— Надо было тебе шею сломать, для наглядности, — хмуро заметила Файму. — Тогда ты, наверное, не стал бы говорить, что бой был ненастоящий, и моя победа тоже.
— Стал бы, — упрямо сказал Серый. — Будь тот бой настоящим, в руке у меня был бы нож или копьё, и никакие глупые трюки не помогли бы тебе. Потому что никто не может победить меня в бою, если этот бой честный.
Файму вздохнула. Похоже, что разговор в таком стиле начал её утомлять.
— Хочешь повторить бой?
Сергей усмехнулся.
— Нет. Ты старше. Бой с тобой никогда не будет честным.
— Ну да, — Файму вновь хихикнула. Казалось, что разговор теперь её забавляет. — Мне уже интересно, может ли хоть что-то убедить тебя, что мы тоже имеем смелость и мужество?
— Ничто, — Сергей усмехнулся. — Потому что здесь я не нашёл ни того, ни другого. Дешёвые трюки, понты, хвастовство... всё, как обычно. Что дальше? Ещё больше трюков? Ничто не заставит меня забыть то, что я видел своими глазами. Забыть те победы, которые я тут одержал.
— Ну что ж... — Файму вздохнула. — Не думала, что дойдёт и до этого, но ты постарался... — она повернулась к младшему брату. — Дэй? Преподашь гостю урок вежливости?
Мальчишка поднялся, глядя на Серого как-то нехорошо — видно то, что тот наговорил его сестре, не слишком-то ему понравилось.
— Это смешно, — сказал Сергей. — Я не стану драться с каким-то... с каким-то сопляком!
— К сожалению придётся, — сказала Файму уже совсем ядовито. — Иначе я решу, что ты просто струсил.
— Ну, хорошо! — Сергей резко поднялся. — Только не жалей потом! Раз твой брат достаточно взрослый, чтобы драться, он достаточно взрослый для того, чтобы получить по шее!
Они вышли во двор, где немедленно собрался весь здешний... коллектив. Оружия у поединщиков на сей раз не было (Антон вдруг подумал, что сейчас это только к лучшему), но глаза мальчишки-Маахиса блестели совсем уже нехорошо. Конечно, Антон мог понять Серого — ему бы тоже не понравилось, если бы ему дали здоровенного пинка, изваляли в пыли и напоследок поставили ногу на загривок, — но сейчас говорил не Сергей, а его обида. И эта самая обида наговорила много во всех отношениях лишнего...
Мальчишки встали в круг из других обитателей крепости. Лица у Маахисов были непривычно напряжённые — очевидно, такой бой был тут чем-то даже не вполне нормальным, подумал вдруг Антон. Что-то тут сильно не так...
— Не кусаться! — хмуро предупредила Файму. Младший брат неохотно кивнул. Она развела ладони в стороны. — Раз, два, три... начали!
Одновременно с резким звуком хлопка Серый рванулся вперёд. Он собирался без затей врезать Маахису в ухо и тем закрыть вопрос. Однако Дэй очень шустро нырнул под удар и сам врезал Серому в поддых — точно и сильно... проскочил за спину, ударив по почкам — тоже точно, резко и сильно, выскочил из-за правого бока и ударил в поддых ещё раз. Сергей охнул и согнулся от боли. Дэй вмиг развернулся на пальцах левой ноги и от всей души добавил пяткой по тому же месту. Сергей беззвучно упал на бок. Дэй замер над ним, весь взъерошенный — и очень, очень, очень злой...
— Исход, я думаю, понятен? — ехидно спросила Файму.
— Ымх!.. — выдавил Сергей. Дэй весил от силы килограммов тридцать, но его небольшие кулачки и пятки били очень точно и болезненно.
— Полагаю, ты опять скажешь, что этот бой нечестный, — фыркнула Файму. — "Если бы у меня был автомат, а мой противник был связан как следует по рукам и ногам..." — сказала она голосом, очень похожим на голос Сергея, но куда более противным. Антон даже не знал, что люди так могут...
— Ты не сказала, что твой младший брат умеет драться, — буркнул Сергей, садясь.
