Пожимаю плечами. Наверное, ядерный удар, раз это база морской пехоты. Или штурм отрядами китайцев, идущих к Вашингтону, на который надпись на дорожном указателе о том, что до базы морской пехоты Куантико столько-то миль, подействовала как красная тряпка на быка, после чего был яростный штурм базы, и там остались только трупы её защитников, сумевших на сколько-то часов задержать рвущиеся к Вашингтону соединения китайской армии. Свои мысли собеседнику озвучивать не стал.
— Ладно, когда мне передашь крышечки?
— Да хоть сегодня.
— Хорошо. Я и остальные парни внутрь Ривет-Сити не вхожи, потому сходи и принеси крышечки сам. Тот из наших, кто туда вхож, сейчас отсутствует и прибудет не скоро.
— А ты не боишься назначать цену? Вдруг, когда твои приятели появятся, они скажут, что ты продешевил, и надо платить четыре тысячи крышечек, а то и все пять.
— Не скажут. — Джошуа отрицательно мотает головою. — Расценки за наши услуги твёрдые, меняются редко. Как только получу крышечки, гонец отправится в Мэллоуз Бэй.
— Последний вопрос — а сюда ты зачем меня привёл?
— На рынке много лишних ушей. — Джошуа снисходительно улыбается. — И так все будут интересоваться, зачем супермутанту понадобились услуги "лодочников". А тут мы обговорили наше дело в тишине, никто не мешал и не грел уши при нашем разговоре.
— Но ведь потом все всё равно узнают...
— Это будет потом. — Припечатал Джошуа. — А сейчас я хочу видеть твои крышечки.
— Скоро увидишь.
— Жду.
Не став томить Джошуа долгим ожиданием, сходил, по ходу на рынке купил большой кожаный мешок за тридцать крышечек, в который, отсчитав, насыпал нужное количество крышечек. После того, как нужное количество крышечек оказалось в мешке, затянул горловину, выйдя из номера, закрыл его и отнёс мешок с крышечками Джошуа.
Сколько взглядов различного содержания я принял, пока нёс его по палубам и через рынок — можно только догадываться. Но донёс мешок с крышечками благополучно, сдал его Джошуа из рук в руки, и, получив заверение, что всё будет в порядке, ушёл к себе.
Чёрт побери, деньги, то есть крышечки, текут как вода сквозь пальцы, а результата пока что нет.
Потянулось ожидание. От Пинкертона ещё никто за крышечками не приходил. Зато пришло сообщение из Мегатонны, где волновались за меня, мол, чего там. Подписано Мойрой Браун и Лукасом Симмсом. Пришлось оплатить сеанс связи и доложиться, что со мною всё в порядке, просто изготовление и подготовка нового доспеха требуют моего личного присутствия на месте. Заодно проплатил своё проживание на месяц вперёд.
Наладился контакт с Верой Уизерли через тему прошлого. Она уже дважды приглашала меня отобедать в свою компанию. Я рассказывал ей о жизни людей, какой она была двести лет назад(мудро не уточняя, что не в этом мире), а она мне о жизни в Ривет-Сити. Действительно, присесть на уши и поделиться свежими сплетнями она любит, и в этом отношении от своего игрового двойника не отличается. Сигрейв Холмс, узнав об этих визитах, снова начал дуться на меня.
— Перестань, Сигрейв! — Осадил я его. — Я для неё сейчас просто новая игрушка. Ну и простое женское любопытство, разожжённое возможностью поговорить с живым свидетелем, который помнит, каким был мир до того, как атомное пламя испепелило цивилизацию.
Не знаю, успокоился ли он, но вроде как ворчать и смотреть на меня искоса перестал.
Я каждый день выходил на внешний рынок, что бы получить информацию от Джошуа, но он только пожимал плечами — "Ещё не прибыли".
