Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Мелодия дней


Автор:
Опубликован:
13.01.2020 — 03.04.2020
Читателей:
1
Аннотация:
Попала по приглашению. Очутилась в месте, которого вообще не ожидала увидеть. Ничего - живу! И звучит в моей душе музыка этих странных дней.
 
↓ Содержание ↓
 
 
 

Мелодия дней


Ссылка на обновление

Первая глава

Чёрный промельк впереди хрипло каркнул:

— Налево!

И скрылся за названным поворотом. Настя, прижимая к себе тёплое тельце кота, слабо распластавшегося на ней, еле притормозила к углу, перед тем как повернуть следом за фамильяром. Не успела сделать и десятка шагов по новому коридору, как ворон, только что пропавший за следующим поворотом, вернулся с паническим воплем:

— Навстречу идут!

Спрашивать — кто, не стала. Если Григоир испугался, значит — есть кого.

Задыхаясь от сильного бега и крупной дрожи по телу, она быстро огляделась. Ещё пять минут назад коридоры мужского общежития казались отличным временным убежищем. Ведь его обитатели дружно, все, как один, сейчас сидят на стадионе, где проходят осенние студенческие соревнования. Даже вход оказался без охраны, что чудовищно непостижимо для общежития! Но теперь... Заметил ли Григоир, кто именно идёт навстречу? Неужели сама Брида — или всё-таки только её присные? Если вампирша собственной персоной — спасайся кто может!

В панике метавшийся между коридорными дверями Григоир внезапно исчез. А потом чёрным комком взъерошенных перьев вылетел из полутёмного провала в нескольких шагах от растерянной Насти.

— Сюда!

Не раздумывая, Настя ринулась к коридорному тупику. Единственная здесь дверь открыта! Хозяин на минутку вышел? Может, повезёт — и Настя сумеет быстро открыть окно в комнате? Первый этаж ведь, она помнила, что окна здесь низкие. Выпрыгнуть из комнаты на газонную травку, а потом — ищи ветра в поле!

Но один шаг за порог сумеречно тёмной комнаты, где жалко теплившаяся свеча была бессильна разогнать густой мрак, — и не сразу, но сообразилось, что стоит беглянка в апартаментах на несколько комнат. И ни на одной стене главного помещения — даже намёка на окно! А искать по другим комнатам — времени нет!

И уже не думала, просто секунды спустя, запыхавшись, юркнула под роскошную кровать спальни слева, куда ранее сунулся Григоир — только еле заметный (тьма во тьме!) хвост мелькнул. "Апартаменты богатые! — забившись в уголок, суматошно сообразила Настя. — И дверь открыта?! Что-то тут не так! А если хозяин и не выходил?!"

Но тревожный звоночек прозвенел впустую: гул нескольких голосов и грохот шагов постепенно и отчётливо приближался.

Повезло, что кровать с длиннейшим, до пола, покрывалом... Судорожно поглаживая вконец ослабевшего кота, чувствуя, как под мышку забивается Григоир, Настя тряслась от страха и ждала, что же произойдёт вот-вот. Эх, надо было остаться в своей комнате! Зачем она побежала?! Брида же только этого и ждала — погони за удирающей! Ведь как ещё вампирше можно было насладиться чужим страхом?!

Так что Настя лежала, съёжившись под чужой кроватью, и пыталась расслабиться, чтобы ведьма старшего курса не учуяла её чувств.

Грохот бегущих отдавался в стены коридоров. Бежали три вампирши — знала Настя. А впечатление полное, что их чуть ли не десять.

— Сюда! Здесь дверь открыта! Наверное, где-то здесь и прячется! — раздался торжествующий голос Бриды. — Ау, детка! Вылезай, пока тебя не нашли и пока я добрая!

— Брида, а ты не боишься? — ответили ей обеспокоенно. — Мы ведь на чужой территории! Мало ли...

Но на практичное увещевание подруг-прилипал вампирша огрызнулась так, как и недавно предполагала Настя, думая, как бы от неё спрятаться:

— Мужики сейчас все на стадионе! Если какой-то мудак забыл закрыть дверь — сам дурак! А если так... Всё равно больше этой мрази деваться некуда! Эй, детка-а! — издевательски сладко пропела Брида. — Вылезай сама! Иначе — саму вытащу за волосы и отлуплю, а потом твоему гадскому коту шею сверну! А так — выйдешь сама, может, и пожалею — только лапы ему переломаю!

Настя притиснула покорного кота к себе и чуть не обревелась, почувствовав его вздох. Как будто он тоже понимал, что всё — сейчас хана им троим.

— Тогда мы здесь постоим, — сказала более предусмотрительная подружка вампирши. — Возле двери. А ты обыскивай — себе в удовольствие!

— Нет уж, лапушки мои! — Настя услышала, как Брида, медленно и угрожающе выговорив фразу и внезапно обозлившись, топнула ножкой в туфельке на высоченном и опасном в драке каблучище. — Мы так не договаривались! Пока я эти комнаты обыщу — хозяин вернётся! Вместе обыск быстрей сделаем! Быстро все ко мне, иначе я и для вас придумаю догонялки... — Она помолчала всего пару секунд — и в эти секунды Насте показалось, что подружки вампирши забыли дышать. — Догонялки со смертью! — закончила Брида — с таким кровожадным предвкушением, что мурашки по телу.

В темноте да за краем длинного покрывала трудно было разобрать, вошли ли подружки Бриды в апартаменты после её угрозы, пока одна из них вдруг тихонько не сказала с порога же:

— Брида, оглянись...

— Зачем это? — пренебрежительно спросила та.

Послышались медленные и неровные шаги — кажется, подружек вампирши. Странно. Они же боятся Бриды. Но... уходят? Впечатление — пятятся.

Настя насторожилась. Брида стояла спиной к комнатам — лицом к подружкам. Что там происходит? Будь в апартаментах свет, из спальни, чья дверь открыта настежь, девушка бы отчётливо видела, как толпятся вампирши возле входной двери. Но события, происходящие у порога, ей мешали разглядеть темнота и покрывало, через которое она вынужденно смотрела и до которого побаивалась даже дотрагиваться, чтобы не выдать себя Бриде.

Резкий шорох — поначалу обалдевшая из-за непослушания своих наперсниц, вампирша обернулась-таки на гостиную апартаментов.

— И что такого... — с претензией начала она — и внезапно с прорвавшимся испуганным писком: "Ой!" застучала-загрохотала каблучищами, явно больше не надеясь на них, как на оружие, но удирая на них на всех парах.

Ошеломлённая Настя замерла под кроватью.

Они в самом деле сбежали? Её недоверчивость отказывалась принимать сей факт: а если Брида устраивает спектакль и топочет только до того момента, как притаиться, чтобы Настя сама выбежала из чужих апартаментов? Типа, мы ушли — выходи давай! Но уши доказывали, что слышат удаляющийся бег недавних преследовательниц. Причём удаляющийся решительно.

Попытавшись применить недавно разученный на занятиях проникающий ведьмин взгляд, Настя досмотрелась лишь до того, что в пространстве перед глазами медленно и лениво течёт чёрный дым, в котором... Она похолодела. В этом дыму смутно мелькали такие страшные фигуры и уродливые лица, что головной болью в висок забил колокол: "Тревога! Бежать! Тревога! Бежать немедленно!"

Зажавшись и приготовившись, она быстро, одним рывком, вылетела из-под кровати и бросилась к входной двери из апартаментов.

Дверь неожиданно хлопнула. Перед её носом. Торжественно и жутко проклацал замок, в котором чёткими щелчками сработал механизм запора. Настя стремительно развернулась и прижалась спиной к двери, пытаясь обнаружить, с какой стороны появится опасность. А ещё обнаружить бы — нет ли возможности сбежать, но... Ловушка. Пострашней злобной Бриды — это она поняла по бегству вампирши, которая в темноте лучше видит. Но кто эту ловушку сотворил? И почему хозяин (а это она тоже поняла), закрывший дверь и поймавший нежданную-негаданную гостью, ранее не объявил о своём присутствии? Да и сейчас не появляется?

А потом слегка расслабила локоть, которым непроизвольно придерживала Григоира, и тот мелкими перебежками, цепляясь коготками, переместился на её плечо, где и сгорбился, слишком очевидно прижимаясь головой к её уху. Поскольку магическое зрение у него лучше, Настя шёпотом спросила, еле выдыхая слова:

— Что ты видишь?

От внезапного ответного шёпота — отнюдь не оцепеневшего на плече Григоира! — будто ледяными пальцами по горячей спине провели, причём еле касаясь кожи:

— Он видит меня...

Слова едва уловимым шорохом прошуршали в помещении и опали невесомыми хлопьями пепла на толстые ковры... Григоир пригнулся ещё больше, словно собираясь замаскироваться в комочек перьев, а кот на руках опять вздохнул. И вот после этого-то кошачьего вздоха Настя разозлилась. Во-первых, ответил! Во-вторых, ей некогда! Кота надо немедленно целить, иначе помрёт — или внутренние повреждения усугубятся, и потом придётся затратить на их излечение гораздо больше сил и — что очень даже немаловажно для бедняжки! — времени! А коту больно!

— Ты кто? — возмущённо спросила она. — Почему пугаешь?!

И прислушалась, чтобы понять, откуда ответят.

Но прислушаться пришлось к тишине, в которой проскользнуло что-то вроде: "Не кричи..." Новый отклик шёпотом был настолько плохо различимым, что Настя, поразмыслив, правильно ли поняла, тоже ответила шёпотом:

— Почему — не кричи?

— Мне больно...

Она ошеломлённо захлопала глазами. Этому невидимке больно?! Этому, который выгнал вампирш из своих апартаментов, всего лишь наслав на них жуткую дымину с видениями из ночных кошмаров?! Хотя что это она. Многое ли умеет видеть по-настоящему, в отличие от той же Бриды?.. Опомнившись от своего негодования, она сделала шаг от двери и прошептала:

— А я могу тебе помочь?

— ... Посиди со мной... — после недолгого молчания ответили из темноты.

И почему ей показалось, что секундой спустя невидимка добавил: "Если не боишься..."? Но именно эти, возможно, непрозвучавшие слова заставили её сделать следующий шаг к спальне. И только после этого нового движения до Насти дошло, что она пряталась под кроватью, на которой кто-то лежал! Запоздало, но целой толпой снова пробежали мурашки по спине.

Чёрный дым пропал, и в тусклом сиянии той же свечи Настя не на ощупь, а видя очертания некоторых предметов, сумела снова зайти в спальню. Здесь, пользуясь уже слабой способностью проникающего зрения (а что? Она ещё только первокурсница, если что!), девушка разглядела шикарный мягкий стул неподалёку и одной рукой неловко подтащила его к кровати. Села и заставила себя посмотреть на кровать. Плохо видимое человеческое тело под простынёй. Головы вообще не видно — только угадывается. И почему-то она покоится не на подушке. Более того... У Насти перехватило дыхание, когда она разглядела, что фигура на кровати жёстко раскинула руки в стороны без возможности шевелить ими: на невероятно тощих запястьях крепились кандалы!

Наверное, её собственная ситуация отразилась в гневном вопросе, эмоции которого, правда, пришлось притушить шёпотом:

— За что тебя так?

И, только выговорив, сообразила несуразность ситуации: лежащий на кровати может себе позволить незакрытую дверь и напугать непрошеных гостей страхолюдным дымом! Но исправлять вопрос не стала, выжидая, как этот тип объяснит своё положение.

Но невидимка, чьи смутные очертания не давали, к сожалению, шанса хорошенько разглядеть его, прошелестел:

— Для моей пользы... А тебя?

Настя не сразу поняла его, а потом сообразила: ослабевший по какой-то причине невидимка хочет узнать, почему вампирши гнались за ней.

— Да ничего особенного, — прошептала она. — Мне бы в свою комнату вернуться, а потом Брида приставать не будет. Она такая... Если разозлится, то бушует. Но через три-четыре часа успокаивается и забывает, из-за чего злилась. Мне бы выждать какое-то время и лучше пересидеть её злость в своей комнате, но... так получилось.

— Из-за чего?

"Из-за чего разозлилась Брида?" — закончила про себя девушка.

— Из-за кота. Он сейчас со мной. Он бродячий, болел. Я его лечила и приютила на время у себя. Ему выходить нельзя — слабый. Если вовремя не помочь, он может лужу налить. Ну и налил — возле комнаты Бриды. В общем, она его... Я еле успела отнять его и сбежать. А она — за мной. Я думала — здесь, в вашем общежитии, отсидеться. А Брида слишком злая — и сюда за мной пошла. Вот и всё. А ты? Что с тобой?

— Много...

Подумав, Настя снова "перевела" ответ про себя: "Слишком много объяснений — пока разговаривать не могу". И предложила:

— Пока я здесь, что я могу сделать для тебя?

— Ты кто?

— Ведьма-первокурсница. Специализация — травничество. — Спросить: "А ты?" не успела, услышав ответ: "Не поможешь".

В тишине посидели немного, Григоир успел попереминаться лапами на её плече, устав от вынужденной неподвижности, когда во тьме вновь возник шёпот:

— Почему я тебя не вижу?

— Брида учится на втором курсе и всех первокурсниц не знает, — объяснила Настя, — а вторая специализация у меня, факультативная, — иллюзорные маски. И это ещё одна причина, что она ко мне больше приставать не будет, если я отсижусь в укромном местечке. Потом она меня просто не узнает. А кота я больше не выпущу в коридор.

— Сними.

— Нет, — усмехнулась девушка. — Зачем? Не хочу быть разочарованной, когда ты увидишь меня. Я толстая и некрасивая. А пока в темноте все кошки серы, ты с удовольствием болтаешь со мной. Да и на равных мы с тобой: я ведь тоже тебя не знаю настоящего. Ну, который здоров. Ничего! — сочла нужным подбодрить его. — Вот вылечишься, будешь красавчиком — все девушки твои будут.

Ей показалось, что невидимка хмыкнул.

Опять молчание, и новый шёпот:

— Твой кот умрёт. Отдай его мне.

Его слова сначала ужаснули. Потом она сообразила. Ведь даже первокурсница знает, что такое видение смерти и передача жизненных сил, о чём завуалированно попросил невидимка.

— Ты... некромант? — выдохнула она.

Невидимка промолчал.

Несчастный кот, словно почувствовав, что его временная хозяйка сейчас решает важный для него вопрос жизни и смерти, затаился так, что перестал дышать. Или... Настя лихорадочно проверила, не стащил ли этот страшный некромант с кота последние силы! Нет. Да и не сумеет, пока бедолагу обнимают её руки... Расслабилась. Не стащил. Тогда она, посидев ещё немного в нерешительности, осторожно встала и положила кота на мягкое сиденье стула. Григоир сам слетел на спинку и снова съёжился в ожидании... Развернулась к кровати.

— Я не знаю, что с тобой, но немного собственных сил могу отдать. Вместо кота.

— Нет. Нельзя.

— Я знаю, о чём ты. О разрешении. Но не забудь, что я сама тебе предложила. Значит, можно.

Но, решительно объявив о помощи, тут же скуксилась, вспомнив: "Бойтесь первых порывов души — они, как правило, благородны!" А иной раз рискованны — добавила она про себя с тревогой. Что, если этот странный некромант выпьет все её силы? Но деваться некуда — сама предложила. И, храбрясь, быстро сказала:

— Как мне это сделать?

— Пожми мне ладонь...

Ей показалось, что невидимый некромант сказал это неуверенно.

Он... тоже боится за неё?.. И испугалась: а если он в таком положении, то есть если он так слаб, что не сумеет удержаться от искушения и правда выпьет её всю? Только сейчас она задержала взгляд на еле видимых кандалах, утяжеляющих его костлявые запястья, и содрогнулась: "Не зря его обездвижили!" Но собралась с духом: "Я обещала — сделаю! В конце концов, я травница — или где?!"

— Хорошо.

Для неё хорошо — другое. Что они до сих пор говорят шёпотом, и он не слышит, как ей страшно. Собравшись с духом, Настя встала на колени перед кроватью и вложила свою ладонь в безвольно повисшую ладонь невидимки. Едва коснулась, пришлось сделать ещё одно усилие — чтобы не отдёрнуть пальцы, почувствовав не кожу его ладони, а влажные кости! Мамочки, да что ж это такое?! Настя вспомнила, что собирается стать не просто травницей, а целительницей, и, стиснув зубы, плотно обхватила ладонь невидимого некроманта. Уж содрогания её души, оттого что она ощущает своей ладонью кости (что же он такого натворил?!), слегка обляпанные влажными ошметьями плоти, он не почувствует. И она слегка сжала свои пальцы, чуть не падая от омерзения в обморок, но заставляя чужие пальцы-костяшки сложиться в ладонь.

Минута. Ничего не происходит.

— Так легко... — прошелестело с кровати. — Ты... смелая...

"Ага... — стараясь удержать дыхание в норме, согласилась она. — Смелая, потому как дура ненормальная. Ну? Чего ты ждёшь? Бери, пока предлагают!"

Сквозь середину ладони будто дёрнули колючую проволоку. Дёрнули раз. Остановились, словно выжидая. Настя со страхом ждала, что будет дальше. Дыхание усмиряла, как могла, лишь бы лежащий не услышал, что оно участилось. В голову начали вползать жуткие мысли: а если он сделал что-то нехорошее, за что его и наказали? А она помогает ему! Как получилось, что она вдруг вообще захотела помочь? Ведь он всего лишь предложил поболтать! А если он тайком воздействовал на неё?! Что делать... как отказаться от...

Колючая проволока, застывшая в середине ладони, через руку, через плечо — раздирая внутренности, ринулась к сердцу.

А потом все смутные линии, тени и отсветы свечи из гостиной схлопнулись перед глазами... И наступила полная тьма.

... Настя очнулась лежащей на полу и не поняла сразу, что происходит. Но наверху, над её головой, что-то довольно активно двигалось — рывками и с руганью шёпотом. Вспомнила. Точней, сначала поняла, что на ней сидит Григоир и клювом аккуратно расстёгивает пуговицы блузки на груди. При виде открытых глаз своей ведьмы ворон хрипловато объяснил:

— Тебе воздуха не хватает.

Наверху сразу перестали шевелиться. Замерли. И она испугалась: тот пытался вырваться из кандалов, чтобы помочь ей? И даже успокоилась: если помочь — значит, не страшный. Значит, беспокоится о ней...

— Живая? — прошептали сверху.

— Угу... — откликнулась она, с трудом переворачиваясь на живот, чтобы потом с опорой на кровать подняться на ноги. Ворон, соскочивший с живота, тут же взлетел на своё привычное место — на её плечо. — Я, наверное, пойду.

— А как же та...

Настя встала на пошатывающиеся от слабости ноги и некоторое время старалась сохранить равновесие. Поэтому не сразу поняла, о чём он. Ага. Так. Это он о Бриде, о вампирше.

— Будем надеяться, что она уже ушла.

— Кухня. Там... окно.

"Иди на кухню, там есть окно, через которое выпрыгнешь. И тогда не надо будет опасаться вампирши", — уже привычно перевела она его реплику, добавив недостающие слова. Постояла, подумала. Потом взяла вялого кота прижать к себе. Дышит ещё... И оглянулась на плохо видимого некроманта. Подумала и, прежде чем пойти на кухню, снова осторожно взяла его за руку.

Ладонь его оделась в кожу. Сухую, тончайшую. Чего доброго, проведёшь по ней ногтями — порвёшь в клочья. "Вот это он у меня силы-то взял!" — поразилась она.

— Спасибо.

— На здоровье. Я пойду, как ты предложил, — через кухню. Пока...

И, будто пьяная, на подламывающихся ногах, зашагала из спальни искать его кухню. Предположила, что дверь в неё найдётся возле входа, — и оказалась права. Плотно закрыла за собой дверь, нашла обещанное окно и раскрыла его.

— Григоир, посмотри, нет ли...

— Жди!

Ворон сорвался с плеча и вылетел из тёмного помещения. Секунды падали вместе с тяжёлым стуком сердца. И вдруг Настя чуть не рассмеялась: "Дурной какой-то разговор вышел! Мы даже не познакомились!.. Хотя зачем? Всё равно друг друга не узнаем. Да и к чему? Мы разные. Ишь, некромант... Ладно, пусть живёт!"

Вернулся Григоир, обрадованно каркнул:

— Мы на противоположной стороне общежития!

Настя оглянулась на кухню, очертания которой пропадали в наведённой тьме, и не спеша, потому что конечности, словно распухшие, до сих пор подводили, уселась на низкий подоконник и развернулась ногами к улице. Хм. Здесь кусты и ровно стриженная трава. Она съехала на газон. Пошатнулась. Постояла ещё немного, набираясь сил от земли, и прикрыла за собой оконную раму — рассеянно размышляя о странностях некромантской жизни, когда комната ничем не защищена: ни заклинаниями, ни сторожевыми артефактами. Хотя что ему защищаться... А потом забыла о том, что осталось за спиной. Пора добираться до своего общежития, снова посылать ворона на разведку и молиться, чтобы Брида не узнала Григоира, если тот попадёт ей на глаза. Пора забыть тот скелетик, который лежал на кровати в чёрной-пречёрной спальне, и снова окунуться в жизнь! Что он там сказал про кота? Не фиг делать! Теперь, когда Настя знала, что хвостатому бродяжке осталось всего ничего, она знала и то, что предпринять.

Это одна из главных особенностей её характера: когда говорили, что чья-то жизнь на самом опасном пике, Настя тут же начинала искать выходы из ситуации — и чаще делала гораздо больше, чем тогда, когда верила, что всё и так будет хорошо.

Так было и несколько месяцев назад. Когда мама умирала, когда отец и братья уже не знали, что делать, к ним в квартиру явился странный человек. Он был одет, скажем так, несколько старомодно: чёрный длинный пиджак и брюки Настя ещё бы сочла привычным одеянием, но из нагрудного кармана пиджака вылезала длинная цепочка, часть которой скрывалась в зелёном жилете, а под горлом мужчины красовался галстук-бабочка.

Он позвонил в дверь, и открыл ему отец. После недолгих переговоров рядом с входной дверью изумлённый отец неуверенно пригласил незнакомца войти в квартиру, в которой в этот час, кроме Насти, никого не было. И незнакомец сделал им, как это называется, предложение, от которого не отказываются. Он предложил им здоровье и жизнь мамы, которая сейчас лежала в больнице, в реанимации, в обмен на переезд Насти в некое странное место, где обучают травничеству.

Настя, только что закончившая школу и поступившая в медтехникум, ошалела.

— Это ка-ак? — даже начала заикаться она. — Такое заведение есть? И почему в обмен на... Я не понимаю!

И папа подтвердил, что не понимает и он.

Незнакомец слегка вздохнул и объяснил так, что у них обоих снова глаза на лоб полезли. Оказывается, он агент, который ищет в Этом мире будущих студентов с необычными задатками. И эти задатки — ведьмы-травницы — есть у Насти.

— Вы говорите совершенно... — отец даже остановился, не зная, как сформулировать фразу, и пожал плечами, растерянно глядя то на незнакомца, то на Настю.

— Всё понимаю, — спокойно ответил тот. — Но предлагаю не спешить с отрицательным ответом и позвонить в больницу, узнать о здоровье дражайшей супруги.

После этих дичайших слов отец, как заколдованный, взялся за мобильник. И замер, услышав ответ далёкого собеседника.

— Маму хотят выписывать в связи с полным выздоровлением, — промямлил он, недоверчиво глядя на Настю.

— Наши травники-целители позаботились о том, чтобы будущая студентка не чувствовала себя ранимой, оставляя свой мир, — чуть ли не беззаботно подытожил незнакомец, поигрывая цепочкой с маленьким кулоном, появившимся из жилета.

Вот уж когда Настя нисколько не сомневалась!

Возни с документами было много, было много недоверия пополам с изумлением из-за внезапного выздоровления мамы и растерянной благодарностью за это. Но вскоре Настя и впрямь оказалась в странном мире, а потом и в странном академгородке, в котором учились ещё несколько человек из её мира — правда, общаться было с ними спервоначалу сложно: говорили на разных языках. Но здесь же ей вручили такую же цепочку с кулоном-переводчиком, чтобы новоявленная студентка не испытывала проблем с языками всех обучающихся в магической академии. Здесь же с нею немедленно провели ознакомительную беседу по тем расам, которые будут учиться на одном курсе. И выдали комнату — по здешним меркам небольшую, но, даже в сравнении с комнатами родной квартиры, довольно просторную. А через полторы недели она знала, где находится корпус травниц-целительниц, а также корпус для магов, специализирующихся на магической иллюзии. Кроме всего прочего, слегка освоившись, она начала с интересом поглядывать на корпус, где занимались артефактчики...

... Мелкими перебежками по дорожкам, аллеям, а то и по газонам она добралась до своей комнаты в своём общежитии. Заперлась и некоторое время сидела на кровати, прижимая к себе кота и думая о странном некроманте. "Для моей же пользы" — сказал он? Жаль, так и не выяснила, что с ним происходит. Задело странное противоречие: если для пользы, почему он попросил у неё силу?

— Настя!

Не успела поднять голову, как на колени упала какая-то цепочка — и съехала на пол. Григоир досадливо каркнул и слетел вниз подобрать оброненное. Всё ещё держа кота одной рукой, другой девушка приняла цепочку, свисавшую из клюва ворона.

— Откуда это у тебя? — удивилась она, разглядывая махонькую подвеску в виде тонкостенной чашечки. Ранее фамильяр в воровстве не был замечен. Да и вроде, если что, не должен ворованное показывать хозяйке.

— Тот некромант позвал меня и велел тебе передать. Ну, когда ты окно закрывала, — хрипловато сказал ворон, усевшийся напротив, и брезгливо посмотрел на кота, который еле дышал. — Для него!

— Зачем?! — ужаснулась девушка. — Добить?!

— Он сказал, эта штука — накопитель сил, — чуть вздыбив крылья, словно пожимая плечами, ответил Григоир.

"Сам у меня силы брал, а накопитель мне отдаёт? — поразилась Настя. — Или я неправильно понимаю назначение этого артефакта?"

Пришлось положить кота на кровать и осторожно выглянуть в коридор. Потом, уверившись, что Бриды с подругами не видно, она, с зажатым в кулачке накопителем, помчалась на второй этаж, где жили третьекурсницы. И где дежурила старая вахтёрша из ведьм, которую первокурсницы, и не только они, часто тревожили своими примитивными, но такими жизненно важными вопросами.

Вторая глава

"Помчалась" — это она хорошо себя оценила. Лестницы здесь, естественно, не стандартные, как в жилых домах её мира. То есть не в девять ступеней. В двадцать. А ходьба до своего корпуса по газону, когда Настя сумела чуть добрать сил, выпросив их у трав и цветов, была слишком краткой.

Так что на седьмой ступеньке, споткнувшись, девушка успела вцепиться в перила и только потому не упала задом на верхнюю ступень, а то и не скатилась с пройденных ступеней. В общем, держась за перила, сумела более комфортно опуститься на камень лестницы, а не грохнуться постыдно. Ладно ещё — вокруг никого, кто бы посмеялся над неуклюжей. Села, поёрзала, чтобы устроиться удобней и отдохнуть, дожидаясь, пока ноги придут в норму. С беспокойством подумала о коте: "Дождётся ли кот меня? Я-то вокруг него травы оставила, чтобы укрепить его и даже задержать его состояние в нужном режиме, но надолго ли хватит сил этих трав?.."

— Откуда ты, прелестное дитя? — мягко спросил кто-то, спускавшийся сверху и обходивший её в данный момент.

— Из леса, вестимо, — деловито отозвалась Настя и глянула, кто тут такой сердобольный, что решил осведомиться...

И открыла рот, узрев перед собой венец идеальной красоты в мужском лике. Вот это да-а... Красавец был высоченный, в отличной физической форме. Первое, на что наверняка западали все встреченные им девицы, оказались глазища — азиатского разреза, но притом большие и мерцающие поистине космической глубиной. Носик весьма аккуратный, а уж рот — красота из красотищ! Глядя на высокие скулы, Настя скептически вспомнила о земных красавцах, многие из которых добивались того же — с помощью пластических операций. Интересно, этот мужской идеал точно так же себе сделал пластику? И последнее, что Настя не очень любила в мужиках, — это волосы идеала. Точней, их длина. Примерно такая же, как у её собственных волос — чуть ниже лопаток. И явно крашенные, потому как светло-коричневатые, словно подпаленные в огне, пряди соседствовали с иссиня-чёрными и седыми.

— Лес, — задумчиво сказал идеал. — Дитя, ты травница?

— Ага.

— А почему решила присесть на этой лестнице? Она тебе нравится, как место отдыха? — сочувственно поинтересовался идеал.

"Ну вот, — пожалела Настя, — только решишь, что встретила идеал, а он тут же оказывается то ли тупым, то ли последним болваном, что, впрочем, одно и то же! Нет, надо бы к "красавцам с первого взгляда" относиться с критическим подозрением".

Но тут же сама заподозрила: а если этот конкретный идеал просто-напросто насмехается над ней?

— А почему вы решили обзывать меня дитём? — с ярко выраженной подозрительностью спросила она. — Я — что? Выгляжу, как младенец, которого только что отлучили... — И смутилась, чуть не ляпнув грубость.

Неизвестный идеал мягко улыбнулся ей и так же мягко и непринуждённо ткнул в её нос тонким пальцем, ошеломив до крайности. После чего вновь улыбнулся идеальной улыбкой и спросил:

— Этого хватит?

Первый же вдох после его деликатного возмещения взятых у неё сил показался таким... таким... Что Настя вновь с подозрением спросила:

— А как вы догадались?

— Увидел в твоих руках накопитель, — благосклонно ответствовал идеал.

— Я что — рыжая, чтобы для себя его использовать? — проворчала девушка, жалея, что не спрятала накопитель в карман.

— А разве нет? — теперь уже изумился неизвестный идеал, до сих пор непоколебимо спокойный. — Разве не рыжая? Замечательный оттенок, между прочим. Цвет жаркой зари!

Настя в суматохе схватилась за волосы и поднесла прядь к глазам. Ну вот — расстроилась она. Иллюзия слетела, когда она споткнулась, и теперь всем видно, что жалкая первокурсница не умеет правильно и прочно делать иллюзорную маску!..

Настя вздохнула и встала.

— Примите мою огромнейшую благодарность за помощь с силами, — чётко выговорила она привычную фразу, которую заучила наизусть, законспектировав для того академический справочник для общения со здешними многоликими расами и видами. — И простите, если оставляю вас слишком быстро: мне необходима консультация у нашего домашнего куратора. До свидания!

И, развернувшись, теперь уже на всех парах бросилась по ступенькам наверх, не желая, чтобы её остановили новым вопросом, когда у неё жуткий цейтнот. Да ещё ворчала про себя: "Цвет жаркой зари, цвет жаркой зари... Делать ему больше нечего, как заморачиваться с цветом моих волосёнок!"

Впрочем, пробегая площадку между лестницами, она невольно глянул вниз, и идеальный незнакомец, по-прежнему снисходительно улыбаясь, послал ей воздушный поцелуй. Она шмыгнула носом в ответ и побежала дальше, возмущаясь: "Ходят тут всякие по женскому корпусу, смущают наивные девичьи сердца!" Любила она в устной речи и в мыслях ввернуть литературные фразочки. И тут же подумала, что произнесённые вслух другим человеком, то есть, например, конкретно этим идеальным типом, они, эти фразочки, почему-то её раздражают. И мельком ещё подумала о том, у кого бы спросить, что это за роскошный тип такой — и почему безнадзорно шляется по женскому общежитию, приводя в смятение души и сердечки его обитательниц.

Спрашивать не пришлось.

Рядом со столом домашнего куратора — проще, вахтёрши из ведьм, — стояли четыре девицы, которые взахлёб обсуждали явление неизвестного идеала. Постояв минуту за их спинами, Настя и сама открыла рот от восхищённого благоговения: ах-ах-ах, силой с ней поделился сам дракон-старшекурсник!.. Фи. Всего лишь. А она думала — эльф. Ушей-то не видела... Старая ведьма-куратор, наверное, устала от трескучего, взахлёб обсуждения странного гостя в стенах вверенного ей общежития, при этом стойко помалкивая, зачем он сюда явился. Углядев Настю, смиренно дожидавшуюся своей очереди подойти к ней, она кивнула и спросила:

— Что у тебя?

— Магический накопитель, — чётко сказала Настя, и девиц мгновенно сдуло от вахтёршиного стола: говорить об академических, учебных делах, когда тут такое событие! Фи и фу на Настю!

Глядя вслед упорхнувшим девицам, Камина, похожая на серую глазастую совушку, почему-то надевшую белоснежный чепец, перевязанный атласными лентами, задумчиво пожевала губами и высказалась:

— А что? Хороший способ избавиться от этих сорок.

Что она имела в виду, девушка переспрашивать не стала и протянула ей артефакт.

— У меня кот больной. Мне дали эту штуку и сказали, что она поможет ему с силами. Это так? Или меня разыграли?

Повертев в морщинистых, но цепких руках накопитель — маленький, с напёрсток, невзрачный колокольчик из тонкостенного дерева, с металлическим колечком сверху, за которую цеплялась цепочка, Камина одобрительно покачала головой.

— Пользуйся без боязни! Отличная вещь и надолго послужит. — И пытливо глянула на девушку. — Спрашивать, кто тебе его подарил, наверное, не стоит?

— Э... Ну-у... — замялась Настя и вздохнула. — Нет, не стоит.

— Та-ак! — спохватилась старая ведьма. — Ну-ка, ну-ка! Кот у тебя больной? Откуда взялся? С чего бы это ты его лечить собралась?

Настя снова вздохнула и, уложившись в минуту, пересказала все краткие события из бурной и полной трагедии жизни хвостатого бедняги. После чего Камина уставилась на неё, переваривая информацию, и, хмыкнув, поинтересовалась:

— А ты точно на человеческого целителя хочешь учиться? Не думала о магической ветеринарии?

— Кот-то у меня нормальный! — вырвалось у испуганной девушки. Затем Настя испугалась ещё больше: она ведь только что обозвала ненормальными всех магов и ведьм! Её оправдывало лишь то, что она и себя в эту странную когорту логично внесла.

Похихикав над нечаянной оговоркой, ведьма добродушно сказала:

— Одно другому не повредит! В общем, подумай об этом. А вдруг тебе понравится эта мысль? Если надумаешь, я сообщу начальству.

— Спасибо, — пробормотала Настя и сбежала не медленней тех девиц, которых так взволновало посещение их корпуса драконом.

Почему-то она сначала всё-таки решила, что он преподаватель. Обоснование решению простое — обозвал дитём и легко увидел одну из её проблем. А теперь, когда она всё про него поняла, решительно закрыла доступ воспоминаниям об идеальном студенте — ой, красавчике! — в свою голову. Некогда ей думать о пустом! Помог — и ладно!

Пока бежала, мысли путались. Снова думалось о жутком некроманте, который жутко лежал жутко прикованным к жуткой кровати. Думалось, жив ли кот, которого она может выручить не только обычным лечением, но и вливанием в него сил.

И думалось о том, что предложение, сделанное старой ведьмой, очень интригующее. Но ведь тогда, вместо обещанных четырёх лет на академический курс ведьм и колдунов ей придётся учиться ещё больше? Или... Или её заставят совмещать обучение? И тогда... Ну уж нет! Надо научиться тому, из-за чего её взяли. Ведь Камина спросила про кота, даже не осведомившись, а будет ли животное жить! А если кот не выживет? И вообще! Настю интересует курс иллюзии! А ещё... курс артефактчиков! Вот, например, накопитель! Умела бы его сама создавать — не пришлось бы на него издалека облизываться, сразу бы сама и сотворила! И когда же всем этим заниматься?..

Взволнованная, она вбежала в комнату — и выдохнула: кот, оставленный на кровати, шевельнул глазами на неё. Головы не поднял — куда ему! Но ведь живой! Трясущимися от спешки руками Настя повесила колокольчик на шею животному. И застыла, ошарашенно глядя на кота. Хм. А ведь Камина права: повесив коту накопитель, девушка поставила болящего и побитого зверя в ряды "ненормальных"! Потому что сейчас кот будет, как все маги и магические существа, брать стихийные силы отовсюду, откуда сумеет брать колокольчик!

И задумалась, снова озадаченная: у некроманта есть накопитель. Почему же он сам его не использует? Не может достать? Ну да. Руки-то скованы... Но ведь послал за ним Григоира! Значит, мог бы попросить ворона или её же, Настю, чтобы они ему подали то, что необходимо каждому магу, а уж тем более магу в таком положении! Или ему нельзя по каким-то своим некромантским причинам? Но ведь не оказался от сил, когда она предложила. Или он... этот... садомазо которое? Ужас!

— Ну, ничего себе... — прошептала она, одновременно думая и о коте, перешедшем в разряд магических, и о странном некроманте.

И подпрыгнула от жёсткого стука в дверь. "Брида?!"

— Насть! Открывай! — завопили за дверью в несколько девичьих голосов.

Сообразив, кто это, а главное — с какой целью, Настя скривилась и со вздохом щёлкнула пальцами, позволяя двери открыться. В комнату ворвались четыре девицы, и кот полуобморочно закатил глаза и поджал уши от громогласных воплей.

— Цыц! — рявкнула Настя. — Щас помрёт — вы виноваты будете!

— Ой, котенька какой прелестный! — кукольным голоском запела Сайофра, высокая и изящная девушка-эльф, приседая на корточки перед кроватью и осторожно гладя пригнувшееся от страха животное. — И почему такое чудесное создание лежит на кровати?

— Да, чего он опять валяется? — удивилась Кари, коренастенькая темноволосая гномушка. — Ты ж вроде его подлечила немного?

— Его Брида отлупила, — сурово сказала Настя, только что вспомнившая, почему она первым делом того студента-дракона определила эльфом: любят они, эльфы, красивыми словами пользоваться, например, "котенька такой прелестный", "прелестное дитя". — Так что — кота не трогать и не орать рядом с ним, чтобы не тревожить.

— По мне, так эту Бриду давно надо приструнить, — хмыкнула Мерсайл, оборотень. — А то привыкли все, что у неё память короткая: типа, обижай не обижай она всех, потом всё равно сама как шёлковая будет. Не. Надо собраться всем вместе и устроить ей тёмную. Изменить голоса и вбить в неё правило — не лезь ни к кому!

— Боюсь, в этой ситуации не всё однозначно, — вздохнула Настя. — Понимаешь, кот вышел из моей комнаты и надул лужу возле комнаты Бриды.

— Где-то её я даже понимаю — Бриду, в смысле... — заговорила было стоявшая у входной двери вампирша Ита, но Мерсайл её перебила:

— Пока все её понимают, она распоясывается всё дальше!

— Не торопись, Мерсайл, — укоризненно ответила Ита. — Всё дело в том, что мы не переносим кошек и их запаха. Да и ты... Подумай хорошенько. Приятно ли тебе было бы, найди ты кошачью лужу возле своей двери?

— Так, вы мне тут зубы не заговаривайте, — решительно сказала Настя. — С чем явились? Я же сказала — у меня ни голоса приличного, ни умения играть на музыкальных инструментах. Я вам не пригожусь!

— Но у тебя есть гитара, — вежливо напомнила Сайофра.

— Фи... три примитивных аккорда — и всё. На них далеко не уедешь. А тут такое мероприятие! Да и побаиваюсь я выступать со сцены!

— Слушай, а как зверя зовут? — спросила Мерсайл.

— Не назвала. Думала: вылечу — отпущу.

— Но три аккорда — это уже замечательно! — настаивала девушка-эльф.

— Эту скотину надо на кухню при столовой отнести, когда выздоровеет, — проворчала гномушка Кари. — Пусть при деле будет — мышей и крыс ловит. А то валяется он здесь — дармоедом!

— Он бедненький и несчастненький! — возмутилась Сайофра. — А ты его гонишь работать! Пусть сначала подлечится!

— Ведьмы, забудьте про моего кота! — воззвала к одногруппницам Настя. — Давайте спокойно договорим, чего вы от меня хотите! Только не сцена!

— А хочешь — мы все вместе выйдем? — предложила Ита. — Тогда у нас будет от группы вокальный номер и не надо будет долго искать, с чем выступить на академическом осеннем празднике.

— В смысле — квинтет? А что петь будем? — слегка обалдевшая от новой идеи поинтересовалась Настя. — Вы не забыли — мы все разные! У нас ни одной песенки общей нет, которую бы мы знали!

— Придумаем и выучим, — деловито сказала Мерсайл.

И все девицы уставились на неё. Сайофра непонимающе похлопала на девушку-оборотня длиннейшими ресницами и кротко спросила:

— Ты имеешь в виду, что мы придумаем песню?

— А что? — пожала плечами Мерсайл. — Другие же придумывают стихи для своих композиций. Почему бы и нам не попробовать? Зато в нашем будущем номере есть огромный плюс! В следующий раз нам не надо будет искать, что мы можем сделать, а сразу сочиним ещё одну песню — и вперёд все вместе, чтоб не страшно было! Думаешь, тебе одной неуютно на сцене?

— Ты думаешь, это так легко — придумать песню? — обалдело спросила Настя.

— У Сайофра флейта есть, — вспомнила Кари. — Я слышала, как она играла. Ничего так. Сайо, будешь вторым инструментом в аккомпанементе.

— А если флейта не подойдёт? — удивилась та.

— Подойдёт, — уверила её гномушка, и девушка-эльф пожала плечами.

— Так, дамы, — решительно сказала Настя. — Сели все за стол и думаем, какую песню будем петь. А то сосредоточиться трудно.

Дамы быстро уселись, кто куда: заняли три стула и низкий подоконник.

— А что думать? — хмыкнула Мерсайл. — Ты придумай слова и музыку, а потом нам покажешь — и будем учить.

— Ты так говоришь, будто я здесь только и делаю, что песни сочиняю! Да я даже не знаю, о чём такая песня может быть! — возмутилась Настя. — Осенний праздник — про увядающие цветочки, что ли, петь?

— Мы ведьмы, — напомнила Кари. — И поём от курса ведьм. Значит, песня должна быть про нас — про ведьм.

И тут Настя вспомнила мультик "Летучий корабль" и придушенно, но неудержимо захихикала, представив всю компашку на сцене распевающей бабёжкины частушки. Отсмеявшись, оглядела мокрыми от слёз глазами изумлённых одногруппниц, вытерла слёзы и задорно предложила:

— А давайте частушки споём?

— Это что? — подозрительно спросила Кари. — Почему они частят?

— Их проговаривают быстро и на лёгкой мелодии. Ну и всякие маленькие четверостишия в ход идут. Чаще смешные, а иногда жизненные.

— Например?

— Ну... Помню, в бабушкиной деревне пели: "Говорят, платки к разлуке. Я милОму два дала. Не платочки разлучают, а подружкины слова!"

— Ух ты! — загорелась Ита. — Да тут можно любые приметы накидать!

Но ещё с полчаса думали и так не смогли ничего подходящего придумать, чтобы соединить осенний праздник и ведьминский курс.

— Идея — блеск, — решила Мерсайл. — Но надо немного сосредоточиться. Идём по комнатам и думаем. К вечеру приносим — кто что придумал!

— А завтра — практикум, — меланхолично напомнила Сайофра. — Все свои домашки сделали? Я, например, нет.

— Интересно, есть такое заклинание, чтобы придумывать стихи? — озаботилась деловая Кари. — Девчонки, спросим у библиотекаря — пусть нам найдёт!

— Тоже идея, — одобрила Ита. — Настя, ты долечивай кота и придумывай ему имя, а мы побежали в библиотеку! Если что-нибудь найдём — снова прибежим к тебе.

И галдящей толпой одногруппницы-ведьмы умотали в академическую библиотеку. Стало тихо, и Настя, взбудораженная, начала потихоньку успокаиваться. Ей "домашку" делать не надо: по старой привычке хоть и не отличницы, но примерной хорошистки она все домашние задания делала немедленно, едва заканчивались занятия. Так оставалось время на чтение книг.

Но теперь... Она вроде как получила новое домашнее задание. И вроде как понятно: чтобы сделать его, надо написать строки одинаковой по количеству слогов длины, да ещё так, чтобы они рифмовались. Вроде всё понятно. Но вот она села с выдранным из тетради листочком за стол, взялась за ручку... Оглянулась на спящего кота. Тот, почуяв, что к нему возвращаются силы, уснул немедленно. Настя посмотрела в листок. Через десять минут тщетных попыток придумать хоть что-то приличное встала из-за стола лишь с головной болью.

И что-то она сомневалась, что девочки-ведьмы сумеют найти в библиотеке колдовской стимулятор для написания стихов.

В детстве, увлечённая красивыми стихами, которые изредка попадались ей, она пыталась подражать поэтам. Но чаще получалось лишь либо продолжить их стихи, либо развить тему — как это она сейчас понимала. Но никак не написать своё — разве что пару строф. Но этого мало для песни... Она озадаченно сжала губы: может, предложить девочкам создать красивую иллюзию на сцене? Что-то вроде дремучего леса, в котором колдуют молодые ведьмы? Можно сделать иллюзию подвижной, попросить Сайофра сыграть что-то на флейте для атмосферности... Она вздохнула. Вот для такой штуки сценарий сочинить легко. "Тоже мне — придумали! — даже посердилась она немного. — Песню им подавай! Вот придут с пустыми руками — я им и предложу замечательную идею для концерта!.. А пока..."

Настя оглянулась на чистый листочек бумаги, до которого кончик ручки так и не дотронулся, а потом присела на край кровати и погладила сонного кота. Судя по линиям вокруг него, которые оживились и стали заметно ярче, он и впрямь пошёл на поправку.

И это напомнило ей о том, кто помог. С котом.

— Григоир, где ты гуляешь? — негромко спросила она пустоту своей комнаты.

Окна здесь по старинке сделаны — с форточкой. Пока тепло (а здесь всегда тепло, разве что по ночам прохладно) — форточка настежь. Ну и влетел. Приземлился на привычном насесте — на спинке стула. Осмотрелся. Сощурился на спящего кота, издал странный — не то недовольный, не то раздражённый звук. Потом снова уставился на стол.

— У нас гости были?

— Да, девчонки заходили насчёт концерта. Григоир, поужинай — я тебе на столе в кухне оставила твою чашку с готовкой. А потом у меня для тебя будет задание.

— Есть, моя ведьма! — пошутил Григоир и слетел с насеста — в отгороженную занавеской кухоньку, которая одновременно являлась и комнатушкой для умывания.

А Настя подошла к настенному зеркалу и быстро приготовилась к выходу. То есть заклинанием обесцветила ярко-зелёные глаза в невнятно серые, а рыжие волосы, необычного малинового оттенка, собрала в хвостик и "перекрасила" в темновато-русый цвет. То есть в тот, который опять-таки ни то ни сё. Последний штрих — "покрыла" характерную для некоторых рыжих нежно-белую кожу лица лёгким загаром.

Посмотрела вниз. Нормалёк! Джинсы как у большинства в академии. Блузка — тоже из категории "не разбери поймёшь". Ну и любимые сандалии, которые разношены строго по ноге, как будто стали её частью. Самое то — бегать по кустам и газонам.

Заметно отяжелевший Григоир влетел в комнату и, усевшись напротив хозяйки, вопросительно взглянул на неё. Настя задумчиво смотрела на окно: здешнее солнце нижним краем касалось горизонта. Вскоре оно скроется. И есть где-то полтора часа на пробежку в место, которое застряло в мозгах и назойливо требовало её появления.

— Григоир, тебе придётся сейчас сходить со мной к тому некроманту, который подарил мне накопитель.

— Зачем? — каркнул ворон, вылупив глазища на юную ведьму.

— Ну, я хочу навестить его. Было бы неудобно не поблагодарить его за столь своевременный подарок, — чопорно сказала Настя, скрывая своё ужасающе горячее любопытство — желание узнать, что произошло с тем скелетиком, который недавно явно выглядел как обыкновенный человек.

Фамильяр проницательно посмотрел на девушку. Или, точней, попытался выглядеть проницательным.

— Тебе понравился... — он поперхнулся и тут же исправил вопрос: — Тебе понравился накопитель некроманта? Но ты же могла попросить его у любого другого опытного мага!

— Просить не люблю. А здесь мне сделали подарок, о котором я не просила. И мне это нравится.

— Но идти туда, чтобы поблагодарить... — Ворон вновь уставился на хозяйку.

— Григоир, — терпеливо сказала Настя. — Я рыжая-бесстыжая — это ты уже знаешь. Но я ещё и благодарный человек. Хотя, если не хочешь сопровождать меня туда, просто скажи, вместо того чтобы выспрашивать о том, что мне неинтересно.

— А зачем тебе там я? — с новым недоумением спросил Григоир.

— Объясняю. У него окно на кухне было открыто — пряталось за закрытыми шторами. Мне нужно знать, будет ли оно открыто и в этот раз.

— Хм. — Ворон почесал кончик клюва когтем лапы. Посидел, подумал, поднял голову. — Ты хочешь пройти в гости не с парадного входа, а в окно. Незамеченной. Ну вот. Другое дело. А то думай мне тут, зачем я тебе.

— Именно так, Григоир, — серьёзно и важно сказала Настя. — На тебя возлагается опасная разведка, после чего я уйду опасным шпионом в его апартаменты.

— Что-то у меня как-то это плохо сочетается — шпионка и благодарность, — признался фамильяр. — Но ты не хочешь открываться мне сейчас. А можно я последую за тобой и пойму всё сам?

— А тебе интересно? — удивилась Настя, шагая к двери.

— Конечно! А почему ты сейчас не хочешь выпрыгнуть в окно? — Круглые выпуклые глаза ворона горели синим пламенем азарта.

— Соблюдаю внешне обычные правила этикета, — деловито ответила Настя и постучала себя по плечу, приглашая птицу на своё обычное место при себе.

— А я тебя не выдам своим присутствием на твоём плече? — встревожился ворон, переместившись на её плечо.

Девушка осторожно выглянула в коридор студенческого общежития. Не глядя на Григоира, вполголоса спросила:

— А что? Ты тоже хочешь замаскироваться? И как?

— Под ястреба! — хищно обрадовался Григоир.

Настя отпрянула от двери и объяснила:

— У ястреба клюв коротковат — мне тебя трудно будет маскировать. Хочешь — в белоголового орлана? Он очень хорош!

— Хочу, конечно! — Ворон от нетерпения аж клювом клацнул.

Через пять минут они вышли в коридор, всё такой же пустой. Так что никто не удивился, когда они, внешне плохо запоминающаяся студентка с прекрасной ловчей птицей на плече, гордо озирающейся по сторонам, появились на людях ближе к выходу из общежития: первокурсников ещё не всех знали в лицо. Охранник, во всяком случае, скользнул по ним взглядом и спокойно пропустил на улицу. Краем глаза девушка заметила Мерсайл, которая кого-то ждала у входной двери, а когда Настя проходила мимо, ноздри девушки-оборотня вдруг затрепетали. Но дверь тяжело закрылась — и Настя, мельком оглядевшись, немедленно поспешила от общежития.

Оказавшись на аллее — метрах в двухстах от корпуса, Настя оглянулась: Мерсайл стояла у входа и, нахмурившись, озиралась. Девушка усмехнулась: чтобы обернуться в волчью ипостась и продолжить преследование по запаху, Мерсайл надо сбросить с себя цивильную одежду. Так что Настя спокойно удалилась аллеей, словно гуляя между корпусами, но твёрдо держа путь к одному из мужских корпусов.

Почему её тянуло в комнату некроманта, она объяснить бы не могла. Благодарность — отмазка для Григоира... Пройдя половину пути, юная ведьма досадливо поморщилась: ну и торопыга она! Могла бы остаться в комнате и быстренько разложить карты на некроманта! Узнать, почему её тянет к нему. На себя нельзя: собственные желания перебьют настоящее гадание.

Вскоре стемнело: солнце ещё закатывалось, но уже пряталось за холмом, который вздымался за академгородком.

— Григоир... Тебе пора, — прошептала Настя, выглядывая из-за дерева на газоне перед мужским общежитием.

— Слушаюсь и повинуюсь, моя королева! — прохрипел ворон — и снялся с её плеча, оставив хозяйку недоумевать, с чего бы он так ответил. Маскировочный вид ловчей птицы подействовал?

Настя вздохнула и приготовилась к терпеливому ожиданию.

Третья глава

Комок тьмы в вечерних сумерках брошенным камнем влетел в ещё большую тьму, со стороны улицы ограниченную прямоугольником оконной рамы. Во тьму, которую не видно с улицы, но Настя помнила по первому посещению. Влетел вкосую, так что стало понятно, что окно всё ещё открыто и что птица влетела в щель. Настя решила досчитать до шестидесяти — раз, потом ещё. То есть элементарно следить за разведкой ворона, принимая во внимание количество минут его пребывания в чужих апартаментах. Да и легче так — в ожидании.

Но забыла о счёте, вновь погрузившись в размышления о будущем концерте. Может, зря она остановилась на песне? Может, надо было сделать с девчонками какой-нибудь танец — и обыграть его получше, чтобы зрители увидели целый мини-спектакль? И снова подумала, что на гитаре она и впрямь играет так себе. Ну, помурлыкать иногда любила под нехитрый аккомпанемент — точно так же, как часто ловила себя на том, что бурчит какую-нибудь песенку себе под нос, пока занимается чем-то в одиночестве. Нет, было, конечно, пару раз, что она вроде как начинала сочинять песенку, но... Она пожала плечами и улыбнулась. Глупо даже думать...

Между тем окрестности академгородка с приближением вечера сильно оживились, и теперь Насте пришлось следить за тем, чтобы её не обнаружили близко к мужскому общежитию. Наблюдая из-за своей древесной "засады" за многочисленными парочками, она прикусила губу: вот ещё одна часть жизни, которая ей нравится здесь. Несмотря на плотный график, студенты и студентки успевают отдавать дань и личному времяпрепровождению... Но вскоре, продолжая слушать быстрые разговоры и лёгкий смех, девушка поняла, что начинает завидовать. Хотя чему? — тут же пожалось плечами. Она здесь только-только начинает учиться. Может, и её свидания и прогулки — всё впереди?

Но спохватилась и заставила-таки себя отсчитывать секунды. До шестидесяти досчитать не успела: Григоир мягко вылетел из щели между шторами, и девушка с облегчением решила, что в помещении сейчас, наверное, лучше не появляться. Но всё оказалось проще.

— Он один, — конспиративно прохрипел фамильяр.

С другой стороны мужского корпуса улицу ярко осветили огни разворачивающейся перед зданием машины. Свет погас, и Настя, некоторое время посомневавшись и постояв возле приглянувшейся ей липы, решилась подойти к окну. Да, открыто. Чувствуя на плече тёплую тяжесть Григоира, девушка тихонько потянула на себя раму. Открылась, как и в прошлый раз, бесшумно, и Настя сочла первый шаг в чужую комнату удачным предзнаменованием. Забравшись на подоконник, она осторожно оттянула в сторону штору и спрыгнула.

Поскольку сейчас не надо было торопиться, то с помощью проникающего колдовского взгляда она сумела разглядеть кухню. Впрочем, это помещение больше походило на домашний бар, чем на привычную ей кухню. Наверное, к тому располагала стойка и единственный стол у стены, явно из откидывающихся. Ну и присутствовала здесь пара тонконогих стульев. И навесные шкафчики... Подивившись: неужели тот некромант сам себе здесь готовит, Настя осторожно выглянула в гостиную. Ага, вон тот тёмный провал в стене напротив — вход в спальню.

Она решилась было шагнуть вперёд, как вдруг открылась входная дверь — это она поняла по неровной полосе света, резко появившейся из коридора. И немедленно шмыгнула назад, а потом и вовсе спряталась за открытой кухонной дверью. Григоир на её плече только охнул — то есть досадливо проскрипел что-то тихонько. Девушка испугалась, что его скрип услышат. Но одновременно раздались шаги — стук обуви, туповатый, утопающий в мягких коврах. И Настя, с трудом переводя зачастившее дыхание, решила, что невольно высказанное вслух воронье недовольство спряталось за этим стуком... Вошедший сразу направился к спальне некроманта.

Промелькнула мысль сбежать.

Но пока Настя раздумывала, не услышат ли её перемещения по комнатам из спальни, из последней донёсся самоуверенный голос:

— Ну что? Живёшь ещё?

И этот вопрос был задан настолько издевательски, что Настя, помня, в каком состоянии она оставила хозяина здешних апартаментов, возмутилась. Если вошедший знает о "болезни" этого бедолаги, но говорит громко и звучно... Бессовестный! Она представила, каково это: слушать больному и слабому — вопрос в полный голос. И передёрнула плечами от жути: этот звук, наверное, бьёт по голове.

Как ни прислушивалась, ответа не услышала. Впрочем — шёпот, естественно, до кухни не доходил. Да и ответил ли хозяин комнат?

Но дальнейший монолог "гостя", который вызвал неприязнь уже первыми словами и интонацией, её поразил ещё больше.

Может, некромант и ответил. Но слишком много времени прошло после его возможного ответа. И начало монолога объяснило, что делал "гость".

— Кого?! — рявкнул он так, что Григоир подпрыгнул на плече Насти. — Кого ты высосал, кровосос?! У тебя слишком быстро появилась кожа! И ты регенерируешь слишком быстро! Кто твоя жертва?! Или ты сейчас сам признаёшься мне, с кого стянул силу, или я немедленно иду к ректору и говорю ему прямо, что ты преступил закон!

Вот, значит, чем "гость" занимался в паузе! Разглядывал лежащего! И... значит, пришедший — маг, если сумел разглядеть то, что даже Настя пока не умеет? Ух, ну и гад! Настя аж закусила губу — так зачесались руки схватить какую-нибудь сковородку из кухонного арсенала (увы, на деле здесь такой посуды, кажется, не найти) и отлупить ею "гостя" (внутренне она это слово произнесла со свирепыми интонациями — и сквозь зубы). Она даже шагнула в гостиную, готовясь наорать на этого гада, но на втором шаге услышала отчётливый шёпот:

— Катись... к дьяволу...

И девушка отступила. Судя по всему, у неизвестного некроманта силы духа хватало, чтобы и в таком положении уметь сопротивляться.

Снова зависшая в апартаментах пауза.

Потом "гость" пренебрежительно бросил:

— Ой, да ладно — против меня в таком состоянии что-то делать! Твои штучки — мелочь, в сравнении с тем, кто я сейчас, пока ты тут валяешься тряпка тряпкой!

"Хм, — удивилась Настя, — этот "гость" настолько подлый, что сравнивает себя с человеком, который явно недавно умирал? Ну и шваль..."

— Ну? Что молчишь? — весело спросил "гость". — Говорить тяжко? А придётся! Я ведь не шутил, когда говорил о ректоре академии. И скажи спасибо, что вообще уцелел, когда Клодаг тебя использовала в отцовском ритуале. Но то, что сейчас сделал ты, это всё же настолько противозаконно, что я с наслаждением сдам тебя начальству — ну, и выше, конечно. — И с чувствительным для уха удовольствием повысил голос: — Слышишь, Риан? Или я говорю слишком тихо?

Даже по ушам Насти этот издевательский голос бил так, что она морщилась. И она чувствовала, как дрожат её ноги — опять-таки от невыносимого желания выскочить и прекратить это мучительное и злое клоунское представление. Но "гость" сказал более чётко, видимо повернувшись к двери:

— Лежи сегодня спокойно, бестолочь, которого так легко обвела вокруг пальца даже такая пустышка, как Клодаг. Но завтра утром ты всё-таки примешь высоких гостей, которые по-своему допытаются, чью силу ты выпил. — Кажется, он с минуту смотрел на лежащего, прежде чем, не то насмешничая, не то откровенно глумясь над ним, договорил: — И дверь я тебе всё-таки снова не закрою. Ты и так выбрал себе неплохой тупичок. Но, думаю, шумок из коридора не даст тебе забыть об активной жизни, к которой ты не вернёшься ещё долгое время. Так слушай, Риан, звуки этой жизни и бесись от своего бессилья! А завтра... Завтра будет потешно!

Чёткие шаги в кромешной тьме — к выходу, где, в коридоре, и начали затихать.

Настя опомнилась не сразу, но сообразила мгновенно.

Вспомнив свой путь к этому тупику, она поняла, что до парадного входа в мужское общежитие ей надо обогнуть две угла, в то время как жуткому "гостю" некроманта придётся покрутиться в коридорах, прежде чем выйти на улицу.

Врагов надо знать в лицо!

Девушка бросилась к окну. Не успел ошалевший от её активного движения ворон опомниться, как она ссадила его со своего плеча на подоконник и велела:

— Сиди здесь и жди меня!

Сама села на тот же подоконник и, перекинув ноги на улицу, выпрыгнула на тёмный газон, радуясь, что помнит местность по дневному приключению. И сразу рванула к первому углу, не обращая внимания на гуляющих повсюду студентов. Впрочем, отмазку, откуда она здесь появилась, она придумала сразу, едва только мысль о том появилась: "Если что — скажу, что меня опять Брида гоняет! Судя по всему, её здесь знают многие — поверят тут же!"

Добежав до второго угла корпуса, она перешла на шаг, успокаивая тяжёлое из-за бега дыхание, и решительно, хоть и не спеша, направилась к крыльцу. Дошла до освещённого места между небольшими колоннами, где хохотали над чем-то в довольно плотной компании, и замерла, выжидая: опоздала — или успела вовремя?

Дверь распахнулась, и из общежития вышел молодой мужчина. Настя напрягла колдовской взгляд. Мужчина улыбался с таким самодовольным предвкушением, что оставалось только услышать его голос. И Настя оттолкнулась от колонны, чтобы подойти ближе. Она так кипела, даже тряслась от неадекватной ситуации и от того, что будет спустя минуты, — что решилась выполнить придуманное на бегу, несмотря ни на что! И тут её заметили в той самой компании.

— Ой, какая девочка-припевочка! Девочка, ты откуда и чья? И зачем здесь появилась, а, милая? Ищешь ли кого, подруга? — посыпались шутливые вопросы.

Вышедший мужчина остановился и обернулся на развесёлые голоса.

А Настя, взведённая до последней степени, задиристо ответила:

— Я тут по делу! А ну, расступись!

В компашке дружно, но незло расхохотались. И вежливо расступились перед "сердитой девочкой", как тут же её охарактеризовали.

Так что девушка без помех подошла вплотную к возможному "гостю" и бесцеремонно ткнула в него пальцем.

— Ты!

— Что я? — по инерции удивился тот.

Голос узнала мгновенно. Всё, доказательств, что это тот самый, больше не надо.

И Настя залепила ему две крутейшие и хлёсткие пощёчины — такие, что её ладонь из-за ударов по этой самодовольной морде загорелась от боли.

— Ах ты, гад! Ах ты, сволочь! Получи!

От неожиданности он отшатнулся и замер, потому и получил безнаказанно. Да и что он мог сделать с невысокой девушкой — сам высоченный и широкоплечий, когда за её спиной мгновенно встала стеной толпа напряжённых, хоть и обомлевших поначалу студентов? А Настя, успокоившись на выполненном, быстро отбежала к этой стене и нырнула между посторонившимися студентами, тоже застывшими от внезапного нападения. Мало того. Настя забежала за куст и тут же присела — в попытках выяснить, знают ли студенты этого человека, не назовут ли его по имени. Ведь, по сути, они могли подумать, что этот "гость" её оскорбил, за что и получил.

Справедливо ли она поступила? Настя, усмиряя дыхание, всё ещё разгорячённая своей проделкой, на адреналине решила так: она права! Логика! Она, будущая целительница, отдала личные силы на здоровье этого Риана, а "гость" помешал процессу исцеления! Да ещё растравлял боль! У, мелкий пакостник! Теперь, когда Настя знала, в чём дело, она обязательно загадала не забыть спросить у бедняги Риана, стоит ли закрыть дверь в его комнаты. Если она, конечно, сумеет это сделать. А вдруг этот мерзавец не просто раскрыл дверь нараспашку, а магически её застопорил?

"А что ты будешь делать, если "гость" обвинит тебя в необоснованном нападении? — тяжело дыша, задумалась девушка и махнула рукой. — Фи! Скажу — в темноте перепутала! Но извиняться не буду! Сыграю в дурочку и так и скажу: за что извиняться? За то, что ты страшно похож на одного мерзавца? Р-р..."

К сожалению, от толпы студентов она не сумела расслышать имени прощелыги — только несдержанные смешки над ним и явные колкости над неудачливым дон жуаном (это подтвердило её предположение, что можно сослаться на любовные делишки), зато увидела, что он быстро, стремясь избежать ехидных насмешек, садится в машину. Не в ту ли самую, которая осветила двор общежития, когда Настя бежала к окну?

Вновь стоя уже за толстым стволом липы, в её густой тени, девушка нахмурилась. Он тоже некромант — насколько она поняла по его насмешкам, когда Риан пытался напустить на него чёрный туман со страшилками. Но некромант — наверняка из города, а не общежитский. В игре теней и света он её точно не разглядел. А тут ещё иллюзия на её лице... Значит, безрассудная выходка может сойти ей с рук.

Настя шмыгнула в другие тени и помчалась назад, к открытому окну. "Ничего! Главное — я ему всё его торжество испортила! А то — решил поиздеваться над слабым! Ты с ним, со здоровым, поговори так, как сейчас говорил, а потом — посмотрим!"

Григоир сидел на карнизе и дремал. На звук шагов всполошился и даже приподнял крылья взлететь, но быстро успокоился.

— Никто не приходил? — спросила девушка, садясь на подоконник и переворачиваясь всем телом в кухню.

— Нет. Всё тихо, — доложил фамильяр. И поинтересовался: — А мы ещё раз туда полезем? Или вернёмся к себе?

— Нет, — твёрдо сказала Настя. — Сначала мы посмотрим, как себя чувствует Риан, а потом побежим домой...

— ... смотреть, как чувствует себя бездомный кошак, — пробормотал ворон и вздохнул.

— Кошак себя чувствует нормально, — сухо сказала девушка и похлопала по своему плечу. — Поехали, Григоир!

Они, крадучись, прошли (фамильяр проехал) кухню, гостиную и, едва дыша, остановились на пороге спальни.

Но слух неизвестного Риана был острым. И Настя услышала шёпот:

— Что тебе ещё надо?..

Она улыбнулась: он не сдался! Он готов чуть ли не драться, если бы не его состояние! Ух, как это ей понравилось!

— Это я, — ответила она шёпотом, сияя от радости. — К тебе можно? Я пришла тебя навестить! Если не хочешь меня принимать, я уйду.

Пауза заставила её напряжённо прислушиваться к тишине и даже стёрла улыбку с её губ, а из сердца радость. И вдруг услышала:

— Садись!

Она выдохнула и чуть ли не бросилась в комнату, помня, где именно оставила "стул для посещений". Только поставила рядом с кроватью — и тут же спохватилась:

— Прости, но, может, закрыть дверь в апартаменты? Мне кажется, из-за этого здесь страшный сквозняк. Или тебе не хватает свежего воздуха?

— Закрой.

Ей показалось, что он прошептал это слово с облегчением.

Настя оставила ворона на спинке стула и побежала к входной двери. Та закрылась легко, и она вернулась быстро. Всего несколько шагов от двери в апартаменты до спальни, а она успела сообразить, что ей больше всего нравится в этой ситуации. Тайна. Одна на двоих! Никто не знает, кто приходит к Риану. И он тоже про неё не знает — кто она. И ещё одна тайна в том, что она прибегает к нему втайне от всех остальных.

— Как...

Усевшись на стул, она неловко сжала кулачки. Он хочет знать её имя.

Половины тайны уже не будет. Стоит ли знакомиться? У него есть уже некая Клодаг, которая сумела его в чём-то обхитрить. Может, была, но... Не сумев определиться с положением, Настя вдруг подумала, что Риану конкретика поможет в исцелении. В конце концов, она тоже кое в чём виновата: не помоги она ему, тот "гость" не вопил бы на него, причиняя ему боль. Поэтому она откликнулась:

— Меня зовут Настя.

— Риан.

— Привет тебе, Риан, — торжественно прошептала она и услышала, как он усмехнулся. — Как у тебя дела? И ещё я хочу у тебя спросить: почему ты отдал мне накопитель, но сам им не воспользовался? Я ведь посмотрела его — он очень быстро набирает силу.

— Чтобы восстановиться... — он передохнул после слишком длинной фразы. — Мне нужна живая сила. А накопитель... он очищает... собираемую.

Насупившись от старания понять, она подумала над его словами: то есть накопитель будет действовать, но не сразу, длительно, а живая сила всегда будет давать быстрый эффект. Любопытно. Почему же тогда Риану никто не помогает? Настя сознавала, что в академгородке она всего лишь несколько месяцев и что учёба у неё только-только началась. Знаний маловато, и многих правил она не знает. Но ведь это естественный вопрос для непосвящённого. И она задала его.

— Почему же тебе никто не помогает? — И тут же добавила: — Я первокурсница, если что. И пока ещё не разбираюсь в магии так, как надо.

— Все боятся... я стану вампиром. Не тем, который... кровь. Привыкну к чужой силе. И буду... тянуть.

Девушка посидела, подумала.

— А ты... — нерешительно начала она. — Ты сам как думаешь? Привыкнешь?

— Не... знаю.

Он лежал, как и днём, укрытый простынёй по самое лицо. Всё так же без подушки. Настя вдруг представила, что к нему почти никто не ходит, разве что те, кто наблюдает за его состоянием и подкармливает, чтобы он вовсе не умер. И пока она мысленно договаривала всё это, ужасаясь его одиночеству, выход нашёлся.

Но прежде она вздрогнула от его шёпота:

— Страшно... стало? Что донор...

— Нет, — жёстко, насколько можно это выразить шёпотом, сказала она. — Я придумала. Ты же сегодня забирал мои силы не полностью? То есть ты всё-таки контролируешь себя? Стать твоим донором навсегда я не смогу. И ты не сможешь из меня его сделать. Посмотри: я живу в другом общежитии. Учусь в другом корпусе академии — самом далёком от корпуса некромантов. Так что забегать и давать тебе силы могу, когда смогу, но, едва только почую, что ты берёшь у меня слишком много, тут же ухожу.

Он так взволновался, что завеса, скрывающая его от её колдовского проникающего взгляда, затрепетала — и она сумела мельком уловить то, что испугало её до мурашек, — его лицо. Кости черепа, кое-где обвитые мышцами... Только глаза настоящие. Яростные и... наполнившиеся злобными слезами.

— Уходи...

— Что? — поразилась Настя. — Почему?

— Уходи... Я... сам!

Девушка снова увидела перед собой смутные очертания фигуры — скелетика, как про себя она его называла.

— Ну и уйду! — мстительно сказала она и, вставая, быстро вложила ладонь в его безвольно висящую кисть. Его пальцы не успели дрогнуть от прикосновения — Настя выдернула руку и, подхватив Григоира, быстро вышла из спальни.

Когда они вывалились из окна и девушка прикрыла раму — не до конца! Она не собиралась отступать! — фамильяр изумлённо спросил:

— И что это было?

— А фиг его знает, — беззаботно ответила Настя и даже засмеялась: она почувствовала, что Риан (машинально или инстинктивно?) взял у неё силы, но так немного, что сейчас она ощущала лишь возбуждение и даже какую-то хулиганскую радость. Так что сейчас она огляделась и добежала к той самой липе, прислонившись к которой, и села.

Ворон спрыгнул с плеча и, вышагивая полукругом перед хозяйкой, ворчливо философствовал:

— Все ведьмы как ведьмы! Даже эти ненормальные (это слово, между прочим, я у тебя подцепил) оборотень, гномушка и эльфа с вампиршей. Почему мне досталась такая студентка? Почему она влезает во всякие странные дела, которые ей не нужны?

— Ты, зануда! — поразилась она. — Да когда это я до сих пор и куда влезала? Жила по расписанию и в нужном режиме! Что ты придумываешь?!

— Кошака зачем взяла? — каркнул фамильяр. — Тебе это надо — выхаживать полудохлого бездомного кота? Ладно бы ещё — он бы породистым был, хоть на что-то посмотреть! Так нашла дворянина плешивого!

Настя обхватила голову, ошарашенная напором ворона, но взяла себя в руки и только хмыкнула, перепосылая Григоиру его же обиду:

— Все фамильяры как фамильяры! Почему мне достался самый ворчливый, как древний старик? Постоянно бурчит и бурчит!

— Это я-то бурчу?! — возмутился ворон. — Я ругаюсь! И всегда по важному поводу!

Слушая спиной, как липа мягко вливает в неё свои силы, Настя вздохнула.

— Григоир, а ведь мы — два сапога пара. И ты такой, и я такая.

Ворон нахохлился, стоя перед хозяйкой боком, а потом глянул на неё одним глазком и буркнул:

— И долго ты здесь сидеть собираешься?

— Неа. Есть хочется, так что ещё пару минут — и побежим к себе.

— Подожду, — уже снисходительно ответил Григоир.

А Настя задумалась обо всём сразу и слушала воздух, одновременно под нос напевая песенку. Прерви её сейчас кто-нибудь и спроси, что за песенку она поёт, не ответила бы. Не задумывалась о том. Пока единственное, что её занимало: она коварная? Вон как хитро отдала свои силы Риану!.. Или это только и есть хитрость? Хитрость рыжей-бесстыжей... В мыслях она даже ухмыльнулась: ну и что, что рыжая-бесстыжая? Зато на пользу! Хотя бы одному несчастному некроманту.

А ещё надо бы выяснить вот что. Кто такой Риан и как он попал в такую ситуацию, что... Она вспомнила его лицо и поёжилась. И кто такая Клодаг и каким боком сюда вписывается "гость", которого она отлупила за издёвку над больным. В общем, жизнь прекрасна и удивительна, пока в ней есть такие жутко интересные загадки!

Она поднялась с травы и погладила дерево, благодаря за помощь. Затем нагнулась к Григоиру и помогла взгромоздиться на своё плечо. Несмотря на недолгое общение с фамильяром, она уже знала, что он очень неохотно летает и прыгает, зато любит, когда его берут на ручки. Не оттого ли он ревнует хозяйку к приблудному серому коту, что Настя и бездомыша постоянно на руках носит?

— Григоир, а ты есть хочешь?

— Хочу.

— У нас есть варёное мясо и пирожки — что будешь?

Опять-таки хитрый вопрос. Григоир любит и то, и другое.

Пока шли к своему корпусу по оживлённому кампусу, фамильяр помалкивал, и Настя уже решила, что он не хочет отвечать, но буквально у самой двери в общежитие он внезапно страдальческим голосом спросил:

— Это ты специально меня дразнишь? Мстишь за кошака? Вот видишь, до чего он нас с тобой довёл? И ты ещё удивляешься, почему он мне не нравится!

— Вообще-то, я имела в виду, что и того, и другого у нас осталось маловато, — ответила Настя, пряча улыбку. — А мне тоже хочется поужинать.

Вот чего не ожидала, так это того, что Григоир свяжет два события в одно.

— Если бы не этот некромант, — ябедническим голосом отметил ворон, — ты бы так не оголодала — и я бы поел и мяса, и пирожков.

— Ну-ну, Григоир, — хмыкнула девушка. — По-твоему, в последнее время, кто бы ни появился в моей жизни, все нас объедают. И ещё. Не слишком ли часто ты в последнее время говоришь о еде?

— А о чём ещё с тобой говорить?! — чуть не завопил ворон. — Только о занятиях?!

— Ну, положим, поговорить у нас с тобой всегда найдётся о чём. Но хочу сделать тебе замечание: если бы ты частенько не отлучался, ты был бы более информирован о нашей жизни в комнате.

— Чёй-то ты такое сказала? — подозрительно осведомился фамильяр.

Настя открыла дверь в свою комнату и, закрыв, ответила:

— Я сказала следующее: пока тебя сегодня днём не было, мне принесли посылку!

Ворон каркнул с таким торжеством, что кот, спавший на кровати, пугливо поднял голову. Облетев комнату, фамильяр нашёл картонную коробку посылки и лапой принялся в нетерпении драть одну сторону. Глядя на завивающиеся бумажные лохмушки под его лапами, Настя отобрала посылку и быстро распаковала её. Посылка от родителей, и Григоир прекрасно знал, что там может быть. Пироги! Полуфабрикаты для готовки! Всякие печенья и пряники! И самое главное и вкусное — варёная сгущёнка! Любимая Настей. И полюбившаяся фамильяру с тех пор, как он её распробовал.

На скорости разложив присланное и накормив ворона и кота, Настя сотворила огонь на маленькой плитке, чтобы согреть чай. И, пока есть время, отошла к окну. Темно, но мелькают огни и неясные фигуры гуляющих... С чего начать? Наверное, со списков студентов. Здесь они висят на входе в учебные корпуса. Найти два корпуса некромантов нетрудно. Так что она быстро найдёт этого Риана. А что дальше? Искать Клодаг?

Налив себе чашку чая, Настя уселась за стол. Да, именно так. Сначала точно узнать, кто такой Риан, а потом узнать про Клодаг. Ведь у Насти в подружках есть одногруппницы, которые больше, чем она сама, интересуются внеучебной жизнью академии. А значит, при них однажды можно небрежно бросить реплику: "А вот слышала я тут кое-что про Клодаг!" Бросить реплику — и получить ответ на неё.

"Итак, с завтрашнего дня начнём. Правда, прежде надо ещё подумать о выступлении на праздничном концерте... Мда... С этим проблема".

Четвёртая глава

А утром начался откат! Краткий, но суровой силы! Едва открыв глаза и нечаянно спихнув с себя кота, а потом чуть не задавив Григоира, тоже приткнувшегося у её бочка, Настя ахнула: что она наделала! Взрослому человеку при всех надавала пощёчин! Точно — рыжая-бесстыжая! Другой человек отказался от её помощи, так она по-подлому подсунула её! Куда лезла?! Кто просил?!

Серый кот, в шерсти которого прослеживался мраморный рисунок, валялся рядом и укоризненно смотрел на неё. Волна самоуничижения схлынула, превратившись в шквал тревоги: кота, избитого и несчастного, с себя сбросила! Боль бедняжке причинила! Бережно схватила его на руки, прижала к себе. Слёзы подступили к глазам, но те же глаза вовремя углядели старенький будильник, прихваченный из дома... И понеслось!

— Григоир, тебе сарделька на завтрак! Из посылки!

— Мне?! — не поверил своему счастью ворон. И тут же насторожился: — За что?

— За утреннюю разведку! Полетишь к корпусам, где некроманты учатся, найдёшь в списках этого Риана — на обед будет вторая сарделька!

— Ка-а!! — восторженно возопил фамильяр, возбуждённо накидываясь на раскрошенный в тарелочке деликатес. Но внезапно застыл, наклонившись, и так, исподлобья, подозрительно спросил: — Это что же? Ты хочешь использовать меня в личных целях, а не в учебных? Кого ты из меня делаешь — посыльного?

— Я из тебя никого не делаю, — раздражённо ответила Настя, которая подпрыгивала на месте, чтобы быстрей бежать дальше и приводить себя в порядок. — Но мне нравится думать о тебе, как о ниндзя!

— Кто такой? — деловито спросил фамильяр.

— Это боевой разведчик, весь в чёрном, как ты! Лучше всех дерётся, и ещё он гениально умеет невидимкой пройти там, где никто не пройдёт незамеченным!

Ворон умилился так, что глазки маслянисто заблестели.

Пока он клювом выбивал барабанную дробь по тарелочке, в паузах закатывая от удовольствия глаза, Настя в кухонной умывальне быстро привела себя в порядок, а потом, вспомнив, — убрала за котом грязный лоток. Оглянувшись, обнаружила кота, терпеливо сидящим у пустой чашки. Несмотря на демонстрируемое терпение и покорность судьбе, выглядел кот вполне здоровым. Некромантов накопитель действовал!