— О, это, я полагаю, обычай, достойный истинного воина: спрашивать у врага, умеет ли он драться, и если вдруг да — тут же убегать подальше, — яду в словах Файму хватило бы на дюжину отборных кобр. — Секрет непобедимости на самом деле очень простой: надо всегда выбирать противника слабее себя. Конечно, это очень сложное искусство, — она взглянула на младшего брата и хихикнула.
— Ты не ответила на мой вопрос, — сказал Сергей.
— Гм, — Файму задумчиво подперла рукой подбородок, уперев локоть в ладонь левой руки. — Видишь ли, если бы тебя каждый день щекотали два гигантских монстра, ты тоже начал бы эволюционировать, чтобы выжить в чудовищном мире извращенного насилия... — на сей раз, хихикнул уже младший брат.
— Это не ответ.
— Дэй очень сильно разозлился, — сказала Файму уже серьёзно. — И, вообще-то, далеко не он один. Но так было наиболее... наглядно.
— Ярость — плохой помощник в битве, — Сергей поднялся, отряхиваясь.
— Знаешь, трудно ударить того, кто ничего тебе не сделал, — дипломатично ответила Файму. — Для нас, по крайней мере. А так-то дурное дело нехитрое.
— Ага, — буркнул Сергей. — То-то наши боксеры по десять лет учатся, прежде чем на чемпионат какой пойти.
— Дэй талантливый, — Файму погладила младшего брата по голове и тот довольно зажмурился.
И ещё тренировался лет... сколько лет здесь Маахисы? — подумал вдруг Антон. — Сколько Дэю на самом деле лет? Сорок? Пятьдесят? Пара тысяч? Если кто-то сможет тренироваться пару тысяч лет, он наверняка станет чертовски хорош. Вот же гадский мир! У себя дома мы привыкли, что дети — это просто дети. А тут всё не так. Тут жалкий на вид десятилетний пацан может оказаться чуть ли не сказочным воином — уже просто потому, что имеет тысячелетия опыта. Быть маленьким и слабым в этом жутковатом мире наверняка не очень весело. Любой, у кого есть хоть капля воли, начнет тренироваться, чтобы не попасть в рабы или ещё куда похуже. А если у него есть талант — или хотя бы способности — он в конце концов станет настоящим мастером боя. Оставаясь на вид совершенно безобидным малолетним шкетом.
Антон обвел взглядом спокойно смотревших на него Маахисов. А ведь Дэй наверняка тут не один такой, подумал он. Не может быть одним, если они живут тут так долго. Может, он лучший в своём деле — но наверняка не один. Уже то, что это маленькое вообще-то племя так вольно живёт под самым носом у Хорунов вполне ясно говорит, что эти Маахисы совсем не так уж и просты...
Его взгляд остановился на девчонках. На вид совершенно безобидных — но ведь у них пока просто не было возможности... показать себя во всей красе. Кто может поручиться за то, что Дэй среди них — самый лучший?..
— Итак, у вас есть Ключ, — сказала между тем Файму, и Антон вздрогнул: тон у неё сейчас был... нехороший. — Это меняет всё дело. Можно сказать, что принципиально меняет.
— А почему вы сами его не взяли? — зло спросил Сергей.
— У нас не было... ключей, — спокойно сказала Файму. — Ключей к Ключу, я хочу сказать. Иначе мы бы непременно попробовали.
— Ключ к Надиру может использовать только один человек, — напомнил Сергей.
— И никто не знает, кто это, — спокойно согласилась Файму. — Теорий на тему, кто бы это мог быть, в Ойкумене существует просто куча, но я не думаю, что хоть одна из них верна. Вы должны дать нам... попробовать.
— Нет, — сказал Сергей.
Файму предупреждающе подняла руку.
— Вы никогда не узнаете, кто это, если будете скрывать Ключ. Кроме того, вы никогда не уйдёте отсюда без нашей помощи... и нашего согласия.
Это была даже не угроза — просто констатация очевидного факта. Антон нахмурился. Он понимал, что если Маахисы решат отобрать у них Ключ, шансов отбиться будет очень мало. Вообще не будет, честно говоря. А терпение Файму и так было штукой очень хрупкой...
