— Голову с плеч! — "меч" в руке Сергея описал стремительный круг.
Аудитория ахнула — даже деревянный клинок таким вот ударом запросто мог перебить позвоночник.
Бить со всей дури Серый, понятно, не стал. В последний миг он придержал удар, и "меч" стукнул по шее Талки лишь слегка. Впрочем, и этого вполне хватило, чтобы тот, потеряв равновесие, нелепо упал на бок.
— Убит, — безжалостно констатировал Сергей. "Меч" в его руке описал несколько кругов, столь быстрых, что загудел разрезаемый воздух. — Есть ещё желающие?
Взгляды всей публики сошлись на Вэрке — самом старшем из всех здешних мальчишек. Тот задумчиво посмотрел на лежавшее в траве копьё, очень земным жестом почесал в затылке. Потом поднял второй "меч". Разумно, усмехнулся про себя Антон. Копья хороши для охоты, но лучше длинного клинка для рукопашной всё равно ничего не придумано. Только вот если копьём любой дурак тыкать может, мечом или шпагой ещё нужно уметь владеть...
Вэрка, между тем, уже занял "исходную позицию", подняв деревянный "клинок" вверх и крепко сжимая его двумя руками — словно боялся, что "меч" может вдруг вырваться и улететь. Физия у него была ничего не выражающая, сонная. Да и сам он был более... стройный, чем Талка. То есть, довольно-таки худощавый. Но всё равно слишком... гладкий на земной вкус, и тоже похожий на девчонку. Вряд ли он станет серьёзным противником, подумал Антон.
Серый, между тем, уже шагнул вперёд и слегка стукнул концом своего "меча" по "мечу" Вэрки. Тот вздрогнул и отступил на шаг.
— Молодец, — похвалил Сергей.
И атаковал. Молниеносный удар сверху вниз, по ногам (его Вэрка отбил, опустив оружие) и тут же — снизу вверх, в живот. Этот удар Вэрка тоже отбил, причем его физия осталась столь же сонной. В фехтовании он может и не разбирался, но двигался очень быстро. И так же быстро соображал. Всё это, правда, не слишком ему помогло — Серый размашисто вскинул "меч", словно готовясь ударить сверху вниз, в голову, по широкой дуге — а когда Вэрка (очень шустро, кстати) вскинул свой "меч", готовясь отразить удар, тут же изменил направление, ударив под поднятые руки, в открытую подмышку. Вэрка, однако, каким-то чудом почти успел отшатнуться. "Меч" Сергея, вместо того, чтобы нанести полновесный удар в бок, лишь чиркнул закругленным "остриём" по ребрам — беззвучно, но явно очень болезненно.
Лицо Вэрки стало из сонного зверским — мгновенно, словно переключили тумблер. Он изо всех сил размахнулся "мечом", чтобы ударить с разворота...
Хороший замах полезен в любом деле, кроме фехтования, вспомнил Антон. Вэрка тоже, похоже, это вспомнил, и попробовал в том же развороте лягнуть Серого ногой. Не достал, но заставил отпрыгнуть. А потом всё же завершил разворот и ударил. Со всей дури, как говорится. Увернуться Серый уже не успевал, и потому подставил под удар свой "меч".
Тресь! "Меч" Вэрки разлетелся в щепки — всё же, это был не настоящий тренировочный меч, легко способный выдержать даже столь грубое обращение, а всего лишь наскоро вырезанная деревяшка. Верхняя часть "клинка" отлетела в сторону, едва не попав Файму по ноге. В руках Вэрки остался лишь бесполезный огрызок. "Меч" Серого по счастью уцелел — но страшная, без дураков, сила удара отбросила его так, что парня развернуло почти боком. Вэрка запустил в него огрызком своего "меча", весьма метко угодив в ухо, и сам пошёл в атаку. Но не вопя что-то нецензурное и занося кулак, как обычно поступают люди, не умеющие драться, а буквально кинулся ему под ноги, перекатываясь, с явным намерением врезать пяткой в живот. Серый в свою очередь отпрыгнул и треснул его "мечом" по ноге. На сей раз его "меч" не выдержал такого обращения и тоже с треском разлетелся пополам. Но и Вэрка, не вставая, зашипел от боли, схватившись за отбитую голень. На этом бой, собственно, и кончился. Да. Уж! — подумал Антон. Видимо Вэрка не боялся, перекатываясь, потерять противника из виду? А зря!..
