Лифт быстро пошел вниз. На миг Димка ощутил, что падает, и крепко сжал прутья. Пыльные стены шахты двинулись ему навстречу, и он судорожно вздохнул. Босые ноги на решетке вдруг свело, сердце замирало — если трос лифта сейчас оборвется, лететь им придется долго...
Он не представлял, сколько они спускались — казалось, что целую вечность. Сердце билось часто и сильно, лифт то и дело вздрагивал и дергался, и время тянулось сейчас очень медленно...
Наконец, снизу всплыло пыльное дно. Далеко наверху что-то вновь загрохотало и клетка лифта остановилась несколькими замирающими рывками. Льяти усмехнулся и толкнул дверь шахты... но она тоже оказалась заперта. Он вздохнул и вновь достал связку ключей. Димка молча смотрел на него, понимая, что тут их поход может и закончиться. Тут начиналась уже запретная для всех зона Надира, и ключи от неё Истирра мог спрятать отдельно...
К счастью, всего через минуту Льяти нашел нужный ключ и отпер дверь. Они вышли в новый коридор, очень похожий на верхний, но ещё более холодный и сырой. Димка понял, что они спустились намного ниже уровня моря, даже намного ниже уровня дна. Настоящая преисподняя...
Льяти, осмотревшись, быстро зашагал направо. Блестки на его коже вспыхивали в свете тусклых ламп. Димке вдруг показалось, что он смотрит на вечернее звездное небо через зыбкий, подвижный проём в виде человеческой фигуры, и он вновь ошалело помотал головой...
Льяти отпер ещё одну дверь. За ней начинался совершенно темный коридор. Включив фонарик, он осторожно зашагал вперед, беззвучно ступая босиком по толстой мягкой пыли — здесь никто не бывал наверно уже целые столетия. Димка следовал за ним, крепко сжимая совершенно бесполезное копьё. Воздух тут был сырой и тяжелый, как в могиле.
Коридор оказался неожиданно длинным — Димка понял, что он тянется и за фундаментом башни. Он упирался в монолитную выпуклую дверь из литой стали, покрытую облезлой от старости зеленой краской. В центре её торчал большой штурвал. От него к кольцу в стене тянулась массивная цепь, замкнутая на не менее массивный замок. Последний замок на их пути, Димка чувствовал это...
Льяти, вздохнув, вновь принялся разыскивать ключ — что довольно быстро ему удалось. Ключ вошел и повернулся с ржавым хрустом, после чего цепь с замком с грохотом рухнула на пол, вновь заставив Димку вздрогнуть. Казалось, что эти древние оковы рухнули и с него...
Льяти попробовал повернуть колесо, но оно даже не дрогнуло. Им пришлось взяться за него вдвоём, изо всех сил дергая то туда, то сюда, пока оно не начало вращаться с ржавым скрежетом. Но даже отпертая дверь упорно не желала открываться: им пришлось упереться ногами в стену и дергать изо всех сил, так, что руки пробивало острой болью.
Димка уже начал думать, что всё это бесполезно — но тут в петлях что-то треснуло и дверь неохотно подалась. За ней, правда, оказалась вторая, такая же, и он вздохнул...
К их счастью, она оказалась закрыта, но не заперта и подалась уже легче. За ней...
За ней не было ничего, к чему Димка мог бы мысленно подготовиться. В лицо ему мягко толкнулся теплый, полный влаги воздух. Он стоял на железном балконе, и под ним простиралась пещера — колоссальная пустота, уходящая вниз и вдаль настолько, что у мальчишки закружилась голова.
Димка ошалело приоткрыл рот, глядя на невероятную, колоссальную сеть каменного кружева — бесконечно сплетаясь, оно парило в этой светло-фиолетовой пустоте, исчезая вдали в смутной туманной дымке...
Ощущение реальности рывком покинуло его. Димка зажмурился, ошалело помотал головой — но видение никуда не исчезло. Они стояли под гладким темным потолком колоссальной пещеры — он покатым сводом опускался к ним. Но вот рассмотреть дальнюю стену и тем более дно этой бездны ему никак не удавалось.
