В пятницу утром наш завхоз, Лариса Ивановна, подвижная плотная женщина предпенсионного возраста, выдала мне все на лето и на зиму.
Сначала я примерила летнюю зеленую пятнистую куртку, оказалась в самый раз наверх на свитер. Ткань такая, что на жаре тяжело вспотеть, но качество сомнительное, не такое, как у нас, на десять-двадцать лет носки. С брюками из такой же ткани получилось еще хуже. По длине нормальные, и в бедрах жмут только наверх на другие штаны. Зато очень легко сползают из-за того, что у меня талия узкая. Специально предупреждала нас учительница по физкультуре: "Девочки, делая упражнения для талии, не забывайте, что слишком большие нагрузки дают большой объем мышц, что только мужчин красит". Так что без ремня или резинки будут неудобны.
Дома я носила резиновые сапоги или кроссовки, или сандалии. Сейчас получила тяжелые кирзовые сапоги, высокие и широкие, еще и жесткие. Это я сравниваю со своими осенними сапожками, в которых на работу хожу. Но, надеюсь, что долго прослужат. Зря надеялась, весной загубила по незнанию.
Еще получила зимние сапоги из какого-то синтетического материала с очень теплым внутренним слоем. Уточняю, потому что мне до этого показали валенки, твердые войлочные сапоги.
Еще я получила болоньевый комплект на синтепоне в качестве зимней спецодежды, цвет черный с красным и белым. Все теплое и красивое, но смотрюсь медведицей в этом комплекте. Ну и ладно, по улицам красоваться у меня другие наряды есть.
Отправили меня с Михаилом и Гавриилом делать изыскания под прокладку канализации в недалекой крупной деревне, шесть скважин по пять метров и одну на десять метров.
Бригада дружно уговаривала, как они говорят, бурить одну на две скважины и сочинять зондирование, но я отмахнулась. И потратили весь день, последнюю скважину заканчивали бурить, когда уже начало темнеть. Над нами местные жители уже посмеивались, что пора бросать работу, пятница ведь. И Михаил посмеивался:
— Оксана, тебя что, мужик не ждет, чтобы ему ужин приготовила?
— Нет, он меня сам накормит.
— Ага, и поверит, что не к любовнику ходила?
— Поверит. Я же бываю честной и во вред себе.
— Так и надо, молодец, — вдруг меня поддержал Гаврила, отвлекшись от рычагов бурового станка и махания на невидимок. Сироткин, разумеется, с нарушениями психики, но из-за увлечения религией и своих видений ведет себя честно и порядочно.
Сложились уже в сумерках, и переоделись тоже. На производственную базу мы приехали, когда было темно, и оставался один сторож. Забрала вещи и образцы из машины, все занесла в здание и, оформив бумаги, отправилась на вокзал.
По улицам люди гуляют после ужина, большинство дома отдыхает, а я с работы иду. Звезд из-за облаков не видно, но я их в космосе нагляделась. Мой Александр неоднократно поздно возвращался с работы, бывало что и с легким запахом алкоголя, я не приставала, понимая его слабости. И он не злоупотреблял.
На привокзальной площади группа молодежи, парни и девушки о чем-то шумно говорили. Один парень крикнул мне:
— Девушка, присоединяйтесь.
— Меня муж ждет, — я привычно ответила и, подумав полсекунды, добавила. — Так с вами вон какие девочки, эти две даже в миниюбках ради вас мерзнут.
— Муж обойдется, — ухмыльнулся собеседник. Я не обернулась на реплику, быстро шагая к кассам. Ко мне часто пристают, но не надо стараться отбиваться, один раз сказала, и отстают. Ну что же делать, я знаю свою внешность и скромно одеваюсь, чтобы спокойнее ходить. Хочется выглядеть лучше всех так, чтобы все восторгались, но не приставали, а с этим проблема. Решила, что спокойные прогулки по улицам важнее. И так попадаются пристающие мужчины.