— Будь этот меч настоящим, — сказал Сергей, поднимая огрызок "оружия", — ты бы сейчас валялся с отрубленной ногой, истекая кровью.
— От таких ударов ломались иногда даже настоящие мечи, — заметила Файму. — "Меч" Вэрки угодил в тебя обломком "клинка", это все видели. Будь он настоящим — ты был бы, в лучшем случае, ранен. А в худшем... да, валялся бы на земле, истекая кровью. Вы оба бы валялись.
Стало очень тихо... но Серый не смутился.
— Исход этого боя ясен. — Он обвел взглядом компанию Маахисов. — Ещё желающие есть?
Он посмотрел на Матвея, но тот лишь пожал плечами.
— Я борьбой занимался, — извиняюще сказал он. — А так, чтобы мечом махать — нет.
Антон тоже посмотрел на него. Матвей был плотным, крепко сбитым, и казался даже немного неуклюжим. На самом деле это наверняка не так, подумал Антон. Реакция у борцов тоже вполне себе на уровне, ведь схватка начинается из равной позиции и надо захватить противника так, чтобы занять более выгодное положение. Так что Матвей скорее всего просто не воспитан так, чтобы агрессивно распускать руки — дома он никогда видимо не дрался, как ни невероятно такое казалось для мальчишки. То есть, всякая возня в раздевалке и так далее в его школе наверняка была — но именно в форме борьбы, а не...
Дэй, между тем, шустро сунулся вперед — надо полагать, мстить за брата, — но Файму легко придержала его ладонью.
— Я могу, если хочешь, — сказала она. — Но меня тебе не победить. Я физически старше тебя на два года. И, в отличие от этого обормота, — она посмотрела на смущённого своим поражением Вэрку, — дома кое-чему обучалась.
Сергей усмехнулся.
— Попробуй.
— Ну что ж...
Файму вышла вперёд. Сейчас она двигалась не так, как обычно двигаются люди, а как умеют лишь девчонки — превращая каждый шаг в бессовестную демонстрацию себя, каждый жест — в представление, а каждую улыбку — во что-то такое, от чего её хотелось сгрести в объятия, крепко прижать к себе и зацеловать до придушенного писка...
Антон поражался, как можно превращать каждый поворот тела в дразнящую игру света на наиболее выгодных местах, явно даже не думая об этом, — ведь со стороны же не видно, что там у неё получается! Видимо, это одно из таинственных девчоночьих умений, данных им единственно затем, чтобы сводить парней с ума...
Файму между тем, неторопливо расстегнула пояс с висевшим на нем оружием. Не отводя насмешливых глаз от покрасневшего лица Сергея, протянула его младшему брату. Закинула руки за голову, старательно потянулась (зрелище получилось... убийственное, чего уж там), мотнув своей гривищей, извлекла из неё ножны с другим, кристаллическим ножом, бросила его опять же младшему брату, ловко поймавшему оружие. Задумчиво взялась за шнурок на бедрах, посмотрела на ошалело замерших мальчишек. Хихикнула.
— Это я, наверное, оставлю. Итак?..
За её спиной засмеялись, но Антон не видел тут ровно ничего забавного. Серый был силён и гибок, он обучался самбо (и всерьёз!..), но был на два года младше и наверное на пару килограммов легче Файму. Не говоря уж о том, что любому парню просто психологически тяжело драться с девчонкой, особенно одетой... таким образом.
Файму поплыла по кругу, обходя его, словно леопард перед прыжком — очень плавно, ровно... и страшновато, чего уж там. Серый, встав в боксерскую стойку, поворачивался вслед за ней — Файму явно не казалась ему легкой добычей. Весила она, наверное, всего-то килограммов пятьдесят, но ведь и смертельно ядовитая змея весит совсем не так много...
Файму, разминаясь, вытянула сцепленные руки, вывернув их ладонями вперёд. Развела их в стороны, пошевелив зловеще скрюченными пальцами (словно профессор Мориарти у Рейхенбахского водопада, подумал вдруг Антон). Вновь насмешливо посмотрела на Сергея.