Накормив кота — Григоир уже смылся из комнаты, — Настя на бегу поела сама. Встала к зеркалу и наплела тонюсенькие косички в распущенных волосах, вплетя в них нити с несколькими артефактами с травами и прочей лабудой для колдовских опытов (сегодня практикум — пригодятся!). Затем привычно приглушила колдовской иллюзией яркий блеск своей малиновой рыжины и зелени глаз.

Кота уложила на кровать и, на всякий случай погрозив ему кулаком, объявила:

— Теперь ты точно мой — хоть и не фамильяр! Так что звать тебя буду Тишка! Потому что ты котишка! И попробуй только не откликнись! Злая буду!

Затем побросала пакет со спортивной формой, учебники и тетради в котомку и от входной двери помахала Тишке, напоминая:

— Чашка с кормом за занавеской! Лоток чистый! Не скучай — я скоро! — А закрывая за собой дверь, пробормотала: — Наверное...

Кот вытаращился на неё и ничего не ответил.

Она закинула ремень котомки за плечо и развернулась, вливаясь в основной поток студенток, спешащих к выходу из общежития.

— Эй, красотка! Почему я тебя помню? — раздался за спиной неприятный голос.

Не останавливаясь, а только притормаживая на ходу, Настя обернулась. У-у...

— Может, потому что я рядом живу? — с плохо скрываемой усмешкой спросила она у недовольной Бриды, которую сопровождали её подружки. Все три дамочки-вампирши — высокие и статные, хоть сразу моделями на подиум.

Почему уж Настя решила, что вампирша пропустит мимо ушей насмешку в её ответе, и сама не знала. Но Брида не пропустила.

— Что это ты... — она ощерилась, демонстрируя замечательно отполированные глазные зубы и явно пугая ими. — С чего бы это ты так со мной разговариваешь?

— Ну, ты же с третьего курса? — уточнила враз посерьёзневшая Настя.

— И что?

— Вот и радуюсь, что есть у кого спросить. А то кого ни спрошу, никто не знает, — жалобно подняв брови, взмолилась Настя. — Я первокурсница, поэтому... Ты же умная, умней меня — объясни мне, пожалуйста. Чем отличается живая сила от очищенной?

Брида, как ни странно, задумалась, а потом горделиво кивнула и сказала:

— А чем отличается обычная вода от дистиллированной? Попробуй полить обычной водой цветы — выживут, а если нальёшь им дистиллированной?.. Хватит этого примера? Или хочешь с научным объяснением?

— Спасибо большое, Брида, — серьёзно и с настоящей благодарностью ответила Настя. — Твоё объяснение я поняла. Ты такая у-умная!

— Ха. — Вампирша, похожая на надувшуюся от собственной значимости барыню, которая только что кого-то никчёмного облагодетельствовала, важно обошла первокурсницу. Две подружки-вампирши поспешили следом, хихикая между собой, но не оборачиваясь на Настю, которая специально выжидала, пока они отойдут подальше.

"Как мало надо, чтобы осчастливить человека — то бишь вампиршу! — вздохнула Настя и направилась к выходу, выискивая взглядом одногруппниц. — Ну, хорошо. Поняла я про силу. Но ведь кот-то выздоравливает!.. С другой стороны, кот был побитый, а некромант... Некромант-то у нас вообще без кожи остался! Значит, между ними разница есть и довольно большая..."

Первой парой была лекция о травах, их свойствах и колдовском применении в исцелении и направленном колдовском воздействии.

Прямо перед Настей, привычно устроившейся на последнем месте, сидели девушка-эльф Сайофра и гномушка Кари. Обе не записывали и половины. Сайофра, сонно опершись на ладонь — локтем в стол, скучающе смотрела в окно, а Кари рисовала в черновой тетрадке схемы соединения полезных веществ тех трав, которые близки по своему назначению. Обе знали читаемую им тему ещё со времён изучения её в ряду школьных предметов. Ита и Мерсайл сидели чуть дальше и, в отличие от подруг, ревностно записывали всю лекцию. Насте очень хотелось поспрашивать у одногруппниц, знают ли они о живой и очищенной силе, но помалкивала: не хотелось раскрывать причину, из-за которой её так волновал этот вопрос. А девчонки любопытные: обязательно расспросят, и так не хочется раскрывать им свою странную тайну.

Кхм... Хотя и хочется ею поделиться с кем-то.

На первой большой переменке, между парами, она вышла на улицу, хоть и давалось на отдых всего десять минут. Но в помещении сидеть почему-то было трудно, а на улице хоть дышалось легче. И, оказалось, что вышла вовремя. Только присела на скамейке под раскидистыми ветвями старого дерева, как на плечо свалился Григоир, подчёркнуто запыхавшийся.

— Что случилось? — шёпотом спросила Настя. — Ты попался на шпионстве?

— Ка-ар! Я ниндзя! — важно заявил ворон. — А ниндзя не попадаются! Вот!

Фамильяр вытащил из-под крыла картинку размером с ладошку и вручил её хозяйке. Та от неожиданности: "Зашибись — ситуация!" сама поспешно и по-шпионски огляделась, не видит ли кто, и осторожно выдернула картинку из клюва ворона. Сунула её в тетрадь, взятую с собой, и предусмотрительно спросила Григоира:

— А что это?

— Всё понимаю, — понизив тон, но всё так же важно отозвался ворон. — Так вот! Это — предмет нашего с тобой розыска! Звать персону и в самом деле Риан — фамилию я запамятовал, но ведь она нам неинтересна, так? И это — его личина!

Не вытаскивая пока картинки — портрета, неизвестным образом раздобытого вороном, Настя поинтересовалась:

— И это всё?

— Как бы не так! Я много чего узнал! Риан — бакалавр, который через год станет магистром, — гордо ответил Григоир. — Я нашёл его в списках будущих выпускников. Он один из тех, кто... — Ворон задумался и выдал: — Является гордостью академии! Очень талантлив!

— А что с ним случилось? — затаив дыхание, спросила девушка, про себя же скептически подумав: "Гордость, а сам попался на чью-то уловку — причём уловку некоей простушки, как выразился тот тип!".

— В стенгазете некромантов об этом ни слова, — с сожалением пожал крыльями Григоир. — А то бы я точно узнал!

"Стенгазета?!" — поразилась Настя.

— А... откуда картинка?

— У декана взял, — хвастливо ответствовал Григоир и тут же насупился: — Но учти — взял временно! Они там у него в папке лежали! Так что — посмотри, а потом я отнесу на место, пока он или его помощник не заметили пропажи!

Девушка хмыкнула и открыла тетрадь. С картинками ситуацию она поняла: здесь, в магической академии, фотографии, как ей объяснили, не держатся — постепенно лица пропадают с бумаги. Чем далее учится студент, тем быстрей исчезает его лицо со снимка. Всё дело в том, что каждого из студентов окружает магическая аура защиты, которая предпочитает избавляться от всего опасного для своего хозяина. А фотография — это очень опасно!.. Настю саму при поступлении секретарь ректора зарисовал — не ахти как здорово, но очень похоже.

Перевернула картинку — и медленно прикусила губу. Ух, какой симпатичный! И опасный. Нет, сработала не интуиция. Просто лицо такое... Худое до обтянутых скул, как у фанатика, какими она их себе представляла. Ещё более худобу подчёркивали не только скулы, но и короткая стрижка неопределённо светлых волос — чуть не ёжик. Глаза большие, цвета весеннего серого льда и хмурые такие же. И не только хмурые. Взгляд недоверчивый. Чем больше вглядывалась в эти глаза Настя, тем в большее недоумение приходила: если он такой недоверчивый, каким кажется, почему же он попался на чужую уловку? Или... этот Риан и в самом деле только — кажется? А не есть такой? Нос обычный, опять-таки если не присматриваться. А если приглядеться, то видно, что очень напряжённый, до слегка вздутых ноздрей. И губы так упрямо выпячены, что...

— Ничего не понимаю, — прошептала Настя. — Такой человек должен чувствовать опасность сразу. Или... та самая Клодаг — его девушка? И он любил её, а значит, доверял ей больше, чем кому-либо? И... вляпался?

— Никакой Клодаг в академии нет! — категорически каркнул Григоир.

Девушка аж вздрогнула.

— Откуда ты знаешь?

— Ка-а... — самодовольно надулся ворон. — Мы, ниндзя, не дураки — терять время, облетая корпусы в поисках списков! Мы полетели сразу в кабинет ректора и там перебрали все списки сразу! И той самой Клодаг не нашли!

— Григоир, что ты наделал... — У Насти чуть голос не пропал, пока выговаривала. — Ты был в кабинете ректора?! Всё, хана нам с тобой. Там такая защита, что никаких камер слежения не надо! Сейчас нас найдут — и выбросят из академии!

Фамильяр снисходительно посмотрел на перепуганную хозяйку.

— Что ты знаешь о воздушных потоках? — всё так же снисходительно задал он явно риторический вопрос. — Ничего! Успокойся. Магические силовые защиты легко обмануть, если воспользоваться потоками воздушными. Магическая защита на окнах — это почти шторы. Если их ветром-сквозняком распахнёт, между ними проскользнуть легко. Ну и потом — выскользнуть. Только дождаться ветра. Самое главное в этом деле — открытое окно. Что сегодня и произошло в кабинете ректора. Я был терпелив, как тот ниндзя, и я дождался, когда магические потоки распахнутся. И я влетел!

— И перебрал все папки, — заворожённо договорила Настя.

— Ну, шкаф с личными делами не был защищён — из него недавно что-то брали, — скромно уточнил ворон. — Причём временно не защищён. Так что я стесняться не стал и выволакивал полки, пока не обнаружил всё необходимое для нашего расследования. Настя, — вкрадчиво произнёс он, склонившись к её лицу с её же плеча. — Я похож на ниндзя?

Девушка вспомнила русскую народную сказку "Морозко" и, едва удерживаясь от смеха, абсолютно серьёзно сказала:

— Нет, не похож. — А когда у ворона глаза стали обиженно-ошарашенными, она твёрдо добавила: — Ты похож на супер-ниндзя!

Обалдевший Григоир открыл клюв и внимательно всмотрелся в хозяйку. Но Настя жёстко держала смех на замке, и фамильяр поверил. Он отчётливо шмыгнул, а затем прищурил круглые чёрные глаза, чтобы обвести ими прилегающую окрестность взглядом опытного шпиона, который только что пришёл на срочную и секретную явку.

Спохватившись, девушка быстро отдала картинку-портрет Риана фамильяру.

— У меня заканчивается перемена, — быстро сказала она. — Отнеси на место картинку, только будь осторожен, о супер-ниндзя!

Григоир победно взлетел с её плеча и ринулся в высокое синее небо.

Надеясь, что он сумеет незаметно вложить картинку туда, откуда её взял, Настя поспешила на вторую пару. Возле входа в корпус академии мысли сменили своё направление: "Значит, Клодаг не студентка. А если она была студенткой? А сейчас закончила? Риан-то учится пятый год, уже на магистра, а она, может, отучилась только четыре? И ей бакалавра хватает? Но остаётся вопрос: каким образом эта девушка сумела обхитрить лучшего студента на факультете некромантии — до такой степени? Чуть ли не до смертельной?" А потом пришли мысли другого склада: "И что мне теперь делать с этой инфой? Ну, узнала я про него? Что дальше? Ладно, сделаем то, что сделала бы я, когда стала бы опытной травницей-целительницей. Я его вылечу — и пусть катится на все четыре стороны!" И, успокоившись на столь радикальном решении, она уже не заторопилась, а просто помчалась в нужную аудиторию.

... Когда слуха коснулся шёпот: "Риан, к тебе можно?", он еле вздохнул и так же мысленно ответил: "Заходите".

Он расслышал, как открылась дверь и как двое, не задерживаясь, потому что хорошо знали расположение комнат в апартаментах, сразу зашагали в спальню.

— Почему вы здесь? — Он помолчал, чтобы отдохнуть и конкретизировать: — Часы учебные...

Аодхан, дракон, огляделся, взял стул и сел. Не для того, как понимал Риан, чтобы общаться с комфортом, а для того, чтобы лежащему на кровати было комфортно беседовать с ними. Кенион, оборотень, не стал заморачиваться такими условностями — просто присел на кровать, но так, чтобы не потревожить изуродованное адским огнём тело однокурсника и друга.

— Я видел, что к тебе утром приходили с факультета некромантии. Что случилось? — спросил встревоженный Аодхан. — Если можешь коротко, расскажи.

— Вчера здесь был Ломан. — То ли несколько фраз подряд, то ли в очередной раз взбесило имя Ломана, но Риан почувствовал, что задыхается. Аодхан, не спрашивая разрешения, поднял над его грудной клеткой ладонь, и дыхание пришло в норму. — В семь вечера. Он обвинил меня... я выпил чью-то жизнь.

— У тебя кожа... — явно пытаясь не обидеть его, заметил остроглазый Кенион.

— Поделились...

Друзья переглянулись.

— Понял, — подытожил Аодхан. — А Ломан побежал доносить в деканат. Он всегда плохо "видел", но самоуверен до чёртиков. Итак, Ломан ко всему ещё и доносчик.

— Да... — выдохнул он.

— И что сказали преподы?

— Не виновен.

Однокурсники переглянулись, а потом Кенион с облегчением потянулся и, приглушая смех, спросил:

— Ты ведь не в курсе? Ну, о том, что произошло с Ломаном после встречи с тобой?

— Нет.

— Его избила какая-то девчонка — возможно, перепутав с кем-то.

— Что?..

— Ну, скажем так, не совсем избила, а надавала ему пощёчин. Если вся история, то звучит таким образом: мы не знали, что это был Ломан, но его время прихода, которое ты озвучил, совпало с тем происшествием, что видели студенты на крыльце общежития. И приехал он на белой машине.

Аодхан договорил и пристально взглянул на Риана. Риан видел его чуть сбоку, но нисколько не сомневался в значении этого взгляда: "Доколе ты собираешься заниматься самоедством и самоуничтожением, когда жизнь кипит и бурлит?"

— И что ты... — глядя ему в глаза, прошептал Риан, не договорив, потому что горло пересохло, не давая закончить вопрос.

— Всё то же самое, — перестав шептать, вслух сказал дракон. И протянул руку: — Бери! Пора вылезать и жить!

С другой стороны кровати руку протянул и Кенион.

— Риан, могу привести остальных ребят — они тоже согласны, что ты должен решить: валяться ли далее, невесть чего ожидая, или возвращаться и жить — против всех, кто тобой недоволен! Пора, Риан!

Сухой кашель сотряс тело. Он жадно смотрел то в одну сторону, то в другую. Взять предлагаемые силы. Вернуться в жизнь, в которой есть место не только погружению в глубины изучаемого предмета, но и личным интересам. В магистерской группе семь существ. И, если другие четверо, как подтвердил Кенион, готовы помочь ему... Он напрягся поднять ладони, скованные кандалами.

Аодхан бесшумно рассмеялся и привстал, чтобы положить руки на наручники кандалов. С грохотом свалился один, затем другой. Друзья, самые сильные в группе, встали с обеих сторон от Риана и взяли его за руки.

— Вперёд, Риан! — усмехнулся Кенион и закрыл глаза — такая привычка у него была, когда он начинал вкачивать силы.

Дракон помалкивал, лишь ухмылялся, легко и без натуги гоня силищу по телу Риана. Человек с беспокойством прислушался к поступлению силы, поначалу идущей ровно и заставляющей лишь хрипловато вдыхать, ощущая восстановление... Но вот стоявший над ним Аодхан взглянул на оборотня и кивнул ему. Риан услышал: "Ха!" и, не успев попросить: "Нет!", забился в приступе, больше похожем на припадок, чем на привычное возвращение к обычной жизни. Друзья крепко держали его за руки, продолжая вкачивать в него невероятные в его состоянии силы, и он сквозь вспышки живительного огня, пронизывающего его тело, успевал благодарить ту девчонку, которая первой начала дёргать ему нервы, напоминая, что полумёртвым он является никем и ничем, а живым и здоровым у него больше возможностей, чтобы... Отомстить? Нет, о столь далёком будущем он подумает тогда, когда будет способен рассуждать здраво.

Тело буквально рухнуло на мягкие, но сбившиеся сейчас простыни. Риан дышал лихорадочно, со свистом втягивая воздух, которого не хватало, чтобы усвоить подаренную друзьями силу. Вокруг кровати прошёл Кенион, спокойно собирая упавшие наручники-кандалы, а потом отнёс их куда-то за пределы спальни.

— Ну что? — вновь склонился над ним Аодхан. — Одежда нужна?

Насмешку в его голосе он расслышал, но не обиделся. Возвращение оказалось впечатляющим. Он чувствовал себя избитым, как... как тот бедолага-кот, которого он в минуту слабости хотел выпросить в жертву у девчонки-травницы.

Именно это ощущение избитости позволило друзьям одеть его, поскольку сам он только и мог, что валяться на постели, постепенно приходя в себя. Наконец его посадили на край кровати, и Кенион спросил:

— Сам держаться можешь?

— Могу, — прохрипел он.

Но не прошептал! Он мог говорить! Ну и дурнем же он оказался! Упустить столько возможностей из-за одной хитроумной... дуры! Нашли же друг друга! Умирать на радость всем, кто только этого и добивался! А он-то чувствовал себя великодушным... умирающим! Типа, сам виноват — сам и приму своё наказание...

— А встать? — безжалостно потребовал Аодхан.

Поддерживая его на первых порах, они помогли подняться на ноги. И осторожно разомкнули руки, готовые в любой момент поддержать его, если начнёт падать. Ноги гудели колоннами с пропущенными по ним током, но стояли.

— Кажется, могу? — спросил Риан себя.

Кенион поддержал его, пока он вновь опускался на кровать. Аодхан присел перед некромантом на корточки и безжалостно усмехнулся:

— Ну что ж... Выглядишь ты средней паршивости, но, думаю, мяса вскоре на костях наберёшь. Волос, конечно, ни одного не осталось, но на лысых сейчас мода, так что грех тебе обижаться на судьбу.

— Я не обижаюсь! — буркнул Риан и неохотно улыбнулся. — Аодхан, Кенион, спасибо. Мне, видимо, и в самом деле не хватало такой.... Встряски.

— Ничего, — спокойно сказал дракон, — мы тебя сейчас ещё немножко встряхнём, а потом взвалим на плечо, как куль, и потащим на учёбу.

— Итак, — уже деловито сказал Кенион, — что ты не знаешь из последних новостей по нашему курсу...

И ребята принялись рассказывать ему о недолгосрочной жизни начала учебного года. Потом посыпались короткие истории от мастера рассказов Аодхана. Тот умел облечь в юмористическую форму любое происшествие в кампусе или в самой академии, но последняя краткая историйка дракона заставила Риана улыбнуться.

— Риан, новость из новостей! Я влюбился!

— Что-о? — смеясь, поразился тот и закашлялся. — Ты — и влюбился? Какая же красотка разбила тебе сердце?

— Рыжая! — повинился Аодхан, сам смеясь в ответ. — Она прекрасна, как огонёк в ночи! Тот самый огонёк, что влечёт к себе моё разбитое сердце! Прекрасна, как вечерняя заря, предвещающая наутро дождь! Как ароматная ягодка, которая тянет к себе, чтобы облить жаждущие губы сладким соком обещаний и надежд!

— Почему я не знаю о такой? — насмешливо спросил Риан.

— Видел я эту надежду! — хмыкнул Кенион. — Рыженькая такая девочка-ведьма, которая прячет огонёк своих (признаюсь — согласен) роскошных рыжих волос под неумелыми иллюзиями! И даже знаю, как её зовут!

— И как же, о похититель моей надежды? — сокрушённо спросил Аодхан.

— Её зовут Анастасия! — фыркнул оборотень.

Улыбка сползла с губ Риана. Некоторое время он сидел молча, прислушиваясь к пикировкам своих друзей. А когда они выдохлись, он равнодушно спросил:

— Анастасия... Коротко — Настя?

— Так зовут её подруги, — согласился Кенион. Оборотень оказался внимательней дракона, а потому, приглядевшись к другу и однокурснику, спросил: — Ты... знаешь её?

— Не уверен, — монотонно ответил Риан.

— Если что — я не претендую на её внимание! — замахал руками Аодхан. — Тем более девица оказалась весьма вспыльчивой — и едва не послала меня лесом, когда я захотел...

Дракон осёкся и уставился на Риана. Тот непонимающе взглянул на него. Что за взгляд? Почему Аодхан так смотрит странно, как будто только что о чём-то догадался?

— Да, я мельком слышал о ней, — нарочито безразлично отозвался он, — но не думал, что она рыжая. Всё, хватит о постороннем. Итак, какое расписание на сегодня?

— Ты чувствуешь себя готовым к учёбе? — заглянул в его глаза Кенион. — Нет, Риан, сегодня ты с нами не пойдёшь. Мы оставим тебе списки книг и рукописей, которые нам дали на первый семестр, и ты будешь работать в библиотеке.

— Почему? — даже удивился он. И сообразил: — Работа на поле? Ладно. Прислушаюсь к вашему совету.

Список книг был положен на стол в гостиной, куда они перешли из спальни, в которой не было окон. Риан с наслаждением открыл шторы, впуская в помещения свет, а когда однокурсники ушли, вошёл в кухню. Встал у окна, поднял руки раздёрнуть шторы. И замер. Стоит ли? Настя приходила вчера, воспользовавшись именно этим путём. Но Аодхан... Был ли искренен дракон, говоря о том, что девушка ему понравилась? Не стоит перебегать дорогу лучшему другу. Если Настя нашла дорожку в его сердце... Руки дёрнулись и вновь застыли. Пальцы сжались на ткани штор. Риан хотел пожать плечами: о чём он, в конце концов, думает? У него начинается подаренная друзьями жизнь, а он думает о таком пустяке, как личные переживания! Что за глупости! Или это не переживания, а любопытство? Любопытство: придёт ли девушка Настя сегодня проведать его? И... он не спросил у дракона, а как она относится к Аодхану. "Дьяволы... — изумлённо подумал он. — Почему я не могу взяться за себя и начать думать о главном в своей жизни? О движении к магистерской степени?"

Пальцы медленно разжались. Руки опустились. Шторы остались закрытыми.

"Зачем? — спросил он себя. — Что мне это даст, как будущему магистру?"

И какой-то голос весьма разумно ответил ему: "А что даёт Аодхану его насмешливое и беззаботное отношение к жизни? Лёгкое порхание по ней? Что даёт... Умение несерьёзно принимать события, которые ему не нравятся! Ты-то, кстати о птичках, эти события воспринимаешь излишне трагически!"

— Это так, — произнёс он вслух, — это так.

И отвернулся от штор, которые так и остались задёрнутыми.

Пятая глава

Сухопарая, словно высохшая от недоедания цыганка, преподаватель танцев, в привычно яркой юбке цветов и оттенков павлиньего пера и в блузке цвета угасающего костра, страстно сказала, с лёгким недовольством косясь в сторону гномушки:

— Ведьма должна быть гибкой! Её движения должны быть мягкими и плавными — и мгновенно действенными. То бишь воздействие с помощью жеста, походки может быть таким сильным, что даже взгляд порой работает не всегда так внушительно, как движение! Поэтому — тянем ножку назад, дамы, тянем! Ручку отвели в сторону — красиво сделали кисть!

Две группы девушек в спортивной форме и в туфельках на каблучке — кто пыхтя, а кто и легко, — выполняли заданные упражнения в зале, который считался спортивным, а на деле представлял собой балетный класс: зеркальные стены, станок для работы возле него. Настя всё ждала, когда Миранда начнёт сыпать балетными терминами, но преподавательница обзывала станок брусом, а о плие, арабеске или пируэте (который она звала полным поворотом), например, и других названиях различных движений явно знать не знала, предпочитая полностью описывать необходимые упражнения.

— Ваши будущие клиенты не должны знать, что вы с ним не просто разговариваете о его проблемах, дамы! Клиент не должен знать, что за простеньким, но очаровательным жестом, которым вы поправляете волосы, выбившиеся из причёски, прячется ваше желание заставить его полностью открыться вам!

Размышляя о науке, которую словесно и в тренировках преподавала Миранда, Настя иной раз думала, что все эти движения и в её мире довольно распространены — вместе с их значением и воздействием. Просто она сама раньше на этом не зацикливалась, а теперь урок танца заставлял воспринимать полученные знания как привычную картину мира. Порой Настя исподтишка следила за Мирандой, чтобы понять: а преподавательница? Она не воздействует на своих студенток, чтобы те тщательней выполняли практический урок? А иногда девушка еле прятала улыбку: а если попробовать не подчиниться? А потом объяснить, что проверяла Миранду? Обидится преподавательница или нет?

За спиной пыхтела Кари, гномушка. Ей, с её фигуркой лампочки или небольшой грушки, было трудней всех в группах первого курса. Нет, сейчас она не жаловалась и уж точно не боялась, что над ней будут хихикать остальные. Посмеяться и раньше никто бы не решился, глядя на квадратные ладони-лопаты существа, которое много работало по огородному и не только хозяйству. Эти же ладони довольно часто сжимались во внушительные такие кулачищи. До начала первых тренировок Кари, переодеваясь в раздевалке, ворчала себе под нос о бешеном нежелании тренироваться там, где её фигура может быть предметом насмешек. И даже горячие уверения подруг, что никто и не собирается смеяться над ней, не заставили её успокоиться. И, только когда оборотень Мерсайл, мрачно поблёскивая сумрачно-зелёными глазами, поклялась набить морду каждому, кто посмеет всего лишь косо взглянуть на Кари, гномушка слегка притихла.

Мерсайл занималась в углу напротив Насти. Сухощавая девушка-оборотень двигалась точно, но довольно жёстко, и Миранда часто делала ей замечания, напоминая, что агрессия в жесте и будет восприниматься агрессией. А это нам надо?

Зато стоявшая впереди Сайофра вытягивалась у бруса так томно, что Насте за её тренировками виделся переливающий солнечными красками мёд, льющийся с ложки.

Ита, будучи из старинной семьи вампиров, солнца не боялась. А тренировалась в спортзале так, словно выйдет из него — и бестелесной тенью прямиком ускользнёт в глубокую ночь... Преподавательница прямо-таки светилась, глядя на плывущие движения Иты, хоть сама Миранда и была из людей.

Академия Насте нравилась.

С тех пор, как представитель магической академии, который помог её маме вылечиться (маги предпочитали слово "исцелиться"), провёл девушку странными путями из обычного мира в другой, настолько сказочно-реальный, что первое время Настя терялась, пытаясь в нём разобраться, только академия была первой и главной опорой для сознания, что всё вокруг — это отнюдь не сон.

Вообще-то, ей здесь понравилось.

Нет, картина мира слегка поплыла, но затем всё-таки устоялась, и Настя привыкла ко многому. Например, к тому, что, кроме людей, ей могут встретиться совершенно неожиданные существа. А каково ей было, когда представитель академии оказался прав, и она, истовая реалистка, и впрямь обнаружила у себя магические способности... Насколько она поняла, первый курс для ведьм предполагал ещё и раскрытие иных способностей, кроме как целительских. Преподаватели, поначалу развивая лишь первичный дар подопечных, работали со студентами, пристально следя, какие ещё сюрпризы можно получить от них и развить.

Академия размещалась на окраине довольно большого города Гемма, в котором смешались и достижения человеческой цивилизации, и цивилизаций других разумных. Знакомясь с миром, Настя вместе с однокурсницами уже побывала в Гемме. Шагая по тротуарам вдоль центральных трасс, хлопала глазами на едущий на автомобильных колёсах, летающий на крыльях (иной раз персональных) и на аппаратах и скачущий по дорогам транспорт. Открывала рот на невообразимо модные многоэтажные магазины и тут же приткнувшиеся лавки. В общем, не город, а жуткий винегрет!

С самим миром, куда она попала, Настя решила разбираться в процессе учёбы. Пока единственное, что твёрдо знала о нём: мир этот — тот же винегрет. А потому, чтобы привыкнуть к нему, надо начинать с малого. Тем более когда она узнала первые сведения о нём, картина мира вновь поплыла: конкретно данный мир был создан магами! Мда, с таким положением дел надо осваиваться осторожней, чтобы мозги не вскипели.

А вот в академгородке ей понравилось. Отдельный, а главное не очень большой мир поразительных людей и существ Настя порой воспринимала как пёстрый и бурлящий карнавал, где каждый прохожий — яркая маска со своим секретом. Не сказать, чтобы всё в академгородке оказалось идеально. Например, театрально свирепая Брида её смешила, но иногда раздражала страшно. Именно вампирша была причиной мечтаний поселиться на втором этаже. Откуда ещё можно "нечаянно" сталкивать цветочные горшки на дурную голову вампирши, возомнившей о себе невесть что? Благо толпа цветочных горшков для практических занятий заполонила весь подоконник в комнате ведьмы-первокурсницы. Впрочем, горшка для Бриды жалко. Настя столько колдовала над землёй, столько сил вложила в неё и в выращивание нужного растения, что только вздыхала, когда появлялись мысли об использовании горшочка как метательного снаряда. И продолжала удивляться, как одногруппница Ита оставалась адекватной и не заносилась, ведь, в отличие от Бриды, у неё-то колдовских сил побольше. И приходила к выводу: как и у людей, так и у всех других существ характер зависит только от воспитания!

— ... Одеваемся, дамы! — приказала Миранда, и девушки бросились к аккуратно сложенным на скамьях юбкам.

Эту часть урока Настя любила. Недостатки в фигуре придумать легко, но вот незаметное колдовство, которое можно творить с помощью юбки затмевало всё на свете. Миранда объяснила, что существует множество движений, когда обыденный предмет одежды — юбка — может работать на свою хозяйку и без вкладывания в неё силы. Просто надо научиться, чтобы она шевелилась определённым образом. Единственный недостаток приёма — его надо уметь выполнять машинально, едва только начинаешь в нём нуждаться.

Ух, как не любили юбку Ита и Мерсайл, привыкшие бегать в штанах! Зато Кари сразу расцветала. Гномушке нравилось плавно покачиваться на ходу и следить, как идут колдовские волны на длинной юбке. Порой Кари даже смеялась:

— Вот вернусь домой — все парни мои будут!

Сайофра же не надо было учиться данному элементу колдовства. Завораживающе двигаться в любой одежде эльфийских девочек учат в каждой семье. И она порхала словно беспечная бабочка — на зависть всем.

— Идём от бедра! — провозгласила Миранда. — Колени не сгибать! Спину выпрямить! Не торопимся! Идём так, словно вам в затылок дышат трое страстно влюблённых в вас мужчин! Пока они боятся к вам подходить на близкое расстояние, но их глаза горят нежностью! Они пожирают вас глазами!

Преподавательница танцев вообще любила проникновенные речи.

— Кто такая ведьма? Это истинная женственность! Из чего складывается истинная женственность? Из любви, юные дамы! Так любите себя и мир, дамы!

И всё бы хорошо, но после занятий танцами, как и после парочки других предметов начинающие ведьмы вынужденно надевали на руку браслеты, а преподаватели блокировали их способность что-то делать по своему предмету. Объяснение все знали и понимали: неопытные первокурсницы могли попробовать что-то сделать лично для себя — и напортачить так, что в некоторых случаях приходилось привлекать других преподавателей для устранения последствий.

Так что каждая начинающая ведьма могла "похвастать" тремя браслетами — как минимум, потому как три, довольно солидные, были по основной специализации, а пара-тройка потоньше — факультативными... Настя всегда улыбалась, едва взгляд падал на руку. Как выяснилось, вынужденности она не замечала, и ей очень даже нравился звон браслетов на кисти. "Может, в прошлой жизни я была индийской танцовщицей?" — смеялась она про себя.

Заканчивая "шагистику" от бедра по спортзалу, Настя поймала себя на мысли: "А ведь очень предусмотрительны те, кто придумал такие браслеты на кисть! А если бы я влюбилась в этого Риана? Мне же он на картинке понравился! Я бы наверняка попробовала его влюбить в себя. И как хорошо, что он такой страшненький сейчас... Всё-таки жаль, что Григоир отказался искать эту Клодаг в документах выпускников... Хотя он и прав, что может попасться. Но жутко интересно, что там с ним, с Рианом, случилось! Или... попробовать дёрнуть за другую ниточку? Выяснить, кто такой тот тип, которому я по морде надавала? Нет, это сложней. Я даже имени его не знаю... Хм. А если попросить ворона, чтобы он подслушивал разговоры некромантов с курса Риана? Григоиру же понравилось быть ниндзя! Вот пусть и шпионит!"

Пока думала, пара закончилась. "Юные дамы", кто с визгом, а кто солидно, ринулись в раздевалку. Настю окружили подружки.

— Насть, ты придумала?

— Песня отменяется! — категорически сказала она.

Лица первокурсниц вытянулись.

— Почему-у?!

"По кочану" Настя ответить не решилась, да и не поймут.

— У нас браслеты, — объяснила она. — Но, если мы песню споём все вместе, браслеты не выдержат напора объединённой силы — я про это вчера прочитала в учебнике. И тогда то, что мы придумаем в песне, может сбыться!

Девушки задумались. Да, каждый отдельный браслет рассчитан на одно существо, но неизвестно, что произойдёт, если песню — а это посильней обычного заклинания! — исполнят сразу пять ведьм. А в любой песне могут оказаться непредусмотренные установки-заклятия, как бы ни старались от них избавиться. И уж если в учебнике про объединённую силу сказано, тут уже ничего не поделаешь.

— Ладно, — вздохнула Кари. — Пусть не песня. У нас неделя есть. Придумаем.

Выдохнув, ведьмы последними поспешили в раздевалку. А поскольку последними, то и оказались в пустом помещении. И тут Сайофра предложила:

— А если сценку, как артефактчики собираются сделать? У них сценок полно.

— Сами придумывают или как? — полюбопытствовала Мерсайл.

— Чего не знаю, того не скажу, — покачала головой девушка-эльф.

— Мы в школе песни обыгрывали, — вспомнила Настя. — Брали текст какой-нибудь и писали сценку по нему.

— Бежим в библиотеку! — обрадовалась Ита. — Найдём песенку с действием и обыграем. А что — быстро сделаем!

— Завтра пять пар, — с сомнением напомнила Кари. — А нам ещё надо подумать о платьях к балу. Велели соблюдать дресс-код — платья только бальные! А у кого они есть?

— У меня, — мечтательно улыбнулась Сайофра.

А Настя только вздохнула: знать бы раньше — прихватила бы с собой платье с выпускного! Но ведь не пророчица... Ладно. Обойдёмся. Или... можно будет съездить в Гемму и купить там хотя бы ткани. Пусть здесь швейных машинок нет, но почему бы не попробовать сшить платье вручную?

— Ведьмы мы или нет? — между тем рассердилась девушка-оборотень. — Придумаем что-нибудь! Ну?! Куда мы сейчас?

— В библиотеку! — железным тоном сказала гномушка. — Конспекты на завтра писать! Пусть Настя с Сайофра конспектируют, а мы переписывать будем. Они быстрей нас делают! А свободное время и потратим на поиск и обсуждение песенок!

— Фиг вам, — отрезала Настя и даже фыркнула, надув губы, чтобы заметней были обида и даже негодование. — Я больше никому свои конспекты не дам! Что вы мне на прошлой неделе устроили, а? Забыли? Забрали с вечера мои конспекты, а Лысый Клоп Калваг что устроил? Прямо с начала урока по травничеству собрал эти конспекты! Собственноручно! Чтобы сразу узнать, кто писал, а кто нет! Кому неуд влепили за отсутствие тетрадей с конспектами? Мне и Сайофра! Так что фиг вам конспекты! Сами конспектируйте!

— Согласна, — кротко сказала девушка-эльф. — Учиться так учиться, а не списывать. Завтра — тяжёлый учебный день. Предлагаю погрузиться в выполнение домашних заданий, а вот завтрашним вечером соберёмся и будем уже серьёзно думать про концерт.

"А значит, сегодняшний вечер точно свободен, и я смогу сбегать к Риану!" — с трудом смяла слишком уж откровенно радостную улыбку Настя, одновременно придавив другую, укоризненную мысль о том, что они в очередной раз откладывают репетицию и вообще подготовку к концерту в честь посвящения в первокурсники.

Девушки переглянулись и кивнули. Хотя по губам гномушки и проскочило недовольство. Очень уж не любила она конспектировать заданный материал. Ну не получался у неё конспект: всё на страницах учебников казалось важным, всё хотелось списать! Но Ита с Мерсайл явно настроились на работу, признав возмущение Насти справедливым.

Пока бежали в библиотеку и договаривались, кто что будет конспектировать, чтобы брать самые ценные учебники по очереди и не злиться, что кто-то перебежал дорогу, Настя вдруг подумала: "А стоит ли узнавать про то, что случилось с Рианом? Нет, любопытство, конечно, горит, но... Зачем мне это? Ещё и Григоира гонять напрасно..."

Через пять минут они обсели стол в читалке и сосредоточенно засопели, стараясь быстрей разделаться с самым лёгким из заданий. Древний преподаватель травознания Калваг, прозванный Лысым Клопом за слегка плоскую безволосую голову и маленький рост, не требовал от юных ведьм наизусть выучивать все травы, по которым был нужен конспект. Он считал, что студенткам необходимы лишь записи, а уж на "воле" они сами разберутся, в какой ситуации и для кого им понадобятся те или иные травы, сведения о которых им и напомнят академические конспекты, насыщенные их личной силой.

Девушки взяли три учебника, чтобы конспектировать вдвоём сразу с одного. Один учебник достался Сайофра: девушка-эльф обычно строчила так, что за ней никто угнаться не мог... Впрочем, сегодня её скорость оправдалась. Едва она закончила конспектировать заданные параграфы и присоединилась к Насте, вынужденно придерживая первые страницы — то есть догоняя Настю и Мерсайл, как через минут пять внезапно взглянула на свой медальончик, висящий на светло-золотой цепочке, и деловито сказала:

— Мне пора! Закончу вечером.

— Но ты же не успеешь! — удивилась Кари.

— Я? — улыбнулась Сайофра, вставая и быстро складывая письменные принадлежности в изящную, расшитую бисером вязаную сумочку. — Я тебе благодарна, Кари, за твою заботу. Но не забудь, что я пишу гораздо быстрей тебя.

И она выпорхнула из читального зала. Настя с недоумением взглянула на широкое окно: вечер наступал, но ещё чудилась тонкая граница между ним и не уступающим ему днём. Почему девушка-эльф впервые так легко забросила домашнее задание? Или... Настя пожала плечами: возможно, Сайофра подружилась с кем-то ещё из их группы? Ведь, кроме неё, среди будущих ведьм в группе есть и другие эльфийские девушки.

Неожиданно Мерсайл откинулась на спинку стула, сосредоточенно вслушиваясь в нечто (Настя видела, как опустели её глаза), а потом выскочила из-за стола и бросилась к окну. Выглянула вниз, благо одна рама открыта. Обернулась, весело скалясь:

— И когда она успела завести кавалера?

Хихикая, девушки ринулись следом — чуть ли не лечь на подоконник животами и свеситься наружу, чтобы хорошенько разглядеть, что делается на широченной и длинной лестнице, ведущей к входу в библиотеку. С пятого этажа можно было бы разглядеть всё, но то ли Сайофра оказалась предусмотрительна, то ли так договорилась со своим молодым человеком, но, едва она выбежала из дверей и подставила щёку высокому юноше с длинным белокурым "хвостом", из-за чего его уши с заострёнными кончиками сразу выдавали в нём эльфа, как тут же схватила его за руку и торопливо потащила его в сторону... Кари хмыкнула и сказала:

— Небось, чтобы мы его потом в лицо не узнали.

— И чего прячется? — высокомерно спросила Ита в воздух и решительно пошла к столу с учебниками.

А Мерсайл ничего не сказала, но с горделивой улыбкой прошествовала за ней. Кари скептически посмотрела им вслед и спросила:

— И что уж все так с ума посходили по кавалерам? Отучились бы, да и всё!

Настя не стала напоминать, что гномушку-то дома жених ждёт. Так что время от времени сварливая Кари не права. А иногда и права: академические кавалеры — это не то, что помогает в учёбе. И тут же смущённо улыбнулась: после концерта и посвящения в первокурсники будет бал. Через неделю... Ну хорошо. Придумала она, как решить проблему с бальным платьем. Но что делать, если у неё нет кавалера? Или опять-таки положиться на судьбу? Ведь на балу и к ней могут подойти. И так даже интересней — ждать, кто захочет потанцевать с рыжей-бесстыжей... Усаживаясь за стол, тихонько вздохнула: жаль, что Риан за неделю не выздоровеет. И тут же чуть не рассмеялась над собой: смешная! Как будто этот парень, наверняка богатый и уж точно надменный, выздоровев, захочет к ней подойти!

В себя привёл жест Иты. Вампирша решительно захлопнула учебник, доставшийся от Сайофры, и деловито распрощалась с подругами. В молчании они смотрели, как она подходит к входной двери в читальный зал, а там её встречает высокий широкоплечий парень и, ничуть не сомневаясь, целует её, после чего, обняв девушку за талию, уводит по коридору.

Настя взглянула на Кари: та сидела, открыв рот.

— Закрой, — шутливо посоветовала Мерсайл. — Муха залетит.

Гномушка фыркнула и кивнула ей.

— А твой черёд когда?

— Через полчаса, — спокойно ответила девушка-оборотень.

Через полчаса Кари подвинула свой стул поближе к Насте и обескураженно сказала, глядя на пустой дверной проём:

— Вот и остались мы с тобой.

— Забудь, — посоветовала Настя, посмеиваясь. И щедрым жестом обвела бесконечный зал. — Посмотри, сколько народу сидит. Так что давай-ка займёмся домашкой. Хотят они потом попыхтеть — их дело.

— Насть, а у тебя жених есть? — спросила Кари, задумчиво покусывая кончик ручки.

— Нет. А что? Хочешь кого-то просватать?

— А почему ты прячешься? Ну, в смысле — рыжий волос прячешь? Ты же яркая — кавалеры бы сразу налетели на твой огонёк.

— Вот поэтому и не хочу, — спокойно сказала Настя. — А ещё... Извини, Кари, я не хочу обсуждать всё это.

— Не хочешь — так не хочешь. Давай дописывать.

И обе уткнулись в конспекты. За окном постепенно темнело, и, как обычно, в читальном зале незаметно зажглись свечи. Магический фон не позволял использовать в академгородке электричество — приходилось употреблять магические свечи, горевшие не хуже сильных ламп. Поэтому две студентки даже не заметили, что на их столе поначалу затеплились, а потом в полную силу запылали свечи.

Кари со стоном разогнулась от стола и, уронив ручку, затрясла кистью.

— Вот я устала... — начала она — и внезапно замолкла. — Насть... Настя!

— Что? — Последний конспект близился к концу, и отвлекаться не хотелось.

Пришлось.

— Добрый вечер, милейшие дамы, — раздался знакомый бархатный голос, и Настя, подняв уставшие глаза, узрела "мужской идеал". Дракон обворожительно улыбнулся обеим девушкам и, не глядя — взяв стул, сел за стол.

— Здрасьте, — растерялась Настя.

— Ага... — только и промямлила Кари и тут же опомнилась: — А вы... к нам? То есть я хотела сказать, что вы сели... Ну... это... — И беспомощно замолчала, обалдело глядя на старшекурсника.

— Я давно наблюдаю, как вы усердно работаете, — мягко объяснил "идеал". — И решился прервать это усердие, иначе вы излишне утомите свои глаза. Могу ли я рассчитывать на небольшую беседу с вами?

— С обеими? — сурово уточнила Настя, пришедшая в себя. И, собрав учебники, постучала ими по столу. — Видите, сколько ещё писать? Если беседа будет короткой... — Она удивлённо уставилась на "идеал", но договорила: — То можем и поговорить. Но учтите — недолго! Итак, слушаем вас!

Дракон вкрадчиво улыбнулся, и Настя насторожилась и, словно невзначай, словно машинально, сунула руку под стол, где и вцепилась в карман джинсов, из которого свисала цепочка оберега от магического воздействия. Нет, она слышала, что драконы с лёгкостью могут прорвать любую защиту. Но в читалке, где за порядком следят маги-библиотекари, "идеал" же этого делать не будет? Или будет?

— Позвольте мне задать вам вопрос, — так же вкрадчиво сказал дракон, и Настя расслышала, как рядом шумно вздохнула Кари и тут же поперхнулась, испугавшись своего слишком громкого вздоха. — Как вас зовут, милая дама? Впрочем, что это я? Меня зовут Аодхан.

Про себя Настя хмыкнула: надо же, дракон рыцарски первым назвал своё имя, чтобы собеседник слабей мог ему довериться!

— Меня зовут Настя. А это моя подруга — Кари.

— Мои наилучшие пожелания тебе, Кари, — кивнул дракон пунцовой от смущения гномушке и вновь обратил своё благосклонное внимание на Настю. — Итак, мой вопрос касается праздничного бала, который состоится через неделю. Милая Настя, разрешишь ли ты мне пригласить тебя на бал в качестве моей подруги?

— Нет, — категорично сказала Настя, хотя в душе почувствовала замешательство: всё-таки дракон, а она ему отказывает. Но собралась с силами и мыслями и добавила: — Ведь я вам не подруга. Чтобы быть друзьями, надо вместе пуд соли съесть, а нам до этого — далеко.

Кажется, она поставила его в тупик своим высказыванием.

— Э... Насколько я понимаю, это обычай вашего мира? — уточнил он. — Насчёт соли?

— Не совсем, — сказала Настя, не собираясь отступать. — Это образное выражение, которое означает: прежде чем стать друзьями, двое должны некоторое время общаться.

— Я помог вам, — мягко напомнил "идеал".

Осмелев: не злится и не ругается! — Настя мгновенно парировала:

— И теперь вы хотите меня шантажировать этой помощью?

Аодхан снисходительно улыбнулся.

— Взываю к вашему чувству милосердия, — шутливо сказал он. — Помогите и мне. У меня нет подруги. Я бедный и несчастный студент, у которого нет пары на предстоящий бал, а я так люблю танцевать!

— К сожалению, вынуждена вас огорчить, — с облегчением заявила девушка. — Я танцевать не умею.

— Об этом не беспокойтесь! — оживился "идеал". — Я научу вас — и очень быстро!

Гномушка неопределённо взглянула на Настю. А та вдруг разозлилась: почему она должна искать какие-то причины для отказа? Почему она должна бояться, как бы не обидеть Аодхана? Ну уж нет! Она не хочет — и не будет парой дракона на балу!

— Я старалась быть деликатной, — медленно сказала она, подбирая слова. — Но вы вынудили меня признаться, что я уже... — Она прочистила горло, не находя нормального слова, и выпалила: — Ангажирована на танцы!

— Вот как? — легко сказал Аодхан, поднимаясь со стула. — Я рад, что вы не стали тянуть с объяснением. И весьма благодарен за прямой ответ. Позвольте оставить в знак признательности небольшой подарок. Он был задуман лично для вас, Настя, поэтому не отказывайтесь от него.

Она не успела даже спасибо сказать, как "идеал" изысканно поклонился ей и Кари и ушёл. Пока она смотрела на его удаляющуюся фигуру, Кари втянула сквозь зубы воздух. Пришлось посмотреть, что её так изумило.

На столе, рядом со стопой учебников, лежал золотой браслет с единственным камнем цвета её волос — рыжим с малиновым оттенком. Грани камня переливались нестерпимым блеском, словно внутри трепетало пламя.

— Ты-ы... отказала-ась... — Кари задохнулась, а потом поправилась: — Отказала самому дракону! С ума сошла?!

— Не помер же после моего отказа, — проворчала Настя, не зная, стоит ли вообще дотрагиваться до неожиданного подарка. Даже она, не сведущая в камнях, предположила, что вещица из очень дорогих. Зачем Аодхан это сделал? Она же косвенно объяснила, что у неё есть другой, как говорят здесь, в академгородке, кавалер! И вроде он понял?

А когда опомнилась, услышала, как встревоженная Кари вбивает в её бестолковую голову предостережения:

— Драконы — страшные интриганы! Они могут манипулировать тобой, а ты даже этого не заметишь! Что теперь делать?!

— В смысле — что делать? — рассердилась Настя. — Я не собираюсь носить этот подарок, если ты об этом!

Подруга от ужаса зашипела:

— Ты не можешь не носить! Это оскорбление для дракона-дарителя! Боги стихий! Он подарил тебе алый алмаз с Речных отмелей! Это... это поразительно! Откуда ты его знаешь? Откуда он тебя знает?!

— Кари, успокойся, — ледяным тоном ответила Настя, понимая, что подруга вот-вот впадёт в самую настоящую истерику. — Я положу браслет в сейф общежития — и пусть только попробует этот Аодхан предъявить мне претензии! Я не собираюсь носить то, что стоит слишком дорого! И вообще... — Она помолчала, глядя на опасный блеск камня. — Я придумала! Скажу ему, что по нашим-то обычаям такие подарки девушки не принимают! Ну, или придумаю ещё что-нибудь! Только успокойся.

Но взволнованную гномушку пришлось приводить в себя ещё какое-то время. Утешилась Кари лишь после обещания Насти дать ей конспекты. "Ещё одна шантажистка!" — вздохнула девушка, под руку провожая гномушку в её комнату.

Шестая глава

Интересно, с чего бы это в голову пришло старинное словечко "ангажирована" (то бишь уже приглашена на танец), когда она наконец придумала причину для отказа дракону? Привычка к цитированию? Подумав над странным появлением этого слова, Настя поморщилась и выкинула ситуацию из головы. Не это любопытно.

Вообще-то, "сказано — сделано" — это в её стиле. Вернувшись в свою комнату, Настя выложила на стол из предосторожности замотанный в носовой платочек драконов браслет, а потом начала думать: как бы сходить к домашнему куратору ведьм, к Камине, так, чтобы девчонки, всегда толпившиеся вокруг вахтёрши, не узнали, с чем снова прибежала первокурсница? В прошлый раз они разошлись, увидев накопитель. Что бы такого взять сейчас с собой, чтобы все поняли, как скучно сейчас возле Камины будет?

О, придумала! Надо взять стопку толстенных учебников, типа: не поняла кое-что, объясните, пожалуйста!

— Куда это ты намылилась? — строго спросил влетевший в комнату Григоир.

— Как ты со мной разговариваешь?! — поразилась Настя.

— А как разговаривать с той, которая фамильяра не по делу использует?! — возопил ворон так, что кот, до того благодушно валявшийся на кровати, испуганно сжался и мыркнул что-то вроде: "Ой!"

— Я думала — тебе тоже интересно, — с недоумением ответила Настя. — Но, если не хочешь, закончим с этим делом, поскольку у нас появилась проблема.

Ворон склонил голову, изучая хозяйку сощуренным глазом.

— Хочешь сказать — у ТЕБЯ появилась проблема, — насмешливо уточнил он. — И как выглядит эта твоя, неинтересная мне проблема?

Настя посмотрела на него, потом молча дёрнула за кончик платка, и на столе вспыхнул огненным пламенем браслет. Григоир мгновенно забыл о прищуре. Дождавшись мгновения, когда птичий глаз загорелся холодным синим пламенем, Настя быстро закрыла платочком браслет, а сверху водрузила перевёрнутую пустую вазочку. Стеклянная вазочка тяжёлая, и ворону её не перевернуть. Затем, пока фамильяр остолбенело пялился на вазочку, девушка спокойно ушла за занавеску в кухоньку — готовить поливку для личной мини-плантации трав на подоконнике.

— Ка-а! — всполошённо заорал Григоир, врываясь за занавеску. — Почему ты закрыла это сокровище?! Не жадничай — дай полюбоваться!

— Это сокровище — МОЯ проблема, — пожала плечами Настя, размешивая руками в перчатках грязевую кашу из разных образцов земли и некоторых "изысканных" добавок и готовясь нашептать над будущим поливом заклинания роста и полезности. — Тебе я показала его лишь для того, чтобы ты был в курсе. Но поскольку эту проблему придётся решать мне единолично, то... При чём тут вообще ты?

Ворон, предусмотрительно устроившийся на краю полочки с посудой — подальше от поливной смеси, которая пованивала удобрениями природного характера (в основном — голубиного помёта), не стал спорить, хотя холодный блеск в глазах, свидетельствующий о нетерпении и чуть ли не жадности, не пропал. Но Григоир нахохлился и некоторое время размышлял. Затем когтем провёл по полочке, вызывая негромкий треск. Когда Настя взглянула на него, он заявил:

— Я узнал в браслете довольно дорогой артефакт. А всё, что относится к магии или колдовству, является нашей общей проблемой! Я должен знать, в чём дело!

— Если бы это была общая проблема, я бы сразу сказала тебе, — спокойно парировала Настя. — Но на этот раз браслет именно что моя личная проблема. И я буду разбираться с ней сама. — И тут же прикусила язык, чтобы не показать, что слово "артефакт" в устах много знающего фамильяра всё-таки обеспокоило её.

— Ты!.. — Григоир хищно склонился со своего насеста. — Хочешь сказать мне, что этот сильный артефакт тебе подарили... лично?!

— Григоир, хочешь успокоительного настоя? — коварно предложила Настя. — В последнее время ты выглядишь сильно нервным.

— А-а! — завопил было фамильяр, но осёкся и уже пробурчал: — С тобой понервничаешь. Так что? Покажешь? — А потом его глаза разгорелись уже азартом — и он просительно и даже вежливо добавил: — Расскажешь?

— Взамен на твоё объяснение, что это за артефакт. Причём без отлагательств, — усмехнулась девушка, вываливая грязевую массу в большую миску. — И сразу предупреждаю: если будешь отнёкиваться, я спрошу про браслетик у Камины.

— Вот только ей не надо говорить! — испугался фамильяр. — Это настолько личное, что я и правда должен предупредить тебя быть очень осторожной. Ты касалась руками этого браслета?

— Ты же видел, что он в платочке, — напомнила Настя, недоумевая в душе: её, конечно, предостерегали, что в магической академии многие артефакты нельзя просто так брать руками, но чтобы Григоир был так взволнован?

— Алый! Блеск! Камня! — Григоир был бы на уровне мировых актёров, внушительно и даже устрашающе проговаривая каждое слово. — Означает, что на нём жутко сильное заклятие на любовь! На неземную любовь — до гроба!

У Насти подогнулись ноги. Благо кухонька маленькая, она, не глядя, свалилась на табуретку. Заклятие на любовь до гроба?!

— Не верю! — то ли по инерции, то ли от неведомого доселе сильного чувства, но проникновенно выпалила Настя.

— Почему? — уже деловито спросил фамильяр. — Если ты тот скелетик вернула к жизни, то я бы не удивился, что он воспылал...

— Этот браслет мне подарил дракон-старшекурсник!

Ворон сначала от неожиданности задом сел на свою полочку, распялив хвост. Но та была слишком тесной для столь крупной птицы, и Григоир просто-напросто кувырком свалился на пол — чёрным комком взъерошенных перьев. Раскрыв клюв, он таращился на свою хозяйку так долго, что Настя молча подобрала его и усадила в большую тарелку — чистую, что проверила в первую очередь.

Наконец, Настя сняла рабочие перчатки, сполоснула их в тазике и повесила сушиться. Прихватив ложку и миску, над которой прочитала пару заклинаний, вышла из кухоньки, чтобы полить приготовленной густой жижей травы в горшках.

На прицокивающий по деревянному полу мелкий шаг фамильяра, бредущего из-за занавески, она оглянулась вскользь и снова принялась за работу, при которой надо было соблюдать сосредоточенность: переложишь полива — травы могут и засохнуть.

— Ты? И предмет воздыханий... дракона?.. Расскажешь? — негромко спросил Григоир, устроившись на спинке стула.

— А рассказывать нечего, — пожала плечами Настя, осторожно приминая пальцами жижу в одном из горшков и размышляя, обижена ли она недоверием фамильяра, что в неё может влюбиться дракон. Потом в душе махнула рукой на всё вместе: ещё на этом зацикливаться! — Помнишь накопитель? Я пошла к Камине спросить, как он действует. На лестнице повстречала этого дракона. Его зовут Аодхан. Он помог восстановить силы, и я поблагодарила его и ушла. Всё. Больше мы с ним до сегодняшнего дня не встречались. А сегодня он подошёл ко мне в читалке (я была с Кари) и ни с того ни с сего подарил этот браслет. Ну, не совсем ни с того ни сего... Он предложил мне стать его девушкой на время бала, а я отказалась. Всё.

— Отказалась... Ладно, не это главное. Но... если он подарил его тебе... — медленно, раздумывая над каждым словом, проговорил Григоир, — то ведь ты должна была принять его... руками?

— Нет, он оставил его прямо на столе, — вспомнила Настя.

— То есть ты не дотрагивалась до него?

— Нет.

— Тогда... Это ещё более странно, — заключил озадаченный ворон и задумался. Потом поднял голову и вкрадчиво спросил: — А что ты чувствуешь к этому дракону? Тебе льстит, что он предложил тебе быть его парой на балу?

— Не знаю, что я чувствую к этому дракону, — категорически ответила Настя, — но я чувствую себя полной дурой, потому что не понимаю, что происходит!

— Это хорошо... — проворчал Григоир, и девушка, мельком глянув на него, хмыкнула. А потом внезапно поинтересовался: — Ты сегодня к этому пойдёшь?

— К кому именно? — хладнокровно уточнила Настя. Она прекрасно поняла Григоира но хотелось поддразнить.

— Ну, к этому, который Риан.

— Я думаю.

— Если что — у него окно в кухне всё ещё закрыто шторами.

Вот теперь Настя полностью развернулась к фамильяру и внимательно посмотрела на него. Ворон ничуть не смутился и выглядел настоящим злодеем-интриганом, задумавшим свою игру.

— С чего бы ты это мне говоришь?

— Некромант — меньшее зло, в сравнении с драконом, — важно объяснил фамильяр.

— Глупости придумываешь! — обиделась девушка так выразительно, чтобы фамильяр принял напускную обиду за чистую монету. И уже оскорблённо спросила: — Ты и впрямь думаешь, что дракон втрескаться в меня не может?

Григоир открыл клюв, замер. Закрыл. Внимательно осмотрел хозяйку. Вновь открыл клюв и вновь закрыл.

— Что там у этих драконов на уме-е... — протянул он философски. — Всё может быть. Может, он... Или нет. Может, у него вкус оригинальный. Или падок на рыжих?

— Умный ответ от умного фамильяра, — заключила Настя.

Но ворон на лесть не поддался.

— Почему умный? — подозрительно спросил он.

— Потому что ситуация неоднозначная, и ты нашёл неоднозначный ответ.

— Хм... — задумался Григоир, испытующе глядя на девушку и неожиданно сощурился: — А ты... умная?

— Поймать думаешь? — хихикнула Настя. — Не знаю. Просто пытаюсь всё предусмотреть. Но учти — только пытаюсь!

Затем вымыла миску, а потом сняла фартук и присела отдохнуть на кровать, где кошак Тишка сразу привалился к её бочку. Предстояло записать время удобрения мини-плантации и количество заклинаний, произнесённых над поливкой. Но вставать от тёплого кошака не хотелось. Хотелось гладить его, слушать успокаивающее мурлыканье, больше похожее на сдобный звук белой надоя, попадающего в почти полное ведро молока, наполненное пышной пеной. И вспоминать дорогу к мужскому общежитию. Интересно, а Риан ждёт её?

Воздуха не хватало. Физически тело возродилось, но сил было маловато на то, что раньше делал бездумно. Любое мало-мальски значимое действие выпивало энергию так, словно он только что поднялся с кровати... Риан с трудом упирался в стол руками: ноги разъезжались и подламывались, едва он допускал, что может устоять. Голова трещала так, как будто он напился хмельного эльфийского напитка, забыв о последствиях. Он глотал воздух, как будто делал последний глоток, а сердцебиение не унималось. Но, тем не менее, временами ненавидя себя, он улыбался самому себе словно обгорелыми губами: только такой псих, как он, мог выполнить полный комплекс сбора магии, чтобы напитаться ею.

Мало... Очень мало. Был бы рядом фамильяр... Но зверь сгорел в том адском пламени, из которого успел выкинуть хозяина. И, несмотря на помощь друзей, Риану придётся ещё месяца два восстанавливаться по-настоящему, прежде чем он сумеет найти себе фамильяра, подобного Сигдха. А вот если бы Сигдха был рядом... Проблема в том, что он некромант. И природных, живых сил ему мало. Он настроен на силы некромагии. А брать их сейчас трудно. Был бы рядом фамильяр, он в два счёта бы перенаправил всё необходимое для хозяина, пропустив силы через себя для лёгкости введения некромагии в слабого человека. А так...

— И... долго ты будешь жаловаться? — слабо ухмыльнулся Риан и как-то машинально взглянул на бесшумно идущие часы на стене.

Придёт — не придёт та девушка с факультета ведьм? Рыжая — сказал Аодхан. А он, Риан, даже лица её не видел, не в силах пошевелиться. Он, наверное, здорово напугал её, когда попросил умирающего кота. Но ему, при такой слабости, удобней было бы всего лишь вдохнуть уходящую жизнь, чтобы начать восстановление. Хм... Она же предложила ему собственные силы.

Их хватило на физическую регенерацию. Но на полноценную жизнь... "Жадный, да? — вновь усмехнулся он, сам не замечая, что идёт к кровати, чтобы лечь и закрыться простынёй, как в первое её появление здесь. — Тебе надо, чтобы всё сразу?.."

Сыграло то ли предчувствие, то ли уверенность, что она явится в то же время, что и в прошлые разы. На всякий случай, Риан нагнал на спальню больше адского тумана, чем обычно. Хоть и первокурсница, но неизвестно, что там ещё с её видением. Он хотел, чтобы она воспринимала его в состоянии чуть лучше, чем тогда, когда она впервые сюда попала. Но всё ещё слабым. Спроси — зачем, он не ответил бы самому себе. В прикосновении её ладони он уже не нуждался, но... Хотел бы снова почувствовать её такое живое тепло...

Когда, на обычный человеческий взгляд, в спальне стало непроницаемо темно, Риан осторожно убавил плотность адской тьмы. Не переборщить бы. Поймёт ещё...

— Эй... — шёпотом позвали из дверного проёма. — К тебе можно?

— Можно... — Он повернул голову, стараясь, чтобы простыня не сползла с его лица.

Теперь он "видел": сил достаточно, чтобы разглядеть девчонку. Именно девчонка... Она нашла стул, на который обычно присаживалась, когда приходила к нему, и поставила рядом с кроватью. Округлое личико, небольшие глаза, чуть вздёрнутый носик. На первый взгляд — совсем школьница.

— Я не помешала? — прошептала она, таращась на него — кажется, в попытках проникнуть взглядом сквозь адский туман. — У тебя сегодня очень уж темно. Как ты?..

— Мне легче, — выговорил он вполголоса. — Можешь говорить не шёпотом, но всё равно не громко. Почему ты пришла?

— А ты хочешь, чтобы я ушла? И не приходила?

Он вслушивался в её голос. Так ли она милосердна, какой выглядит? Показалось — кокетничает. Или только показалось.

— Ты не боишься... за свою репутацию?

— Ты о мужском общежитии? — Она тихонько рассмеялась, и ему невольно понравился этот щекочущий тёплый смех. — Но ведь я пришла через окно.

— А если бы оно было закрыто?

— Мне фамильяр сказал, что открыто.

Он будто получил удар под дых. Фамильяр... Перед глазами встала горящая фигура Сигдха...

— У тебя заботливый фамильяр, — с трудом выдавил он, поражаясь, что так болезненно реагирует даже на это слово.

— Да ну его! — махнула девчонка рукой. — Мы с ним вечно ругаемся, потому что не понимаем, как должны относиться друг к другу. Я думала — он будет помогать в учёбе, а он возится со мной, как нянька. А иногда — как мой друг, который слишком усердно оберегает меня от всего, что, по его мнению, опасно. А у тебя есть фамильяр?

Риан напомнил себе, что она ничего не знает, а потому задаёт наивные вопросы, которые ранят его в самое сердце.

— Он погиб.

— Прости, — испуганно сказала она. — Я не хотела, чтобы ты... — И тут же торопливо перевела разговор на другое: — Жаль, что ты ещё слабый.

— Почему? — Он и в самом деле был удивлён.

— Ну, ты пропустишь праздник, где первокурсников будут посвящать в студенты.

— А ты... хотела бы, чтобы я там был?

— Это же праздник, — убеждённо сказала она. — Даже по учебникам первого курса я знаю, что праздничное настроение — это огромные потоки силы! А я очень надеюсь, что там будет весело и здорово! Тебе такое очень нужно.

— Нет.

— Что — нет?

— Мне нужно другое. Я бы пришёл в норму сразу, если бы мог набрать сил по своей специализации, — признался он, снова удивившись: зачем он ей об этом говорит.

— Сил от мёртвых? — уточнила она и объяснила — наверное, на всякий случай, чтобы он не удивлялся её познаниям: — Когда я узнала, что ты некромант, я поискала, что тебе может помочь. Но ведь в прошлый раз тебе помогла и живая сила.

— Мёртвая восстанавливает способности, — буркнул он.

— А у меня кошак выздоровел, — внезапно сообщила она. — Так что спасибо тебе большое за твой накопитель. И... Тишка тебе кланяется.

— Что?

— Ну, это такое выражение, типа: кот тебя благодарит за помощь.

Она вдруг замолчала, хотя по интонациям последней фразы было понятно, что она собралась сказать что-то ещё. А секунду спустя Риан, от усталости смотреть скосившись уставившийся в потолок, сообразил, что она встала.

— Что случилось?

— Мне пора, — с сожалением сказала она. — Можно снова дотронуться до твоей руки?

Он затаил дыхание: а если, коснувшись его, она догадается, что его тело физически регенерировало? И тут же изумлённо спросил себя: и что? Что ему до её разочарования? Он же не собирается с ней общаться и далее! И тут же поморщился: слово "общаться" показалось каким-то чуждым канцеляритом. И, не успел опомниться, как губы чуть ли не сами прошептали:

— Можно.

Он ждал прикосновения с тревогой — и уже не потому, что она может сообразить: в помощи он уже не нуждается. Нет. Он ждал тепла её кожи — почему-то близкого к тому, что делал Сигдха, когда врачевал его раны. Странная аналогия...

Девчонка уверенно пожала ему ладонь, отчего по всему телу его пронзила судорога, которую он с трудом скрыл, и радостно сказала:

— Смотри-ка! У тебя заживление идёт полным ходом!

"Хорошо, что ты неопытная первокурсница и не видишь в полной мере", — с некоторым снисхождением подумал он. И снова выговорил неожиданное:

— Ты придёшь ещё?

— А ты бы хотел? — недоверчиво спросила она.

— Сам не знаю, — признался он.

— Ну, тогда выгонишь, если я приду, а тебе не захочется меня видеть, — легкомысленно отозвалась она и пошла к двери из спальни. Повернулась на пороге и кивнула: — На всякий случай — до завтра, Риан!

— До завтра, Настя...

Настя села на подоконник и привычно съехала с него на газон. Оглянулась на тёмное окно. И тут же пригнулась: неподалёку гуляла парочка, чья оживлённая беседа была слышна даже отсюда. "Так, мелкими перебежками до липы, а потом — бегом до дорожки, и меня никто здесь не увидит!"

Она хмыкнула и приготовилась бежать к приметному дереву.

И вдруг присела на корточки, пытаясь спрятаться за низким кустиком, который до сих пор в качестве защиты вообще не воспринимала. Держась за тонкие прутики, она с недоумением смотрела на газон впереди. Да, темно. Да, свет фонарей почти не добирал сюда, но... Ровное место — с подстриженной травой потому что — впереди, всего в десяти шагах от неё, начало изменяться. Потемнело — медленно. Будто на серую от засухи землю кто-то опрокинул ведро воды, и она стала торопливо впитываться в пересохшую почву, постепенно расширяясь...

"Обойти? — суматошно предположила Настя. — Жаль, Григоир со мной не полетел — он бы посмотрел сверху, что там такое..." Она привстала, чтобы помчаться прочь от этого места, но уже с этой небольшой высоты заметила, что земля с короткой травой не просто потемнела, а начинает... раскалываться.

Услышав крики со стороны, Настя перепугалась: сейчас увидят, что она здесь, у мужского общежития! Ославят! Опозорят! Риану неприятно будет! И наплевала на происходящее — рванула вкруговую, в полуприседе — лишь бы не заметили!

А тёмные в вечернем сумраке фигуры приближались со всех сторон к этому странному месту. И Настя, которая постоянно оглядывалась, нечаянно увидела: первые добежавшие начинают отступать от потемневшего круга. А тот теперь даже издалека напоминал место, шевелящееся локальным землетрясением. Добежав до первой же дорожки, уложенной плитками, девушка остановилась и, прикусив губу (так хотелось подойти и посмотреть, что там), оглянулась. И оцепенела: из невидимого для неё сейчас круга, о котором она теперь только знала, били в тёмное небо беспорядочные смутные огни. "Некроманты, что ли, опыты проводят?" — единственное, что она и могла придумать, объясняя странное явление. А огненные лучи, мотались вверх, перекрещиваясь и вспыхивая, когда чуть ли не стреляя в небо, а когда и не доходя до него и умирая, не набрав нужной кому-то высоты.

Застыв на месте, Настя взглянула на невидный отсюда корпус её общежития, а потом снова обернулась. Неожиданно сердце вздрогнуло: из круга, который на расстоянии почтительно обступили несколько фигурок, раздался мучительный стон.

"А вдруг там кто-то из студентов, типа Риана, неправильно проводил какой-нибудь ритуал?!" — ахнула Настя и кинулась к кругу. Растолкав сгрудившихся здесь студентов, она выскочила ближе к темнеющему кругу с торчащими из него лучами.

— Куда лезешь, ведьма?! — возмущённо крикнули ей.

Она не удивилась, что её сразу узнали: среди собравшихся наверняка были старшекурсники. И ответила, не глядя и сразу на все вопросы:

— Я целительница!

Что-то ещё кричали за спиной, но она уже не обращала внимания, потому что кричавшие знали, что происходит, и боялись подходить ближе к центру происшествия, а она не знала, а потому и не страшилась ничего. Пока же она видела лишь одно: из центра словно обугленной земли со сгоревшими травами (это она ощутила!) выдирается жуткая лапа, и у этой лапы кожа дряблая — вся то ли в болячках, то ли в жутких ожогах.

Настя подскочила к этой лапе и, умирая от страха и думая странное: "Я ведь ещё не давала клятву Гиппократа!", вынула из волос приколки и шпильки. Волна волос, с прикреплёнными к ним махонькими силовыми накопителями, с ингредиентами для скорой помощи, упала на плечи.

А девушка лихорадочно прошептала заклинания, выпускающие наружу силы целительства из всех этих приготовленных на всякий случай примитивных артефактов, — и вцепилась в мерцающую в свете лучей сукровицей лапу, чуть не умерев от ужаса и жалости, когда ладонь коснулась гноя и рвущейся тонкой кожи. Полное впечатление, что она вцепилась в лапу дохлого зверя, довольно долго пролежавшего в земле. Вонь гниющей плоти и мёртвой крови, знакомая по анатомичке, куда травниц-целительниц уже однажды сводили на "экскурсию", оглушила, но больше всего она не понимала, почему ей и зверю, который явно карабкался из земли, никто не поможет. Она даже огляделась, сама не зная, отворачиваясь ли от ошеломляющей вони, или в поисках поддержки... Но народ, который всё гуще становился вокруг, испуганно что-то кричал, и она обозлилась на этих дураков. А в следующий миг поняла, что боится тащить зверя из цепко державшей его земли. Боится, что оборвёт ему лапу.

— Да помогите же кто-нибудь! — плачуще закричала она, оглядываясь.

И чуть не упала.

Зверь, кажется, понял так её неуверенность — что она не собирается выдирать его из земли. И сам использовал её руку в качестве опоры. Когда его лапа мокро поехала в её ладонях, вместе с остатками кожи, со сдираемой плотью с чувствительно ощутимых костей, Настя всё же заплакала — от боли, от неясного ужаса: то, что выворачивалось из земли, не было похоже ни на человека, ни на одно из известных ей животных. Но, когда дрогнувшая лапа неизвестного зверя начала ускользать из её рук, девушка резко повернула ладонь так, чтобы твёрдые когти впились в её мякоть.

А потом она чуть не закричала: её ногу обхватили такой же лапой — с острыми и тяжёлыми, по впечатлению, когтями. Зверь пытался вырваться из земли и напропалую использовал человека.

Но теперь и Настя в свете пропадающих лучей из земли разглядела, что звериная голова на поверхности. И, забыв, что вокруг неё довольно много народу, склонилась к зверю, одновременно стараясь удержаться на комковатой земле, которая почему-то ощутимо двигалась, уходила из-под ног, снижалась и становилась опасной, потому что легко можно было сломать ногу, угодив в какую-нибудь расселину.

Вот теперь девушка отпустила лапу зверя и ухватила его за подмышки.

Ей казалось — она будет тащить его вечность. Но его вторая лапа быстро отпустила её ногу, а потом... Потом её дёрнули вниз — и она ужаснулась, что упадёт и уйдёт под землю вместе с этим жутким зверюгой. Но лапы зверя обняли её за плечи, и неизвестное существо вновь постаралось использовать Настю, встречно выдираясь из земли. А Настя внезапно вспомнила Григоира и чуть не расхохоталась, чувствуя подступающие слёзы: у неё есть ворон! У неё есть кот! Что скажет фамильяр, когда она притащит это чудовище в их комнату?!

А чудовище оказалось гораздо больше её самой.

И теперь, почувствовав, что выволакивается из земли нечто громадное, она, уже не оборачиваясь, снова отчаянно завопила:

— Да помогите же!

Крик ушёл в землю, как ей показалось. Но, пока она задыхалась от натуги, пока с отвращением ощущала, как промокают её блузка и джинсы от гнили и крови спасаемого существа, наверное, лишь вечерним ветром донесло до неё странные слова:

— Он не подпускает нас к тебе!

А в следующий миг зверь зарычал, обдавая Настю таким смрадом, что она чуть не упала... Мгновения беспамятства, в которые она смутно видела нечто точно невообразимое... Мгновения, в которые нечто тяжёлое навалилось на неё — и... кажется, поволокло в сторону от круга на земле... Ноги подломились. "Я как тот труп из анатомички..." — бессмысленно подумала она, падая на землю — нет, на что-то живое и подрагивающее... Последнее, что увидела, прежде чем свалиться в глубокий обморок: зверь непонятных очертаний обвился вокруг неё и взглянул на неё сверху вниз — гнойно-кровавыми глазищами, и в раскрытой пасти горело нехилое такое пламя.

Седьмая глава

Сначала с закрытыми глазами... Ломкая тишина... И только кто-то где-то поёт: "Котя, котенька-коток, котя — серенький хвосток. Приди, котя, ночевать, мою детоньку качать..." И качает её, Настю, которая где-то там — то ли во сне, то ли ещё в какой темноте, удивляется: "Это я, что ли, детонька?!"

А потом темнота поблёкла и стала потихоньку шуметь, и в ней Настя услышала далёкие крики и в них отдельные требовательные голоса:

— Расходимся! Быстро! Быстро!

Потом начала улавливать жёсткие интонации в этих требовательных голосах, понимая, что это не студенты, а люди взрослые. Голоса студентов она отделяла по их просительным и испуганным ноткам, но студенты подчинялись взрослым и уходили, и их постепенно не стало слышно.

А потом начали возвращаться ощущения, а что ещё хуже — чувствительность. Хуже, потому что в первую очередь в нос шибануло такой вонью, что её затошнило. Затем она поняла, что сидит в неудобной позе на чём-то мягком, горячем. И явно начинает перегреваться. И нахлынули воспоминания о недавнем... Вот только что она пыталась вытащить какое-то существо из земли — как оно туда попало? А потом существо использовало её саму, чтобы вырваться из странной ловушки. Но что это за существо?!

Когда девушка полностью пришла в сознание, она расслышала далёкий крик:

— Девочка, ты нас слышишь?

"Слышу-слышу!" — ехидным эхом отозвался Заяц из "Ну, погоди!". А голова Насти, по впечатлению, вспухла до размеров хорошего такого арбузища, который вот-вот лопнет. Ну, если девушка ещё один крик услышит. Или скажет что-нибудь вслух.

Потом в голове заворочались вязкие и тяжёлые мысли. Если горячее, но не бабушкина печка в деревне? Если воняет, но не куча навоза в саду? "Ну и загадки мне достались... — устало подумала она и тут же заморгала: — С чего это я устала-то?" И начала думать, что она сегодня сделала, чтобы утомиться. Но, вместо возможно сделанного, в мозгах застряло воспоминание о том, что она легкомысленно оставила браслет дракона под вазочкой — на виду у всех, кто бы ни вошёл в её комнату. И это воспоминание жутко раздражало, как несделанное, но срочное дело. И это же воспоминание заставило её прийти в себя. Правда, как-то странно прийти. Не до конца, что ли...

Всё ещё лёжа на горячем и вонючем, она еле (глаза болели от сочетания огненного и чёрного, господствовавшего вокруг) осмотрелась вокруг. "Это всё-таки что-то очень непонятное", — пришла она к выводу. Потому как ни пыталась разглядеть хоть что-то конкретное поблизости, взгляд упирался в гибкие чёрные линии толстых труб, блестящих словно прилипшими к ним мелкими монетками. И сознание пыталось эти линии упорядочить и распознать. Но пока были странные ассоциации, что вокруг Насти валяются шины от огромных грузовиков, причём она сама лежит на такой шине.

— Где... я? — спросила она в воздух. А её взгляд поднимался и поднимался, "перебирая" нагромождённые шины, пока она не наткнулась на другой взгляд — кроваво-алых глазищ, в которых отражённая Настя просто плавала.

Опираясь на шину, которая её держала, девушка сонно (полное впечатление, что она находится под заклинанием сна!) спросила:

— Ты кто? Ты отпустишь меня?

Глазища зыркнули на неё с невообразимо огромной, но плоской башки, которую из-за её близости было не с чем сравнить. Ну, на что могут быть похожи два кровавых глаза и постоянно раскрытая, будто угрожая, пасть, внутри которой пылает пламя? Настя ещё удивилась, что не испугалась, а когда ответа не услышала, поняла мысленное: "Нет, не отпущу!" С минуту помолчав, девушка зевнула, не в силах удержаться, а потом спросила по-другому:

— Ну-у... Тогда... Пойдёшь со мной?

Какие-то считаные мгновения жуткие глазища продолжали пялиться на неё, а потом полуоткрытая пасть словно раскололась надвое, открывшись полностью. И... монстр тоже зевнул, обдав Настю смрадным дыханием.

— Ага, тоже спать хочешь, — полусонно сказала девушка и снова сама зевнула: пример монстра оказался заразителен, как и для него — её. — Ладно, спускай меня на землю, и я тебе покажу, где я живу. Выспимся до завтра, а потом я посмотрю, что у тебя с желудком. Мне кажется, он у тебя больной, раз изо рта так ужасно пахнет. Ну, что? Пойдём, что ли?

И поехала вниз, крепко схваченная вокруг талии. Как будто со второго этажа спустили — легко и быстро. Даже испугаться не успела. Когда ноги коснулись земли, комковатой и ненадёжной, Настя попыталась опереться на тело зверя, но это было похоже на попытку опереться на гладкий ствол. Правда, упасть ей не дали: плоская голова опустилась рядом и зорко оглядела пространство вокруг. Так что Настя воспользовалась моментом и ухватилась то ли за ус, то ли за что-то другое, свисающее сбоку от пасти. Лапы, за которую тянула монстра из земли, почему-то не нашла. Монстр не возразил, и девушка приободрилась.

