Настигни их погоня всего-то на минуту раньше — на этом бой и кончился бы, потому что врагов оставалось ещё четверо и участь товарища не задержала их даже и на миг. Ближайший Хорун — до него оставалось всего-то метра три — замахнулся копьём, собираясь метнуть его в Димку... но тут из груди у него выросла стрела, и он исчез в ослепительной вспышке...
* * *
В глазах Димки поплыли круги, в ушах зазвенело от треска, и он не увидел и даже не услышал, чем закончилась схватка. Когда он наконец проморгался и прочистил уши, от Хорунов не осталось и следа. Он невольно поискал взглядом отрубленную им руку — но она тоже исчезла, к его большому облегчению. Казалось, ему приснился страшный сон... но и Матвея тоже нигде видно не было..
* * *
Ошалело помотав головой — сейчас он уже не вполне понимал, была ли вообще встреча с Матвеем, не говоря уже о бое, — Димка повернулся к товарищам. Файму и Талка держали в руках трофейные луки Ана-Ю, Вайми — свой страшный фиолетовый нож. Впрочем, он тут же сунул его в ножны и лиловое сияние исчезло. Димку передернуло, едва он понял, что эти трое и расправились с Хорунами... и что он запросто мог случайно — или не очень — присоединиться к ним...
— Черт, ты живой всё же, — Борька заключил Димку в объятия с такой силой, что тот только охнул. Юрка обниматься не полез, но стоял совсем рядом и как-то подозрительно сопел...
— Живой, живой, — Димка вывернулся из объятий, сорвал пучок травы и начал торопливо обтирать меч — кровь на нем никуда не исчезла, напоминая о том, что всё это было, было — только что он отрубил руку живому человеку. Пусть тот иначе убил бы его — но на душе было на удивление гадко... — Вы-то тут как?
— Дошли, как видишь, — Борька обвел рукой отряд. — Только половина всего. Если бы ты в этого их хана не попал...
— А я попал? — Димка бросил пучок окровавленной травы и торопливо загнал меч в ножны — сейчас даже тусклый блеск острого как бритва клинка его необъяснимо нервировал.
— Попал, попал. А Вайми ещё из Ножа Раздора добавил. В общем, разбежались собакины.
— Раздора?..
— Ну... там... черт, там магия такая, что в кого попадет — начинает бросаться на товарищей, как бешеный. Вот собакины и помчались, подальше от них. А ТЕ — за ними. Хорошо хоть, нас не тронули, иначе бы вообще хана. В рукопашную же с собакинами никак, они Маахисов как щенков паршивых раскидали, не прикасаясь даже...
— Так. Ясно, — Димка посмотрел на Астера, встретив его хмурый взгляд. Без него они бы сюда не дошли, теперь он понимал это точно. Но теплых чувств к Вайми у него не прибавилось, скорее, совсем наоборот. Не хотелось даже думать, где он добыл эту жуткую штуковину и для чего использовал раньше, до того, как она оказалась в тайнике посреди этой проклятой степи...
— Никого не задело? — между тем спросил Вайми, обводя взглядом отряд. — Нет? Тогда пошли. Нечего тут маячить.
— Куда пошли? — удивленно спросил Димка. Вход в Город Снов был здесь, прямо перед ним!..
— В город, конечно, — Вайми не менее удивленно взглянул на него. — Вход совсем не здесь...
* * *
К удивлению Димки, Вайми повел их прочь от города — на север. Объяснять он ничего не стал и мальчишка разумеется злился — но это, в конце концов, уже не имело значения. Уже очень скоро все их приключения закончатся — так или иначе — а ради этого он мог и потерпеть...
По пути Юрка рассказал ему, каких страхов они натерпелись в степи — собакинов тут и в самом деле не было, но бродили какие-то страховидлы, которых Вайми удалось отогнать лишь с помощью Ножа Раздора. Димка подумал о Ночных Стражах... но вновь не стал рассказывать о них. Встретиться с ними им уже не доведется никогда...