— Это... — начал он и замолчал, не в силах подобрать слова.
— Сердце, — тихо ответил Льяти. — Самое сердце этого мира.
Голос его звучал странно — благоговейно, но без страха. Словно он наконец вернулся домой после бесконечно долгого пути...
Димка не представлял, сколько бы ещё стоял здесь, но Льяти потянул его за руку. Здесь в скале был округлый выступ, и балкон плавно огибал его. Димка увидел клеть ещё одного лифта — расчаленная тросами, она убегала куда-то вниз, в фиолетовую пустоту...
Не говоря ни слова, они вошли в него, и Льяти нажал единственную кнопку. Решетчатая клетка быстро пошла вниз. На сей раз она спускалась плавно и почти бесшумно, хотя ей не пользовались уже целые века...
Димка стоял неподвижно, не испытывая уже совершенно никаких чувств — все их смыло безмерное удивление. Колоссальные изогнутые каменные стволы сплетаясь и расплетаясь проплывали мимо него, словно всплывая снизу вверх. Теплый влажный воздух мягко обтекал почти нагое тело, но постепенно становилось холоднее. Туманный свет внизу разгорался всё ярче.
Димка не представлял, к чему они спускаются — он не особо удивился бы, выйди они на другой стороне планеты — но в конце концов внизу показалось дно.
Во время спуска у него резко заложило уши — как он прикинул, они спустились на глубину не меньше километра. Дно этой бездны покрывали бесконечно сложные фрактальные заросли, словно созданные из чистого светло-фиолетового света, и мальчишка вновь удивленно приоткрыл рот...
Лифт плавно затормозил и замер. Они вышли из него, зашагав по плавно уходящему вниз мостику. Справа и слева поднимались сложнейшие сплетения застывшего сияния. Димка на ходу протянул к ним руку — и тут же испуганно отдернул её: это был не кристалл, а как бы очень плотная, но поддающаяся жидкость, и он вновь ошалело помотал головой, чувствуя, что наяву попал в какую-то другую реальность...
Он не представлял, сколько они здесь шли — это уже точно был какой-то сон во сне — но вдруг увидел центр этой бездны: идеально круглое, идеально ровное черное зеркало, врезанное в камень. Мостик кончался у него, и по узкой лестнице они сошли на первозданную скалу, гладкую и теплую, словно живое тело. Чуткие подошвы Димки даже свело от силы этого неожиданного ощущения.
Они подошли к самому зеркалу. От него исходил ровный, сильный жар. Идеальную гладь окружало восемь изогнутых, сужавшихся кверху колонн застывшего фиолетового свечения. Между их сходившихся верхушек, на огромной высоте, парило что-то, похожее на зеркальное веретено. Димке показалось, что оно вращается с огромной скоростью — очертания его иногда размывались и тогда по скале и самому его телу проходила вдруг быстрая тугая дрожь. Надир...
Димка подошёл ближе. Он опустился на колени у самой кромки чёрного зеркала, коснулся его пальцами. Это, однако, оказалось не стекло, а что-то вроде ртути или расплавленного свинца — очень плотное, горячее, почти обжигающее, но не раскаленное.
Жидкость — Димка не мог назвать её иначе — ожила. Тонкие, быстрые струйки побежали вверх по его руке, оплетая запястье, локоть, плечо...
— Ты чувствуешь? — спросил Льяти, не оборачиваясь.
— Что?..
— Всё, — ответил Льяти. — Весь мир.
Димка закрыл глаза.
И вдруг — почувствовал. Степь, пустыню, горы. Море Птиц и Багряный Лес. Столицу и Безвозвратный Город. Цитадель и Город Снов. Тысячи, десятки тысяч жизней, пульсирующих в едином ритме. Он чувствовал Антона, сидящего на берегу и смотрящего на море. Сергея, сжимающего копьё. Машку, стоящую у окна и ждущую. Вайми, ведущего Максима через степь. Файму, обучающую своих стрельбе из лука. Верасену, точащего свой меч. Он чувствовал всё это одновременно — и внутри себя, и снаружи.
— Открой глаза, — сказал Льяти.