— Нам в ту сторону, — показала она свободной рукой на здание общежития, которое отсюда не видела. — Я тебя поведу, а то ты не знаешь, куда идти.

Голова покорно заскользила рядом, едва она потянула за ус. Или за вибриссу?

— Из какого ты общежития?! — донёсся до неё вопль.

Вопль был негромким, приглушённым, как будто проходил сквозь невидимую преграду. Но орали здорово. Это она поняла по тому, что вопль оборвался на хрипе. И послушно откликнулась:

— Я ведьма! С первого курса!

Две смутные фигуры впереди, показалось, переглянулись — и бросились с её дороги, пропав куда-то в дымные тени. За ними помчались ещё несколько фигур, переговариваясь о чём-то. Она с трудом слышала взволнованные голоса, но не понимала, что этих людей взволновало. Впрочем, это ей было неинтересно. Она медленно шла рядом с монстром, пышущим жутким жаром, ведя его за собой, и лениво, всё в том же чудном состоянии полусна, размышляла, что скажет Григоир, когда она приведёт монстра в комнату. Опять ругаться будет!.. Так, надо подумать, куда эту зверюгу пристроить в комнате. Не кошака же Тишку сгонять с кровати... И как-то абсолютно не тревожило, что монстр в её комнате не поместится, хоть та и побольше комнаты в её городской квартире, что осталась где-то далеко-далеко... Возможно, потому, что чуяла как-то стороной: с монстром что-то происходит.

А невольные и перепуганные зрители наблюдали, как адский зверь постепенно втягивает единственную пару лап — чуть ниже плоской башки, а сверху, чуть ниже головы, начинают появляться прозрачные, почти стрекозиные крылья, правда необычно облитые багровыми потёками... Вскоре зверь уже не тёк за Настей, как плыл бы по реке, скажем, угорь, а летел, будто она не вела за собой чудовище, а тащила воздушный змей. И, едва стрекозиные крылья прекратили свой рост, монстр начал уменьшаться в величине и массе, как будто приноравливался к своей новой хозяйке...

Выждав, когда Настя уйдёт, Риан встал с кровати.

Девочка оказалась так себе. Славная. Не более. Хорошенькая круглая мордашка. Да, рыженькая, симпатичная. Приветливая. Готовая помочь — сострадательная, значит. Но таких много в академии. Среднестатистических...

И пусть в её личном пространстве едва уловимо маячит значок мага-дознавателя академии, что эта студентка со скрытым и отнюдь не обычным даром, но сколько их таких здесь бегает? Тех, чей дар так и не открылся? И не откроется никогда, даже уйди они, закончив академию с отличием по традиционным курсам? Нет, он благодарен ей. Очень благодарен, но... Дальше он сам.

Да, ему сейчас это не нужно. Сейчас — когда он должен жёстко взять себя в руки, ему нужно, чтобы с ним не нянчились, а привычно для того, прошлого, Риана, решительно требовали с него, заставляя не думать о пережитом. Заставляя действовать и идти вперёд.

Промелькнула, правда, одна необычная мысль: "А ты? Ты именно таков, что сам делать ничего не можешь — без постоянных тычков и подталкиваний? Слабо тебе самому взять себя в руки, а не ждать, пока пнут со стороны?"

Но Риан досадливо помотал головой и огляделся. Прошёлся по одной комнате. Вышел в другую.

Апартаменты, где он пришёл в себя. И даже спрашивать не надо, чтобы понять, что эти богатые комнаты — издевательский знак благодарности от Клодаг.

— Пора уходить из этого... пыльного чулана к себе... — прошептал он и взялся за медальон на груди. — Аодхан, ты у себя?

"Да. Заходи", — ответил медальон, передавая мысленный голос дракона.

Через минуту Риан был на третьем этаже мужского общежития некромантов. Здесь же сидел и Кенион. Друзья обсуждали совместный проект для курсовой, довольно спорный и сложный, и обрадовались возможности прерваться, чтобы поболтать с выздоравливающим Рианом.

А он, запыхавшийся от подъёма по лестнице, присел на мягкий стул и, отдышавшись, спросил:

— Кто знает, моя комната занята?

— Попробовал бы кто занять, — усмехнулся Кенион.

— Хорошо. Завтра перееду.

— А я уж думал — тебе понравилось спать на душистых простынях, — поддел Аодхан. И вкрадчиво спросил: — Ты позволишь забрать из твоих нынешних апартаментов то удобное мягкое кресло?

Они расхохотались над нехитрой шуткой, и Риан радостно подумал: а ведь он боялся, что будет насторожённо, а то и отчуждённо воспринимать своих здоровых друзей! Но нет! Он с таким же удовольствием смеётся сейчас вместе с ними, как бывало и раньше. Он и сейчас может спокойно принимать их шутки, несмотря на то что всё ещё чувствует себя слабым.

— С чего начнёшь? — спросил оборотень, который до сих пор смешливо фыркал, едва только взглядывал на довольного дракона.

— Двое суток медитации на крыше, — ответил Риан. — Наберусь сил, спущусь в подвал нашего корпуса. Буду слушать преисподнюю. Как только пойму, что пришёл в себя, буду искать... — он споткнулся и невольно скривился в ответ на сочувственные лица друзей. — Буду искать нового фамильяра, — упрямо закончил он. — Но это не самое интересное. Аодхан, как там мой зверинец?

— Статично, — пожал плечами дракон. — Едят, живут, время от времени бузят, но всё в пределах нормы. Придумал, чем пополнить?

— Если мастера не будут против, — на той же насмешливой ноте откликнулся он. — В конце концов, у меня осталось ещё несколько трупов, которые можно поднять.

— Несколько — это слишком много, — заметил Кенион. — Преподаватели не хотели бы, чтобы ты добавлял к своему зоопарку не одного монстра, а пару-тройку.

— А мне сейчас это и не светит, — ровно ответил Риан. — Я ещё не совсем в форме. Думаю, я пока сам могу определять, насколько здоров, чтобы приняться за работу. Так что пока только присматриваюсь и приглядываюсь, с чего начинать.

Специализация Риана очень редкая — монстролог. Некромант-монстролог. Это значит, что в академгородке он единственный, кто умеет воссоздавать адских тварей, когда-то попавших в академическую кунст-камеру. Воссоздавать вживую. Наполнять высушенные магами-охотниками тела жизнью. Последнее — сделать под силу не каждому некроманту... Именно на этой специализации его и подловили, после чего он попал в такую ловушку, что его едва не прикончило.

Друзья, собираясь вместе, часто обсуждали как дела, так и учёбу Риана. Ведь его учёба проходила всегда буквально вслепую: учителей у него не было, разве что преподаватели-некроманты следили за тем, чтобы не получилось срывов, чтобы воскрешённые им адские чудовища не навредили как самому воскрешателю, так и окружающим. Сильнейший интуит, он тоже действовал, в основном шаг за шагом разбираясь в происходящим. Нет, он не первый в своём деле. Его дядя был сильнейшим некромантом-монстрологом. Но, как выяснилось, даже самый опытный некромант-монстролог однажды совершает ошибку. В мире Риана, а преподаватели утверждали, что и в других мирах, только сам Риан и остался — последним некромантом-монстрологом. Человеком, который не только изучает адских существ, но и умеет их оживлять.

Так что все трое сейчас забыли обо всём, обсуждая воскрешение Рианом последнего монстра — до катастрофы с самим студентом.

Обсуждение велось так активно, что друзья порой смеялись и громко спорили. Правда, сегодня Риан необычно участвовал в этой беседе. То и дело взглядывая на дракона, он постоянно сбивался с мысли и вспоминал легкомысленные слова Аодхана: "Сладкая ягодка, вечерняя заря!.." Удивлённый Риан несколько раз запинался и хмурился, пытаясь понять: он и в самом деле ещё не выздоровел? Почему его так легко прервать напоминанием о рыжей простушке, которая понравилась дракону?.. Но вскоре Риан успокоился, объяснив свою сбивчивость в мыслях тем, что слишком рано решил: он готов к восстановлению и сосредоточенности на учёбе и на практической работе.

Однако спустя время даже громкие голоса друзей не заглушили странного шума в коридоре общежития.

Сначала прислушался, как самый чуткий, Кенион. Вслушался в шум раз, другой и наконец не выдержал, недовольно проворчав:

— Что там сегодня происходит? Чего все бегают и орут?

— А ты выйди и послушай! — шутливо предложил Аодхан.

До двери оборотень не дошёл: она сама резко распахнулась — и из коридора кто-то завопил в несколько глоток и беспорядочно:

— Кто видел Риана?!

— Кто знает, где он?!

— Аодхан, ты не видел Риана?!

Совершенно ошеломлённый некромант вскочил со стула и вместе с заинтригованным Аодханом поспешил к двери.

— Что?! — крикнул Риан в коридор — оравшие уже побежали дальше, выкликая его имя. — Зачем вам нужен Риан?!

И закашлялся от нервного напряга, с каким сам проорал свои вопросы.

Но его услышали. Кричавшие будто наткнулись на преграду и обернулись.

— Риа-ан! Твой Сигдха вернулся!!

Он чуть не упал, когда дрогнули ноги. Как — Сигдха вернулся! Не может быть!

Стоявшие рядом Аодхан и Кенион переглянулись. Краем глаза он уловил этот перегляд, но не среагировал на него. Он всё ещё не мог опомниться от услышанного.

И всё же именно друзья помогли. Дракон, как незаинтересованное лицо, был не настолько поражён вестью о Сигдха, а потому сумел задать правильный вопрос:

— Ну и где он?!

— На той стороне общежития!

— Вылез из земли, когда там проходила какая-то девчонка!

Ответы на вопрос дракона были такими суматошными, что Риан, как ни странно, решил, что все эти кричащие студенты просто-напросто выдумали событие. Но эти же шесть или семь человек с такой яростью убеждали, что Сигдха и в самом деле вылез из земли, что преподаватели и в самом деле послали их за Рианом!.. Риан не выдержал и побежал к лестницам — друзья за ним, а на повороте первой лестницы он заметил, что те шестеро или семеро тоже бегут за ними. И он крикнул:

— Когда это произошло?!

— Минут десять назад!

Сердце до этого ответа раскачивалось: "Сиг-дха?! Сиг-дха?!"

После ответа оно заколотилось: "На-стя-На-стя?!"

— Риан! — закричали в вестибюле общежития. — Мы тебе покажем, куда она повела Сигдха!

"Что?! Она повела куда-то Сигдха?! Моего Сигдха?! Бред!"

Первым Риана, уже уставшего после спуска с нескольких лестниц, догнал Аодхан. Он резко влепил ладонью в его спину, передавая силы, и на несколько секунд Риан перестал задыхаться от нехватки воздуха. Потом — добежавший Кенион приложил ему ладонь между лопатками. И Риан сумел добежать туда, куда его вели кричавшие студенты. К группе преподавателей, которые резко отсекли всех тех, кто праздно сопровождал группу будущих магистров.

— Что?.. — выдохнул Риан. — Происходит?!

Преподаватели оглянулись на него и вновь уставились туда, куда смотрели до сих пор.

И он увидел.

В вечерней темноте тонкая девичья фигурка, размахивая одной рукой — наверное, что-то объясняла или рассказывала (так, во всяком случае, показалось ему), другой тащила Сигдха за собой. Причём Сигдха воспользовался своими способностями сжимать возвращённую плоть и летел рядом с ней зверушкой, которая с виду и напугать не могла.

Риан заворожённо следил за ними.

Он отказывался поверить глазам. Он отказывался признать факт, что его фамильяр вернулся — или возвращён этой девочкой. Может, отказывался, потому что фамильяр его в упор не заметил? Хотя раньше...

— И почему?.. — растерянно начал он и не закончил вопроса.

Он взглянул на стоявшего рядом мужчину и узнал декана факультета некромантии. Несмотря на незаконченный вопрос, декан понял его.

— Наши преподаватели узнали, где она живёт. Побежали обезопасить её комнату и соседей, — холодно сказал он. — Риан, мы тебе поверили, что Сигдха погиб, и не приняли мер предосторожностей. Но ты дал нам неверную информацию, и сейчас на воле разгуливает опасный монстр.

— Я дал информацию о том, что видел своими глазами! — зарычал он.

Дракон, вставший за спиной, положил ладонь на его плечо. А Кенион встал сбоку, чтобы Риан видел его.

— Мы разберёмся во всём этом позже, — всё так же холодно сказал декан. — И тогда решим, будешь ли ты наказан, если ошибся, из-за чего подверг опасности весь академгородок. А пока возвращайся в свои комнаты (он брезгливо подчеркнул это слово) и жди нашего вызова на беседу.

— Но девушка...

— Я послал в общежитие травниц магов-охотников. Если Сигдха будет выказывать признаки агрессии, его придётся ликвидировать.

— Но я мог бы...

— Нет. Сейчас ты ничего не можешь. Иди к себе, — уже ледяным тоном закончил декан, не глядя на Риана.

Друзья быстро взяли Риана под руки и, сопротивляющегося, ничего не понимающего, сильно оттащили в сторону. И только здесь, вдали от преподавателей, Аодхан прошипел ему на ухо:

— Заткнись и слушай! Слышишь меня?

— Да... — ответил Риан, чувствуя себя абсолютно больным и не отрывая взгляда от исчезающей в темноте фигурки.

— Тебе запретили туда идти! Но я-то свободен!..

— Мы свободны! — подхватил Кенион, сообразивший, что именно придумал дракон.

— Мы быстро сбегаем туда и разведаем обстановку, а ты иди в апартаменты и жди нас там! Мы всё узнаем и всё расскажем! — убеждал дракон, не без помощи оборотня таща одногруппника в общежитие, а вскоре и по коридору

— Но девушка... Она в опасности!

— Риан, не глупи! Там охотники!

"Вот именно!" — чуть не завопил он, разрываясь между ужасом того положения, в которое попала Настя (а он твёрдо был уверен, что там Настя!), и ужасом смертельной ситуации, в которой оказался его внезапно появившийся фамильяр!

Но друзья на этот раз не стали церемониться с ним, а просто втолкнули однокурсника в его комнаты и бегом бросились назад, на улицу.

Страх за Настю. Страх за Сигдха...

Он же видел, что фамильяр сгорел в адском пламени! Он видел, как разлетались пепельные хлопья сгоревшего тела Сигдха!

А может, это не Сигдха? Может, это не Настя?! И что... Это живая девушка!

Он вдруг вспомнил и побежал на кухню.

Сердце упало. Это Настя!.. Выжженный до пепла круг темнел неподалёку от окна. Она вылезла из окна, пошла по газону — и Сигдха начал вылезать...

Но что произошло?!

Если оживший Сигдха шёл под землёй к хозяину, почему он внезапно вышел к Насте?.. Или... Риан сжал кулаки. Маячок-метка мага-дознавателя!..

В академию не брали девушек на факультет ведьм, если они были только ведьмами. В городе и так существовала отдельная школа для обычных ведьм. В их же академию во всех мирах искали ведьм с отличительным знаком в личном поле. Со знаком, что эта ведьма может нести в себе секрет — иной дар, кроме яркого ведьминского. А если Настя... Если Настя несла на себе знак некроманта-монстролога?

Не замечая собственного жеста, Риан прижал кулак к груди, успокаивая больно бьющееся сердце... Знак. Только этим фактом можно объяснить появление Сигдха.

Правда есть и другой вариант. Настя общалась с ним, с Рианом. Может, Сигдха шёл под землёй к хозяину, но учуял знакомые запахи на девушке? Глупо... Сигдха не может чуять запахи. Он адский зверь, пропитанный огнём и дымом... И он отлично видит. Что — что, а зрение у него замечательное... Риан облизал пересохшие губы. Хватит домысливать то, о чём не знаешь. Сейчас вернутся друзья и всё расскажут.

Он отвернулся от окна, снова расправил шторы и, согнувшись стариком от усталости, как физической, так и эмоциональной, зашаркал в спальню. Он остановился на пороге, поднял глаза... Хотелось сотворить огонь и швырнуть его на эту роскошь, которую он ненавидел и в которой был вынужден жить, пока восстанавливался... А теперь, пока идёт выяснение с Сигдха, придётся снова терпеть снисходительный подарок Клодаг... Дьявол с ними, с апартаментами. Лишь бы Настя выжила. Лишь бы маги-охотники не убили Сигдха...

Настя открыла дверь в комнату и пригласила:

— Проходи, не бойся!

И сама первой шагнула за порог. Как и ожидала, сначала увидела своего фамильяра. Он сидел на спинке стула, сгорбившись и почему-то вытаращив глаза. Впрочем, его состояние нетрудно было предугадать: сейчас опять бурчать начнёт по поводу бездомышей, который хозяйка собирает. Поэтому девушка упрямо надула губы и велела съёжившемуся (наверное, от страха?) существу:

— Ты не бойся! Григоир только выглядит грозным. А на деле у него очень добрая душа! Правда-правда!

Странно, что ворон не разразился, как минимум, ругательствами и не начал укоризненно хлопать крыльями. Нет, фамильяр будто затаился, и его неподвижные тёмные глаза наполнились страхом. Причём его глаза неожиданно пялились в одно и то же место, будто он боялся перевести взгляд на что-то иное... Девушка пожала плечами и обернулась к существу, нисколько не удивившись, что оно уменьшилось, а даже обрадовавшись этому обстоятельству. Вот теперь не страшно! Вот теперь можно в комнате приглядеть уютное местечко для нового жильца!

Больше всего Настю слегка тревожило другое: у неё было странное впечатление, что она засыпает на ходу. И даже реакция Тишки, вскочившего на все четыре лапы и с кровати, где спал до сих пор, зашипевшего на новенького бездомыша, как-то прошла мимо её внимания. Всё за тот же ус она отвела существо с трепещущими прозрачными крыльями в уголок рядом с "кухней", где ткнула пальцем на пол и сказала:

— Я сейчас тебе миску поставлю с разведённым молоком. Не знаю, чем тебя кормить, но молоко пьют все.

И она это сделала: налила сгущённое молоко в миску, развела его кипячёной водой и поставила перед плоской башкой.

— Ты пей, — сказала она и зевнула. — А я немного посплю, а потом мне надо будет прочитать пару конспектов, а потом...

Она отошла от миски, в которую с недоумением смотрел уменьшившийся монстр, и в самом деле прилегла на кровать. Едва она только присела на кровать, монстр тут же "подплыл" к ней. Пару секунд он следил, как она ложится, закрывает глаза, — и тут же юркнул за её спину, к стене, благо шипящий кот уже удрал подальше от мерзко пахнувшего существа. А оно примостилось рядом с девушкой и будто специально нагнулось, чтобы его не разглядел кто посторонний...

... Молчавший, запуганный до ужаса Григоир медленно оглянулся.

Из-за ширмы возле одёжного шкафа, за которой Настя обычно одевалась, вышли двое чуть ли не в военной форме. Один, глядя на ворона, немедленно приложил палец к губам. Григоир поспешно закивал.

Двое подошли к кровати со спящей Настей, присмотрелись к притаившемуся монстру. Тот не спал и поблёскивал насторожёнными глазами на магов-охотников.

— И зачем тебе понадобилось погружать её в дремоту? — прошелестел один из охотников, глядя на монстра.

— Привязка? — тем же шелестящим шёпотом откликнулся второй.

— С его стороны? — с недоумением переспросил первый.

— Враждебности и агрессии в его линиях нет.

Два охотника строго внушили фамильяру ведьмы-первокурсницы, чтобы тот проследил за своей хозяйкой, а в случае чего немедленно доложил магу-охотнику, который первым оставался дежурить за дверью Настиной комнаты.

Ворон торопливо согласился со всеми приказами, а когда дверь за обоими закрылась, осмелился дышать. То и дело скашиваясь на кровать, Григоир перелетел на верх шкафа и понурился здесь, на краю. Хотелось отдохнуть, но приходилось глазеть на спящую хозяйку, возле которой примостилось маленькое чудовище... Почуяв на себе взгляд, ворон осторожно глянул вниз и вздохнул: растерянный кошак, привыкший к тому, что кровать всегда в его распоряжении, теперь вопросительно смотрел на него. Мда. Теперь фамильяр был готов на всё, лишь бы вместо того жуткого монстра терпеть в комнате всего лишь кота... Затем он слетел со шкафа и, сделав круг, приземлился у миски с молоком, всем своим видом показывая: здесь безопасно, можешь отужинать. Кот подбежал к нему и быстро сунулся мордой в миску. А ворон вздохнул в очередной раз и вновь устроился наверху, откуда было видно всё.

Восьмая глава

Утро началось так, что Настя решила: кажется, она попала в колдовской калейдоскоп приключений. Калейдоскоп, причём, изобиловал такими мелкими, но впечатляющими событиями, что — "ой, мама, не горюй!" И побежали они с самого начала с та-акой скоростью!.. Что обдумать каждое, представлялось, честно говоря, абсолютно затруднительным.

То есть Настя открыла глаза — и вовремя, потому что в следующий миг её мягко столкнули с кровати. Ахнув, она свалилась — ладно ещё, завёрнутая в одеяло, да ещё запутавшаяся в нём. Повезло и то, что кровать низенькая — падать удобно. Но бедром в пол стукнулась чувствительно и руками себе помочь, чтобы спружинить, не успела. Так стукнулась, что снова охнула — уже от боли. Пока выпутывалась из одеяла, почувствовала, как что-то сверлит затылок. Обернулась — и с испуганным воплем шарахнулась от кровати, а потом шлёпнулась — не распуталась же из одеяла. И на коленях, а кое-где и кувырком-перекатом попыталась подальше сбежать от диковинного, жутко выглядевшего существа, привставшего на краю кровати и хлопавшего на неё удивлёнными глазищами, как бы не понимая: "Ну а чё такого?!"

— Григоир! — завопила она в ужасе.

И тут началось второе событие!

Дверь с треском распахнулась, и на пороге возникла рассвирепевшая до белого каления Брида, которая немедленно заорала:

— Это твой кошак налил лужу у моей двери! Ты мне наврала, ведьма рыжая! И не отпирайся! Мне всё доложили! Со мной так не поступают, чтоб ты знала! И теперь тебе, малявка врущая!..

Монстр, следом за Настей мягко свалившийся на пол, обернулся к незваной гостье и вопросительно мыркнул, кажется слегка смущённый визгливыми воплями:

— Мм?

Вампирша остолбенела, вытаращившись на существо, размером с хорошего такого кабана, — Настя ещё суматошно поразилась: "И как моя кровать его выдержала?!" Но существо, кажется, тоже решило узнать, что происходит. Не дождавшись ответа на своё вежливое мырканье от обомлевшей Бриды, оно торжественно потопало к двери. За метр до косяка вынуждено было остановиться. За вампиршей маячили её две закадычные подружки, сейчас на пару с ней вконец ошалевшие, и какой-то мужик, который пытался тихонько урезонить Бриду, а то и осторожно оттащить её от двери в комнату. Своенравная Брида последнего в упор не хотела видеть, но после первого же шажка странного существа явно к ней с оглушительным визгом умчалась куда-то по коридору. Подружки с таким же всполошённым верещаньем — за ней.

Мужик втихаря тоже куда-то пропал, и совершенно ошеломлённой Насте показалось, что она видела у него в руках... ружьё?! Дверь, между прочим, сразу после его исчезновения мгновенно закрылась — с треском.

Зверюга же, вернувшись, снова сидела рядом с Настей и с тем же изумлением глазела на треснувшую со всей дури дверь. Сидела как-то неловко, будто впервые попробовала, что это такое — сесть, словно собака. Ну, в собачьей позе.

Правда, собачка из зверюги была та ещё. Как будто тот самый отъевшийся солидный кабан решил: ему пора сменить имидж! И начал с того, что обзавёлся шерстью — не жёсткой и не очень длинной, а как у овчарки, например, — первое, что на ум Насте пришло. Вот только шерсть эта была странной расцветки — тёмно-серой, с зеленоватыми пятнами, слегка упорядоченными в едва уловимые глазом полосы. Ещё у него появились ("Крылья где?!" — суматошно начала вспоминать Настя свои странные сновидения) нормальные такие собачьи (или кошачьи?) лапы. Но опять-таки только на первый взгляд — нормальные, потому что Насте вдруг почудилось, что у собак таких лап не бывает: передние коротковатые, а задние такие длинные, что, когда зверюга пошла было к Бриде, задние переступали полусогнутыми. Зато хвост был прямым и... как это обозвать? Пушистым? Или хорошей такой шерстистости? И тоже в смутную полоску. И, наконец, морда. Для собачьей эта морда была слишком длинной — сначала категорично решила девушка. Но тут же вспомнила, например, таксу. Правда... "Собака" опять оглянулась на девушку и... "улыбнулась" ей, весело оскалившись. О-ой... Пасть-то у зверушки — на две трети морды! А клычища... Оу, какие клычища — Брида, небось, обзавидовалась бы, останься на минутку в комнате.

Парализованная ужасом, Настя отказывалась понимать, что происходит, а потому ощущала, как затекает рука, которой она упирается в пол, как её начинает покалывать от напряжения, но оставалась сидеть в той же позе, боясь шевельнуться.

А потом вдруг дошло. Ну, в смысле — почему дверь грохнула, закрываясь. Её что — оставили в комнате саму разбираться с этим... монстром?! Типа, чтобы зверюга не выскочила в коридор и не покусала других студенток?! Типа, успеет сожрать одну Настю — не велика потеря?!

Снова ужаснуться в полной мере не успела.

С кровати раздался ещё один звук. Странный, но, по впечатлениям, мирный.

Медленно, боясь нервировать зверюгу, которая, "улыбаясь", тоже повернула голову на этот звук, Настя посмотрела на кровать, страшась, что там окажется ещё один монстр. И бессильно опустила плечи, перестав соображать от слова "совсем".

А кот Тишка подполз к самому краю кровати и снова зевнул с подвывом. Выглядел кот вполне довольным жизнью.

Не моргая — глядя на него, Настя просипела:

— Григоир, что происходит?!

— Эти двое ночью за мышами бегали, — мрачно сказал ворон, сидевший на шкафу.

— То есть... Как это бегали?! — сорвалась Настя на крик. А у самой мысленно и не вовремя включилась логика: "Вот почему он мрачный: мяса свежего захотелось, а, видать, не досталось! Не поделились с ним!.. Господи, о чём думаю?!"

— Ну, они сначала познакомились, пообнюхивались. Этот сожрал молоко, которое ты вчера ему оставила и которое кот не дожрал. А потом кот вскочил на подоконник и прыгнул на форточку. Пришлось открыть, чтобы он не разбил стекло.

Ворон открывать форточку умел — Настя знала. А чего ему не открыть? Клюв крепкий, уцепился им за защёлку, повернул — и готово. Но...

— А потом эта скотина, как самая умная, тоже полезла в форточку всей своей тушей, и я понял, что лучше открыть оконную раму, — продолжил повествование хмурый фамильяр. — Думал — он меня тоже сожрёт. Но ничего — подождал он, как будто понял, что я делаю. И ушли. Потом пришли. И... — Ворон поперхнулся и, всё так же сутулясь, с намёком оглянулся в сторону кухни за занавеской.

Стараясь держать "улыбающегося" зверя в поле зрения, Настя прижалась к стулу, на который наткнулась, пока отползала, и быстро глянула в указанную сторону. На полу валялись мелкие ошмётки шкурок и нечто безобразное и бесформенное, похожее на жидкие экскременты, — судя по виду и запаху, который девушка начала чуять, приходя в себя. Но, если судить здраво, вся эта грязь явно могла быть внутренностями совместной добычи монстра и кота.

Долгие минуты она не могла выговорить ни слова, снова загипнотизированная "ласковой улыбкой" зверя. Потом снова же уставилась на грязь возле кухни, разглядела ещё кое-какие следы, и начало доходить. А потому она начала успокаиваться.

— Григоир, — всё ещё с пола, но уже не со страхом, а так же мрачно, как и фамильяр, буркнула она. — Скажи честно, ты ведь тоже поучаствовал в этой... пирушке?

— Воспитанное существо, — с достоинством заявил ворон, — не может отказаться, если его вежливо приглашают разделить трапезу.

Настя, морщась от вонючих запахов, смотрела на остатки пиршества и не видела их, пытаясь привести мысли в порядок.

Итак, эти трое спелись, хоть Григоиру и достались объедки. И, судя по широченной зубастой улыбище зверюги и умиротворённой ухмылке кота, Настю они тоже готовы признать своей. Ёлки-моталки... что происходит?!

— Григоир, это... существо... агрессивное?

— Нет, — проворчал фамильяр. — Оно сытое и благодарно тебе.

— Почему?

— Ты напоила его сладким молоком и не возражала, когда оно полезло спать на твоей кровати, — доложил ворон, с отвращением глядя на монстра.

"Не возражала?! Так я ведь ни сном ни духом!.."

— Оно магическое?

— Угу.

— То есть... — Настя запнулась и прикрикнула: — Сколько мне ещё тянуть из тебя по словечку?! Ты не можешь сразу объяснить — опасно оно для меня или нет?!

Ворон, вздохнув, нахохлился и сверху вниз сказал, как будто обращаясь к какому-то другому собеседнику:

— Он там и тебе добычу оставил. Так что... неопасен.

Несколько секунд Настя смотрела на фамильяра, а потом встала, придерживая край одеяла, хотя и была одета. "Со вчерашнего вечера так и не разделась и даже не переоделась в домашнее", — грустно констатировала она, поднимая уже всё одеяло, чтобы положить его на кровать. Бросить в уголок. Потому как сгонять Тишку, пристроившегося у подушки, рука не поднялась. И, покосившись на довольную морду существа, которое так и не идентифицировала, пошла за занавеску смотреть, что за добычу ей оставили.

Здесь она привычно, забывшись, поставила чайничек с приготовленной ещё вчера водой на металлическую плитку, магически вызвала огонь. Затем намочила половую тряпку и потратила пару минут, чтобы убрать пиршественные остатки в ведёрко для отходов, а потом примять их бумагой и слегка присыпать ароматической смесью трав, чтобы не воняло.

А потом опомнилась и огляделась. Нашла подношение на нижней полочке с посудой. Едва слышно фыркнула. Потом взяла три веточки мяты и внимательно осмотрела траву. Надо же... Зверь знает, что мяту надо собирать до того, как распустятся её сиреневые цветочки!.. Она отложила мяту в сторонку, деловито предполагая, что чуть позже надо будет веточки разломать на отдельные листья и стебельки, а потом засушить. Зверь и правда магический: сообразил же он принести мяту как подарок на новую луну!

Выглянув из-за занавески, коротко сообщила:

— Поскольку я на первую пару опоздала, то буду сидеть в комнате и пить чай!

Выслушав это странное сообщение, ворон перелетел на кухню. Зверь улёгся у кровати, а кот Тишка моргнул и засопел, закрыв глаза.

Настя же вернулась к кухоньке и быстро заварила чай, благо вода уже вскипела. Сегодня она не стала ждать, пока "сойдёт первый пар" кипятка, и заварила себе не самый лучший чаёк. Но поразмыслить надо над многими вещами... Фамильяр бродил по полупустой посудной полочке, как-то упрямо насупившись. И, лишь когда девушка выпила обжигающий чай, кое-что поняла.

Она взглянула на Григоира. Фамильяр ответил потускневшим взглядом. И это болтушка ворон? Так. Ещё пара секунд, и Настя отставила чашку с остатками чая и молча похлопала себя по плечу. Ворон со страхом — она отчётливо это разглядела — посмотрел на занавеску, в сторону входной двери, потом снова на хозяйку. Настя всё так же молча приподняла один из кулонов, висящих на цепочках, обвивающих её запястье, — тот, который давал ей плотную связь и возможность мысленного разговора с фамильяром. Узнав его, ворон немедленно слетел к ней, откровенно счастливый: теперь, каких бы с него ни потребовали клятв, он не имел права отказаться от честного диалога с хозяйкой. Или монолога. Даже если бы захотел что-то утаить, с помощью кулона девушка сумела бы вытащить всё, что пряталось в его памяти.

Потоптавшись на её плече, он уселся так, чтобы головой касаться её уха. С виду пригорюнился. Но Настя, чувствовавшая его прохладные пёрышки, чуть щекочущие ей ухо, уже начала слышать всё то, что слышал Григоир недавно.

Вскоре девушка знала всё, что знал фамильяр. И то, что ему велено молчком следить за происходящим в комнате хозяйки. И то, что ему удалось подслушать. И то, почему Григоир с утра мрачный — поболтать-обсудить события с хозяйкой хочется, а нельзя! Запретили преподаватели!

Не поворачивая головы, Настя прошептала:

— Почему никто не заходит ко мне? Ведь сторожат! А значит, знают, что я уже проснулась.

"Зверь не пускает, — мысленно ответил ворон. — Он окружил твою комнату такой защитой, что пробить её трудно даже опытным магам. Уже приходили и пытались. Эх..."

Поднатужившись, озадаченная Настя вспомнила: Брида, пока не увидела зверя, дальше порога войти не сумела, хоть и дёргала ногой, не веря, что первокурсница умеет создать настолько жёсткую защиту своего временного жилища. А когда вампирша сбежала, дверь захлопнулась с громким треском. Вот как? Это... зверь устроил?

Итак, поверхностные события Настя узнала. Теперь...

— Чей это зверь?

"Мне не сказали, — расстроенно подумал фамильяр. — Ты же слышала все их разговоры. Я даже не понял, откуда он взялся".

— И как мне теперь с ним общаться? С чего начать?

Григоир промолчал, поскольку был умным и уже понимал, что Настя задаётся вопросами риторическими, не требующими ответа.

— Если он бегал с Тишкой охотиться на мышей... — начала девушка и задумалась, нахмурившись: никак не могла уловить нужную мысль. Сообразила: — Если они охотились, получается, их никто из магов не видел?

— Никто, — подтвердил ворон.

Настя выглянула из кухоньки. Зверь, лежавший мордой на лапах, поднял глаза и снова "улыбнулся" хозяйке комнаты. Девушка машинально кивнула ему и закрыла занавеску... Хм. Ситуация складывается так, что извне её потревожить могут лишь тогда, когда она сама позволит это сделать? Неплохо!.. Лихорадочно поломав голову над всеми тайнами и загадками, она снова кивнула уже сама себе и сказала фамильяру:

— Обратная связь.

Григоир быстро спрыгнул на стол и в предвкушении уставился на юную ведьму.

Обратной называлась связь, когда фамильяр мог увидеть то, что видела ведьма во сне. Эта необходимость была весьма кстати. Ведь ведьма могла увидеть в сновидении предсказание, но нечаянно забыть о нём. Вот тут и мог пригодиться помощник.

Настя быстро перебрала цепочки на запястье и сложила их таким образом, чтобы фамильяр мог легко подступиться к её вчерашним видениям, которые она не могла сейчас конкретно визуализировать. Помнила, как бредовое сновидение, лишь одно: она тянет за собой монстра с прозрачными крыльями!

Она повернула табуретку к столу и уставилась в круглые чёрные глаза Григоира, ставшего весьма серьёзным: его хозяйка впервые доверяется ему! Губы зашептали необходимое заклинание. Боялась, что не вспомнит всё и придётся бежать в комнату за тетрадью, но после первых двух предложений включилась ведьмина память, и губы выдохнули всё заклинание. И её глаза застыли на внимательных глазах ворона.

... Стук в дверь будто вытянул её из глубокого сна.

Но колдовство обратной связи закончилось, и Настя теперь чувствовала себя по-настоящему вооружённой нужными сведениями, чтобы смело разговаривать с кем угодно и о чём угодно. Глубоко вздохнув, она отпустила утомлённого ворона на верхнюю полочку, куда поставила ему тарелочку с мелко нарезанным мясом — привычный завтрак, и вышла из-за занавески к входной двери.

Но за дверью стояли не только два мага-преподавателя, но тот, кого она не сразу узнала, а узнав — остолбенела, потому что не поверила своим глазам. Потому что он не должен был сейчас и здесь находится!..

Этот высокий, жутко худой парень, с измождённым лицом, с лысой, в пятнах плохой кожи головой, но всё с теми же узнаваемыми пронзительно-серыми глазами, чуть ли не высокомерно выговорил:

— Мне сказали — мой Сигдха у тебя в комнате. Я хочу видеть его.

Мгновения — и Настя пришла в себя и рассвирепела почище Бриды.

— А поздороваться — не бывает? — язвительно спросила она. — Сказать привет — тебе трудно? Вроде шептать-то перестал? Или говорить уже можешь, но не можешь вести себя, как порядочный человек?

Он аж отшатнулся от её агрессивного напора.

— Доброе утро, студентка Анастасия Иванова, — безразлично и чуть надменно сказал один из двух преподавателей, высокий, седоголовый, но отнюдь не старый. — Мы пришли, чтобы узнать, нельзя ли забрать адского зверя и освободить вас от... — он споткнулся и следующие слова произнёс всё-таки с небольшим смущением: — От заботы о нём.

— О нём? — театрально удивилась Настя. — А я о нём и не забочусь! Это он заботится обо мне! Как, Риан, ты сказал, его зовут? Сигдха? Очень красивое и даже поэтичное имя. Мне нравится. Сигдха, иди сюда! К нам пришли!

Она не вполне была уверена, что зверь подчинится ей. Позвала на одной браваде — в пику упрямому выражению на лице Риана, который, как она теперь это понимала, прошлым вечером обманул её, притворившись всё ещё больным!

Но зверь торжественно протопал к ней и встал под руку, чтобы она погладила его по жёсткой башке. Вот ведь... В ней самой — метр шестьдесят пять, но руку пришлось приподнять на уровень груди, чтобы приласкать Сигдха.

— Но это не Сигдха! — поразился Риан, во все глаза оглядывая зверя, который "ласково оскалился" ему в ответ на это заявление.

— Это Сигдха, — возразила Настя. — Но, если быть точной, этот зверь — то, кем стал Сигдха этой ночью.

— Простите, студентка Анастасия, — вмешался седоголовый, — не хотите ли вы сказать, что с адским зверем Риана произошла метаморфоза?

— Хочу, — твёрдо сказала девушка. — Сначала был зверь, который вылез из земли. Пока я повела его к себе, появился небольшой зверь с крыльями. А утром — вот это.

— Какой маг-дознаватель ставил на ней метку?! — вдруг ликующе завопил второй, черноволосый маг-преподаватель и обернулся к кому-то невидимому в коридоре дальше. — Найдите быстрей этого мага! И приведите сюда мага, который занимается магическими животными! Достопочтенного мага Диармэйда! Кажется, на этот раз нам повезло! Я вижу на студентке необычную связь с этим зверем! Это вы, студентка Анастасия, самолично преобразили Сигдха!

Пока Настя смотрела на него с удивлением, Риан куда-то пропал, а преподаватели горячо попросили у студентки разрешения войти в комнату. Девушка от растерянности и небольшой неловкости (всё-таки почтенные маги! И вдруг спрашивают у неё разрешения!) разрешила. И через минуту они сидели на двух табуретках и с её же разрешения, яростно (другого слова она подобрать не могла, глядя на обоих) обсуждая, рассматривали преображённого Сигдха, "закидываясь" такими словечками, что она и значения-то многих из них не понимала.

Сообразив, что они заняты надолго, а Сигдха не имеет ничего против их компании, Настя быстро выскочила в коридор. Справа увидела того самого мага с ружьём (мурашки по телу!), а обернувшись, заметила Риана. Он стоял неподалёку, в шагах пяти от её комнаты, ссутулившись и прислонившись к стене. И лицо у него было странное — потерянное какое-то.

— А ты почему не зашёл? — звонко спросила она. Всё ещё не могла отойти от стольких быстротечных событий, потому и говорила громко и неприязненно.

Он оттолкнулся от стены и, не глядя на девушку, медленно зашаркал ногами к выходу. И лишь тогда, когда она его догнала и вцепилась в рукав рубашки, намереваясь остановить его и сердито обругать за обман, он остановился на секунду. Всё так же сутулясь и не смотря её в глаза, он покачал головой и негромко сказал:

— Это не мой Сигдха... Это... не мой Сигдха...

И что-то такое было в его голосе, что Настя закрыла рот.

Она проследила, как он доходит до коридорного поворота и пропадает за ним... Опомнившись, побежала назад, в свою комнату. То ли эйфория закончилась, то ли адреналиновая волна, на которой она эмоционально мчалась в последние минуты, поутихла, но боевой настрой как-то угас... Но, когда она вернулась и хотела закрыть за собой дверь, обернувшись к комнате... У неё перехватило дыхание: Сигдха жадно заглянул в её глаза, а потом торопливо перевёл взгляд на стену коридора. Быстро дыша, словно задыхаясь от бега, зверь уставился в дверной проём. Выглядел он так, словно вот-вот бросится из комнаты.

— Прости, зверь, — тихо сказала Настя и закрыла дверь. — Он ушёл.

Глаза зверя потухли, и он улёгся между двумя преподавателями, которые, сидя, продолжали обсуждать его, не замечая в Сигдхе иных нюансов, кроме тех, которые были важны для них с научной точки зрения.

Кот с любопытством наблюдал за гостями (те представились его хозяйке, но она не запомнила имён) с кровати, так что девушка шёпотом поманила его к кухне, где уже наложила ему еды в мисочку. Потом подумала, накормить ли Сигдху, но тот лежал на полу, не выказывая признаков голода. И Настя присела на кровати так, чтобы Сигдха ей был виден. И попыталась понять Риана. С помощью фамильяра она видела настоящего зверя Риана, знала, как он выглядит. Вероятно, Настя даже могла почувствовать обескураженность парня-некроманта. Но ведь Сигдха остался фамильяром Риана! Настя не настолько опытна, но...

Забывшись, она не подумала о приличиях, а потому рассеянно прервала научную беседу магов-преподавателей:

— Этот Сигдха всё ещё фамильяр Риана?

— ... Интересный аспект, — высказался седоголовый после недолгой паузы, в течение которой оба пристально осмотрели зверя в очередной раз.

— Подтверждаю, — несколько неуверенно отозвался черноволосый. — На нём метка Риана как хозяина.

Больше Настя ни о чём не спрашивала. Первоначальное возмущение поведением Риана уступило место обиде за зверя. И что теперь будет с Сигдха? Насколько она поняла ситуацию, зверя на законных основаниях могут увести в какое-то место, например, в магическую лабораторию, где его будут изучать в качестве... подопытного образца! И Риану на это наплевать?!

Сигдха поднял голову. Тусклые глаза зверя подсказали, что, возможно, он думает о том же... Девушка вспомнила, как весело смотрели на неё кот и зверь утром: "Эти двое ночью за мышами бегали!" И настойчиво снова вклинилась в беседу преподавателей:

— А можно, я этого зверя оставлю себе? Ну, раз Риану он уже не нужен?

— А Риан разве отказался от него? — удивился черноволосый, а потом объяснил: — Чтобы оставить себе зверя, как ты говоришь, надо, чтобы некромант снял с него свою метку. Когда зверь будет свободен, вот тогда и поговорим. Но тут возникает ещё один вопрос, точней — проблема. Этот зверь неведом нам, а значит, его изучение даст много интересного нашей академии.

— Вы вошли в мою комнату, после того как я вам дала разрешение, — спокойно напомнила девушка. — Уважаемые преподаватели, почему этот зверь окружил мою комнату такой сильной защитой, что до сих пор вы не могли войти сюда?

Оба, немного помедлив, встали и обошли её комнату, приглядываясь ко всем углам. Особое внимание уделили окну. Черноволосый всё ещё изучал подоконник, но седоголовый задумчиво покачал головой:

— Да, мы видим защиту, и это необычно для адского зверя. Но, кажется, для того зверя, каковым он сейчас является, это типично. К сожалению, точно сказать мы пока ничего не можем. Но вы задали правильный вопрос, студентка Анастасия. И теперь, после увиденной защиты, я могу сказать, что мы будем вынуждены оставить вам этого зверя, поскольку Сигдха в этой форме явно будет послушен вам даже с меткой Риана.

И все обернулись к входной двери в комнату. Издалека слышался нарастающий топот бегущего человека. Потом этот топот разделился, и стало ясно, что бегут двое.

В скором времени на пороге комнаты появился сначала тот самый маг, который помог Насте перенестись в этот мир и в эту академию. За ним спешил грузный старик в белом халате в пятнах. Он нетерпеливо отодвинул мага-дознавателя от дверного проёма. Настя поспешно произнесла формулу вежливости, приглашая обоих войти.

При виде Сигдха старик задохнулся. Он всплеснул руками, обходя зверя (двум преподавателям пришлось убрать свои табуретки), а потом только ахал и охал, не в силах проговорить хоть слово. Настя заметила, как Григоир с завистью поглядывает то на старика, то на Сигдха.

— Авалон! — провозгласил старик со слезами на глазах. — Это один из тех зверей, которые раньше жили на острове Авалон, прежде чем были истреблены! Боги! Я не верю глазам своим! Это поразительно! Это невероятно!

А Настя вдруг подумала, что Риан — предатель.

Нет, немного она его понимала. Обладать фамильяром — страшным и грозным... И — вдруг узреть перед глазами миролюбивого зверя? Наверное, это похоже на то... Настя поискала сравнение и посмотрела на Григоира. На то, как если бы её ворон превратился в муху! Это трудно перенести. Но зверь-то вполне симпатичный? Или так может думать только человек, который не общался долгие годы с необычным фамильяром, привыкая к нему, сближаясь с ним мыслями и эмоциями?

Она потрясла головой. Не надо думать о том, чего не понимаешь. Лучше прислушаться к тому, что вещает старик, а ему подкидывает свои, пока ещё короткие реплики маг-дознаватель.

Однако, вслушавшись, Настя почуяла, как её волосы пытаются встать дыбом.

Нет, в магической академии чего только ни узнаешь. Но чтобы такое...

Девятая глава

Кое-что об исторических местах силы студентам рассказывали ещё на первых, обзорных лекциях о магии. Остров Авалон, град Китеж...

Но сведения о них преподносилось под соусом почти археологическим: все эти места сейчас ушли в небытие — в основном из-за природных изменений и географического положения, и появились новые, более сильные. Так что сейчас, даже привыкшая к здешним чудесам, Настя отказалась поверить в то, что слышала. Вот этот "улыбчивый" зверь — прям-таки с того самого Авалона?! И прошёл каким-то образом метаморфозу в адского зверя, а потом опять в обратное состояние? Не может быть!

Пока преподаватели чуть не до хрипоты спорили о том же со старым магом-зоологом, дверь в очередной раз открылась. Между прочим, Настя за секунды до этого движения поняла, что там кто-то опять появится: Сигдха повернулся взглянуть.

На пороге оказалась высокая статная женщина, в синем платье, с волосами, собранными в гладкий узел на затылке, ведьма Орния — куратор первокурсников с факультета ведьм и колдунов. Она строго взглянула на примолкших преподавателей, а после быстрого разрешения Насти войти (защита Сигдха действовала!) Орния шагнула в комнату и так же строго напомнила:

— Первокурсница, несмотря на все чрезвычайные обстоятельства, должна быть на парах! Студентка Анастасия, у тебя десять минут, чтобы ты успела собраться на вторую пару! Быстро!

— А как же... — неуверенно заговорила девушка, оглядываясь на зверя, а потом и на преподавателей.

Последние, солидные и важные, немедленно стушевались, вспомнив, что сидят в девичьей комнате. Но в экстремальные моменты Настя соображала быстро. Так что, пробормотав: "Сейчас!..", метнулась к столу, схватила с него золотой браслет, подаренный драконом: поскольку невольно закрывала происходящее своим телом, никто из присутствующих не разглядел, что именно взяла или что именно делает. А потом бросилась на кухню и сунула всё ещё завёрнутый в платочек браслет в пакет с любимой гречкой, затолкала его подальше, а после кинулась быстро приводить себя в порядок и собирать книги и тетради.

Наконец подбежала к Орнии и оглянулась на пятерых магов:

— Можете продолжить свой учёный спор здесь, в моей комнате, — еле удерживая улыбку, великодушно предложила она, смутно надеясь, что зверя не заберут: теперь она почувствовала за него чуть ли не ответственность! — Через три пары я снова буду здесь. Если появятся вопросы, отвечу на них.

— Благодарствуем, — ответствовал старый Диармэйд, зоолог, снова поворачиваясь к Сигдха и, кажется, тут же напрочь забывая о девушке.

А уходя вслед за куратором, Настя подумала: "Во всяком случае, Сигдха не будет себя считать одиноким. Хотя... Что это я? У него здесь целая компания — скучать не дадут!" Закрывая дверь, ободряюще кивнула сидевшему на кухонном карнизе с занавеской Григоиру, на что ворон только с безнадёгой закатил глаза. Пока догоняла куратора, вздохнула: жаль будет, если Сигдха всё-таки заберут. Он и так получил душевную травму, когда хозяин от него отказался. А если сейчас его заберут из комнаты, где он явно ощущал себя своим, он вообще придёт в уныние. Или она слишком сопереживает существу, которое знает какие-то считаные минуты?

Когда они оказались на дорожке, ведущей к нужному корпусу, Орния сухо сказала:

— Я была в городе. Вернулась только что. Могу ли я узнать из первых рук, что с тобой случилось? И что за странный зверь обретается в твоей комнате?

— Ну... я... — промямлила Настя — и разозлилась. — Не буду говорить, по какой причине я оказалась у общежития некромантов, но, когда я была на газоне перед домом, вдруг появился огромный змей. Он лез из земли, и сначала я думала, что помогаю вылезать из земли несчастному зверю. Я решила, что этот зверь оказался там из-за неправильно проведённого эксперимента некромантов. А когда змей вылез, я вдруг начала спать на ходу и повела его к себе. Проснулась утром, а в комнате — та зверюга, которую вы видели. Всё. А, нет!.. Все эти уважаемые маги, которые собрались в моей комнате, считают, что змей перевоплотился в эту зверюгу, а зверюга, похоже (ну, по их мнению), сбежала с острова Авалон. Вот теперь всё!

— В магической зоологии я мало разбираюсь, — уже задумчиво сказала куратор группы. — Но, если этот зверь и в самом деле с Авалона, неудивительно, что ты якобы спала. Он наслал на тебя эмпатическую дремоту, с помощью которой узнал, где ты живёшь, а потом слегка подтолкнул твоё желание идти домой — то есть в общежитие.

— Но ведь говорят, он принадлежит студенту-некроманту, — смущённо ("Вру не вру?") возразила Настя. — Почему же он, этот зверь, не разыскал своего хозяина? Тем более на нём всё ещё фамильярова метка этого студента.

— Здесь мне сказать нечего, — развела руками Арния. — Но хотелось бы напомнить вот о чём. Да, в нашей академии собираются ведьмы и колдуны с особым даром. Дар этот у многих раскрывается не сразу. Но, даже если он раскрылся, общие знания по магии ведьмы ты должна получить. Не отлынивай от учёбы, Настя.

— И не собиралась, — пробормотала девушка, глянув в сторону своего учебного корпуса и тут же повеселев: на крылечке, между колоннами, собрались девочки-одногруппницы! Они ждали её! И, хоть заранее знала, что вопросов от них не оберёшься, прибавила шагу, благо куратор не возражала.

Стайка из четырёх студенток немедленно налетела на неё.

— Что с тобой случилось?

— Нам не разрешили даже подойти к твоей комнате!

— А Брида чуть не снесла того мужчину, который стоял возле твоей комнаты!

— Настя, он стоял с ружьём! Что случилось?!

Слыша звонок на первый час второй пары, Настя вцепилась в локоть самой сильной среди подружек — Мерсайл — и потащила её к входной двери. Сообразив, что пара вот-вот начнётся, девушка-оборотень, как и ожидала Настя, ледоколом двинулась вперёд, прорезая толпу зазевавшихся студентов и поневоле таща за собой Настю и остальных. Так что виновница происшествия, взволновавшего подружек, быстро проговорила:

— Тут такая ситуёвина, что ко мне пристал чужой фамильяр!

— Что?! — ахнула Кари, смешно семенившая чуть позади. — Чужой?! А с чего бы это?

— А я знаю?

— А почему мужик с ружьём был? — жадно поинтересовалась Ита.

— Фамильяр был некромантов!

— Ужас! — томно устрашилась Сайофра, изящно всплёскивая руками. — Небось, из восставших мертвецов?! Его, наверное, хотели застрелить противоадскими пулями?!

— Ага! — Настя немного подумала, пока Мерсайл энергично бежала по коридору, а потом мысленно махнула рукой и договорила: — Девчонки, представляете?! Он с Авалона!

Тут даже Мерсайл остановилась, резко развернувшись к ней лицом. Остальные окружили их. Первый час был забыт.

— Кто?! Зверь?!

— Ага! Такой хорошенький! Всё время улыбается!

— Это что-то... — пробормотала Кари, с недоверием глядя на Настю. — Ну, как-то не вяжется. Некромантский фамильяр — и с Авалона?

— Я — тоже, — призналась Ита. — Адский зверь — и хорошенький?

— Ну-у... Я так подозреваю, что он метаморф. Сначала был — ух! Змеюга жуткая. А потом бац — и собачка. Ну, наверное, собачка.

— Что-то ты мутишь, подруга, — покачала головой Мерсайл, медленно разворачиваясь к аудитории. — Может, ты всё неправильно поняла?

— Слушайте, — усмехнулась Настя. — Зачем я вообще вам что-то буду говорить? Давайте так: вы сегодня после пар приходите ко мне, но только через окно. Потому как я не знаю, будет ли там маг-охотник стоять. И вместо моих слов — посмотрите на зверя.

Уже у самой двери в аудиторию Кари чуть ли не угрожающе сказала:

— Надеешься — не придём? Ещё как придём!

Мерсайл глянула на неё и скептически высказалась:

— Только учти: на зверя будешь смотреть с улицы. С прошлой недели ты, Кари, растолстела так, что мне уже невмоготу тебя поднимать.

— Подумаешь... — обиженно ответила гномушка.

— Атас! — предупредила Настя, хватаясь за дверную ручку. — Препод идёт!

Вся пятёрка влетела в аудиторию и вознеслась на верхние ряды, сопровождаемая заинтригованными взглядами. Быстро уселись, приготовились к лекции. Настя видела нетерпеливые взгляды подруг на себя, а сама всё думала об оставшемся звере. Почему он не побежал за Рианом? Ну ладно — Риан не признал зверя, не увидел в нём своего Сигдха. Но сам зверь? Почему он остался с ней, с Настей, — при открытой-то двери в коридор? Почему предпочёл её общество своему недавнему хозяину? Метка-то фамильяра, как уверили девушку преподаватели, очень важна. А у Сигдха она на месте. Что происходит?

Она машинально писала за лектором, а потому не сразу поняла, почему тот остановился и посмотрел в сторону двери. И, лишь когда вся аудитория замерла, забыв дышать, вытянула шею, чтобы посмотреть, что там, внизу. И чуть не поперхнулась.

Сначала стала видна открытая дверь. Затем в аудиторию из коридора сунулся чей-то нос. Потом плавно, будто и впрямь вплывая, вошла та самая авалонская зверюга — и пошла носом вниз по следам Насти широким шагом, но так, будто мягко покачивался на волнах. Сбоку, чуть не под лапами зверюги и чуть отставая, быстро перебирал лапками Тишка. В отличие от целеустремлённо "плывущего" Сигдха, он выглядел очень взволнованным, а потому суматошным.

— Эт-то что такое... — тихо, но отчётливо спросил лектор.

— Вы хотели видеть фамильяра некроманта? — зловеще спросила подружек Настя, торопливо собирая все письменные принадлежности в сумку. — Любуйтесь!

— Ой, какой лапочка! — на всю аудиторию умилилась Сайофра.

— Ну и животина... — прошелестел шёпот ошарашенной Кари.

Курс захихикал.

— Чья компания? — рявкнул пришедший в себя преподаватель и поднял глаза на сбегавшую по лестнице Настю. — Ваши?!

— Простите, пожалуйста, — покаянно попросила девушка. — Я не понимаю, как они вообще вышли из моей комнаты!

— Но ведь это не фамильяры? — пожелал удостовериться тот.

— Один — фамильяр, — не согласилась Настя, нагибаясь к обрадованному Тишке: хозяйка нашлась! А потом, прижимая кошака к себе, крепко взяла за шкирку Сигдха и виновато обратилась к лектору: — Ещё раз простите, пожалуйста. Мне придётся отвести их назад, чтобы не мешали.

Снисходительным кивком преподаватель согласился с ней, и Настя улепетнула в коридор, благо Сигдха тащить за собой не надо было. Он, поняв, что перестал быть объектом слишком пристального внимания, тут же приноровился к шагу новоявленной хозяйки и спокойно пошёл туда, куда его тянули.

Когда дверь за Настей закрылась, на её плечо свалился Григоир и тут же, опережая упрёки хозяйки, заявил:

— Я в няньки этим не подряжался! Только все наши незваные гости поуходили, как этот встал и вылез в окно.

— Хм, я уходила — окно было закрыто, — заметила Настя, раздумывая, нести ли кота на руках дальше, или всё-таки сунуть его в сумку — там места для него хватит.

— А что было делать? — философски спросил ворон. — Он залез на подоконник — пришлось открыть, а то бы все стёкла повыбивал.

— А с чего бы это он решил уйти?

— Тебя искал! — удивился недогадливости хозяйки фамильяр.

— Зачем? — глупо спросила Настя.

— А спроси его! — сварливо отозвался ворон.

Ну, поскольку они уже вышли на крыльцо, то девушка не преминула воспользоваться советом ворона. Она остановилась. Сигдха, сообразив, что пока никто не двигается, тоже встал на месте. А поскольку Настя смотрела на него, то, помешкав, уселся по-собачьи и преданно уставился на неё.

А Настя внезапно подумала, что преображённый зверь, возможно, уже не отзовётся на прозвище Сигдха. А ей-то имя Рианова фамильяра понравилось!

— Сигдха! — позвала она, а когда кругловатые уши зверя дрогнули, а сам он ещё внимательней уставился на неё, выдохнула с облегчением: он знает своё имя! Интересно, будучи фамильяром некроманта, знает ли он человеческую речь, как ворон? Странно, что она раньше об этом не задумалась. А если... А если он не понимает современной речи? Но ведь у неё есть переводчик. А у него?..

Григоир, всё ещё сидевший на её плече, негромко сказал:

— Не собака!

— Думаешь? — рассеянно переспросила Настя и тут же ласково обратилась к зверю: — Сигдха, почему ты не остался в комнате?

Сигдха "улыбнулся", распахнув пасть и вывалив язык. Но не ответил. Но Настя неожиданно почувствовала странную тошноту и на краткие мгновения ощутила, будто попала в облако раскалённого огня. И вдруг уловила: "Без тебя скучно!" И — снова свежий ветерок, напоённый запахами трав и листьев.

"Может, на него повлиял процесс метаморфозы? — невольно улыбаясь, раздумывала девушка, снова шагая в сторону своего общежития и поглаживая Сигдха по холке. — Поэтому он разучился говорить, как Григоир? Придётся общаться телепатически? Но что делать мне-то? Двух фамильяров можно держать, только начиная с третьего курса. А как же Риан? Придёт в себя от потери старого фамильяра и найдёт другого? Опять какое-нибудь страшилище?"

Внезапно Сигдха прибавил шагу, машинально таща за собой и Настю. Сначала она не поняла: решила, что он при виде знакомого здания общежития обрадовался. А потом приметила, что на скамье при входе в общежитие кто-то сидит. "Судя по его реакции, не Риан ли? — встревожилась она. И тут же насупилась: — И чего боюсь? Пусть будет Риан!"

Когда они подошли ближе, худощавый парень, сидевший на скамье, поднял голову. При свете солнца он выглядел пострашней, чем в обычно освещённой комнате и в коридоре общежития. Пятна на голове и на лице ещё не прошли, а уж скулы, голодно выпирающие из-под кожи, запавшие глаза человека, который недавно вернулся к жизни, заставили Настю вдруг чуть не фыркнуть: "Подумаешь — Кащей Бессмертный!"

Больше всего её сейчас беспокоил Сигдха.

Только что рвавшийся к общежитию, ближе к скамье он убавил скорость и как будто на цыпочках, чтобы не спугнуть добычу, подходил к своему хозяину. Затаив дыхание, девушка расслабила пальцы на косматой холке зверя, ожидая, что Сигдха вот-вот рванёт к Риану. Но зверь продолжал красться, не спуская глаз с некроманта, и Насте почудилось, что нынешний Сигдха не охотится на своего хозяина, как сначала показалось, а сторожит его движение, чтобы при первых же признаках агрессии некроманта сбежать от него.

— Почему не на занятиях? — неохотно спросил Риан.

Он не встал, а Насте, привыкшей, что здесь парни и мужчины при её появлении встают, приветствуя её таким образом, это не понравилось. Нет, она помнила, что Риан недавно "восстал из мёртвых". Но, обманутая им, она уже в каждом его слове или жесте искала повод сцепиться и поругаться.

Когда до неё дошло её собственное состояние, она вслух фыркнула и присела на другом краю скамейки. И сказала, глядя в его недовольное лицо:

— Сигдха (он вздрогнул) сказал, что ему скучно без меня. И пришёл на лекцию. Пришлось прогулять, чтобы привести его и кота в комнату. А ты? Почему не на занятиях?

Она знала — почему. Но желание поддеть из-за этого не угасло.

— У меня неделя на адаптацию, — сквозь зубы ответил он.

Настя внимательно заглянула ему в глаза.

Чего явился-то? Раньше она бегала к нему, а теперь... Не хочет говорить с ней, но почему-то не уходит. И Сигдха... Зверь будто спрятался за неё, за Настей, усевшись за краем скамьи, но то и дело выглядывает из-за неё, словно пытаясь поймать момент — и разглядеть хозяина, которого он то ли побаивался, то ли изучал заново.

— Мне сказали, что Сигдха — всё ещё твой фамильяр, — вежливо сказала Настя, хотя внутри всё кипело и хотелось гаркнуть на этого... этого зануду!

— Но не я его хозяин, — буркнул Риан.

Девушка вскипела.

— И что тогда ты тут делаешь?! — не выдержала она. — Шёл бы к себе, валялся бы на своей роскошной постельке. Зачем ты пришёл?

И встала сама, чтобы увести встревоженного Сигдха от этого человека, который сам ещё не разобрался в своих настроениях, а беспокоит беднягу зверя.

Риан, сидевший, откинувшись к спинке скамьи, ссутулился и напрямую посмотрел на Сигдха. А потом процедил:

— Я пытаюсь осознать, что этот зверь мой. Попробуй сама сначала несколько лет провести в связке со своим фамильяром, а потом...

Он всё-таки встал и ушёл.

А Настю продрало от глубокого вздоха Сигдха, который снова сел и смотрел хозяину вслед. "Чёрт знает, что за ситуация! — рассердилась Настя. — Почему Сигдха не побежит за ним, не заставит признать себя? Или он теперь тоже сомневается? Но в чём?"

— Григоир, что ты думаешь обо всём этом?

— Неконкретно, — нехотя ответил фамильяр с плеча. — Всё неконкретно, чтобы что-то сказать. Вот сейчас, например. Что ты хочешь сделать? Отвести зверя и Тишку в комнату? А дальше? Он ведь опять заскучает и пойдёт тебя искать.

— Я не уверена, что он скучает, — задумчиво сказала девушка. — Мы единственные, кого он знает в этом мире. Мне кажется, он только из-за этого пошёл меня искать. Ему со мной не скучно. Ему со мной... уютней. Или я о себе думаю слишком хорошо.

— Нет! — категорично сказал ворон. — Я тоже думал о том же. Но другими словами. Ты выразилась точней.

— Это ничего не меняет. Что делать теперь мне? Сидеть с вами в комнате и ждать, что куратор будет со мной ругаться?

— А ругаться точно будет? — осведомился Григоир. — Ты ведь не по своей воле прогуливаешь. Те учёные мужи, что у нас утром болтали про некромантова фамильяра, могли бы и сами тебе что-нибудь предложить такое, чтобы этот Сигдха сидел в комнате и не рыпался! А они поболтали — и ушли!

Приняв два факта: она прогуливает и ничего с этим сделать не может, — Настя смиренно вошла в свою комнату (О, мужик с ружьём исчез! Убрали?) и вспомнила про учебники, взятые из библиотеки. Посмотрела на часы. Кажется, сейчас в учебном корпусе перемена. Взяла связь-медальон в руки и воспроизвела над ним невидимое имя Кари.

— Список литературы не давали?

— Пока нет, — откликнулась гномушка и сердито цыкнула на кого-то: — Тихо! И так здесь шумно, а ещё вы! А что ты хотела, Настя?

— Ну, пока в комнате сижу, хоть что-то бы сделать.

— Поняла. Как только этот час закончится, мы тебе сбросим список.

"Счастливые, — завистливо подумала Настя, шагая на кухоньку, сопровождаемая затаившимся на плече вороном и идущими по пятам кошаком и зверем-авалонцем. — А мне здесь сиди... Хотя... Можно попробовать заварить кое-какое зелье из практикума!"

Обернувшись на шелестящее постукивание лап, поняла, что сейчас не до зелья. Народ хочет есть. И, если кошаку Тишке можно скормить кашу на молоке, то что предложить Сигдхе? Вон он какой большой! А мясо в холодильничке Насти отсутствует.

Пока готовила еду для Тишки, пытаясь развести кашу в сгущёнке, пришла к выводу, что кормить Сигдха — не очень большая проблема: он всё совался под руки новой хозяйки и под возмущённые вопли Тишки вылакивал всё молоко в тарелке. Ворон злорадно посмеивался, и неизвестно, чем бы всё закончилось (Тишка-то тоже оголодал!), только в дверь комнаты вежливо постучали.

Ой... Настя притихла, и зверь, боднув по ладони, ловко выбил банку сгущёнки из её рук. Белая тягучая лужа лениво принялась растекаться по полу. Тишка немедленно приник к сласти. Пока Настя его оттаскивала ("Диабетиком станешь, дурашка!") от вывалившейся сладкой массы, зверь в два приёма вылизал всю лужу.

Вернулся Григоир, снявшийся с плеча сразу после первого же стука.

— Там этот — старик Диармэйд, — сообщил он.

Настя уже знала, почему Григоир вернулся так быстро: неподалёку от её комнаты был небольшой коридорный тупичок с окном, в котором всегда открыта форточка.

— Один? — насторожённо спросила она, поспешно вытирая остатки сгущёнки с пола.

— Один.

"Тогда не страшно", — с облегчением подумала она.

Не спрашивая, открыла дверь. Не спрашивала — и потому, что, зная, не боялась, и потому, что Сигдха немедленно встал под её руку.

— Проходите, пожалуйста, — гостеприимно предложила она.

— Не буду задерживаться, — покачал головой старик. — Студентка Анастасия, вам следует в течение этого дня переехать в другое помещение — вместе со всеми вашими животными и птицей.

И замолчал, видимо сочтя, что этого достаточно, чтобы девушка подчинилась и сразу принялась за подготовку к переезду. Но Настя была настолько ошеломлена, что в первую очередь спросила даже не о главном, а не о самом интересном для себя:

— А... куда?

— Коттедж на северной границе кампуса пока достраивают, — странно ответил Диармэйд, — но, пока вы соберётесь, он уже будет готов к вашему переселению.

— Но почему?! — наконец прорвало её.

— Мы будем изучать преображённого Сигдха подальше от общежитий.

Выждав, не скажет ли старик ещё чего, Настя вдруг испугалась: маги боятся, что Сигдха вновь пройдёт метаморфозу? Обратную?! Но почему она должна переехать? Взяли бы только зверя да изучали бы его!

Наверное, старик что-то уловил в её глазах, потому что милостиво добавил:

— Нам нужно, чтобы Сигдха был спокойным. А этого можно добиться при условии, что ты будешь рядом с ним, как и твой кот, которого он принял. Не беспокойся, девочка. Ты только собери вещи, а мы пришлём тебе помощь их перенести.

Когда дверь за магом-зоологом закрылась, Настя пробормотала:

— Спасибо хоть на этом...

Повернувшись к своей комнате, она некоторое время изучала её, пытаясь представить, с чего начать собирать вещи.

— Григоир, слетаешь, посмотришь, что там?

— Где — там?

— В коттедже — где ещё?

— Хочешь послать меня на разведку? — оживился фамильяр и перелетел на форточку. — Старик сказал — на северной границе? Слетаю! — И выпрыгнул в проём.

"Эх, задним умом богата, — хмуро думала она, — и почему не спросила, как будут проходить мои дни в этом коттедже? Нет, это, конечно, интересно всё. Но Орния ведь предупредила, что я должна продолжать учёбу в любом случае. Или так и будет?"

Когда она уложила личные вещички, вынула из пакета с гречкой золотой браслет и сунула в боковой кармашек рюкзака, принялась складывать постельное бельё. Нет, она понимала, что в новом месте ей дадут новое бельё, а это она может оставить на магов-бытовиков, но горячо хотелось заняться хоть чем-то, лишь бы не сидеть сложа руки и не думать всполошённо обо всём. Кажется, её настроение передалось и "зверью". Сигдха просто бродил по комнате следом за ней, а вот кот Тишка сначала старался играть, прячась посреди собранного постельного белья, потом до него дошло, что настрой у хозяйки не тот, и он залёг на кровати, на стопе белья, крутя головой во все стороны.

Когда Настя совсем уже замаялась ждать, появился ворон.

— Ну, что там? — бросилась к нему Настя.

— Это лучше увидеть своими глазами, — загадочно отозвался Григоир. Был он неожиданно погружённым в свои мысли, и девушке страстно захотелось тесно посидеть с ним, обмениваясь виденным.

Но, едва она хотела задать вопрос, в дверь снова вежливо постучали.

Пришли маги-бытовики, собрали всю её поклажу, в том числе и травы в горшочках, и предложили идти за ними.

Григоир вновь устроился на её плече, она взяла (раз руки свободные) на руки Тишку, а Сигдха зашагал рядом. Пришлось пройти где-то около двадцати минут, прежде чем фамильяр каркнул:

— Вот он!

Мда... Коттедж и впрямь оказался на отшибе от кампуса. Сюда вряд ли кто из студентов ходил даже гулять. Открытая местность с редкими низкими кустиками. И коттедж. Одноэтажный. Почему-то с двумя крылечками, которые угадывались всего лишь по небольшим крышам у входных дверей. Несколько удивлённая Настя приближалась к коттеджу, пытаясь угадать, зачем нужны два входа.

Из одного из них вышел... Риан!

— Ты что здесь делаешь? — изумилась девушка.

— Тебе разве не сказали? — угрюмо спросил он, стараясь не смотреть на потянувшегося к нему Сигдха.

— О чём? — резко спросила она, устав от всех сегодняшних недомолвок.

— Мы будем жить в этом коттедже вдвоём, — буркнул он. — Каждый в своей комнате. Из-за Сигдха.

Он всё-таки взглянул на зверя. Замер, а потом быстро отвернулся. И движение подавшегося к нему зверя осталось незаконченным.

"Ни фига себе... — поразилась Настя. — И он тоже будет здесь?" Разброд в голове был такой, что она решила сначала пообжиться в коттедже, расставив свои вещички куда надо, а потом уже жёстко потребовать от преподавателей чёткости в их задумке. И решительно пошла к "своей" двери.

Десятая глава

Эту "свою" дверь Настя узнала лишь по тому, что именно к ней пошли маги-бытовики со всем её скарбом. Поспешила следом, неизвестно чего боясь, а потому в душе усмехаясь: "Страшно потеряться в этом коттедже?"

Но выяснилось, что потеряться в сборно-щитовом одноэтажном здании затруднительно. Едва девушка переступила порог, как оказалась в единственной огромной комнате. Но ещё больше удивилась, когда обнаружила, что маги-бытовики стоят посередине помещения небольшой толпой, рядом с её вещами, и терпеливо дожидаются её. Когда Сигдха двинулся вперёд обнюхать пол и углы — в сопровождении Тишки, конечно, "бригадир" бытовиков шагнул к Насте и спросил:

— Какую обстановку желаете?

Если честно — захлопала глазами обалдевшая Настя, то она была совершенно ошарашена вопросом. Но, приглядевшись и посоображав, поначалу робко попросила, чтобы письменный стол и кровать поставили неподалёку от одного окна, место для кухни определили бы возле другого, которое напротив и подальше от места учёбы. Бытовики принялись бегать с новой мебелью: собирали её и расставляли, ввинчивали настенные полочки... Осмелев, девушка негромко спросила у "бригадира":

— А можно потом будет кое-что переставить?

— Конечно! — радостно сказал тот, не глядя на неё, а цепко наблюдая за работой своих магов. — Переночуйте ночь, поработайте день — потом мы вам вообще переборки поставим, чтобы комнат было больше: не будете же вы жить в огромном зале!.. Сделаем всё, лишь бы вам было удобней!

Вывод, который Настя сделала про себя, заставил её внимательней приглядеться к бытовикам: кажется, учёные маги считают, что она и в самом деле носитель редкого дара. И убедили в этом магов-бытовиков. "Ну, ладно, — недоверчиво решила она. — Может, это и не так, но воспользоваться возможностью более комфортно жить и учиться я могу!"

Если бы только кровать... Сначала внесли изящный, даже на вид лёгкий комод. Затем втащили детали громадного шкафа, из которого, ко всему, предполагалось сделать одну из переборок, делящих помещение на комнаты помельче. Настя чуть не ляпнула: "У меня и вещей-то не найдётся, чтобы туда что-то положить!" Но промолчала, а когда обернулась на следующий грохот у входной двери, и вовсе примолкла, подумав: "Ну, если они так считают, что я могу сделать?" Так мимо неё, спокойной, и пронесли весь комплект мебели для кухни, то бишь гарнитур. Последним кухню пополнил холодильник, причём не тот, что стоял в её общежитской комнате, а новый и побольше.

Пока мебель приспосабливали к первоначальной обстановке и надёжно ставили её, девушка, чтобы не путаться под ногами деловитых мастеров своего дела, отошла к кровати и присела на неё: стульев пока не внесли.

Первым после хозяйки на кровать, ещё не застеленную, прыгнул Тишка. Уставший от исследовательских впечатлений кот шмякнулся на колени девушки, и Настя, сама чувствовавшая себя утомлённой от наблюдений за энергичной работой нескольких бытовиков, подсела ближе к стене и прислонилась к ней. Так удобней поддерживать кота и гладить его. Тут же к кровати подошёл Сигдха и, обнюхав подошвы её сандалий, свалился на пол рядом, касаясь её ног своей мягкой шерстью. Лёг он так, чтобы следить сразу за всеми работниками. А Настя, глянув на его едва видные кисточки на круглых ушах, подумала: "Если Риан был с Сигдха в магической связке несколько лет, он должен его "слышать" и чувствовать. Неужели и сейчас чувствует? Хотя... Скорей всего — у некроманта есть какой-нибудь артефакт, блокирующий зверя..."

Она посмотрела в сторону, на окно. На улице всё ещё светло. Вечереть начнёт чуть позже. Интересно, каким будет её новое расписание. А в том, что расписание изменится, она не сомневалась. Несмотря на слова куратора ведьминской группы, несмотря на то что общие лекции наверняка останутся.

Она плотней вжала ухо в мягкий ковёр, повешенный магами-бытовиками за кроватью для тепла, и тихонько улыбнулась. Да, дома, учась в техникуме, она бы не жила в такой роскоши... И чуть не подпрыгнула от приглушённого голоса за стеной:

— Ты пошёл против всех правил, когда так поступил!

Поскольку наступила тишина, Настя сообразила, что слышит голос старика-зоолога Диармэйда. И маг, судя по всему, сейчас находится на половине Риана. Мало того — за что-то ругает его. Но за что?

"Знаю, что подслушивать нехорошо...", — виновато подумала Настя и ещё сильней прижала ухо к стене, смущённо посмеиваясь про себя и жалея, что нельзя взять стакан с кухни и приставить к стене для лучшей слышимости. Ответа Риана не услышала. Только невнятный звук с интонациями ответа. С невольным сочувствием подумала: "Ему всё ещё нельзя говорить в полный голос. — А потом хмыкнула: — Мог бы и подлечиться побыстрей — тут у них вон сколько магов-целителей! — А ещё через минуту осознала, почему сердится на некроманта из-за его недолеченности, и прыснула в ладошку: — Из-за тебя же не слышу, что ты там Диармэйду отвечаешь и почему он на тебя сердится!"

А старик продолжал явно отчитывать студента. Он будто вбивал слова холодным менторским тоном, напоминая звук, с каким на стройке вбивают сваи. Кажется, Риан что-то отвечал, но старый маг настаивал, напоминая о какой-то непозволительности.

— Ты не имел права вообще это делать! — сердито сказал Диармэйд.

Кажется, он допёк-таки Риана, потому что тот всё-таки возвысил голос:

— Так всегда делал мой дядя! И так сделал я!

— И к чему это "всегда" недавно привело? — язвительно спросил старик. Потом добавил что-то неразборчивое, кажется успокаиваясь. А под конец сказал: — Я предупреждал тебя, чтобы ты не общался с семьёй своего дяди. Неужели произошедшее тебя ничему не научило?

Риан что-то пробубнил в ответ, а потом голоса смолкли. И за стеной вообще затихло.

"Этот старик знает семью Риана? — размышляла Настя над услышанным. — То есть семью его дяди. И, кажется, у него очень нехорошее мнение о ней..." Додумать ей не дали. Деликатно постучавшись (Настя поразилась: они шкаф поставили, закрывая им от входа место для кровати!), заглянул "бригадир" магов-бытовиков.

— Посмотрите, всё ли так мы сделали. Если будут какие-то предложения, можем исправить сейчас же.

Девушка соскочила с кровати и быстро вышла из-за шкафа. Нет, предложений у неё появилось очень много, но она решила, что выскажет свои пожелания позже, когда продумает всё по интерьеру. Раз уж можно.

Итак, большая комната превратилась в несколько комнат поменьше. Одну временную стену-переборку поставили напротив шкафа, а между ними повесили гардину. Таким образом, появилась почти закрытая комната для сна и для уроков. Основные предметы мебели — комод, стол со стулом и кровать. Другая маленькая комната — через получившийся зал, — кухня. Её отделили стенками-переборками, и гарнитур в ней выглядел так, словно его специально заказывали для этого уютного местечка. "Впрочем, наверное, так и есть, — решила Настя, неудержимо улыбаясь. — Но ведь я других таких комнат в жизни не видела. Так что, по мне, оригинально смотрится!"

В самом же зале поставили небольшой камин, столик перед ним с парой низких диванов ("Ой, мамочки! Для гостей, что ли?!"), а возле стены, разделяющей комнаты её и Риана, красовались два небольших стеллажа для книг. "Обалдеть!"

— Мне всё очень нравится! — честно призналась Настя, оборачиваясь к "бригадиру" и ловя довольные улыбки его подчинённых. — Большое спасибо!

— Рад, что вам всё это понравилось, — сказал "бригадир". Правда, говоря эти слова, он смотрел не на Настю, а чуть вниз.

Девушка оглянулась: Сигдха и кошак вышли следом за ней.

— Красивый зверь, — признал "бригадир", а его работники закивали. — Ну что ж, мы пойдём. Если захочется нас вызвать, чтобы что-то поменять, спросите о нас у преподавателей. Придём немедленно. До свидания.

— Спасибо! И до свидания!

Стоя в дверях и глядя им вслед, Настя вдруг подумала: "А интересно, какая магия у нынешнего Сигдха? Прежний, наверное, помогал Риану в его некромантии. А этот?"