— Ну?..
Серый пригнулся и вдруг прыгнул вперёд, чтобы наотмашь ударить не ожидавшую такой атаки Файму макушкой в челюсть. Такой таранный удар должен был смести дерзкую девчонку, как поезд сметает застывшего на рельсах оленя...
Только вот Файму никаким оленем не была. Она не стала даже отбивать удар и мягко подалась вправо, пропуская мальчишку — за миг ДО того, как тот прыгнул!..
Сокрушительный удар Сергея просто... провалился в пустоту. Он, правда, не упал, как почти любой на его месте. Только замер, немного проехав ботинками по траве и нелепо согнувшись. Сейчас, всего на миг, он был совершенно беззащитен, и Файму ударила — безо всяких хитростей, лихо развернувшись на пальцах и лягнув мальчишку пяткой в бок.
Сила удара снесла Серого с ног, он перекатился через спину, лицом вниз... но подняться уже не успел. Файму изящным, почти балетным прыжком перепорхнула к нему. Яростно вскрикнув, она поднялась на пальцы левой ноги, поджав пятку правой к животу, и Антон испуганно замер: такой вот удар сверху вниз сломал бы шею мальчишки, как морковку...
Бить Файму, разумеется, не стала — просто аккуратно водрузила ногу на загривок Сергея, должно быть, мстя таким вот образом за среднего брата, которому Серый водрузил ногу на грудь. Серый яростно дёрнулся... но вывернуться всё же не смог. Файму была явно тяжелее, да и её босая нога держала очень цепко.
— Исход очевиден? — ровно спросила она.
— Да, — буркнул Сергей.
— Отлично, — она отступила и протянула руку, помогая мальчишке подняться.
— Это нечестно, — буркнул Серый, отряхиваясь. — Ты старше меня на два года. Физически.
Файму вновь хихикнула.
— Предупреждение было дано.
Серый, однако, всё ещё хмуро смотрел на неё.
— Ты знала, что я сделаю.
Файму спокойно кивнула.
— Конечно. Нет, я не читаю твоих мыслей, — добавила она, заметив испуг мальчишки. — Исход таких схваток решается ещё до их начала — вернее, в миг его. Главное тут — по мельчайшим, в принципе незаметным для обычного человека движениям "прокачать" будущую атаку противника. Проигрывает обычно тот, кто бьет первым. Никакой мистики тут нет, обычная внимательность. Малополезное с вашей точки зрения качество.
— Почему? — обиделся Антон. — Полезное. Просто...
— У вас явно её не развивают, — закончила Файму. — По крайней мере, таким... практичным образом.
— Развивают, — буркнул Сергей. — Очень даже.
— У военных, — закончила Файму. — У других наверняка не получается. Или получается, но не всегда. Или не слишком. Вообще говоря, и меня тоже можно провести, показать одну атаку, а начать совсем другую — но тут уже надо быть настоящим бойцом, мастером своего дела.
— Тем не менее, победил всё же я, — закончил Сергей. — Там, где бой был честным.
— А бой со мной, выходит, бесчестный? — сразу же надулась Файму.
Сергей хмыкнул.
— Нет. Он просто неравный. Ты старше на два года. Нет смысла гордиться победой в неравном бою. Это глупо и в конечном итоге смешно.
— Я девчонка, — обиженно заметила Файму.
Сергей отмахнулся.
— Это не имеет значения. Ты старше и тяжелее. А в равных поединках победил всё же я.
— Ладно, — Файму вздохнула. — Назад давайте...
* * *
Они вернулись под навес. Файму, должно быть, оголодав от трудов, решила подкрепиться уже остывшим мясом, к ней присоединились и другие. Антон мельком подумал о том, что не знает даже, мясо какой здешней зверюги он ест... но это не слишком его занимало. На вкус оно было очень даже ничего. Аглая поначалу пришла в ужас от одного вида мяса, запечённого на угольях, вспомнил вдруг мальчишка, но с его точки зрения это была вполне обычная еда...
— Полагаю, что наш спор закончен? — спросил Сергей, завершив трапезу.
— О чём? — спросила Файму. — О том, кто же из нас лучше? — она вновь хихикнула. — Ты же сам знаешь, что такой спор нельзя закончить, его можно только прекратить.