* * *
Вайми бодро шагал и шагал прочь от города, и в какой-то миг Димка начал бояться, что он сейчас обернется и со смехом скажет, что никакого входа в Город Снов не существует — это точно была бы шутка столетия. Но тут они, к удивлению Димки, вышли на явственно различимую тропу — она начиналась где-то на западе и вела на восток, прямо к основанию гор. Вход в город всё же был... и при этой мысли его сердце ёкнуло. Их путь в этом мире завершался, и он никогда уже не узнает всей его истории и тайн...
* * *
Они долго шли по этой тропе, извивавшейся среди чахлых травяных зарослей — пока путь им не преградил высокий земляной вал. Раньше тут явно было что-то вроде крепости — вал изгибался полукругом, упираясь концами в отвесный склон горы. Из его склона выступало массивное бетонное строение — его монолитные стены прорезали ступенчатые амбразуры. Ещё несколько таких строений — бункеров на самом деле — виднелись справа и слева. Ворот видно не было. Димка вслед за другими с трудом взобрался на вал — и замер, удивленно осматриваясь. Посреди просторного пустого двора серело массивное здание без окон, похожее на коробку, нелепое и неуместное здесь, посреди дикой глуши...
Мальчишка оглянулся. Внизу начиналась унылая степь, поросшая жухлой травой, над ней поднимались мрачные черные горы. Степь, казалось, не имела конца, слева она переходила в серое море. И надо всем этим неторопливо ползли тучи. Вполне осенняя погода — ветер был сырой, холодный, странным образом напоминающий о доме...
Он вздохнул и прищурился, глядя на степь. Там, вдали, двигалось что-то белесое, какое-то животное — но чем дольше Димка на него смотрел, тем меньше оно ему нравилось. Что-то в этой твари было ужасно неправильное — то ли её мертвенный цвет, то ли то, что у неё, казалось, не было головы. Да и размером она была самое меньшее с лошадь — а скорее намного крупнее. Может, один из Ночных Стражей — которые на самом деле были не только ночными...
Димка вздохнул и с опаской посмотрел на здание. Мысль о том, что жуткие твари вполне могут поджидать их и там, изрядно его напугала. Нет, в теории-то такого не могло быть, да и трава вокруг выглядела нетронутой — но тут полагаться на что-то уже было нельзя. Он не был даже уверен, что Ночные Стражи — это звери, а не какие-то жуткие призраки или ещё что похуже...
— Хватит там маячить, спускайтесь! — крикнул Вайми уже снизу, глядя на землян.
Опомнившись, они быстро скатились с вала, нырнув в густую здесь траву. Димке вновь стало страшновато — и в то же время он был рад, что странной твари отсюда не видно. Дверь древнего бункера оказалась совсем рядом, и он подошел к ней. За ней висел призрачно фосфоресцирующий мрак, плотный, словно жидкость, и идти внутрь не хотелось, да и времени на это не было — Вайми уже махал им рукой, призывая следовать за ним. Он повел их прямо к зданию. В стене из массивных бетонных панелей зияла брешь распахнутых ворот, тоже ведущих куда-то в темноту. Димка обернулся к Вайми, собираясь сказать, что укрытие это — явно негодное, но тот и не стал входить внутрь, повернув направо...
Обойдя здание, они вышли к подошве отвесной скалы, поднимавшейся над ними на страшную высоту — её верх исчезал в ползущих низких тучах. В монолитной стене темнела двустворчатая дверь из литого железа, настежь распахнутая. За ней начиналась широкая лестница. Она спускалась куда-то в кромешную тьму — и идти туда тоже не хотелось. Но другого пути не было...
У дверей Вайми замер, повернувшись к отряду.
— Вот что, мальчики и девочки, — начал он. — Город Снов считается здесь раем, но на деле это вовсе не рай. Правит им орден Хранителей, который намерен сохранить его в текущем виде минимум до конца вечности — а если повезет, то и дольше. А ещё там Защитники есть. Когда я покидал город, их было сотни три здоровых лбов — и сейчас вряд ли стало меньше. Поэтому — ни слова, ни полслова про Ключ и восприимца. Едва они про него узнают — то тут же отберут и засунут туда, откуда его сам дьявол не достанет, а Льяти тюкнут топориком по черепу, чтобы он воскрес подальше отсюда. А может, и нас с ним заодно. Так что молчите. О Поющем Черве, Безвозвратном городе и всём таком — тоже не надо. Мы — просто компания любителей хорошей жизни, которая пробилась в это благословенное место, а в Ойкумене всё тихо, мирно и спокойно — как всегда. Понятно?