Прибыли "лодочники" на четвёртый день, злые как яо-гаи, привезя раненых и убитых. Столкнулись с конкурентами, едва не попав в их засаду. Как оказалось на реке промышляет довольно много народу, и при первой же возможности пускают друг другу кровь. К счастью потери были некритичными, и "лодочники", навербовав себе недостающее количество народу, закупив запасы и отремонтировав своё оборудование, сообщили через Джошуа, что ждут меня.
Уведомив Мистера Бэкингема, что на несколько дней я отлучусь и прошу не занимать моё жилище, я отправился искать сбитый двести лет назад китайский самолёт, лежащий на дне реки.
Поиски нам предстояло проводить на самоходной барже, на борту которой было белой краской написано название "Andromeda" крупными неровными буквами. Меня встретили без улыбок и дружеских объятий, но и вслед не плевали. Экипаж состоял из двух десятков народу, это вместе с нанятыми людьми взамен раненых и убитых, капитан отзывался на имя Рэй Доусон, имел вид моряка, малость подгулявшего в порту, но экипаж, даже наёмные, слушались его беспрекословно.
Пришвартована "Андромеда" была чуть дальше Ривет-Сити, где был специальный причал для таких плавсредств.
Баржа была серьёзно переоборудована. Так её рубка управления была закрыта стальными плитами, на барже было три пулемётных гнезда, одно на носу и два ближе к корме, по бортам, причём в одном из них торчал гатлинг. Ближе к носу была крановая установка, это я так понял, для подъёма грузов. Борта были нарощены, в них были бойницы, а большая часть палубы была закрыта крышей из стальных листов, а вдоль борта изнутри идёт ещё одно ограждение. Судя по сварным швам и неровным кускам листа в разных местах покрытия, баржу эту не раз и не два обстреливали. Но раз до сих пор плавает, то огрызаться у неё получается удачно.
Расспросил у капитана Доусона о корабле, мол, давно не приходилось бывать на кораблях(слова "плавать" и "судно" решил не говорить, а то ещё обидится, заявив что плавает дерьмо в проруби, а в судно по маленькому ходят), не говоря уже о речных, чем немного расположил его к себе.
Это была старая довоенная самоходная речная баржа, тип DRW-80, сухогруз, грузоподъёмность 1300 тонн. Баржа имеет простую конструкцию и двойное дно. Толщина корпусных элементов 10-30 мм, что позволяет такой тоннаж обычно не ремонтировать вообще. Интересно отметить, как капитан сказал, "что эксплуатация допускается даже при наличии повреждений корпуса, если последние не приводят к большой водотечности". Осадка всего 4,26 фута(130 сантиметров), поэтому погрузка всяких грузов на борт может осуществляться практически в любых условиях. Вполне достаточно ровной береговой линии с глубиной прибрежной зоны от полутора метра и выше. Два мощных электродвигателя, запитанных от маленького реактора, позволяют барже двигаться со скоростью до 10 узлов(сколько это километров в час — без понятия).
На борту есть лебёдки, компрессор, кран-балка, водолазное оборудование. Последнее благодаря мне отремонтировано, потому проблем с подъёмом чего-либо со дна реки возникнуть не должно.
— Капитан, а точно проблем со швартовкой возле второго куска Ривет-Сити не будет? — Усомнился я, глядя на довольно-таки немалых размеров старую баржу.
— Не бойся, супермутант, не первый раз так делаем. — Усмехнулся бывалый морской, точнее речной, волк. — Всё договорено и кому надо переданы крышечки. Теперь слушай меня: внутрь корабля не лезь, нечего тебе там делать. На мостике тоже. Место для твоего проживания оборудовано на палубе под крышей, разве что стоять во весь рост не сможешь, но уж извини, переделывать времени не было. Можешь вон туда выходить разминаться. Питаться будешь с нами, и готовить тебе не будут отдельно, благо с продуктами проблем нет, ты всё честно оплатил. Если нападут — помогаешь отражать нападение. Во время работ под руку парням не лезь, ты просто пассажир. В остальном ты ничем не стеснён.
— Хорошо, капитан, я понял вас. Постараюсь не доставлять проблем.