Зашла в пригородный поезд, нацепила наушники, включила Bond и стала смотреть в окно, одной рукой держась за багажную полку, а второй за сумочку. Стою, никого не трогаю, и слышу сквозь музыку "Девушка, а, девушка". Не обращаю внимание, и тут меня кто-то трогает за голенище сапога. Оборачиваюсь, а сидящий рядом парень, потягивающий пиво из большой бутылки, говорит:
— Девушка, с вами можно познакомиться? Меня Дима зовут.
— Не хочу, — я коротко отказала.
— Ну а почему? Что вам не нравится?
— Я занята.
— Муж объелся груш, а жена может и к другому уйти. Если не замужем, так еще легче.
— Еще вы неправильно начинаете знакомиться с девушкой. Догадайтесь, что не так.
— Угощаю, — и Дима протянул мне пиво.
— Я не пью. А вы подумайте, сейчас точно не поможет, но на будущее полезно, — я продолжала стимулировать его ум.
— Кольцо с бриллиантом я не мог заранее купить, но перед следующей встречей обязательно найду. Только размер скажите, — не отставал Дима.
— Не надо. Мне уже подарили кольцо и сережки с фианитом. А вы подумайте, ответ простой.
Все кругом посмеивались, Дима огляделся и замолчал. Тут мой Саша звонит:
— Любимая, как ты там? Надо на машине забирать?
— Спасибо, я с вокзала пешком дойду.
Этот Дима помолчал и сказал:
— Я бы, не спрашивая, забрал бы на машине. Только скажи, что не так?
— В этой ситуации сначала надо женщине уступить место, и только потом ухаживать. Мне лично не надо, я постою, но неприлично, когда парень, сидя в общественном транспорте, пристает к стоящей девушке.
— Так садитесь, — и Дима встал. Я позвала стоящую недалеко седовласую полную женщину и показал ей на освободившееся место. Еще спросила Диму:
— Почему именно ко мне пристали?
— У тебя очень красивое лицо.
— Я же спиной к тебе стояла.
— Фигура и осанка красивые, даже через штаны видно.
— Спасибо, — я кивнула головой и нацепила наушники. Он все правильно понял. А мой любимый все-таки приехал на машине.
По дороге я пожаловалась, что нам пришлось вручную зондировать десятиметровую скважину, и сумели это сделать только на три метра. Мой Саша спросил, под какое сооружение.
— Написано, что КНС.
— Это канализационная насосная станция, они представляют собой бетонные колодцы, в которых стоит насосное оборудование. Их грунт выдавливает наверх, вообще-то. Поэтому смело сочиняй до конца по видимому сопротивлению бурению. И тебе, такой умнице, давно пора понять, что в нашем деле иногда главное это красиво поклониться, — объяснял мой любимый.
— Умом понимаю, но эмоциями не хочу принимать, — я недовольно проворчала. — Откуда, кстати, эта фраза?
— Мультфильм "Маша и медведь", не помню названия серии, найду.
Нашел мультфильм. Трехмерный и очень хорошо сделан для нынешнего времени. Интересный и смешной, но вот детям его показывать лучше не надо. Девочка Маша слишком невоспитанная, и медведь ей почти не занимается, ну а родители не показаны. Она не плохая, но ей не занимаются. Девочка очень активная и может многое, но ей нужно ставить навыки социальной жизни.
В серии 31 в книге "Легенды нашего леса" показана Баба Яга на метле, похожая на Машу. Не уверена, но эта Баба Яга могла для того, чтобы стать молодой, так наколдовать, что превратилась в Машу, потому у этой девочки и нет родителей.
В понедельник начальник отдела позвал к себе одновременно и меня, и Володю Баженова. Показал мне и вручил ему задание, добавив:
— Оксана очень хотела копать шурфы, возьмешь с собой на усиление.
— Что, серьезно?
— Я не отказывалась. Сейчас едем?
— Ну а когда? Сейчас, конечно. Одиннадцать штук, это работы на пару дней, и еще бурение. Так что обойдешься без фитнес-зала, — объявил мне Дубровский.
— Какой фитнес? У меня как был живот с такой работой, так и остался, только часть жира на мясо поменял, — посмеялся Баженов.