Потом постояла в задумчивости у напольного зеркала и пожала плечами: зачем надо было второе зеркало, если первое есть на дверце большого шкафа?..

Бытовики ушли вовремя.

Вокруг входной двери светлело два окна, одно — раскрытое настежь. Именно в него влетел Григоир с суматошным оповещением:

— К тебе идут! Тот старик и Риан!

И быстро сел ей на плечо, будто заранее побаивался, что без этого знака фамильяра его могут выгнать из комнаты, где должны будут вестись интересные разговоры.

После стука в дверь от кровати ко входу рысью понёсся Сигдха. Чуть запоздав, прибежал Тишка. Сообразив, что Диармэйд даст инструкции, Настя, шагая к двери, быстро оглянулась. Ага. Можно посадить этих двоих в кресла возле переносного камина. В третье сядет она сама, да ещё останется четвёртое. Прекрасно.

Так и сделала. Пригласив обоих в новоявленный зал, она предложила сесть перед камином. С гордостью глядя на обстановку, улыбнулась и пожалела только об одном: нельзя предложить гостям чаю с каким-нибудь печеньем.

Только села сама напротив "гостей", как Сигдха неторопливо протрусил к ней и вновь улёгся у её ног, непрерывно таращась при этом на собственного хозяина.

Риан просто-напросто опустил глаза и стал рассматривать собственные ботинки.

Старый Диармэйд прищурился на эту краткую сценку, но ничего не сказал по ней.

Пристально взглянув на Настю, Диармэйд сказал, обращаясь к обоим:

— Необходимо понять, почему кардинально преображённый Сигдха всё ещё имеет метку Рианова фамильяра, но не уходит от тебя, студентка Анастасия. Вокруг коттеджа и прилегающей к нему местности будет стоять защита, пройти которую сможете только вы двое. Эта же защита не пустит Сигдха за пределы коттеджа и территории вокруг него. Мы, то есть преподаватели, будем изучать Сигдха как вне среды его общения с тобой, так и во время. Ты же, студентка Настя, по-прежнему будешь ходить на занятия по расписанию, как и Риан — на свои практические работы в лабораторию. Риан тоже занимается по особому расписанию в своей группе, так что мы будем следить и за его взаимоотношениями с бывшим фамильяром.

Настя успела удивиться: "Бывшим?" А потом не выдержала и робко спросила:

— А уже понятно, какой у меня дар?

— Одна из наших задач — узнать это.

Она разочарованно вздохнула и поймала странно недоверчивый взгляд Риана. "Чего это он уставился? Ах, да! Он забыл, что в академию берут не простых ведьм!"

— А ещё вопрос можно? Сигдха — не ворон и не кот. Его кормить надо мясом. А у меня пока нет денег. — И добавила виновато: — Думала — стипендия скоро. Всё истратила.

— Мясо возьмёшь у меня, — вмешался Риан. — Холодильник забит им. Потом сходим ко мне и перенесём в твой.

— Ещё вопросы есть, студентка Анастастия?

Ой, как хотелось обозлённо спросить: "Есть! Почему вы Риана Рианом зовёте, а меня постоянно — студенткой Анастасией?!" Но спросила о другом — о том, что было любопытно, да и пригодилось бы в будущем.

— А какая магия у нынешнего Сигдха?

— Что ты имеешь в виду? — удивился Диармэйд.

— Ну, как минимум, не разрушительная ли? Нет, я вижу, что он спокойный и доброжелательный, но а вдруг?

— Животные острова Авалон всегда отличались созидательной магией.

— Спасибо, — скромно сказала Настя, хмыкая в душе на вновь опущенные глаза недовольного Риана.

— А теперь пойдёмте к защите. Я покажу вам, как проходить сквозь неё.

— Могли бы и адресную сделать, — тихонько проворчал Риан, шагая позади всех.

— Слишком многих придётся вписывать, — не оглядываясь, ответил старик. — А так вы сумеете, в случае чего, привести с собой тех, кто вам нужен. Не так ли, студентка Анастасия? Бытовиков, например.

— Ага, — поддакнула Настя, с трудом скрывшая радость: а не пригласить ли на сегодняшний вечер своих девчонок — отпраздновать новоселье? Завтра всего три пары, так что можно собраться у неё и уже серьёзно подумать о номере на праздничный концерт!

Старый маг показал, как именно проходить защиту, продекламировал заклинание, рассчитанное только на них двоих, а затем распрощался и ушёл.

Риан обернулся к Насте, слишком отчётливо стараясь не смотреть на Сигдха, который чуть не лез к нему заглянуть в глаза. Кот, кажется сообразив, что защиту не пройти, побрёл к коттеджу, в котором Настя оставила дверь открытой. Посмотрев в его сторону, Сигдха тоже развернулся к дому и поплёлся следом.

— Ты хотела взять мясо для Сигдха, — бесстрастно сказал Риан.

— Ну, если можно, конечно.

— Можно. Пойдём.

Они обошли коттедж и вошли в него с противоположной стороны. Риан открыл дверь и жестом пригласил Настю войти первой. Шагая вперёд, девушка ожидала увидеть примерно так же, как у неё, обставленные комнаты. Только пороскошней, если вспомнить обстановку в мужском общежитии. И замерла на следующем полушаге.

Пустое помещение. Так показалось на первый взгляд.

Потом уже заметила кровать и стол со стулом — возле окна, как у неё, но ничем со стороны двери не припрятанные. С другой стороны — кухня. Тоже вся на виду: стол, плита, холодильник и небольшой висячий шкафчик, в котором, возможно, хранилась самая необходимая посуда.

Риану пришлось напомнить о себе, и Настя только тогда опомнилась, что стоит прямо на пороге дома. Она вошла и растерянно спросила:

— А где все остальные... твои вещи?

— Всё здесь, — с недоумением ответил Риан.

— Но твоя комната в общежитии... — начала Настя и замолчала, запутавшись.

Риан обошёл её и сразу пошёл на кухню. Она от растерянности пошла за ним, оглядываясь на пустые стены.

— Дошло, — сказал Риан, присаживаясь на табурет и кивая ей на второй такой же, вынутый из-под стола. — Там были не мои. Поговорим?

— О чём? — насторожённо спросила она.

— О том, что между нами было, и о чём мы не будем говорить преподам.

— Как будто между нами что-то было! — фыркнула девушка.

— Прекрасно. Тогда установим правила. — Риан снова упорно смотрел в пол, весь какой-то загустевший пасмурью. — Друг к другу в гости не ходим.

— Хорошо, — согласилась Настя, — но с одним условием.

— С каким ещё?

— А вдруг я нуждаюсь в твоей помощи?

— Я как-то не представляю такой ситуации, — изумлённо сказал Риан.

Его глаза, которые он наконец поднял, чтобы взглянуть на неё, всё ещё хмурились серым весенним льдом, как на той картинке. Но Настя уже не боялась его. Судя по всему, им предстояло жить бок о бок долгое время, значит, приходилось приноравливаться даже к такому соседству. Поэтому она покусывала губу и, пытаясь не усмехаться, соображала, как преподнести соседу небольшой сюрприз.

— Сегодня у меня будут гости! — непререкаемым тоном сказала она.

— Что?

"Ну-ну, голос прорезался!" — ухмыльнулась она про себя.

— Я справляю новоселье, — объявила она. — И девчонки из моей группы придут, чтобы сделать этот праздничный вечер незабываемым!

— И как в это вписываюсь я? — всё ещё ошарашенно спросил он.

Сидели на расстоянии, но она доверительно склонилась в его сторону и объяснила, стараясь выглядеть не слишком наглой:

— Я не запомнила заклинание выхода за защиту. Ты мне продиктуешь его?

— И всё? — с новым недоумением спросил он.

— Нет. Есть ещё кое-что. — Она помолчала, собираясь с духом, и объяснила: — Понимаешь, нас будет пять девочек. — Сделала паузу, как иногда играла с Григоиром, чтобы Риан её неправильно понял, а потом закончила: — Мы все девчонки голосистые, любим поболтать, посмеяться и попеть. Ты уж потерпи немного весь этот шум, ладно?

— Итак, тебе нужно мясо, нужен текст заклинания и моё терпение. — Он встал и повернулся к холодильнику и открыл его. — Я готов тебе это предоставить.

— Взамен на что? — немедленно спросила Настя.

Он обернулся.

— То есть?

— Что ты хочешь взамен — от меня?

Риан вновь бесстрастно скользнул по ней взглядом и еле пожал плечами.

— Сделай так, чтобы я забыл о тебе на всё время, пока в нас обоих не нуждаются маги-исследователи.

— Принято, — твёрдо сказала Настя и кивнула, подтверждая.

Парень странно глянул на неё и вновь повернулся к холодильнику.

— Мясо я донесу к тебе сам. Здесь две большие банки. Тяжёлые.

— Спасибо.

И он это сделал. Принёс и правда тяжеленные банки с мясом. Потом медленно прочитал заклинание, которое она старательно записала. И ушёл. Нет, следом она хотела сказать ему, что он, вообще-то достаточно опытный маг. Так что неплохо бы сделать звукоизоляцию, если не хочет слушать того, что будет доноситься из-за стены. Но вовремя себя остановила: если ему не понравится, как она справляет новоселье, сам додумается. Всё-таки он гораздо старше её... Последняя мысль удивила. А ведь правда! Ей только-только восемнадцать исполнилось, но он-то давно здесь. И вот-вот закончит академию. Минут пять она потратила на то, чтобы выяснить, сколько же ему лет, но поняла, что это — бесполезное занятие. После своей страшной травмы он выглядит слишком неопределённо. А мог поступить в академию и уже будучи вполне взрослым.

— Настя! — каркнул Григоир. — Артефакт связи!

Только после этих слов она поняла, что её раздражает, — попискивание вызова.

Бросилась в спальню — а как теперь называть это уютное местечко? — и взяла артефакт в руки.

— Настя!! — завопила Кари. — Ты живая?! — И в сторону завопила ещё громче: — Она живая! Живая!

— Хватит орать! — прикрикнула на неё Мерсайл. — Лучше узнай, что происходит!

— Настя!! — снова завопила в ухо Кари. — Мы пришли к тебе, а в твоей комнате разгром и пусто! Ты где?! Куда пропала?!

— Девочки, я приглашаю вас на новоселье! — ответно завопила она, не в силах сдержать радость. — Приходите прямо сейчас! И приносите что-нибудь к столу — я деньги потом отдам! Заодно насчёт концерта поболтаем!

— Куда-а?! — ахнула гномушка.

— Северная сторона кампуса! Там отдельный коттедж стоит. Я встречу вас на границе защиты и проведу к себе! Жду!

Она не стала уточнять, когда именно им прийти, но настроилась на временной промежуток от получаса до часа или сорока минут. А потому быстро кинулась к своему холодильнику и с трудом выгребла несколько ломтей замороженного мяса для Сигдха. Пока "колдовала" над ним, стараясь разморозить, обнаружила, что за спиной столпились остальные обитатели её нового дома. И не только Сигдха сглатывал слюну! Даже ворон нетерпеливо подпрыгивал в ожидании великолепного угощения. Помня, сколько слопает Сигдха и сколько — остальные животинки, Настя только фыркнула: мяса на всех хватит!

Пока народ наслаждался угощеньем, щедрой рукой хозяйки наложенным по мискам, она быстро протёрла стол, куда выставила чистые тарелки для будущих печёностей, которые купят девочки, а также чашки с блюдцами. Осмотрела стол — вроде всё готово к приёму гостей. Теперь осталось поставить на огонь чайник и заварить травы — отдельно для всех: то, что предпочитает Сайофра, не пьют Ита и Мерсайл; а тем, что обожает Ита, брезгуют остальные... Ещё на всякий случай Настя выложила на стол две баночки со сгущёнкой — это молоко нравится всем девочкам.

И задумалась, наблюдая, как чайник начинает постепенно гудеть. Сбегать к Риану или не надо? У неё-то праздник. А ему сладкого не хочется? И почему... Почему он не перенёс в новую комнату все те роскошные вещички, которые она у него видела?

Заливая в три заварочных чайничка кипячёную воду, она чем дальше, тем больше задумывалась: с самим Рианом слишком много вопросов возникает. Так что... Она не поторопилась, уступив ему в вопросе с общением? И усмехнулась: а ведь он и правда недавно решил, что она хочет пригласить его на свой вечер!.. Ладно. Поживём — увидим, как будет развиваться их общение. Они всё равно связаны — загадочным Сигдха...

Девочки всё не шли. Она уселась на низкий порог своего нового дома, чтобы увидеть их сразу, как только появятся. За спиной послышались мягкие шаги. Вскоре Сигдха улёгся между нею и стеной, вытянув вперёд лапы. Переглядываясь с ним, Настя вдруг подумала, что Григоир прав: нет, не собака. Этому зверю нравится, как она гладит его по холке. А когда гладишь долго, внутри Сигдха появляется странный рокочущий звук, напоминающий мурлыканье обычной кошки, только намного увеличенное по громкости. Эх, почему она не спросила у Диармэйда, не кошачьей ли породы Сигдха?..

По шелесту крыльев она сообразила, что к входу летит ворон. Фамильяр сел на плечо, сунулся посмотреть вниз, сверху вниз — на Сигдха. Сверху вниз, увы, посмотреть на Сигдха не удалось: встретился с ним глазами на одном уровне — вот какой большой зверюга!

— Идут? — спросила Настя.

— Идут. Не одни.

В устах фамильяра второе сообщение прозвучало однозначно: девочки идут со своими фамильярами. То есть начало вечера надо будет потратить на серьёзное дело — на знакомство Сигдха с фамильярами подружек.

Скоро в подступающем вечере появились несколько фигурок.

Настя встала и улыбнулась.

Сайофра словно летела над землёй медленно и томно — хрупкой бабочкой, а потому перед ней тяжеловесно вышагивал фамильяр Барся — снежный барс. Сегодня он использовался ещё и в качестве рабочей силы — тащил в зубах тяжёлую сумку, набитую продуктами для стола. Сайофра много не ела, но обожала много покупать.

Кари шла, привычно переваливаясь из стороны в сторону. Её сопровождал сидящий на плече филин Комин, серых, почти седых расцветок.

Мерсайл шла по земле твёрдо и уверенно. Её ястреб Симус, пригнувшись, бдительно озирал окрестности.

Ита с наслаждением скользила по земле, чувствуя себя в привычной среде вечера вполне органично. Её змея Кали старинным украшением обвивалась вокруг гибкого тела хозяйки, спускаясь с шеи.

Настя оглянулась.

Сигдха привстал, глядя на приближающуюся компанию. Сидевший рядом с ним Тишка попятился — видимо, ветром донесло странные и даже пугающие запахи.

Приблизившись к невидимой защите, Настя произнесла заклинание и протянула руку Сайофра, предлагая:

— Переходи!

Следом за девушкой-эльфом защиту прошли остальные и тут же сгрудились вокруг подружки, встревоженные.

— Ты нам расскажешь, в чём дело? — пискнула от волнения Кари.

— Расскажу! И покажу! У меня теперь не комната, а дворец! Кто начнёт знакомство фамильяров?

— Я, наверное, — сказала Сайофра. — Мой Барся легко примет твоего Сигдха, потому что они одной породы.

— Ты уверена?

— Конечно.

— Я, между, прочим, тоже в этом уверена, — сказала Мерсайл, приглядываясь к стоявшему возле Насти Сигдха.

Церемонию знакомства фамильяров Сайофра провела очень быстро, и вся компания направилась к коттеджу. Когда все вошли, Кари ахнула и бросилась смотреть комнаты — следом Сайофра, правда, чуть более церемонно. Так что, пока девочки разглядывали новое жилище подруги, Настя успела разложить по тарелкам принесённое угощение и налить каждой девушке чаю.

Когда же все уселись за стол, она быстро пересказала все события, которые и привели её сюда. Кари насупилась, соображая — привычка у неё такая, а потом высказала:

— Это ничего, нестрашно. Обидно только, что тебе так и не сказали, что за способность у тебя такая. Интересно всё-таки, да? Маги-дознаватели видят, что дар есть, но не могут его определить.

Прообсуждав рассказ подружки, девушки пересели в кресла при камине. В помещении было тепло, поэтому решили от огня отказаться. Лишь зажгли свечу на вычурном завитке, украшавшем камин.

— Значит, твоё проживание здесь — это обследование, — задумчиво сказала Ита. Беспокойное пламя свечи алело в её глазах.

— Давайте не будем тратить время зря, — предложила Настя. — Новоселье мы чайком справили. Теперь надо подумать о концерте.

— Судя по твоему радостному голосу, ты что-то придумала? — спросила проницательная Мерсайл.

— Не всё, но есть кое-что. И вы должны мне помочь. Я придумала одну строфу для песни, которую мы сумеем спеть на сцене. И она не о том, что мы однажды с вами обсуждали. Но зато в ней нет слов, которые могли бы расцениваться как заклинание.

— Барся! Принеси гитару! — попросила Сайофра.

Её фамильяр осторожно выполнил задание и принёс гитару Насти, почти не обслюнявив гриф. Настя приняла инструмент и послушала струны, не надо ли подтянуть колки. Гитара оказалась в порядке.

— Ну вот. Я спою вам первые слова, а потом вы придумаете мне другие. Или поможете придумать продолжение. — Она склонилась к струнам и проиграла первый аккорд: — Это что-то вроде любовной песенки. Про двух упрямых, но влюблённых студентов. — Откашлялась и начала: — Я упрямая — ты упрямый. Вот история между нами. Я иду к тебе вечерами, но застыла тьма между нами...

Одиннадцатая глава

Первая строка появилась, когда Настя уселась на порожек своего нового жилища в ожидании гостей. Вторая — когда она бегала вокруг стола. Третья — когда она рассказывала о том, что произошло с ней и Сигдха. Естественно, во время рассказа она про упрямого некроманта умолчала, но песенка-то начинается словами о том, как она бегала к Риану, чтобы помочь ему. О том, что они оба упрямые: он не хотел принимать её помощь, а она чуть ли не навязала ему её. И что бегала к некроманту вечерами. И что темнота, которая разделила их, — в непонимании: Риан не понимает, что она не ищет выгоды; она же не понимает его, ведь она начала всё не со зла, не специально. Это же нормально: увидела человека, которому можно помочь, — и помогла!

Сейчас, приглушив струнный звон, она сама задумалась, размышляя о том, как и что стало предысторией первого куплета.

Но девочки переглянулись, и глаза всех четырёх засияли.

— Это про меня, — решительно сказала Ита. — Ох, и упрямый мне парнишка достался! Но такой... симпатичный — мм! И мы тоже встречаемся вечерами, когда вокруг темно — как мы оба и любим!

— Нет, это про меня! — воскликнула Мерсайл. — Мы с моим парнем сегодня так орали друг на друга! Из-за чего? Он не хотел мне уступать! А я не могла принять то, что он говорил! Мы упрямые! Чуть не сцепились! Я ему чуть глаза не выцарапала, когда он в очередной раз крикнул, что всё будет по его!

— Лабиринты нашей горы... — вдруг мечтательно сказала Кари, и девочки, не веря ушам и глазам, уставились на гномушку, которая, склонившись и уставив локти в колени, мечтательно упёрлась щёчками в кулачки. — В них есть такие тупички — тёмные-претёмные! И там встречаться можно незаметно для всех! И тьма пещерная стоит между нами, но только до тех пор, пока близко не вспыхнет факел любимого! Но её, эту тьму, можно перетерпеть, ведь потом стенки тупика так празднично сверкают кварцем в свете его факела, отражаясь в его чудных глазах и в его улыбке!

Даже смеяться не стали, очарованные откровением гномушки, о которой думали, что она не гуляет со студентами из принципа, а тут вдруг выяснилось, что она мечтает о встрече с любимым, оставленным где-то в своих гномушкиных горах.

— Настя, дай мне гитару! — попросила вдруг Сайофра, лицо которой было мучительно напряжено. А получив музыкальный инструмент, взялась за него, потрогала струны, а потом неожиданно страстно пропела: — Ведьмина моя тропа, приведи меня туда... — И замолчала, тревожно всматриваясь в лица подруг.

— Где... под ласковой луной ждёт меня любимый мой, — прошептала Ита.

Девушки замерли, оглядывая друг друга... Волшебство музыки и слов, заставившее их притихнуть, постепенно исчезало, а потом... разом... будто... лампочка пыхнула и погасла! И они все расхохотались. Повизгивая от смеха и вытирая мокрые глаза, Кари первой сумела выговорить:

— Нет, девочки! Всё-таки мы истинные ведьмы: что ни песня, то с заклятием-пожеланием! Ну? Что будем делать с концертом?

С сожалением поглаживая корпус гитары, Саойфра вздохнула:

— Ну, я предполагала, что так ничего и не сумеем сами сделать. Взяла из библиотеки старинную поэму о двух влюблённых. Там есть пара строф, которые можно красиво продекламировать со сцены. Барся! Дай мне сумку!

Девушка-эльф взяла из библиотеки сразу три экземпляра поэмы, так что гости и хозяйка, уютно устроившись в сдвинутых креслах, быстро нашли нужные строфы, прочитали их и выбрали то, что, по их мнению, выразительно и выигрышно. Одну книгу оставили у Насти — она должна списать свою часть и завтра принести на занятия.

— Но песенку ты допиши, — напомнила Ита, оглянувшись на Настю, когда гости начали собираться в общежитие. — Мне она понравилась.

— И с тем же припевом, что придумали, — настойчиво сказала Мерсайл и кровожадно ухмыльнулась. — Знаю, что нельзя втихаря воздействовать на живые существа, но иногда некоторые из них... кхм... так тупят, что приходится решать проблемы, используя лёгкое колдовство.

Сайофра только улыбнулась, но Кари закивала так усердно, подтверждая её слова, что девочки снова рассмеялись. Затем студентки ещё раз хором пропели куплет и созданный вместе припев, а потом, до выхода, разобрали своих фамильяров. Те до сих пор сидели в спальне хозяйки комнаты и о чём-то довольно энергично болтали. Настя ещё удивилась, что Сигдха очень внимательно слушал всех, но потом пожала плечами: она не успевала его вводить в курс происходящего в академгородке, так что, если узнает что-то из чужих уст, — уже здорово. Тем более человеческой речью, даже мысленной, он до сих пор владеет плохо.

Проводив гостей, Настя вернулась в коттедж и быстро вымыла посуду.

Когда в очередной раз выглянула из кухни в гостиную, обнаружила, что народ в числе трёх штук терпеливо дожидается её у входной двери.

— Что? — весело спросила она. — Прогулка перед сном? Руки вытру-высушу — и пойдём. Подождите минутку.

— Подождём, — надменно откликнулся Григоир, уже облюбовавший себе личный насест на одной из настенных полок.

"Ага, — подумала Настя, спеша к кухне за полотенцем. — Ты не только подождёшь, но и посмотришь, как я дверь открываю и закрываю. А то ведь эти двое ночью наверняка захотят сбегать поохотиться за мышами. Кто им дверь откроет? За одну штуку добычи?" И улыбнулась. Спелись! Даже не всегда понимая человеческую речь — например, тот же Тишка. Но — спелись, понимая друг друга интуитивно.

А потом они гуляли. Тишка и Сигдха сделали свои дела ближе к границе защиты, а потом вернулись к хозяйке, на плече которой ссутулился ворон. Впрочем, долго к Насте зверьё не жалось. Сообразив, кажется, почему их не пускает дальше, Сигдха на пару с котом обегал по границе всю прилегающую к коттеджу территорию. Настя так поняла, что они её пометили в нескольких местах — присвоили, посмеялась в душе. Затем вновь вернулись к ней, чтобы тут же сорваться с места и устроить догонялки: Тишка пытался вскочить на холку Сигдха, то и дело срываясь с него, а зверь то подпускал его ближе, то боком игриво отскакивал. Успокоившись, что они не покалечат друг друга и не искусают, Настя спокойно стояла возле небольшого куста лещины и со вздохом поглядывала в сторону ближайшего леса, куда ведьмы довольно часто бегали в часы практических занятий. Вот там бы погулять, а не на открытой местности, на которой не только зверю, но и ей самой... тесновато. Поглядывала она и в сторону кампуса, где ещё довольно активно светились окна: студенты то ли спать готовились, то ли сидели за учебниками.

Сигдха в очередной раз увёл Тишку куда-то в темень, а Настя решила не стоять, а немного подвигаться и хотя бы обойти коттедж. Чувствуя на плече горячие лапы Григоира, она, всматриваясь в сумерки, медленно шла среди трав, то и дело вскидывая голову к звёздному небу. Что-то тревожило, хотя всё вокруг тихо. Возможно, беспокоили появившиеся на горизонте тучи. А может, не тучи — облака. Только очень уж плотные. Надо бы разложить карты перед сном — погадать на погоду. Очень уж ей нравилось это гадание, незамысловатое, но точное.

— Что ты здесь делаешь?

Голос Риана заставил её подпрыгнуть.

— Ой, ты меня напугал!

— Извини, — буркнул он и повторил: — Что ты делаешь здесь?

— Выгуливаю Тишку и Сигдха перед сном, — ответила она, с трудом справляясь с учащённым дыханием.

Он тоже, как она недавно, сидел на пороге своей части коттеджа. Оказывается, она нечаянно забрела на "его" территорию.

— А почему здесь? — задал он справедливый для эгоиста и собственника вопрос.

— Да нет, не совсем здесь. Они бегали везде вокруг коттеджа, а теперь я их потеряла, — объяснила она и тут же поспешно добавила, чтобы он не злился: — Ничего. Сейчас я их найду, и мы тебя больше беспокоить не будем.

А сама с тревогой подумала: "Он не сердится? Из-за того что мы хором пели?"

Хм. Это с её стороны входная дверь в коттедж темнела, потому что луна поднималась с его стороны — со стороны леса. Так что Настя неожиданно для себя увидела, как Риан... улыбается, глядя на неё. Это девушку так поразило, что она, собравшаяся было идти дальше, замерла, стараясь понять: ей почудилось? Или он и правда улыбается?

Но поскольку он молчал, только кивнул на её завуалированное оправдание, то она опомнилась и торопливо пошла в обход коттеджа. Здесь, у двери в её комнаты, уже ждали Тишка и Сигдха.

Однако вечерняя встреча с соседом напомнила ей кое-что сделать перед сном. Ложась спать и натягивая на ухо край одеяла, она прошептала:

— На новом месте приснись, жених, невесте!

И, засыпая, мельком подумала: "Интересно, кто мне приснится? Тот дракон — Аодхан? Или Риан? Или... ни тот и ни другой? Не-е... Наверное, Риан. Говорят, снится последнее впечатление, а я его видела последним сегодня..."

... О том, что сны бывают самые разные, Настя знала. Есть и осознанные — те, что она может не просто смотреть, но и изменять. Есть и пророческие — намёками, когда надо запоминать метки сновидений. И предсказывающие, которые напрямую говорят о том, что ждёт сновидца. Но это был старший курс. До него ещё добраться надо.

Да, предполагалось, что она увидит кого-то во сне. Но... так сошлись обстоятельства, что она увидела, возможно, не то, что загадала. И виноватым в том оказался Сигдха. И Риан.

Студент-некромант тоже, посидев немного на свежем воздухе, заснул быстро и легко. И забыл отгородиться от своего бывшего фамильяра, которого ещё чувствовал из-за метки хозяина на звере, странно обернувшимся после необъяснимого воскрешения.

Ну а Сигдха... Если в первую ночь он залез на кровать девушки, с которой ощущал необычную связь, посильней недавней хозяйской, то лишь для того, чтобы понять, что произошло и почему он очутился в таком странном месте. Но сейчас зверь чувствовал странное одиночество: бывший фамильяр не понимал, что это странное чувство ему передавал хозяин, раскрывшийся в глубоком сне.

Оттого-то, ощущая себя неуютно, зверь выждал, пока Настя уснёт. Пока Тишка залезет к ней на ноги. Пока ворон закроет глаза... И крадучись, стараясь никого не разбудить, Сигдха снова влез на кровать. Причём не просто улёгся между девушкой и стеной, а расслабился таким образом, что Настя во сне воспринимала его рядом, как естественную часть кровати. Отчего, перевернувшись во сне на другой бок, она спокойно положила руку на него. Зверь почуял её безмятежный сон и уснул сам.

... А Риан снова переживал во сне всё, что с ним произошло когда-то...

... Да, Аодхан ненадолго появился во сне Насти. Не один. Сначала он вместе с Рианом спускался по лестнице, о чём-то разговаривая. Оба деловитые и сосредоточенные — как поняла Настя, на обсуждении какого-то практикума. Во сне девушка видела то одного, то другого. Пришло понимание, что она видит их глазами друг друга. Потом Аодхан вдруг посмотрел вниз — лестницы они ещё не прошли, и удивлённо сказал:

— А что здесь делает Клодаг?

Во сне Настя стиснула кулаки — ненавистью Риана её чуть не обожгло. Одновременно она с изумлением поняла, что Риан... рад этой Клодаг! Он кивнул дракону и побежал по лестнице один. Лишь раз Настя ощутила, как Аодхан кинул в спину Риану предупреждение: "Будь осторожен с ней! Мне кажется, она что-то задумала!"

"Твоя интуиция слишком проницательна..." — ответно с насмешкой подумал Риан.

И стороной Настя поняла этот ответ: дракон недолюбливает эту Клодаг, а потому, зная о его отношении к ней, Риан не принимает его предупреждения всерьёз.

Он наконец добегает донизу и с улыбкой бросает:

— Добрый день, кузина!

Теперь, во сне, удивлена Настя, которая, затаив дыхание, ожидала, что Риан встретится с любимой девушкой. А чуть позже она поняла, что Риан в её сновидении раздвоился. Был тот, который любил свою кузину. И тот, который уже знал, что Аодхан прав и что надо быть очень осторожным с Клодаг.

— Завтра выходной! — звонко сказала темноволосая девушка, очень симпатичная и улыбчивая. — Ты не собираешься навестить нас в нашем доме? Ты совсем забыл, Риан, что жил когда-то у нас. Ты забыл о своих родных. А ведь кое-кто из них в тебе очень нуждается. Я здесь проездом. Риан, может, приедешь завтра? У меня небольшая проблема, которую тебе решить — раз плюнуть!

Риан замялся. Назавтра им с друзьями и по совместительству одногруппниками было запланировано посещение "зоопарка", в котором он должен был провести экскурсию и объяснить основные принципы "воскрешения" адских тварей. Нет, друзья не собирались становиться, по его примеру, монстрологами, но те самые пресловутые основные принципы им должны быть известны на практическом материале. И так уж этот поход несколько раз откладывался по разным причинам.

Ему захотелось обернуться и взглянуть наверх. Риан знал, что Аодхан обычно не ожидает его, если приходится отвлекаться от дела. Но... захотелось получить подтверждение, что некогда, что его ждут...

Но Клодаг стояла напротив и сияла от радости, что видит его здесь и сейчас. И он видел, что ей приносит удовольствие мысль, что она может зазвать его в дом, где он вырос, но куда возвращается слишком редко... И тот он, уже знающий последствия, ненавидел её, потому что её удовольствие было искренним. Потому что она была искренне уверена, что дело плёвое. Для него, естественно.

— А что за проблема? — нерешительно спросил он, злясь на себя за уступку: сказал бы твёрдо, что некогда! А сейчас он дал ей надежду, что она и впрямь может заставить его приехать в дом, где его растили и воспитывали! Он ощутил даже это — может, чего и не было: она напоминает, что он обязан своим родственникам, потому что его, сироту, в этом доме холили и лелеяли. Ну, последнее не совсем так, но всё же...

— После смерти отца мы нашли несколько артефактов, — ответила Клодаг. — Функциональность некоторых из них уже определили маги-оценщики. Но осталось два предмета, которые им не по зубам. Мы предполагаем, что эти два артефакта связаны с основной деятельностью нашего отца, то есть твоего дяди. Оценщики отказываются определять их значимость. Мы подумали и решили, что ты-то, обладающий тем же даром, что твой дядя, сумеешь определить, что они такое.

— Но если даже оценщики... — с недоумением начал Риан, но Клодаг перебила его:

— Риан, я не прошу тебя использовать их. Я хочу, чтобы ты просто сказал, связаны ли они с монстрологией, нет ли. Чтобы потом объяснить оценщикам, с чего начинать реактивацию артефактов. Ты прекрасно знаешь, что держать в семейном владении такие опасные артефакты не разрешено. — И Клодаг улыбнулась: — Ну, а заодно это приглашение для оценки артефакта — крайне замечательный способ раздобыть тебя домой! Ну же, Риан, соглашайся! Пожалуйста! Дом скучает по тебе!

— Я запланировал на эти выходные... — смущённо начал Риан и замолк.

Что может быть лучше, чем вновь увидеть поместье, в котором вырос? Зайти в свою комнату, которую так и оставили нетронутой — вместе со всеми вещами, такими памятными для него! Побродить по тропинкам старинного парка...

— Ты погостишь у нас недолго, — быстро сказала Клодаг, искательно улыбаясь ему. — Что для тебя загадка двух артефактов? Посмотрел, выдал вердикт — и... Вряд ли ты потеряешь больше часа. Даже если останешься на обед.

Он как-то тогда не обратил внимания на её внезапную поспешность и не среагировал даже на оговорку насчёт "всего лишь часа". Замечтался. Забылся в воспоминаниях. Из всей дядиной семьи только Клодаг всегда была с ним более или менее приветлива. Тётя его не переносила. Он, взрослый, не удивлялся: Клодаг была совсем маленькой, когда осиротевший Риан появился в дядиной семье. Тёте пришлось растить двух детей. Причём дядя требовал особого отношения к племяннику. И не потому, что тот родной по крови. И не потому, что тот в одночасье потерял своих родителей, погибших в результате работы с экспериментальными магическими артефактами. Нет, не потому. Дядя требовал трепетно относиться к Риану, который, как и он, обладал драгоценным даром монстролога, что и было выявлено с раннего детства. Свои дети, дочь Клодаг и старший сын Ломан, были даже заброшены им, потому как дядя, как понимал это теперь Риан, был фанатиком своего дела. И дети, особенно Ломан, который оказался слишком слабым магом, всю жизнь отнюдь не старались сохранять с Рианом дружеские отношения. Ломан, ничуть не скрываясь, злобствовал, а Клодаг сохраняла нейтралитет, нося маску приветливости.

— Итак, что ты решил? — вновь улыбнулась Клодаг, и даже для погружённого в воспоминания Риана стало ясно, что она встревожена.

Но он понял её превратно: он думал, она боялась — кузен откажется. И ему стало стыдно, что со времён поступления в академию, куда его всегда прочил дядя, он так и не удосужился посетить старый дом и женщину, которая стала ему, хоть и вынужденно, второй матерью.

— Я приеду, — пообещал он.

— Не надо! — чуть не закричала она, поразив его, а потом насмешив — когда она договорила: — Я сама приеду на машине и отвезу тебя домой!

Наутро он был готов к поездке. Вышел за ворота кампуса: иначе машина заглохла от магического концентрата внутри студенческого поселения. В одной руке он держал громадный букет роз — для тёти. В другой — сумку с несколькими подарками, небольшими, но достаточно ценными — для кузена и кузины. Что бы ни происходило за годы жизни в старинном поместье, он должен быть благодарным... Сигдха невидимым возвышался за его спиной, лишь чуть прибавляя ветра в пространстве своими трепещущими крыльями.

Денёк ожидался солнечным и сухим. Осень вообще входила в свои права мягко и с достоинством, постепенно перекрашивая яркую зелень в не менее яркую и даже праздничную желтизну. И даже небольшие дожди не мешали радоваться тёплой поре.

Машина Клодаг дожидалась его. Он приметил её, едва огляделся.

— Ох, какой букетище! — изумилась Клодаг.

— Это для тёти, — неловко сказал Риан.

— Ой, а я забыла предупредить тебя, что мамы не будет дома, — виновато сказала кузина и тут же взбодрилась, объявив: — Зато не будет и Ломана! Ты рад?

— Чему? — несколько растерялся Риан.

— Ну, тому, что дом на несколько часов остаётся в нашем распоряжении? Ты только представь: мы с тобой попьём чаю, потом ты посмотришь артефакты отца, а потом — мы свободно гуляем по дому и усадьбе! Ломана нет — и это красота! Никаких склок, никаких разборок между нами!

Он не заметил, что именно она сказала в конце своей фразы. "Между нами". А ведь эти слова должны были его насторожить. Ведь с Клодаг у него трений не было. И он просто должен был навострить ухо. А он безмятежно пропустил все предупреждения. А потому и невидимый Сигдха не сумел вовремя определить, что именно происходит.

А когда через полтора часа машина понеслась по небольшой дороге к дому — среди густой зелени старинных деревьев, Риан и вовсе забыл о том, что едет в дом, где все, кроме одного человека, считали его чуть ли не врагом. Да и дядя... Едва Риан вырос и стал готов к обучению, родного человека в нём больше не видели. Видели лишь драгоценный сосуд-наполнитель, куда порой жестоко вливали не только знания, но и силу. А он подчинялся — до тех пор, пока не вмешались преподаватели школы. Лишь благодаря им, Риана хоть и слишком рано для его возраста, но увезли в академию. Но академия ценила его дар, и первым делом ему наняли школьных учителей, а потом уже начали обучать поначалу общей магии, а затем уже — с большой осторожностью развивать его собственный дар.

— Дом не изменился, — заметил он, выйдя из машины и остановившись перед крыльцом в шесть ступеней.

— Ну, внутри тоже не слишком большие перемены, — хмыкнула Клодаг. — Денег отец не оставил. Мы даже не сумели отремонтировать дом. Разве что подлатали то, что выглядело слишком катастрофично. Артефакты, которые остались после него, только чуть-чуть спасли ситуацию.

Она ввела его в дом и сразу пригласила к столу.

Но, привыкший к аскетизму во всём, Риан покачал головой.

— Я не голоден — позавтракал у себя, — объяснил он. — Но готов для начала всё-таки посмотреть артефакты, а уж потом полностью погрузиться в воспоминания.

— Помнишь, где находится кабинет отца? — беспечно спросила она.

И тогда-то он обратил внимание, что она уже не просто волнуется, а по-настоящему нервничает. Но он не понял подоплёки её беспокойства, точней — понял не так, а потому, улыбаясь, спросил:

— Боишься, я не сумею разгадать свойства этих двух вещичек?

Она сумела вывернуться:

— Я боюсь, что ты скажешь: я пригласила тебя сюда только для того, чтобы оценить артефакты. И всё из-за того, что не хочешь пообедать со мной.

Столь сумбурное объяснение слегка удивило его, но не больше. И вскоре они поднимались по лестнице в кабинет дяди.

Первым делом Риан обратил внимание, что в кабинете убирались явно чуть ли не каждый день. Все поверхности сверкали чистотой — нетронутыми оставались лишь столы с предметами для магических опытов.

— Ну? И где же ваши таинственные артефакты? — шутливо обратился Риан к Клодаг.

— По одному! — с натужной весёлостью отозвалась она и, повернувшись к стеллажу с магическими безделушками, взяла с полки небольшую коробочку. Обеими руками, чтобы подчеркнуть её важность поднесла ему.

... Сейчас Риан видел во сне всё так, как будто это происходит сейчас.

Она подала ему эту коробочку, чтобы он, проанализировав её, поверил, что оба артефакта — плёвые и ему по плечу. Чтобы он поверил, что они совсем бездарные и не сумеют отличить сложный артефакт от примитивного. Про себя она смеялась, глядя ему в лицо, но на её лице застыла озабоченность, типа: сумеет ли он разобраться? Хоть бы сумел! А то ведь они бедные, несчастные — без него никуда...

— Вот один из двух, — с глубоким вздохом сказала она. — Оценщики сказали, что он самый сложный.

Артефакт переместился в его ладони. Риан осмотрел его, "включив" внутренний магический взгляд. Пожал плечами. Ещё одна небольшая приценка — и он осторожно открыл его, нажав определённую последовательность невидимых кнопок. И улыбнулся от неожиданности: коробочка открылась просто. Внутри лежал ключ.

— Вот, — вынул он ключ и отдал ей. — Ничего сложного. Ты уверена, что вы вызвали хороших оценщиков артефактов?

— Как легко! — восхищённо сказала Клодаг и покачала головой. — Как легко! А они возились несколько дней — и впустую!

— Где второй? — уже успокоенней спросил Риан, думая, что второй, который она сочла послабей, он откроет точно так же легко — если первый назвала сложнейшим.

— Вот, — и ткнула ему в ладони нечто похожее на колоду карт.

Сигдха за его спиной внезапно взвился, распахнув крылья. Но Риан только нетерпеливо дёрнул плечом. Хотелось побыстрей закончить с делом и зайти в свою детскую комнату, чтобы удостовериться, что в ней всё так же, как было, когда он уезжал (его увозили) в академию... Для начала он снова осмотрел артефакт, пытаясь понять, из какого материала он состоит и в чём заключается его тайник. И, сосредоточенный на артефакте, который заинтересовал его странным набором символов, не обратил внимания, что Клодаг, не спуская с него глаз, пятится к двери. А потом, удостоверившись, что он полностью поглощён изучением странной вещицы, стремительно, но стараясь не шуметь, выскочила из кабинета отца.

А Риан попал в ловушку.

Что такое студент, всего лишь учащийся на магистра, пусть и с сильным даром, против опытного некроманта-монстролога?

Символы зачаровали — и заставили забыть обо всём.

Риан и не замечал, как быстро выстукивает предложенный ему магическим артефактом код тайника. Как под ногами неожиданно разверзается пол, полы, земля... Сигдха бросился следом за хозяином, когда того, заворожённого, непонимающего (да что там непонимающего — не знающего, что происходит!), вырвавшийся из недр земли огненный вихрь втягивает в кошмарные адские глубины, откуда немедленно выглянули адские твари...

А Риан всё держал в руках артефакт и легкомысленно рассматривал его, весь уйдя сознанием в магическую приманку. Внешний слой уже поддался — он это знал. Теперь осталось вскрыть вещицу и вынуть последний ключ.

Он захлебнулся криком, когда его швырнуло в адский огонь. С небольшим запозданием следом сунулся Сигдха. Адские твари рвали непредупреждённого человека в клочья, и, безоружный, даже не приготовивший мало-мальской защиты, поверивший в слова кузины, он отчаянно приготовился к смерти...

... А потом он призвал к себе несколько хлопьев, оставшихся после сожжённого Сигдха, выдравшего его из цепких лап смерти, и ночью рассеял их по траве перед своим окном. Из последних сил. Именно для этого только и нужны были эти микроскопические силы — для того, чтобы прах страшного существа упокоился там, где Риан мог бы "видеть" его каждый день и помнить о беспощадном предательстве тех, от кого он не ожидал того.

Клодаг и Ломан получили то, что хотели. Богатство отца приплыло им в руки без проблем — для них самих. Они даже побеспокоились, чтобы облагородить комнатку Риана в общежитии. А он, умиравший — на радость им обоим, — только и мог лежать и ненавидеть и себя, и эту роскошную комнату...

Пока в спальню однажды не вбежала девчонка, ведьма с первого курса.

Двенадцатая глава

... Сон прервался неожиданно. Проснувшись от тьмы, внезапно будто заволокшей всё, что было перед глазами, Настя полежала немного с открытыми глазами, а потом машинально потянулась за любимым будильником, который привезла из дома и который сейчас тихонько подтикивал со столика рядом. Спиной при этом упёрлась в мягкое и горячее, которое глухо мурлыкнуло... Сигдха? Когда это он успел забраться на кровать?

Притаившись и полежав немного без движения, Настя услышала ровное сопение, которое затем вообще исчезло: зверь вновь погрузился в глубокий сон...

Время — три ночи. Ещё немного полежав, прежде чем закрыть глаза, она подумала, что Риан, наверное, и сам проснулся от того ужаса, который вспомнился во сне. И, возможно, сообразил, что во сне раскрылся, что вокруг него нет защиты, а значит, его сны видит Сигдха... Сон пропал, потому что Риан закрылся...

Настя проворочалась ещё где-то с час, переживая увиденное во сне. Но с трудом заснула-таки. Немало тому помог тот же Сигдха, который после блокирования от бывшего (или всё-таки нынешнего?) хозяина начал видеть собственные сны, в которых он весело бегал по лугам и лесам, густым от зелени, время от времени спускаясь к берегу то ли моря, то ли океана, где по-щенячьи, радостно и неуклюже махая во все стороны мохнатыми лапами, бегал за волнами. А потом снова стремительно поднимался — кажется, по очень крутому склону — далеко наверх, туда, где его глазами девушка видела невероятно синее и высокое небо...

... Всё утро Настя не могла найти себе покоя.

Она вспоминала сон и поражалась хитроумному плану кузины Риана, который сработал легко. Ещё бы — как он не мог доверять своей сестре, пусть и двоюродной? Ведь она так легко и дружелюбно общалась с ним!

Она вспоминала сон и поражалась тому Сигдха, которого увидела — громадному змею с призрачными крыльями, который, умирая, выбросил хозяина из адского огня, а потом сгорел сам.

Но оставались и вопросы.

Что за богатство было спрятано в том артефакте и почему дядя Риана спрятал его именно так? Да ещё от собственных детей? Почему Клодаг решилась послать кузена на верную гибель — или она и впрямь думала, что он сразу раскусит её обман и сумеет простить её, после чего всё-таки разберётся с артефактом?

Доваривая кофе, она со вздохом подумала, что пытается хорошо думать об этой милой на вид девушке, что даже пытается найти ей оправдание.

А потом смущённо улыбнулась: во сне промелькнул образ Ломана, кузена Риана. И Настя узнала в нём того мужчину, которому врезала по лицу, после того как увидела его издевательства над недавно беспомощным Рианом. Девушка понадеялась: если они когда-нибудь встретятся, он её не узнает. Темно же было! И Риан думает о старшем кузене, как о слабом маге. Так что, возможно, Ломан этот её не разглядел...

Накормив своё птичье-звериное "семейство", Настя приготовилась к выходу из коттеджа: закинула длинную ручку сумки на плечо, не глядя — похлопала по другому плечу, чтобы попрощаться на весь учебный день с Григоиром, а затем поспешила к двери. Шла от входа в коттедж к невидимой невооружённым магией глазам защите, рассеянно смотрела то на отдалённые крыши учебных корпусов, то на небо — вчера вечером, во время прогулки, чистое и звездное, а сегодня с такими хмурыми и тяжёлыми тучами, что, казалось, подпрыгни — и дотронешься до них пальцами... Зато зелень здесь какая! Не то что между зданиями в кампусе!..

И — завизжала от неожиданности: низкие облака, на которые девушка почти не обратила внимания, резко разверзлись грохочущим ливнем!

В первые же секунды на неё словно вылили целую ванну воды! Леденющей!

А ещё она, прижав к себе сумку с письменными принадлежностями, вконец растерялась: бежать ли дальше — по открытой местности к кампусу или корпусам академии, или же вернуться в коттедж?!

Пока Настя ошеломлённо озиралась, ёжась от бьющей по плечам воды и видя знакомые места туманно-серыми от плотных ливневых струй, позади раздался голос:

— С ума сошла?!

И над ней вдруг вода исчезла.

Чувствуя себя пришибленной ливнем лягушкой, начиная неудержимо ляскать зубами от пронизывающего холода, Настя взглянула наверх: Риан держал над ней круглую защиту — почти громадный зонт! А с краёв сплошняком текла такая вода, что они словно в банке очутились!

— Повернись ко мне! — скомандовал парень.

И, когда Настя, не в силах полностью разогнуться, скукоженная от холода, оглянулась на него, он сильно схватил её за руку и повёл к её двери в коттедж — к его собственной надо было ещё здание обходить. Кроссовки хлюпали водой, брызгая ею не только в ходьбе, но и, мгновенно промокшие, выбрасывая из себя фонтанчики.

— К-куда ты-ы мен-ня тащи-ишь? — стуча зубами, спросила она и узрела перед собой дверь: ух, как быстро он дотащил её до дома!

— Открывай! — недовольно сказал он и проворчал: — Неужели вас на первом курсе не учили, как спасаться от дождя?

— Если б-б я уж-же з-закончила этот-т первый курс-с-с... — с трудом ворочая замёрзшими губами, проворчала она в ответ. — Куд-да бы ни шло, но в-ведь я-а... Брр...

Едва они появились на пороге её половины, как зверино-птичья семья вытаращилась на обоих, остолбенев от неожиданности.

— Иди — переодевайся в сухое, — скомандовал Риан и осмотрелся, явно стараясь не натыкаться взглядом на Сигдха. — Где тут у тебя кухня?

— Т-там! — ткнула она пальцем в нужном направлении и побежала в спальню, всё такая же полусогнутая — от напряжения сохранить остатки тепла.

Обалдевшие Сигдха и Тишка деликатно остались в гостиной, но Григоир влетел в спальню следом, всполошённо взмахивая крыльями.

— Что?! Что случилось?!

— Ливень случился — что! — пробурчала Настя, за дверцей шкафа скидывая, точней — насилу стаскивая с себя пропитанные водой джинсы и блузку, которые тут же бросила валяться на полу — мокрыми и оттого ужасающими тряпками. Кроссовки тоже сиротливо валялись у входа в спальню — сброшенные на ходу. Разыскав большое махровое полотенце, которое до сих пор никак не использовала, но взяла с собой, потому что мама велела (а вдруг у них там дефицит?), она с огромным облегчением промокнулась им и растёрлась досуха.

Время от времени она прислушивалась, но за глухим гулом грохотавшего по крыше ливня плохо было слышно даже то, что происходило в доме. Шмыгнув и не раз, девушка быстро оделась в единственное платье — зато закрытое и с длинным рукавом. Тёплое! Немного помешкав, натянула на ноги тёплые носки и меховые тапки, разношенные ещё дома до удобного состояния. Ну и что, что в кухне мужчина! Она не собирается перед ним кокетничать, когда впереди мерещится простуда...

С грустью подумала, что подруги наверняка всполошились из-за её пропажи.

— Григоир, как ты думаешь: артефакт связи пробьёт здешнюю защиту? Получится у меня связаться с девочками? Вчера-то получилось... Что-то чудится мне, что ливень какой-то ненастоящий. А вдруг он магический? Если его магия присоединилась к здешней защите, сумею я сказать им, что опаздываю?

— Откуда мне такое знать?! — возмутился ворон, недовольно покосившись на проём между спальней и гостиной. — Там, на кухне, у тебя чуть ли не целый магистр сидит — вот у него и спроси!

— Логично, — вздохнула девушка и объяснила: — Я хотела их предупредить, что либо опоздаю, либо не приду на первую пару. Кстати, Григоир, а ты бы сумел пролететь до академии в дождь?

— За лоха держишь? — снисходительно спросил фамильяр. — Иди давай к этому — он тебе всё на пальцах объяснит. — И отвернулся, глядя в серое окно с мутными волнами потёков и бормоча: — Сумел бы пролететь... Ага, как же. Сама не добежала, а я виноват...

Настя вздохнула, прихватила с собой полотенце поменьше и, на ходу суша волосы, пошла к кухне, растерянно размышляя, что теперь делать.

"Этот" времени на кухне даром не терял. Пока хозяйка отсутствовала, он обыскал все шкафы, благо искать пришлось немного, и успел к её приходу заварить большую чашку травяного чая. Сам же, усевшись на один из двух кухонных табуретов, наслаждался чашкой поменьше — кофе, налив себе из кофейника: Настя оставила себе немного на потом, наложив на посудину заклинание "Долгий жар".

— Откуда у тебя этот напиток? — спросил он, с наслаждением принюхиваясь к едва заметной прозрачной дымке над кофе. Полное впечатление, что он обрадовался дождю, как предлогу не ходить на занятия.

— Из дома привезла, — снова шмыгнув носом, сказала она.

— Он какой-то свободный от примесей, — негромко сказал Риан. — Я привык, что здесь везде подают с ароматическими добавками. Но твой пахнет только кофе.

Полотенце оставила на плечах и вцепилась в чашку чая. Примерившись, она учуяла в горячем напитке травы с противовоспалительным действием и стимулирующим. Ещё удивилась про себя, но не решилась спросить, потому что постеснялась: надо бы всё-таки точней узнать, чем занимается Риан, а уж потом вникать в то, что он знает.

— А как ты увидел, что я... — несмело начала она и споткнулась, не зная, как сформулировать вопрос.

Но Риан понял.

— Я тоже шёл на занятия, — объяснил он. — Обошёл угол коттеджа — и дождь. Только сначала увидел тебя. Хотел уйти, смотрю — ты стоишь на месте. Ну и пришлось... Спасать девицу, — усмехнулся он.

Настя только пренебрежительно фыркнула на последние слова. Но не слишком выразительно. Чай остыл до степени, когда слегка обжигал рот, но пить можно было без опаски. И девушка, сев напротив Риана, наслаждалась горячим напитком на всю катушку.

Когда чай наполовину был выпит, она не выдержала: любопытство оказалось сильней вежливости. Правда, с минуту сомневалась, а потому просто выпалила:

— Я видела твой сон! Сегодняшней ночью! Ну, в котором ты и Сигдха был в доме у Клодаг!.. Извини...

— Это ты извини, — чуть прохладней, чем обычно, ответил Риан. — Я расслабился, зная, что в этот дом никто, кроме меня, не войдёт. И слишком рано решил, что пережил всё это и что таких снов больше не увижу.

А Настя вдруг подумала: "И чего ты сидишь тут в моей кухне, если ты такой умный и можешь пойти на занятия, спокойно защитившись от дождя? Или же ты... умный, но всё ещё слабый, а потому дождь для тебя — предлог прогулять эти занятия?" Она поставила чашку на стол и в очередной раз проверила волосы. Всё ещё мокрые. Нет, даже если ливень вскоре перестанет, она не скоро сумеет выйти из коттеджа.

Риан сидел спокойно, будто созерцая ливневые волны на оконном стекле. А может, они его заворожили?

— Тебе неприятно, что я сижу у тебя? — внезапно спросил он, не глядя на неё.

— Не то что неприятно... — замялась Настя и улыбнулась: — Просто я не знаю, можно ли тебе предложить к кофе печенье и конфеты.

— Можно, — ответил он.

А она уставилась на него, поражённая открытием: вчера вечером они с девочками хором пропели тот куплет и тот припев! Хором! Да он же слышал! И... понял, что песенка начиналась их, двоих, историей! Поэтому не злится?.. Или... Настя неправильно поняла?

В любом случае, ей понравилась идея сидеть в сильный дождь на кухне, пить горячий чай и... О, интересно, откажет ли он ей в беседе, не разозлится ли, если она будет спрашивать про него самого? Ей же любопытно!! Самый горячий вопрос: почему он сидит здесь, когда может спокойно уйти? Но увы... Такого не спросишь. А вдруг — рассердится и сразу уйдёт?

За размышлениями она быстро поставила на стол пару вазочек со сластями и мельком отметила два носа за занавеской. Один — большой и на высоте, из-за чего край занавески чуть морщит. Другой — поменьше и чуть ли не из-под занавески высовывается. Разведка. Наблюдение.

Риан долил себе кофе и кивнул ей.

— О чём хочешь спросить?

— Что мы будем делать здесь? — выпалила она и тут же торопливо добавила, чтобы он не подумал нехорошего: — Почему нас отселили из обычных общежитий? При чём тут я, если речь идёт о Сигдха?

— Если коротко, то тут такая история. — Он спокойно смотрел на неё, время от времени отпивая кофе. — Мой фамильяр погиб. Я развеял прах моего Сигдха перед окном моей комнаты — не той, в которой была ты, а этажами выше над ней. Впрочем, это всё равно. И ты трижды прошла по газону с прахом моего Сигдха. В третий раз после твоей пробежки он вдруг ожил и предстал в своём обычном образе моего зверя. А через несколько часов на его месте оказался авалонский зверь. Преподаватели не знают про "трижды". Но они "видят" тончайшую связь между тобой и воскрешённым Сигдха, затем за ночь видоизменённым в авалонца. И они знают, что на тебе метка определённого, но пока неизвестного им дара. Теперь они, преподаватели, пытаются понять два аспекта этого дела: почему мой Сигдха стал не тем зверем, что был ранее, и каков твой личный магический дар. И лучше этот твой дар исследовать, на некоторое время хотя бы немного изолировав нас от остальных студентов.

— И как ты сам думаешь, что это за дар? — робко спросила Настя, ошеломлённая размахом предстоящих исследований.

— Если бы Сигдха оставался в привычной мне форме, я бы сказал, что твой дар близок моему — дару монстролога.

— А что это за такой дар? — спросила девушка и объяснила: — Я примерно представляю, но всё как-то очень туманно.

— Знаешь, что такое адские твари?

— Неа.

— Когда-то давным-давно тёмные маги использовали животных не только для того, чтобы делать из них фамильяров или употреблять их в своих опытах в поисках большей силы. Если кратко, то обычных зверей убивали, а затем воскрешали, добиваясь, чтобы воскрешение была связано с тёмными силами. Это давало возможность тёмным магам черпать силы не только от стихий, но и от тёмных начал, источник которых — смерть, разложение, гниение. Это только кажется, что со смертью всё заканчивается. На деле часто смерть — это только начало. В отличие от просто тёмных магов, монстрологи могут поднимать адского зверя не только из останков зверя, погибшего прямо сейчас. В лабораториях нашей академии огромная масса останков древних магических зверей. С тех пор как я закончил обучение на бакалавра, я поднял довольно много зверья. Целый зоопарк. Но только Сигдха я сумел сделать собственным фамильяром.

— Но и этот преображённый Сигдха носит твою метку, — тихонько сказала Настя, воспользовавшись, что он жадно приник к чашке с кофе: от долгого рассказа осип с непривычки.

— Понимаешь, здесь такая закавыка. Кроме того, что он поменял внешнюю форму, теперь он обладает не нужными мне характеристиками. Ты первокурсница — и этого пока не видишь. И вторая закавыка в том, что преподаватели... — Он грустно хмыкнул. — Нашим преподавателям очень хочется верить в то, что в моём зоопарке при академии есть ещё звери с Авалона. Для кого-то они доисторическая легенда. Но, если подтвердится, что нынешний Сигдха — настоящий авалонец, это порвёт всю современную магическую науку в клочья. Авалонцы обладают громадной силой. А если вспомнить, что они реликтовые звери, то спрос на них, как фамильяров, будет ужасающий.

— Так, попробую суммировать, — медленно сказала Настя. — Получается, что ты должен будешь воскрешать зверей, а я пытаться что-то сделать, чтобы они прошли трансформацию в авалонцев?

— Воскрешать не понадобится — в первые дни, — напомнил Риан. — У нас уже есть целый зоопарк. Вообще, я даже рад, что нас с тобой отселили на первое время именно сюда, в коттедж. Боялся, что будет хуже.

— А что может быть хуже? — с недоумением поинтересовалась Настя.

— Могли поселить в небольшой домик внутри самого зоопарка, — усмехнулся Риан. — А там, в зоопарке, такой рёв и визг постоянно, что не каждый выдержит даже постоять несколько минут на месте.

— В обычном зоопарке я бывала, — задумчиво сказала Настя и потянулась посмотреть, остался ли травяной чай в заварочном чайничке.

— В моём — в клетки заглядывать страшно. Не то что слушать их обитателей.

Настя поёжилась — и отнюдь не от холода. Благодаря чаю Риана, она неплохо согрелась. Просто вспомнила ту жуткую крылатую змею, которая заставила её вести к себе в общежитие, а потом вдруг обернулась ласковым и уютным Сигдха, который сейчас уже не выглядывает из-за занавески, а лежит под ней, сунув нос на кухню. И вот таких змей, а то и ещё чего другого, пострашней, здесь, на территории академии, целый зоопарк.

— А что... не так было с артефактом Клодаг? — несмело спросила она.

— Дядя мне говорил, что его дети не только бездарны магически, но они же ещё и не хотят развивать в себе те способности, которыми владеют. Его это бесило страшно. Он смирился, что способность монстролога есть только у меня. Он пытался учить и Ломана, и Клодаг — с детства. Но с детства же они были... — Он чуть пожал плечами. — Ленивыми не назовёшь, наверное. Но они оба какие-то вялые и... скучные.

— Ну, Ломан-то, который орал в твоей комнате, вялым не выглядел! — вырвалось у неё, после чего она тихонько ойкнула, сообразив, что выдала себя.

Риан замер, сначала с недоумением всматриваясь в неё, а потом его глаза из хмурых засияли так, словно на лёд в них упали солнечные лучи.

— Так это... — медленно начал он, постепенно начиная улыбаться. — Это ты отлупила Ломана?!

Настя смутилась.

— Я не лупила его, — недовольно сказала она. — Я была такая злая, что стукнула пару раз. Но скажу честно: если бы он не обалдел из-за моего наскока, мне бы самой от него здорово попало. Он — вон какой большой, а я?.. И подожди... Ты мне не сказал, что там с тем артефактом?

— Можно сварить ещё кофе? — попросил Риан.

Настя быстро встала к плитке. Всё-таки его просьба — маленькая плата за удовлетворение её любопытства.

— Ломан и Клодаг от матери знали, что отец, благодаря своей необычной среди магов способности, сумел сколотить хорошее такое состояние. Но не знали, как подступиться к этому состоянию — после его гибели. Да и где и каково это состояние — они не знали. Только предполагали, что мой дядя спрятал документы на него в какой-нибудь артефакт. А раскрыть артефакты — надо уметь. На деньги матери они пригласили оценщиков для всех артефактов, которые нашли в доме. Два артефакта оказались для них, для оценщиков, сложными. Они сумели лишь определить параметры сложности каждого из них, но не открыть. И один из них предположил, исходя из информации о дяде, что это артефакты, относящиеся к монстрологии. И был прав.

— Ты жалеешь, что согласился на уговоры Клодаг? — осторожно спросила Настя. И тут же сама пожалела о вопросе: он потерял своего любимого фамильяра!

Кажется, Риан заметил её замешательство. Но ответил.

— Да, жалею. И не потому, что тут замешан Сигдха. Жалею, что думал о Клодаг... лучше, чем она есть. Обидно... — он с трудом подбирал слова, — понимать, что люди могут быть такими... паршивыми... Если бы она напрямую сказала мне, чего именно хочет, я бы не отказался от помощи.

— Значит, она тоже плохо знает тебя? — задумчиво спросила Настя, подвигая к нему чистую чашку с только что налитым свежим кофе.

— Насколько я понял, их обоих не интересует никто, кроме них самих. Что значит — всех остальных они судят только по себе.

— И что ты теперь будешь делать?

— Теперь, когда я почти здоров? Ничего. До того момента, когда закон равновесия не заставит меня что-то сделать. Единственное... — он как-то горестно ухмыльнулся. — Единственное, я побаиваюсь... Я горел и не контролировал себя. А в такие моменты, бывает, и не помнишь, что делал. Есть вероятность, что я их проклял.

— И всё?! — уже не только изумилась, но и возмутилась девушка. — Неужели их никак нельзя наказать?! Но ведь уже все знают, что произошло!

— А что произошло? — хладнокровно спросил Риан. — Все знают с моих слов, что я был неосторожен с дядиными артефактами. Не более. Дело между мной и кузенами — это моё личное. О том, что именно произошло на самом деле, знают лишь мои близкие друзья, а теперь и ты. Я фаталист. И я буду ждать, когда наказанию будет дан ход. Судьбой.

— А пока наглый кузен будет приходить к тебе и радоваться тому, что произошло, — хмуро подсказала она.

Он неожиданно улыбнулся.

— Я плохо знаю психологию, но мне кажется, его приходы ко мне и его старания поиздеваться надо мной, слабым тогда, — это признак, что он понимает, как скверно поступила его сестра. Поэтому я верю в фатум.

Настя молча смотрела на него. А что бы она сделала на его месте? Как бы отомстила, не дожидаясь судьбоносного наказания? Над этим надо подумать.

Вопреки всему, Риан не взял ни одного печенья, пока с удовольствием тянул предложенный ему кофе. А Настя помалкивала, чувствуя, что он устал — рассказывая и вновь переживая недавние события в своей жизни. И украдкой поглядывала на его осунувшееся лицо. Нет, он пока мало чем напоминал того симпатичного парня с картинки, стащенной Григоиром. Но усталость на лице, которую он пытался прятать, и в то же время странное презрение, которое время от времени кривило его губы, заставляли вспоминать, что спустя какие-то несколько дней он вернётся в форму — и тогда... "Ой, не влюбиться бы, — поёжилась Настя. — Он вон какой... Ну... Интересный. — И тут же озадачилась: — А почему бы и не влюбиться? Он вон какой... — И чуть не расхохоталась: — Интересный!!"

— У тебя хорошее настроение, — заметил он, протягивая ей опустевшую чашку.

— Есть немного. Прогуливаю же — из-за дождя, — решительно сказала она и удивилась: — Ты уверен, что тебе так хочется кофе? Третья чашка уже! Может, всё-таки чего-нибудь да поешь?

— Нет, спасибо.

— Риан, а за что злился на тебя старик Диармэйд? — решилась спросить она.

— За пепел на газоне.

— А-а... Поняла. Хочешь, я тебе этого кофе отсыплю? Будешь по утрам себе варить.

— Нет, спасибо. У меня не получается сварить хороший кофе.

Они заговорили как-то необычно — отметила она. Как будто незнакомые друг с другом гости на каком-то званом вечере... Она ненароком взглянула на окно. За ним сияло солнце и с деревьев падали сверкающие капли.

— Смотри — дождь закончился.

— Настя...

— Что?

Он уже стоял перед ней, всё ещё сидящей. Взяв её за руку, быстро поднёс ладонь к своим губам и поцеловал в самую серединку. Напрягшись от неожиданности, Настя чуть не сказала: "Ты что?!" Но закусила губу.

— Я не очень умею общаться с людьми, — спокойно сказал он. — И друзей у меня из-за этого маловато. Да и не всякий бы решился на то, что сделала ты. Спасибо, Настя.

Слегка остолбеневшая, она только молча посмотрела, как он уходит из кухни, а затем и из её половины коттеджа. И, только когда дверь негромко стукнула, закрывшись, она вспомнила слова Риана: "Да и не всякий бы решился на то, что сделала ты". Вот за что он её благодарит — за пощёчины Ломану. Посидела немного, глядя на стол и не видя его, а потом опомнилась: вскочила, быстро вымыла чашки и помчалась в спальню — искать, во что переодеться.

А заодно думать... Ой, только о чём? О том, как встретят её девчонки на парах? О том, что она попадает только на вторую пару, зато узнала о подоплёке стольких событий! Ну и Риан... Он сам как тайник — столько тайн прячет. И, наверное, Настя до сих пор не верит в магию... Хотя где магия — и где тот самый фатум, то бишь судьба? Почему Риан упорно верит, что судьба сама накажет его кузена и кузину? Под законом равновесия он, наверное, имеет в виду закон бумеранга?

Зашнуровывая полукеды, девушка подняла брови. А почему бы и нет? С другой стороны, он признался, что, наверное, проклял своих родных, когда горел в адском пламени. Настя вздохнула и, вновь помахав рукой своим домочадцам, побежала в свой ведьминский корпус.

Григоир вылетел — проводить её следом.

... И потому никто не видел, как зашипел испуганный Тишка, когда его тёплый и уютно большой друг вдруг начал странное преображение: шерсть мгновенно втягивалась в его удлиняющееся тело, а кожа, недавно мягкая, резко, будто в него стреляли, покрывалась мелкой чешуёй. Наконец, в гостиной, сложившийся кольцами, будто окаменел крылатый змей.

Но вскоре он обвёл кроваво-алыми глазами скудное убранство комнаты и только начал было разворачивать страшные кольца своего тела, как за стеной, на второй половине коттеджа послышался очень тихий голос Риана. Он невнятно произнёс всего несколько слов. Но звука этого голоса было достаточно, чтобы Сигдха узнал хозяина — и успокоился.

Новая трансформация тоже не заняла слишком много времени.

Через пару минут Тишка, со вздыбленной от потрясения шерстью, провожал глазами бегущего на кухню привычного глазам Сигдха, а затем из кухни раздались жёсткий треск костей и жадное чавканье: у зверя ушло слишком много сил на преображение в обе стороны. Вот и восполнял.

Тринадцатая глава

Маги-бытовики облажались!

Так возмущённо думала Настя, пока, подпрыгивая, мчалась по невысокой траве к корпусам. Подпрыгивания не помогали: вымокла по колено! Полукеды, на которые уповала как на сухую и до сих пор не надёванную обувку, издевательски похлюпывали набранной мокретью! Почему бытовики не проложили дорожку от коттеджа до более или менее цивилизованных мест, где можно пройти спокойно и не собрать всю воду с трав?!

Хорошо ещё, пока добежала до учебного корпуса, штаны почти высохли, а ещё повезло, что они тёмного цвета, так что трудно было бы разглядеть, что они до сих пор немного влажные. Единственная незадача — Настя слишком хорошо чувствовала это самое "немного влажные". Холодно!

И только на крыльце своего корпуса она вспомнила заклинание, высушивающее одежду! Чуть не рыча от собственной безмозглости, девушка, сердитая донельзя, кинулась к лестнице на второй этаж — там будет вторая пара, — сильно, вторя каждому шагу словами нужного заклинания.

Добегала к нужной аудитории совершенно сухой и обозлённой на себя до предела: она ведьма, а минимальный комфорт себе устроить не может, хотя всё в её силах!

Коридоры пустые — это она отметила ещё тогда, когда читала заклинание. Неужели опоздала и на вторую пару?! Но возле двери в нужный кабинет стояли две девочки, её однокурсницы, и о чём-то беззаботно болтали.

— Я не опоздала? — с тревогой спросила Настя.

— Нет, что ты! — удивились девочки. — Нашего преподавателя вызвали к декану, вот мы и стоим — сторожим, когда он появится.

Настя благодарно кивнула им и вбежала в аудиторию.

— Насть! — обрадовались сверху. — Мы думали — ты уж не придёшь!

Свалившись на стул, она проворчала:

— С чего вы так думали?

— Ну, мы решили, что раз ты переехала — у тебя будет индивидуальное расписание, — объяснила Ита, с любопытством поблёскивая глазами.

— Пока это расписание составят... — вздохнула девушка.

— Ну, что там у тебя? — жадно спросила Кари. — Что тебе сегодня сказали про Сигдха? Ты уже знаешь, что у тебя за силы?

— Кари! — возмущённо воззвала к гномушке Настя. — Вы вчера вечером ушли — так думаете, что я всю ночь занималась с преподами?!

— Нам тут столько всего про некромантов со старшего курса порассказали! — выдохнула Мерсайл. — Так мы про вчерашнее всё забыли и только и думаем, что там у тебя! Ты знаешь, что этот твой Риан — некромант, который поднимает страшных тварей из ада?! Представляешь — ужас какой?!

— А ему их приносят адские охотники! — для устрашения вытаращила глаза Кари.

— Кари, не смешивай! — прервала её Сайофра. — Это не адские охотники! Это охотники на адских тварей! Сначала охотники убивают этих тварей, а потом приносят к Риану, чтобы он их оживил! Вот!

Вошедший преподаватель даже возмутил подруг — гномушку уж точно.

— Мы тут тебе столько наузнавали, а он — лекцию читать! — по инерции незаконченной беседы рассердилась Кари.

— Кари, закрой рот! — зашипели на неё со всех сторон — и не только подружки.

Хорошо, что первый час — это всего лишь час. И замечательно, что есть перемена.

— Ты знаешь, что у него личный зоопарк есть?! — налетели на Настю сразу все подружки. — Ты знаешь?! Тебе пообещали туда сводить?! Настя, чего ты молчишь?!

— Так, дамы-мадамы, — жёстко сказала девушка, мельком замечая, что их с интересом слушает весь курс. — Говорю ещё раз — и во все уши! Я после вашего ухода выспалась. Утром собралась в академию. Попала под дождь. Пришлось вернуться и переодеться, после чего — пулей на учёбу. Вопрос к вам: когда я это должна была узнать?!

— Прости, Настя, — повинилась нисколько не смущённая Сайофра. — Просто сейчас всё, что с тобой происходит — настолько интересно, что мы просто забываем обо всём другом! Правда-правда! Так ведь, девочки?!

— Ага! — хором подтвердил весь курс.

А добровольные придверные сторожа бросились к своим местам с воплем:

— Препод идёт!

Когда в аудитории стало тихо, когда привычно размеренным голосом преподаватель продолжил лекцию, Настя чуть склонилась к сидящей рядом Мерсайл и спросила у неё не глядя:

— Почему все — абсолютно все! — интересуются этим?

— А ты и правда не понимаешь? — шёпотом удивилась Сайофра, сидевшая с другой стороны. — Настя, ты первая! Мы же все не просто банальные ведьмы — мы ведьмы с каким-то потенциальным даром! И у тебя он проснулся первым!

— Угу... — прошептала Ита. — Мы ж вчера от тебя вернулись и первым делом побежали на верхние этажи узнавать про этого Риана и про его фамильяра. А потом про то, какая у него специализация — у Риана, а не у фамильяра.

— Настя... — заискивающе позвала Кари. — Ты когда-нибудь пригласишь нас в тот зоопарк? Ну, когда ты там своя станешь?

— Цыц, девы! — грозно сказала Мерсайл. — Препод на наш ряд смотрит!

Продолжая писать лекцию и радуясь, что успела обрести свои сокращения для многих повторяющихся слов, Настя подумала, что не только подруги, но и весь курс довольно странно расценивает проявление её дара, о котором пока она ничего и сама-то не знает. Они тоже больше интересуются не даром, а тем, что могут узнать, благодаря ему. Впрочем... Женское любопытство неистощимо. А Настя, до сих пор сама того не предполагая, даёт возможность своим однокурсницам узнать мир с другой стороны. Так что, наверное, однажды, когда проснутся и их способности, Настя узнает о магическом мире и что-то от подруг.

А потом, когда прозвенел звонок со второй пары и преподаватель отпустил ведьм-первокурсниц, весь курс опрометью бросился к следующей аудитории. Там девочки быстро покидали свои вещи на свои места и кинулись к местам Насти с подругами.

— А Риан? Хорошенький?

Настя хотела огрызнуться, но увидела сияющие глаза своих подружек и вздохнула: когда-нибудь и они зададут этот вопрос!

И мрачно сказала:

— Страшный, как сама смерть!

— Не может быть! — не поверили ей. — Третьекурсницы сказали — симпатичненький!

— Девочки, он недавно был труп трупом, — всё так же мрачно сказала Настя, — и только недавно начал восстанавливаться. Так что выглядит — травами клянусь! — как самый настоящий труп! Точней — скелет, обтянутый кожей! Представьте себе череп, который на вас глядит жуткими глазищами, — вот вам симпатичненький Риан!

— Фу-у... Будешь откармливать?

— Но, когда придёт в себя, будете дружить?

— Ей дракон с пятого курса браслет подарил! — взволнованно выдала Кари и ойкнула, зажав себе рот ладошками.

— Кари, отравлю!.. — проворчала Настя, но гномушка вряд ли услышала её в поднявшемся девичьем гвалте.

Ну и, как водится, спасена Настя была только звонком. И то... Мерсайл глянула на неё заговорщицки и, улыбнувшись, спросила:

— Расскажешь про дракона?

— Мечтать не вредно, но!.. В обмен на ваши истории, — парировала Настя, и Сайофра захихикала.

— Ничего! — тоже хихикнула Ита. — У нас Кари есть! Всё расскажет!

Гномушка символично сплюнула в сторону, предварительно убедившись, что преподаватель в этот момент на них не смотрел.

На следующей большой перемене случилось сразу два происшествия!

Во-первых, пока переходили из кабинета в кабинет, Настя почувствовала взгляд в спину — и резко обернулась, стараясь поймать человека, который так упорно смотрел на неё. Она ждала увидеть незнакомца. Ведьмы умеют оценивать такие взгляды. Но внезапно ей почудилось, что в толпе промелькнул Риан. Она даже остановилась, чтобы полностью развернуться и пойти к нему — ведь зря он не будет смотреть на неё! Наверняка что-то случилось!.. Но потом, как ни всматривалась, никого похожего на Риана не увидела. Пожав плечами, немного встревоженная, она поспешила дальше.

Во-вторых, на этой перемене девчонки вообще "оборзели", как расценила поведение однокурсниц чуть не разъярённая Настя. Когда она достала из сумки небольшой перекус (в животе бурчало уже после первой же посещённой пары!), состоящий из термоса с кофе и пакетиком с двумя пирожками (мамин привет из дома!), к ней подскочили и возмущённо закричали:

— Тебе такое есть нельзя!!

От неожиданности она выронила пирожок — счастье, что поймала на лету!

— Почему — нельзя? — зловеще спросила она, крепко сжимая добычу.

— Тебе дракон браслет подарил — тебе толстеть нельзя!

Посопев со злости и поняв, что ведьмы искренне и всерьёз волнуются, как бы дракон-старшекурсник не разочаровался в их однокурснице, под придушенный смех своих четырёх подруг Настя мгновенно накинула на себя иллюзию жуткой толстухи, а потом с выразительной трагичностью высказала:

— Буду ходить в таком виде! Если сей дракон меня бросит, значит — чувства его фальшивы и любит он не меня, не моё сердце и не мою душу, а мою внешнюю оболочку! Нужно мне такое сокровище?

Притихшие после выданной на-гора столь глубокой философской мысли девочки разошлись по своим кабинетам.

Как порадовалась Настя, что следующие две пары — практикумы! Уж здесь-то даже подруги помалкивали поневоле, хоть и бросали на одногруппницу таинственные и даже предвкушающие взгляды. Насколько Настя поняла, придётся после всех занятий сидеть в тесном кружке и объясняться-таки насчёт дракона — злодея, считала она, потому как вон какая из-за него у девчонок буча поднялась!

Облом-с! В смысле для девчонок облом вышел!

В конце практикума по травам с отравляющими свойствами (Настя всю пару с театральной хищностью — на радость всем ведьмам! — поглядывала на виновато косившуюся на неё Кари) в дверь учебной лаборатории деликатно постучали.

Поскольку стук совпал со звонком, то куратор группы Орния, она же преподаватель-травница и спец по опасным травам, прошествовала к двери и пару минут о чём-то вполголоса говорила с кем-то неизвестным. Девочки, как могли, вытягивали головы, но разглядеть стучавшего не сумели. Орния спокойно закрыла дверь и напомнила:

— Тетради с лабораторной — сдать! Студентка Анастасия, подойти ко мне!

К столу куратора помчались такой толпой, что чуть не снесли тот самый стол. Ко всеобщему сожалению, Орния зыркнула на группу ведьминским взглядом такой силы, что народ беспрекословно вылетел за дверь. Впрочем, группа знала, что за дверью кто-то должен быть. Увы... Настя, ошалевшая от происходящего, уловила, что девочки расстроенно заговорили о том, что в коридоре никого нет, а потом дверь и вовсе закрылась, отрезав все голоса и даже постепенное затихание всех звуков в коридоре.

— Выйдем через лаборантскую, — спокойной сказала Орния. — Вижу, тебя сегодня чуть не заклевали своим любопытством. И очень рада, что ты адекватно воспринимаешь своих однокурсниц.

Настя только вздохнула. Она выждала, пока Орния соберёт сданные тетради и поведёт её в лаборантскую, доступ к которой был под строгим запретом для всех студентов. Здесь куратор оставила стопку тетрадей на столе со свечным канделябром и кивнула Насте на дверь в конце узкой комнатушки. Девушка благодарно улыбнулась и заторопилась выйти. Едва закончились занятия, она забеспокоилась, как там оставленный в коттедже Сигдха. Позавчера зверь внаглую припёрся в учебный корпус, поскольку заскучал без новой хозяйки. Как он себя сегодня чувствует?