— А на фига нам всё это? — спросил Димка. — Нам осталось-то всего провести Льяти к Надиру, а там...
— Димка, Надир скрыт в Башне Молчания, а попасть в Башню можно только из дворца Хранителей, — ответил Вайми. — И путь к ней охраняют как зеницу ока, будь уверен.
— А какого черта ты нам это раньше не сказал?! — возмутился Димка. Мысль о том, что возвращение домой отменяется и они застрянут в этом месте, довела его до бешенства.
— А это что-то изменило бы?
Димка не ответил, задохнувшись от возмущения, и инициативу перехватила Файму.
— И что нам теперь делать? — спросила она.
Вайми вдруг усмехнулся.
— Здесь у меня остались друзья, довольно много. Вместе мы что-нибудь придумаем.
* * *
Льяти новость тоже не обрадовала, но дураком он всё же не был — по крайней мере, неохотно, но снял Ключ, и, ругаясь, запрятал его в свою сумку. Потом они цепочкой нырнули во мрак подземелья. От его влажных стен ощутимо веяло холодом и Димка невольно поёжился. Он видел только смутное белое пятно, словно плавающее перед ним в темноте — светлокожее тело Льяти. Казалось, что головы у него нет — черные волосы Виксена сливались с царившим здесь мраком — и мальчишке стало страшновато. Так вот и рождаются истории о привидениях...
Через минуту он добрался до конца лестницы. Мрак здесь был такой густой, что походил на призрачно фосфоресцирующую жидкость. Пахло водой, ржавчиной и камнем. Димка не знал, что они станут здесь делать — не было видно ни зги — но тут вспыхнул показавшийся ослепительным свет.
Прищурившись, он увидел фонарик в руке запасливого Борьки — тот как-то пережил все их приключения и светил до сих пор довольно ярко. Подземелье в его свете выглядело не очень привлекательно — словно какой-то пустой склеп. Его стены и потолок были из монолитного голого камня, на полу отчетливо виднелись лужи. Стена, в которой начиналась лестница, была глухой, напротив тянулся ряд глубоких округлых альковов, перемежавшихся с открытыми дверями, ведущими во мрак.
— И куда дальше? — нетерпеливо спросила Файму.
— Туда, — Вайми махнул рукой налево, и отряд потянулся в ту сторону. Димка замыкал шествие. Все его мускулы мелко дрожали — отчасти от нервного напряжения, но по большей части просто от холода. Наверное, не такого уж сильного, но в этом теплом мире он напрочь отвык от него...
— Не могу поверить, что мы всё же добрались до конца, — продолжила Файму, когда они, миновав ржавую дверь, свернули в новый коридор — как две капли воды похожий на старый. — Я так боялась, что застряну в этом мире навсегда. Но благодаря ему я всё же стала настоящей, стала собой...
— Для других, но не для себя, — ответил Вайми, даже не обернувшись.
— Каждый из нас прошел свой путь, — вдруг выдал Сашка. — Но у кого-то он оказался коротким.
Повисло молчание. Сашка наверняка имел в виду, что кое-кому никакие приключения не помогут, подумал Димка. Аглая вот как была претенциозной дурой — так ей и осталась...
— Каждый путь ведёт в тупик, — заполнила паузу Файму, когда Вайми вдруг остановился, "осматривая" ладонями ничем не примечательную стену. — Стать настоящей для других, не для себя — так странно это слышать!
Димке вдруг очень захотелось узнать, что Вайми на это ответит... но тут квадрат монолитной казалось бы стены совершенно беззвучно и плавно начал уходить вглубь. Он не заметил, что Астер для этого сделал... но это не имело смысла. Всё равно, возвращаться им уже не придется...