— О том, что мы — воины. А вы нет.
— Гм!.. — Файму едва не подавилась. — Тебе не кажется, что это слишком... смелое заявление?
— Нет, — Сергей усмехнулся. — Ты сама убедилась, что средний пионер легко победит среднего Маахиса. И это — единственный факт, который имеет тут значение. Единственный.
— У нас просто разные подходы, — заметила Файму. — Вы мечетесь туда-сюда по миру, явно без плана и без цели. Наша задача — совершенно иная: сдерживать Зло там, где оно заключено, не давая ему пройти дальше.
— Это обычная отмазка слабаков, — Сергей нехорошо засмеялся. — Получить по носу в доброй драке и потом ныть, что вам-де это всё не нужно, что у вас-де "хитрый план" и прочее бессмысленное бла-бла-бла. А на деле умение победить в бою — это единственный факт, который имеет значение для Истории. Единственный.
— Допустим, — Файму хмыкнула. — Но мы до сих пор здесь, не так ли? И намного дольше вас, вообще-то. Мы знаем вещи, о которых вы даже не подозреваете. Мы знаем, что делаем. И мы не одиноки. Уверяю тебя, наш план в отношении Хорунов очень хорошо продуман. Да, он не наступательный. Но это серьёзный, обстоятельный план, который запер их там, в нижнем лесу, и неизбежно приведёт их к гибели, рано или поздно. За нас силы самой Природы, в конечном счёте.
Сергей отмахнулся.
— Снова увёртки. Не нужно приплетать сюда то, над чем ты не властна. Не спорю — принадлежать к могучей силе хорошо и приятно. Однако лишь глупцы могут верить, что сила целого — это ИХ сила, и потому им лично можно быть и слабыми. Нет. Важно лишь то, что происходит здесь и сейчас. Только это. А здесь и сейчас я вижу, что любой Маахис недисциплинирован, скверно обучен, ленив и потому в конечном счёте просто глуп рядом с рядовым землянином.
Талка и Вэрка буквально вызверились на него, но Сергей не обратил на это ни малейшего внимания.
— Тебе ещё раз врезать? — хмуро сказала Файму.
— А что это изменит? — Серый усмехнулся. — Только подтвердит то, что побеждать вы умеете лишь тех, кто слабее. Бесчестно. А равным или более сильным — всегда обречены проигрывать. Просто потому, что вы не воины. И все ваши претензии на что-то там — просто смешны.
Файму посмотрела на него с каким-то нехорошим интересом.
— Тебе рассказать, как мы уничтожили племя Уггонов? Которые не только называли себя народом воинов, но и на самом деле были ими?
Сергей отмахнулся.
— Любые победы прошлых лет — это пыль, мусор, кучка хлама. Важна лишь готовность сражаться здесь и сейчас.
— Вообще-то организатор той атаки до сих пор наш Мастер Войны, — нейтральным тоном заметила Файму.
Сергей усмехнулся.
— А разве он есть здесь? Отвечай только за себя. Всегда. Победы предков — не твои победы. Их слава — не твоя слава. Не нужно тянуть к ним свои руки. Это глупо, жалко, и, в конечном итоге — смешно.
Матвей широко улыбнулся.
— А разве ты лично побеждал немцев, белых и так далее? Или ты не гордишься теми победами, раз сам не воевал?
— Это совсем другое! — резко сказал Сергей. — Мы пришли в этот мир совсем недавно, ничего не зная и не ведая. Мы прошли сквозь Долину Тумана, прошли даже там, где никто ещё не мог пройти. И победили. Всех. И непроходимые западные леса, и Хорунов с их чудовищами, и даже подгорную нечисть. Никто — вообще никто! — на моём месте не смог бы взять Ключ. Поэтому я — один во всей Ойкумене! — имею право судить, кто тут герой, а кто — трус. И я сужу. Так вот, вы — не герои. Даже не воины. Здесь, по крайней мере, я не вижу ни тех, ни других. Я вижу просто группу не очень умных... детей с претензиями, почему-то считающих, что какие-то смешные трюки — а вовсе не отвага и мужество! — помогут им выиграть настоящий бой с настоящим врагом.