Димка открыл. Льяти стоял по пояс в чёрном озере, и ручейки блестящей черной жидкости уже поднимались к его груди, оплетая тело причудливой сетью. Бусы Ключа на его шее и в волосах горели ослепительно — зелёным, жёлтым, фиолетовым.
— Ты идёшь? — спросил Льяти.
Димка смотрел на него. На этого парня, которого он когда-то презирал, ненавидел, выгнал из города. Который украл ключи, врал, бегал от своей судьбы двести лет. А теперь стоял здесь, готовый отдать Надиру всего себя ради того, чтобы другие вернулись домой.
— Иду, — сказал Димка.
Он шагнул в озеро.
* * *
Сделав пару шагов, Димка погрузился по щиколотки — упруго выталкивающая ступни масса просто не пускала дальше. Горячие ручейки сразу же ожившей жидкости быстро побежали вверх по его ногам. Она поднималась по его бедрам, по животу, по груди... Димка чувствовал, как она проникает в каждую клетку, наполняет его чем-то древним и бесконечно мудрым.
— Не бойся, — тихо сказал Льяти. — Это просто вода. Только очень старая.
— Я не боюсь, — ответил Димка.
Но это не была правда. Когда струи добрались до шеи, Димка всё же испуганно дернулся, но опутавшая его сеть оказалась упругой, как резина. Испугаться всерьёз он уже не успел — струи живого металла скользнули вверх по щекам, сошлись на лбу... и мир вокруг исчез.
* * *
Когда за Димкой и Льяти захлопнулась входная дверь, земляне собрались в комнате, играющей тут роль гостиной. Рассевшись неровным кружком — кто на креслах, кто просто на полу — они молчали, посматривая друг на друга. Сашка сидел, как на иголках. Ему страшно хотелось пойти вместе с Димкой, просто чтобы не изводиться ожиданием здесь... но именно это ему и пришлось делать. Он поверить не мог, что сейчас уже все их приключения закончатся и они окажутся дома — но всеми фибрами души страстно желал этого. И остальные, разумеется, тоже. Никто не знал правда, сколько им тут предстоит ждать — но вряд ли долго...
Сашка конечно понимал, что на самом-то деле ещё ничего не решено — Димку с Льяти могли схватить Хранители, отобранные у Истирры ключи могли оказаться вовсе не ключами от Надира, да и сам Надир, вместе с Ключом и восприимцем, мог оказаться попросту пустышкой, придуманной Мастером только затем, чтобы поглумиться над запертыми в этом мире ребятами. И с этим он ничего не мог поделать — только ждать и верить в их победу...
* * *
Прошло уже примерно полчаса или даже больше — и напряжение в комнате достигло предела. Сашка буквально нутром чувствовал, что всё случится сейчас — или никогда. О том, что их ждет в таком случае, он старался не думать...
Нервно зевнув, он поудобнее пристроил на коленях доверху набитый рюкзак. От вещей, с которыми он попал сюда, мало что осталось, так что всё освободившееся место Сашка занял тем, что собрал за эту неделю здесь, в Городе Снов. Ничего особенного ему правда не попалось — несколько затрепанных книжек на каких-то непонятных языках, несколько упаковок здешних зефирок и здоровенная круглая железная штуковина, служившая, если верить Вайми, генератором шаровых молний в здешних странных фонарях — правда, по его же словам, неисправная...
Сам Астер тоже сидел здесь, с копьем в руках и с туго набитой сумкой на боку. Верно и он собирался отбыть из этого мира и посему решил прихватить с собой побольше сувениров...
Сашка невольно подумал, куда он надеется попасть — неужели в свой родной мир, где прошла уже добрая тысяча лет?.. — и в этот самый миг внутри у него что-то словно ёкнуло и оборвалось. Свет в комнате погас.
* * *
— Что за?.. — опасно высоким голосом спросил Юрка.
— Восприимец у Надира, — голос Вайми звучал сейчас странно напряженно. Он вскочил и замер, словно прислушиваясь к чему-то. — А теперь валим отсюда. Быстро!
— Что?.. — вновь ошалело спросил Юрка.
— Валим! Быстро!