— Уж будь добр и не заставляй моё мнение о супермутантах стать ещё хуже. А сейчас покажи, куда отправляемся.
Включаю "ПипБой", и загрузив карту с отметкой местонахождения самолёта показываю её Доусону. Тот смотрит, спрашивает можно ли из менить масштаб карты и подвинуть её, я показываю как, и продолжаю держать "ПипБой" перед ним, пока он привязывается к местности.
— Ага, Анакостия значит... Так, вот тут фарватер... Этого моста нет... Вот значит, к чему привязка... А мы ведь тут не раз были... А оно вон как... И вот тут... Национальный музей военно-морского флота США... А ведь совсем рядом мы тогда подняли, да... Всё, убирай, я понял где это.
Убираю руку, деактивирую "ПипБой" и вопросительно смотрю на него.
— Мне это место знакомо, мы там пару раз ныряли, по молодости подняли там с ребятами одну штуковину, нам за неё тогда аж больше десятка тысяч крышечек отвалили. Это рядом с Национальным музем военно-морского флота США. Самого музея нет, как и его экспонатов. Придётся понырять, но глубина там сравнительно небольшая, так что за день должны справиться. Дно, правда, илистое, но ничего страшного, шланги есть, размоем. Ступай к себе, мы отправляемся.
Отправление прошло без всяких эффектов. Баржа дала длинный гудок, палуба едва заметно задрожала, и видимая мне часть берега стала медленно сдвигаться.
Тут меня подёргали за руку, оборачиваюсь, рядом стоит молодой парень.
— Пошли, покажу где будешь жить.
Под жильё мне отвели хороший кусок палубы, на который уложили толстый матрас, набитый какими-то сухими водорослями, подушку с набивкой из тех же водорослей и грубое одеяло, которым можно было накрыть аж двух супермутантов. Всё это добро имело ремни, что бы, как мне пояснил мой сопровождающий, скатать это добро в рулон, увязать и привязать к скобам на палубе. Или к ним же привязать, когда задувает сильный ветер и сквозняки закатывают одеяло с ног на голову. Рядом находился стальной ящик для вещей.
Он показал мне, что и как делать, после чего потренировал меня в складывании спальных принадлежностей. Ничего мудрёного там не было, управился быстро. При хождении под крытой частью палубы приходилось почти приседать, всё же крыша делалась с расчётом на рост просто высокого человека, а не супермутанта. Потом мне показали камбуз и место приёма пищи, мой боевой пост, который я должен буду занять в случае боевой тревоги и нападения на баржу, отхожее место, оно же гальюн и познакомили с присутствующими людьми.
Были как мужчины, так и женщины. В их глазах светились любопытство и опаска. Некоторые были без оружия, что для меня было непривычно, так были мы среди Столичной Пустоши, а не в безопасном месте вроде Ривет-Сити или Мегатонны. Спросил на счёт отсутствия оружия, пояснили, что среди реки, рядом с Ривет-Сити, вряд ли кто-то начнёт бой или абордаж. Да и свои все тут, кроме меня. Зато меня уверили, что могу свои вещи оставлять там, где сплю, никто их не тронет.
После представления экипажу, я вышел на нос баржи, где не было крыши, уселся рядом с пулемётным гнездом на какой-то старый контейнер, как раз моя голова немного возвышалась над ограждением борта и стал наслаждаться видами на берега реки. Правда вскоре мне это надоело, но чем себя занять я не знал, потому просто сидел и пялился на пейзажи вдоль берегов реки, которые составляли груды руин, поросших различной растительностью.
Плыла наша посудина неспешно, придерживаясь середины реки. От этого неспешного плавания, монотонных звуков бьющей в борта баржи речной воды, речной ряби и однообразных пейзажей я вскоре стал зевать и меня начало клонить в сон.
Не став сопротивляться желанию задремать, вернулся к своему месту для отдыха, по пути попросив меня разбудить, как прибудем к месту поиска, разувшись, улёгся на шуршащий матрас и накрылся одеялом. Сон пришёл практически сразу.