Сергей понимал это не хуже его, потому просто полез в карман и достал Ключ. То есть бусы. Светящиеся бусы. Маахисы молча уставились на них.
— Ну и что с ними делать? — наконец спросил Талка.
Сергей пожал плечами.
— Думаю, просто надеть. Тот... для кого Ключ предназначен, должен это почувствовать. Ну, говорят так.
— Хорошо, — Файму кивнула. — Тогда приступим.
Она первой нацепила бусы — поверх тех, что на ней уже были — и закрыла глаза, очевидно ожидая сигнала.
Антон невольно напрягся — но всего через минуту на лице Файму появилось отчётливое разочарование. Встряхнув головой, она протянула их среднему брату, потом младшему. Антон снова напрягся — но Дэй лишь пожал плечами и передал их дальше. Всего минут через пять стало ясно, что никому из Маахисов Ключ не подходит.
* * *
— Это очень всё усложняет, — сказала Файму. Было видно, что она очень, очень разочарована. Ну да, с усмешкой подумал Антон. Она наверное всю жизнь считала себя Избранной, призванной Перевернуть Мир. — Теперь Ключ надо доставить в Столицу. Просто потому, что там больше всего людей. И больше всего шансы найти того, кому он подходит.
Антон облегченно выдохнул — по крайней мере, отбирать у них Ключ и прятать его в сундук Файму не собиралась. Но следующие её слова заставили его похолодеть.
— Без нашей помощи вы не сможете пройти через нижний лес. Это очевидно.
— И что ты хочешь за... помощь? — спросил Серый.
Файму недовольно фыркнула.
— Твой вопрос глуп. Если Ключ попадёт к Хорунам, то есть к Червю, мир может погибнуть. Может, и нет, но проверять это я не собираюсь. Но, думаю, ты понимаешь, что даже за пределами этого леса очень многие захотят наложить руку на Ключ и на его... восприимца, если такой найдётся. И далеко не у всех намерения будут добрыми.
— Я смогу защитить Ключ, — мрачно сказал Сергей, уже понимая, куда она клонит.
— Ты даже себя не смог защитить, — мгновенно парировала Файму. — Ключ понесет Дэй. Это не обсуждается. Он — наш Мастер Войны. Если не сможет он — не сможет никто.
Серый оглянулся на друзей, и во взгляде его была... беспомощность?..
— Ключ может нести только тот, кто его взял, — наугад сказал Антон. — Иначе он тотчас утратит силу.
— На самом деле этого никто не знает, — вновь мгновенно отпарировала Файму. — Не думаю, что он может вообще утратить силу — от чего бы то ни было.
— Мы делим шкуру неубитого медведя, — вдруг рассудительно сказал Андрей. — Для начала нам надо пройти мимо Хорунов — которые очень, очень злы.
— Да, — Файму нахмурилась. Верно, подумать об этом ей как-то не пришло в голову. Она посмотрела на своё притихшее племя, очевидно, вспоминая, кто к чему пригоден. — Я бы ушла вместе с братьями, но нас троих слишком мало, — наконец с неудовольствием заключила она. — Надо уходить всем, но тогда Хоруны разорят нашу крепость, — очевидно, эта мысль не очень-то ей нравилась. — И времени мало — если Хоруны знают про Ключ, они придут сюда очень скоро, — она посмотрела на младшего брата, вновь что-то прикидывая. — Дэй возьмет Ключ и отнесет его в... Столицу, — наконец решила она. — Мы все останемся здесь.
Антон похолодел. Нет, формально-то Файму была очень даже права — у одного юркого мальчишки куда больше шансов проскользнуть через лес незамеченным, чем у целого отряда... или племени. Особенно если этот мальчишка — на деле и не мальчишка вовсе. А их дело в общем-то окончено — можно кайфовать и расслабляться в компании дев, прекраснее которых нет, наверно, во всей Ойкумене...
Только вот сидеть тут до конца дней Антону вовсе не хотелось. И... ему померещилась вдруг некая недоговоренность в таких вроде бы логичных словах Файму. Кому на самом деле отнесет Ключ Дэй?..
