то ими делиться, — сказал Рошти. — Он и так уменьшил силы Мехала на треть. Кстати, Мехал не оставил его своим вниманием. Пленные рассказали, что он отправил в пограничные земли провинции Аликсан две тысячи всадников с приказом сжечь там все деревни. Герцог об этом узнал, устроил ловушку и перебил всю посланную кавалерию. Мехал в ярости, но не может ничего предпринять из-за начала боевых действий.
— Лихо! — оценил Бенитар. — Интересно, откуда у него столько кавалерии? При Олиманте её было мало. Что ещё известно об этом герцоге?
— Это очень интересный молодой человек, которого буря принесла из неведомой страны, — сказал Рошти. — Он меня заинтересовал, поэтому собрал о нём сведения и отправил в Ордаг своих людей. Пока от них нет донесений. Но связь с ним нужна. Если Аликсан воспрепятствует сотхемцам в доставке подкреплений, он сильно облегчит нам жизнь.
— Разве у Мехала есть резервы? — удивился Лазони. — Я думал, что он бросил против нас все силы.
— Так и есть, — подтвердил Рошти. — Пока у него нет возможности получать подкрепления, но я узнал, что в Сотхеме проводят набор десяти полков. Конечно, сразу их не пошлют, с полгода потратят на подготовку, а потом мы задействуем Аликсана. Если он уничтожит эти подкрепления и очистит Парнаду от гарнизонов Мехала, это нам сильно поможет. А если станет на границе и не даст ему уйти...
Глава 21
Прошло двадцать дней. Зима закончилась, и несколько дней бушевали грозы, обновившие грязь на дорогах, но потом начало быстро теплеть и обычные для этого времени ветра на глазах высушили тракты.
Как ни старались обустроить беженцев и предотвратить разбой, избежать этой напасти не удалось. С наступлением тёплого времени из разорённой войной Парнады потянулись разбойничьи ватаги. Ещё не пришло время для купеческих обозов, поэтому и разбоя на дорогах почти не было. Ватажники захватывали деревни, где отъедались и валяли хозяйских жён и дочерей, а потом меняли деревню, напоследок требуя для себя откупа деньгами. Крестьяне терпели, а после слали ходоков к герцогу.
— Большинство разбойников — это вчерашние крестьяне, — говорил своим помощникам Сергей. — Их не пощадила жизнь, и они не будут щадить других. Быстро нам с ними не справиться, но это не значит, что нужно оставлять всё как есть. Скоро по дорогам пойдут купеческие обозы, и купцы предъявят нам с вами счёт.
— Они не посмеют! — сказал Севорж.
— Я понимаю, что не посмеют, и имел в виду не требование возмещения убытков, — сказал Сергей. — Они платят налоги и имеют право на помощь герцога. И мы им эту помощь окажем. Да и крестьян нельзя оставлять на произвол судьбы. Но бросать против разбойников армию — это то же самое, что гоняться за мухой с молотком. Муха улетит, а вы только зря потратите силы. Основное оружие разбойников — это лук, поэтому использование обычных пехотных или конных подразделений чревато потерями, а разбойники скроются в лесах, из которых выйдут, как только мы уйдём. Значит, нужно использовать стрелков.
— Стрелки наша главная ударная сила, — сказал Фар. — Мы не можем оставлять в каждой деревне по отряду.
— Можно поступить по-другому, — предложил Джордан. — Кто страдает от разбойников? Крестьяне и купцы! Вот пусть они с ними и борются, а мы в этом поможем. Чтобы безопасно ездить по дорогам, купцам придётся раскошелиться. Мастера изготовят боевые луки, а мы их купим на деньги купцов и дадим тем крестьянам, которые согласятся на время оставить свои хозяйства на сыновей и малость поохотиться. Конечно, им тоже нужно заплатить.
— Платить мужикам за то, чтобы они сами себя освобождали от напасти? — хмыкнул Фар.
— А вы как думали! — сказал Джордан. — Мужик ленив и вкалывает только на себя и тогда, когда без этого не обойтись. От разбойников не такой уж большой убыток, и жизни они не лишат. Ну раздвинут бабе ноги, так для того она и нужна. Неприятно, конечно, но хуже она после их ухода не станет. А вы хотите вместо привычного труда или лежания на печи заставить его бегать по лесам и подставляться под разбойничьи стрелы. Согнать силой можно, но толку не будет, поэтому придётся платить. И не только платить, им ещё нужно дать своих командиров, которые организуют и покажут, как воевать. А окрестные леса они знают лучше разбойников. Каждый второй в них охотился. Если хотите, я могу этим заняться.
— Так и сделаем, — решил Сергей. — Я договорюсь с купцами, а остальным займётся шевалье. Теперь я хочу поговорить с вами о планах на эту весну. Вопрос к вам, Парман. Сколько бойцов в конных отрядах, которые патрулируют тракт между городами, занятыми гарнизонами Мехала?
— Мы видели три таких отряда, — ответил шевалье. — В каждом было примерно две сотни всадников.
— А как сотхемцы различают, кто подошёл к городским воротам? Ведь вместо патрульного отряда может подойти и вражеский.
— Так видно по одежде. И броня у них немного другая, да и сбруя у лошадей.
— Значит, только по внешнему виду? — уточнил Сергей.