Она открыла дверь и...

— Добрый день, студентка Анастасия, — доброжелательно сказал Диармэйд, явно терпеливо ждавший её возле этой двери, но с улицы — с небольшого участка, где девочки под руководством преподавателя культивировали лекарственные травы.

— Здрасьте, — от неожиданности промямлила Настя. Теперь она сообразила, кто был тот, стучавший. И почему Орния предложила выйти через лаборантскую. Интересно, а почему куратор не предупредила, что здесь Настю ждут?

— Мне сказали, ваши занятия закончились, — утвердительно сказал старый зоолог.

— Да, — кивнула девушка.

— Куда вы сейчас?

— Мне надо проведать Сигдха, — ответила она и тут же объяснила: — Я немного за него беспокоюсь, ведь для него этот мир совсем новый.

— Я рад, — чуть чопорно сказал старик, подхватывая её под руку и ведя вперёд, — что вы так заботитесь о звере. Честно говоря, я побаивался, что вы, студентка Анастасия, побежите сейчас в библиотеку или заниматься в читальном зале.

— На следующие три учебных дня у меня есть все конспекты и все книги, которые нам рекомендовали, — тоже церемонно, в тон ему, ответила Настя, осторожно ступая по узкой тропинке среди грядок с травой. — Поэтому меня больше тревожит Сигдха.

— Меня тоже, — внезапно сквозь зубы проговорил Диармэйд.

— Что случилось? — испугалась девушка.

— Ваш коттедж пуст, — объявил помрачневший старик.

Настя представила себе голые стены её половины коттеджа — ограбленного до последней нитки! Даже мебели не оставили!.. Мурашки по спине!

— Меня ограбили?! — ахнула она, озвучивая свои мгновенные страхи.

— Нет! Что вы, студентка Анастасия! — замахал Диармэйд руками.

Благо в этот момент он её отпустил, Настя чуть не сбежала, чтобы собственными глазами убедиться в его ответе. Но старик помешал тем, что шёл чуть впереди неё, а даже в такую тревожную минуту девушка не решилась бы обежать преподавателя, чтобы мчаться дальше прямо по ухоженным грядкам с травами.

— У нас есть ваше разрешение на посещение вашего коттеджа, — напомнил старик, сам стараясь идти быстрей. — Пока вас не было, мы решили осмотреть Сигдха. И выяснили, что в доме нет ни Сигдха, ни вашего кота, ни вашего фамильяра. Если учесть, что фамильяры не допускаются на занятия своих хозяев, то, согласитесь, последнее выглядит весьма странно!

"Ничего странного, если фамильяр с недавнего времени вообразил себя, с моей лёгкой руки, разведчиком-ниндзя!" — попыталась успокоиться Настя, а в мыслях билось одно: а если Сигдха вернул себе тот образ, в котором просуществовал фамильяром Риана, и сожрал кота и ворона?! Дома мясо-то есть, но ведь адскому созданию наверняка нужна живая кровь!! Ужас!

— А по магическим следам?.. — не договаривая от волнения, спросила она, поспевая за стариком, который шагал крупно и размашисто.

— Вокруг коттеджа нет следов вообще, — отрезал Диармэйд, который понял её с полуслова. — Мы вызвали Риана, чтобы тот оценил ситуацию и попробовал найти следы своего фамильяра. Но юноша сказал, что следов нет — даже тех, которые должны были остаться после вечернего и утреннего выгула ваших животных.

— Из-за дождя? — растерянно предположила Настя.

— Дождь этот ещё... — проворчал старик, поворачивая на северную сторону кампуса — к коттеджу. — По всем меркам — колдовской или магический, но настолько опытных рук мастера, что найти автора не удалось.

— То есть дождь был не настоящий? — ахнула она.

— Конечно, нет!

Потом старик что-то бормотал себе под нос, явно не нуждаясь в собеседнике, так что Настя, предоставленная себе, глубоко задумалась о том, что ждёт её в коттедже. Нет, у старика Диармэйда она не осмелилась спрашивать, в каком состоянии находится её половина коттеджа, поскольку уже поняла, что такой человек похож на тех, кого её отец называл фанатиками своего дела.

Ух ты! Кажется, внезапный, никем не запланированный ливень заставил магов-бытовиков подсуетиться! Нет, газонная трава, конечно, уже высохла за день, но как приятно было идти по небольшим плиткам, аккуратно уложенным в дорожку, ровную и даже ограниченную низким бордюром!

Чему первому удивилась Настя, так это закрытой двери её половины коттеджа. Она как-то после сообщения Диармэйда ожидала, что дверь будет распахнута настежь, свидетельствуя о бегстве её подопечных. Или об обыске.

Но рядом с той же дверью стояли, наверное ожидая их, несколько человек. По высокому росту и болезненной худобе Риана среди них нетрудно было угадать.

Поскольку до ожидающих надо было сделать ещё несколько десятков шагов, девушка задумалась: стоит ли спрашивать Риана о том, был ли он в коридоре ведьминского учебного корпуса, а если был, то зачем приходил и почему не дождался, пока она подойдёт. Промелькнуло предположение, что он как раз приходил из-за пропавших зверей, но... Настя хмыкнула и решила помалкивать, пока не узнает обо всём досконально. Хотя где-то глубоко внутри внезапно засела заноза, что Риан приходил в ведьминский корпус из-за зверья. А не из-за неё.

"Ты чего? — поразилась себе Настя. — Крыша поехала? Ладно, был бы красавчиком, как тот дракон — как его, Аодхан! Но ведь Риан... Неужели тебе хочется, чтобы Риан... заинтересовался тобой? Глупости думаем, студентка Анастасия!"

Трое ожидающих буквально одновременно раздались в стороны перед хозяйкой половины коттеджа. Они словно без слов предлагали ей собственными глазами убедиться в том, что зверья и ворона и в самом деле в доме нет. Настя мимоходом скользнула взглядом по Риану, но тот ничего не сказал. А Диармэйд замер на месте, будто не решаясь переступать порог дома.

— Мы подождём вас здесь, студентка Анастасия.

— Хорошо, — с некоторым недоумением ответила она, тут же с внутренней досадой размышляя о том, что её личное жилище, кажется, становится тем же компонентом исследований здешних магов, так что определение "личный" для её половины коттеджа теперь лишнее.

Дверь закрывать не стала. Предупреждённая заранее, прислушалась к тишине в доме. Сбросила кеды у порога и быстро прошла в спальню, не видную от входной двери, благодаря тому самому высоченному и широченному шкафу.

Здесь, осмотревшись и отметив здорово примятую постель на кровати (Сигдха явно недавно валялся здесь!), вполголоса позвала:

— Григоир...

Та же тишина в ответ. Скосившись на дверь и убедившись, что её и в самом деле не видно, она приподняла руку и перебрала цепочки. Ага, вот такой рисунок должен быть, чтобы Григоир откликнулся на зов ведьмы к своему фамильяру. Кулон плотной связи очутился в её руке. Она крепко сжала его, разогревая. Теперь кулон мог "добраться и достучаться" до фамильяра, при условии, что тот жив.

Закрыла глаза, вызвала образ фамильяра перед внутренним взором. Секунды темноты, в течение которых Настя тщательно гнала от себя страх, что Григоир не откликнется. Но вот тьма перед глазами смутно начала светлеть. В центре светлого, пока ещё туманного пятна появилось пятнышко тёмное. Оно постепенно обретало отчётливые границы, пока не превратилось в знакомую фигурку птицы. Настя, напряжённо затаив дыхание, сосредоточилась на том, чтобы фигурка не пропадала, а начала вырисовываться в деталях. Вскоре она убедилась: ворон сидит на какой-то ветке и, заинтересованно склонившись, что-то разглядывает внизу. Где это он сидит? И что видит там, внизу?

"Григоир..."

Ворон так шарахнулся от неожиданности, что чуть не свалился с ветки. Суетливо захлопав крыльями, он еле удержался на месте.

"Настя? Что случилось? Почему ты снова не на занятиях?"

Настя мгновенно рассвирепела.

"Занятия закончились! Все пять пар! Это ты где шляешься до сих пор?!"

" Что?! — изумился Григоир, снова всплёскивая крыльями. — Хочешь сказать — уже вечер?! Не может быть!"

"Где бы ты ни был — возвращайся немедленно!" — внутренне рявкнула Настя.

"Ох-ох-ох! — заволновался ворон. — Быстро добраться до коттеджа мы всё равно не сумеем! Тебе придётся нас немножечко, самую капельку подождать!"

"Нас?! Мы?! Где вы сейчас?!"

"Настенька, миленькая... — льстиво залебезил Григоир, и девушка похолодела от недобрых предчувствий: это где же они находятся, если своевольный ворон говорит таким тоном?! — Я пока не могу сказать, где мы гуляем, но обещаю, что мы скоро будем дома — живые и невредимые!"

Пока он говорил, Настя видела его глазами ветви дерева. Но, возможно, чисто машинально после слов "живые и невредимые" ворон снова взглянул вниз. Связь секунду спустя прервалась. А перед глазами девушки всё ещё стояли громадные решётчатые сооружения — в светлом, раннем солнечном закате в них пряталась плотная тьма...

Кулон вернулся на место, в связку артефактов, крепившихся на запястье.

Настя задумчиво посмотрела на них. Григоир никогда не врал, когда дело касалось простых вещей. Если он обещал, что они скоро вернутся, значит — так и будет. Примерно она уже представляла, куда сбежало зверьё — во главе с Сигдха. В последнем, что во главе этого побега был зверь Риана, она ничуть не сомневалась. Но подтвердить догадку решила. Для начала она быстро переобулась в сандалии — кеды, несмотря на высушивающее заклинание, всё ещё казались сыроватыми. Затем оставила учебную сумку с тетрадями и учебниками на столе. Со вздохом сожаления посмотрела в сторону кухни и мысленно рыкнула на нежданных-негаданных гостей, которые терпеливо ожидали её появления за входной дверью. Могли бы и догадаться, что ей хочется поесть после учебного дня! Беспокоятся только о своих делах! Эх...

Она вышла к ним и сразу сказала, завидев нетерпение на лицах:

— Мой фамильяр сказал, что они скоро вернутся.

— Откуда?! — чуть не закричал Диармэйд.

— Ну, насколько я поняла, — принялась выкладывать свои мысли девушка, — для нынешнего Сигдха сегодняшний мир, в который он попал, является абсолютно непонятным. Вот он и пошёл бродить, гулять там, где ему это доступно. А Григоир взялся их караулить, чтобы быть в курсе, где они, и не дать им потеряться.

— Они?! — прорвало старика. — О ком вы говорите — они?!

— Ну, там ещё мой кот Тишка бегает, — спокойно сказала Настя, пряча небольшую обиду, что он только и думает, что о своём несравненном Сигдха. — Вы не забыли, что у меня трое подопечных?

— И ваш кот тоже пошёл с Сигдха?! — поразился Диармэйд.

— А что такого? — пожала плечами она. — Они сдружились в первую же ночь, когда бегали за охоту за мышами.

— За мышами... — вполголоса повторил старик, качая головой и отходя от коттеджа. — Боги стихийные... Они вместе бегали за мышами!

Остальные двое мужчин немедленно последовали за ним.

Риан остался, глядя им вслед.

— Фанатики, — обыденно сказал он. — Пока я был в отрубе, а потом лежал без сил, они быстро узнали, что произошло, вызвав у меня сон памяти. А потом оставили. Даже не спросили, хочу ли я, чтобы мне помогли. Одна из причин, почему я долго валялся, не желая возвращаться к жизни. Всем было наплевать. Кроме друзей.

Настя сумрачно посмотрела на него.

— А ты? Тебе понравилось — лежать и плакаться на то, что произошло? Почему обязательно понадобилось что-то необычное, чтобы ты воскрес к жизни? Почему ты так долго... упивался своими... муками?

— Не разозлишь, — ответил Риан, хотя в его голосе и послышались довольно прохладные интонации.

— И не собиралась. Мне просто интересно, сколько бы ты пролежал, если бы твои друзья о тебе не позаботились?

— Тебя это злит? Раньше ты жалела меня.

— Ты выглядел сильным, когда сказал, что тебе не нужна моя помощь, мои силы. Но сколько ты потерял времени даром!

— Даром ничто не проходит, — уже угрюмо ответил он. — Я получил урок. И не только из собственной близкой смерти. Но и из моего лежания. Я увидел в лицо настоящего Ломана. Ведь я думал — он будет благодарен мне за то, что свои драгоценные бумаги на наследство они всё-таки получили. Ценой моей потенциальной смерти. А ему было наплевать настолько, что он нашёл повод довести меня, обвинив в нарушении закона о передаче силы. Такие уроки... нужны.

— Что это такое — громадные клетки с тьмой внутри?

От неожиданного вопроса Риан дёрнулся. И мгновенно повернулся к Насте.

— Почему ты об этом спрашиваешь?

— Мои звери под приглядом фамильяра гуляют там.

— Это мой... зоопарк! — Риан побледнел так, что новая, пока ещё плохая кожа на лице стала ещё более страшной на вид: пятна напоминали язвы. Он дёрнулся снова: — Они ещё там? Надо пойти и... — Он сглотнул и снова взглянул на Настю.

— Они возвращаются, — уже с сочувствием ответила девушка. — Они не знали, что прошло столько времени. Григоир проследит, чтобы они дошли сюда, не потерявшись.

— Мне придётся... — Он выговорил слово и задохнулся. — Да, мне придётся всё-таки заняться Сигдха — даже в таком, его нынешнем воплощении. Если он вспомнил дорогу к зоопарку, откуда я его взял фамильяром.

Он не ушёл, как ожидала Настя, на свою половину коттеджа. Риан стоял рядом и с беспокойством всматривался вдаль, и девушка вдруг подумала: Сигдха обрадуется! Обрадуется, что встречает его и кота Тишку не только новая хозяйка, но и старый хозяин. А если Риан решился-таки общаться со своим бывшим фамильяром, то... Настя невольно улыбнулась. Кажется, Сигдха будет счастлив!

Четырнадцатая глава

А потом голод заставил Настю додуматься до простейшей мысли. Всё-таки пять пар пролетело. И пусть первую она прогуляла, насладившись чаепитием от простуды, но ведь другие-то часы прошли весьма деловито и без паузы для обеда (два пирожка на перемене не в счёт!)...

— Как далеко находится твой зоопарк? — спросила она Риана, дотронувшись до его локтя, чтобы обратить на себя внимание.

— Не совсем понимаю твой вопрос.

— Ну хорошо. Давай по-другому. Как долго они будут возвращаться?

Риан нахмурился, и его взгляд стал сосредоточенным. Высчитывал время пути?

— Минут двадцать у них наверняка уйдёт на дорогу. Если не больше.

— Замечательно. Есть хочешь?

— Что?

— С тех пор как мы с тобой утром пили кофе и чай, прошло много времени, — терпеливо напомнила девушка. — Не знаю, как ты, но мне хочется есть. Зайдёшь со мной в коттедж — подкрепиться? Или будешь ждать ужина здесь?

Кажется, Риан был здорово озадачен её вопросами. И, кажется, мыслями он всё-таки был там, в своём адском зоопарке, потому что, покрутив головой, глядя то на границу их временных владений, то на девушку, он высказался так:

— Поужинай без меня. Я подожду их здесь.

Настя посмотрела на него, но ничего не сказала. Но, уходя в коттедж, подумала: "Тощий, а не знает, хочет ли есть. Любопытно, он всегда такой... как эти взрослые преподаватели-маги — ну, фанатик своего дела?" Десяти минут хватило, чтобы быстро сделать бутерброды, а потом разлить по чашкам вскипевшую за это время воду. Между делом наполнила миски своего личного зоопарка кормом. Если они прилетят-прибегут, наверняка будут голодными. Так что лучше подготовиться сейчас, чем накладывать корм впопыхах, когда у тебя путаются под ногами от нетерпения.

Поставив небольшой поднос с чайными чашками и тарелкой с бутербродами на кухонную табуретку, Настя вышла из коттеджа и объявила:

— Сейчас принесу второй табурет и будем пить чай на воздухе.

Как ни странно, но против чая на свежем воздухе Риан не возражал. Он даже, немного поколебавшись, забежал в её половину коттеджа и сам вынес ещё два табурета, один из которых оставили под импровизированный столик. Настя осмотрелась: закатное солнце едва касалось чёрных верхушек дальних деревьев, и пока по земле не бежала вкрадчивая прохлада — в общем, вокруг царила благость и уют. И она, улыбаясь, представила, что сидит за садовым столом и дует чаи в компании с соседом по даче. Дачи-то у родителей нет, но мечтать опять-таки не вредно, так? Настя счастливо вздохнула: может, попросить бытовиков, чтобы поставили сбоку от двери в её половину стол? А уж она сама создаст клумбы и посадит парочку самых бегучих розовых кустиков, чтобы сформировать потом из них беседку!

И засмеялась.

Риан, не решавшийся взять бутерброды, а только попивавший горячий чай, обернулся к ней и спросил:

— Почему ты смеёшься?

Девушка щедро обвела рукой местность впереди.

— Хочу, чтобы здесь был сад с плодовыми деревьями, кустарниками и ягодными грядками. Ещё хочу беседку, а не просто так сидеть возле двери. Хочу, чтобы в беседке был круглый стол, а вокруг него красивые стулья. Риан, я мещанка?

Он серьёзно подумал над её словами, одновременно, нахмурившись — осматривая пустошь перед коттеджем, а потом так же серьёзно сказал:

— Нет, не мещанка. Тебе просто нравится, чтобы было... красиво.

— Тогда ешь бутерброды, — скомандовала Настя, кивая на тарелку. — А то я наделала их слишком много — потом девать некуда. Завтра уже невкусными будут.

Он несколько секунд смотрел на неё, явно пытаясь сообразить, какая связь между мещанкой и необходимостью съесть все бутерброды, но подчинился. Брал он бутерброды как-то неловко, мгновенно этой неловкостью напомнив, что отказался от печенья ещё утром. И у неё вырвалось чуть ли не по-хозяйски:

— Тебе надо больше есть, чтобы вернуться в форму.

После паузы, в которой Риан с недоумением смотрел на неё, он всё же ответил:

— Мне нужен мой Сигдха, чтобы вернуться в форму.

— Но есть-то тоже надо, — настаивала Настя. — И почему ты решил, что только Сигдха здесь может помочь? Или ты говоришь о чём-то некромантическом, о чём мне пока неизвестно?

— Ну да, — медленно сказал он. — Я привык взаимодействовать с двумя противоречивыми силами — с живой и с силой мёртвых. В последнем мне и помогал Сигдха... — Он снова помолчал, а потом взглянул на Настю и уже не с недоумением, а с заметным замешательством сказал: — Я слишком много... говорю с тобой.

— А со своими друзьями ты как разговариваешь? Только по делу? — по инерции спросила Настя, тут же подумав: "Мне обидеться на его "слишком много" или не стоит?"

Как ни странно, её вопрос заставил Риана задуматься. Не дождавшись от него ответа, девушка решительно сказала:

— Возможно, ты видишь во мне друга. Мы ведь пару раз попали с тобой в общие ситуации. Друг дружку немножко узнали. И у нас есть общие темы. Поэтому ты со мной и говоришь... слишком много.

И тут же на Настю, пока она подглядывала, как он жадно, но аккуратно ест, снизошло озарение: "Он же сам сказал, что в семье дяди его не любили! Только дядя занимался им, да и то — потому что считал его своим преемником... Вырос чужим. Замкнутым. Общения было мало. Наверное, он любит болтать с друзьями. И не умеет — быть открытым с другими. Может, поэтому он стесняется меня?.. — И насмешливо подивилась: — У-у... Какая я умная, оказывается! Может, мне в психологи податься?"

Потом вздохнула и добавила:

— Риан, ты не бойся, я навязывать тебе дружбу и уж тем более общение не буду. Просто знай: у нас есть общее дело — придётся общаться.

— Это — другое, — сумрачно сказал он.

И тогда Настя рассердилась:

— Ты как будто боишься, что я тебя съем!

Изумлённо обернувшись к ней, парень похлопал глазами и вдруг рассмеялся. После чего, успокоившись, кивнул:

— Да, у нас общее дело. Надо подружиться.

Теперь озадачилась Настя: "Странно он всё-таки разговаривает. Почему так? Он косноязычный, что ли? Или вообще на всякие темы вне учёбы или работы говорить не умеет? Или... Или, несмотря на внешность с той картинки, он по жизни мямля? Но с кузеном-то своим он тогда вон как разговаривал!.. — Она пораздумывала ещё немного и пришла к странному выводу: — Надо бы точно узнать, была ли у него девушка. Судя по тому, что он постоянно в той богатой комнате был один, девушки не было. А до случая с Сигдха? Вдруг он с девушкой своей поссорился до приезда Клодаг? И теперь вообще боится дружить с ними?"

А потом вспомнила прошедший учебный день и закусила губу, нерешительно глядя на парня: спрашивать или нет, был ли он сегодня в ведьминской корпусе? Видела ли она его в коридоре — или ей только показалось?

— Бегут...

Чем-то встревоженный Риан прошептал это и, быстро встав из-за "стола", обошёл его, пристально вглядываясь вдаль.

Настя тоже поднялась с табурета. Вечерние сумерки уже плыли по земле, сгущаясь тёмными тенями, но очертания предметов всё ещё были отчётливо видны.

И чем больше она вглядывалась в стремительное движение нескольких издалека пока ещё маленьких, но уже увеличивающихся, приближаясь к ним, фигур, тем больше приходила в недоумение, которое затем разрешилось... Ой...

Григоир азартно махал крыльями, словно стараясь перегнать Сигдха, который, будто разыгравшийся тигр, скакал к коттеджу безумно громадными прыжками. Зверь даже хвост вздёрнул, как игривая огромная кошка, хоть на вид и не был таким гибким из-за своей чуть сутулой спины.

Первая мысль: "А где же Тишка?!"

Внезапно Риан схватил её за руку:

— Как?! Как они прошли защиту коттеджа?!

Несмотря на то что парень всё ещё выглядел измученным от голода, хватка его оказалась такой, что Настя охнула от боли. Только Риан её короткого оханья не услышал, во все глаза следя за зверино-птичьей компанией.

Потом до неё тоже дошло. Она-то заклинание выхода за защиту наизусть учила-учила, а эти — взяли и сбежали?! Как они это сделали?! Небось, Сигдха что-то сделал!!

Она тихонько подёргала рукой, и Риан то ли заметил, что он очень уж сильно вцепился в её руку, то ли понял, что ей неудобно, но пальцы свои чуть расслабил. Причём явно не собирался отпускать её руку. И Настя с недоумением подумала, что он, кажется, держит её за руку, чтобы она не испугалась.... Если что...

Отвлёкшись от Риана, она снова взглянула на мощно приближающихся к коттеджу беглецов и решила считать, что с котом ничего особенного не произошло. Ну, если фамильяр на пару со зверем несутся в дружественном соревновании. Может, они оставили Тишку где-то брести следом, потому что он, болезный и недавно побитый вампиршей, так стремительно бегать и летать, естественно, не будет?.. Потом ненароком вспомнила о первоначальной неприязни ворона к коту и снова испугалась: а если они его сожрали и теперь, довольные, мчатся домой?

— Что у него в зубах? — медленно спросил Риан.

После этого вопроса Настя не просто похолодела от понимания, что Тишки ей больше не видать. Неужели Григоир настолько безжалостен?! Он же знал, что кот Насте нравится! Бессовестный фамильяр-убийца!..

И тут девушка увидела то, что заметил парень.

Сигдха аккуратно держал в зубах слегка скрючившегося кота! За шкирку! Как мама-кошка тащит котёнка!.. Несмотря на скорость и гигантские прыжки, двигался-то зверь весьма плавно — кажется, именно из-за живой поноски!

— Ах ты ж мой миленький! — вырвалось у Насти.

Риан (мельком отметила) быстро глянул на неё и тут же снова уставился на возвращающихся домой беглецов.

А потом они оба затаили дыхание: птица и зверь приближались к защите!

Что сейчас будет? Неужели они сумеют эту защиту преодолеть? Но как?

Совершенно неожиданно для обоих Григоир резко чуть ли не упал на спину Сигдха и приник к ней, распластав крылья по зверю, как всадник-жокей на последних этапах дерби припадает к холке лошади, когда до финиша остаётся совсем чуть-чуть!

Неизвестно, как там реагировал Риан, но Настя забыла дышать, когда увидела: Сигдха взвился над защитой (а это пять метров в высоту, как помнила Настя!) и буквально перелетел невидимую преграду.

Обалдевшая от сумасшедшего прыжка зверя, девушка всё же расслышала, как рядом стоящий Риан от внезапного и прекрасного зрелища (зверь взлетает в воздух!) втянул воздух сквозь зубы.

Ближе к людям Сигдха замедлил свой плывущий бег. А Григоир, снявшись с его спины и продолжая лететь по инерции быстро, обогнал его. Добравшись до Насти, ворон с размаху уселся на её плечо, нечаянно ударив краем крыла по её уху. А потом развернулся и уселся так, открыв клюв, чтобы продышаться, и растопырив крылья — наверное, охлаждаясь после бешеного полёта. Пока зверь, замедлив шаг, подходил к обоим, ворон уже уяснил ситуацию: хозяйка ждёт их вместе с соседом по коттеджу. А потому Григоир, отдышавшись, ссутулился, как всегда делал, чтобы его не замечали, — в надежде добыть какую-нибудь интересную информацию.

Тем временем зверь добежал до двери в коттедж. И, как и ожидала Настя, сделал небольшую, но заметную дугу, чтобы приблизиться именно к девушке. Встав перед Настей, он опустил на траву Тишку. Кот, слегка обалдевший от скоростного переезда, покачался, стоя на лапах, а потом свалился, напрочь отказываясь двигаться. Глаза бессмысленные — видимо, от бешеного перемещения, а шерсть на холке смятая и слегка блестит от звериной слюны... Не успела девушка и слова сказать, как Сигдха, покосившись на молчаливого бывшего хозяина, снова взял зубищами кота за шкирку и проскользнул в дом, благо входная дверь открыта.

Григоир покрутил головой — сначала в сторону входной двери, в сторону хозяйки — и не выдержал — влетел в дом. В отличие от новых подопечных Насти, фамильяр знал, что тарелки на кухне уже полны корма.

Будто забыв о том, что держит Настю за руку, Риан быстро и большими шагами пошёл от коттеджа, чуть ли не таща девушку за собой.

— Мы куда? — удивилась девушка.

— К защите, — как будто это подразумевалось с самого начала, ответил он. — Ты теперь работаешь со мной, а значит, в таких делах тоже должна принимать участие.

"Я фигею, господа! — суматошно подумала Настя. — Он вообще нормально говорить умеет? "Должна принимать участие"! Будто спортивный комментатор!" И не удержалась и исключительно из вредности спросила:

— Риан, а каким ты спортом занимаешься?

— Гонками на адских тварях.

Ошарашенная, девушка закрыла рот, решив в следующий раз хорошенько подумать, прежде чем задавать вопросы этому психованному некроманту. Он ответил с такой убеждённостью, что она поверила ему. Поначалу. Но, когда они остановились, Настя про себя решила, что надо бы точно вызнать, не врёт ли он ей. Ишь... На адских тварях! Может, он таким образом перед ней выпендрёж-шоу устраивает?.. Новый поворот мысли заставил поразиться: а зачем он это делает, если это так? Он же видит в ней всего лишь... ну, предположим, коллегу!

— Вот! — торжествующе сказал Риан — и показал рукой на верхнюю границу защиты, над которой прыгнул Сигдха и вцепившийся в него Григоир. — Он увидел брешь в защите! Фу... А я боялся...

— Чего ты боялся? — немедленно спросила Настя, которая не поверила ему: ну не выглядел Риан испуганным!

Парень, не отпуская её руки, повернулся и уже потихоньку-полегоньку пошёл к коттеджу. Кажется, он решил использовать эти минуты неспешной ходьбы для введения Насти в курс дела. Иначе как объяснить его первые же слова:

— Сигдха в данный момент — это зверь пограничного состояния. Он сейчас — тот первый зверь-авалонец, которого затем убили тёмные маги, чтобы связать его с преисподней. И он бывший Сигдха, воскрешённый мной. Промежуточное состояние — адский зверь, которого затем убили. — Он даже не смотрел на девушку, пока объяснял. И, судя по всему, размышлял на ходу. — Что именно ты сделала, чтобы ты подняла его из тех хлопьев пепла, которые я рассыпал перед окном, пока не знает ни один из преподов. Но я начинаю подозревать, что изменения с Сигдха не закончились. И этот прыжок через защиту — тому доказательство. На такую высоту зверь такого вида просто не может прыгать. Но эту же высоту спокойно преодолеет мой Сигдха — крылатый змей. Настя, а что ты делала, когда выходила из окна моей кухни?

— Ничего, — с недоумением ответила Настя. — Я в первый раз прошла газон и сразу подошла к липе, которая там растёт. Правда, пару шагов сделала по траве перед тем, попросила травы о помощи. Мне было немного плохо, — объяснила она, напоминая, что отдала ему силы. — И хотелось набрать немного сил от дерева.

— А во второй раз?

— Всё то же самое, — хмурясь, вспоминала Настя. — А вот в третий... — Она замолкла, вспоминая. Третий раз отличался от первых двух. Но чем?

— Что было в третий раз? — нетерпеливо спросил Риан, остановившись сам и вынудив остановиться девушку прямо перед входом в её половину коттеджа.

Левой, свободной рукой она машинально провела по волосам. Нащупала маленькие артефакты, вплетённые в пряди и неуверенно сказала:

— Может, я не права. Но в третий раз я пришла к тебе с личными артефактами, дающими силу. То есть я не хотела чувствовать себя слабой после посещения...

— Ты шла по земле с пеплом Сигдха, вооружённая артефактами личной силы, — тихо сказал Риан, глядя на звёздное небо. — Причём прошла трижды. Но в третий раз... артефакты. Ты... воскрешающая суть?

— Это чё такое? — ошеломлённая, спросила она.

— По сгоревшим остаткам от зверя ты воскресила его первоначальный вид, его первоначальную сущность, — медленно, словно сам себе не веря, высказался Риан и замолчал, будто вслушиваясь в собственные слова.

— Это так плохо? — не выдержала девушка его молчания.

— Нет. Теперь я, кажется, смогу смириться с его нынешним видом, зная, что именно произошло. Зайдём к тебе.

"Ничего себе заявочки! — возмутилась она, вынужденно спеша следом за ним. — Интересно, когда он догадается отпустить мою руку! Я же не собираюсь сбегать от него в собственной комнате!" Поэтому из вредности спросила:

— А зачем в мою комнату?

— Теперь я знаю, с какого магического витка вокруг Сигдха надо начинать смотреть его преображение.

— А если твои догадки так и останутся догадками?

— Будем искать следы другого воздействия. Надо же с чего-то начинать!

"Нет, ты точно фанатик! — мысленно от растерянности ругалась Настя. — Ты же и раньше знал, что Сигдха — твой фамильяр, только в иной форме! Что же изменилось сейчас? Или ты принимаешь его только потому, что понял, каким образом появилась его новая форма? — И тут же с тревогой подумала: — А если ты вернёшь Сигдха форму крылатого змея, адского зверя? Как тогда быть мне? Что-то мне не хочется, чтобы Сигдха стал прежним! — И поразилась: — Вот это я бессовестная! Это же его зверь! Почему же мне хочется, чтобы Сигдха...остался со мной?!"

Ворон и зверьё отужинали и теперь приводили себя в порядок перед камином. То ли здесь после вчерашних посиделок оставалась уютная для них атмосфера, то ли что ещё, но Сигдха валялся перед холодным камином, лениво вылизывая себя. Тишка, привалившись к его боку, мелко лупил себя лапой по подбородку, вычёсываясь. А Григоир, наевшийся, а оттого довольный, инспектировал крыло, вытянув его и клювом время от времени что-то выдёргивая из перьев.

При виде вошедшей хозяйки он немедленно перелетел с пола на каминные украшения и приготовился внимательно слушать.

Настя чувствовала сильное раздражение. Неизвестно, как долго собирался проводить время с Сигдха Риан, но она чувствовала себя страшно усталой, с трудом подавляла зевки. Едва вошла, Риан отпустил её ладонь. Так что она закрыла за собой дверь, мельком увидев потемневшее небо и совершенно чёрные по-ночному деревья.

Про витки, о которых говорил Риан, она знала. То есть имела первоначальное понимание. Любая магия вокруг магических существ имеет свой рисунок. Любое вмешательство в этот рисунок оставляет свои следы. Риан хочет проанализировать личное пространство Сигдха, чтобы узнать, что именно произошло и почему. И считает, что распутать смешавшиеся витки рисунка поможет знание, кто такая Настя, точней — каков её дар.

Он постоял немного возле двери, наблюдая за компанией, расположившейся у камина. Первым замер Сигдха, хоть и лежал спиной к входу. Уловил взгляд? Или почувствовал бывшего хозяина?.. Честно говоря, Настя побаивалась, что зверь не позволит Риану даже подойти. Сбежит. Вон, какого кругаля дал Сигда, когда вернулся из "самоволки", лишь бы только не подходить к парню.

Но головы к парню Сигдха не повернул, хотя по впечатлениям, затаился — в ожидании, что будет. Тишка пока не понял, что происходит. Просто поднял голову на Риана и наблюдал за ним.

Риан ещё немного поколебался (это Настя увидела отчётливо), а потом медленно зашагал к камину. Пока он шёл, Сигдха перевернулся на другой бок и таким образом получил возможность следить за приближающимся некромантом. Кот, кажется, понял, что в этой ситуации он третий лишний, и ушёл в спальню хозяйки.

В двух шагах от зверя Риан, не оборачиваясь, бросил:

— Я немного посижу с ним.

В душе Настя возмущённо развела руками, но ответила так же коротко:

— Сиди. — "Чего уж", — прибавила она расстроенно про себя.

Риан обогнул Сигдха и присел перед ним сначала на корточки, а затем на колени. Насколько могла видеть Настя, сидели они друг перед другом в полуметре.

Именно это "насколько могла видеть" и напомнило девушке, что неплохо бы в коттедже появиться освещению. Некроманту-то оно, может, и не нужно, но Настя чувствовала себя не совсем комфортно в сгущающемся мраке. Так что она решительно и даже торопливо приказала свечам зажечься. И только потом спохватилась: а если Риану освещение не нужно? Она даже застыла на месте, ожидая его недовольства. Промолчал. А потом она, подключив магический взгляд, не самый глубокий, поскольку первокурсница, заметила, что некромант и зверь смотрят в упор друг на друга. И не только визуально, а подключив тот же магический взгляд. И, насколько могла судить первокурсница, этот взгляд был гораздо более сложный, чем у неё: она сумела лишь заметить, что перекрещивающиеся взгляды обладали многими "нитями", в переплетениях которых ей пока, увы, не разобраться в одиночку.

Отвлёк её от отчаянной попытки хоть что-то понять негромкий и даже деликатный стук в дверь.

Григоир встрепенулся и быстренько вылетел в прикрытое занавесками окно. Вернувшись, чуть не шёпотом доложил:

— Там этот — Диармэйд с сопровождающими. Пустишь?

Настя кивнула ему: "Дальше я сама!" и поспешила к двери. Открыв, она, не дожидаясь вопросов со стороны магов, вполголоса выпалила:

— Риан наводит связь с Сигдха!

— Студентка Анастасия, не могли бы вы выйти?

Фамильяр немедленно уселся на её плечо, делая вид, что он всего лишь часть её одежды. Настя оглянулась на словно окаменевших Сигдха и Риана и переступила порог коттеджа. Трое преподавателей внимательно выслушали её отчёт о том, что происходило в их отсутствие. Девушка ужасно боялась, что они всё-таки потребуют впустить их в коттедж, чтобы самим удостовериться в рассказанном. Но Диармэйд кивнул и сказал:

— Не будем мешать поискам Риана. Надеюсь, обо всём он предоставит отчёт завтра. И ещё. Завтра вы посетите зоопарк с адскими тварями, студентка Анастасия. Надеюсь, это посещение будет весьма интересным и плодотворным. До свидания, студентка Анастасия.

И все трое преподавателей скрылись во тьме. Так быстро и почти бесшумно, что Настя поёжилась от жути. Потом вспомнила о словах старого мага про адский зоопарк и поёжилась ещё сильней, отчётливо чувствуя мурашки на коже.

— Мы там были, — задумчиво сказал Григоир. — Как ты думаешь, нам разрешат посетить зоопарк ещё раз, но уже легально и с тобой?

— Хочешь сказать — тебе там понравилось?

На удивление сил уже не хватало. Ворон хмыкнул:

— Экскурсия была поучительной. Но ты это поймёшь, когда своими глазами увидишь всех содержащихся там животных.

Оставив его реплику без ответа, Настя вошла в коттедж. Постояла немного перед сидящим на коленях Рианом и лежащим Сигдха. Шёпотом спросила фамильяра, заставив его голову чуть прислониться к своему уху:

— Ты понимаешь, что происходит?

— Вмешиваться нельзя, — просипел Григоир. — Они оба ушли слишком далеко в личном пространстве. Если вмешаешься, может произойти всё, что угодно, причём это "всё, что угодно" будет из разряда негативного.

— Поняла, — прошептала Настя и ушла в спальню.

Здесь она посидела за учебным столом, раскрыв учебники с тетрадями и с тоской думая о том, что, не будь этого психа Риана, она жила бы в своей общежитской комнате, а в этот час позднего вечера находилась бы уже в постели и дрыхла изо всех сил. А теперь... Она встала и, мрачно насупившись, подошла к шкафу, где, как она помнила, ей оставили запасное постельное бельё и подушку с одеялом. Внимательно осмотрев содержимое шкафа на пару с котом и вороном и осторожно взяв необходимое, она отнесла его в гостиную. Тая дыхание, она положила подушку и одеяло рядом с Рианом и тут же отошла.

Да, если что, парень сможет и выспаться.

Она осмотрела гостиную: свечи горели ровно. Стоит ли их тушить? Или оставить горящими на всякий случай? Оставила и вернулась в спальню.

... Среди ночи она вставала пару раз и выходила посмотреть, что там с некромантом и зверем. Когда вышла в последний раз, перед рассветом, обнаружила: Риан уже не сидел перед Сигдха на коленях. Он почти лежал на нём, обнимая за толстую шею, и зверь явно не возражал против такого панибратства. Подушка была на месте. А одеяло укрывало некроманта по пояс. Настя, сонно покачиваясь, оценила ситуацию и ушла досыпать, очень надеясь, что завтра всё будет гораздо понятней и предсказуемей.

Пятнадцатая глава

Кто-то хрипло откашлялся над ухом, а потом просипел:

— Насть, вставай. Сейчас твой будильник зазвенит.

Девушка с трудом разлепила ресницы и не сразу сфокусировалась на птичьей голове с вылупленными на неё глазищами и невероятно огромным клювом. Понадобились секунды, чтобы понять: Григоир стоял на одеяле слишком близко к лицу. Впрочем, стоял он недолго. Взмахнув крыльями и опахнув прохладным с утра воздухом, он слетел с кровати и пропал где-то за занавеской, отделяющей спальню от гостиной. Настя, вспомнив вечернее приключение (а как его ещё назовёшь?), быстро выскочила из-под одеяла, вызвав резким движением недовольное "мя-я!". Оказалось, Тишка привычно дрых в ногах, так что заторопившаяся встать хозяйка мало того, что, кажется, пнула его, так ещё и чуть не свалила его на пол.

Быстро погладив обалдевшего от жёсткого подъёма кота по взъерошенной башке и положив его на край кровати, Настя отключила звонок будильника. У зеркала быстро причесалась, собрав волосы в косу, и поморщилась: умыться можно только на кухне! Но идти-то к кухне надо через всю гостиную! И что она не сообразила с вечера приготовить воду и оставить её в спальне? Затем накинула на себя халатик и после небольшого колебания: "Может, Риан уже ушёл? Он же вроде заново подружился с Сигдха? Куда делся Григоир?! Хоть у него бы спросить о том, что делается в гостиной!" осторожно вышла из-за занавески в гостиную. И обречённо вздохнула.

Зверь-авалонец уже не лежал, а сидел — там же, возле камина. Но мордой к пустому проёму отопительного устройства — задом к бывшему-потенциально настоящему хозяину. Риан тоже сидел — в кресле. Хмурый и даже, кажется, злой.

— Доброго утра, — неуверенно поздоровалась девушка.

— Доброго... — пробурчал парень с такой неприязнью, что Настя опешила.

Но именно эта его явная неприязнь, неизвестно с чего вдруг проявленная, заставила её полностью проснуться и резко высказать:

— А ты чего до сих пор тут? Забирай своего зверя и уматывай на свою половину!

Он стремительно поднялся с кресла и сделал несколько шагов к ней, раздувая ноздри точёного носа. Настя попятилась: "Чё это такое? Магнитная буря, что ли, шалит, что мы утро начинаем чуть ли не с боя?!" И одновременно она рассмотрела, что выглядит Риан так, словно за эту, одну-единственную ночь вернулся в состояние, каким он был до происшествия. Сильный, жёсткий и напрочь потерявший все признаки недавно умиравшего человека.

— Почему ты так говоришь со мной? — негромко, но чуть ли не угрожающе спросил он. Даже не спросил — потребовал ответа.

— Потому что ты пожелал мне доброго утра так, словно послал меня... — Настя споткнулась и тут же поправилась: — Словно послал меня в ад! А между прочим, ты сидишь на моей половине! Мог бы и поласковей быть!

Он не смутился, а только заметно успокоился.

— Прости. Не сдержался.

Помня, что не умыта, и остро ощущая себя грязной, девушка вздохнула и поинтересовалась, глядя на Григоира, усевшегося на камине:

— Что происходит?

Ворон пригнулся, явно стараясь выглядеть незаметной тенью и уж точно не собираясь отвечать на вопрос хозяйки при некроманте.

Ого! По лицу Риана, который принял вопрос обращённым к себе, чуть не судорога пробежала — новой злости и чуть ли не мальчишеской обиды! Усилием заставил себя успокоиться и надменно ответил:

— Он признал меня, но не собирается мне подчиняться.

Вот почему они так сидят: Сигдха, отвернувшись от хозяина, а Риан — глядя на него, но не в силах что-то заставить сделать!

Эту надменность парня Настя простила: вспомнила, как дома обижалась на маму, которая заставляла её делать порой смешные, как ей казалось, и глупые вещи: например, не давала краситься на школьную дискотеку. Не говоря уже о том, чтобы надевать туда слишком, по мнению мамы, короткую юбку.

Прежде чем ответить, девушке тоже пришлось заставить себя успокоиться. Насмешливые и унижающие слова так и просились слететь с языка.

Особенно, когда она вдруг глубоко поняла, что изо всех сил не хочет, чтобы Сигдха возвращался к старому хозяину! Глубоко изумлённая, она посмотрела на зверя, а тот, будто поняв, что именно она испытывает, бросился к ней и прижался к ногам, просительно заглядывая снизу вверх в её лицо.

Риан чуть в бешенство не пришёл, медленно шагая — не к Насте, а на Настю.

— Почему?..

Низкий рык, тихий, но такой, будто некромант сейчас сам вот-вот превратится в чудовище и кинется на свою жертву, заставил Настю попятиться.

— А я откуда знаю?! — крикнула она отчаянно. — Не подходи ко мне! — с перепугу рявкнула она, чуть не срываясь на визг и лихорадочно оглядываясь в поисках какого-нибудь предмета, чтобы, если что, защититься от этого сумасшедшего.

То ли не услышал, то не понял, в каком она состоянии, но Риан продолжал уже быстро приближаться. И тогда Настя бросилась от него в спальню с воплем:

— Мама! Ой, мамочки!!

Проскакивая занавеску, оглянулась и, только очутившись за ненадёжной преградой в виде куска ткани, сообразила, что увидела: Сигдха, расставив лапы, стоял перед Рианом и рычал на него... Но дальше заморачиваться тем, что будет, например, через минуту, Настя не хотела. Сбросив халатик и злясь, что сразу не переоделась в будничную одежду, она суматошно напялила джинсы, потом скинула ночнушку и влезла в вязаный топ.

— Они сейчас подерутся, — сообщил влетевший в спальню Григоир.

Настя ахнула, схватила с кровати ошарашенного Тишку, не желая оставлять кота в непонятной, но опасной ситуации, и открыла окно. Через секунды она мчалась к невидимой границе защиты, сопровождаемая фамильяром. И ругалась вслух:

— Пусть меня вернут домой! Я не подписывалась на общение с психами! Ну и дура! Дар у неё интересный! Да чтобы я!.. Да чтобы он!..

Ровно летя над её головой, Григоир то ли хихикнул, то ли издевательски вслух ухмыльнулся, а потом то ли сообщил, то ли наябедничал:

— А Сигдха бежит за нами!

— А-а!! — Негодование вылилось в громкий вопль без слов.

У самой невидимой стены девушка остановилась отдышаться и вспомнить заклинание выхода. Запыхавшийся Сигдха, словно огромный поросёнок-кабанчик с шерстью, догнал беглецов и тут же бдительно развернулся к коттеджу. Настя проследила направление его взгляда и чуть не вжалась в стену защиты: Риан стоял в дверном проёме.

И тут же она почувствовала деликатный стук в медальон-передатчик. Кто-то из девочек-одногруппниц хочет поговорить? Настя схватила артефакт.

— Настя, я успокоился. Прости меня, пожалуйста, за мою несдержанность.

— Откуда у тебя мой код?! — вскрикнула она и увидела, как он отшатнулся от своего артефакта из-за её слишком громкого крика.

— Настя, в твоём артефакте есть и мой код, — громко произнёс он, держа свой медальон подальше от уха. — Нам их преподы внесли.

"Ага, испугался! Что снова вопить начну!" — мрачно подумала Настя и поёжилась от утренней сырости. И что теперь делать? Возвращаться? А вдруг он опять начнёт истерить?.. И проговорила уже просто в полный голос:

— А если ты драться будешь? Бить меня?

Благо он в проёме, будто в раме, заметно было, как его передёрнуло:

— Клянусь, я больше не буду срываться.

"Хм. "Клянусь" — это хорошо", — про себя пробормотала Настя. С таким положением она сталкивалась впервые, но про клятву магов слышала, что её должны строго держать — причём, особенно именно поклявшийся.

Она вздохнула и медленно пошла назад, присматриваясь к Риану, который понуро застыл в дверном проёме. И внезапно её саму чуть не пробило на хихиканье: а некроманту приходилось в такие ситуации попадать? Ну, чтобы девушка обвинила его в желании избить оппонента?.. Сигдха трусил рядом, но чуть запаздывая, и Настя снова тихонько вздохнула: и как быть с этим? С её желанием оставить зверя себе (а она уже точно осознавала это странное желание!), с желанием Сигдха быть при ней, но в то же время с его обидой на хозяина, который однажды не принял его новую форму? Но ведь ночью эти двое, кажется, пришли к соглашению! Или нет?..

А ещё волновал другой вопрос. Риан назвал свою мгновенную яростную вспышку срывом. Но что это было на самом деле? Сигдха помог парню прийти в себя, в свою форму. А если этот срыв — последствия недавнего болезненного состояния Риана? Настя помнила свои впечатления после простудных болезней, например, после гриппа. Всё раздражало. С этой точки зрения она могла понять его. А если... Если у него характер такой — взрывной?

Она с опаской подошла к нему, стоящему на пороге её собственной половины коттеджа. Он посмотрел на неё исподлобья и вздохнул:

— Ещё раз приношу свои извинения за своё неподобающее поведение.

— Ладно, — пробормотала Настя, прижимая к себе Тишку и чувствуя на плече напрягшегося Григоира. — Проехали.

— Что?

— В смысле — больше не будем об этом. Ты поможешь мне табуретки занести? Вчера мы забыли их здесь.

— Помогу.

Он немедленно поспешил к тому месту, где они вчера так мирно и безмятежно сидели, попивая вечерний чай. И остановился. И Настя остановилась.

Три табурета. На двух они сидели. На третьем одиноко стояли забытые вчера чашки и чайник, опустевшая тарелка из-под бутербродов. И невесть откуда взявшаяся обыкновеннейшая трёхлитровая банка с водой. А в ней — крупные тёмно-красные розы, которые покоились в облаке тёмно-зелёных листьев.

— Что это?

— Ух ты...

Недоумённый вопрос Риана столкнулся с восхищённым восклицанием Насти. Парень посмотрел на неё — Настя мельком отметила его взгляд, но сама быстро подошла к "столику" и, опустив Тишку в траву, первым делом сняла с табурета банку с розами.

— Ой, как пахнет! — блаженно сказала она, и Сигдха тут же потопал к ней, чтобы оценить божественный аромат, который вызвал восторг юной ведьмы.

Он сунулся носом, благо рост позволял, в букет и чихнул.

— Но-но! — засмеялась девушка, отводя букет подальше от него. — Это моё!

— А что — это? — всё с тем же недоумением спросил Риан.

— Это букет, — специально для недалёких объяснила Настя очевидное. — Цветы, которые приносят для девушки.

— Тебе они нравятся? — Он смотрел на розы как-то даже чуть не с отвращением.

— Конечно, нравятся! — с жаром сказала Настя. — Во-первых, они предназначены мне. Во-вторых, из них можно такое любовное зелье сделать — пальчики оближешь! В-третьих... В третьих, они мне очень нравятся!

— А как они сюда попали?

Вопрос явно более рационального Риана заставил призадуматься и её. Она даже оглянулась на защитную стену. Чтобы перекинуть букет — необязательно слишком много напрягаться. Но чтобы перекинуть банку, да ещё удержать в ней воду...

— Преподаватели принесли? — уже с сожалением спросила она себя. И тут же насупилась: — Ну и что? Мне нравится, когда мне дарят цветы! А тут — розы!

— Но с какой целью? — задумчиво спросил Риан, ставя один табурет на другой.

— Может, у меня появился таинственный поклонник? — заявила Настя, снова с наслаждением вдыхая медово-малиновые запахи цветов.

Тишка следом за Сигдха уже забежал в коттедж, как и бывший адский зверь, брезгливо тряся лапами, вымоченными в росной траве. Григоир же продолжал собирать информацию, притаившись на плече хозяйки. Так что Настя почти налегке побежала на свою половину коттеджа, не только успокоенная, но и осчастливленная подарком таинственного поклонника. Теперь все нервные срывы Риана казались смешной глупостью на фоне такого грандиозного происшествия.

Когда все табуреты оказались на кухне, она быстро принялась мыть посуду, а потом, спохватившись, крикнула:

— Риан, я сейчас завтрак приготовлю — приходи! Мне вчера вечером Диармэйд сказал, что мы с утра пойдём в твой зоопарк!

— А зачем — мне приходить к тебе на завтрак? — сумрачно спросил Риан, нарисовавшийся при входе на кухню.

— Не знаю, что есть у тебя из продуктов на утро и есть ли вообще, а у меня — только подогреть, и всё готово. Так быстрей будет. Да и, думаю... — сказала она вполголоса, покосившись на гостиную, — так будет лучше для Сигдха, которому тоже надо привыкать к тебе. Пусть он почаще тебя видит рядом. Хотя бы в моей половине коттеджа. Ну и поговорить бы надо.

— О чём?

— Вот на завтраке и обсудим.

Он нерешительно пожал плечами и ушёл.

Остановив мытьё посуды, Настя посмотрела на закрытую дверь, чуть-чуть видную из кухни. И в воздух скептически сказала:

— Буря утихла — можно сотрудничать дальше!

По полу застучали мягкие шаги, а в том же воздухе раздался равномерный шелест крыльев. Когда вся компания, включая Тишку, появилась в тесной кухоньке, Настя быстро вытерла руки насухо и присела на корточки перед Сигдха, боязливо обняв ладонями его морду. Минута, другая... Контакт! Она почувствовала локальную эмоциональную бурю: растерянность (бывший хозяин ушёл!), упрямство (всё равно не пойду!), надежду (а вдруг он всё-таки поймёт?).

"Почему ты не хочешь уйти к нему? — напрямую спросила Настя, всматриваясь во внимательные глазища Сигдха. — Он ведь твой хозяин".

"Я чую в нём смерть", — слабо ответил Сигдха, словно впервые пробуя говорить.

В первые мгновения Настя испугалась: смерть?! Риан может погибнуть?! Но заставила себя взять в руки и снова задать вопрос: "Какую смерть?"

Некоторое время Сигдха колебался, глядя в её глаза, потом с трудом (полное впечатление, что мысленная речь — и речь вообще! — даётся ему с усилием) выговорил:

"Он наполняет меня смертью. Мне это не нравится".

"Можно передать Риану твои слова?"

Зверь смотрел в её глаза и молчал. Потом мотнул башкой, стряхивая с себя её руки. И ушёл в спальню. Не дошёл до занавески, и Настя услышала: "Как хочешь".

Полные миски для зверья и птицы девушка бегом перенесла в спальню же. Некромант их смущает, а значит, им спокойней поесть отдельно от него. Ещё она сомневалась, что Риан придёт на завтрак, но парень вскоре появился. Молча уселся на стул и безразлично уставился в тарелку с сытным салатом из мяса и овощей.

— Ешь, — сердито сказала Настя. — Мужчины должны есть мясо.

— О чём ты хотела со мной поговорить? — выдавил он из себя.

Хм. Вот что его привело на завтрак! Настя думала не меньше трёх секунд.

— Шантаж: ты ешь — я рассказываю.

Он неохотно взялся за вилку. Когда тарелка почти опустела, Настя выпалила:

— Почему бы Сигдха не пожить у меня некоторое время? Мне кажется, он с трудом свыкается с жизнью после смерти! А со мной ему легче. У нас ведь коттедж один на двоих. Так что и тебе тоже будет удобно: ты всегда можешь зайти и пообщаться с ним. Как тебе моё предложение?

— Зверя нельзя оставлять у тебя, — ответил Риан и взял ещё кусочек хлеба, чтобы съесть его, обмакивая в соус салата. — Он опасен.

— Чем может быть опасен Сигдха, который не адская тварь, а всего лишь зверь-авалонец, который ко всему прочему обладает созидательной силой?

— Это трудно объяснять. Ты многого не знаешь.

— Ну-ну... — насмешливо сказала Настя. — Не знаю. А ты? Будущий магистр, а значит и, возможно, — будущий преподаватель! — почему бы тебе не объяснить первокурснице таким образом, чтобы она поняла?

Риан заглянул в её глаза, будто проверяя, не шутит ли она. Потом помолчал, рассеянно глядя, как она наливает кофе по чашкам.

— Всё дело в витках, — наконец заговорил он. — Эти витки показывают, что Сигдха не обрёл полной формы зверя-авалонца, как я думал ранее. Да, сейчас он зверь созидания. Но плохо, что всё ещё он обладает неустойчивой метаморфностью. Поэтому он опасен.

Теперь задумалась Настя. Риан считает, что он высказался доступно для понимания первокурсницы. Следовательно, она должна разобраться. Хотя чего тут разбираться...

— Короче, ты боишься, что однажды Сигдха вернёт свою последнюю форму.

— Ну... так.

Девушка посидела, глядя на дымную кофейную поверхность в чашке. Да, опасения Риана обоснованны. Но... Сигдха-то, несмотря ни на что, идти к нему не хочет.

— Я спросила Сигдха, почему он не хочет быть рядом с тобой. Ему не нравится, что ты наполняешь его смертью. Я не понимаю, что это такое. Но ты должен знать.

Риан вдруг фыркнул. Это было так неожиданно, что Настя подняла брови: что же его рассмешило до такой степени? Скажет? Промолчит?

— Сигдха — метаморф. Я сейчас довольно двойственное по своей сути существо, поскольку пользуюсь как некромантической силой, так и живой. Но я это знаю. Как объяснить Сигдха, что он сам потенциальный метаморф?

— Может, пока подождём? — неуверенно предложила Настя. — То есть я предлагаю вернуться к вопросу о том, где, у кого именно, будет жить зверь. К тебе он не идёт. У меня — ты боишься оставлять его. Что делаем?

— Мне придётся насытить его силой подчинения, — спокойно отозвался Риан.

— Некромантической? — уточнила девушка. — Это будет болезненно.

— А... что предлагаешь ты?

— Подожди немного...

Настя встала с табурета и вышла из кухни. Зашла в спальню, оценила опустевшие миски подопечных, а потом — их вопросительные взгляды, на которые только рассеянно кивнула. Потом подошла к шкафу и открыла его. Большой. Даже огромный. Её несчастные вешалки с одеждой ютятся лишь в одном углу. Ага... Значит, вот как. Ну, ладно. Надо бы попытаться поймать магов-бытовиков, когда они будут рядом, и объяснить ситуацию. Девушка сильно надеялась, что смеяться над ней не станут.

И вернулась в кухню.

Риан вертел на столе пустую чашку, заставляя её кружиться по столешнице, но смотрел на неё так, словно не замечал собственного движения. На звук Настиных шагов поднял глаза.

— Вот что я предлагаю, — решилась Настя. — Пусть маги-бытовики сделают коттедж проходным. Нет, даже не так. Пусть они из твоей гостиной прорубят дверь в мою. Тогда ты сумеешь в любой момент, когда тебе нужно или удобно, заходить на мою половину, чтобы пообщаться с Сигдха или проследить, как он тут. Зверь привыкнет к тебе, и тебе легче будет приручить его заново.

— Для тебя эта дверь создаст определённые неудобства, — с изумлением сказал Риан.

Но Настя отметила в его глазах тревогу и сразу сказала:

— Даю слово, что на твою половину ходить не собираюсь. — И вдруг прыснула, не выдержав важности момента: — Разве что Сигдха превратится в крылатого змея, и мне придётся спасаться в твоей половине коттеджа!

— Но ты и правда не боишься... — Риан неожиданно побледнел, явно не находя слова. От досады он даже поморщился.

Но девушка вновь разгадала то, что он хотел выразить деликатно, но не умел.

— Риан, кто будет знать, кроме бытовиков и наших преподов, про эту дверь? А они понимают, что наша жизнь сейчас — это сплошной эксперимент. В общем, я слухов не боюсь, да и не думаю, что они будут.

— Похоже, ты вообще ничего не боишься, — выдохнув, заметил Риан, с облегчением потянувшись к кофейнику.

— Ну, есть всё-таки кое-что, что заставляет меня бояться, — хмыкнула Настя и в ответ на вопросительный взгляд призналась: — Через день — студенческий праздник, в концерте которого мы, девчонки с первого курса обязаны участвовать, а у меня тут такой затык, что я уже не знаю, что делать. А потом ещё бал будет, а у меня ни одной тряпочки — надеть на него.

— Тебя это сильно беспокоит, — констатировал парень, с удовольствием прильнув к краю чашки с кофе.

Настя заговорщицки придвинулась к нему и доверительно сказала:

— Между прочим, я очень даже рада, что вляпалась в эту историю с Сигдха. Ведь студенческий праздник — теперь не моя забота! Вот!

— Время — идти в мой зоопарк, — напомнил Риан. — Через пять минут я буду ждать тебя на улице. Фамильяра с собой не бери. И... Сигдха лучше оставить здесь же.

Он встал и вышел из коттеджа.

"Что это он? — подумала Настя, с недоумением глядя ему вслед. — Не понял моей шутки про "вляпалась"? Или именно это его задело?" Но затем она спохватилась. Времени-то ей Риан дал — всего-навсего пять минут! А сделать надо многое! На мытьё посуды времени точно нет. Она помчалась в спальню, выдрала лист из тетради и быстро написала бригадиру бытовиков: "Необходима дверь из половины Риана в мою половину. Шкаф в спальне убрать, вместо него сделать закрытую умывальню. Большое спасибо!" Со шкафом она рассчитала так: если она из-за нечаянных встреч с Рианом не сможет умываться в кухне, как надеялась ранее, то лучше устроить удобства в самой спальне. "Прям как в лучших отелях в городу Парижу!" — гордо подумала она и рассмеялась.

— Григоир, вы остаётесь дома. Меня понял?

— Понял, но недоволен, — проворчал фамильяр. — Этот опять заскучает — и что мне прикажешь с ним делать?

— Так он от скуки пошёл вчера в зоопарк? — поразилась Настя.

— Ну, насколько я его понял.

— Сегодня туда лучше не ходить. Я там буду с Рианом и преподавателями.

Она погладила Тишку, дремлющего на кровати, а потом присела перед Сигдха, лежащим возле шкафа. "Бедный зверь! Сначала ты был добродушным зверем-авалонцем. Потом тебя убили тёмные маги и создали из тебя адскую тварь. А потом тебя убили охотники-маги. И, наконец, тебя воскресил Риан, чтобы создать себе фамильяра. Но создал-то он того же адского зверя! Не знаю, что будет с тобой дальше, но, честно говоря, мне бы хотелось, чтобы ты остался в этой же форме. Наверное, я даже понимаю тебя, почему тебе не нравится некромант Риан. Он несёт в себе смерть, а ты устал от того, что делали с тобой, пользуясь этой самой смертью. Но Риан хороший. Надеюсь, тебе повезёт — и ты останешься зверем-авалонцем, который всем нравится своим добродушием".

Она поднялась и, быстро помахав "народу" рукой, побежала к двери.

Риан уже ждал её. Судя по недовольному взгляду, брошенному на неё, ждал уже какое-то лишнее, по его представлениям, время.

— Забыла спросить: нам не понадобятся какие-нибудь тетради? — быстро сказала Настя, чтобы показать свой настрой на деловой лад.

— Нет, — бросил он и сразу отвернулся, чтобы идти к защите.

"Ну, не хочешь поболтать — и не надо", — пожала плечами Настя и поспешила следом: вспоминать заклинание выхода не хотелось — так и не выучила твёрдо наизусть. Риан шёл так быстро, что она поневоле начала догонять его время от времени пробежкой. И неожиданно остановился, обернулся к ней.

— Настя, а тебе в самом деле нравятся цветы?

— Да. А твоей девушке — нет? — схитрила она и добилась своего.

— У меня нет девушки, — равнодушно ответил Риан и снова зашагал к защите.

— Почему? — вырвалось у Насти.

— Боятся, — немного удивлённо: "А то не понятно!" ответил парень.

Она вспомнила крылатого змея, которого выдирала из земли, которому помогала выдираться из земли. Ну да... Риан прав. К такому парню, с таким фамильяром, вряд ли девушки толпами липли, несмотря на его симпатичную внешность...

Остановившись перед невидимой защитной стеной, некромант чётко прочитал заклинание выхода и пропустил Настю впереди себя.

Когда они с привычной дорожки к кампусу и учебным корпусам свернули на узкую тропку, ведущую, как объяснил Риан, к адскому зоопарку, неясное чувство заставило Настю оглянуться. А потом изо всех сил сжать зубы, чтобы не расхохотаться: от коттеджа мчались все трое — Григоир, Сигдха и Тишка, которого зверь-авалонец, словно добычу, не только держал в зубах, но для удобства ещё и закинул к себе на холку. Так и нёсся, чуть отвернув башку в сторону.

Благо что шла Настя чуть позади Риана, она не стала ничего ему говорить, а просто отвернулась от компании беглецов, втайне надеясь, что зверьё догонит их тогда, когда уже совсем не останется времени на то, чтобы возвращать их в коттедж. И улыбалась порой в открытую, зная, что парень не обернётся, и ощущая себя соучастницей побега! Ох и нравилось ей это состояние! "Любопытно, что будет делать Риан, когда увидит их всех!" Она чуть не подпрыгивала от тайной радости. Правда, изредка укоризненно думая о себе: "И когда же ты, Настя, повзрослеешь?! Нашла, чему радоваться!"

Но Риан не зря был связан с прошлым и нынешним Сигдха. Вскоре почуял и он что-то неладное. Когда беглецы были на близком расстоянии от них, он резко обернулся. Настя едва успела спрятать довольную улыбку и, озабоченно нахмурившись, тоже оглянулась. Да ещё растерянно спросила:

— Ух ты... Что делать будем?

— Если Сигдха не подчинится моему приказу идти у ноги, нам придётся вернуться в коттедж, — бесстрастно сказал Риан. — Для нашей безопасности.

— Но он уже был в твоём зоопарке, — напомнила Настя. — Что может произойти, если они будут с нами? Тем более — там будут и преподаватели.

— Нет, я больше понимаю ту опасность, которую несёт с собой Сигдха. Поэтому нам придётся вернуться.

Сигдха как будто услышал его! Оставив кота у ног Насти, он подошёл к Риану и сел рядом с ним. Вот теперь парень удивился. Но слов на ветер бросать не стал. Только посмотрел, как Настя берёт Тишку на руки, а потом хлопает по своему плечу, приглашая Григоира сесть. И вся компания двинулась на странную и опасную экскурсию.

Шестнадцатая глава

Любопытство заедало Настю. Что же это за адский зоопарк такой, в котором Риан не просто хозяин, но ещё и... Кто? Творец? Создатель зоопаркового наполнения? Эти определения не подходят. Ведь он только восстановил, например, Сигдха, но не создал его. Или всё-таки создал?

Ух, как она пожалела, что не взяла-таки с собой тетрадь! Можно было бы записывать возникающие вопросы, а потом спрашивать всех подряд, кто может ответить. И никто бы не отнёкивался, что она задаёт глупые вопросы. Ведь она теперь тоже часть проводящегося эксперимента. Часть практическая. И не просто участник, но и один из экспериментаторов. Что ж. Пока под рукой только Риан. Задать ему вопросик насчёт Сигдха? Почему зверь-авалонец должен идти рядом с ним? И почему в адском зоопарке Сигдха может быть опасен?

"А самой подумать? — возразила себе Настя. — Тем более — Риан уже объяснил главную опасность авалонца, ту самую таящуюся в нём нестабильную метаморфность. А значит, в зоопарке Сигдха может потерять нынешнее состояние созидательного зверя и превратиться в адского монстра. Поэтому Риан требует от него быть рядом. Ведь тот Сигдха был его фамильяром. — Немного подумав, Настя вздохнула: — А если и тогдашний Сигдха будет нестабильным? Если он вообще, вернувшись в предыдущую ипостась, не узнает Риана? Что тогда?" И передёрнула плечами от неведомого ужаса, который может случиться. И тут же напомнила себе другое: Сигдха уже был в зоопарке. И ничего страшного с ним не случилось. Кому верить? Фактам или Риану?

Идти пришлось и правда далеко — это Настя вспомнила, как вся компания хулиганья мчалась от зоопарка до коттеджа. Они уже вышли на какую-то другую часть академгородка, где дороги были гораздо лучше, чем в кампусе. Да и больше их стало. И начали медленный спуск к куще деревьев, который Настя сначала приняла за лес.

Но уже ближе выяснилось, что деревья стоят в несколько рядов, скрывая строения адского зоопарка от любопытного глаза. Между рядами шагов сто. Мало того: Риан на подходе к первому ряду деревьев на неизвестном языке прочитал заклинание входа. То же произошло и в следующих рядах. Настя помалкивала и только следовала за ним чуть поспешней, чем обычно, тревожась от странного предчувствия: если она отстанет, парень и не подумает вернуться за ней.

Однако, пройдя второй ряд деревьев, Настя нечаянно заметила, что здешний травяной покров её так очаровал, что она начала здорово отставать от парня. Ведь по недавно обретённой привычке она начала выискивать-выглядывать среди деревьев травы, наиболее интересные и нужные в колдовском деле, а заодно чуть ли не профессионально присматриваться к кустарникам.

А потом спровоцировал Григоир. Он вдруг тихонько, но суетливо начал подпрыгивать на её плече, а потом и вовсе просипел конспиративным шёпотом в ухо:

— Настя! Настя! Бой-трава! Вон! Вон! Видишь? Вон там — в корнях дуба! А справа от неё шкурка веретеницы валяется — выползень! Настя, такие ингредиенты пропадают!!

— Шкурку ты и сам можешь захватить... — У Насти от жадности аж дыхание перехватило, когда она вспомнила, сколько стоит в академической лавке старая змеиная шкурка для создания зелий. — Ну?! Слетай и тащи сюда!

— А бой-трава?! — Фамильяр юной ведьмы тоже отличался жадностью при виде редких ингредиентов. — С корнем мне её не выдрать! Настя!! Уговори его остановиться!!

— Может, сами успеем добежать и вырвать бой-траву?

Девушка чуть не подпрыгивала следом за Рианом, то и дело с отчаянным сожалением оглядываясь на приметный дуб и на такое соблазнительное ведьминское сырьё. А потом таким же отчаянным шёпотом воскликнула:

— Бежим! Я — за травой! Ты — за шкуркой! А потом его догоним!

Григоир азартно раскрыл клюв, срываясь с её плеча... Они сделали буквально несколько торопливых шагов, когда в спину им толкнулся крик изумлённого Риана:

— Что случилось?! Вы куда?!

— Мы щас! Мы быстро! — невнятно откликнулась Настя, чуть не падая на колени, вместе с перепуганным Тишкой, прижатым к животу, перед бой-травой и немедленно вцепляясь в её жёсткие стебли.

Григоир лихорадочно собирал клювом сухие змеиные шкурки и тут же лапами подминал их, чтобы потом ухватить все разом и взлететь.

Насте было и стыдно, и весело. С одной стороны, она понимала, что ведёт себя, как шалая, своевольная девчонка. С другой — где она ещё сумеет столько богатства найти?! Только раз промелькнула мысль о том, что не зря Риан проговаривал заклинание входа и выхода из перелесков. А если перелески пропитаны какой-нибудь нехорошей магией? Но понадеялась, что зелень здесь заговорённой всё-таки не может быть...

Бой-трава оказалась не просто жёсткой. Её стебли отличались мясистостью, от которой Настя пребывала чуть ли не в экстазе, но — увы! — кроме замечательных качеств, данная травка обладала одним минусом: будучи жилистой, она упрямо цеплялась за землю, в которой росла. В общем, получалось её только измочалить у корней, но ни выдрать, ни хотя бы переломить пополам не удавалось. И, когда Настя чуть не взвыла от напрасных стараний, над ней мелькнула тень. Большая ладонь сжалась ближе к корневищам бой-травы — и бой-трава с треском оборванных корней вылетела из земли.

— Держи, — с некоторым недоумением сказал Риан, передавая вожделенный ингредиент Насте.

— Спасибо большое! — воскликнула она, бережно стряхивая с корней суховатую землю и жадно оглядывая доставшееся сокровище.

А тут ещё и Григоир на плечо приземлился и замычал что-то, напоминая, что не может открыть клюв, которым крепко держал обрывки выползня.

Настя растерялась. Тишка сидел у ног, покорно ожидая, что она снова возьмёт его на руки, Григоир уже раздражённо мотал головой с кучей змеиных шкурок во рту, а она сама держала в руках здоровый стебель бой-травы. Но трава грязная — под мышку не засунешь! И одновременно держать кота, траву и змеиные шкурки невозможно!

— Я возьму кота, — правильно понял её Риан.

Настя с сомнением взглянула на него, но парень был серьёзен и не думал насмехаться над жадной ведьмой. И тогда девушка с облегчением выдохнула и быстро взяла у ворона кучку шкурок, пожалев про себя: "Надо было переодеться! И чего оставалась в топе, когда было время? У блузки-то два кармана — и все большие!"

Сигдха неопределённым взглядом проследил, как хозяин берёт кота на руки, причём, как показалось Насте, в глазах у зверя-авалонца мелькнуло что-то вроде: "Осторожней, Риан! Кота тоже надо уметь держать!" Но, хоть и держал парень озадаченного Тишку довольно неловко, Настя сочла нужным сделать комплимент:

— Смотри-ка, Риан. Тишка обычно чужих не любит, а у тебя на руках спокойный!

При этом, естественно, умолчала, что последний чужой, то есть мучительница Брида, оставил по себе в сердце кота горестный след.

Тем временем Риан прижал кота к себе, косясь на его терпеливую морду, а потом неожиданно взял Настю за руку.

— Пойдём побыстрей. Мы уже опаздываем.

Ишь, он заметил, что она еле плетётся за ним? Только было Настя хотела понасмешничать над парнем хоть бы и мысленно, как вдруг вкралась другая мысль: "Он, между прочим, помог с травой и с котом, а ты... неблагодарная!" Насте стало стыдно. Спеша, как на буксире, за Рианом, она старательно вычисляла добродетели парня, и к началу новой лесополосы пришла к выводу: не будь Риан некромантом, он был бы ангелом во плоти! Он заметил, что ей тяжело идти за ним. Он выдрал бой-траву с корнем, не стал издеваться и ждать, пока Настя бросит это бесполезное без мужской руки дело!

И девушка пришла к удивительному для себя выводу: "Он добрый. Только обстоятельства так сложились, что ему трудно эту доброту показать. И хорош тебе на него злиться. Он, как все мужики (мама говорила, а я ей верю!), свои лучшие качества в деле показывает, на практике! А не болтает о них!"

Странно, но как только она пришла к этому выводу, трава её больше не интересовала, хотя Григоир показательно не один раз за остаток пути страдальчески вздохнул ей прямо в ухо.

Наконец они подошли к высоченным воротам, кованым и покрытым чёрной краской. Эти ворота были довольно узковаты, и Насте пришлось напомнить себе, что здесь, в академгородке машин не бывает, а ещё она ни разу не видела, чтобы хоть одна лошадь показалась на дорогах. Эти узкие, но крепкие ворота оказались будто впаяны в стены — не деревянные и не металлические, как сначала предполагала Настя. Нет, стены, может, и не были железобетонными, но такими выглядели. А уж когда какой-то маг из некромантов (Настя это узнала по шеврону с перекрещенными костями под черепом) открыл им одну створу, сразу стало ясно, что стены не просто крепкие, но такие толстые, что, почудилось, толщина их в метр с лишним. Если не больше. "А ещё, наверное, они заговорённые", — с невольным уважением подумала девушка.

И вопрос, незапланированный, вырвался независимо от неё:

— Риан, а как же они вчера сюда вошли?! Тут же вон всё какое!..

Риан, шагавший не оглядываясь — точней, не глядя на неё с высоты своего роста, слабо улыбнулся.

— Сигдха помнит все заклинания входа и выхода. Фамильяр же. Он и провёл.

Сигдха, до сих пор шедший с другой стороны от Риана, быстро шагнул вперёд и посмотрел на Настю, словно хотел удостовериться, что она впечатлена его возможностями. И Настя серьёзно сказала:

— Да, Сигдха. Ты умный и хитрый.

Зверь фыркнул и снова спокойно пошёл у ноги хозяина. А вот Риан почему-то всё-таки взглянул на Настю несколько удивлённо, будто не ожидал, что она такое скажет.

У вторых ворот следующий охранник-некромант передал им, что собравшиеся для экспериментальных действий преподаватели и старшие студенты уже ждут их в лаборатории при зоопарке. Настя почувствовала, как внутри всё сжимается от страха и любопытства. Неужели её и впрямь поведут по зоопарку, знакомя с теми личностями, которые сидят в страшных заговорённых клетках и которых лучше не выпускать на волю?

— Риан, а тут все звери живые? Ну, ты всех оживил?

— Это не подходящее слово для моих действий в зоопарке.

— Да фиг с ним — со словом! — пылко сказала Настя, тараща глаза в попытках увидеть в ближайшей клетке жуткое чудовище. — Это все твои звери?

— Они все созданы под контролем и приглядом старших. Это ты хотела узнать?

— Ага, спасибо. А где лаборатория?

— Вон серая крыша — видишь? Это не только лаборатория. Там ещё и учебные классы для ознакомления студентов-некромантов с обитателями адского зоопарка.

— А зачем им знакомиться с ними?

— Может, кто-то из студентов захочет сделать своей специальностью работу здесь.

— И такие есть? — не поверила Настя.

— Есть — и много желающих.

— Но зачем им это?

— Не поверишь, но многие студенты готовы работать на самой чёрной работе здесь ради теоретических знаний. И были выпуски некромантов, в которых потом прославились специалисты философского направления некромантии. Работа в адском зоопарке позволяет видеть магию глубже. Понимать, что разделение на белую и тёмную магии — не простые слова, а основа мироздания.

Настя притихла. "Ух, как заговорил. Сразу напомнил, что он не только старшекурсник, но и старше меня. Надо бы потом в библиотеке пошарить, чтобы проверить его слова. И попросит библиотекаря дать те книги, которые написаны бывшими студентами, отрабатывавшими практику здесь. Может, хоть что-то пойму". И сразу после этой мысли теперь уже сама крепче вцепилась в ладонь парня. Так чувствовала себя уверенней в этом жутковатом месте.

— Ты уверена, что хочешь войти в лабораторию вот так? — внезапно спросил Риан.

— Не думала об этом! — храбро заявила Настя. — Но, если скажешь, что тебе это не нравится, я вцеплюсь в шерсть Сигдха.

— Зачем?

— Мне здесь... страшновато. И поэтому надо за кого-то держаться.

— А то что будет?

— Убегу к воротам с криками и воплями, — на полном серьёзе ответила она.

Риан больше ничего не сказал, но только слегка сжал свои пальцы — не сильно, а вроде как показать: "Не бойся, я рядом".

Они вошли в приземистый, на первый взгляд, одноэтажный дом. Внутри оказалось очень просторно и светло, хотя Настя настроилась не бояться темноты или сумрака в нём. Несмотря на только что отвучавшие реплики, девушка чуть побаивалась, что Риан освободится от её руки, потому что они зашли в дом. Но Риан своих пальцев не разжимал, так что она уже спокойней расслабила свои, занемевшие от напряжения.

Парень провёл её в большой кабинет, где вкруговую стояли столы и находилось столько народу, что ворон шёпотом ойкнул, а Сигдха чуть не попятился в коридор.

— Доброе утро, — чуть недовольно сказал Риан и приподнял руку, которой держал ладонь Насти. — Девушка здесь впервые и боится. Я буду её проводником. Садись, Настя.

Они сели за первый попавшийся стол со свободными стульями, между которыми прилёг Сигдха. Кота Риан поставил на столешницу, и Тишка, пригибаясь от страха, немедленно пополз к единственному знакомому здесь ему человеку — к Насте. Девушка быстро положила на стол траву и выползень, чтобы тут же обнять испуганного кота.

Вот теперь она могла рассмотреть всех находящихся здесь людей. Впрочем, всех не получилось: кто-то время от времени входил, кто-то — выходил. Люди перемещались так быстро, а порой незаметно, что у Насти заболела голова, когда она попыталась запомнить всех. Но кое-какие знакомые лица она всё же разглядела.

Здесь были студенты. Среди них Настя узнала того самого идеального красавчика дракона, как его? Ах да, Аодхан. Он постоянно полуоборачивался к приземистому темноволосому парню, выслушивая его тихие реплики. Когда Аодхан поймал удивлённый взгляд Насти, он так чувственно улыбнулся ей, что девушка мрачно насупилась, чтобы этот идеал много о себе не воображал. Она ему ничего не обещала! А браслет ждёт своей участи, до сих пор закопанный в пачке с гречкой!

Здесь были и преподаватели. Причём мало того что присутствовал старик Диармэйд, к которому все уважительно обращались как к профессору Диармэйду, так ещё и неведомо каким образом здесь оказалась куратор ведьм-первокурсниц Орния, чему Настя очень обрадовалась: своя! В обиду не даст!.. Тем более что Орния, едва Риан с Настей уселся за стол, тут же присоседилась к девушке.

— Почему опоздали? — прошептала она, изумлённо рассматривая лохматый и истерзанный стебель бой-травы и непрезентабельно выглядевшую кучку змеиной кожи. — И почему с вами звери и ворон? Ведь было велено приходить без них.

— Сигдха распорядился по-своему, — улыбнулась ей Настя и повернулась к Диармэйду, который решительно постучал карандашом по столу.