* * *
Откатившись метра на два, стена замерла, открыв блестящие, словно смазанные жиром рельсы и неширокий боковой проход. Здесь был единственный путь — узкая железная лестница в тесной шахте, уходящей дальше вниз. Смотрелось это не очень привлекательно — но тут откуда-то от входа вдруг донеслась грубая ругань. Похоже, что перебитый ими отряд Хорунов оказался не единственным...
— Все вниз, быстро! — шикнул Вайми.
Не споря, они побежали вниз по узкой лестнице. К радости Димки шахта оказалась неглубокой — всего этажа три. Миновав её, они вышли в короткий коридор. Две тяжелых стальных двери, к счастью, незапертых, вели в небольшой зал, залитый холодным, голубоватым и слабым светом скрытых ламп. Здесь стоял серебристый вагон с зеркальными стеклами и Димка замер, ошалело глядя на него. Меньше всего он ожидал увидеть тут такое...
Он понятия не имел, что им с этой штукой делать — но тут в зал легко вбежал Вайми, широко улыбаясь.
— Я закрыл вход — и уверен, эти уроды даже не заметили, куда мы свернули, — сказал он. — А подземелье большое. Искать его они будут вечность.
— А дальше-то куда? — прагматично спросил Борька. В самом деле, лезть в темный туннель не хотелось.
— Сюда.
Когда Вайми нажал пару кнопок на маленьком дверном пульте, выпуклые бока вагона поднялись с легким шипением. Они осторожно вошли внутрь. Впереди, перед несколькими рядами удобнейших, обитых кожей кресел помещалась приборная панель. Вайми сразу прошел к ней. Сейчас он был совсем не похож на себя прежнего — наивного степного дикаря...
Димка вздохнул, а потом плюхнулся на любимое с детства место у окна. Сомнительно, что вагон оставили для них, но, так или иначе, им очень, очень повезло — хотя он и понимал, что это везение, скорее всего, оплачено смертью Туа-ти или Воронов, которым не удалось попасть сюда — по их же, землян, кстати, вине...
Едва Вайми уселся у пульта машиниста, входные панели опустились, потом вагон тронулся. Димку ощутимо вдавило в спинку кресла: он двигался быстро. За выгнутым стеклом, совсем близко, помчалась темная стена туннеля...
Ехать им пришлось недолго. Потом вагон мягко остановился на маленькой пустой станции, его двери поднялись. Они вышли. Ещё две тяжелых стальных двери — и Димка увидел падающий сверху, явно дневной свет в конце нового короткого коридора...
* * *
Миновав его, мальчишка задрал голову. Они стояли на дне круглой шахты с литыми бетонными стенами, у начала обегающей её спиральной лестницы. Она вела к кругу хмурого облачного неба — подняться тут можно было без труда...
— Ну вот, мы у цели, — Вайми эффектно простер руку, указывая вверх. — Прошу!..
* * *
Но как раз подняться оказалось непросто — по крайней мере для Димки, который ослабел от голода, а попросить у товарищей пожрать забыл за волнениями пути. Винтовая лестница казалась мальчишке бесконечной — но он изо всех сил старался не подавать виду, что с ним что-то не так...
Миновав её, Димка наконец остановился, переводя дух и одновременно осматриваясь. Тут был небольшой пустырь на месте снесенного дома — участок неровной земли, из которой там и сям торчали куски битого кирпича. Впереди поднималась массивная кирпичная же стена другого старого дома — глухая, с низким треугольным фронтоном. Слева был высоченный деревянный забор, справа, на улице, рос могучий древний тополь. Или что-то, на него похожее.
Как оказалось, тут их уже ждали — прямо под тополем или как тут называлось это дерево, стоял светловолосый парень, которого Димка в первый миг принял за пропавшего Матвея — почти обнаженный, худой, поджарый, но его темно-золотые блестящие волосы тяжелой гривой лежали на плечах, а стройная, словно литая фигура вовсе не казалась неуклюжей. Её прикрывали лишь куцые шорты и сандалии.