Мысль, вспыхнувшая в его голове, была безусловно бредовой, но... странные намеки Файму... странное оружие, которого ни у кого тут больше нет... уж не работает ли она на Хозяев?..
— Кому Дэй отнесет Ключ? — Антон с ужасом понял, что говорит это вслух, но остановиться уже не мог. — Хозяевам?
На него уставились два десятка пар совершенно обалделых глаз. Так обычно смотрят на человека, который вдруг ни с того ни с сего тронулся. Файму была удивлена ничуть не меньше прочих.
— Нам не нужно никаких Хозяев, — резко сказала она.
— А кто нужен? — сразу же спросил Сергей.
Файму нахмурилась. Было видно, что она очень жалеет о том, что у неё сейчас вырвалось. Ну да слово — не воробей, с усмешкой подумал Антон. Вылетит — не поймаешь. И было видно, что ей очень хотелось отмолчаться — только вот и это уже никак не получалось...
— Наш мир — это задача, — наконец сказала она. — Задача, которая должна быть решена. Никто не знает точно, как — но решивший получит награду превыше любой вообразимой.
— Угу — и кто тебе это сказал? — спросил Андрей.
Файму вновь недовольно прикусила губу. В битве мыслей она всё же не была столь хороша, как в битве тел.
— Это все знают, — наконец ответила она.
— Кто — все? — спросил Сергей. — Мы вот даже не слышали.
— Все, кто живут тут достаточно долго, — нашлась Файму. — Сотню лет или больше. Просто не все помнят.
— А вы — помните?
Файму вновь нахмурилась.
— Мы здесь уже около пятисот лет, — медленно сказала она. — И мы не дикари. Хотя и выглядим сейчас так. На самом деле мы здесь, скорее, по ошибке. Мы считаем, что мы — самое развитое из племён здесь. По крайней мере наш народ, дома, летал к звездам. Насколько мы знаем, никто тут больше не летал.
Антон натурально открыл рот. По словам Файму выходило, что Маахисы — самые настоящие пришельцы из будущего. Только вот явно не земного...
— Ага, и под этими подушками у вас спрятаны бластеры, — ядовито ответил Андрей.
— У нас не было бластеров, — Файму вздохнула. — На самом деле, у нас уже почти ничего не осталось — прошло слишком много лет. Но мы помним всё, чему нас учили. По крайней мере, многое.
— Ага, и можете построить ракету и улететь домой, — не унимался Андрей.
— Нет! — Файму явно начала злиться. — Не можем. Для этого нужна куча заводов, которых тут нет.
— Куда Дэй должен отнести Ключ? — потребовал Сергей.
— На восток. В Город Снов. К Надиру, — наконец признала Файму. — Там больше всего людей в мире. Будет очень логично искать восприимца именно там. Даже если его там и нет, он придет туда, рано или поздно. И там безопасно. Это самое, наверное, безопасное место во всём нашем мире.
Это действительно звучало очень логично... но Сергей не собирался уступать.
— Ключ не твой. Ты не брала его, и не имеешь права им распоряжаться.
— И что же ты станешь с ним делать? — ядовито спросила Файму. — Шляться по миру и предлагать каждому встречному примерить? Ну так недолго он тогда останется твоим.
— Это уже не твоё дело.
Файму вздохнула и посмотрела на братьев. Похоже, что прибегать к силе ей всё же не очень-то хотелось.
— Вообще-то и моё. Потому что если эти россказни про Червя всё же верны, мне придётся тоже склеить ласты, как и всем прочим. Или даже что-то хуже. А я, знаешь, не для того жила пятьсот лет, чтобы просто так вот взять и помереть.
Серый вздохнул.
— Послушай... Я совсем не против твоей помощи. Я даже хочу, чтобы ты... всё твоё племя пошли с нами. Но при двух простых условиях. Первое: Ключ понесу всё же я. И я буду решать, кому его показывать... или не показывать. Второе: ты не будешь указывать мне, куда идти и что делать. Никак и никогда. Можешь предлагать. Можешь советовать. Но не указывать.