— Может выдать разговор, — сказал Парман, уже понявший, к чему эти вопросы. — Язык один, но говор у них немного другой, а говорить придётся.
— А по лицам не узнают?
— Вряд ли. Отрядов много, да и людей в них должны менять.
— Условных слов точно не применяют?
— А для чего, милорд? — спросил Парман. — Извините, я вас не понял.
— У меня на родине существует такой воинский приём, — объяснил Сергей. — Чтобы стража узнала, пропускать куда-то человека или нет, он должен произнести определённые слова, которые мы называем паролем. Тем, кого следует пропускать, эти слова сообщают заранее. Время от времени пароли меняют. Приём простой, но действенный. Просто так не пройдёшь, сначала нужно захватить того, кто знает пароль, и вытрясти его из пленного. А если пароли часто меняют, то и это может не сработать. Хорошо, что у вас до этого не додумались. А теперь послушайте, что мы сделаем. Пошлём к местам патрулирования сотхемцев отряд кавалерии. Их лошади и сбруя у нас есть, доспехи — тоже, дело только за куртками. Жаль, что не догадались привезти в прошлый раз. Поэтому придётся делать засаду в той части тракта, где густой лес. Выкосим патрульный отряд стрельбой, оставим пленных для допроса, а потом снимем с тел и приведём в порядок форму. Оденем две сотни всадников в куртки сотхемцев и поедем к тому городу, куда они ехали. Возьмём с собой в поход несколько купцов, которые торговали с Сотхемом и подолгу там жили. Они и будут вести разговор в воротах. Гарнизоны там малочисленные, и захватить их врасплох и уничтожить не составит большого труда. После этого подтягиваем остальные силы и ждём следующий патрульный отряд. Этих тоже вырезаем, а дальше действуем в зависимости от того, что узнаем у пленных. Если позволит интервал времени между появлениями отрядов, то пошлём часть людей к другому городу и всё повторим. Если повезёт, можно пройти по цепочке, уничтожив не меньше тысячи врагов и не понеся существенных потерь. Этим рейдом я хочу не только сократить число врагов, но добиться ещё трёх целей. Во-первых, Мехалу придётся оттянуть на охрану пути больше солдат, а это поможет войску герцогов. Во-вторых, мы с вами можем захватить много оружия, лошадей и доспехов. Зачем тратить на это деньги, если можно забрать у неприятеля? И, в-третьих, я хочу набрать солдат. В деревнях и городах могут быть нужные нам люди, умеющие сражаться и признающие дисциплину. С собой заберём только таких, пусть даже с семьями. Трофейных лошадей должно быть много.
— Придумано здорово, — оценил Севорж, — и, если получится, мы изгадим Мехалу всю летнюю компанию. Тогда у него точно не будет крупных успехов. Только куда помещать новых людей? Опять строить лагерь?
— Дороги высохли и в казне есть деньги, так что можем и построить, — ответил Сергей. — А на будущее думаю часть солдат поселить в новые деревни. У меня на родине были такие, в которых жили казаки. Их плата королю была не налогами, а службой. По его призыву каждая казачья семья отправляла на войну одного конного воина. А для воинского мастерства старшины проводили учения. Да и без войны часть казаков постоянно служила в войске. А от наших крестьян, если бы они не занимались охотой, в войне не было бы никакого толку.
— Вы почаще вспоминайте, что у вас было дома, милорд, — сказал Фар. — Глядишь, справимся с Сотхемом малой кровью. В поход опять пойдёте?
— Вас, Фар, возьму с частью гвардии, — ответил Сергей, — а граф пусть занимается армией. Не горюйте, Ланс, у вас будет возможность подраться. Лучше скажите, когда собираетесь забрать Алестаю с сыном? У меня пустует половина дворца, а вы живёте без семьи, да ещё в снятой комнате! Бросайте-ка все дела, возьмите охрану и поезжайте домой. И без семьи не возвращайтесь. У вас управится Эжен, на то он и управляющий. И всех везите во дворец. Им будет не так скучно, а у меня появится что-то вроде двора. А если боитесь за жену, я прямо сейчас кастрирую нашего шевалье, если он не поклянётся обходить Лесту стороной.
— Под угрозой такого наказания я готов на время забыть о женщинах! — засмеялся Джордан.
— Сегодня же съезжу, — пообещал граф. — Когда вернусь, выделю командиров для ваших крестьянских отрядов.
— У вас хороший план, милорд, — сказал Джок. — Один раз такое может пройти, потому что этого никто не делал. Но после избиения гарнизонов даже дурак поймёт, как это было сделано, и примет меры. И есть одна тонкость, которую вы не предусмотрели, — бороды.
— Какие бороды? — удивился Сергей. — О чём вы, барон?
— Купеческие, — пояснил Джок. — Вы же видели наших купцов. Есть среди них хоть один без бороды? В этом сословии неприлично оголять лицо. Купцы упрутся.
— Ничего, — сказал Сергей. — Новая борода вырастет, а новая голова — вряд ли. Те, кто отказываются помогать мне, тем самым помогают нашим врагам. Головы я им за это рубить не буду, но торговлю закрою и конфискую товары. Я думаю, что будет достаточно одной показательной порки. Большинство из них умные люди и прекрасно поймут.