— Минуту внимания, — потребовал он. — Сегодня первый день работы сразу двух воскрешателей — некроманта и ведьмы с возможным даром воскрешателя сути. Ситуация очень интересная, и нам надо определиться, каким образом будет составлено расписания для работы этих молодых людей. В первую очередь сегодняшний день мне бы хотелось начать с оценки преподавателями состояния некроманта-воскрешателя Риана. Он недавно перенёс довольно тяжёлую травму, как физическую, так и психическую. Здесь, среди нас, есть три целителя. Вопрос к вам: будете ли вы определять состояние нашего студента по внешним данным, или вам придётся вызвать его в один из кабинетов лаборатории.

От страха Настя тут же вцепилась в ладонь Риана так, что он оглянулся на неё.

— Ничего, ничего, — успокаивающе сказал он ей, после чего развернулся взглянуть на целителей, который сидели напротив.

— Нам необходимо проверить его в отдельном кабинете, — резко сказал один из них. — Нельзя допускать к адским тварям человека, который выглядит настолько плачевно!

От уголка студентов послышался возмущённый ропот.

Целитель, коренастый черноволосый мужчина в чёрном костюме с насмешкой посмотрел на студентов и спросил:

— Кто из вас готов рискнуть и отпустить студента Риана в таком состоянии на близкий контакт с адскими тварями, которым достаточно намёка на слабость человека, чтобы убить и сожрать его?

Студенты немедленно замолкли.

— Настя, отпусти его руку, — прошептала Орния. — Я посижу рядом с тобой, чтобы тебе не было страшно.

Риан вопросительно посмотрел на девушку.

— С тобой остаётся и Сигдха, — напомнил он.

— А они... — прошептала Настя. — Не испугаются, что он со мной, а не с тобой?

— Потерпят, — ответил Риан — слишком легкомысленно, по мнению Насти.

Она с трудом разжала пальцы. Риан неожиданно взял её уставшую от напряжения ладонь в свои и быстро потряс. Заглянул в глаза.

— Не бойся, — предупредил он. И встал, чтобы пойти следом за тремя целителями.

Настя вздохнула, провожая его глазами. И чуть не расхохоталась — нервно: на руках вздохнул Тишка. Орния склонилась к ней и сказала:

— Твои эмоции — все наружу, Настя. Возьми себя в руки. Здесь нельзя быть излишне эмоциональной. Такое место.

Под "таким местом" Орния явно подразумевала близкое наличие адских тварей.

Тем временем профессор Диармэйд провозгласил сегодняшнее расписание — в двух вариантах: в зависимости от того, дадут ли целители Риану допуск к работе с адскими тварями или не дадут. Для Насти в обоих вариантах оставался допуск на посещение зоопарка. Экскурсию для неё должны были провести преподаватели-некроманты, а в связи с необычными впечатлениями для первокурсницы её будет сопровождать куратор Орния. Та пожала плечами и кивнула.

Поначалу испугавшаяся, Настя благодарно взглянула на неё.

Вскоре вслед за тремя целителями вернулся в кабинет Риан. Разочарование на лице ясно говорило о том, что к работе с тварями его пока допускать не хотят. В какой-то мере Настя понимала целителей. Если даже парень полностью здоров, в это поверить трудно: он слишком долго после личной катастрофы валялся беспомощным совсем недавно.

— Не допустили, — подтвердил он наблюдения Насти, подсев к ней.

— А мне хотят устроить экскурсию по зоопарку, — прошептала она.

— Ну, я предполагал это...

— Жаль, что ты не идёшь.

— Мне придётся снова покинуть тебя на это время, — вздохнул Риан, машинально гладя лежавшего между ними Сигдха. — Целители хотят провести несколько тестов, чтобы удостовериться в моей работоспособности.

И, будто его подслушав, буквально секундой спустя целители вновь обратились к парню и велели ему выйти в другую дверь — а лаборантскую, как вполголоса объяснила Орния. Риан кивнул Насте и ушёл.

— Студентка Анастасия! — позвал незнакомый преподаватель. — Идёмте!

Настя быстро встала из-за стола и подошла к нему. За спиной встала Орния, и девушка почувствовал самое настоящее облегчение. Григоир сидел на её плече, Тишку она держала на руках. Не видела смысла оставлять зверьё здесь, где их могут обидеть одним только пренебрежением к ним. Сигдха привычно тёрся у её бока, и девушка даже начала раздумывать, не положить ли на него кота. Привыкли же оба...

Взгляд со стороны она ощутила неожиданно. Будто кто-то запустил в неё небольшим камешком. Пока преподаватели обговаривали с Орнией, как и где будет проходить экскурсия для ведьмы-первокурсницы, Настя оглянулась и наткнулась на взгляд Аодхана. Тот смотрел лукаво, с какой-то ленивой ухмылкой. "Показать бы тебе язык! — с сожалением подумала Настя. — Да воспитание не позволяет!"

Внезапно взгляд дракона потерял всякие весёлые нотки. Он стал твёрдым, но был уже не направленным на Настю. Аодхан смотрел чуть сбоку и ниже. На Сигдха. Зверь-авалонец тоже почуял этот взгляд и поднял голову. Парень-дракон смотрел прямо ему в глаза, будто мысленно говорил о чём-то. Удивлённая Настя заметила, что после этого неведомого никому диалога глазами Сигдха вдруг опустил голову. А дракон коротко взглянул на Настю и отвернулся, что-то негромко говоря своему соседу — тому самому темноволосому. А тот чувств сдержать не сумел, и тревога в его взгляде была такой сильной, что девушка испугалась.

— Никуда не пойду! — резко сказала она Орнии, которая дотронулась до её локтя, чтобы напомнить о себе.

— Почему? — сухо спросила куратор.

— Меня... трясёт, я нервничаю. Я не совсем готова к этой экскурсии... — пролепетала Настя, прекрасно понимая, что её, неуверенную в себе, легко переубедить.

Что и сделал незнакомый преподаватель-некромант.

— Меня зовут Эинри, — представился он. — Студентка Анастасия, вам нечего бояться. Весь зоопарк вы не увидите. Только первые две клетки. Для первого посещения и для первоначального привыкания к месту этого будет достаточно.

"Две клетки? — удивилась Настя, но выдохнула. — Тогда ладно. Пусть там этот дракон в гляделки играет. Думаю — ничего страшного не произойдёт, если я посмотрю только на клетки. Не заставят же меня туда входить! И вообще... Этот дракон, может, не из-за моей экскурсии так смотрел, а из-за чего-то другого?.."

Она снова мельком глянула на Аодхана и впервые увидела его странно горестным, погружённым явно в печальные мысли, что глазам не поверила. Но смотрел дракон в пол, так что, отворачиваясь от него, чтобы идти следом за Орнией, Настя постаралась забыть о загадочном взгляде и эмоциональном состоянии "идеала". Она успела запихать змеиные шкурки в единственный карман джинсов и немного расстроилась только потому, что карман оказался узкий, и сухие шкурки могут раскрошиться. Бой-траву же захватила с собой, будто веточку, сорванную по пути.

И получилось так, что преподаватель Эинри шагал рядом с Настей, в то время как Орния шла за ними. Выйдя из лаборатории, они не спеша направились к небольшой площадке, за которой виднелись деревья и словно прячущиеся в них высокие клетки — под фоновый звук зоопарка: негромкий рык, редкие, но противные вопли, а то и вой.

— Мы ведь заходить не будем? — робко спросила девушка Эинри.

— Нет, что вы! — улыбнулся преподаватель. — Это в наши планы не входит. Для нас сейчас главная задача — показать вам обитателей клеток, чтобы вы постепенно привыкли к их внешнему виду. Так что ничего не бойтесь.

"Тебе хорошо так говорить! — сердито подумала Настя, прижимая к себе Тишку. — А если мне всё равно страшно?"

Добравшись до первой клетки, они остановились. Как в прошлый раз, когда Настя говорила с Григоиром, внимательно следившим с ветки дерева за клетками, так и сейчас она видела, что клетку окружает дымная тьма. Причём дым отлетал от клетки чёрными клочьями и потихоньку пропадал, развеиваясь в солнечном воздухе.

— А что это? — спросила девушка, решив, что ей будут отвечать на все вопросы.

— Что именно, студентка Анастасия?

— Ну, этот дым? Почему его так много вокруг клеток?

— Каждая из адских тварей источает свою тёмную магию, — ответил преподаватель. — Но здесь, на поверхности, тёмная магия выжить не может. Поэтому источаемые силы постепенно исчезают в виде дымки.

— А почему я не вижу эту тварь?

— Дым слишком густой, — улыбаясь, объяснил Эинри, а Орния закивала, с опаской поглядывая на тёмную, рваными облаками шевелящуюся муть, ползущую из клетки. — А ваше видение пока не приспособлено видеть адскую тварь. Этому вы тоже скоро научитесь, студентка Анастасия.

Настя обернулась. Только что стоявший рядом Сигдха не спеша топал к следующей клетке. Он так забавно переступал толстыми лапами, что девушка невольно улыбнулась. А потом заметила интересную особенность: та клетка, к которой шёл зверь-авалонец, не источала чёрного дыма. Заинтересованная, Настя не стала стараться разглядеть обитателя первой клетки, а двинулась к той, куда шёл Сигдха. Преподаватели не возражали. Они шли следом, о чём-то тихо переговариваясь.

Сигдха добрался до этой клетки первым. И стоял в паре шагов от решёток, кажется, чем-то обескураженный. Клетки были довольно огромными — Настя, пока шла мимо первой, машинально считала шаги: получилось где-то двенадцать шагов. Так что, шагая к зверю-авалонцу, она решила, что понимает его: они же здесь вчера гуляли — значит, в этой клетке кто-то был. А сейчас его нет. Вот Сигдха и удивился.

Она ещё не прошла первую клетку, как зверь-авалонец нерешительно шагнул к второй и снова застыл. Кого он там увидел? Странно. Клетка пуста? Привычной передней решётки девушка не увидела. А увидела пустое пространство клетки. Что тут случилось?

Какое-то неясное чувство тревоги заставило ускорить шаг.

А в следующий момент Настя подпрыгнула, и дух у неё захватило от ужаса: Сигдха потянулся вперёд и чуть носом не упёрся в боковую стенку клетки, вот поднял лапу поставить её внутрь пустой клетки — и мгновением позже сверху, описав полукруг, рухнула решётка, ударившая по нему и вбившая его в клетку! Грохнула вторая решётка, напрочь закрывая Сигдха в звериной тюрьме...

Вскрикнув, Настя бросилась ко второй клетке, одной рукой вцепилась в брусья упавшей решётки. Сердце больно стукнуло и замерло. Сигдха, сбитый с ног страшным ударом, лежал в левом углу.

Григоир горестно каркнул... Оставив кота в траве, снова хватаясь за брусья решётки уже обеими руками, Настя позвала:

— Сигдха, миленький!

И обернулась, посмотреть, далеко ли преподаватели, чтобы позвать их! Чтобы они помогли выручить зверя-авалонца! И закусила губу: оба остановились возле первой клетки и не собирались идти дальше. Это значит... Была подстроена ловушка? Сигдха не нечаянно попал сюда?!

Услышала шорох и взглянула. Зверь-авалонец вяло поднялся на лапы и, шаркая, приблизился к решётке. Настя, благо руки тонкие, просунула их сквозь два бруса к нему. Сигдха сам ткнулся в её ладони мордой.

— Сигдха, прости — я не знала, что так будет! Я не знала! Но почему?! Почему?!

"Не плачь, Настя... Они меня боятся..."

— Я позову Риана! Он поможет!

"Ему не дадут помочь мне. Да и что он может сделать?"

— Это несправедливо!

"Они меня боятся...", — повторил Сигдха и, отстранившись от её ладоней, поплёлся в левый же угол. Настя бессильно опустила руки. Это нечестно! Так нельзя с живым!

— Тишка! — то ли каркнул, то ли ахнул Григоир.

Девушка опустила взгляд и застыла: кот, опущенный на траву, кажется, не понял, почему его большой друг вдруг оказался за решёткой. Он протиснулся между брусьями и теперь неторопливо шёл к Сигдха. Тот, лежавший довольно равнодушно, поднял голову, а потом лапой подтащил к себе Тишку поближе. Через секунды оба зверя лежали в обнимку. Изумлённые преподаватели подбежали к клетке.

— Что такое? Как это случилось?! — крикнул Эинри.

— Вы знаете, — задумчиво сказала Настя, — как только с Сигдхой всё прояснится, я уйду из академии. Вообще. Я понимаю, почему вы это сделали. Но я не хочу становиться такой, как вы. Лучше остаться обычным человеком, чем быть магом, который... — она остановилась, заморгав и сдерживая слёзы. — Чем быть таким безжалостным.

Семнадцатая глава

Она чуть не дралась, сопротивляясь, когда преподаватели пытались взять её под руки, чтобы довести до лаборатории, потому что ослепла от слёз и спотыкалась на ходу. Да, сорвалась. Да, ревела в голос. Но при этом не разрешала им дотрагиваться до себя, злилась, кричала на них хрипловато насморочным голосом и всё никак не могла прекратить слезливый потоп. Особенно когда вспомнила, что Риана увели для обследования и что он не знает о коварстве тех, кому доверял. "Как он теперь на меня посмотрит?! Это я всё виновата! Не проследила за Сигдха!!"

А сорвалась легко: когда она выпалила вгорячах слова о том, что собирается уйти, некромант Эинри, не обращая на неё внимания, подошёл к клетке с Сигдха и... запер её. Защёлкнул какую-то щеколду, до которой зверю-авалонцу при всей его разумности просто-напросто не дотянуться. А потом обернулся к Насте и улыбнулся как-то так... Как-то так, словно не воспринял её слова всерьёз... Она увидела его улыбку, как улыбку предателя сообщнице... И закричала-заплакала...

До здания лаборатории дошла как в дурном сне. Григоир помалкивал, а преподаватели отстали от неё, как только Настя сумела-таки лягнуть Эинри, слишком близко подошедшего к ней. Следом за ними она вновь вошла в то просторное помещение. Там стоял деловитый шумок людей, которые быстро обговаривали будущий эксперимент.

Сразу Настю не заметили, поскольку не обратили внимания на вошедших. И девушка попыталась было спрятаться от всех, отвернувшись, но рыдания перешли в судорожную икоту, а выйти снова она не сообразила.

— Настя? — поразился Риан и, протиснувшись между окружавшими его преподавателями, быстро подошёл к ней. — Что... случилось?

Это он наконец разглядел её лицо.

Настоящая тревога, которую девушка услышала в его голосе, будто снова сорвала плачу все преграды, которые она выстраивала с той секунды, как вошла.

— Они заперли Сигдха-а!..

В помещении стало тихо. Люди оборачивались к ним, и Риан, уже добежав до Насти, то ли нечаянно, то ли специально сразу обнял девушку, закрывая её от всех. Хотя и Настя, почувствовав его объятие, мгновенно прильнула к нему. Как будто его руки могли сразу исправить ситуацию... Она вздрагивала от плача и ничего не могла сделать, чтобы унять его. Как будто за стеной услышала голос Диармэйда:

— Что произошло?

— Мы закрыли адскую тварь, — ответил Эинри — так, словно пожимал плечами: "А что такого могло произойти? Всего лишь..."

— Я-а... хочу умереть! — взвыла Настя, обнимая Риана и с ужасом снова и снова повторяя в памяти слова некроманта — со всеми его издевательскими интонациями. Тишины, вновь наступившей, она не услышала, потому что выла, не в силах совладать с собой и своим голосом: — Я не хочу-у.... Я не хочу здесь оставаться! Я хочу домо-ой... Домой! Учиться там, где начала-а... Чтобы помогать людям, а не быть предателем! Я хочу быть хорошей... Я не хочу чувствовать себя гадиной, которая предала-а... Они так легко это сделали-и... Так легко!.. Я не хочу быть такой! Не хочу, как они-и...

— Сначала мы выручим Сигдха... — внезапно услышала она шёпот Риана прямо в ухо. — А потом ты будешь делать всё, что захочешь...

Она тряслась в его руках и не могла остановиться. Его слова были ошарашивающими: она хотела уйти, оставив Сигдха в клетке?! Вдвойне предательница!

За спиной кто-то подошёл — она не слышала шагов, почуяла, будто её загородили ото всех, а потом на её вздрагивающую голову опустилась горячая ладонь, которой вдруг полился горячий воздух. Он пронизал всё тело Насти, убирая зажатость и напряжение, словно растопил сковавший мышцы лёд и тем самым заставил расслабиться. Но стыд оставался. Как в таком виде она сумеет повернуть голову?

Постепенно реальность возвращалась. Девушка осторожно, самую капельку повернула голову, проехавшись щекой по тенниске Риана. И вновь виновато вспыхнула: ткань оказалась мокрой от её слёз. Ладонь на её голове всё ещё лежала, и кто-то за спиной прошептал непонятные слова, которые не перевёл даже артефакт-переводчик. Мурашки по телу от этих слов, несмотря на ни на что... Но стало ещё легче. Поэтому она сумела обернуться. Позади стоял Аодхан. Смотрел он непроницаемо, и ей даже стало стыдно, что он видит её с опухшими глазами и носом. И потому опять отвернулась к спасительной тенниске Риана.

А потом Риан проводил её, прижимая к себе, потому что она оторваться от него не могла, боясь снова позорно разреветься, в комнату, где усадил на стул и сел напротив. Аодхан сел поодаль и не один: рядом с ним оказался тот самый темноволосый студент, которого Настя заметила в прошлый раз.

— Успокоилась? Расскажи, как это случилось?

Григоир, который устроился на шкафу неподалёку, еле слышно вздохнул.

— Просто, — ответила Настя, изумлённая, что может говорить без заикания. — Мне предложили посмотреть первые клетки с адскими тварями. Но вторая клетка была пустой. Сигдха удивился. Ведь вчера они бегали сюда, и клетка не была пустой. Он и подошёл ближе. А решётка упала сверху и закрылась. А потом тот преподаватель подошёл и закрыл запор. — Она посидела, горестно кривя губы, вспомнила: — И Тишка остался в клетке с Сигдха. Не захотел уходить от него.

— Кот с Сигдха в одной клетке? — уточнил Риан, а дракон поднял брови, на этот раз отчётливо удивлённый.

— Риан, давай сходим к нему! К Сигдха! — взмолилась Настя. — Пусть он знает, что это не ты решил его туда посадить! Он переживает!

Риан опустил глаза. И Настя забеспокоилась.

— Ты... не хочешь идти?

После неловкой паузы Аодхан спокойно сказал:

— В его нынешнем состоянии ему запрещено входить на территорию зоопарка. Опережая вопросы, объясню: внешне Риан оправился, но всё ещё слаб магически. Любой зверь в клетке легко стянет с него силу, поскольку между Рианом и тварями ада существует сильная связь. А живая сила тварям ада очень нравится.

— Вот как... — вспоминая лежащего в углу Сигдха и Тишку на его лапах, прошептала Настя. — Но ведь эта клетка прямо у входа!

— Первая же тварь, которая его увидит или почует, не преминет снять с него силы, — суховато сказал Аодхан.

Настя внезапно успокоилась. Уже враждебно глядя на однокурсников Риана, она скептически спросила:

— Даже если он пойдёт между вами? Я ведь прошу всего лишь успокоить Сигдха, который наверняка думает, что Риан — предал его. Уж Сигдха-то с него силы брать не будет. Или я не права?

Никто из троих даже не улыбнулся на её предложение. Даже снисходительно. А ведь она уже по первым урокам в академии знала про такую штуку: человек в окружении сильных магов пройдёт там, где без поддержки не ступит и шагу. Или это только для обычных магов справедливо? Не для некромантов?

Молчание повисло в комнате такое тягостное, что она успела прийти в себя.

— Ладно, — снова проронила она. — Я уже успокоилась. Что дальше?

— Диармэйд приготовил спецрасписание для нас, — неохотно сказал Риан. — Мы будем, как и предполагалось, заниматься отдельно. Первые две недели. Потом будет совместное обучение.

— Почему сначала отдельно?

— Будут проводить опыты, чтобы узнать, каким образом твоя личная магия взаимодействует с магией адских тварей. И снова проведут опыты с моим воздействием на их воскрешение.

— То есть к Сигдха нас обоих подпускать пока не будут, — уточнила Настя, вздохнув.

— Не будут, — покачал головой Риан.

Снова молчание. Некроманты выжидающе смотрели на юную ведьму. Она чувствовала их взгляды, хоть и опустила голову. Наконец пришла в себя и взглянула на них. Шмыгнула носом и кивнула.

— Я сейчас говорить с Диармэйдом не могу — сразу реветь начну. Со злости, — добавила она, чтобы её поняли. — Поэтому, Риан, передай ему следующее: пусть подкорректирует своё составленное расписание таким образом, чтобы, после того как Сигдха выйдет из клетки, я могла покинуть ваш мир. Я не собираюсь менять своего решения, хоть и выпалила его сгоряча.

После новой паузы Аодхан повернулся к Риану и с недоумением сказал:

— Я думал, у вас... — и осёкся.

Настя ничего не поняла, но парни неожиданно бурно заговорили о делах некромантских, и она забыла об оборванной реплике дракона, которого теперь не могла насмешливо даже про себя называть идеалом. Ведь он помог ей быстро справиться с неудержимым плачем.

Потом она послушно вышла за парнями из комнаты и вполуха слушала то, что ей говорил Диармэйд. Только раз ему сказала:

— Вас уже предупредили, что я остаюсь, пока Сигдха в клетке? — А когда заметила какое-то странное спокойствие в его глазах, сквозь зубы сказала: — И попробуйте только снова обмануть меня! Если вы скажете, что Сигдха не может выйти из клетки ещё долгое время, это будет ещё одним доводом не оставаться здесь.

А мысленно поклялась себе попробовать самостоятельно во всём разобраться, чтобы её не сумели обмануть, типа: Сигдха и впрямь не может быть выпущен из клетки по причинам, которые она не сумеет увидеть. "Они что — думают, раз я первокурсница, меня ещё и обманывать можно?!" — возмущалась она, угрюмо слушая неторопливую речь старика-зоолога.

И только спустя время, когда ей велели подождать, сидя на стуле в сторонке, она кое-что сообразила. Взглядом и движением бровей она подозвала к себе Григоира, который насторожённо крутил головой, обеспокоенно слушая магов. Когда ворон сел на её плечо, она погладила его по голове, незаметно для других слегка прижимая его голову так, чтобы сказать тихо ему:

— Будем выходить — запомни заклинание входа-выхода... Ниндзя меня понял?

— Понял, командир, — заговорщицки просипел фамильяр. А потом отстранился и, жалобно посмотрев на неё, просительно сказал: — Настя, а ты правду сказала, что уйдёшь из академии, когда Сигдха будет свободен? А как же я?

— Григоир... — собралась с духом Настя. — Если честно, то пока я ничего не знаю. Но я не могу, когда меня обманывают... Понимаешь?! Не могу!

Её снова затрясло подступающим плачем, и Григоир подпрыгнул на плече и в панике принялся утешать её. А затем оглянулся и, громко хлопнув крыльями, сбежал. Настя подняла голову. К ней торопился Риан. Добравшись до её местечка, в котором она притулилась на стуле, он присел на корточки.

— Что опять?

В его вопросе не было раздражения, а лишь забота, и Настя виновато сказала:

— Не обращай внимания. Я никак не ожидала, что могу быть такой плаксой.

Он встал, осмотрелся и, найдя ещё один свободный стул, сел рядом с ней.

— Никогда не думал, что в собственном зоопарке буду лишним.

— Как это?

— Просто. Сейчас всем распоряжаются старшие маги. Меня отстранили. А ведь это и правда мой зоопарк. Не будь моего дара воскрешать адских тварей, не было бы и его. — Он посмотрел на организованную работу магов-зоологов, больше похожую на суматоху, если не приглядываться, и задумчиво добавил: — Странное впечатление ненужности.

Настя увидела его глаза и тихонько вздохнула.

А потом её (Григоир едва успел сесть на плечо) снова повели в зоопарк — с уже определившейся целью и задачей: она должна была попробовать воздействовать на того зверя, который прятался в чёрном дыму — в первой клетке. Маги-зоологи, которые её сопровождали, должны были увидеть механизм этого воздействия и упорядочить его.

В небольшой группе магов Настя мельком заметила Орнию. Кураторша держалась поодаль от неё. Но даже так заставила девушку вспыхнуть, когда она вспомнила, чему была свидетелем у клетки, в которой теперь томился Сигдха.

Она остановилась у первой клетки, скашиваясь на вторую. Григоир так вообще быстренько снялся с плеча и махнул к Сигдха — на разведку. Ниндзя же!

А быстро вернувшись, конфиденциальным сипом сообщил:

— Спят!

Настя сомневалась, что Сигдха прямо так взял — и уснул. Она вспомнила, какой удар ему пришлось пережить. Наверное, он лежит, потому что ему больно. Девушка прекрасно понимала, что она накручивает себя воображаемыми ужасами, но ничего поделать не могла.

— Студентка Анастасия, — торжественно сказал Диармэйд тем временем. — Покажите нам, что вы делали, когда фамильяр Риана встретился вам.

Вот тут-то Насте поплохело ещё больше. Если она напомнит Диармэйду, что она воскрешала убитого фамильяра, он ведь колебаться не будет — и прикажет убить и эту адскую тварь. Или он не знает об этом? И просит всего лишь показать, как она пыталась помочь Сигдха, как будто он был уже живой? Но ведь Сигдха к тому времени и в самом деле был живым... И?..

Она закусила губу и взялась за волосы, в которых висели привычные артефакты-наполнители с магическими зельями, привычными для любой ведьмы. И внезапно застыла... Любая ведьма первым делом учится в академии видеть. Но, когда Настя поднимала руку к волосам, она не увидела привычной дымки вокруг кисти. Сначала она не поняла, что происходит. Но издалека услышала изумлённый голос Орнии:

— Девочка, где твоя магия?!

Старшие маги немедленно уставились на юную ведьму. А та, с похолодевшим сердцем, быстро оглядела собственные ладони и облизала губы, пересохшие от нервного дыхания ртом. Она... больше не маг?

Неизвестно, что подумали маги-зоологи, но Настя быстро связала отсутствие личной магии с недавним состоянием.

Медленно повернувшись к ним, она бесстрастно сказала:

— Добились своего? Заставили попсиховать — получайте бездарность! Всё! Пока! Собираю вещи — и будьте добры проводить меня в мой мир!

Руки дрожали, голос дрожал, сердце билось слишком огромным колоколом — и так болезненно, что она с трудом устояла на ногах. Прежде чем кто-то из преподавателей сумел хоть как-то отреагировать на её слова, она понурилась и поплелась к выходу из зоопарка. На слёзы сил не было. Она шла и мысленно перебирала, что надо забрать из коттеджа, какие сумки у неё есть, чтобы взять с собой необходимое... И как много, оказывается, вещей накопилось всего за два месяца учёбы здесь!

Оглянулась только у ворот. Группа преподавателей громко ругалась и спорила о чём-то между собой, размахивая руками. И даже Орния не глядела в сторону уходящей студентки... Настя криво усмехнулась: "А ты думала, что они за тобой помчатся изо всех сил? Обрадовалась... Им такие не нужны!" Голос со стороны раздался неожиданно: "А ты так уверена, что дар пропал? Что ты больше даже не ведьма? А если это только временная пропажа?" Она так же мысленно ответила: "Ты видел их лица? И тебе нужно ещё какое-нибудь доказательство?"

— Настя! Настя! — Григоир свалился на плечо. — Что ещё случилось?! Почему ты уходишь без их разрешения? А вдруг ругаться будут?!

— Григоир... Взгляни на меня. Мы пока ещё можем говорить с тобой. Но взгляни на меня! Я теперь даже не ведьма! — И засмеялась — неудержимо, как недавно плакала. — Мне очень жаль, Григоир, но нам придётся расстаться в любом случае. Я здесь больше не нужна! Понимаешь, Григоир?!

Ворон ссутулился на её плече...

Дверь в воротах зоопарка была открыта. Видимо, пока старшие маги здесь находились, охрана не нуждалась в слишком сильных мерах защиты. Все ряды деревьев свободно пропустили девушку до коттеджа. Едва Настя очутилась на своей половине, первым делом она разорвала в клочья записку магам-бытовикам с просьбой сделать дверь между двумя половинами коттеджа, мрачно радуясь тому, что маги ещё не видели этой бумажки. А потом начал лихорадочно собираться в дорогу. Сама себе не признавалась в том, что до ужаса боялась: а вдруг вернётся Риан и начнёт уговаривать остаться — до того мгновения, когда совет магов официально не вынесет приговор по её личной магии.

"Это слишком больно... Слишком больно..."

— Настя... — Григоир хмуро ходил по полу следом за ней. — Мне кажется, ты торопишься с выводами. Сколько ведьм, бывало, теряли свою силу, а потом её восстанавливали. Не спеши. Возможно, сила ещё вернётся!

— Может, это и глупости, но я знаю, что мне надо, чтобы она вернулась, — кривясь, ответила девушка. — Но мне этого никогда не получить.

— Настя, — уговаривал ворон, — ты ведь бросаешь не только меня! Ну, ладно — Сигдха. Его судьба, может, незавидна и непредсказуема, но ведь ты любишь Тишку! Неужели ты собираешься кота оставить?!

— Тишка сейчас нужней Сигдха, Григоир! — сорвалась Настя. — Ну, пожалуйста, не уговаривай меня! Мне и без того плохо! Быть ведьмой — пусть и неопытной... Но я к этому состоянию привыкла! А теперь?!

Когда сумки были готовы, она присела "на дорожку" и сумрачно взглянула на фамильяра, который уселся на её рюкзак и нахохлился. Судя по всему, долго молчать ворон не мог, и Настя ждала, что он скажет. И, когда поймала себя на мысли, что ждёт его доводов остаться, отвернулась.

— Настя, — тихо сказал ворон. — Я нашёл и запомнил все заклинания для входа и выхода в зоопарк. Ты могла бы жить здесь и украдкой бегать к Сигдха. Тебя всё равно сразу не выставят, а попробуют вернуть тебе магический дар. Так не бывает, Настя, чтобы он пропал сразу и навсегда. В тебе говорит обида, Настя. Подожди немного. Подумай. Пока преподаватели пытаются что-то сделать с твоим магическим даром, ты можешь утешать Сигдха. Ты нужна ему в первые дни — хотя бы пока он привыкает к клетке.

Глядя на фамильяра и слушая его, Настя вспомнила, что по возрасту ворон гораздо старше её. Она-то постоянно про это забывала, потому что он часто по-детски дурачился и охотно участвовал во всех проделках, которые иной раз она устраивала.

Потом она оглянулась на подоконники коттеджа, сплошь заставленные горшками и корытцами с цветами и травами. Она так тщательно всегда ухаживала за ними, а теперь они, без хозяйки, будут выброшены на помойку. Разве что девочкам из группы звякнуть, чтобы забрали? Но у них своего добра хватает.

Как быстро она обросла своим личным миром и привязанностями здесь, в академгородке... Как тяжело рвать все эти связи и отказываться от дружбы с теми, кто помогал ей, кому помогала она...

— Обида обидой, — наконец ответила она фамильяру. — Но я точно уверена, что пропажа моего дара — это Сигдха. Его отсутствие. Сколько бы я здесь ни жила, с мыслями о нём, мне магических способностей не вернуть. Я даже думаю, что ты прав. Магические способности вернутся. Но если я права и есть зависимость от Сигдха, то... Не вернётся Сигдха — останусь простым человеком. Тоже неплохо, между прочим. Но сам посуди: завтра студенческий праздник. И каково мне будет на нём? Чувствовать себя отброшенной от всех несладко. Я не хочу чувствовать себя одинокой на празднике!

— Но, Настя... — пробовал возразить Григоир.

— Нет, Григоир. Сигдха завтра не выпустят. А с семьёй, дома, я не буду чувствовать одиночества. Я буду среди таких же простых людей, как сама. И там мне не будет так одиноко, как уже сейчас я себя ощущаю... Ты проводишь меня до деканата?

Пока говорила, не услышала, что дверь в её половину коттеджа открылась.

— Ты забыла ещё кое-что, — равнодушно сказал Риан, хотя его скулы побелели от напряжения. — Ты забыла, что бросаешь не только Сигдха, но и меня. Ты забываешь, что одиночество грозит не только тебе, но и мне. Ты бросаешь меня. И так легко. Хотя мои надежды на тебя велики. Хотя моя вера в то, что ты снова обретёшь свои способности, огромны. И ты рушишь всё. Как будто наказываешь меня. За что?

— Риан, я... — растерянно начала она, невольно вставая, потому что некромант подошёл слишком близко и буквально нависал над ней.

— Я впервые ощутил, что не одинок, — впервые за последние два дня. Ты прыгнула под мою кровать и заставила меня почувствовать жизнь: ты лежала под кроватью, а я ощутил интерес к жизни, потому что мне было интересно, что происходит. Ты самовольно, без спроса, влезала ко мне в окно, и я ждал, что ты это сделаешь. После того как я увидел тебя — твою внешность, я сказал себе, что ты, в общем-то, ничего из себя не представляешь и что можно забыть о тебе и заниматься своими делами дальше. Но ты успела сделать главное — ты заставила меня жить. А потом ты оживила Сигдха и заставила меня привыкнуть к тому, что мой фамильяр изменил свою внешность и свою сущность. А теперь ты бросаешь не только моего фамильяра, но и меня? Я помню, почему ты плакала. Но почему же сейчас ты поступаешь точно так же, как Эинри? Почему ты подло бросаешь всех тех, кому дала надежду?

— Но я...

— Настя, пока есть надежда что-то изменить, ты не смеешь уходить от нас!

Он вспоминал одно, а она вспоминала, каким он был злым утром, — и поражалась, что он может находить слова, которые... брали за сердце. И ничего не понимала: он же был против того, чтобы экспериментально возиться с его фамильяром! Утром он не хотел даже нормально разговаривать с ней только потому, что Сигдха отвернулся от него! Почему же сейчас... Почему же сейчас он смотри так требовательно?!

Впрочем, он не только смотрел. Быстро нагнулся к ней, схватил за плечи и приник к её губам. Ноги Насти ослабели от неожиданности, и девушка, изумлённая донельзя, почти повисла на руках Риана... И это он говорил, что у него в жизни не было девушки?! Он, чьи губы заставили её забыться до такой степени, что она машинально обняла его за пояс — от страха, что его поцелуй вот-вот пропадёт с её губ?! Жёсткий, неожиданно властный и горячий, как будто в нём кипел тот самый ад, которым он, единственный в мире, обладал... А его руки постепенно смягчались, ладони уже не просто держали её, а обнимали, и вскоре грубый, настойчивый поцелуй оттаял в нежный и горечно-сладкий...

Риан замер, тяжело дыша и глядя Насте в глаза. Отстранился и снова застыл. За его спиной послышался странный звук. Девушка не сразу поняла, что кто-то открыл дверь. Риан не оглядывался, а лишь сделал краткое резкое движение, будто собираясь оглянуться. Снова звук — захлопнувшейся двери.

Кого не впустил некромант?

— И... что дальше? — выдохнула ему в губы Настя, как только поняла, что может дышать.

— Не знаю, — ответил он. — Но отпускать тебя не собираюсь. Запомнила?

Восемнадцатая глава

Они простояли какое-то время так, обнявшись, в тишине и в пустоте среди сложенных вещей, в гостиной, дышавшей одиночеством от разорённости. Даже Григоир куда-то делся. Наверное, сбежал в форточку, посчитав ситуацию неловкой.

Настя подавила слишком глубокий вздох и прошептала:

— Запомнила. Но повторю: что дальше?

— Для начала посмотрим, перед чьим носом я захлопнул дверь, — ответил Риан, но не сделал ни малейшего движения, чтобы воплотить своё пожелание в жизнь.

Он дышал Насте куда-то в макушку, чуть сбоку. Она чувствовала его невероятно горячее дыхание и такие же руки — и перед глазами вновь возникло всё, что произошло за этот день. И она медленно, не сразу поразилась: неужели всё это было на самом деле? А потом, благо что Риан держал её, мозги всё же воспрянули от ступора, и она начала анализировать события и даже удивляться тому, что поначалу не замечала.

Сопнув носом, Риан отступил на шаг и вгляделся в её лицо.

— Что?

— Ты дверь-то всё-таки не открыл.

— Так больше и не рвались к нам.

— А вдруг ты кому-то лицо разбил дверью?

— Тебя только это волнует?

— Нет, больше меня волнует вопрос: если ты, как сказали, потерял свой дар, то почему ты легко закрыл дверь перед носом этого... ну, который полез к нам?

— Пойдём к камину, — скомандовал он. А чтобы команда была выполнена немедленно и идеально, взял Настю за руку и отвёл её к креслам.

Они уселись друг против друга. Риан кивнул и сказал:

— Начнём? Ослаб мой дар воскрешать адских тварей — это имелось в виду, когда говорили о том, что мне нельзя подходить к клетке с Сигдха. Поэтому я уязвим для адских тварей. Но обычные магические силы у меня в норме.

— Ага, — задумчиво сказала Настя. — Вот как. А я-то удивлялась... А что будет, если я, лишённая магии, попаду в твой зоопарк одна? Без сопровождения?

— Ничего не будет, — спокойно сказал некромант. — Ты забываешь, что там содержатся магические твари. А им интересны только две вещи: ты сама им на обед — и твоя магия. Так что... Заговорённые решётки не позволяют им слопать тебя. А отсутствие у тебя магии делает тебя для них неинтересной.

— А если ты возьмёшь меня за руку... — начала Настя и замолкла. Риан и сам должен понять, чего она добивается от него.

Тот же совершенно спокойно встал и подтащил своё кресло ближе к ней. Впритык. Вновь уселся и немедленно взял её ладошку.

— Мне так думается легче, — объяснил он. И тихо улыбнулся. — Твой авантюризм, кажется, начинает действовать и на меня. Я не знаю, что будет, если взять меня за руку там. Но я готов посмотреть, что из этого получится. Хоть сейчас. Вот только... Все заклинания входа-выхода в мой зоопарк и его окрестности мне теперь неизвестны. И как попасть туда — я не представляю.

— Зато представляю я, — радостно сказала девушка. — Считай, что все пароли у нас в кармане. А что мы сделаем, когда попадём в зоопарк?

— У нас с тобой одна точка приложения всех сил. Одна цель, — осторожно сказал Риан. — Это Сигдха. Пока я сидел с друзьями, неожиданно осознал именно это. Что это значит? Если Сигдха будет рядом со мной, я восстановлюсь полностью. Начало для возвращения он мне этой ночью дал. Но он зверь созидания. Если раньше я думал, что он нужен тебе лишь для того, чтобы раскрыть твой потенциал воскрешающей суть, то сейчас я думаю, что он может вернуть магические силы и тебе.

Настя смотрела на парня, закусив губу, и внезапно снова чуть не расплакалась.

— Риан, я дура трусливая, да? Что сразу вот так рванула бежать отсюда?

Он жёстко сжал ей ладонь, сам неожиданно и болезненно надменный.

— Не думай об этом. Когда я считал, что потерял Сигдха, когда меня будто треснули по башке, ошарашив предательством, мои же родные, я вообще жить не хотел. Но ты боец. Не бойся, ты не трусишь. Ты просто выплеснула из себя горечь. И хватит. Пора забыть то, что было. И начать то, что будет. Зачем тратить силы на то, что нельзя изменить? Пока эти силы есть, мы их бросим на то, что нам с тобой необходимо.

— А с чего начнём? — заволновалась Настя. Она как-то сразу подумала, что лучше всего действовать ночью, когда их никто не увидит. Но у Риана, кажется, уже появились какие-то другие планы. — И... Риан... Орать-то я поорала при преподавателях. А если они серьёзно восприняли мои вопли, что я уеду домой?

Он посмотрел на неё с такой ясной улыбкой, что она не сумела не улыбнуться ему в ответ. Поэтому его слова стали только подтверждением:

— Никто никуда тебя не отпустит. Не знаю, что именно будет, но тебя сейчас начнут холить и лелеять, потому что такой дар, как у тебя — один из миллиона. Адские твари, которые были зверями с Авалона, драгоценны. А с ними драгоценен и твой дар. — Он немного помолчал, глядя на неё странно теплеющими глазами, а потом сказал: — Даже вдвоём мы пока мало что значим. Придётся посвятить в дело двух моих друзей. Аодхана ты ведь уже знаешь?

Настя собиралась кивнуть, но заметила, что его тёплый взгляд вдруг похолодел, стал пристальным и даже тревожным. Пришлось мысленно прокрутить его вопрос, а потом отрицательно покачать головой:

— "Знаешь" — это слишком... ну... хорошо сказано. Я его и видела-то всего два раза за последние дни. Один раз в общежитии для ведьм, куда он к кому-то приходил. Другой — в читалке, где я сидела с девочками.

Риан словно опал — таким напряжённым до её ответа выглядел.

— Ладно. Второго зовут Кенион. Оба сильнейшие на нашем курсе некроманты. Они не умеют воскрешать адских тварей, но помогут нам пройти по зоопарку незаметно. Это я придумал на тот случай, если моих сил не хватит, чтобы не только войти, но продержаться в зоопарке.

— А что мы сделаем в зоопарке?

Риан уже не улыбался, а ухмылялся.

— Если бы не ты, я бы никогда не додумался до такой аферы, — признался он после маленькой паузы. — Я хочу переместить в клетку Сигдха одну из своих тварей — замаскировать отсутствие авалонца. Преподы просто-напросто не поймут, что происходит, и поверят, что Сигдха совершил ещё одну метаморфозу. Несмотря на то что мои твари тщательно изучаются, многое остаётся за рамками практических и теоретических знаний. Знать, что происходит, могу только я. Потому что только я вижу магические линии метаморфоз и трансформаций.

— Даже в таком состоянии? — уточнила Настя.

— Дар слаб, но умение видеть осталось, — пожал плечами Риан. — Итак. Ты сейчас расставляешь собранные вещи по местам и думаешь, что сказать преподам, почему ты решила остаться. А я ухожу на свою половину коттеджа, вызываю своих друзей и объясняю им наше положение. После лабораторных занятий они будут свободны, и тогда мы сумеем разработать план вызволения Сигдха всей нашей компанией.

Он встал и, склонившись к сидевшей в кресле Насте, уверенно поцеловал её. Затем кивнул и торопливо вышел. Оставшись в тишине коттеджа, девушка, затаив дыхание, прислушалась к тому, что происходит за дверью. Наткнулся ли Риан на того, кто пытался войти в помещение во время их поцелуя?

Но за дверью было тихо.

Настя встала и подошла к вещам, ожидавшим дальнейшего решения своей судьбы. Она нагнулась было к сумкам, чтобы начать распаковывать их... Выпрямилась.

— Нет, надо по-другому... — прошептала она.

Прикинув, сколько будет продолжаться разговор Риана с его друзьями и придёт ли он потом к ней, чтобы почаёвничать (в его случае — покофейничать), она вспомнила, в какую сумку сложила продукты и личную посуду. Через пять минут вода для заварки была поставлена на огонь, а Настя поспешно протёрла чашки и тарелки, в которые потом положила оставшееся от родительской посылки печенье. Закончив необходимые приготовления к совместному чаепитию, она села на табурет и задумалась, приглядывая за плиткой с чайничком...

Для начала она пришла в недоумение: "Я такая рассудочная? Почему мне надо разложить всё по полочкам — всё, что со мной случилось? Ну, поцеловал — и что? Мне понравилось — и что? Но... получается, Риан в меня влюблён? Нет, он сказал, что моя внешность оставила его равнодушным. Но тогда почему он меня поцеловал?"

Закрыв глаза, Настя вспомнила прикосновение его жёстких губ, а потом властность его поцелуя. Он как будто нисколько не сомневался, что она примет его поцелуй. "А если я так... что колени подогнулись... Я люблю его? Или это только влюблённость — у нас обоих? Но он... Он ведь хотел поцеловать и поцеловал... Нет, он мне нравится, но..."

Ей вдруг стало страшно. А если бы он не прибежал следом? Не остановил её своим поцелуем? И тогда бы она не узнала... Пытаясь понять себя и Риана, Настя снова задалась рациональным, как ей показалось, вопросом: "Но ведь я даже не подумала о нём, когда собиралась сбегать! Значит ли это?.."

В конце концов, она разозлилась на себя. "Если Риан в меня влюблён — это главное! Потому что его чувство поможет Сигдха выбраться из клетки! А потом... Потом — посмотрим, что дальше!"

Вода, закипевшая, прервала поток взволнованных мыслей. Настя вскочила с табурета, вылила половину в турку, которую поставила на плитку с уменьшенным огнём. И остолбенела: как она сумела вызвать огонь, если у неё нет магической силы?! Суматошно глянула на руку. Нет, магия не вернулась. Так почему?..

— Наконец-то заметила, — проворчал Григоир сверху, с одной из полочек.

— Так это ты?!

— Кто ж ещё, — вздохнул фамильяр. — У тебя магии нет, но у меня-то осталась. На бытовом уровне, — явно на всякий случай предупредил он. И тут же добавил: — Я рад, что ты передумала уезжать.

Она подозрительно посмотрела на него. Смеётся? Видел, как Риан целует её? Отмалчиваться не собиралась, сказала — правда, очень туманно:

— Всё не так однозначно.

— Мне всё равно, — заявил ворон. — Главное — ты осталась. И я больше не чувствую себя покинутым сиротинушкой.

— На жалость давишь? — изумилась она, регулируя пламя и наблюдая, как кофе постепенно вскипает.

В глазах фамильяра, которые уставились на турку, промелькнуло нечто.

— Если ты сейчас скажешь какую-нибудь гадость... — медленно начала Настя.

— Сейчас придёт Риан? — как ни в чём не бывало спросил Григоир.

— Почему ты так решил?

— Я ниндзя! Умный и сообразительный разведчик! Первым делом ты поставила кофе для него, хотя рядом стоит чашка с чайной заваркой для тебя, — привычно хвастливо объявил фамильяр.

Теперь и Настя уставилась на поднимающуюся кофейную пену, источающую такой аромат, что она даже позавидовала Риану — чему ещё и улыбнулась. "Вот тебе и ответ на все твои вопросы, — с неожиданно тёплым чувством решила она. — Да, я первым делом сварила кофе для Риана. Не думая об этом. Значит, я жду его. Значит, мне хочется, чтобы он пришёл. Значит, у меня к нему чувства... — И внезапно оторопела: — А если у меня чувства, почему я пытаюсь что-то анализировать?! Их не анализируют!"

— Хочешь сказать, я ошибся? — обиженно спросил Григоир, с вожделением глядя на тарелочку с печеньем.

— Григоир, ты не ошибся, потому что в придачу к ниндзя ты ещё и замечательный детектив, — сказала Настя, выждав, пока пениться кофе на огне почти перестал, и наливая его в чашку. — Поэтому одну печеньку можешь забрать.

Она закрыла крышкой кофе для Риана, а потом, как ни в чём не бывало, взяла листок бумаги из тех, на которых записывала всё нужное по хозяйству, а также продукты для себя, и быстро написала: "Старшие маги сразу поняли, что в зоопарк мы пришли с Сигдха. Значит ли, что весь коттедж прослушивается?" Григоир, тем временем раздолбивший печенье на кусочки, стоя на том же столе, вопросительно взглянул на хозяйку: мол, можно мне посмотреть, что пишешь? Настя коротким движением пододвинула к нему листок. Григоир прочитал запись и, глядя ей в глаза, покачал головой в стороны, а потом вслух добавил, чтобы она убедилась, что правильно его понимает:

— Они засекли его на границе первого ряда зоопарковых заграждений. Я слышал их разговор, когда один спросил Диармэйда о том же. А ещё я узнал, что коттедж прослушиваться не может, потому что магия Риана, даже будучи слабой, не даёт им этого делать. Она так фонит, что перебивает все прослушки.

— Даже когда его нет в коттедже? — уточнила Настя.

— Даже.

— Замечательно... — прошептала она. — Будем тогда мухлевать, как Конан Дойль в "Шерлоке Холмсе" провозглашал: прятать вещь надо так, чтобы она лежала у всех на виду. А уж если Риан доведёт свою задумку до нужного воплощения...

Пока ворон склёвывал кусочки печенья, она вдруг вспомнила услышанную в лаборантской зоопарка фразу, которую произнёс в короткой беседе дракон Аодхан. "Я думал, что у вас..." И замолчал. Что он имел в виду? Причём сказал он это... Девушка напряглась, вспоминая. Он сказал эти слова после вопля Насти о том, что она уйдёт из академии в любом случае. Почему он сказал: "У вас"? И смотрел при этом на неё, на Настю. "У вас" — это у кого? Потом он глянул ан Риана. И... что он думал?!

— Григоир! — рявкнула Настя так, что бедный фамильяр подпрыгнул. — Скажи мне что-нибудь такое, чтобы я перестала думать о... — И осеклась сама от сумасшедшей догадки. — Не может быть... — прошептала она, обалдело глядя в стену. — Не может...

— Э... — осторожно сказал ворон. Когтистой лапой он осторожно так же подтаскивал к себе, на краешек стола, куда отступил после её нежданного вопля, последние крошки от печенья. — Настя, если ты мне объяснишь, из-за чего ты волнуешься, я, может, и помогу. А если я не буду знать, на какие темы с тобой нельзя говорить, то... не обессудь.

— Не может быть... — машинально повторила Настя, с трудом сдерживаясь, чтобы не распахнуть висячий шкафчик, куда вернула сыпучие продукты.

С трудом сдерживаясь, чтобы не схватить пачку с гречкой и не высыпать её содержимое на стол. Браслет дракона! Так он предназначался не для того, чтобы приворожить Настю к Аодхану?! Кто там ей говорил, что все драконы опасны тем, что любят поинтриговать?! Но зачем Аодхану, чтобы она влюбилась в Риана?!

— И что теперь мне делать?! — прошептала она, чувствуя, как жутко трепыхается сердце от неразрешимого противоречия: она уже решила, что потихоньку влюбляется в Риана, а оказалось — её приворожили!

А потом ахнула. А если Риан, не зная того, сам принял от коварного дракона какой-нибудь подарок?! И тоже влюблён в Настю не по собственному желанию?!

— Убью... — осипшим голосом проговорила она.

— Помочь? — с любопытством спросил фамильяр.

— Др-ракона! — прорычала девушка, ощущая, что ещё немного — и она взорвётся от явно ненормальных эмоций.

— Ой, нет! — отказался Григоир, заполошно хлопая крыльями перед собой, будто отстраняясь ими от сошедшей с ума хозяйки. — Простите-извините, но только не дракона.

— Предатель! — по инерции ответила Настя.

— Где уж нам уж... — пробурчал тот, а потом с неистощимым любопытством поинтересовался: — А как ты его собираешься убить?

Она осела на табурете и задумалась, тяжело дыша от потрясающего открытия. Риан выбрал именно этот момент, чтобы стукнуть в дверь её половины коттеджа и войти.

— Кофе пахнет, — сообщил он, появившись в кухне и улыбаясь Насте.

Девушка открыла рот — и закрыла. Нет, у Риана она точно спрашивать не будет. Надо будет сбегать в библиотеку, чтобы узнать: если человек понял, что его приворожили, снимается ли в таком случае ворожба? А пока... А пока надо провести эксперимент — проверить себя: если она снова захочет, чтобы Риан её поцеловал, это будет естественное желание? Или наведённое?

— Господи, какая же я дура... — вырвалось у неё.

В эту секунду она отвернулась от Риана к раковине умывальника.

— Прости, пожалуйста, ты что-то сказала — я не расслышал, — оглянулся на неё Риан, сидевший за столом.

Григоир, который сидел над столом, на навесной полочке, оквадратил глаза на девушку, но та лишь бесстрастно ответила:

— Ничего. Это я про себя, Риан.

Затем она села сбоку от него и спросила:

— С чего начнём вызволение Сигдха? Хотя бы примерный план у тебя есть?

— План-то у меня роскошный, — рассеянно сказал он, кладя свободную ладонь на её кисть и чуть поглаживая её — так нежно, что у Насти мурашки по телу побежали: вот эта ласка — что это?! Неужели фальшивка?!

— А что... мешает ему, если ты сомневаешься?

— Именно то, что он роскошный, — улыбнулся Риан. — Слишком лёгким выглядит. В любом случае все риски того стоят. Мы с тобой вернём себе личную магию, благодаря Сигдха, а потом посмотрим, что делать дальше.

Она посидела, не в силах даже пригубить свою чашку с чаем, а потом решилась.

— Риан, ты слаб, но ты обрёл обычную магию. Сумеешь ли ты разглядеть на мне чужое воздействие?

— Ты боишься, что на тебя накинули магию наблюдения? — насторожился тот и быстро всмотрелся в неё. Покачал головой и с облегчением сказал: — Ничего нет.

— А в области сердца? — боясь дышать, спросила она.

Он вновь прищурился и улыбнулся.

— Нет.

— Риан, — вновь решилась она, — а ты не боишься, что я не могу посмотреть на тебя и сказать того же?

— Ты запугана, — понимающе кивнул некромант. — Не беспокойся. Меня осмотрел Аодхан. Я сам ему предложил, потому что тоже побаивался, что наши старики могут намудрить с наблюдением.

"Убить я его, может, и не сумею, но морду расцарапаю — и скажу, что так и было!" — мысленно прорычала разъярённая Настя, сомнения которой так и остались сомнениями.

Потом они болтали о праздном и ненужном, оба дожидаясь, пока придут друзья Риана, с которыми он отдельно должен договориться о первой же вылазке в зоопарк. Поскольку беседа была почти легкомысленной, Настя чувствовала себя довольно свободно, хотя нежность Риана, с какой он смотрел на неё, порой заставляла её сжимать кулаки и придумывать новые способы убийства Аодхана.

Неожиданная вспышка привычно заставила её взяться за артефакт-переговорник. Так же привычно произнесла:

— Слушаю.

Риан замолчал, с улыбкой и кивком спрашивая, не уйти ли.

Настя не сумела совладать с собой и отчаянно сморщилась, глядя в сторону.

— Что случилось? — встревожился Риан. — Тебе сказали что-то плохое?

— Я-а не слышу того, кто хочет говорить со мной! И там меня не слышат! Моей магии — не-ет!

Риан вдруг необычно жёстко отобрал у неё артефакт-переговорник и сказал над ним — тоже довольно невежливо:

— Выждите минуту — и Настя поговорит с вами!

— Зачем врать? — спросила она, с трудом удерживая слёзы.

— Никакого вранья, — уже грубовато сказал Риан и неожиданно взял её на руки. — Идём сидеть в кресле. Пока ты на моих коленях, ты окружена моей магией. А значит, спокойно побеседуешь с теми, кто хочет говорить с тобой. Не реви — слышишь?

— Ага, — всхлипнула она в последний раз и теперь уже с трудом удержалась от смеха: "Не реви!" Она похожа на Малыша, потому что маленькая. Но длинный и худощавый Риан до сих пор внешне не оправился, чтобы выглядеть как Карлсон!

Пока парень нёс её в гостиную, пока садился в кресло, она с новой печалью вспомнила, что в коттедже теперь ей сидеть, как в тюрьме: заклинания входа-выхода перед защитной стеной она выучила. А что толку? Магических сил нет. Заклинания остаются пустыми словами. Но промолчала. Риан так бережно сел вместе с ней, а потом обнял за плечо и велел:

— Вот теперь говори.

Она машинально взглянула на часы. Всё правильно. Закончилась вторая пара, и девчонки исходили любопытством, почему её нет на занятиях. Недоверчиво подняла артефакт — и обрадовалась до новых слёз, но уже счастливых: она увидела, кто с ней пытался поговорить! И набрала код Мерсайл.

— Кто говорил по твоему переговорнику?! — выпалила девушка-оборотень, даже не здороваясь. На заднем фоне послышались взволнованные голоса: "Это Настя? Настя? Что там у неё?! Что случилось?!"

— Мерсайл, мне сейчас будет трудно говорить по артефактам, — вздохнула Настя. — У меня беда — пропала магия.

— Что — у тебя?! — поразилась Мерсайл, а на заднем фоне затихли.

— Мне сегодня утром пришлось много понервничать... — медленно подбирая слова, объяснила Настя. — Мои магические силы пропали. Есть надежда, что ненадолго. Поэтому я не могу говорить с вами тогда, когда захочу. Пока мне помогает говорить только Риан. Без него я не слышу вас, а вы — меня. Это Риан сейчас вам ответил.

Она услышала голос Мерсайл, которая, сама потрясённая, пересказывала сообщение Насти девочкам. Едва она закончила, Настя расслышала испуганные вопли и крики одногруппниц, после чего Мерсайл рявкнула на них, обрывая ор, а потом обратилась к Насте. Та как раз начала успокаиваться, поняв, что о ней беспокоятся.

— Настя, а можно — мы к тебе придём сегодня вечером?

Девушка вопросительно взглянула на Риана. Тот закивал так, что она встревожилась: голова оторвётся! С чего бы он так захотел, чтобы её подруги явились в коттедж? И ведь открывать защиту придётся ему! Впрочем, она может сказать заклинания девочкам — и тогда они самостоятельно пройдут защиту. В любом случае, придётся воспользоваться помощью парня.

— Приходите, — ответила она. — Буду ждать!

— Мы ей пирогов принесём! — раздался вопль Кари. — Она, наверное, там голодная!

— У неё магии нет, а не продуктов, — резонно возразила, кажется, Сайофра.

— Бессердечные вы! — осудила гномушка.

— Настя, ты слушаешь? — снова обратилась к ней Мерсайл. — Мы придём. Жди!

Они сидели в кресле, и Риан не торопился снимать Настю со своих коленей. Как и Настя, пока не попросит, не собиралась вставать. На коленях у Риана было... спокойно. Потом он задумчиво спросил:

— Они придут тебя утешить?

— Слишком деловые для этого, — мельком улыбнулась она. — Скорей, напомнить, что завтра концерт и вообще праздник.

— Тогда очень хорошо, что они твои подруги.

— Почему?

— Ты не будешь себя чувствовать рядом с ними иной.

— На праздник я не пойду, — хмыкнула Настя. — Порепетировать — порепетирую, но на концерте, а тем более на танцах мне делать нечего.

— Ну и глупо, — тоже задумался Риан. — По твоим словам я понял, что ты думаешь: Ты переволновалась, а потому пропала твоя магия. А если ты повеселишься — и магия вернётся? Может, стоит пойти ради этого?

— Слишком легко, — вздохнула она и спохватилась: — Риан, а как же твои друзья? Они ведь тоже придут вечером?

— Ничего. Мы не будем мешать вам. У меня есть цель. А друзья нужны, чтобы составить план, как вызволить Сигдха.

— Но в ночную вылазку я пойду вместе с вами, — решительно сказала Настя.

— Зачем?

— Не зачем, а почему. Причина простая: ты забыл, что Сигдха злится на тебя. А со мной он дружит. Я буду вам нужна в зоопарке, чтобы он пошёл за мной.

— Здесь ты права, — признал Риан. — Я как-то и впрямь подзабыл про это.

И замолчали, размышляя каждый о своём. Но молчать было комфортно. Риан так и не собирался ссаживать Настю со своих коленей, а ей в горячечном тепле от его тела было уютно. Она уже не думала со злостью об Аодхане. Придумался новый план, как узнать, находится ли парень под наведённым колдовством, нет ли. Она решила попросить Иту, девушку-вампира, как самую чувствительную к тёмной магии (некроманты же!), посмотреть на Риана. Просьба будет выглядеть естественной: можно будет сказать Ите, что парень начал ухаживать за ней, за Настей. И ей хочется знать, свободен ли он. Ита умеет держать язык за зубами. Не то что Кари. Так что она не только осмотрит Риана втихаря, но и промолчит об интересе к нему Насти.

Обдумав своё решение привлечь Иту к своим делам, Настя почувствовала себя гораздо спокойней. И сидела на коленях Риана, наслаждаясь его теплом, грустно улыбаясь, что тепло это принадлежит человеку, умеющему воскрешать адских тварей.

Девятнадцатая глава

Судя по всему, Риан оказался из тех людей, что предпочитают действие. Посидев в своё удовольствие с Настей, он спустя минуты поднялся и сообщил:

— Мне пора. Надо подготовиться к встрече с друзьями. А ты готовься принять подруг. Не грусти, Настя. Выручим Сигдха!

— Ага... — пробормотала она, провожая его к двери и размышляя, не слишком ли он стал деловитым. И не слишком ли много обещает. Но снова сдержала глубокий вздох и улыбнулась так, чтобы он не расстраивался.

Парень прав. Чтобы подготовить вечерний "приём", надо бы собранные вещи расставить и разложить по местам. А то основное девушка уже разнесла по комнатам, а ведь мелочи ещё много. Она выволокла несколько самых нужных сейчас сумок из гостиной в спальню и только было принялась вытаскивать вещи, как в дверь постучали.

Оглядевшись в панике, Настя чуть не шарахнулась от чёрного снаряда, с шелестом ворвавшегося в комнату.

— Это всего лишь я! Зато за дверью Диармэйд и ещё какой-то лысый дядька! — доложил Григоир и тут же жизнерадостно поинтересовался: — Притворимся, что нас нет дома? Или впустим и будем изображать вселенскую печаль, чтоб им стыдно было?

Не обращая внимания на его болтовню, Настя быстро заколола шпильками волосы, растрепавшиеся за день, и помчалась к двери.

Лысый дядька, по имени Барра, оказался магом-психологом. Так, во всяком случае, он представился. Несмотря на некоторую полноту, подчёркнутую светло-зелёной рубашкой, выпущенной из летних, каких-то легкомысленных брючек неопределённо светлого цвета, несмотря на округлое, жирноватое лицо со слегка выпученными светлыми глазами, взгляд у него оказался цепким. Настя перехватила этот его взгляд не только на неё саму, но и на сумки, которые всё ещё высились в гостиной, и сама ещё раз ощутила неприютность дома, из которого хотела сбежать.

Обычно величественно выглядевший, сейчас Диармэйд рядом с ним внезапно показался незначительным, хотя внешне был выше. Но именно он начал беседу, проведя знакомство с новым лицом в жизни Насти, а потом выспренно объяснив:

— Преподаватель Барра изучит ваше состояние, студентка Анастасия, и сделает выводы, чтобы прописать вам необходимые процедуры для возвращения вам вашего магического таланта.

— Прошу вас, — указала обоим преподавателям растерянная Настя на те же кресла у камина. Пока она сообразила лишь одно: именно эти двое недавно стучали в дверь, но Риан бесцеремонно захлопнул её перед ними.

— Я откланиваюсь, — твёрдо сказал Диармэйд и в самом деле поспешно ушёл из коттеджа. По впечатлениям — сбежал. Настолько резво, что Настя подошла к закрытой двери и остановилась в недоумении: дверь-то уже закрыта — что делать?

Барра тем временем медлительно, едва заметно переваливаясь с боку на бок, подошёл к креслам, оглядел их, после чего неожиданно легко расставил так, чтобы собеседники видели друг друга во время разговора. И сел, выжидательно глядя на хозяйку коттеджа... Прежде чем сесть, Настя нерешительно спросила:

— Что будете? Кофе, чай?

Барра посмотрел на неё снизу вверх, но, по впечатлениям, его взгляд был высокомерен. Правда, ответил маг-психолог достаточно мягко:

— Я преподаватель и здесь по делу. Почему ты предлагаешь мне чай?

— Но учёба у нас (если это, конечно, она) будет проходить в стенах жилого дома, — пожала плечами Настя. — В домашней обстановке. И, возможно, вам будет удобней, если в такой ситуации мы оба будем чувствовать себя комфортно.

Мысленно стирая пот со лба, девушка так же мысленно выдохнула. "Ну и фразочку я закатила!.. В следующий раз надо будет — не сумею так, по-взрослому, высказать. Эх, с перепугу, наверное, только и получается..."

Кажется, эта фраза произвела впечатление на преподавателя.

— И всё же, — улыбаясь более благосклонно, кивнул он, — не будем отвлекаться от темы нашей беседы. Хотя, признаюсь, ваше предложение, студентка Анастасия, является плюсом к вашей характеристике. Итак, вы не только упрямы в своих намерениях (сужу по вещам в комнате), но и весьма доброжелательны. Садитесь же. Начнём.

Робко усаживаясь напротив Барра, Настя встревоженно подумала: "Знает ли Риан о приходе этого психолога? А вдруг он сам придёт не вовремя сюда? Хм... Почему не вовремя? Этому Барра, наверное, и Риан будет интересен. Ладно, посмотрим".

— А о чём вы со мной хотели бы поговорить? — несмело спросила она.

— Начнём с насущных вопросов. Студентка Анастасия, вы всё ещё горите желанием покинуть нашу академию?

— Испытываю определённые колебания, — чопорно сказала Настя.

— Кто-то уже успел поговорить с вами?

— Ну... Да.

— Видимо, этот кто-то имеет на вас большее влияние, чем здешние педагоги, — пробормотал Барра.

— Меня нельзя взять за шкирку и заставить что-то сделать, если это что-то мне не нравится, — возразила девушка. — Тот самый кто-то просто объяснил мне, как именно выглядит ситуация и я в ней с его точки зрения. Привёл доказательства. Они были вескими. Я увидела своё положение его глазами и поняла, что торопиться с важным решением не надо.

И, только договорив, сообразила, что Барра знает, что она говорит о Риане. Ему же наверняка всё рассказали. Поэтому он... насмехается? Но Настя уже пережила сегодня эмоциональное потрясение, поэтому спокойно взглянула на преподавателя. Тот смотрел невозмутимо, а потом кивнул:

— Многого мне для оценки ситуации не нужно. Пожалуйста, студентка Анастасия, покажите мне запястье левой руки.

— Зачем? — насторожилась девушка.

— Запястье — один из самых мощных выходов магической энергии в человеке. А главное в том, что он информационный. Глядя на него, я сумею понять, почему ваш магический дар внезапно исчез.

О таком Настя ещё не слышала, но доверилась магу, который так легко рассказал о способе узнать проблему. Только один вопрос застрял в мозгах: разве Барра не сказали, что её магический дар исчез после предательского помещения Сигдха в клетку? Или он предпочитает сам во всём убедиться — с помощью своего способа?

И вытянула руку, изогнув ладонь так, чтобы запястье и в самом деле было повёрнуто к Барра... Они сидели близко друг к другу, поэтому маг-психолог прищурился на её руку и... Настя глазам не поверила, когда его взгляд начал метаться от кисти и запястья к её плечу. Как будто Барра отслеживал маленькую и юркую змею, которая стремительно носилась по её руке.

Вскоре Настя устала держать руку на весу. Она несколько раз нечаянно опускала её и спохватывалась, заслышав недовольное мычание мага-психолога. И, в очередной раз спровоцировав это недовольство, она задумалась: если он называется психологом, то почему занимается отслеживанием пропажи её дара именно так? Начало беседы, как ей показалось, было именно психологическим — ну, как она себе это представляла. Но сейчас... Спросить — не спросить, что именно он делает? За чем следит? Барра ведь не говорил, что нельзя разговаривать в эти минуты. Но, хорошенько подумав, Настя отказалась от вопросов, решив выждать, пока ей всё сами не расскажут... И вновь спохватилась, поднимая страшно отяжелевшую от усталости руку.

— Можешь опустить. — Барра откинулся на спинку кресла и, посидев немного с крепко сжатыми губами, высказался: — Как ты и предполагала, твой дар блокирован твоими негативными эмоциями. Чтобы распутать их и вытащить твою магию из убежища (скажем так), необходима долгая работа.

Настя только вздохнула.

Но Барра вдруг поднял указательный палец.

— Самый лёгкий выход — это и впрямь выпустить того зверя из клетки. Хотя и в этом случае твои реакции могут задержать дар припрятанным. Но это лучший вариант. Другое дело, что мне объяснили: зверь этот смертельно опасен.

— Двое суток был не опасен, — процедила сквозь зубы мгновенно рассердившаяся Настя, — а сегодня вдруг стал опасен? Глупости.

— Мы с тобой дилетанты в биологии и в метаморфизме адских тварей, — спокойно заметил Барра. — Практически возможно всё. Теоретически — и я согласен с этим! — тоже возможно всё. Предугадать трудно, как поведёт себя зверь, который воскрес дважды.

— Только почему-то все старшие маги забывают об одной интересной особенности, — скептически сказала Настя. — Когда я шла домой, заворожённая тем Сигдха, который только что воскрес и был жутким змеем, он превратился в нечто очень маленькое — только для того, чтобы мне было удобней идти. Он превратился чуть ли не в игрушку на верёвочке! И это был зверь, который ещё не стал авалонцем! Мне хватает этого довода, чтобы понимать: мне Сигдха ничего страшного не сделает! Потому что он знает, кто помог ему воскреснуть. Потому что во всех своих ипостасях он был разумным.

— Интересная особенность, — задумчиво сказал Барра. И поднялся. — Что ж. Долго сидеть я здесь не буду, студентка Анастасия. Теперь пора пойти к твоему зверю, чтобы взглянуть на него и понять его эмоциональные линии. Может, хоть тогда у нас появится зацепка — для его освобождения.

— Такое и в самом деле может быть?! — не поверила Настя.

— Надежды давать пока не буду, — предупредил Барра. — Мне надо всё проверить чисто визуально.

Он кивнул и быстро вышел.

Девушка постояла немного в нерешительности, а потом бросилась к двери и самую капельку приоткрыла её. Полное впечатление, что этот Барра её обманул. Но в чём? Дал надежду, которой трудно поверить? Или... Перед глазами в узком проёме что-то мелькнуло. Она испуганно отпрянула, инстинктивно захлопнув дверь.

Секунду спустя единственный стук в дверь — и Риан вполголоса и нетерпеливо сказал:

— Это я. Открой.

Она быстро распахнула дверь и сразу заговорила:

— Риан, приходил какой-то Барра...

— Знаю, видел, — закрывая за собой дверь, ответил парень. — Жаль, что у нас общей двери нет. И жаль, что я не сообразил тебя предупредить...

— О чём? — немедленно спросила Настя, испугавшись.

— Не бойся. Барра смотрел твоё запястье?

— Да, он сказал, что это нужно, чтобы проследить... ну... что-то вроде того, что так он узнает, почему у меня блокирован мой магический дар.

— Тихо... — Риан, приложив палец к своим губам, увлёк её к креслам. — Садись на колени ко мне — так тебя больше никто прослушивать не сумеет.

— То есть? — Настя передёрнула плечами и потребовала тихо: — Объясни!

Но, тем не менее, усевшись, как он потребовал, обняла его за плечо и даже прислонилась к нему, удивлённо и в то же время с каким-то странным облегчением ощущая его тёплые руки, сомкнувшиеся вокруг её талии.

— Барра умеет проследить события по эмоциональным линиям человека, — ответил Риан. — Я совсем забыл, что преподы могут прислать его. Что он сказал?

— Подтвердил, что магия пропала, потому что я расстроилась из-за Сигдха.

— Ну, это на поверхности. Больше ничего?

— Он пошёл к Сигдха, чтобы посмотреть его эмоциональное состояние и чтобы найти возможность его освободить.

— Это надолго... — прошептал Риан, глядя куда-то мимо Насти.

А Настя затаилась. Ей вдруг показалось, что не было никакой причины садиться к нему на колени, что он всё о каких-то трудностях придумал, а сам всего лишь хотел посидеть с ней так, чтобы чуть не в обнимку. Или они сидят уже в обнимку? Ведь и чтобы обнимать её за талию, как он сейчас делает, тоже нет причин: она и так сидит — прислонившись к нему, как к спинке кресла. "Что-то ты совсем не о том думаешь, — растерянно решила девушка. — Там Сигдха страдает, а ты о каких-то обнимашках задумалась... Может, Риану реально плохо из-за того, что происходит. Вот ему и легче, когда есть кого обнимать... Ужас, что думаю!"

— Настя...

— Мм?

— Я хочу подарить тебе браслет. Он защищает от проникновения чужих в твоё личное поле. Если ты не против, неплохо бы тебе его надеть.

— Я-то не против, но кто его сделал? — бдительно спросила Настя, сразу насторожившись: а вдруг Аодхан опять мухлюет?

— Я, конечно, — изумлённо ответил парень и сам застегнул на её кисти простой браслет, сплетённый из слегка позеленевшей проволоки.

Вид этого браслета успокоил Настю: дракон такого не подарит! Поэтому она, недолго думая, поцеловала Риана в щёку и от души сказала:

— Спасибо!

— Я побегу, — неожиданно поспешно сказал он и началом движения встать будто невольно заставил девушку подняться. — Сейчас придут мои друзья, как и договорились. А ты — готова к встрече со своими подругами?

— А ты поможешь мне открыть защитную стену возле коттеджа?

— Конечно.

— Тогда давай условимся о стуке в дверь. Я буду барабанить вот так. — И она отстучала фразу: "Старый барабанщик! Старый барабанщик!", которую выучила ещё в школе, когда мечтала попасть в школьную вокальную или инструментальную группу хотя бы барабанщиком.

— Запомнил, — кивнул Риан и ушёл.

— Интересно, — оставшись в одиночестве, пробормотала она. — Сначала испугалась я, потому что он велел сесть к нему на колени. Потом он — из-за моего поцелуя. Карусель... Ничего не понимаю — вертится всё так, что я не успеваю хоть что-то понять.

— А ты займись конкретным делом, — посоветовал Гриигоир, выглядывавший из-за занавески в спальне.

— Каким?

— Подруги твои когда придут? Скоро. Вот и подготовься хотя бы к их приходу. Я помогу — прослежу, когда они появятся у защиты. И прилечу тебя оповестить.

— Вот спасибо, Григоир! — обрадовалась Настя, которая только сейчас поняла, что без этой помощи фамильяра она бы постоянно зря торчала у окна, дожидаясь девочек. — С меня пирожок — с мясом!

— Ка! — счастливо возопил ворон и умотал в форточку сторожить.

Сначала разложить вещи по местам, потом — на кухню: ставить чай и раскладывать тарелки. Пока всем этим занималась, вдруг подумалось: интересно, а хватит ли магических сил фамильяра, чтобы заклинание для защитной стены сработало? Слова-то Настя знала. Позвать "ниндзя", чтобы проверить идею? Нет, времени мало.

Но вскоре стол был готов, а Григоира всё не было, и Настя вышла из коттеджа, чтобы вместе с ним заметить идущих к ней в гости одногруппниц. Почти одновременно из-за угла вышел Риан и поднял руку:

— Настя? Идут?

— Не знаю пока, — ответила она. — Я уже всё приготовила, а пока тихо. А твои друзья? Пришли?

— Да. Ты своим подружкам не говори, а то засмущаются. А мы громко разговаривать не будем, так что нас не услышат.

Они медленно побрели к защитной стене вокруг коттеджа. Не успели пройти и пары шагов, как на плечо Насти чуть ли не свалился Григоир. Опасливо поглядывая на Риана, он уже ненужно сообщил:

— Идут!

— Спасибо, Григоир! — обрадовалась Настя.

Риан перевёл через защиту несколько удивлённых девушек, а уже в коттедже, куда парень не зашёл, Настя напомнила им, что она лишена колдовского-магического дара, а именно потому не она открыла им, а Риан..

— И это навсегда? — Кари аж с лица спала.

— Говорят — временно, — пожала плечами Настя, а потом вздохнула: — Оказалось, что слишком сильно переживать по поводу и без повода нельзя. Но кто же скажет — какие переживания сильные, а какие — нет?

— А ты из-за Сигдха очень переживала? — жалостливо спросила Сайофра. — А где твой котик?

— Девчонки, не поверите! Они остался с Сигдха!

— Понимает, — вздохнула Мерсайл. — Одной же породы — кошачьей.

— А вернуть его никак? — спросила Ита, вытаскивая из сумок провизию для небольшого вечера. И фыркнула: — Слушай, а давай попробуем твоего Сигдха ночью похитить? Пока никто не видит? Заодно и зверинец тот, зоопарк то есть, посмотрим. Любопытно же! Насть, ты как на это смотришь?

Девушка помолчала, с затаённой улыбкой думая, слышал ли Риан предложение девушки-вампира и как к нему отнёсся бы. А потом покачала головой:

— Не получится. Знаете, какая там защита? Во сне не приснится!

— Рассказывай! — жадно велела гномушка.

За чаем со сластями Настя и рассказала о зоопарке, который одногруппниц интересовал больше, чем сам Сигдха со своим дружком Тишкой.

— Да-а... — протянула Мерсайл. — Преграды лесополосами — такого я ещё не видела. Но, если учесть, что за чудища там содержатся, то всё логично.

А Сайофра вдруг выскочила из-за стола и обняла своего фамильяра — снежного барса Барсю, валявшегося вполне довольным возле холодного камина: Карин филин, Комин, осторожно обклёвывал его шкирку под негромкие и ехидные комментарии Григоира насчёт всяких блохастых. Фамильяры не обращали внимания на хозяйского ворона, уже хорошо зная его вредную натуру. Но от движения девушки-эльфа Комин отпрыгнул от Барси ближе к Кали, змее Иты, которая блаженствовала на шкуре неизвестного происхождения, уложенной для красоты перед камином.

— Если бы моего фамильяра у меня отняли... — Прекрасные глаза Сайофра блеснули слезами, но закончила девушка-эльф энергично: — Я бы наплевала на все лесополосы и прорвалась бы к нему. Правда, Барсенька?

— У тебя была бы другая ситуация, — напомнила Мерсайл, взглянув на своего ястреба Симуса. — Сигдха не фамильяр Насти.

— Но он сам выбрал её, — настаивала Сайофра. — Может, и не фамильяром, но другом. Мне кажется, за друга тоже надо бороться. А что, кстати, делает Риан? Это же его фамильяр. Или он решил оставить всё, как есть?

— Ты не логична, — вздохнула Настя. — Сигдха вроде и фамильяр Риана, но постоянно предпочитал... моё общество.

— Настя, а преподы не узнали, как ты Сигдха в авалонца превратила? — спросила Кари. — Или ещё не начинали обучения и исследований?

— Нет, не начинали, — покачала головой девушка. — А теперь... Вы даже не представляете, девочки, какой я беспомощной себя чувствую! Ни огня зажечь, ни чего другого сделать! Ладно хоть — Григоир помогает с хозяйством.

Ворон немедленно приосанился на своём шкафу.

— Настя, а ты песенку дописала? — спросила Ита и засмеялась. — Я ведь постоянно её пою и слова повторяю.

— Не до этого было, — призналась она. — Да и настроение... Девочки, что завтра делаем? На концерте?

— Если бы ты песенку дописала, спела бы, — вздохнула Мерсайл. — Теперь тебе любые петь можно — без опасения навредить кому-то. А так... мы выучили пару стихов — выступим, не беспокойся. Ты нам только любую мелодию наиграй на гитаре, ладно? Типа, аккомпанемент или музыкальный фон к стихам.

— Это я сделаю, — согласилась Настя.

Они ещё немного посидели, рассказывая Насте новости последних двух дней, а потом собрались домой. Настя стуком вызвала Риана и дошла с гостями до защитной стены, где они все и распрощались. Когда одногруппницы ушли довольно далеко, Риан сказал, глядя на исчезающие вдалеке фигурки:

— Переоденься для похода и приходи ко мне, как только сумерки станут тенью.

— Хорошо, — ответила Настя, с грустью следя за постепенно темнеющим лугом.

Григоир промолчал вплоть до входа в коттедж, а потом не выдержал:

— А меня? Меня возьмёте?

— Твоё присутствие или отсутствие даже не обсуждается! — отрезала Настя. — Ты мой фамильяр, а значит, должен будешь сидеть на моём плече.