Спорить с ним никто не стал. Ребята толпой повалили в коридор — тут же наткнувшись в нем на такого же испуганно-ошалевшего Иаши. Сашка понял, что это странное, и, чего там, крайне неприятное ощущение сейчас чувствуют все в этом городе — а скорее и во всей Ойкумене...
— Вы куда? — испуганно спросил Иаши.
— В укрытие! Собирайте барахло — и с нами!
— Нет уж! Я никуда отсюда не пойду! — возмутился Иаши. — Вообще, какого черта...
Вайми не стал вступать в дискуссии — он просто подошел к Иаши и вытащил у него из кармана ключи от всех дверей, ведущих в это убежище. Иаши ошалел настолько, что попросту замер, нелепо раскрыв рот...
* * *
С трудом протиснувшись между бесконечными шкафами, они скатились к основанию лестницы. Вайми отпер тяжелую железную дверь, ведущую в подвал. Спустившись в него по крутой и длинной лестнице Сашка подумал, что тут они и останутся — в конце концов, укрытия надежнее тут было не найти. Однако Вайми тут же отпер другую, узкую, из четырех облезлых филенок дверь, ведущую в собственно подвал. Из-за неё отчетливо пахнуло могилой и Сашка передернулся: весь мир вокруг него и так вибрировал, вот-вот готовый рассыпаться и рухнуть в какую-то бездну. На таком вот фоне нырять в этот поистине могильный мрак ему совершенно не хотелось. Да и другим, судя по всему, тоже...
— Вперед! — вновь заорал Вайми.
Он первым выскочил во тьму за дверью. Сашка и остальные побежали за ним.
* * *
Бежать по мягкой, поросшей пузырчатой плесенью земле было мягко говоря неудобно — но Сашке, честно сказать, было уже наплевать на такие вот мелочи. Здесь, в этом жутком подвале, он не хотел оставаться ни одного лишнего мгновения.
К счастью, Вайми не пропустил ведущую наверх лестницу. Они вышли на улицу — и Сашка удивленно замер. Всё вокруг было залито странным розовато-белым светом, неожиданно ярким — им пылали плывущие над головой облака. Можно было бы подумать, что вокруг просто хмурый закат... но в просветах, открывавшихся иногда между низко плывущими тучами, зияло пугающе черное ночное небо.
— Смотрите! — Борька вдруг вытянул руку, показывая на юг.
Сашка повернул голову... и замер. Там, на юге, был источник этого свечения — полоса более яркого света. В ней, несмотря на огромное расстояние, что-то отчетливо двигалось, и он вдруг понял, что это туча. Огромная, высокая туча. А свет, который он видит, — свет бесчисленных молний.
* * *
Какое-то время они молча смотрели на неё. Потом Сашка как-то вдруг осознал, что полоса эта заметно приблизилась — хотя времени прошло совсем не так много...
Сердце у него ёкнуло, когда он понял, что туча движется сюда, к ним — и движется невероятно быстро, гораздо быстрее, чем плывущие над головой облака...
— Что это? — наконец спросил он.
Вайми быстро повернулся к нему. Лицо у него было непривычно бледное — странного пепельного цвета.
— Окончательная Буря, — голос его звучал сейчас мрачно-торжественно, как и полагалось, наверное, сообщать о настоящем конце света. — Когда восприимец достигнет Надира, всех людей сдует Ветром из мира. Но вот куда — никто толком не знает, так что лучше в него не попадать, — он мотнул головой, очнувшись от растерянности. — Уходим в гору, быстро!
— В какую гору? — Сашка всё ещё ничего не понимал.
— За мной! — и Вайми помчался по улице. Сашке и другим оставалось только следовать за ним.
* * *
Неожиданно быстро они вынеслись к железному забору, отделявшему от города захваченную киноидами прибрежную зону. Здесь к нему было пристроено что-то вроде дощатой галереи, на которую вела лестница. Бодро взбежав на неё, Вайми тут же перемахнул забор, и, повиснув на руках, спрыгнул. Сашка бездумно спрыгнул вслед за ним — и невольно охнул, врезавшись в асфальт кедами. Высота тут была добрых метра три...