— Не та у тебя система. Если очень хочешь, помогу убрать лишнее, — я всерьез предложила.
— Спасибо, я подумаю, — кивнул Володя. Он был скорее крепкий и плотный, чем толстый.
Работать пришлось тут же, в другом конце города. Из всей механизации только отбойный молоток, работающий от напряжения 220 Вольт. И то, как я поняла, лучше бы их два было. И Гена, и Вадим, и Володя дружно смеялись надо мной, потом Володя Баженов объяснил, что бывали случаи, когда и без отбойного молотка работали. Копали мы эти окопы, как шутили ребята, три дня. Окопы потому что это ямы для того, чтобы посмотреть конструкцию фундаментов и глубину заложения. Баженов только первый шурф зарисовывал и замерял, остальные я зарисовывала, а он помогал мерить и проверял, что у меня получилось. И показывал материалы стен и фундаментов.
Я во время перерыва на отдых (а копали шурфы по парам, сменяясь) нашла в Интернете миниэкскаваторы, которые можно перевозить на лафетах, и показала Баженову. Он сказал: "Я с такими идеями к начальству не подходил, не буду подходить, потому что бесполезно. Начальник отдела если и одобрит, директор не даст денег". Издевательство над людьми. Так я увидела с новой стороны, что такое капитализм. Вечером проверила, зайдя к владельцу фирмы. Рассказываю, а Карпов отвечает:
— Эта техника дорого стоит. И ее обслуживать надо. Я специально не узнавал про эти модели, но вообще для работы на экскаваторе нужно проходить специальное обучение.
— Павел Васильевич, так он же сократит время работы, и меньше копать, легче будет ребятам, — я начала возмущаться.
— Мне от того, что больше руками работают, нет никакого убытка. Пусть терпят. Как сама, не слишком тяжело?
— Нормально, я же спортом увлекаюсь.
— В кафе или где-то еще не хочешь со мной расслабиться? — спросил меня Карпов.
— Спасибо, не хочу. До свиданья, — я развернулась и ушла, нервно стуча каблуками. Хотела припечатать своим взглядом, про который мой любимый говорит "тяжелый как удар лома", но подумала, что не стоит.
Мой любимый покивал головой, когда я ему пожаловалась, и сказал:
— Это капитализм как он есть. Буржую плевать, надрываемся или нет, лишь были бы деньги. Так что я избегаю по возможности трудового героизма, но не всегда. Хозяйский кошелек это не та ценность, чтобы за его полноту становиться инвалидом, нарушая КЗОТ.
— Я это знаю теоретически, теперь сама ощутила.
— Не печалься, прекрасная умница, лет сто назад было намного хуже, — утешил Саша, еще и по колену стал гладить.
— Машину веди, не отвлекайся, потом будешь ласкать.
— Отлично, ты сама отвлеклась.
— Ой, не надо меня считать слабенькой девочкой.
— Флёр Райдекс! Это по меркам твоей родины ты железная леди. А для местной жизни ты не слишком сильная психологически, — жестко объяснил любимый. -Да, мы приехали.
На второй день, когда уже ехали на базу, Володя Баженов попросил стать у магазина. Потом поворачивается ко мне и говорит:
— Давай вместе сходим в магазин.
— Спасибо, мне не надо, — я отказываюсь.
— Ну, давай, пойдем.
— В чем дело? — я поняла, что Володя что-то задумал. — Говори, как есть, и я сама придумаю, как лучше все сделать.
— В магазин зашла моя бывшая, с которой долго жили гражданским браком. Она как-то неожиданно бросила меня, а потом стала распускать слухи, что я никакой мужик, ни на что не годен. Еще и другим бабам посоветовала со мной не связываться. Можешь деликатно поставить ее на место?
— На словах я ей буду говорить чистую правду, но так, чтобы она мучилась, верить мне или нет. Языком тела введу в заблуждение, но аккуратно, переигрывать нельзя, — я объяснила свой замысел. Не хотелось этого делать, но вот визуальный статус коллеги надо было осторожно поднять.