— А если эти некроманты скажут... — опасливо начал Григоир, но девушка перебила.

— Ты забыл, кто из нас всех знает заклинания перехода в лесополосах? Ты теперь не только ниндзя, но и важнейшая персона среди нас!

Ворон тут же приободрился, повеселел.

Ещё через полчаса Настя вышла из коттеджа и побежала на половину Риана.

Некроманты ждали её. Все оделись в чёрное. Дракон даже спрятал под какую-то явно наспех сооружённую головную повязку свои пегие, как обзывала их про себя Настя, волосы. У Насти же чёрной одежды почти не было, но она решила, что достаточно будет тёмных джинсов и тёмного джемпера — тем более, что ближе к вечеру становится довольно прохладно... Когда все повернулись к двери и Риан взял девушку за руку, она тревожно спросила:

— А если нас там заметят?

— По ночам там сторожей не бывает, — ответил Кенион. — Всё базируется на магической сигнализации и защите. Если твой фамильяр и правда знает заклинания и пароли, мы быстро дойдём до Сигдха, а внутри зоопарка (Риан узнавал) защитные заклинания не меняли.

— Мы придём туда, вытащим Сигдха и сбежим — да?

— Не совсем. Кое с чем повозиться придётся, — смущённо посмеиваясь, сказал парень. — Мы всё-таки решили перевести в эту клетку одну из адских тварей. Хотя бы попробовать перевести. А там... Если же не получится, долго торчать в зоопарке не будем. Сразу уйдём.

— Но ведь эту тварь потом узнают, — напомнила Настя уже на ходу: шли быстро и уверенно.

— Умненькая девочка, — услышала она шёпот Аодхана и почувствовал себя боевым ёжиком — так отчётливо встали все иголки на шкуре.

— Я возьму силы у друзей и замаскирую переведённую тварь, — объяснил Риан. — Будет примерно то же самое, что ты делаешь с иллюзией. А в клетку уведённой твари добавим магического дыма. Никто не сумеет разглядеть, что клетка пуста, потому что обычно тварей кормят, не пытаясь увидеть их. А к их дыму все здесь привыкли.

Настя подавила горестный вздох: магию иллюзии она тоже успела опробовать и успела понять, что та недоступна теперь ей, как и всё остальное, связанное с магией.

Лесные преграды прошли быстро, причём пару раз Риану пришлось брать Настю на руки, чтобы пройти опасные места на тропинках, которых она не видела в темноте. Свет же не творили по соображениям безопасности и маскировки. Григоир — видел. Но постоянно говорить Насте, где что, не собирался — и правильно делал. Слишком много болтовни никому из них не нужно было. Правда, у Насти опять появилось странное впечатление, что Риан с удовольствием берёт её на руки. И она опять горько сожалела, что лишена ведьминского взгляда, а потому ей неведомо, в самом ли деле Риану нравится носить её на руках.

Небо было абсолютно чёрным — звёзды сияли такие далёкие, что, чтобы разглядеть их, надо было сильно напрячь глаза. Настя видела Риана и его однокурсников лишь более плотными тенями, а порой угадывала их фигуры лишь тогда, когда кто-то из них что-то говорил шёпотом. Наконец Риан остановился и спустил с рук Настю.

— Что? — прошептала она.

— Посмотри наверх — мы у ворот зоопарка.

Она задрала голову, помня, какие высокие ворота видела днём. Небо немного посветлело из-за набежавших облаков, и она проследила, как взлетают в него острые пики ворот и бесконечного забора, обегающего место с адскими тварями.

Григоир в очередной раз прошептал Риану необходимое заклинание, и тот повторил его, вкладывая силу в слова. Аодхан, стоявший ближе к металлической калитке в воротах, уверенно открыл её и вошёл первым на территорию зоопарка.

У Насти беспокойно забилось сердце: сейчас она увидит Сигдха! И Тишку! Бедный кот, который только недавно выздоровел, а сейчас снова вынужден лежать на голом полу громадной клетки! Умом девушка понимала, что Сигдха поможет коту во всём: и согреет, и оздоровит, если учесть его созидательную способность. Но не тревожиться не могла. Мало ли... А вдруг кто-то из преподов их обидел? А вдруг кошака кто-то забрал из клетки?! После этой мысли Настя даже испугалась, пока не вспомнила, что Тишка вряд ли отойдёт от Сигдха в незнакомом месте, да и зверь-авалонец вряд ли будет спокойно наблюдать за тем, как котишку уносят чужие люди.

Кенион, будучи последним, закрыл за собой калитку на новое заклинание. Настя знала: это на всякий случай, если вдруг на территории есть кто-то из людей. Теперь надо пройти лабораторию и первую клетку. Сердце забилось так, словно она пришла проведать несчастного узника!.. Впрочем, Сигдха такой и есть.

Быстрыми перебежками они пронеслись мимо лаборатории, тёмные окна которой вроде как подтверждали, что людей в зоопарке нет. Пробежали первую клетку. Остановились перед второй. Подошли близко-близко, и Настя первой вцепилась в брусья решётки. Рядом встал Риан, который чуть не лицом сунулся между брусьями.

— Сигдха!

— Тишка, кисонька! — жарко позвала Настя следом за Рианом. — Мы пришли за вами! Сигдха!

Везёт Риану — он видел! А Настя только и услышала мягкий шаг зверя-авалонца, а потом быстрый топоток Тишки.

— Если здесь людей нет, может, посветить? — жалобно попросила она, оглядываясь на друзей Риана.

Щёлкнули чьи-то пальцы — и рядом с ухом девушки загорелся огонёк, осветив сосредоточенное лицо Аодхана.

— Риан, почему ты молчишь? — спросил Кенион где-то за спиной. — Говори заклинание — выводим Сигдха!

Риан обернулся. И так худой, он осунулся ещё больше. Может, это из-за слабого освещения? Но губы парня нервно дёргались в злой гримасе.

Насте стало страшно: что случилось?

— Они сменили заклинания на клетке! — рыкнул Риан, будто выругавшись, а не ответив Кениону. — Что теперь делать?

Двадцатая глава

Яркий, трепетный косматик огня на пальце Аодхана резко погас. Кажется, дракон от растерянности забыл поддерживать магическое пламя... Холодные перья испуганного наступившей тьмой фамильяра, сидевшего на плече, немедленно прижались к голове хозяйки. Потом Настя услышала совсем близкий шелест шагов, а потом в её вытянутую вовнутрь клетки ладонь ткнулся влажный нос Сигдха, а ближе к локтю, наверное, Тишка провёл мордочкой, ласкаясь о знакомую руку.

Парни ещё не заговорили, ошеломлённые тупиковой ситуацией, а девушка вдруг ни с того ни с сего, слушая их тяжёлое дыхание, вспомнила: "Я забыла попросить Иту посмотреть на Риана, есть ли на нём наведённые чары! И кем!"

— Барра был у Насти, — угрюмо напомнил Аодхан, снова сотворив огонь, и Настя, несмотря ни на что, радостно улыбнулась, увидев отбликивающие драконьим пламенем глаза зверя-авалонца и зелёный свет своего глазастого кошака. — Он не только опытный психолог, но и мастер просмотреть главные пути намерений в личном поле обследуемого. Скорей всего он считал с неё, что мы собирались сделать сегодня ночью. Ему это было легко: Настя очень юна и эмоциональна, прятаться не умеет.

— Вопрос не в том, что стало причиной, — отозвался Кенион. — Риан прав. Вопрос в том, что делать теперь.

— Вернуться, — сказал дракон так, словно удивлялся: "А что мы ещё можем?"

За решёткой мгновенно погасли глаза Сигдха — он опустил голову, и кот быстро повернул к нему голову. Потухли все живые огни.

— А можно здесь на ночь остаться мне? — неожиданно вырвалось у Насти, сердце которой болезненно дрогнуло при виде словно опустевшей клетки, в которой вновь поселилась лишь мутная тьма.

Парни замерли так, что, не будь огня на пальцах Аодхана, она бы решила, что они испарились, оставив её в одиночестве.

— Объясни, — таким же потухшим голосом, как взгляд Сигдха, наконец предложил Риан и взялся за локоть её свободной руки, которой она держалась за какую-то подставку перед клеткой Сигдха. Будто боялся, что она вместо ответа сбежит немедленно.

— Всё просто, — хмуро ответила девушка. — Я останусь здесь, рядом с Сигдха. Ты сам сказал, что авалонец — наша главная надежда, наше главное оружие в возвращении магии. Я хочу просидеть с ним эту ночь, потому что он будет прикасаться к моим рукам. Возможно, за ночь я смогу вернуть магические способности. И тогда...

Григоир недовольно сопнул прямо в ухо, но промолчал.

Она почувствовала движение за спиной: видимо, переглянулись Аодхан и Кенион.

— Но... нерешительно проговорил Риан.

Она перебила:

— Риан, сам посуди! Я останусь здесь — и никуда дальше не пойду. В здешней лаборатории никого нет. Преподаватели не сомневаются, что если мы придём сюда, то столкнёмся с новыми заклинаниями защиты, которых не знаем. А потому спокойны: если даже и придём в зоопарк, то уйдём домой, как говорится, не солоно хлебавши.

— Чего? — не выдержал Кенион.

— Ну, это такое выражение, — смутилась она. — Типа — безрезультатно.

— А утром? — глухо спросил Риан, явно всё ещё колеблясь.

— Я спрячусь за клеткой. Вы заранее меня укроете защитными заклинаниями, а поскольку вас трое, то они создадут вокруг меня стену. Вы же потом утром придёте? И можно будет сделать вид, что привели меня сами.

— Глупо, — сказал Риан и твёрдой рукой отодвинул Настю от клетки. — Прости, Сигдха. Нам пора. Завтра придём — может, придумаем что-то более конкретное.

— Согласен, — отозвался Аодхан, а Кенион промычал что-то утвердительное.

— Но, Риан... — попробовала слабо сопротивляться Настя.

— Идём, — безапелляционно велел он и потащил её за собой.

Дракон шёл впереди, за ним Риан вместе с Настей, а замыкал их маленькую процессию Кенион. Настя поныла немного, жалобно твердя, что остаться здесь, в зоопарке, — это всё-таки хорошая идея, а сама лихорадочно соображала сразу несколько вещей: кажется, её покорности поверили все три некроманта. Но как заставить Григоира запомнить дорогу? Или он уже запомнил? Ворон-то у неё, как она давно убедилась, очень умный. Только вот спросить его прямо на ходу нельзя. А жаль. А сама она запомнила лишь дорогу по первым местам зоопарка. А как идти от коттеджа к нему?

Вскоре она шла рядом с парнем, понурившись. И надеялась, что её поза понятна: она приуныла из-за того, что не получилось выручить Сигдха уже сегодня. Время от времени негромко вздыхала для достоверности, а то и ворчала, настойчиво вбивая в головы парней мысль о том, что пропала слишком хорошая идея:

— Мы возвращаемся, а я могла бы сейчас сидеть около клетки и восстанавливать свою магию! Ну никого же сейчас тут нет! Никто бы ничего не понял! А завтра — как вывели бы Сигдха из клетки! И не пришлось бы Тишке сейчас ночевать в холодном помещении! А вы... Эх, вы!

Риан только помалкивал, а когда девушка начинала чуть упираться, показывая своё недовольство, он так же молча чуть ли не тащил её за собой. Его рука была такой сильной, что Настя только уже по-настоящему вздыхала, когда вспоминала, каким он был беспомощным, когда она его впервые увидела. Одновременно, чуть задерживая некромантов, она старалась запомнить дорогу, по которой собиралась идти спустя пару часов. Иногда поглядывала на Григоира и с раздражением видела, как он сидел, нахохлившись, вряд ли интересуясь дорогой.

Они довели её до двери в её половину коттеджа и уговорились, что завтра утром на глазах преподавателей будут держаться так, как будто не было никакой ночной экскурсии в зоопарк. И, как самой неопытной, Насте сняли с её личного поля все заметки, которые могли бы тех преподавателей заставить подозревать, что они врут.

Девушка внимательно проследила, как они "омывают" её личное поле, снимая с него информацию о зоопарке. В конце концов она сообразила, что для Аодхана это дело плёвое, а значит, он легко может его повторить назавтра.

Закрыла за парнями дверь и прислонилась к ней ухом.

Ворон, было слетевший с её плеча на край шкафа, из гостиной закрывающего половину спальни, вернулся на плечо и тоже с любопытством прислушался.

— Ушли? — прошептала Настя.

— Неа.

— А что делают? Болтают?

— Нет, наговаривают заклинание на выход.

— Что-о...

— Они боятся, что ты сбежишь. Поэтому закрывают тебя в коттедже.

Настя, возмущённая до глубины души, прикусила губу, чтобы не врезаться в дверь, не выбить её и не закричать на этих наглых и бессовестных... А потом опомнилась. Осторожно попробовала открыть входную дверь. Та не поддалась ни на миллиметр. Немного подумав — всё ещё прислонившись, девушка отлепилась от входной двери. Ещё чуток постояла, глядя на дверь и прислушиваясь, и решительно пошла на кухню.

Фамильяр, ехавший на плече, коротко зевнул и сонно спросил:

— Мы разве не сразу спать?

— Я спать не собираюсь! — отрезала Настя. — Помоги сотворить огонь — чаю хочется. Горячего. Кстати, вот тебе обещанный пирожок. Подогреть или так снямкаешь?

— Так! Так! — слетел на стол Григоир — на спецподставку для него.

Через три минуты пирожок был расклёван, и ворон уставился на хозяйку, допивавшую чай. Та сосредоточенно смотрела в пространство, но не в определённое место, а явно витая в собственных мыслях.

— Ты должна выглядеть расстроенной, — проницательно заметил он. — Но ты выглядишь человеком, который в последний раз обдумывает какое-то дело, прежде чем окончательно заняться им очень глубоко.

— Григоир, ты запомнил дорогу до зоопарка? — неторопливо спросила Настя. — Или в темноте ты плохо видишь?

И фамильяр попался на эту удочку неспешности и задумчивого спокойствия.

— Опытный ниндзя запоминает любую дорогу — неважно, в темноте или при свете, — торжественно изрёк он и, только поставив голосом точку во фразе, сообразил, почему его спрашивают о дороге, и испуганно уставился на хозяйку.

— Именно так, — подтвердила Настя, спокойно отодвигая опустевшую чашку от себя. — Ты меня проводишь в зоопарк, а потом вернёшься сюда. Форточку я тебе всегда оставляю открытой, так что попасть тебе в коттедж — не проблема. Переночуешь здесь, в тепле и комфорте, а утром прилетишь ко мне.

— Настя! — предостерегающе позвал ворон. А потом выдохнул: — Нас же закрыли!

— Григоир, — снисходительно сказала Настя. — Я им не послушная девочка, к каким они привыкли. Я рыжая-бесстыжая, а потому мы пойдём другим путём.

— Как? — загрустил фамильяр.

— Как обычно, — пожала плечами девушка. — Через окно.

— А ты уверена, что они и окна не закрыли?

— А сейчас и проверим.

Для начала они вместе (ворон снова на плече) попытались открыть входную дверь. Попытка не удалась, как и предполагали. Зато в спальне оконные рамы раскрылись легко.

— Вот видишь? — безо всяких интонаций "я же говорила!" заметила Настя. — Григоир, следующий вопрос: я теперь без магических сил. Хватит ли твоих, чтобы сработали закрывающие зоопарк заклинания и пропустили нас?

— Тэк-с... Хватит — я видел, примерно какие силы использовал сначала Риан, а потом — его друзья. Настя, а что ты возьмёшь с собой? — вкрадчиво спросил фамильяр.

— Ну, бутерброды, воды попить — придётся, правда, холодную, потому как магичить не могу, — перечисляла Настя, потом оживилась: — Наверное, надо кое-что взять и для Сигдха с Тишкой. Та-ак. Наберу всё в рюкзак — и тащить легче, и многое войдёт.

— Мя-ясо! — кровожадно распялил клюв Григоир, а потом кивнул и закончил: — Если ты возьмёшь ту тёплую куртку, в которой приехала сюда из своего мира, я останусь с тобой в зоопарке на всю ночь.

— Это шантаж? — спросила Настя.

— Нет, это предусмотрительность бедной птички, которая не любит ночной прохлады, — скромно ответствовал фамильяр.

— Ладно, бедная птичка, — решила Настя. — Будь по-твоему. Ведь, получается, ты обо мне позаботился, вспомнив о куртке. Я бы ни за что не догадалась надеть её.

Догадываясь, что Сигдха и Тишка в зоопарке, вообще-то, не голодают, мяса Настя взяла немного — типа, на подарки. Воды взяла побольше. Теперь, когда Григоир пообещал быть рядом, можно понадеяться, что воды будет тёплой, если не горячей. А если ближе к утру вернутся и собственные силы, тогда... Ух ты, какая интересная ночка предстоит! И Настя лишь одно старалась спрятать от себя, старалась не думать о том, что будет, если Сигдха не поможет вернуть силы. Впрочем, что будет... Просто времени больше уйдёт на реабилитацию. Если она случится... Риану-то в любом случае обидней, чем ей.

Вздохнув, она расправила лямки рюкзака.

— Ты готов? — спросила Григоира.

— Готов, моя госпожа, — строго ответил ворон, переминаясь на её плече: лямки рюкзака немного мешали устроиться удобней.

Сначала в коттедже погасли все огни. Затем Настя постояла у открытого окна, прислушиваясь к звукам на улице. Вылезти сразу не решилась — отправила Григоира подсмотреть в окно к Риану: спит? Нет?

Фамильяр вернулся быстро.

— У него там темно. Я послушал немного — и тихо.

— На плечо, — съехав с карниза на траву, негромко скомандовала девушка. Затем обернулась и плотно закрыла рамы, но так, чтобы легко было открыть, когда вернётся.

Через пять минут, когда они оказались на нужной тропке, ведущей к Рианову зоопарку, Григоир превратился в GPS-навигатор. Хищно склонившись вперёд и проверяя путь-дорогу, он почти без перерыва болтал таинственным и заговорщицким голосом. В другое время Настя бы давно заставил его закрыть клюв. Но сейчас его болтовня, не всегда необходимая для маршрута, оказалась необходимой для самой Насти.

Во-первых, она вдруг засомневалась, правильно ли делает, что сбегает в опасный зоопарк Риана. А вдруг она там что-нибудь напортачит?

Во-вторых, пугала тишина, в которой они бежали. Мало того, что было влажно — и, кажется, надвигались тучи, так ещё за этими тучами попрятались все звёзды и два спутника этого мира. А просить Григоира, чтобы он помог с творением огня, Настя побаивалась. Не потому, что фамильяр откажет. А потому, что страшно было: а если их кто-нибудь по этому огоньку заметит? Нет, здесь вроде как безопасно — в окрестностях академгородка, но мало ли... Так и спешили по едва видной в ночи серой дорожке, хотя хотелось бежать изо всех сил. Ведь столько времени зря на дорогу угрохивают!..

— Приближаемся к воротам, — ненужно, потому что зоопарковые ворота даже в темноте высились так, что издалека видны, сообщил Григоир.

Ненужно-то ненужно, но Настя его поняла. Остановившись у высокого куста, в его чёрной тени, она вздохнула.

— Полетишь — проверишь?

— Угу. Я — быстро.

И снялся с её плеча, умчавшись в темноту под этими воротами... Оглядевшись, Настя поёжилась. Одно дело — слушать нудный говорок Григоира, другое — остаться в полном одиночестве среди потрескивающей, шелестящей и попискивающей тишины: невидимые насекомые и ночные обитатели лесополос жили своей жизнью.

Так что возвращению Григоира она обрадовалась искренне.

— Там никого, — сообщил фамильяр, свалившись на плечо хозяйки и изображая смертельно усталого разведчика. А потом приосанился: — Я попробовал заклинание на воротах — получилось не хуже, чем у дракона!

— Ты замечательный! — похвалила его Настя.

И ворон откашлялся со скромностью важной персоны.

Они подошли к воротам, и девушка даже покачала головой: они и правда открыты!

— Закрывать будем? — уже тревожно спросил Григоир. — Я ведь не знаю закрывающего заклинания. Можно закрыть только механически.

— Если преподаватели увидят, что ворота открыты, они решат, что мы приходили ночью, — думала вслух Настя, поглядывая в сторону лаборатории и отмечая всё те же тёмные окна. — Мне кажется, ничего страшного. Они поймут, что открыть мы сумели ворота, а вот закрыть — нет. Ведь главное для них — чтобы Сигдха был на месте. Так что... пойдём дальше, Григоир!

Они проникли на территорию зоопарка, страшную от ночных взхлипов и тихих, а оттого и ещё более жутковатых вскриков, чувствуя себя настоящими шпионами. Если уж вне его было страшновато, то здесь Настя про себя повторяла как молитву слова Риана о том, что ей нечего бояться воскрешённых им адских тварей. То ли сама обстановка ночного зоопарка так действовала, когда уже от входа сюда они расслышали вскрики явно не обычных зверей; то ли боязнь, несмотря на слова некроманта, что с ними здесь может случиться любая трагедия, но Настя шла уже по знакомой дорожке, страшась даже дышать. А первую клетку с адской тварью, которая что-то прошипела, возможно, на звук её шагов, необычных здесь ночью, девушка так вообще лихорадочно проскочила.

— Сигдха! — шепнула она, снова вцепившись в решётку второй клетки.

И отшатнулась, поражённая мыслью о том, что Сигдха — взял и вернулся в свою недавнюю ипостась адского змея! До конца испугаться не успела — расслышала мягкие шажочки к брусьям. Облегчение нахлынуло такой волной, что Настя засмеялась от радости. И тут же сунула в клетку обе руки. Невидимый Сигдха немедленно ткнулся мордой в ладони, как будто хотел, чтобы она его обняла. Она и сделала это.

— Я вернулась, Сигдха! — счастливо сказала она. — Если у меня даже не получится вернуть магию, я буду приходить к тебе каждую ночь, чтобы ты не скучал, чтобы не чувствовал себя одиноким.

"Я боялся, что ты уедешь домой", — услышала она далёкий голос, будто толкнувшийся в её ладони.

— Я хотела, потому что обозлилась! Но потом подумала и поняла, что лучше так не делать. Не беспокойся, я буду всегда рядом! И попробую тебя отсюда вытащить!

"Это сложно..."

— Ну, если сидеть и ничего не делать — да, сложно. Но мы же постараемся!

И обеими руками она погладила его морду. Совсем рядом муркнул Тишка, а потом о вовсе вылез из клетки. Если честно, Настя перепугалась до ужаса: а если кот побежит к другим клетками?! Сожрут же его там!

"Он знает, что можно сидеть только в моей клетке", — успокоил её Сигдха.

Тем временем Григоир тоже не терял времени даром. Он куда-то улетел, а потом вернулся с сообщением:

— Настя, там какая-то штука есть для тебя. Она похожа на скамью. Можно подставить к клетке и сидеть без напряжения.

Девушка вынула руки из клетки Сигдха и, оставив рюкзак на месте, побрела в темноте за вороном — как выяснилось, за третью клетку. Нет, там оказалась не скамейка. Настя даже определить не могла, что же это такое. Но несколько сколоченных между собой деревянных брусьев и в самом деле идеально подходили для того, чтобы подсесть к Сигдха ближе.

Она приволокла эту неуклюжую штуковину к клетке и взобралась на неё. Затем, укрепившись на ней, чтобы не свалиться, она угостила Сигдха и Тишку мясом, причём и фамильяр без угощения не остался. И лишь затем сказала:

— Сигдха, учти: я пришла к тебе не только для того, чтобы разделить твоё одиночество. Я пришла с практической целью. Чтобы тебя выручить, мне надо вернуть свои магические силы. Я помню, что ты успел за ночь сделать с Рианом. Не знаю, получится ли у тебя так и со мной, но я буду надеяться. Не обижайся, пожалуйста.

"Твоё сбывшееся желание вернёт мне свободу. Почему я должен обижаться?"

— Спасибо, Сигдха, — прошептала девушка.

Она уселась так, чтобы одним плечом чуть вдавиться между брусьями. Когда зверь-авалонец доел своё угощение, он лёг рядом с Настей, чтобы она могла не только положить руку на его тело, но и опустить чуть за него — будто обнимая. В темноте невидимый Тишка тут же обнюхал её пальцы своим влажным носом, и Настя улыбнулась. Ощущая тепло Сигдха, ощущая Григоира на своём плече (а ворон уселся к ней, чтобы прикорнуть на это время), она чувствовала себя в безопасности.

Она даже сумела задремать, сжав клок шерсти на боку Сигдха. Несколько раз открывала глаза — увидеть сначала нависшее тучами небо. Потом проснулась, потому что закапал редкий дождик...

"Настя! Просыпайся! Настя-а!"

Далёкий зов ей показался сном. Бывает же во сне, что не только снится какое-то действие. Иной раз и голоса слышны... Но тревога в этом голосе была слишком явственной и заставила открыть глаза.

— Что, Сигдха?.. — прошептала она, таращась в предрассветное серое небо. — Рано же ещё. Старшие маги придут гораздо позже!

"Риан... Он здесь. Он идёт сюда, но с каждым шагом слабеет..."

— Риан?! Здесь?! — поразилась Настя, выдернув руку из клетки и оглядываясь. — Почему он слабеет?

"Адские твари почувствовали, что он слаб магически. Помоги ему!"

— Но как?!

"Приведи сюда. Здесь их воздействие не такое сильное".

Григоир первым слетел с плеча — уже на вскрик Насти: "Риан?! Где?!" Долетев до выхода из зоопарка, он вернулся с недоумением:

— Никакого Риана нет!

Настя немедленно сунула руку в клетку — дотронуться до Сигдха:

— Почему фамильяр не видит Риана!

"Адские твари ведут Риана в глубь зоопарка!"

— Сигдха говорит, что его ведут в глубь зоопарка, — передала девушка ворону слова зверя-авалонца. — Значит, он прошёл мимо нас? И мы его не заметили?

Фамильяр без слов ринулся над дорогой между двумя рядами клеток. Настя — за ним. Сначала трудно было разглядеть чёткую картину происходящего. Предрассветье ещё только начиналось. Но Настя, чтобы усилить зрение, перешла на магическое и...

— Стоп! — ахнула она, когда темнота перед глазами пропала легко и непринуждённо. — Я вижу! Я снова ведьма!

И увидела — медленно шагавшую вдалеке фигуру, которая шла, словно пьяная, мотаясь от одной клетки к другой.

— Почему так? — пробормотала изумлённая Настя, бросившись за ним, пока не сообразила: адские твари стараются содрать с Риана магический покров по частям — кто сколько сумеет. Вот и бредёт Риан, словно подгоняемый ветром то к одной клетке, то к другой, где тварь посильней.

Григоир шлёпнулся на его плечо остановить, но тут же взлетел с суматошным криком — девушка "видела": твари попытались и с него взять силу. И подбегала к Риану ужаснувшаяся: а если и её сила будет сдёрнута, когда она попытается хотя бы прикоснуться к Риану?!

Но времени на размышления не осталось. Парень повалился набок, слишком близко к той клетке, от которой его "позвали" в очередной раз. И девушка кинулась к нему — привычно поднять упавшего: усадить, заставить снова встать — его, ничего уже не соображающего. И, кляня себя: он наверняка сделал что-то из магических сигналок, что разбудило его, когда она покинула коттедж, — она подставила плечо, чтобы он снова не рухнул. И пошла к клетке Сигдха, раздираемая противоречиями: она сделала полезное для себя и зверя-авалонца, но подставила Риана!

Именно в этом взбудораженном состоянии она уловила очень интересную вещь: как только они оба оказались в пределах видимости Сигдха, тащить его стало легче! Зверь-авалонец то ли добавил магических сил бывшему и нынешнему хозяину, то ли создал преграду для остальных адских тварей, но дотопал Риан до его обиталища, уже не так сильно наваливаясь на Настю.

"Ко мне", — велел Сигдха.

Ему хорошо. Он в клетке. А как затащить Риана, высокого и уже набравшего за последние дни вес, на ту штуковину, прислонённую к клетке?

— Риан, ты меня слышишь? — резко спросила Настя. — Если слышишь, открой глаза! Ты должен мне помочь, иначе, я не смогу помочь тебе!

Тот не откликнулся, то и дело падая в сторону.

— Стой... — сама себе приказала Настя. — Высокий!

Ногой отбила штуковину в сторону — та с глухим стуком ударилась о подножие клетки. А девушка заставила Риана, который шатался, словно пьяный, встать прямо, а потом приподняла его руку и всунула её в клетку. Почувствовала немедленный краткий толчок: сообразивший, что она делает, Сигдха тут же лёг рядом с решёткой, и теперь ладонь парня упиралась в его тело.

— Долго мне его не продержать, — пробормотала девушка, задыхаясь от усилий.

— Настя! Настя! — орал Григоир, бешено махая крыльями, чтобы на скорости лететь со стороны ворот. — Они бегут сюда! Бегут!

Сердце упало и будто взорвалось в мельчайшие клочья. Девушка ярко представила себе, что к клетке Сигдха несутся все адские твари, невесть кем и как высвобожденные из своих решетчатых тюрем! И сейчас они...

— Кто?! — едва не свернув себе шею, чтобы увидеть подлетающего ворона, выкрикнула она, одновременно обшаривая взглядом ближайшие окрестности.

— Дракон с волком! — выпалил Григоир и чуть не шлёпнулся на землю, со всего маху врезавшись в решётку над головой Риана.

Аодхан? Кенион? Откуда они здесь? Как узнали? Или договорились о сигнализации с Рианом?! Во всяком случае, чуть не заплакавшая от облегчения Настя начала приходить в себя. Настраиваться на то, что сейчас на её голову обрушатся проклятия. Настраиваться на то, чтобы перекричать эти проклятия и заставить друзей Риана помочь ему и ей.

Ужас перед неведомыми бегущими преобразился в спортивную злость. Руки окрепли и снова сумели притиснуть непослушное тело некроманта к клетке.

— Набирайся сил! Набирайся сил, Риан! — сквозь зубы приговаривала она, а потом устала говорить, поняла, что на говорение тоже уходят силы.

Почему дракон не летит? Быстрей бы было! Прихватил бы обернувшегося оборотня — и вперёд! Впрочем, она, Настя, мало что знает о драконах в границах академгородка. А вдруг им здесь не позволено переходить в свою драконью ипостась?

— Что случилось, Настя?! — сипло выпалил Аодхан, добегая до клетки и тут же хватая Риана за подмышки при виде, что тот чуть не падает.

— Адские твари выпили из него силы! — быстро объяснила девушка, надеясь, что именно сейчас друзья Риана не станут допытываться, каким образом это произошло. — Сигдха помогает ему прийти в себя.

— Но как он оказался... — начал было Кенион, тоже подбежавший и сразу приложивший ладонь между лопатками друга.

— Вот это да... — прошептала Настя — и друзья Риана тут же взглянули на неё.

А она, заворожённая, удивлённая и рассерженная, смотрела на самый верх клетки Сигдха и, по собственным впечатлениям, варилась в кипятке острых эмоций.

— Боги... — прошептал Кенион, который первым догадался, на что она смотрит.

Дракон взглянул на обоих с недоумением и вновь задрал голову, продолжая придерживать Риана, который уже пытался самостоятельно стоять на ногах.

— Почему? — вырвалось у Аодхана. — Почему Риан нам ничего не сказал об этом? Как он умудрился забыть?!

— Ничего, — бодро ответил Кенион, бесшумно и с облегчением смеясь. — Зато теперь мы успеем сделать то, что намеревались сделать ночью!

Двадцать первая глава

Если глядеть на тот самый верх клетки даже слабым магическим взглядом, открывалась интересная картинка: охранно-сторожевое заклинание окутывало всю клетку Сигдха до "потолка". Но только почти — до. Несколько сантиметров оставались свободными между маревом заклинания и "потолком". Это могло значить только одно: крыша клетки "не закрыта" старшими магами. То ли понадеялись, что и такого блока достаточно, чтобы отпугнуть студентов от желания выпустить зверя-авалонца, то ли не озаботились закончить полный блок клетки, проглядев при этом, что все клетки Рианова зоопарка щитовые. То есть собирали их из решётчатых и плотных щитов, скрепляя деталями, которые легко раскрутить и тем самым демонтировать клетку. А в их нынешней ситуации — просто-напросто открыть крышу клетки, отогнув громадные скобы защёлок.

Странно, что о том же забыл и Риан.

Отступив, чтобы рассмотреть скрепы получше, Кенион, не глядя, спросил:

— Вытаскиваем Сигдха или спускаем Риана?

— По мне, так легче первое, — пробормотал дракон, тоже пристально изучающий "крышу-потолок", всё ещё придерживая при этом парня, чтобы тот не свалился.

Хотя Риан, как заметила Настя, уже начинал предпринимать пока ещё слабые попытки самостоятельно встать на ноги.

— Но зверю трудновато будет прыгнуть на такую высоту, — заметил оборотень. — А тащить его — слишком тяжёл.

— Ничего, я тут где-то видел одно странное сооружение из сколоченных досок — можно скинуть его в клетку, и Сигдха сам заберётся по нему наверх. Судя по круглым лапам, он спрыгнет сам.

Странной оказалась та самая штуковина, на которой сидела Настя, пока Сигдха помогал ей возвращать магические силы.

Решительно оставив Риана на попечение Насти, то есть насильно уложив его на суховатую землю, головой на колени севшей рядом девушки, старшекурсники так же решительно полезли на клетку, чтобы разобраться со скобами. Сигдха, сидящего в клетке и с интересом наблюдающего за студентами, бояться не приходилось — в отличие от других адских тварей, которые могли и коварно высунуть конечности между брусьями решёток и ранить слишком смелых пришельцев. Коварно — потому как прятались в том же маскирующем дыму

Пока парни, усевшись на краю клетки, что-то обговаривали, показывая друг другу на металлические части, Настя поддерживала Риана, который сначала был недоволен своим лежачим положением, а потом вдруг успокоился. Он был ещё слаб, чтобы говорить с ней, но в сером рассвете девушка рассмотрела на его губах едва уловимую улыбку. И эта улыбка ей понравилась. Ведь чтобы увидеть её, надо быть внимательным. Риан смотрел на Настю и улыбался только ей.

Поскольку времени у неё было достаточно, она вдруг задумалась о том, что было явно не подходящим к данной ситуации. Она задумалась о том, влюблена ли она в Риана. Настя не сомневалась, что Риан-то давно в неё влюблён. Ну, как давно? Наверное, с того дня, как она запрыгнула под его кровать. Парень может говорить что угодно насчёт того, что у неё обычная внешность, но девушка с волнением ощущала, что прямо-таки чувствует его чисто мужское внимание. И единственное, что её сейчас интересовало: а она сама? Влюблена ли? Или ей просто нравится его внимание? И что такое из себя представляет вообще состояние "влюблёна"? Слово "любовь" она боялась произносить даже про себя. Очень сомневалась, что это чувство испытывает Риан. Нет, она твёрдо держалась мнения, что между ними не любовь, а влюблённость. Любовь — это... слишком высоко. А влюблённость проста и понятна. Ему нравится быть рядом с ней и прикасаться к ней. Ей нравится испытывать волнение и какое-то более глубокое чувство, когда он смотрит на неё. Им обоим нравится, когда они рядом.

"Наверное, я влюблена, — решила Настя, временами поглядывая на самый верх клетки, где двигались и бурчали между собой две фигуры. — Он такой мужественный и сильный, хотя частенько и попадает в жуткое положение. Хм... Может, он мне нравится, потому что он сильный? Он ухаживает за мной, сам того не замечая. Он видит во мне слабую, поэтому его помощь — это всегда ухаживание. Рядом с ним приятно быть слабой".

Она снова взглянула наверх, а потом посмотрела на Риана. Он смотрел на неё спокойно, всё так же улыбаясь, и она тоже улыбнулась ему.

— Сейчас Сигдха выйдет из клетки и поможет тебе, — тихонько пообещала она.

Риан прикрыл глаза, будто соглашаясь, и снова открыл. Сначала взглянул на друзей, потом его взгляд вновь застыл на Насте. Подошёл Тишка, сел напротив Насти и стал смотреть по сторонам. Григоир куда-то улетел: скорей всего сидел где-нибудь на дереве — из тех, что росли между клетками, и наблюдал за парнями. Отметив местонахождение фамильяров и подопечных, Настя неожиданно задумалась: а куда делись фамильяры дракона и оборотня? Она ведь их до сих пор не видела.

Чуть вздрогнула, когда её руки коснулась другая рука.

Риан смотрел снизу вверх, всё ещё слабый, чтобы заговорить, — и смотрел почему-то недовольно. Когда Настя догадалась, в чём дело, она чуть не рассмеялась: она посмела смотреть не на него! Вот чем он недоволен! А потом поразилась: она так легко понимает его без слов? А если она только выдумала для себя, что ему неприятно, когда она смотрит в сторону? Выдумала, потому что ей нравится это?.. Воровато глянув на его друзей, она ласково сжала его ладонь. Плечи Риана опали, будто до этой секунды он лежал напряжённым, и он расслабился только сейчас.

Несмотря на все трудности, дракон и оборотень сумели поднять громоздкую крышу и закинуть "штуковину" в клетку. Затем спрыгнувший в помещение клетки Аодхан закрепил сооружение так, чтобы оно стояло прочно, не двигаясь, если его даже покачать. Зверю-авалонцу сумели объяснить, какие действия от него ждут. Сигдха ухитрился вскочить на "штуковину", а уже с неё прыгнуть на край клетки, а потом — вниз. И сразу подошёл к Риану.

Настю немедленно отставили в сторону.

— Почему? — возмутилась она, когда Кенион велел оставаться подальше от Риана.

— Он опять в том состоянии, когда рядом не должно быть слабых живых существ, — объяснил Аодхан, одновременно подкладывая под голову парня снятую с него же куртку. — Ты слабая. А он сейчас плохо соображает и может нечаянно... убить тебя, инстинктивно и бесконтрольно снимая с тебя силу.

— Но он же... — начала Настя и осеклась, чуть не расплакавшись от обиды: то, что она приняла за нежность Риана, оставалось всего лишь его слабостью?

"Эх, и фантазёрка же я..." — печально подумала она, забирая Тишку и отодвигаясь подальше от уже расчерченной некромантами вокруг Риана грубой пентаграммы. Несмотря на плохую для работы с пентаграммой поверхность почвы, ребята действовали уверенно, включив в неё покорного их приказам Сигдха. Теперь оба: и Риан, и зверь-авалонец — лежали рядом друг с другом, голова к голове. Одну руку парня его друзья положили на зверя, продолжая расписывать пентаграмму.

Настя попыталась узнать хотя бы один магический знак из тех, которые ребята быстро вписывали в пентаграмму, — и лишь грустно усмехнулась: первокурсница — и чтобы узнать магические знаки некромантов? Смешно.

Но что делать ей самой, пока они занимаются восстановлением Риана, "подсоединяя" к нему, как поняла она, Сигдха?

Машинально гладя Тишку, мурчащего так, что напомнил звук работающего старенького холодильника, девушка так же машинально огляделась. Стояла она не со стороны, ведущей из зоопарка, а наоборот — с зоопарковой "улицы". Неясная мысль, промелькнувшая среди суматошных, немного смутных из-за бессонной ночи, заставила девушку оставить кота на краю клетки, в которой он недавно пребывал.

Убедившись, что Тишка будет спокойно сидеть, увлечённый наблюдением за своим новым другом — за Сигдха, Настя прикусила губу, глядя на соседнюю клетку.

Стало как-то... стрёмно. Другого слова подобрать не могла, потому что это впервые испытанное чувство выразить даже интуитивно, как иной раз бывало, не получалось. А всё мысль об отношении к ней Риана. В стараниях понять себя саму Настя начала с самого что ни на есть начала: "Он известен в магических кругах с самого детства, ведь у него редчайший дар. Мой дар только проснулся, как тут же был жёстко заблокирован. Он быстро придёт в норму, потому что магов с его специализацией в мире больше нет. Во всяком случае, я так слышала. Мой дар — сплошная неизвестность. Кроме того — ещё непонятно, проявится ли он вновь. Если не проявится... Кем я буду при Риане, если он и правда в меня влюблён и захочет, чтобы я всегда была рядом? Нет, быть его незаменимой помощницей — это здорово, но... Но я хочу... Чего я хочу?"

Она снова бросила взгляд на соседние клетки с адскими тварями. Практичная мысль: "Слишком близко к клетке Сигдха. Услышат и увидят сразу".

Шагнула в сторону от некромантов, которые продолжали обходить своего товарища, меняя на бегу силовые (девушка это поняла по паре реплик) магические знаки. Нет, даже их шёпот слышен, когда они подходят ближе к Риану и стараются не побеспокоить его громкими фразами...

Ещё шаг — к третьей клетке. Потом — ещё несколько, до четвёртой. Вот отсюда негромкий диалог парней почти не слышен. Настя посмотрела на клетку, из которой валил чёрный дым, мягкими клочьями падавший к её ногам (адская тварь разволновалась при её приближении?), и прошептала:

— Нет, голубчик. Ты подождёшь.

И, снова приглядевшись, обнаружили ли её осторожную прогулку некроманты, зашагала дальше — с каждым разом, проходя новую клетку, оглядываясь и прислушиваясь, обернулись ли ребята, увидели ли, что она уходит всё дальше.

Утро набирало обороты. Солнце ещё не встало — и даже не было признаков, что вскоре появится, но свет уже простирался повсюду, правда, так и не давая рассмотреть адских тварей. Зато Настя заметила, что в чёрном дыме, вылетающем из клеток, иногда мелькает какая-нибудь часть невидимых тел. И та ненормальная мысль, с которой она двинулась в путь, постепенно обретала чёткие очертания.

Наконец она ушла от клетки Сигдха так далеко, что, всмотревшись вдаль, не выглядела даже некромантов: этот ряд был не совсем ровный.

— С ума сошла?! — рявкнул Григоир, свалившийся откуда-то сверху и слегка промахнувшийся мимо её плеча — его привычного насеста. — Ты что делаешь?!

— Гуляю! — так яростно, что фамильяр поперхнулся, ответила Настя. — Вспоминаю, как меня родители в зоопарк водили, когда я маленькой была.

— В ТАКОЙ зоопарк?! — не поверил ворон, устраиваясь на её плече.

— Вот именно, что не в такой, — мрачно сказала девушка, пристально всматриваясь в дымную клетку, из которой порой поблёскивали чешуйчатые конечности то ли осьминога, то ли сухопутного кальмара.

— И что ты хочешь сделать?

— Ничего — из того, что не делала в том зоопарке.

— Это как?

— Я там зверьё кормила, — созналась Настя. — Там, где это разрешали. — И вынула из кармана последний, давно зачерствевший пирожок с мясом.

— Но здесь же нельзя кормить!! — завопил Григоир прямо в ухо.

Потерев оглушённое ухо, Настя неприязненно спросила:

— И где эта табличка, в которой сказано, что кормить данное зверьё нельзя?

— Но это подразумевается!

— Не ори. А почему их кормить нельзя?

Ворон вздохнул и явно начал усиленно думать над ответом.

А Настя всё смотрела на клетку, в дыму которой всё активней начали проступать чешуйчатые конечности, стремительные и явно змеиного происхождения. Кажется, от бывшего Сигдха эта тварь отличалась только лишним количеством конечностей.

— У них... у них... Кормёжка у них другая. А ты бросишь вкусный продукт к этим и только зря — и не сожрут, и ты потом не достанешь, чтобы использовать во благо, — нашёлся фамильяр, издав отчётливый глотательный звук, тем самым намекая, что уж он-то не отказался бы от пирожка с мясом.

— Григоир, а как подозвать адскую тварь? — внезапно спросила Настя. — На кис-кис-кис — или на цып-цып-цып?

— А чё её подзывать? — философски спросил ворон, кажется смирившийся с тем, что у хозяйки явно чердак поехал. — Подошла поближе — и вот он, красавец!

Настя на всякий случай напрягла магический взгляд. Но глаза юной ведьмы, как она быстро поняла, не предназначены для разглядывания чудовища из самого ада. Интересно, а что видит фамильяр?

— Григоир, а ты его видишь?

— Ну... не всего, но тварюшка эта шибко ужасная, — саркастически молвил тот, явно надеясь, что девушка расслышит интонации сарказма, а потом, как человек умный (всё-таки умный!), покинет жутковатое место.

— Сколько у неё конечностей?

— Э... Так... Извивается она не по-детски, — признался ворон, склонившись в сторону клетки. — Никак не могу сосчитать — не то восемь, не то семь.

— Вот как, — прошептала Настя и шагнула ближе к клетке. Ворон издал странный звук, будто его тошнит, и крепче вцепился лапами в плечо — удержать на месте хотел? Девушка собралась с мыслями и всё так же серьёзно спросила: — Конечности у него одинакового размера? Если я подойду ещё ближе — он может достать меня?

— На-астя, — заикнувшись, проникновенно произнёс фамильяр. — Ты, девушка, что делать хочешь? Или твоя крыша совсем съехала, а я и не заметил?

— Или ты скажешь мне — или я встану вплотную к клетке! — жёстко пригрозила Настя, собираясь с духом и в самом деле выполнить свою угрозу.

— Да зачем тебе это?! — возопил Григоир.

— За надом! — отрезала она. — Ну?!

— Всего не разгляжу, но три-четыре конечности у него тоньше! — заорал ворон, при этом оглядываясь в обратную сторону — видимо, надеясь, что его услышат и обезумевшую хозяйку спасут.

— Если некроманты прибегут на твой ор, я найду себе другого фамильяра, — предупредила Настя, раздумывая, стоит ли крошить пирожок и бросать кусочки адской твари по одному, или лучше закинуть его в клетку целиком.

— Молчу... — умирающим сипом ответил тот, но слететь с плеча отважно отказался.

Настя напряглась и для начала кинула в клетку половинку пирожка — проверяла информацию. Пирожок чуть не долетел до брусьев решётки — был пойман тонкой конечностью, в то время как остальные здорово треснулись о решётку: только кончики мелькнули в межбрусье.

— Ага... — сказала Настя сквозь зубы и приготовилась.

— Боги, боги, боги... — расслышала она замирающий шёпот фамильяра.

И шагнула к клетке, одновременно бросив в пробел между брусьями часть пирожка поменьше. Снова вылетела тонкая конечность, подтверждая, что пробиться между брусьями может только одна из нескольких.

Настя облизала губы, сглотнула — и после следующего броска резко вбросила вперёд руку и вцепилась в вылетевшую конечность, в душе молясь, чтобы та не была слишком скользкой: и противно будет, и выскочит из захвата!

Нет, конечность оказалась нескользкой!

Теперь Настя молилась только о том, чтобы слова Риана, что ей, как ведьме, ничего не грозит, оказались истиной!

Обалдевшая от происходящего адская тварь на мгновения замерла. Она была невидима в своём дыму, но внезапно девушка прочувствовала её недоумение так, словно сама оказалась за решёткой. Было эмпатическое впечатление, будто чудище было ухвачено за конечность совершенно безбашенным и гиперактивным ребёнком, родители которого по приходе в зоопарк не позаботились или позабыли ему объяснить, насколько смертоносна адская тварь!

Впрочем, в чешуйчатой конечности, которую крепко держала Настя, пока ничего смертоносного не ощущалось. "Или я докажу, что я всё ещё имею этот дар — или... А-а! Да фиг с ним — с этим "или"! Главное — узнать!" Она даже успела не просто удерживать эту конечность одной рукой, но ещё и трясущейся от напряжения и адреналина ладонью погладить прохладную и жёсткую, словно пластиковую, кожу... Секунда, другая... Нет, Настя не рассчитывала, что скрывающаяся в чёрном дыму жуткая тварь немедленно превратится в собрата Сигдха. Но ей показалось, что невидимый пленник необычного зоопарка не выдрал конечность из её руки, когда опомнился, а вытянул — так бережно, словно старался не напугать девушку.

Впрочем, опомнившись, адская тварь ринулась в атаку — и теперь Насте пришлось отшатываться в сторону, пятиться на безопасное расстояние от клетки.

Когда она встала так, что тонкая конечность, несмотря на все её старания, не сумела добраться до неё, ворон тем же сиплым голосом прошептал:

— И... что... чего?

Настя шмыгнула носом и заявила:

— Ему понравилось! Айда к остальным!

— Настя, опомнись! — воззвал к ней Григор. — Я уже понял, что ты делаешь! Но давай подождём немного — посмотрим, что будет с этим бедолагой, которому ты... э... пожала ру... э... конечность!

— Щупальце, — поправила Настя и покачала головой. — Не забывай, что эксперимент не считается чистым, если он проделан на одной... — она кровожадно ухмыльнулась. — Жертве! То есть на лабораторной крысе! Испытуемом — в общем. Так что идём дальше и выясняем, скольких адских тварей мы сумеем осчастливить моим рукопожатием, пока ребята там возятся с Рианом!

— Почему ты так улыбаешься? — заботливо склонился к её лицу Григоир. — Мне кажется, ты немножечко, ну самую капельку заболела, Настя!

— Я улыбаюсь по двум причинам, — объяснила девушка, шагая на другую сторону ряда с клетками. — Первая причина — жутко хочется посмотреть на лица старших магов, когда они обнаружат в клетках не адских тварей, а зверей-авалонцев. Вторая причина — я хочу думать о себе, как о маге, который будет востребован, как и Риан. Я хочу быть наравне с ним! А ты мне поможешь!

— Это как? — тоскливо спросил ворон. — Подсказывая, есть ли у твари тонкая конечность? И с чего ты вообще взяла, что эта конкретная тварь уже начинает метаморфозу? Я же вижу — ты в это твёрдо веришь!

— Может, мне и показалось, — скептически по отношению к себе сказала Настя, — но конечность этой твари в моей руке как-то неправильно себя вела. Не могу объяснить, в чём эта неправильность, но она была.

— Ты имеешь в виду, что она не пыталась тебя схватить?

— Да. Впечатление такое, будто она мне пожала руку.

Теперь скептически крякнул Григоир, но вскоре замолк и погрузился в глубокое молчание. Но когда они очутились перед следующей клеткой, фамильяр не выдержал:

— А при чём тут Риан?

— Хм... Я же уже говорила: хочу быть равной ему.

— Тебе не нравится, что он за тобой ухаживает?

— А это заметно? — удивилась Настя. — Да нет. Это мне нравится. И, честно признаюсь, Григоир, мне это даже очень нравится.

— Тогда что? — продолжал недоумевать фамильяр.

— Боюсь, мне трудно объяснить это, Григоир, — призналась девушка. — Но мне очень, очень надо, чтобы рядом с ним я была не просто ведьмой с обычным ведьминским даром. Мне нужно быть кем-то выше.

— Выше него?

— Нет, Григоир. Я же говорю, что не могу высказать, что именно я хочу. Понимаешь, я должна быть выше ведьмы, но наравне с Рианом. Григоир, ты же умный. Может, ты скажешь, о чём я говорю?

Фамильяр замолчал намертво. Кажется, он всерьёз воспринял слова хозяйки и пытался не только понять её, но и объяснить самому себе, а уж потом — и ей.

Это молчаливое размышление не прервалось даже тогда, когда они подошли к следующей клетке на близкое расстояние. Ворон лишь раз прервал молчание, заметив:

— В этой клетке змей. Ты уверена, что сумеешь поймать его за хвост?

— Попытка не пытка, — пробормотала Настя, изготовившись для ловли бедной адской твари, пока ещё не подозревающей о намерениях не совсем опытной охотницы сделать из неё подопытное животное.

Юной ведьме повезло только в одном: когда кусочек пирожка шлёпнулся о брусья, адская тварь сразу не поняла, что ей предлагают еду, зато решила, что человек, стоявший перед клеткой, — агрессивно настроен к ней. Пришлось выждать, пока до зверя дойдут съестные запахи от кусочка, упавшего перед клеткой. Пришлось выждать, пока зверь проникнется пониманием, что, как ни странно, его хотят чем-то угостить... Настя почувствовала, как лапы Григоира нервно переступили на её плече, пока фамильяр отступал на её затылок. За труса она его не почитала. Давно знала, что Григоир — реалист, не всегда оптимистично настроенный.

Ещё один кусочек полетел в клетку — и был пойман высунувшимся из-за брусьев хвостом. Настя успокоила дыхание и приготовилась к последнему броску последнего кусочка пирожка. Бросок — и сама бросилась к клетке, ловя хвост, выстреливший из-за брусьев. От неожиданности адская тварь дёрнулась назад, и Настя, так и не отпустившая хвост твари, лицом чуть не врезалась в грубую решётку — с воплем перепуганного Григоира, резко снявшегося с неё.

Упершись ногами в основание клетки, Настя изо всех сил потащила за хвост адскую тварь к решётке. Ошеломлённая странным деянием человека, в первые секунды та от неожиданности уступила и поехала к брусьям, наверное искренне заинтересовавшись невероятным самоубийцей. Когда адская тварь оказалась у самой решётки — и Настя увидела, как чуждые глазища с диким любопытством уставились на неё, девушка решительно погладила часть твари, оказавшуюся в её руках, а потом со всех ног кинулась подальше от клетки.

Едва она встала на каменистой дорожке в отдалении от адской твари, которая, отмерев от внезапного порыва явно ненормальной девушки, с какой-то неуверенностью отползла назад, не забыв-таки прихватить остатки пирожка, фамильяр приземлился на плече Насти и с придыханием спросил:

— Ну ладно — эксперимент. Но почему ты решила, что этого достаточно — погладить адскую тварь, чтобы она преобразилась в зверя-авалонца?

Настя ещё немного, сама не зная, чего ожидать, постояла перед дымящейся клеткой второго подопытного образца, который, кажется, до сих пор не пришёл в себя, оттого что его, по сути, зачем-то оттаскали за хвост. А потом девушка повернулась и не спеша, с трудом успокаивая дыхание, пошла назад, к клетке Сигдха. И лишь, когда клетка со вторым образцом осталась далеко за спиной, ответила:

— Понимаешь, Григоир... Я проверяю теорию. А первая теория такая: ко мне вернулся дар воскрешения. Вторая теория такая: Сигдха был мёртв, и Риан разбросал его пепел перед окном своей комнаты. Кстати, я до сих пор не знаю, как он это сделал, будучи совершенно неподвижным, — не забыть бы спросить... Я прошла несколько раз по его пеплу, сама о том не подозревая. Сигдха вылез из земли уже оформившимся в того фамильяра, которым владел Риан, — в форме адского змея. А по дороге с ним произошла та самая метаморфоза, которая дала нам зверя-авалонца. Я думаю, что понадобилось несколько ходок над пеплом Сигдха, чтобы вернуть его настоящего. А что будет, если дотронуться до живого адского зверя? Вот это я и проверяю. Если я права — не понадобится долгого времени, чтобы свершиться метаморфозе. Или я слишком самонадеянна. — И она смущённо улыбнулась.

Ворон, притихнув, размышлял некоторое время, а потом бесшабашно махнул крылом над ухом хозяйки:

— Да простят меня боги стихий, но я хочу, чтобы твоя теория оказалась действенной! Она прекрасна! И сулит нам... — Он задумался, чуть ли не кровожадно повторив: — Сулит нам очень интересную жизнь!

На место с клеткой Сигдха они поспели вовремя и даже постояли неподалёку, как и просили студенты-некроманты юную ведьму. А потом... потом Настя бросилась к Риану, которому помогали встать друзья. Бросилась — фамильяр едва успел удрать с плеча, жарко спросив в последний момент:

— Ты ему скажешь?

— Чистота эксперимента! — шепнула Настя, оглянувшись на него и понадеявшись, что ворон не только услышит её ответ, но и поймёт, что она хотела сказать: что она не хочет, чтоб об этом странном опыте пока кто-то знал — даже Риан. Ведь при всей её смелости... А вдруг эксперимент не удался? Вот и проверим сначала, что даст такой глупый опыт...

— Как ты себя чувствуешь? — спросила девушка, схватившись за руки парня и мельком отмечая осунувшиеся лица его друзей. И про себя безо всякого раскаяния думая: "Вот нисколечко не жалею, что сбежала сюда! И Сигдха выручили!"

Пока парень старался удержаться на ногах — причём с каждым мигом всё прочней, Сигдха подошёл к девушке. Настя ожидала, что он потрётся о неё, как радостно тёрся с другой стороны Тишка, словно не чаял увидеть её снова живой. Но Сигдха ткнулся носом в её опущенную руку и, по ощущениям, чуть ли не лизал её. Почуял своих?

— Давайте-ка потом обо всём, — с тревогой предложил Аодхан, глядя на поднимающееся над крышами клеток солнце. — Нам ещё нагнать в клетку дыма, чтобы преподы не заметили, что она пуста, — и бежать! Так что...

— Тогда, может быть, мы пойдём раньше вас? — предложила Настя. — Мой фамильяр запомнил дорогу.

— Это мы уже поняли, что запомнил, — проворчал Кенион, подступаясь к клетке и начиная работать жёстко сложенными ладонями, пассами вгоняя в неё мгновенно появившимися из пальцев дымками.

— Идите, — негромко велел Насте Риан. — Я достаточно очухался, чтобы принять участие в работе с дымом. Тем более надо постараться, чтобы преподы не заметили, что дым наведённый. А это требует времени.

Настя виновато улыбнулась ему и поспешила к выходу из зоопарка, сопровождаемая Сигдха, неся Тишку на руках, а Григоира на плече. Когда они в молчании проходили ворота, Настя вспомнила:

— Григоир, а где фамильяры Аодхана и Кениона?

— Ты их не увидишь, — ответил ворон. — Их фамильяры — призраки.

— О как, — устало удивилась Настя, и весь дальнейший путь до коттеджа они прошли в полном молчании.

Двадцать вторая глава

Едва девушка оказалась перед дверью коттеджа, едва протянула руку, чтобы открыть её, как застыла. Что-то такое хотелось ей проверить, пока она шла по тропинке и думала о наступающем дне. Проверить, когда вернётся. Но что? Голова, тяжёлая после бессонной ночи, соображала плохо.

Григоир не выдержал: с плеча склонился к её лицу, чуть не стукнув клювом по носу. Настя даже сумела предугадать его вопрос. Впрочем, это было легко.

— Настя, откроешь? Мы все устали и хотим выспаться до завтра!

Вняв рациональному в этой ситуации, Настя послушно открыла дверь — и ворон с плеча немедленно влетел в помещение, а Сигдха быстро опередил её, заторможенно двигавшуюся, вслед за фамильяром направившись в кухню. На руках вновь замершей девушка завозился Тишка, упорно стараясь выдраться из слабых рук и спрыгнуть. Она отпустила его и чисто на автомате проследила, как он, задрав хвост, пытается догнать своих друзей. А потом всё так же, на автомате, вспомнила, что в зоопарк брала мясо для всей компании, но так и забыла о нём. Усмехнулась про себя: а можно было ещё несколько клеток с адскими тварями обойти, подкидывая вкусную приманку для слишком самоуверенных тварей! Потом пожала плечами: ребята-некроманты при виде того, что она берёт рюкзак, наверняка поинтересовались бы, куда это она собралась. И сорвали бы эксперимент. Или нет? Они же тогда были слишком заняты Рианом. Кстати, о Риане...

Так что сейчас она вошла в коттедж, разложила по мискам мясо из рюкзака, а потом, убедившись, что народ, видимо с нервов оголодавший, полностью увлечён непредусмотренным приёмом пищи, осторожно вышла.

Вспомнила. И заторопилась к магической защитной стене, которая с недавних пор стала для неё неприступной. Надеясь, что сторожевое заклинание не поменяли, Настя повторила про себя слова, а потом произнесла их вслух. И шагнула вперёд. Мягкое давление воздуха, всё-таки пропускающего её, она прочувствовала сразу и улыбнулась: вот и доказательство, что магические силы вернулись! Ура!

Теперь только дождаться утра, чтобы увериться, что и способность, которую отметил нашедший Настю маг, снова в полном порядке.

Волоча отяжелевшие ноги, Настя доплелась до спальни и машинально улыбнулась Сигдха, который выглянул из-под кровати и снова спрятался: боится, что его найдут здесь "злые" старшие маги? Одновременно из-под кровати высунулся Тишка, муркнул и снова утянулся под край простыни, который свисал до самого пола. "Интересно, старшие сумеют вычислить Сигдха по его магической ауре? Не отдам! Устрою скандал, но зверя им не отдам!" Эта мысль мало того оказалась последней, так ещё и странным образом успокоила Настю. Она, на ходу погружаясь в сновидения, свалилась на постель — и даже не пыталась больше открыть глаза...

... Проводив друзей в кампус, Риан помешкал немного и сразу направился к половине Насти. Не постучав, вошёл, благо дверь не заперта.

Зачем он сюда явился? Пошёл бы сразу к себе и отдохнул после ненормальной ночи, устроенной, между прочим, этой непослушной девчонкой. Он постоял у порога, закрыв за собой дверь. Потом медленно, сомневаясь, добрался до спальни, отогнул занавеску, чтобы присмотреться.

Настя спала, не раздевшись ко сну. Спала, обняв подушку и укрывшись вместо одеяла краем покрывала. На округлом лице под глазами темнели отчётливые тени — слишком много потратила ночного времени на активное бодрствование. Зато губы также упрямо выпячены даже во время глубокого сна, что Риан невольно улыбнулся, вспомнив, как дружно девушки-ведьмы пели песенку про упрямых влюблённых в тот первый вечер после переезда Насти в коттедж... Он бездумно вглядывался в эту мирную картинку, и только одна сторонняя мысль зародилась во время этого наблюдения: сам он спать не собирается. Ему вернули силы. И заклинаний для бессонных, но активных суток он знает достаточно.

Осторожно вернув на место край занавески, отделяющей спальню от гостиной, он ушёл к креслу, всё ещё стоявшему напротив камина. Опустившись на мягкое сиденье, он некоторое время размышлял: стоит ли всё же поспать, или вернуться к варианту с заклинанием активности и не терять времени?

И не заметил, как задумался о Насте.

Рыжая девочка не вызывает у него отторжения, как это было с кузенами. Хм... Почему он о них вспомнил?.. Он чувствовал себя рядом с ней... Поджав губы, он поморщился, не находя нужных слов в мысленном монологе, который всегда запускал, когда приходилось решать проблемы. Он чувствовал себя уютно, когда она была рядом. Вот... Нашёл слово. Уютно.

Кроме всего прочего, она вызывает у него и другие странные чувства.

Это он вспомнил, как отреагировал на шутливое признание Аодхана в любви к рыженькой "ароматной ягодке". Что-то в этой шутке Риана тогда здорово покоробило — что-то, что объяснить он не мог бы и самому себе. До такой степени раздосадовало, что он ощутил настоящую враждебность к сокурснику и другу. Что-то вроде: "Он не смеет так говорить о Насте! О ней вообще могу говорить только я!" Хорошо ещё, эта неожиданная для него, обычно бесстрастного, эмоция испарилась, когда он успокоился и понял: Аодхан и правда всего лишь шутит.

Ему вдруг захотелось снова увидеть её. Быстро переместился к той же занавеске и только сейчас, вновь отогнув её край, внезапно подумал: "А где остальные? Где Сигдха? Где её фамильяр и кот?" Пришлось внимательно осмотреть спальню. Ворон спал внутри открытого настежь шкафа, удобно устроившись на перекладине, свободной от вешалок. Из-под кровати Насти, высовываясь из-под простыни, виднелась часть большой лапы — Сигдха прятался именно здесь? Сразу и не поймёшь, потому что девушка оставила у кровати свою обувку.

Суеверно удостоверившись, что Настя снова не сбежала в зоопарк, Риан вернулся к камину. Посидел, глядя в его холодное чрево. Потом отчётливо вспомнил, как Настя на кровати лежала скрючившись, даже укрытая покрывалом, и сообразил, что она не могла разогреть комнату, потому что была лишена магической силы. Один направленный взгляд — и на лежавших в камине дровах замелькали огненные лепестки, спустя минуту превратившиеся в ровно гудящий огонь.

Не выдержал — опять пошёл в спальню Насти. На этот раз прошёл занавеску и встал у кровати. Он стоял над спящей девушкой и до ясно ощутимых мурашек по телу понимал: даже вернись он сейчас на свою половину коттеджа — половину пустую и бесприютную, эта его часть помещения покажется не официальным участком академического кампуса, но личным домом, давно и прочно обжитым. И всё потому, что за тонкой стеной живёт Настя. Такого уверенного впечатления он ещё ни разу не испытывал. Дом дяди, уезжая в академию, он покидал равнодушно: несмотря на личную комнату в нём, родным он его не чувствовал.

Вот почему он вспомнил кузенов, думая о Насте. Одиночество и бесприютность сопровождали его всю жизнь.

А сейчас... Хватило одного лишь присутствия этой безбашенной девчонки, чтобы обе половины коттеджа — её и его — вдруг смягчились и стали невероятно тёплыми. Сюда хотелось возвращаться... Раньше Риан как-то не видел разницы между комнатой в кампусе и лабораторией в своём зоопарке. И там, и тут мог часами сидеть за столом, заниматься с подопытными, читать и записывать отчёты. Нет, зоопарк всё ещё оставался интересен ему. Но теперь Риан хорошо понимал тех преподавателей и студентов, которые не хотели задерживаться на работе и учёбе дольше положенного. Он вспомнил, как корпел над лабораторными работами, тщательно записывал результаты... А полчаса назад безразлично прошёл мимо здания лаборатории, потому что... хотелось увидеть Настю.

Увидеть Настю.

Он поднялся с кресла и крадучись вновь заглянул в спальню. Девушка спала всё в той же позе, и он бесшумно поднял наверх часть занавески, чтобы тепло от камина проникло в спальню. И так же, на цыпочках, отошёл.

Постоял посреди гостиной, решая сложную задачу: уходить ли к себе — дождаться ли её пробуждения?

Зачем-то зашёл в кухню. Машинально поднял то ли маленькое полотенце, то ли большую салфетку, которой что-то было укрыто на столе. И почувствовал, как теплеет внутри, вокруг сердца. На подносе Настя оставила всё, что нужно для приготовления кофе: чтобы встала — и сразу сварить. Но в груди у него потеплело не из-за её предусмотрительности. Нет. На подносе прятались не только турка и баночка с молотым кофе. Здесь же стояли две чашки. Значит... Настя рассчитывала, что утром он придёт, и позаботилась, чтобы он получил свою чашку кофе, который ему так нравится!

Вернулся к камину в смятении. Он не привык быть зависимым. Нет, по работе такое для него нормально. И то, что младшекурсники-некроманты обращались к нему с будущими темами для курсовых, и что он принимал в этих работах участие такое, словно сам писал их, а потому хотелось, чтобы все курсовые были идеальны... Но зависеть от девушки... И чувствовать, что она зависима от него... Ему стало страшно. Будучи магом, которому прочили карьеру строгого преподавателя и педантичного учёного, он попытался разложить по полочкам, почему он испытывает такие эмоции, на которые ранее он и не подозревал себя способным... Размышлять пришлось долго. Но причину он, кажется, нашёл. То же одиночество в доме дяди. Атмосфера отчуждения в детстве и здесь, в академии. Единственное тепло в отношениях — дружба с сокурсниками. А эта рыжая (он сам не заметил, как недоверчивая улыбка тронула его губы) ворвалась не только в его апартаменты, но и в его сердце.

"Это для меня, как будущего "академика", плохо? — спросил он себя. — То, что я оказался излишне эмоционален?" Но тут же вспомнил, как легко "бросался" чувствами Аодхан. Дракон буквально искрился эмоциями, никогда даже не думал о том, чтобы притвориться серьёзным, если этому серьёзному есть место в его жизни. И ему эта эмоциональность ни в чём не мешает — ни в личной жизни, ни в работе или в учёбе. "Поступить так, как делает дракон? — спрашивал себя Риан. — Дать событиям в моей жизни течь своим руслом? Не ставя преграды, не мешая им разливаться так, как предполагает их естественный путь?"

В конце концов, он просто испугался собственных мыслей, в которых, по впечатлениям, бегал, будто в сумасшедшем лабиринте. И вовремя — испугался.

— Привет. Ты уже пришёл? — сипло спросонья спросила Настя, появляясь из-за занавески. На руках она держала зевающего кота, на которого брезгливо поглядывал с её плеча ворон, а Сигдха, ласкаясь, словно огромная кошка, прижимался к её ногам. — Ух ты... Камин! А я думаю — что это вдруг тепло стало. Хочешь кофе?

Риан мысленным щедрым жестом отбросил все заумные мысли от себя и, улыбаясь, пошёл ей, сонной и безмятежной, навстречу.

Когда они в благожелательном молчании (хотя Настя побаивалась, что Риан устроит ей выволочку за ночной побег в зоопарк) выпили кофе, предварительно накормив фамильяров и Тишку, парень деловито поставил парочку задачек.

— Первое, что надо сделать, — это спрятать Сигдха. А потом...

— А чего его прятать? — всё ещё сонная, спросила девушка. — Пусть снова залезет под мою кровать — и все дела.

Риан улыбнулся — как маленькой, наконец возмутилась она. Затем сообразила, что она предложила: спрятать под кроватью магического зверя от магов! И засмеялась сама!

— Ну и придумала! — А потом спросила: — А что предлагаешь ты? Думаешь, у нас хватит сил, чтобы спрятать Сигдха от старших магов?

— Надо бы устроить военную хитрость, — задумчиво сказал Риан. — Коттедж я уже ранее окружил защитной стеной. Сейчас, когда я полностью пришёл в себя и могу работать с адскими тварями, можно придумать кое-что более сложное, чем я мог недавно сделать. Например, поменять магические характеристики Сигдха.

Настя с любопытством следила за тем, как рассуждает парень. Ей было лестно, что он разговаривает с ней так, словно она равна ему. Она вспомнила, о чём мечтала недавно, и усмехнулась: задала задачку Григоиру о равноправии, забыв, что любое равноправие ещё надо заслужить. Так что ей пока лучше помолчать, но когда она закончит академию — и не простой ведьмой, а под стать Риану — ведьмой с редким даром, вот тогда они и поговорят о равноправии! Она даже хмыкнула от этой мысли.

Пока Риан вслух размышлял, она вдруг снова улыбнулась, только тихонечко, чтобы он не оборвал свою мысль, думая, что она смеётся над ним: на её глазах он превратился из худосочного скелетика в довольно сильного молодого мужчину. И это преображение чем дальше, тем больше нравилось ей.

Когда он замолчал, сдвинув брови и явно всё ещё обдумывая, как спрятать Сигдха, она спросила:

— А когда? Когда ты его будешь прятать? Нас оставили пока в покое, из-за того что мы слабы. Но ведь сюда могут прийти в любое время. Мне кажется, мы встали достаточно рано и утреннего времени хватит, чтобы попробовать замаскировать его, пока там думают, что мы слабы.

Парень внимательно посмотрел на неё и переспросил:

— Ты собираешься помогать мне?

— Конечно, — уверенно ответила она. — Я неопытная и не всё понимаю, что надо делать, но ты же знаешь! Ты просто говори мне, как надо действовать, — или вообще бери мою силу, когда она тебе понадобится. Насколько я понимаю, будучи старшекурсником, ты тоже умеешь это делать.

— Ладно, начнём с Сигдха, — решился Риан. Но взглянул в сторону входной двери, еле видной из кухни, и покачал головой. — Нет, сначала заблокируем вход в коттедж, чтобы нам никто не мешал.

Настя не стала спрашивать, нужны ли ему её силы: надо будет — сам скажет. Но следовала за ним по пятам, чтобы на всякий быть у него под рукой, а заодно, поскольку её силы вернулись и она "видела", поучиться, как это делается — ставится магический блок, не пропускающий посторонних в коттедж. Неизвестно, понадобится ли ей в будущем такой ритуал, но учиться, как он делается, надо.

Время от времени она скашивалась на идущих следом Сигдха и Тишку, которые, кажется, решили считать магическое блокирование некой игрой. Фамильяр, сидевший на плече, здорово мешал всматриваться в проводимый ритуал блокирования, потому что вполголоса, а то и бубня, комментировал не отстающих от магов кошачьих. Причём комментировал не вполне одобрительно — в ключе "чего они под ноги лезут!". Пока Настя, не придя в раздражение из-за его ворчания, не напомнила:

— Григоир, ты своим бубнёжем мне мешаешь больше.

— Я?! Бубнёжем?! — поразился ворон — и обиделся. — Я тут за тебя переживаю, а ты мне такие слова нехорошие!

— Григоир, я пытаюсь запомнить то, что делает Риан! — прошипела еле слышным шёпотом девушка.

— Фи... — пренебрежительно отозвался фамильяр. — Для начала бы спросила меня, не знаю ли я этого заклинания с ритуалом.

— А ты знаешь? — пришла в недоумение она.

— Ещё бы! Я ж фамильяр. Он делает примитивную защиту! Отличие от того, что я знаю, только одно — он вкладывает в эту защиту жуткую силищу!

Настя мысленно призналась себе, что, вообще-то, она и впрямь забыла: её Григоир не впервые становится фамильяром, а значит — он носитель множества информации.

— Григоир, прости, пожалуйста! — всё ещё шёпотом взмолилась Настя. — Я совсем забыла про это!

— Да ладно, — благодушно ответил тот. — Если честно, мне тоже интересно, как он делает блок для коттеджа. У любого мага свои приёмы, хотя они обычно начинают с простейших и общеизвестных.

Риан тем временем закончил обходить половину Настиного коттеджа, и девушка, вдруг вспомнив, вздохнула:

— Эх, я так и не успела передать магам-бытовикам просьбу сделать дверь между нашими половинами!

— Ты хотела дверь между нами? — обернулся весьма удивлённый Риан.

— А разве я тебе не говорила? — тоже удивилась девушка. — Это из-за Сигдха. Чтобы, если что-то пойдёт не так, ты бы сразу мог прибежать ко мне, не обегая весь коттедж.

— Отличная идея, — рассеянно оценил парень. Он уже всматривался в Сигдха.

— Давайте сядем возле камина? — предложила Настя. — Мне кажется, там удобное место, которого хватит на всех. Да и на полу сидеть можно, если что.

Оказалось, что кошачий народ внезапно куда-то пропал. Искали недолго: из-за занавески, которая снова отгораживала спальню от гостиной, раздался грохот. Риан с Настей кинулись на этот странный в коттедже звук. Отбросив занавеску, Настя ахнула: кажется, эти двое решили сыграть в догонялки, и кошак, удирая от своего громадного дружка, забрался на оконную гардину, а Сигдха немедленно прыгнул следом. Результат: гардина грохнулась на пол, сбив по дороге со стола всё, что там было; испуганный Тишка шипел на всех, спрятавшись под кровать, а Сигдха вальяжно сидел на полу, закинув заднюю лапу на довольную башку и почёсывая ею ухо.

— А если он блохастый? — задумчиво спросил с плеча Григоир.

— Тебя только это беспокоит? — риторически спросила Настя, глядя на зверя-авалонца и прикидывая, как затащить его к камину.

Ничего не придумала. Послушала уговоры Риана, вздохнула и подошла присесть перед авалонцем на корточки. Положила ладони на его голову, чтобы лучше слышать, и напомнила:

— Ты хочешь вернуться в клетку?

"Не хочу. А при чём тут клетка?"

— Если мы тебя не замаскируем, то тебя вернут туда, в зоопарк.

"Я буду послушным! — Сигдха тут же сел нормально и кивнул — глядя уже на Риана. — Обязательно. Что надо делать?"

— Идём к камину. Там тепло и уютно, и Риан сумеет тебя просмотреть, чтобы увидеть, как именно тебя надо замаскировать.

Зверь-авалонец обернулся к кровати и рыкнул. Вылез Тишка и послушно затрусил следом за ним в гостиную. Посмотрев на гардину и на разорённый стол, Настя подавила вздох и оптимистично сказала Риану, который вопросительно оглянулся на неё, прежде чем выйти из спальни:

— Потом уберу. Не к спеху.

На время осмотра Риан сел на ту самую шкуру, которую невесть каким образом для Насти добыли маги-бытовики. И заставил сесть Сигдха. Настя же уселась в кресло, чтобы гладить Тишку, который всё ещё пугливо оборачивался посмотреть на спальню... Григоир сел на подлокотник и внимательно, слегка напыжившись, словно строгий профессор, принимающий зачёт, тоже взирал на некроманта и на послушного ему авалонца.

— Григоир, что ты видишь?

— Ничего, — неожиданно сознался фамильяр и добавил: — Но один из моих старых хозяев однажды сказал: магические линии любого, даже самого сложного заклинания, чаще всего похожи на клубок спутанных ниток. Только одни — более упорядоченны, а другие — более хаотичны. А самые сложные заклинания состоят из простых. И если в этом клубке сумеешь ухватить кончик одной нити — знакомого заклинания, можно и понять смысл и пути даже самого сложного из них.

Настя поразмышляла над его словами. Хм. Интересное наблюдение. А если и ей попробовать проследить эти самые пути? Сумеет она понять, что происходит вокруг авалонца? И она впилась взглядом, пытаясь выложить из тех якобы беспорядочных линий, которые видела, что-то логичное.

Но взгляд скользил по линиям, срываясь с одной на другие, и заметить хоть что-то знакомое, девушка не могла. Тем более что изучавший Сигдха, сидя на коленях перед ним, Риан вдруг разогнулся от зверя и ошеломлённо сказал:

— Такого не может быть!

— Что случилось? — всполошилась Настя, тут же оставляя кота в кресле под присмотром вмиг недовольного Григоира и усаживаясь рядом с некромантом. Рука невольно потянулась ласково погладить зверя-авалонца, на что Сигдха отозвался громовым мурлыканьем.

— Его магические линии — те, что на виду, показывают его принадлежность к зверю-авалонцу, — встревоженно сказал Риан, не сводя взгляда с Сигдха, — но внутренние — те, что едва видны... Может, я и не прав, но... Ты разговариваешь с ним. Он тебе отвечает. Как думаешь, я могу поговорить с ним?

— Наверное, да, — озадаченно пожала плечами Настя. — Ты вообще не пробовал до сих пор говорить с ним?

— Нет. Сигдха, поговоришь со мной?

Но зверь-авалонец повернул голову к девушке и боднул её в ладонь. Не сразу, но сообразив, чего он добивается, Настя снова положила ладони на его голову.

"Он не хочет, чтобы я был его фамильяром, — сказал Сигдха. — Но хочет говорить со мной. Мне это не нравится".

Настя обернулась к Риану, который выжидательно смотрел на неё, и объяснила обиду его бывшего фамильяра. Парень, прежде чем ответить, вновь прошёлся взглядом по магическому пространству Сигдха, а потом, чуть улыбнувшись, кивнул ему:

— Сигдха, я хочу, чтобы ты снова стал моим фамильяром.

"Он говорит это искренне?" — недоверчиво спросил тот.

— Да, — откликнулась Настя.

"Но я уже не адская тварь, которая ему нравилась. Я не зверь некроманта! Почему он хочет, чтобы я?.."

Настя вновь пересказала слова Сигдха Риану, чувствуя себя при этом переводе не совсем умелой переводчицей. Риан задумчиво заглянул в глаза Сигдха.

— Он хочет, чтобы я объяснил своё желание вернуть его? Но всё просто: он был моим фамильяром — и я хочу, чтобы он оставался им. Разве это трудно понять?

Сидевший — Сигдха поднялся и с сомнением подошёл к нему очень близко. Тоже заглянул в глаза, а потом опустил голову к его ладони, упирающейся в пол. Опустил так, как делал всегда, когда желал поговорить с Настей. Парень не колебался: он тут же опустил ладонь на холку зверя. О чём они разговаривали — Настя не слышала: Риан говорил со зверем мысленно. Но в какой-то момент бесшумного разговора двоих Риан вдруг обнял Настю за плечо — и таким образом "подключил" девушку к личному диалогу.