Проснулся от того, что меня зовут и толкают в плечо.
— Силён ты спать, супермутант Джеймс! — Весело скалясь, сказал разбудивший меня молодой парень. — И храпеть тоже. Прибыли, капитан тебя зовёт.
Встаю, обуваюсь, убираю постель, иду с терпеливо ждавшим, пока я не закончу дела, парнем к капитану.
Тот встретил меня возле трапа, который вёл в рубку управления. Попросил ещё раз открыть карту на "ПипБое", что бы точнее сориентироваться. Открыл ему карту.
Посмотрев, он отпустил меня и отправился в рубку. Слышу, начали что-то мерять, пошли в ход какие-то термины. Поскольку я всё равно ничего не понимал и ни на что повлиять не мог, то отправился на камбуз узнать на счёт покушать. Там на меня немного поворчали, но сказали, что обед я проспал, а ужин будет, когда начнёт темнеть.
Тем временем "Андромеда" начала совершать какие-то манёвры, после чего стала ближе к правому берегу, бросив якорь. Вышел на свободное место, осмотрелся — ничего нового всё те же слегка заросшие руины и больше ничего.
Тем временем началась суматоха, люди забегали, начали вытаскивать какие-то канаты, шланги, появились баллоны с сжатым воздухом, гидрокостюмы. Сижу в сторонке, с любопытством смотрю на эту суматоху, и хотя очень хочется расспросить, что же они делают, под руку не лезу.
Но вот постепенно рабочая суматоха улеглась, в борту открылся проём, куда спустили прочный верёвочный трап, после чего два человека принялись обряжаться в гидрокостюмы аквалангистов, на них цепляют баллоны, что-то делают, проверяют, и вскоре они один за другим спускаются под воду. Из вооружения у них только ножи. Вскоре снаружи раздаются удары по корпусу, и тут же один из экипажа спускает им за борт фонари для подводного плавания и какой-то тючок.
Как не подмывает меня спросить, что да как, сдерживаю себя, хотя любопытство захлёстывает меня с головою. Но капитан Доусон, видя моё поведение и горящие любопытством глаза, смилостивился и не стал держать меня в неведении, снизойдя до пояснений.
— Вижу, что интересно. Даже удивительно, что ты не лезешь под руку и не пристаёшь с расспросами. Обычно рано или поздно все начинают задавать вопросы, мешая подготовке. Так вот, ничего такого нет. Парни сейчас спустились под воду, что бы определить степень опасности — вдруг тут болотники ошиваются, или ещё какая гадость плавает. Потом они обследуют дно, и если что-то интересное найдут, установят там буй. Самолёт, скорее всего, мы сегодня не обнаружим, если его сильно илом затянуло или водорослями оброс, зато обозначим места для поисков и завтра их все проверим более тщательно. Если не найдём — повторим поиск. Если найдём— подгоним нашу малышку поближе, после чего спустим под воду шланг и размоем ил вокруг самолёта твоего. Потом подведём под него стропы и будем поднимать. Полагаю, что вес у него не большой, тонн 10-15. Мы уже поднимали раньше самолёты, вернее не мы, а ещё предки наши, так что знаем, что и как делать. Разместим его на палубе, места хватит.
— А если вес больше? Или не поместится на палубе? — Осторожно спрашиваю я. — Мы ведь не знаем, что это именно за самолёт.
— Даже если он в два раза тяжелее, мы всё равно его поднимем. И не такое поднимали и возили. — Немного хвастливо заявляет Доусон. — Так что не переживай. Мы, "лодочники", всегда отрабатываем свою часть договора. Особенно, если заказчик заранее выполнил свою. Иначе с нами просто никто не станет иметь дела. О, смотри первый буй! Что-то парни на дне увидели, что им показалось интересным, и отметили это место установкой буя.
На воде качался ярко-оранжевый шар.
— Рэй, а почему вас называют "лодочники"? Я же вижу, что вы не на лодках плаваете?