Заходим в магазин, идя рядышком, Володя первый, я сзади. Он, оглянувшись, взял шоколадный батончик и бутылку минералки, подошел к симпатичной худенькой девушке в черной курточке и синих узких джинсах, выбиравшей себе йогурт. Поздоровались, я сразу спросила нейтральным голосом:
— Кто она?
— Это Таня, моя бывшая девушка. Это Оксана.
— И как у вас отношения? — спросила, помолчав пять секунд, Таня.
— Мы коллеги. Только коллеги, — я ответила, стараясь не выдавать эмоций.
— И как вам вместе работается?
— Нормально, Володя все хорошо объясняет, — я стеснительно улыбнулась. — Тебе какая разница? Вы же разошлись.
— Интересно же.
— Екатерина, если Володя тебя и сейчас волнует, то не стоило расставаться. Ладно, извини, нам пора, — я закруглила разговор и, отводя в сторону Володю, говорю так, чтобы как бы нечаянно услышала Катя. — Выбери печенья, пусть у тебя лежит. Если мой будет вечером занят, у тебя чаю попьем.
— Добро.
А в машине мы долго смеялись, вспоминая отраженное в витрине лицо Тани. А ведь она сама себя обманула, не мы ее. Печенье Володя хотел мне вручить, но я отказалась.
С Вадимом я мало общалась, его Баженов назвал пофигистом. Мой Саша сказал, что в институте такие это обычно тихие троечники.
Гена был намного общительнее. Сначала приглядывался, а потом спросил:
— Оксана, ты где училась драться?
— Неважно, натренировали на всякий случай.
— Ага, хорошо натренировали. Я видел, как ты Котову дала ускорение. Другая девица не успела бы, а ты легко. Откуда?
— Неважно.
— Я служил в спецназе, и вижу, как ты двигаешься. Чем занималась?
— Танцами больше. И немного научили драться. Так, упрощенный курс.
— Ты очень быстрая, Оксана. Если тебя хорошо натренировать, будешь отличным бойцом, даже сможешь выступать на чемпионатах, — объяснил Геннадий.
— Это не моя судьба.
— Ну, как знаешь. Но ты меня удивляешь, я сразу и не поверил, что будешь с нами копать.
— Так надо, пока не настанет время. Мне лучше в этой организации поработать.
— А зачем?
— Отстань от нее, — сказал Вадим. — Тебе не пофиг, кто такая.
— Я, вообще-то, аспирантуру заканчивала, если память не изменяет, археологией занималась в разных местах, — я решила признаться этим ребятам.
— И тут с нами взялась работать, — недоверчиво сказал Вадим. — Я тоже мог бы в офисе работать, но терпеть не могу бумажки.
— Лучше всего чередовать оба типа работы. Это уже проверено.
— Мне и так хорошо, — отмахнулся Вадим.
— А мне тут спокойнее, чем в спецназе, — добавил Гена.
— А мне интереснее работа на свежем воздухе, чем на заводе, — сказал Володя, услышав конец нашего разговора. — И начальства мало над головой.
Закончили мы копать в четверг, и в тот же день еще пробурили две скважины.
В пятницу приехали наши работники с третьего этажа. Невысокий стильно одетый паренек, который пытался выглядеть умным интеллигентным, но я почему-то не поверила. Мужчина лет сорока-пятидесяти, высокий и плотный, женщина лет пятидесяти, невысокая и кругленькая.
Мужчину звали Никита Никитович Петров, а женщину Екатерина Матвеевна. Они, собственно, и были обследователями, а этот паренек, Ваня Смирнов, водитель. Первые двое нормально поздоровались, а Ваня нам сказал:
— Привет землекопам.
— Может, и профессора археологии считаешь землекопом? — я спросила, не оценив приветствия.
— Слышь, умник, сейчас тебя самого закину в шурф вниз головой, — добавил Гена.
— А что, разве не так?
— Ваня, ты ничуть не умнее тех казацких певцов, которые поют что видят, не думая башкой, — объяснил Володя. — Мы вообще-то буровая бригада, которую озадачили шурфами.