Григоир — видела Настя — аж подпрыгнул на кресле от нетерпения, когда увидел, что происходит. Но Настя лишь стороной заметила его движение. Она слушала Риана и Сигдха, невольно распахивала глаза, мельком думая, что не может нормально смотреть, потому что они сами таращатся — без её воли — на то сообщение, которые парень-некромант передавал абсолютно изумлённому Сигдха.

Наконец всё закончилось. Риан убрал ладонь с холки Сигдха, но Настю продолжил мягко обнимать.

— Ну и как тебе мои изыскания? — уже насмешливо спросил он.

— Ничего себе... — чуть не осипла Настя. — Я... Григоиру скажу?

— Скажи, — улыбнулся Риан, к которому Сигдха не просто теперь уже подошёл, но положил на его колени лапы и склонил голову: гладь!

Девушка похлопала по плечу — и фамильяр стремительно шлёпнулся на свой личный "насест". Они склонились головами — и Настя быстро прошептала несколько слов Григоиру. Тот вначале застыл, растерянно оглянувшись на Сигдха и простодушно вылупив на него глаза, а потом торжественно сказал:

— Я, конечно, теперь не смогу спать спокойно. Но я рад, что он остаётся твоим фамильяром, Риан.

— Ты скажешь об этом своим друзьям? — затаив дыхание, спросила девушка.

— Пока нет, — спокойно ответил Риан. — Мы же не знаем, как дальше будет развиваться ситуация. Между прочим, — он поднял голову взглянуть на настенные часы. — Время прихода в зоопарк старших магов. Любопытно, известят ли нас о пропаже Сигдха из клетки?

Настя осторожно опустила глаза, словно любуясь шкурой, на которой они все сидели. У неё оставался другой интерес: что там происходит с теми двумя обитателями клеток, с которыми она довольно грубо поэкспериментировала? И что скажут преподаватели, когда увидят странные изменения в их внешности? Если изменения, кончено, ещё произойдут, Сколько неизвестности! Сколько нужно всего дожидаться!..

И тут она спохватилась.

— Риан, а Сигдха ты всё-таки будешь маскировать?

— Теперь — обязательно!

— А меня? Сигдха же мне помог вернуть магию. Спрячем её? Или оставим всё, как есть? Типа — магия сама вернулась?

— Давай все проблемы решать не сразу, — предложил Риан. — Сначала замаскируем Сигдха, а потом подумаем, что делать с твоей магией.

Настя согласилась. Тем более ей надо было время, чтобы подумать: стоит ли посвящать в тайну с двумя подопытными обитателями клеток Риана, или нет? С одной стороны, опять-таки оставалось опасение, что её магия не сработала. С другой стороны, он же поделился с ней своей невероятной тайной про Сигдха!

Решила так: если старшие маги придут с претензией, что подопытные образцы превратились в нечто, она тут же откроет всё Риану. Не придут — придётся выждать, когда её необычная магия установиться, и тогда уже рассказать парню всё. На этом Настя и успокоилась, сосредоточившись на новом ритуале, проводимом Рианом, чтобы скрыть присутствие Сигдха в коттедже.

Двадцать третья глава

Собственно говоря, маскировать Сигдха пришлось самому же Риану. Настя, при всём своём желании, ничем помочь им обоим не могла. Но интересно было! И она устроилась так, чтобы не мешать им. Они — всё так же на полу перед камином, она — чуть в отдалении, в кресле, но так, чтобы видеть и Риана, и Сигдха. Картинка ей показалась весьма привлекательной: Риан, хоть внешне и не оправившийся после сожжения в адском пламени, сидел перед зверем в позе "лотос", сидел легко и непринуждённо, и девушка уважительно посматривала на его прямую, без малейшего признака сутулости спину. Сигдха же расслабленно лежал перед ним, то ли преданно, то ли насмешливо взирая на своего, наконец, "узаконенного" хозяина.

Выяснилось, что самым трудным в маскировке оказалось следующее: каким образом накладывать магические силы, чтобы старшие маги не узнали про зверя-авалонца, который мало того что контрабандой покинул клетку в зоопарке, так ещё и вновь вселился в жилой коттедж? Или: во что превратить Сигдха, изменив его магические характеристики? Услышав последнее, Настя вообще слегка ошалела.

— Риан, а ты такое можешь?

— Такое сумеешь и ты — курсе так на третьем и на простейших предметах, — рассеянно ответил тот, оценивающе глядя на своего фамильяра. — На живых — обычная ведьма, пусть даже очень талантливая и сильная, такую маскировку вряд ли сделает. Другое дело, что я могу сделать не только маскировку, владея такими силами, которые не в силах "прочитать" наши старшие маги.

Настя скептически посмотрела на Сигдха, выжидательно уставившегося на хозяина, и пожала плечами, скрывая улыбку при виде, как хвост зверя-авалонца едва заметно и мягко постукивает по полу..

— Тогда тебе придётся превращать его характеристики в характеристики предмета.

— Не понимаю.

— Старшие маги будут искать живого зверя. Значит, Сигдха надо превратить в неживой предмет. Вспомнить, какой предмет из твоих личных вещей часто использовался во время работы с адскими тварями! — выпалила девушка, а потом с сожалением качнула головой: — Но Сигдха слишком большой. Так что моя идея — так себе.

— А вот и нет, — задумчиво глядя на зверя-авалонца, пробормотал Риан. — Абсолютно всё равно, какой величиной обладает тот, кого надо спрятать, и тот, в кого можно спрятать. Главное, чтобы характеристики совпадали. Так что... — И он, вдруг нахмурился и оглянулся на стену между двумя половинами коттеджа. Напряжённое лицо расслабилось, парень даже сумел улыбнуться.

— И в кого ты его спрячешь? — тихонько, чтобы не мешать его размышлениям, спросила Настя.

— В первый день переезда сюда я принёс в коттедж из зоопарка кости следующей адской твари, которую должен был поднять, — явно думая о своём, ответил Риан, пристально взглянув на Сигдха. — Начал их анализ с того места, на котором остановился, когда... — он споткнулся на полуслове, наверное не желая вспоминать о предательстве родных, а потом раздражённо договорил: — Когда пришлось прерваться.

И снова уставился на Сигдха. А зверь-авалонец лишь раз скосился на Настю, будто что-то хотел сказать ей, но опять перевёл на своего хозяина загадочный взор и замер.

А девушка вдруг подумала: "Интересно, что будет, если я приглашу Риана на академический бал? Сам-то он не догадается меня пригласить. А... А он умеет танцевать здешние танцы? Хм... А я?" Она смешливо улыбнулась, представив, как они топчутся на одном месте, обняв друг друга... И затаила дыхание, мгновенно почувствовав, как это будет: тёплые руки Риана на её плечах... Они двое в танце — и никого вокруг, только приглушённый гул толпы, которая станет фоном и не более...

... Бессонная ночь и раннее утро сказались быстро. Настроившись на долгое сидение и наблюдение, Настя первые несколько минут упрямо смотрела на двоих, которые внешне сидели неподвижно, хотя ведьминским глазом было видно, что вокруг них стремительно меняются линии личных пространство. Но вскоре она почувствовала, что засыпает. В лёгкой панике девушка быстро понажимала известные ей точки, пытаясь вернуть активность, но быстро поняла, что воздействие на точки не поможет.

Лезть в книги и конспекты, чтобы найти нужные заклинания из разряда бытовых, было лень. Настя осторожно, чтобы не мешать маскировочному процессу, подобрала ноги на широкое кресельное сиденье и прислонилась к спинке. Надо быть рациональной, что значит — не фиг терять время даром, пора выспаться. И уснула. Через минуту к ней в кресло залез Тишка и с комфортом устроился на коленях. Григоир пару раз зевнул, сидя на самом верху кресельной спинки и тоже прикорнул...

— ... Настя, проснись, — тихонько сказали над ней и погладили по руке.

— Щас... — прошептала она и с трудом разлепила ресницы.

Над ней склонился Риан. Когда она поняла, что он будит её, неловко завозилась, пытаясь встать. Парень забрал с её коленей Тишку и помог встать. Побудка была не слишком резкой, но ноги вдруг налились тяжестью. От внезапного страха?

— Что случилось?

— Много чего, — усмехнулся Риан, но усмешка быстро сошла с его губ. — Приходи в себя. Я пока к себе, а потом — нам в зоопарк.

— Что случилось? — уже встревоженно спросила она, стараясь поймать его за руку.

Но Риан перемещался так стремительно, что уже от входной двери отозвался:

— В зоопарке странная тревога. Аодхан и Кенион велели прийти немедленно.

— А как же Сигдха?

— Я замаскировал его. С ним ничего не будет.

Вот тут-то она проснулась окончательно.

— Риан, соображай! — рассердилась она. — Я дала старшим магам разрешение на вход в коттедж! Если ты даже замаскировал зверя, он визуально никуда не пропал! А если преподы сюда заглянут?

Уже раскрывший дверь, Риан замер на месте.

— Об этом я не подумал. Но...

Настя лихорадочно продумала ситуацию и спросила:

— А если мне остаться? Вызвали-то только тебя! А потом ты мне на медальон передашь, нужно ли моё присутствие в зоопарке, или нет. А я пока посторожу Сигдха.

— А ты... точно хочешь остаться?

Почему-то за этим уточняющим вопросом девушка внезапно расслышала другой: "А ты точно не обидишься, что я оставляю тебя здесь?"

— Ты же вернёшься к обеду, — нарочито спокойно сказала она, подходя к двери. — И, если ничего необычного в зоопарке нет, ты мне и расскажешь, что там. А я что... У меня магии нет, моего дара нет, — ухмыльнулась она, напоминая. — Зачем там я?

— Ты права. — Он благодарно кивнул и поспешил в свою половину коттеджа.

Настя аккуратно закрыла за ним дверь и чуть не завопила: "Я тоже хочу туда!! Мне интересно, что случилось!! Преподы увидели клетку со сбежавшим Сигдха?! Или увидели мои (МОИ!) клетки с адскими тварями?!" Развернулась — взгляд на часы: первая пара прошла. Вздохнула. Вспомнила, что надо бы накормить зверьё и фамильяра. Кстати, где он? Ужас, сколько дел предстоит! С чего начинать?!

— Настя! — гаркнули над ухом, и девушка подпрыгнула от неожиданности. А злодейский ворон шлёпнулся на плечо и, полный радостных надежд, снова завопил в несчастное ухо: — Академический почтальон тебе посылку принёс! От родителей! Иди — открой ему ход в коттедж! Там, наверное, — вкусняшек много! Настя, что ты стоишь?! Иди быстрей — уйдёт же! Посылку унесёт!

— Какая посылка? — пришла она в недоумение.

Посылки родители обычно присылали раз в месяц. И последняя была совсем недавно. Неужели они решили, что она здесь загибается от голода? А если почтальон перепутал? Озабоченно взглянув на Григоира, она попросила:

— Проследи за Сигдха, чтобы не сбежал. А я пока сбегаю к защитной стене.

— Ну уж нет, — надулся тот. — Ты ему сама скажи, а то ведь полезет — мне не удержать такую махину.

— Где он?

Сигдха нашёлся в спальне. Вместе с Тишкой он развлекался, изучая учебники (преимущественно с картинками) на столе: сам зверь-авалонец языком деловито переворачивал страницы, а кот время от времени цапал эти страницы лапой — больно завлекательно они шуршали! Испуганная, что все страницы будут разорваны, девушка, осторожно переступая через сорванную с окна гардину, всё ещё не убранную из-за нехватки времени, подошла к ним.

— Сигдха, мне надо на пять минут выйти из коттеджа. Подождёшь меня здесь?

Зверь-авалонец недвусмысленно потянулся лапой к отодвинутым учебникам.

— Ну нет, — решительно сказала Настя и, скрепя сердце, вынула из шкафа сумку, в которой хранился небольшой мячик, который она привезла с собой, чтобы разрабатывать руку, однажды здорово ушибленную. Наскоро нашептала на мячик заклинание убегания и пустила игрушку в гостиную. При виде удирающего мячика первым не выдержала кошачья душа — и Тишка сиганул за игрушкой. Вид уже двоих удирающих был настолько манящим, что зверь-авалонец тут же кинулся в погоню.

Успокоившись, что зверьё занято делом (последствия которого вскоре опять ей разгребать!), Настя быстро провела расчёской по растрепавшейся чёлке и на всех парах выскочила из коттеджа, продолжая недоумевать, почему родители выслали вторую за неделю посылку. Ну, если только Григоир не ошибся. Фамильяр же, с горящими от нетерпения глазами, летел перед носом, пытаясь заставить её бежать ещё быстрей.

Перед защитной стеной и в самом деле стоял человек в форме служителя почты и терпеливо ждал бегущую к нему девушку. Настя испугалась только на секунды: а если он сообщит, что она открыла ему? Ведь все думают, что магического дара у неё нет! А потом мысленно махнула рукой: вокруг никого! Она быстро откроет преграду, распишется в бланке — и никто ничего не узнает!

— Здравствуйте! — запыхавшись, подлетела она к невидимой стене и заплетающимся от спешки языком проговорила открывающее заклинание.

— Добрый день! — кивнул улыбчивый служитель, которого она уже запомнила. — Вот, распишитесь, пожалуйста!

Она быстро накарябала закорючку в его почтовой тетрадке и приняла... нет, явно не посылку, а бандероль — судя по весу и по мягкости обёртки. Затем распрощалась с почтовым служителем, и тот немедленно заторопился дальше, а девушка, восстановив целостность стены-невидимки, медленно зашагала к коттеджу, не решаясь прямо сейчас порвать плотную бумагу и вертя бандероль во все стороны.

— Это не посылка, — мрачно подтвердил Григоир ("Облом с жратвой!"). — Но что?

— Сейчас посмотрим, — прислушиваясь к шуршанию, ответила она, внутренне пожимая плечами: странная посылка — ни одной печати из тех, к которым она привыкла, только беглая надпись: "От родителей".

Дома ждал погром: Сигдха-то успевал перехватить задорно прыгающий мячик, когда тот нёсся к предметам, которые мог разбить, но при этом в прыжке сдвигал мебель!

Убедившись, что пострадала только мебель, да и то — восстановимо, Настя отобрала игрушку у разыгравшихся кошачьих и присела в кресло. Быстро порвала плотную бумагу на бандероли под бдительным наблюдением фамильяра и вынула ещё один пакет, на котором строгими готическими буквами было потрясающе просто написано: "Насте". И разъярилась, угадав по некоторым знакомым линиям под прозрачным пакетом, что именно в нём сложено:

— Этот бессовестный думает, что я на ходу меняю свои пристрастия?!

— Настя, ты что?! — поразился ворон. — Ты о ком?!

— О драконе, конечно! Об Аодхане! — возмущённо отозвалась Настя, в противовес своим словам нетерпеливо открывая пакет и вынимая из него потрясающее нежно-зелёное, явно в цвет её глазам платье!

Пришлось встать, чтобы это платье приподнять и увидеть его целиком и полностью. И, забыв обо всём, девушка нырнула в пустой шкаф, чтобы немедленно примерить присланное. С криком спохватилась и выскочила из шкафа — к изумлению фамильяра, который до сих пор со стола обалдело смотрел ей вслед, а после скачка хозяйки из шкафа свалился на хвост.

— Ты что?!

— Ничего! — бросилась она к нему. — Григоир, ты опытней, увидишь быстрей меня — есть на этом платье какие-нибудь заклинания?!

— Чисто! — выпалил тот, суматошно пялясь на предъявленную ткань, а потом снова на девушку, которая опять быстро пропала в недрах шкафа, временно переквалифицированного в мини-раздевалку.

И уже неуверенно Настя вышла из шкафа, чтобы закрыть одну его дверцу и встать перед встроенным зеркалом. Открыв рот, она остолбенело таращилась на себя, взъерошенную рыжую, которая, в общем-то, мягко говоря — неплохо смотрелась в этом... чуде. Платье, чуть расклешённое ниже бедра, до пят. С воздушным рукавом до локтя. С мягким вырезом на груди.

— И туфли к нему есть, — потерянно сказала она. А через секунду сморщилась от осознания, что произошло, и разревелась.

— Настя, Настя! — ахал фамильяр, кружась перед ней. — Ты чего? Ты зачем?..

— Зачем он мне это платье присла-ал?! — плакала она. — Мне так хочется его надеть на бал, чтобы там с Рианом!.. А он подумает, что я!.. А я не хочу, чтобы он думал!.. Я хочу, чтобы Риа-ан!.. Ну зачем он мне это платье-е!.. Гад он хороший!.. Всё испорти-ил!..

Не забыв поддёрнуть подол, она свалилась-уселась на кровать и не сразу успокоилась. Понадобилась совместная помощь испуганных её плачем кошаков и ворона, чтобы девушка пришла в себя и только остаточно всхлипывала. Прийти в себя полностью сумела лишь тогда, когда Сигдха решил, что она успокоится, если он сядет рядом. Под его весом постель прогнулась так, что Насте пришлось встать. Она снова скрылась в шкафу, а потом появилась, чтобы печально сложить платье и сунуть его в пакет.

— Как только можно будет, я отнесу его в почтовую службу и переадресую посылку Аодхану, — хмуро сказала она фамильяру. — Ещё бы браслет туда сунуть, но он слишком дорогой — вдруг потеряется? Лучше потом отдам.

И горестно замолчала. Что за жизнь?! В концерте поучаствовать не пришлось. На бал никто не пригласит, потому что этот никто ни сном ни духом, что кому-то хочется потанцевать! И дарят подарки не те, от кого ждёшь... Эх... Никакого праздника. А ведь надеялась, что хоть посетить удастся. Девчонкам хорошо. Они со своими спящими способностями живут насыщенной жизнью академии! А она...

Настя глубоко вздохнула.

А она будет убираться дома, в своей половине коттеджа, потому как надо привести в порядок тот кошмар, который устроили два кошака — один маленький, другой — великанище. Потом связаться с Рианом и узнать, что происходит в зоопарке. Потом связаться с девочками и узнать, что задали. И, может, поплакаться самой чувствительной из них, Кари, на нелёгкую судьбу ведьмы, у которой не вовремя обнаружился необычный магический дар. Может, хоть гномушка пожалеет.

Шмыгнув в последний раз, она напомнила себе, что любая уборка — замечательный способ забыть о неприятностях. И велела кошачьим вернуться в гостиную, где их покорно дожидался маленький беглец — мячик, до сих пор так и не пойманный.

Когда шторки были отцеплены от карниза, когда карниз был спрятан в том же одёжном шкафу, Настя уже нервно смеялась в голос, складывая те же шторки в несколько раз. А почему бы и нет? Если дракон решил, что она польстится на его подарок и придёт сегодня на бал в этом роскошном платье, но увидит её упакованной в наряд из этих самых шторок... Ой! Ну и глазища будут у мужского идеала!..

А потом она немного побегала с кошаками по гостиной — просто так, из того же желания подвигаться. А потом... замерла на месте, потому что медальон-передатчик, оставленный в спальне на столе, как оказалось, давно уже требовал разговора с ней.

— Слушаю, Риан!

— Настя, ты подходила к двум клеткам?!

Вот тут-то она и поняла, что вляпалась, потому что не придумала ответа на прямой вопрос по её хулиганским экспериментам. Но из какого-то странного злорадства она решительно сказала:

— К трём! К клетке Сигдха, к той — самой первой, с адской тварью, которую мне показали. А потом третья клетка была — с другой стороны от клетки Сигдха. А что?

— Это невероятно... — пробормотал парень.

— Или ты мне рассказываешь, что у тебя там, в зоопарке, или я сейчас прибегу! — пригрозила Настя. — Ну?!

— В двух клетках, который находятся друг против друга, происходит трансформация адских тварей, — взбудораженно сообщил Риан.

— И в кого они там трансформируются?

— Пока неизвестно, потому что трансформация отличается от той метаморфозы, что произошла с Сигдха. Здесь собралось столько магов... — уже тише сообщил Риан, явно оглядываясь по сторонам.

— Риан, а они уже знают про Сигдха? — взволнованно спросила Настя.

— В его клетку мы столько сотворили чёрного дыма, что за его клубами трудно что-то разобрать. Пока не пришли преподы-некроманты, все думают, что у Сигдха начался обратный процесс — в адскую тварь!..

— Ну вот... — проворчала Настя, страшно жалея, что не видит своими глазами всех поражающих воображение событий в зоопарке. — Риан, а можно — я приду?

— Но ты же сказала... — начал Риан и замолчал, кажется отвернувшись от медальона и с кем-то заговорив. Настя слышала приглушённые слова диалога, но, как ни вслушивалась, не могла разобрать ни слова. А потом с небольшим удивлением сказал: — Аодхан передаёт тебе привет.

— Аодхан?! — чуть не взбесилась Настя и неизвестно бы ещё чего наговорила, но в этот момент Риан торопливо сказал:

— Прости, мне надо поговорить со старшими магами.

И отключился.

Если бы не Сигдха! Если бы не вынужденное сидение в коттедже!.. "Я бы сбегала в кампус, к девочкам, и попросила бы хоть какую-нибудь одёжку! Или попросила бы денег до стипендии!" Посылочное платье снова возникло перед глазами — такое замечательное, что слёзы вновь подступили к глазам.

— Ни за что реветь не буду! — грозно сказала она, беспомощно мечась посреди гостиной и поглядывая на Сигдха, который, устав бегать по замкнутому помещению, свалился перед камином вместе с Тишкой. "И ведь Григоира тоже послать с запиской невозможно..."

И вдруг опомнилась.

— Я же вернула себе магические силы! — воскликнула она, оборачиваясь к напольным часам и высчитывая, скоро ли перемена.

Облегчение, которое она испытала, снова чуть не довело её до слёз — до радостных. Надо продержаться пятнадцать минут до перемены, а потом попросить девочек о помощи!

Выдохнув, она бросилась на кухню. До прихода Риана надо бы приготовить ужин — такой, чтобы потом только разогреть.

Как выяснилось, зверьё её рывок на кухню поняло по-своему. Занавеска взлетела — и в маленьком помещении очутились три жаждущие обеда морды. Все пятнадцать минут Настя кормила народ, чему была очень рада, потому что в конце этого кормления подруги сами "звякнули" ей.

— Настя, ты уже решила, придёшь ли на праздник? — беспокоилась Кари.

— Я ничего не знаю, — честно призналась девушка. — Но мне очень хочется!

Далее нить беседы перехватила девушка-оборотень, от сообщения которой Настя просто окаменела.

— Мы вчера вечером видели твоего бессовестного дракона — с какой-то вампиршей со второго курса миловался! — возмущённо сказала Мерсайл. — Настя, тебе не кажется, что ты должна бросить его, если он такой ветреный? Мы у той вампирши спросили, что и как у них, и она сказала, что идёт с ним на праздничный бал!

— Между прочим, я согласна с Мерсайл! — пропела Сайофра. — Приходи на праздник со своим коллегой — с Рианом. Пусть у него остались на лице ожоги после того происшествия, но ведь ты с ним дружишь. Пусть он тебя хотя бы проводит на бал. А танцевать можешь с кем-нибудь другим!

— Мы тебе кавалера найдём, если Риан не захочет танцевать! — пообещала Ита. — Что — что, а без танцев ты не останешься! Заставим наших ребят тебя пригласить! Приходи, Настя, и обязательно!

Ошеломлённая девушка молча выслушала подружек и слабо заверила их, что Риан и впрямь может привести её на праздник.

Когда подруги отключились, она положила медальон на кухонный стол и села на табурет, ничего не понимающая. Аодхан идёт на бал с другой дамой? Но почему тогда он прислал ей платье?! Да ещё "от родителей"!

Стараясь привести мысли в порядок, она грустно улыбнулась. Вспомнила недавний плач, где впервые в полный голос призналась сама себе в том, что Риан ей небезразличен. Какое там — небезразличен! Она бы очень хотела, чтобы он всегда был рядом!

А он? Он бы хотел того же?..

Кажется, было несколько случаев, когда он не напрямую, но всё же признавался ей в том же. Если она правильно его поняла.

И, задумавшись, стала вспомнить.

Вот она потеряла магические силы, не может связаться с подругами. Что предлагает Риан? Сесть к нему на колени, в кольцо его рук. В этом замкнутом магическом пространстве она сумела поговорить с девочками.

Вот он побежал среди ночи за ней, которая решилась проведать Сигдха. Знал, что с него адские твари легко снимут любую защиту. Но побежал, боясь за неё. И не ругался, что она посвоевольничала! А ещё... Ещё ему нравится, как она готовит кофе! Хотя кофе она варит очень примитивно, как ей однажды мама сказала. Но ему нравится! Может, потому что она сама ему нравится?

И тут Настя набычилась, решившись на невиданную дерзость. Или на интригу?

Дракон, говорите, платье прислал? Следом за браслетом?

"Так вот! — твёрдо сказала она мысленно. — Я надену это платье — и мы, под руку с Рианом, пойдём на бал! И это будет проверка! Если Риан не откажет мне в празднике, значит, он тоже ко мне... неровно дышит. И попробует мне только всякий ящер хоть слово поперёк сказать! Да я первая ему похвалюсь — вот, мол, мне какое платье родители на праздник прислали! И попробует он мне только вякнуть что-нибудь против! Да я, блин, сама рявкну на него — и не хило!"

Придя таким образом к столь воинственному решению, Настя в темпе приготовила задуманный ужин и даже успела вымыть тарелки зверино-птичьих едоков. Кошаки опять убежали играть в гостиную, а фамильяр остался в кухне, на краю полочки.

— Ты выглядишь так, словно собираешься экстерном сдать экзамен по самому страшному предмету, — заметил Григоир, намекая, что неплохо бы поделиться планами.

Настя подумала-подумала немного, а потом разом и кратко пересказала все события, связанные с Аодханом, а затем объяснила, что собирается сделать. Ворон посидел немного, переваривая странные факты и выводы из них, а потом приподнял крылья — философски пожал плечами:

— Я помню, как ты ночью тащила адскую тварь за хвост. Почему бы за хвост не оттаскать и дракона?

— То есть ты не будешь ругать меня за такое решение? — пожелала убедиться она.

— Что ты! — воскликнул фамильяр. — Да с недавнего времени жизнь рядом с тобой — сплошное удовольствие! Когда я впервые увидел тебя, когда в первые дни нашего общения наблюдал за тобой, я решил, что мне досталась примерная студентка-заучка. Но чем больше я тебя узнавал, тем больше понимал, что в мою жизнь вошло приключение с большой буквы! Так что действуй, Настя! Это в твоём характере!

— И ты не выскажешь ничего по поводу интриг Аодхана? — подозрительно спросила девушка. — А если он решил меня дискредитировать перед Рианом?

— Фу, тоже мне — нашла слово, — проворчал Григоир. — И не выговоришь! — А потом вздохнул: — Если бы не наша защита вокруг коттеджа, я бы слетал на разведку — посмотреть на ту вампиршу, о которой тебе рассказали ведьмы, но — увы...

— Зато ты мог бы слетать в другое место — на разведку, — хладнокровно сказала она.

Ворон хищно ссутулился. Затем выпрямился, словно собираясь расправить плечи.

— Ниндзя тебя понял, — вполголоса и тоном заговорщика ответил фамильяр. — И понял задание. Время не ограничено?

— Чем быстрей — тем лучше, — так же вполголоса сказала Настя, невольно повторяя вслед за Григоиром.

И фамильяр снялся с полочки, чтобы исчезнуть сначала за занавеской, отделяющей кухню от гостиной, а затем и из коттеджа. А Настя закончила уборку на кухне и поплелась в спальню — посидеть за учебниками. Поплелась — потому что устала от того эмоционального урагана, который пришлось пережить за последние часы. А тут ещё неизвестность — и жди, пока вернётся Григоир с вестями о том, что происходит в зоопарке. Села за стол, открыла первый попавшийся учебник и загляделась в окно. Зелень, такая спокойная и умиротворяющая, заставила успокоиться. И оценить своё решение с платьем "трезво". А ведь уловка сойдёт! Если она прямо из коттеджа выйдет с Рианом под руку, никакой дракон не заставит её смущаться. А если и скажет хоть что-нибудь, Настя всегда сумеет сыграть дурочку и похлопать глазами: "А чё такова? Мне это платюшко прислали родители!" А с дурочки что возьмёшь?

— Настя!! Риан идёт! К тебе!

В форточку влетел взъерошенный Григоир, и девушка побежала встречать своего будущего спутника на праздничном бале.

Двадцать четвёртая глава

Первая мысль на эмоциях: "Убьёт — и скажет, что так и было!"

Вторая, более рациональная, хотя и глупая: "Может, ему его любимый кофе сварить? Тогда ругаться не будет!"

Потом включилась логика. Подбежала к окну, попыталась разглядеть идущего к коттеджу Риана. Не разглядела.

— Григоир, он очень злится?! — с отчаянием спросила Настя, стараясь заранее приготовиться к ругани и обвинениям некроманта.

— Да нет, — озадаченно ответил фамильяр. — Да ты и сама посмотри, как он идёт. Спокойно, не торопясь. Где ему злым быть?

Спокойно?

Теперь озадачилась девушка, уткнув нос в оконное стекло. То есть... Он ещё не знает про те две клетки с адскими тварями? Но тогда... О каких клетках он тогда только что говорил по медальону-передатчику? Или... Или всё-таки... у неё ничего не получилось? И дар воскрешения сути, как объяснил его парень, и в самом деле не восстановился? Тогда что он имел в виду, когда говорил про странные метаморфозы в клетках? Которые клетки он имел в виду?

Сумбур в мыслях заставил броситься к входной двери, чтобы заранее открыть её, хотя Риану ещё шагать и шагать до входа. Григоир от греха подальше, хоть и не чувствовал за собой какой бы то ни было вины, удрал в спальню. Зато кошаки — оба подошли к Насте, встав по бокам, не то защищая её, не то просто любопытствуя.

Риан, завидев её, шага не ускорил, но чуть улыбнулся. Так и дошёл до входной двери, откуда Настя отчаянно и выпалила:

— Хочешь — кофе сварю?

— Нет, спасибо. Берём Сигдха и идём в зоопарк.

Настя заледенела. Не совсем заледенела — отмерла на пару секунд, чтобы попытаться ногой отпихнуть зверя-авалонца назад, в гостиную. А Сигдха даже не понял: пинок принял за ласку (кабанчик этакий!) и снова боднулся боком о её ноги, чуть не сбив. Впрочем, этого дружеского бодания Настя не прочувствовала, занятая разглядыванием Риана. А тот стоял спокойно, щурился под солнцем, отсвечивающим от ближайшего окна, и выжидательно смотрел в ответ. И девушка невольно снова обратила внимание, что для неё пятна на его лице не просто исчезают. Их она напрочь не замечает, пока смотрит в его глаза, цвета тающего и поблёскивающего на солнце льда.

— Не пойду сама и его не пущу, — резко сказала Настя, нарушая временную идиллию безмолвного диалога.

— Я понимаю, чего ты боишься, — чуть монотонно сказал Риан. — Но обещаю, что с Сигдха ничего не случится. Обещаю.

Настя, до боли прикусив губу, уже со страхом смотрела на него, вспоминая, как отреагировала на ловушку для зверя-авалонца, созданную старшими магами. А если Риан... Если Риан задумал вернуть Сигдха в клетку?! "Я не понимаю, как он думает, потому что я нездешняя! — лихорадочно думала она. — Может, они считает правильным — обманом снова завести Сигдха в клетку?! Может, одна я ничего не понимаю, как надо? Но Риан видел, как плохо Сигдха, когда он сидел в клетке! Плохо! Пусть Риан и не был хозяином Сигдха в полном смысле этого слова, но ведь он сказал, что принял зверя! Так почему же сейчас он опять за своё?!"

Боясь, что в самом деле не совсем понимает ситуацию правильно, она спросила, вцепившись оцепеневшими пальцами в дверной косяк:

— Объясни, что ты хочешь сделать. Я... боюсь.

— Чего?

Ей, кажется, удалось удивить его. Глядя ему в в такие же бесстрастные глаза, Настя прошептала:

— Я не смогу пережить предательства от тебя. Пусть даже это предательство ударит не по мне, а по Сигдха.

— Прятать зверя постоянно мы тоже не сумеем, — уверенно ответил он. — Надо его демаскировать, а потом заставить старших преподов принять как данность, что он снова мой фамильяр.

После этих слов Насте захотелось закричать: "Что там произошло — в зоопарке, из-за чего ты пришёл к такому решению?!" Но, справившись со своим порывом, она открыла было рот, чтобы пригрозить (ага, новый шантаж!): "Если ты всё-таки предашь зверя, я точно уеду из академии!" И снова закрыла рот. Нет, сначала она доверится Риану и посмотрит, что именно его заставило пойти на уничтожение той маскировки Сигдха, над которой он так долго колдовал. А потом уже принять личное решение. Так будет правильно. Так будет взвешенно и по-взрослому.

Но чисто на всякий случай она взялась за холку Сигдха, чтобы слышать его, если что, и чтобы сжать пальцы на его шкуре, если что, и никому не давать измываться над несчастным авалонцем и дальше.

— Ну что? — спросил парень. — Мы идём?

— Идём, — кивнула Настя. Григоир немедленно слетел на её плечо.

И все оглянулись на Тишку, который сидел на пороге коттеджа и смотрел на всех с недоумением. Настя нерешительно повернулась было к нему. Риан опередил. Он быстро обошёл девушку и взял кошака на руки, да ещё и сказал оглянувшемуся Сигдха:

— Не беспокойся. Твой дружок пойдёт с нами.

Путь, как обычно, занял довольно много времени. Настя шла молча, как и Риан, и здорово переживала из-за этого. Не будь натянутости из-за авалонца между ними, они бы сейчас так хорошо поболтали! Особенно вертелся на языке вопрос о сегодняшнем вечере. Да, именно так. Несмотря на и вопреки всем проблемам с Сигдха, Настя очень хотела спросить парня, будет ли он её кавалером на сегодняшнем академическом балу. Глупо спрашивать о развлечениях на фоне глобальной проблемы авалонца, но...

Когда она старательно закрыла "бальную тему" в собственных мыслях и сосредоточилась на цели их немаленького путешествия, новая мысль её поразила настолько, что на этот раз от вопроса удержаться не сумела:

— А почему ты просто не вызвал нас с Сигдха? — И тут же догадалась об ответе, а потому и переспросила: — Боялся, что не сможешь уговорить меня привести Сигдха?

Риан на ходу взглянул на неё с той же странной улыбкой, которую она отметила ещё в момент его появления у коттеджа, и неожиданно ответил:

— Мне хотелось погулять немного с тобой. Пока мы с тобой идём защитными лесополосами, причём идём очень неспешно, есть впечатление, что у нас с тобой свидание и что мы гуляем, а не идём на работу или на учёбу. Здесь красиво и тихо.

Она не совсем поняла его, потому что такие слова слышать от человека, полностью погружённого, как ей в последнее время казалось, именно что в работу, было необычно. Но путь был почти пройден, и Настя с сожалением поняла, что пропустила момент с хорошим настроением Риана. А ведь могла бы спросить, что же там, в зоопарке произошло. Почему он решился взять, да и привести туда Сигдха — и не одного, а вместе с нею, зная, что она, если случись что, будет яростно защищать зверя-авалонца? Вскоре девушка чувствовала, что страх перед неведомым, ожидающим их впереди, постепенно уступал самому обыкновенному любопытству и желанию побыстрей узнать, что же там... Но показывать своё любопытство она сочла слишком по-детски. Поэтому промолчала и попробовала увидеть его глазами, что именно "здесь красиво и тихо". И поневоле улыбнулась, вспомнив, как тащила корень бой-травы и как Риан одним рывком выдрал ей желанный растительный компонент для зелий. И про себя поразилась: он выглядел тогда таким сильным, а друзья подтвердили, что он слишком слаб для воскрешённых им адских тварей... И вздохнула: да, она вроде привыкла ко многому здесь, но знать, что есть громадная разница между физической и магической силой, — до сих пор странно.

— Ты учила с одногруппницами номер — выучила? — внезапно спросил Риан. — То есть ты будешь выступать с подругами на концерте?

— Нет, не буду, — после небольшого колебания ответила она и добавила: — После того как мне пришлось переехать в коттедж, репетировать так часто, как надо, не получилось. Так что девочки готовили номер без меня.

— Но ты пойдёшь на концерт — и вообще на праздник? — настаивал парень.

— Не знаю, — честно ответила Настя, но, подумав, сказала: — Наверное, пойду. Ведь надо будет поддержать девочек.

— Возьмёшь меня с собой?

От неожиданности она остолбенела на месте, остановив даже озадаченного этим Сигдха, и Риан прошёл ещё несколько шагов, прежде чем обнаружил, что её рядом нет. Он вернулся к ней и удивлённо спросил:

— А что я спросил необычного? Мы живём в одном коттедже. Могу же я пригласить соседку на праздничное мероприятие?

— А тебе хочется идти на концерт? — недоверчиво спросила Настя.

— Мне хочется знать о тебе побольше. А значит, я должен знать твоих подруг.

Настя медленно пошла дальше, упорно размышляя: "Вот это слово — "должен" — зачем он сказал? Как будто он администратор, а я его служащая! Или он... мало общался с девушками, а потому разговаривать с ними не умеет? Но ведь до сих пор он говорил... нормально! Почему же сейчас..."

Искоса глянув на Риана, шагавшего рядом, она вдруг поняла — почему: при свете яркого солнца видно было, как он напряжён. А чуть не задохнулась, сообразив: если ему трудно было почти равнодушно спросить, хочется ли ей на этот концерт, значит, ему самому хочется — не на концерт, а побыть вместе с нею! Почему-то мгновенно нахлынуло странное впечатление, что она снова сидит на его коленях, в его объятиях, где так уютно и где не надо беспокоиться об отсутствии собственной пропавшей магии...

— А ты знаешь... — задумчиво сказала она, с трудом удерживаясь, чтобы не мотнуть головой: Григоир взволнованно сунулся головой — посмотреть в её глаза, и его клюв здорово щекотал, когда касался волос и кожи, — мне бы тоже хотелось пойти вместе с тобой. И даже больше... Ну, в смысле, я хотела тебя попросить сопровождать меня, но побаивалась. Так что — да, я иду с тобой!

Он довольно хмыкнул и больше не разговаривал.

Хотя чего разговаривать, если они уже подходили к воротам зоопарка? Постепенно приближаясь к ним и постепенно же задирая голову на их высоту, Настя безудержно улыбалась. Ну и ну... А она-то думала... За воротами их встретили Аодхан и Кенион — оба несколько встревоженные. Почему их особую тревогу Настя почувствовала, когда они смотрели на неё, а не на Сигдха. Она даже не стала придумывать, как можно обругать Аодхана, потому что поняла, что он искренне беспокоится за неё. Но почему?

Но поздоровались с Настей и ничего ей не сказали, а пошли вместе со всей их компанией мимо лаборатории. Шли деловым шагом, и лишь раз Кенион спросил:

— Риан, ты уверен?

— Абсолютно, — бесстрастно ответил тот.

"На моём месте кто-нибудь и испугался бы этих реплик, — подумала заинтригованная Настя. — Но я думаю, что Риан придумал какой-то замечательный способ сделать так, чтобы Сигдха был на воле. И, если для этого понадоблюсь я, то я готова помочь авалонцу... Посмотрим, что придумал Риан..." Когда прошли зоопарковую лабораторию, она ещё спросила себя: "А почему ты уверена, что Риан придумал всё правильно? — И ответила сразу: — Логика! Потому что вечером мы идём на концерт!"

Настя ожидала, что старшие маги их встретят возле клетки, в которой недавно томился Сигдха. Но первая же клетка перед клеткой Сигдха оказалась заполненной необычным разноцветным дымом. Потом прошли мимо клетки Сигдха ("Мимо совершенно пустой! И даже без чёрного дыма! Но Риан же сказал, что они много адского дыма напустили сюда!" — ахнула девушка) и продолжили путь к тем двум, около которых она решилась на свой глупый эксперимент. Шагая к ним, довольно удалённым от входа, Настя медитировала: "Всё будет хорошо! Всё будет отлично! В такую чудесную погоду плохо просто не может быть! Значит, всё будет просто роскошно! И мы сделаем всё, что скажет нам Риан, а потом сразу вернёмся в коттедж — готовиться к празднику!" А погода и в самом деле замечательная — солнце на высоком синем небе, белые пуховые облачка, зелень повсюду. Настя вдруг огляделась. Всё, как и сказал парень: тихо, красиво — даже здесь, внутри зоопарка, который в предыдущие посещения был довольно голосист, а сейчас вдруг будто притих в ожидании чего-то... Ни пугающих вскриков, ни воя вполголоса, ни резкого рыка...

Поэтому Настя и всмотрелась в то, что их ожидало впереди. Небольшая толпа у обеих клеток подтвердила, что, кажется, её необычный дар всё-таки сработал. Но как?

— Держишь Сигдха, Настя? — спросил Риан, не оглядываясь на неё.

— Держу, — ответила она, становясь такой же напряжённой, как он.

— Не бойся и не слушай никого, кроме меня.

Эти слова эхом отдались, едва только они приблизились к первой клетке.

— Почему ты привёл их обоих сюда? — рявкнул Диармэйд, немедленно поворачиваясь к ним от созерцания клетки, над которой парило какое-то разноцветное марево, из-за чего невозможно было разглядеть, есть ли кто-то в клетке.

Настя затаила дыхание: в этой клетке сидел огромный кальмар — или осьминог, чьё тощее щупальце она поймала и крепко сжимала пару секунд. А сейчас из неё расползается странная радужная дымка — это вместо чёрного-то дыма!

— Потому что монстролог здесь только один — и это я, — спокойно ответил Риан. — И потому только я знаю, что происходит и что надо делать, чтобы получить положительный результат. Не надо нервничать и кричать, уважаемый Диармэйд. Сейчас всё закончится, и вы убедитесь, что я прав.

По впечатлению Насти, старик-биолог осёкся после ответа Риана и раздражённо замолчал. Ещё трое старших магов вопросительно посмотрели на Диармэйда, но, видимо, поняли его взгляд примерно так: "Не мешать этому строптивцу!" И больше ни один из пятерых не пытался задавать вопросы.

— Настя, подойти к клетке. Вместе с Сигдха.

Боковым зрением она заметила, что старый Диармэйд дёрнулся к ней при этих словах Риана, но остался стоять на месте. На его лице отобразилась чуть ли не мука, что он не может прекратить всё, что сейчас случится... Настя догадалась, что Риан задумал что-то опасное — по мнению старших магов. И снова спросила себя: "Я доверяю ему? Да, доверяю!"

— Григоир, в безопасное место, — шёпотом велела она и, проводив взглядом чуть ли не панический отлёт ворона, уже в полный голос спросила: — А что от меня требуется?

— Держаться за Сигдха и стоять возле клетки, — ответил Риан и тут же шагнул за ней, улыбнувшись: — Вместе со мной.

Он передал кота Тишку кому-то из старших магов, а потом протянул Насте руку.

Напрягшись, Настя попыталась успокоить дыхание, а потом расправила плечи: Риан рядом! Чего бояться? Он не оставит её здесь одну. И зашагала к клетке, из которой продолжа вылезать странный туман в красках... утра и чего-то прекрасного, замаскированного под разноцветную дымку.

До клетки оставалось шагов пять, когда Сигдха внезапно нетерпеливо шагнул вперёд — так резко, что пальцы Насти не успели за его движением и соскользнули с его шерсти на холке. Сначала она растерялась — потом испугалась: зверь-авалонец так шустро рванул к клетке — но это ещё ничего! Ведь едва только очутившись вплотную к ней, Сигдха тут же сунул нос между брусьями!

— Сигдха! — предупреждающе вскрикнула девушка, бросаясь следом и невольно ведя за собой Риана.

На парня она больше не смотрела. Вся сосредоточилась на том, чтобы немедленно схватить зверя снова за шкирку и отдёрнуть от опасной клетки. И неожиданно чуть не упала — когда внезапно ослабели ноги, а из середины ладони чуть уловимо вытянули...

Что? Нить?

Впервые Настя испугалась по-настоящему. Даже это маленькое дёрганье стремительно вбросило в память эпизод, когда она предложила Риану свою силу для восстановления. И это колючая проволока, продёрнутая через ладонь, а потом — через сердце... Это была страшная боль!

— Я рядом... — услышала она шёпот Риана — и перестала дёргаться, пытаясь освободиться... Только сейчас сообразила, что её крепко держат на той тончайшей нити, которую вынули из её ладони. И опять испугалась — на этот раз за Сигдха.

Тот всё ещё стоял у клетки, не отрываясь от созерцания того, что находилось внутри — и тянуло силы с Насти... Девушка посмотрела на Риана. Тот стоял бледный и дыша чаще обычного. С него тоже тянули?..

Нить оборвалась так резко, что Настя шагнула ближе к клетке. Обернулась на Риана. Он глубоко вдохнул и тоже прильнул к брусьям решётки. Призрачный разноцветный туман медленно ниспадал, а сквозь него, над ним, из него... торжественно и величаво появлялось новое животное!

Риан торжествующе и с хрипом рассмеялся.

А крылатый белый конь, держа крылья насторожённо полураскрытыми, склонил голову и слегка притопнул ногой, словно проверяя на прочность пол клетки.

— Боги... — взволнованно просипел Диармэйд, который невесть когда очутился за их спинами. — Стихийные боги!..

Пальцы Риана коснулись ладони Насти.

— Не боги... — прошелестел он, гордо глядя на неё, а потом переводя сияющий взгляд на клетку. — Одна-единственная богиня!

Оглянувшись на странные звуки за спиной, Настя снова прикусила губу, чтобы не заплакать, потому что плакал от восторга старый Диармэйд, глядя на клетку, плакали ещё двое незнакомых магов, а остальные заворожённо смотрели и смотрели на прекрасное животное, к которому сквозь брусья тянул лапу Сигдха. А крылатый конь принюхивался к нему и тихонько пофыркивал.

— Выпускайте, — велел Риан, обернувшись на Диармэйда. — Выпускайте его!

— Но ты уверен... — шмыгая, спросил Диармэйд и вздохнул от полноты чувств.

— Более чем! А мы пойдём к следующей клетке. Сигдха, идём!

И, только переходя с одного ряда клеток к другому, Настя вдруг поняла, что не только вторая клетка кутается в разноцветном тумане. Нет, все клетки, уходящие вдаль, больше не курятся чёрным дымом, а купаются — в нежной радужной дымке.

— Риан, что происходит? — воскликнула она, хватая парня за рукав. — Почему все остальные тоже... такие?

— Для начала ты мне скажи — делала что-то в этих двух клетках? — улыбаясь, спросил некромант, глядя на неё странно освобождённо, будто его самого только что выпустили из темницы на волю.

— Не ругайся, но делала, — повинилась девушка. — Я хотела узнать, вернулся ли ко мне мой дар — возвращать авалонцев. Ты же не мог мне сказать об этом.

— Не мог, — подтвердил Риан. — Линии этого дара слишком тонки, и разглядеть их очень трудно. Так что же ты сделала?

— Я заставила их высунуться, — вспоминая, сказала Настя. — Хватала за конечности или щупальца — и всё. Больше ничего. Я подумала, что Сигдха появился не сразу, потому что был пеплом. Решила проверить, что будет, если моя сила соприкоснётся с уже оживлёнными адскими тварями. Сигдха восстанавливался в течение нескольких часов. И я самонадеянно решила, что эти твари восстановятся быстрей. Но почему другие?..

Вопрос оказался незаконченным, потому что Настя не находила слов.

Риан понял её. Усмехнулся.

— Цепная реакция. Насколько я, как монстролог, увидел, ты вложила в прикосновение столько сил своего дара, что звери, трансформируясь в свою суть авалонцев, сумели передать свои силы по цепочке. Не забывай, что они не просто бывшие звери сАвалона, убитые и транформированные тёмными магами для своих нужд в адских тварей. По своей сути, они звери созидания! Тебе остаётся лишь небольшая работа с ними — закончить преображение. Ну, что делаем с этой адской тварью, Настя?

— Здесь был змей. И ему очень понравился мой пирожок, — задумчиво сказала Настя, в предвкушении глядя на нежный разноцветный туман, колыхавшийся в клетке.

За спиной она расслышала смешки — но смеялись лишь Аодхан и Кенион. Старшие маги, столпившиеся тут же, смотрели на неё, на Настю... с благоговением.

Сигдха, как и в первом случае, сразу же добежал до решётки и сунулся в неё. Насте даже показалось, он что-то рыкнул в клетку.

Вновь ощущение, что в ладонь ткнула тонкая игла, соединившая её и пока невидимого зверя-авалонца на силовом уровне.

Настя даже не пыталась гадать, какой зверь сейчас появился из тумана. Кто ожидал, что кальмар-осьминог трансформируется в крылатого коня? Кто ожидал, что из адского змея Риана появится громадный кошак? Кто знает, что может выйти из этого змея, который польстился на кусочки пирожка с запахом мяса?

Позади выдохнул Аодхан:

— Хочу такого!

Дракон был настолько зорок, да и высок, что сразу разглядел, кто медленно появляется в оседающем тумане!

Настя пока не видела, зато, соединённая с Сигдха, услышала его внутренний голос, словно упрашивающий: "Выходи, здесь безопасно!"

А потом показалась голова. Настя открыла рот — и поняла, почему именно дракон захотел себе такого зверя-авалонца! Это был будто вылитый из золотого металла лев, с такой горделивой осанкой, словно он осознавал свою красоту. А когда туман опал до его лап, ахнула не только девушка. Ведь зверь тоже оказался крылатым! Когда лев сфокусировал свой взгляд сначала на Сигдха, затем — на магах, он медленно поднял крылья, будто снисходительно давая невольным зрителям возможность полюбоваться прекрасным зрелищем — собой...

Риан склонился к Насте, вытаскивая её из небольшой толпы взбудораженных магов, которые яростно обсуждали, стоит ли, по предложению юного монстролога, сразу выпустить этого прекрасного зверя.

— Настя, ты сильно устала?

Прислушавшись к себе, она покачала головой.

— Такое ощущение, будто они почти сразу возвращают мне силу.

— Это не впечатление, а реальное положение дел, — улыбнулся Риан. — Не забывай, что ты высвобождаешь зверей созидания!

— А почему ты спрашиваешь об усталости?

Но, взглянув вдаль, в убегающую дорогу между рядами клеток, она и догадалась и сама. А Риан просто кивнул.

— Да, если есть возможность, мы должны завершить начатую тобой и другими авалонцами цепочку метаморфоз.

— Тогда идём, — решительно сказала Настя и позвала: — Григоир, можешь снова сесть на плечо. Сигдха, идём дальше!

Несмотря на эйфорию, которую она ощущала почти как собственные крылья, которая, как раньше казалось, должна заглушить все чувства, Настя, тем не менее, ощущала себя так, словно превратилась в один оголённый нерв. Она чувствовала не только свои силы и возможности. Она чувствовала и магов, и трансформирующихся адских тварей — порой так отчётливо, что дух перехватывало. Эмпатия, которой она внезапно полнилась, давала ей возможность прочувствовать блаженство старого Диармэйда, который словно качался на волнах наслаждения при виде каждого существа, высвобождающегося из оболочки адской твари. Она даже прониклась самодовольной ухмылкой Аодхана, который не настаивал на своём выборе второго фамильяра — из зверей-авалонцев, но был твёрдо в том уверен, что ему-то позволят взять одного из первых высвобожденных.

Когда Григоир боязливо сел на её плечо, Настя прошептала:

— У него же есть фамильяр-призрак. Почему он хочет второго?

— Старшекурсник, — напомнил ворон. — Да ещё будущий магистр — эти могут себе позволить не только двух фамильяров, но и трёх.

Не оглядываясь, но чувствуя близкое присутствие Риана, Настя про себя усмехнулась: вот тот, кто не возьмёт второго фамильяра! Даже если захочет...

Кенион купался в чувстве, которого раньше (знала Настя) никогда не испытывал. Он был переполнен благоговением и восхищением — и смотрел на зверей-авалонцев, как на гениальные полотна гениальных художников.

Но, даже обнадёженный её вернувшейся силой и даром, Риан не дал Насте пройти все ряды до конца. После того как появился золотой лев, они стояли довольно долго у следующей клетки, в которой уже знакомый разноцветный туман не просто колыхался, но поблескивал золотистыми крупинками. Настя, затаив дыхание, ждала, кто же появится из призрачной, но плотной дымки. И чуть не закричала от восторга, когда из опадающего тумана взлетела райская птица, огненных оттенков, с короной-хохолком и пышными перьями свисающего хвоста, рассыпая крыльями повсюду золотистые искры.

— Я как будто в сказку попала, — беспомощно пробормотала Настя, следя, как птица цепляется изящными лапами за верхние брусья и смотрит на магов, собравшихся у клетки, до жути умными глазищами.

— Эта сказка будет продолжаться долго, — проворчал Риан и покивал ей, взглянувшей на него вопросительно. — Ещё один зверь — и на сегодня хватит. Сначала я думал, что ты сегодня сделаешь всё. Но теперь понимаю, что пройти до конца рядов — опустошить тебя полностью. А я этого не хочу. Это сейчас ты испытываешь впечатление силы, а вот что будет потом, когда начнутся последствия от расходования этой силы? Будем рациональны и закончим сегодняшнюю работу на следующей клетке.

За его спиной один из старших магов огорчённо вздохнул, но ему на этот вздох тут же возразили, что даже три зверя-авалонца за один поход по зоопарку адских тварей — это событие мирового масштаба. Риан тихонько дотронулся до плеча Насти и кивнул ей на следующую клетку. Григоир, тоже возбуждённый, покинул плечо девушки и полетел — явно присмотреться, кто там должен будет появиться из пелены разноцветья.

— Вот теперь я вижу в тебе не только преподавателя, но и руководителя со стальными нервами, — поддела Настя Риана, шагая рядом с ним.

Он промолчал, пока они шли к клетке, но, когда Настя встала перед решёткой, Сигдха вдруг обернулся на неё, потом поднял изумлённые глаза на Риана... Девушка не успела удивиться, как Риан, неожиданно воровато оглянулся на отставших старших магов, а потом быстро обнял её за плечи и горячо поцеловал.

Обновление

Двадцать пятая глава (вместо эпилога)

Настя бегала по своей половине коттеджа так, что Григоир и Тишка предпочитали не вставать у неё на пути — ветром сносило! А девушку лихорадило! Мало того что не знала опять-таки, что делать с платьем, которое подарил дракон (чтоб его!), так пять минут назад с Настей связались одногруппницы, в срочном порядке потребовав взять на концерт гитару, поскольку именно на этом концерте понадобятся те самые три классических аккорда!

— Да вы... Обалдели, да-а? — заикалась от ужаса Настя. — Вы б ещё прямо на концерте меня из зрительских радов вытащили!!

— Не вытащили бы! — вопила Кари. — Просто нам только сегодня утром дали провести генеральную репетицию! На сцене! Флейта Сайофры плохо звучит соло! Так Сайофра сказала! А потом и мы услышали!

— Настя! Очень плохо звучит! — убедительно доносился издалека по артефакту гномушки голос девушки-эльфа.

— Пусто получается! — совсем далеко объяснил голос Иты.

— Ладно! Уговорили! Щас прибегу!!

Ну и побежала. Сначала по коттеджу — собираться и хватать гитару. Потом обомлела: а в чём идти?! Бросилась к полупустому шкафу — все одёжки пересмотрела.

— А-а! Пойду в джинсах — буду с гитарой за кулисами прятаться!! Мне на сцену необязательно идти!

— А платье? — напомнил озабоченный её сборами фамильяр. — Разве ты в платье не пойдёшь? С другой стороны, как ты там в нём будешь?! Там наверняка пыльно! Или ты его с собой возьмёшь?

— А-а! — по инерции, но от души выкрикнула Настя, наплевав на то, что её может услышать Риан за стенкой. Впрочем, в душе мягко пролетело: он поймёт! И озадачилась: может, ему сказать, что она не просто так кричит, а из-за цейтнота? — Пойду в платье, но замаскирую его иллюзией!

— Одобряю, — заявил Григоир.

"Ещё бы я твоего одобрения дожидалась!" — раздражённо рявкнула про себя Настя, снова распахивая дверцы шкафа.

— Настя, к тебе можно? — после деликатного стука в гостиной появился Риан.

За ним следом зашёл Сигдха — судя по мягкому топотку. Впрочем, зверь-авалонец почти сразу сунулся носом за занавеску, чтобы поприветствовать обрадованного его появлением Тишку. А потом Сигдха решил, что место рядом с котом на постели — это очень неплохо, да и комфортно. Кровать тоскливо охнула под его весом, но выдержала.

— Можно! — гаркнула девушка, с грохотом сдвигая то в одну, то в другую сторону вешалки и уже психуя из-за маленького выбора.

— Что случилось? Почему ты кричишь? — не заходя в спальню, поинтересовался Риан из-за занавески.

— Девочки попросили выручить с гитарой, а я даже не знаю, что надеть на праздник! Не то что на наш номер! И боюсь опоздать!

— Вы в начале концерта выступаете? — спокойно спросил парень.

Поначалу его излишне, как показалось Насте, спокойный тон чуть не заставил её взорваться, но вслушавшись в вопрос и поняв суть, Настя, ошеломлённая его точностью, медленно вышла из спальни.

— А ведь точно, — удивлённо сказала она. — Я даже не спросила, каким номером мы идём. Риан, спасибо, что напомнил!

Через минуту она знала, что выступление ведьм-первокурсниц будет во втором отделении концерта. В первом отделении выступают приглашённые профессиональные артисты! Фу-у... Гора с плеч! Может, даже порепетировать удастся! И значит, платье Аодхана на время благополучно переедет в рюкзак, а Риан поможет ей отнести гитару.

— Всё сложилось, и я счастлива! — объявила Настя, собравшись и придирчиво оглядывая рюкзак и футляр с гитарой.

— Подожди, — остановил её парень. — До начала концерта у нас есть несколько минут, чтобы научить тебя паре студенческих танцев.

— Как это — студенческих? — поразилась она и даже возмутилась, припомнив, что определила про себя Риана как кабинетного преподавателя: — А ты-то откуда их знаешь?

— Когда девушки с нашего курса получили звание бакалавров (парни тоже, но не о них речь), они решили, что мы, их однокурсники, не должны оставаться безграмотными в таком важном деле, как танцы. И к выпускному вечеру принялись учить нас танцам, которые являются визитной карточкой нашей академии. И научили, — улыбнулся Риан. — Иди сюда, дай мне руку. Первый танец — общий для всех. Мы идём по кругу — шесть шагов. Затем останавливаемся и кланяемся друг другу. Потом следующие шесть шагов, партнёрша подпрыгивает и делает оборот. И так повторяем ещё два раза, после чего партнёры меняются партнёршами.

С первых слов Риана, хоть легко и представила довольно примитивный танец (ещё вспомнила, что Сайофра и Мерсайл бегали на допкурс по танцам — наверное, такому там тоже учили!) Настя скуксилась было: ещё и танцы учить! Но потом, когда почувствовала горячие пальцы партнёра по танцу, когда ощутила их бережное ведение, когда поняла, что эта репетиция — ещё одна возможность прикоснуться друг к другу и побыть наедине, она немедленно подчинилась. Каждое движение как ласковое слово. Каждое слово, объясняющее следующее движение, как будто нежное поглаживание до сладостного содрогания...

И рухнула на землю с седьмого неба, когда Риан вздохнул:

— Нам пора, Настя.

— А ты знаешь, где находится концертный зал? — мигом, чтобы он не заметил её необычайно сильного разочарования, схватив футляр и рюкзак (то и другое Риан сразу отобрал), спросила она. В душе — смятение: так быстро к нему привыкла? Или это уже не привычка, а что-то... классом выше?

— Пока тепло, обычно зал возводится на одном из газонов. То есть будет сцена — и стулья рядами.

— Но как... Как там всё будет устроено?

Она задала не совсем внятный вопрос, но Риан понял её с полуслова и успокоительно пожал ей ладонь.

— У сцены будет задник, а по бокам кулисы — всё, как в обычном зале для выступлений. — А потом, прервавшись на объяснении, Риан, осторожно спросил: -Настя, а ты не заболела? Мне кажется, ты... горишь.

Девушка упёрла руки в бока и задорно спросила:

— А то ты не понимаешь, почему я горю! Ночь не спала — днём полчаса дрыхла. Всё! Конечно, гореть буду! Но ничего — завтра выходной, высплюсь!

Эту часть дня она вспоминала потом урывками и самыми яркими событиями.

Фамильяров оставили дома. Едва она и Риан подошли к временному концертно-зрительному залу, как сразу же попали в поле зрения её однокурсниц. Четвёрка девушек немедленно утащила Настю на репетицию — в ближайшее общежитие, а Риан остался в рядах нетерпеливых зрителей, благо он оказался здесь не в одиночестве. С изумлением Настя обнаружила, что среди собравшихся заранее зрителей сидели Кенион и Аодхан с подружкой-вампиршей, чему она не верила, слушая рассказ девочек. Впрочем, изумляться было некогда. Репетиция прошла на ура: достаточно было пару раз послушать Сайофра, которая исполнила ту самую мелодию, под которую девочки приготовили декламацию, как Настя сообразила, какие именно аккорды можно подобрать для аккомпанемента.

— Этот твой Риан неплохо выглядит, — промурлыкала Ита, когда они шли на своё, второе отделение концерта. — Он только в качестве носильщика или останется с тобой потанцевать? Хочешь, мы уговорим его остаться?

— А если не захочешь, мы уже написали список тех, с кем ты можешь потанцевать, если этот твой Риан не согласится, — ободрила Мерсайл.

Хм... "Этот твой Риан". Настя затихарилась: они воспринимают Риана только как её коллегу! Ну и пусть! Она не хочет, чтобы они сразу лезли к ней с советами, как вести себя с парнем! Ведь и про неё они думают, что она совсем не опытная, а значит, надо бы ей втолковать всякие житейские мудрости, которые пригодятся на любовном фронте. И решила вести себя так, чтобы они и дальше придерживались той же точки зрения. И тогда... у неё есть тайна! И это так волнующе!

Поэтому она свысока сказала:

— Я уже велела ему танцевать со мной, потому что потом некому будет тащить мою гитару и рюкзак с вещами.

Успокоившись на этой информации насчёт Риана, девочки заинтересовались другими словами Насти. Кари тут же встревожилась:

— А у тебя есть, в чём танцевать на балу? Может, тебе по-быстрому найти что-то?

— Мне родители прислали платье, — спокойно сказала Настя и улыбнулась — злорадно, в предвкушении встречи с жутко самонадеянным драконом.

Они дождались своей очереди в выступлении и сорвали искренние аплодисменты зрителей, после чего побежали посидеть в зрительном зале и посмотреть последние номера. И только потом помчались в общежитие переодеваться к академическому балу. Кари, естественно, прихватила Настю в свою комнату. Кажется, она до последнего беспокоилась, что девушке нечего надеть, а платье от родителей — всего лишь отговорка.

— Матушки-батюшки... — пробормотала она, плюхаясь на свою кровать, когда Настя вышла из-за дверцы шкафа.

А потом сияющая Настя надела туфли-лодочки и честно призналась:

— Я так давно не ходила в туфлях! Странное впечатление!

— Странное — говоришь?! — возопила Кари, всплёскивая руками. — Да я в жизни бы не подумала, что ты так можешь одеваться! Настя, да ты так хороша, что дракона я убить готова за его вампиршу! Бессовестный!

— Тс... — улыбаясь, приложила Настя палец к губам. — Кари, а ты не подумала, что я специально это платье надела? Буду назло ему танцевать с Рианом — пусть злится!

Аодхан, вообще-то, должен был бы злиться по другому поводу, но Настя пока не была готова раскрывать, ради кого она, собравшись с духом, надела это платье. — Ну что, Кари? Пора идти на бал. А как же ты?

— Мой парень приехал, чтобы поздравить меня! — гордо ответила гномушка. — Так что я без танцев не останусь! Буду подолом перед ним так полоскать, что наша преподша по танцам останется довольна-предовольна!

Настя договорилась с Рианом, что он оставит футляр с гитарой на зрительских рядах, а сам пойдёт встречать её к её бывшему общежитию. Выдыхая от волнения воздух, ёжась от того, как он себя поведёт, когда увидит её... Никак. Скользнул равнодушным взглядом по ней, а потом снова уставился на двери в общежитие. Настя сначала обиделась. Она! В таком платье! В туфельках! А он...

Но Риан и дальше повёл себя странно, и только поэтому девушка сообразила, в чём дело. Пристально глядя на двери, он время от времени смотрел на выходящих, потом снова — на двери. И внезапно его взгляд застыл. На Кари. "Что это он?" — уже удивилась Настя. А взгляд нахмурившегося Риана несфокусированно заметался между выходящими студентками. И тут, пока она подходила к нему, до неё и дошло! Он не узнал! Не узнал, несмотря на рыжие волосы! Поэтому удивился, зная, что она, Настя, ушла с Кари. И вот она выходит — Кари и сразу направляется к поспешно замахавшему ей руками и громадным букетом громадных цветов — чуть не копной! — гному-пареньку. А Насти всё нет. Куда она делась?..

Чуть не хохоча, она быстро подошла к нему и окликнула:

— Риан! Я здесь!

Парень аж дёрнулся на её весёлый зов и, наконец, взглянул, расширенными от недоверия глазами следя, как она подходила к нему, а потом и вовсе побежала, слегка прибрав подол платья. Он только и успел протянуть ей руку, как она, смеясь, схватилась за неё и тут же прижалась к нему всем телом, благо на них никто не смотрел.

— Риан! Тебе нравится, да? Тебе нравится? — возбуждённо спрашивала она, моляще заглядывая в его глаза: "Пусть ему понравится!"

— Настя... Я как-то... не ожидал, — растерянно закончил он.

— Но тебе нравится? — настаивала она в нетерпении.

— Очень! — признался он, а потом, бросив взгляд на других встречающих своих будущих партнёрш по танцу парней, смущённо проговорил: — Я не догадался тебе цветы...

— Не надо мне цветов! — перебила она, не договаривая, что лучше всяких букетов его ошарашенный вид, когда он узнал её. Да ну всех этих драконов! Аодхан, небось, только бы снисходительно ухмыльнулся! А тут — целый "ах" от Риана! И она продолжила: — Идём танцевать? Там, наверное, все уже готовятся!

Они подоспели вовремя и успели влиться в первый круг. Вызванный из города оркестр заиграл мелодию, которую Настя узнала лишь потому, что её напевал Риан, обучая её танцу. Как же ей понравилось танцевать, купаясь в его восхищении!

И как она испугалась, когда после третьего элемента он нехотя передал её следующему за ними партнёру, меняя партнёршу по законам танца. Ибо партнёром Насти оказался Аодхан! Мягко беря ошеломлённую девушку за руку, дракон вкрадчиво спросил:

— Тебе понравился мой подарок?

Настя собралась с силами и твёрдо, даже с вызовом ответила:

— Это не твой подарок! Его мне прислали мои родители!

— Я очень рад, — спокойно сказал тот. — И не бойся, я не буду настаивать, что платье — мой подарок.

Заглянув в его глаза, она затем покосилась в сторону — на его партнёршу — очень яркую, словно цыганка, вампиршу. И сумела спросить:

— Браслет, платье — зачем?

— А ещё букет роз возле коттеджа, — небрежно заметил дракон. — А ещё слежка в академическом коридоре, чтобы ты решила, что за тобой идёт Риан. А ещё проливной дождь, который заставил вас остаться в коттедже.

— Сколько всего... — поразилась Настя. — Но правда — зачем?

— Я должен Риану. Он спас мне жизнь, когда я по своей наивной глупости и самоуверенности решил, что дракону позволено много чего, что для остальных весьма опасно. Если бы не Риан, меня на свете не было бы уже с год.

— Но как в это вписываюсь я? — с недоумением спросила Настя и вдруг поняла. Её бросило в жар. — Я... Риан что... Наши чувства — ненастоящие?!

— Не торопись с выводами, маленькая рыжая ведьма, — вздохнул Аодхан. — Судя по всему, что я успел опять-таки кое-что натворить, самонадеянно вновь влезши не в своё дело. Я уже повинился тебе, что бываю слишком самоуверен. И опять попал впросак — с тобой и с Рианом.

Вот теперь Настя заинтересовалась. Но увы. Пришлось выждать почти целый круг танца, прежде чем она снова оказалась рядом с Аодханом.

— Помнишь, маленькая рыжая ведьма, как мы впервые встретились? Я дал тебе силы, чтобы восстановиться. Но тогда я думал, что помог ведьме, которая истощила свои силы, потому что отдала их на какой-нибудь личный эксперимент. А потом, когда мы с Кенионом были у Риана, я вдруг понял, что ты ему помогла. С этого началось моё желание, чтобы у Риана появилась подруга. Но я слишком самоуверенный и невнимательный. Если бы я пригляделся, я уже тогда бы догадался, что вы оба... — он смущённо улыбнулся. — Ну, скажем так, уже тянетесь друг к другу. Но я решил свести вас, взяв на себя функции бога любви — и первым делом подарил тебе браслет. Если он ещё у тебя, ты проговори над ним следующие слова: "Дело закончено!" И можешь носить его сколько угодно — без заклятия.

— Но зачем мне твой подарок? — продолжала изумляться Настя.

— Риан не принял моих подарков, когда я решил одарить его за спасение. Но ты можешь принять их...

— Глупости, — проворчала Настя, собираясь прокрутиться под рукой Аодзхана и перейти к следующему партнёру.

— Увы — нет, — возразил дракон. — По нашим, драконьим меркам, Риан просто должен взять какой-то откуп за моё спасение. Иначе я всю жизнь буду у него в должниках. Ты теперь его девушка, а значит, через тебя я могу быть откуплен.

— Напридумывают всяких откупов, а мне — думай, что делать, — снова вздохнула она и оказалась в руках Кениона.

Тот с любопытством спросил:

— Чем так недовольна, Настя?

— Назойливыми драконами! — ляпнула она.

Парень-оборотень бесшумно рассмеялся.

— Они закоснели в своих обычаях. Но принять подарок от него ты можешь спокойно. И лучше сразу.

— Так ты тоже знаешь? — спросила она, удивлённая.

— Знаю. Он советовался со мной, каким должен быть браслет для рыжей ведьмы, чтобы она его точно взяла.

— Так почему я должна принять этот подарок? Может, ты внятно объяснишь?

— Легко. Иначе Аодхан замучает тебя своими подарками, — усмехнулся Кенион. — Он настойчив, когда дело касается откупа-благодарности.

— Спасибо, что предупредил, — пробормотала Настя.

Второй танец был лучшим из лучших! Он был на двоих! И они, Риан и Настя, наговорились вволю и насмеялись так, что болели животы. А потом сидели на зрительских рядах и следили за танцующими — до тех пор, пока Настя сонно не сказала:

— Риан, можно, я посплю на твоём плече? Разбудишь, когда пойдём в коттедж.

— Ну уж нет, — решительно сказал парень, мягко поднимая девушку со стула. — Я тоже считаю, что нам пора. Да и... — Он хмыкнул. — Оглянись. За нами пришли!

Настя и оглянулась: сбоку от рядов со стульями торопился Сигдха с Тишкой в зубах и с Григоиром на холке. Риан подобрал футляр с гитарой и рюкзак.

— Ты не зайдёшь к Кари переодеться?

— Нет. Зачем? Тебе не нравится это платье? Пойдём так, — решила Настя.

Они выбрались из ряда, чтобы встретиться с фамильярами.

И тут произошло то, что, как говорят, достойно завершило праздничный вечер.

Прежде чем Сигдха дошёл до хозяина, ненамеренно дорогу фамильярам преградили. Перед Рианом неожиданно возник такой же высокий, но более крепкого телосложения молодой мужчина.

Настя сразу узнала его и инстинктивно прижалась к Риану.

— Быстро же ты выкарабкался, — сквозь зубы, зло сощурив глаза, сказал Ломан. — Я-то надеялся, что ты всё ещё валяешься в постельке. А ты уже и по танцулькам бегаешь. Уже и девочку себе нашёл.

— Это не просто девочка, я моя коллега, — сдержанно ответил Риан. — Будь с ней повежливей, Ломан. Не надо выглядеть невежей и грубияном.

— Да что ты говоришь? — издевательски воскликнул Ломан. — Я должен быть вежливым с какой-то... — Он вдруг насупился, вглядываясь в Настю. И зашипел: — Это именно та девка, которая позволила себе!.. Ну, ведьма, тебе с рук это не сойдёт!

— Не смей так говорить с ней! — шагнул к нему Риан. — Уходи, Ломан, пока не наговорил слишком много лишнего!

— Ты, слабак, мне ещё указывать собираешься?! — рыкнул его кузен.

Сначала Настя почувствовала, как на плечо сел Григоир.

Обеспокоенный Сигдха — увидела Настя — отложил озадаченного Тишку на траву возле зрительных рядов и рванул к хозяину, чтобы встать рядом с ним. Его появление развеселило Ломана. Он глумливо захохотал:

— Во как?! Вместо адского Сигдха у тебя появился этот милый поросёночек?! Ты, Риан, совсем потерял ту высокую планку, которую тебе задал мой отец! Ты упал в моих глазах, Риан! Тоже мне некромант-монстролог!

— Сигдха, — ровно и бесстрастно сказал Риан, не глядя на своего фамильяра. — Мне не нравится этот человек!

— Ты! Назвал этого поросёнка Сигдха?!

Ломан чуть не упал от истерического хохота.

Им всем повезло, что сидели они на последних рядах, подальше от танцевального поля. И студенты больше интересовались тем, что происходит на танцполе, чем на зрительских рядах.

Прижавшаяся к Риану Настя подавила аханье. И лишь почуяла, как на плече Григоир в панике прильнул к ней, чуть не обнимая крыльями её шею.

А Ломан вдруг икнул и застыл кривым столбом — в том же положении, в котором его застал ступор, — в полусогнутом.

За спиной Риана (искоса наблюдала Настя) взметнулся вихрь холодного адского пламени. Из него вымахнули хищные крылья, а на Ломана распахнула страшная пасть жуткого чудовища. Над головами Риана и Насти пронеслась волна горячего, смрадного воздуха... А Риан всё так же спокойно сказал:

— Уходи, Ломан. И больше не возвращайся. В академии тебе делать нечего. А смеяться надо мной, как видишь, себе дороже. Прощай, Ломан. Сигдха, помоги этому человеку дойти до ворот!

— Нет... Не надо, Риан... Не надо! Я сам уйду! — завопил Ломан и бросился бежать.

Когда его фигура пропала в темени и движущихся пятнах праздничного света, когда огромный адский змей Сигдха вернулся в форму мирного зверя-авалонца, Настя изумлённо спросила:

— И что это было?

— Прости, Настя, — покаялся Риан, впрочем — без единой нотки угрызения совести. — Я понимаю, что повёл себя, как мальчишка, угрожая таким образом Ломану. Но... Не удержался. Прости меня, пожалуйста. Я знал, что ты-то не испугаешься.

— Но почему? Но... как? — не успокаивалась девушка, с недоверием глядя на Сигдха, который как ни в чём ни бывало мелко семенил мягкими лапами рядом с хозяином, снова деловито таща за шкирку послушного ему Тишку.

— Я монстролог, — напомнил Риан, с едва уловимой улыбкой поглядывая то на Сигдха, то на Настю. — Да, признаюсь, поначалу мне не хотелось, чтобы Сигдха в нынешнем виде оставался моим фамильяром. Но, только благодаря тебе, я всмотрелся в его более тонкие линии и увидел то, что может видеть лишь монстролог. Не заметные для других линии подсказали мне, что Сигдха стал закреплённым метаморфом. То есть он может менять форму в зависимости от ситуации. Преподаватели пока этого не знают, но я буду просто вынужден им об этом рассказать.

— Но почему? — нетерпеливо спросила Настя, поспевая шагать за ним к защитной стене вокруг их коттеджа. — Остальные в зоопарке тоже будут метаморфами? Но ведь они опасны!

— Насколько я понял, Остальным метаморфизм не грозит. Они не принадлежали до сих пор ни одному магу. Сигдха же был скреплён со мной связью на всех тончайших уровнях. А я некромант. Именно это маленькое обстоятельство и даёт ему возможность время от времени становиться адским зверем.

— А почему ты решил, что преподавателям надо сразу всё рассказать?

— Ты думаешь, Ломан просто так помчался со всех ног к воротам? — усмехнулся Риан. — Больно сознавать, что брат у меня... э... доносчик, но уже завтра все преподы будут знать о нападении адского зверя на бедного моего кузена.

— Ничего, у тебя есть свидетели, что ничего такого не происходило, — раздался со стороны голос Кениона. Парень-оборотень быстро шёл к ним. — Если надо будет, я буду всё сказанное Ломаном отрицать.

— Да и я тоже, — лениво сказал Аодхан, обнимая свою подругу. — Не правда ли, милая, мы все здесь были, когда происходил этот разговор?

— При одном условии, — жеманно откликнулась его вампирша. — Что нам снова покажут этот потрясающий фокус с фамильяром.

— Ух ты, — шепнула Настя Риану. — А ведь я учусь созданию иллюзий! Можно будет сказать, что это я напугала Ломана!

— Сколько помощников! — смеясь, оглянулся Риан. — Спасибо, друзья. Но на этот раз я справлюсь и сам.

Они немного постояли у защитной стены, болтая обо всём на свете, а потом Риан и Настя попрощались со студентами, проводившими их, и зашли на "свою" территорию.

Риан занёс гитару и вещи Насти на её половину. Сигдха с Тишкой остались на улице поиграть, бегая друг за дружкой. Григоир ещё раньше шепнул хозяйке, что ему надо проветриться после всех этих событий, и куда-то удрал. Поэтому Риан, едва освободились руки, немедленно шагнул к Насте обнять её. Они постояли так недолго. Он же первым и вспомнил, что они оба не выспались, и поспешно отстранился от девушки.

— Завтра встретимся, — кивнул он и, только собрался развернуться к двери, как Настя удержала его, схватив за руку.

— Риан, — с трудом удерживаясь от смеха, позвала она. — Нам необязательно прощаться до завтра! Посмотри!

Он проследил направление, заданное её рукой, и поднял брови.

В стене гостиной красовалась дверь!

— Итак, сосед мой, — торжественно сказала Настя, — приглашаю тебя на завтрашний утренний кофе. Вместе с Сигдха, потому что запас мяса для него до сих пор хранится в моём холодильнике.

Он поцеловал её в щёку и вошёл на свою половину, открыв новёхонькую дверь. Замер на пороге, обернулся и помахал рукой.

— Спокойной ночи, Настя!

— Спокойной ночи, Риан!

Дверь тихо закрылась, а девушка подумала: "Ну и что, что монстры могут напугать и я могу воспользоваться этой дверью? Нет. Эта дверь делает нас ближе не только потому, что мы можем забежать друг к другу в любое время... Нет. Мне уютно и спокойней, когда я знаю, что могу открыть эту дверь и позвать Риана..." Она вспомнила: "Ведьмина моя тропа, приведи меня туда, где под ласковой луной ждёт меня любимый мой". И, глядя на дверь, шёпотом добавила:

Как легко откроются двери,

Пропустив во тьму между нами

Лучик света, лучик доверия,

Сотворив тропу между нами.

И улыбнулась. Наивно. Наивный стих. Но девочкам понравится!

Конец истории.

 
↓ Содержание ↓
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх