Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Проклятый (общий файл)


Опубликован:
13.01.2011 — 10.06.2011
Аннотация:
  На руинах ушедшей цивилизации теперь совсем новый мир. И он наполнен уже не техникой и ограниченными умами, в нем теперь властвует ментал. Что же ищет на этой опасной земле проклятый? Внимание, произведение ЗАКОНЧЕНО. Оно уходит на тщательную доработку и корректировку, буду внимательно выковыривать все нелепости, ошибки и опечатки. Поэтому, большая просьба к моим читателям - помогите. Помогите с редакцией истории о проклятом своими комментариями и критикой. Я буду очень вам признателен.
 
↓ Содержание ↓
 
 
 

Проклятый (общий файл)


1.

Ник брёл по широкой пыльной дороге и смотрел только вперёд. Жара стояла неимоверная, но, несмотря на это, он был одет не по-летнему тепло. На нём висел старый серый плащ, весь потёртый, кое-где заштопанный кожаными заплатами, на голове — невысокая шляпа с широкими полями, кидавшими тень на лицо. Вокруг шеи был повязан старый колючий шарф, закрывавший даже часть подбородка. Сапоги, выставлявшиеся из-под плаща, тоже не отличались новизной — каблуки стоптаны, носки потёрты, в одном месте даже прожжены насквозь.

Из-под шляпы выднелись тёмные сальные волосы, спадавшие на плечи и забивавшиеся под шарф. Сапоги поднимались и падали в дорожную пыль...

Но всё-таки одна вещь в его нехитром скарбе не была испещрена знаками долгих лет непростой жизни. Это меч. Он лежал в очень старых коричневато-красных кожаных ножнах, висящих за широкими плечами, и ярко сверкал рукоятью в полуденном солнце. Эфес был перетянут чёрной материей, на перекрестье его красовался сложный рисунок, напоминавший руну, очень похожую на вспышку молнии. Длинное лезвие, невидимое под ножнами, было многократно начищено до синеватого блеска, по всей длине был протянут глубокий жёлоб.

"Не думать о жаре, забыть про неё и не вспоминать. Как же не вспоминать, если она вот, здесь, мучает тебя? Скинуть бы с себя этот плащ, остудиться хотя бы на минуту, но город близко, ИХ могут увидеть случайный глаз или "безликие", тогда проблем не оберёшься". Тяжёлые сапоги всё так же поднимались и падали в дорожную пыль.

Солнце стояло в зените и палило так сильно, что, казалось, можно было бы зажарить свежий окорок, просто вынув его из тени и повертев как на вертеле. А Ник так давно не ел мяса, сочного вкусного мяса, какая уж там свинина, поймать бы хоть змею какую завалящую, да попрятались все в норы — ждут ночи, а с ней — прохлады.

"Не думать о еде! В этой дьявольской пустыне и свихнуться недолго, пыль надоела, жара надоела, эти чёртовы сухари с полупротухшей водой уже столько дней подряд: всё надоело! Ну, ничего, город уже рядом, я почти дошёл. Наверняка, он сейчас покажется вон за той большой дюной, ещё час пути и я увижу его". Сапоги падали на дорогу и оставляли за собой длинную вереницу следов. Ника этот факт совершенно не заботил: он ни от кого не прятался и никого не боялся. Вид у мужчины и вправду был устрашающ: серое привидение, плывущее по дороге но, слава Гану, оставляющий следы, с больше чем метровым мечом, поблёскивавшим недоброй синевой из-за широкого плеча — встреча с таким парнем не предвещала ничего хорошего любому агрессору.

"Сколько же можно, дюну я миновал, а города всё нет и нет". Ник достал старый пожелтевший пергамент, на котором была карта, и стал сверяться, водя по нему закутанным в перчатку пальцем.

"Ага, всё верно! Вон то старое трухлявое дерево с тремя стволами, сходящимися воедино. На карте оно прямо под стенами города, никаких сомнений: я почти дошёл..."

Его внутренний монолог прервало большое облако пыли, двигавшееся с той стороны, с которой уже определённо находился город. Оно плыло с большой скоростью, увеличиваясь в размерах, и через пару минут стали различимы небольшие фигурки на фоне серой пыли. Без сомнения, это были люди. Они быстро приближались, и вот обрели чёткие черты: руки, головы, колёса... Колеса? Пришельцы ехали на дреггах, небольших двухместных машинках с крохотной и полностью открытой кабиной. Присутствовало только небольшое стекло, защищавшее пилота и единственного пассажира сзади от вездесущей пыли, актуальное в здешней местности. Приборная панель содержала руль, выгнутый буквой "С", но повёрнутый кверху, паз для штыря соединения, служащего замыкающим элементом в несложной электрической цепи, и маленький бегунок — регулятор подачи энергии из батареи. Под ногами пилота находилась единственная педаль обесточивающего контакта, способного остановить машину в любой момент движения. Снаружи под лобовым стеклом блестел на ярком солнце солидный стальной бампер, защищавший не менее солидные выпирающие колёса от повреждений во время столкновения. Именно из-за таких массивных колёс дрегг казался очень плоским и практически никогда не переворачивался. Всего этого Ник, конечно, не мог видеть, но знал прекрасно, доводилось кататься.

Пыль скрипнула на зубах от напряжения, во взгляде путника появился невидимый доселе недобрый огонёк.

"Ну вот, всё-таки нарвался. Эти по голове не погладят и воды мне не предложат. Особенно вот тот, посередине, наверное, лидер. Да и остальные тоже здоровяки". Приближающиеся и впрямь были атлетически сложены, мышцы бугрились на их руках и, казалось, на шее. Все были наголо выбриты и поджары. На мускулистых телах плотно сидели широкие кожаные куртки, доходящие до пояса, но не прикрывающие толстенных рук. Поскольку все сидели в машинах, заметить то, что у них на ногах Нику не удалось.

Вожак определённо указал на него и крутанул рукой, очевидно, приказал окружать. "Ну, это мы ещё посмотрим, кто кого",— подумал Ник и стащил со своей руки старую перчатку. На тыльной ладони красовались шрамы — пять или шесть, складывающихся в необычный рисунок — точную копию того, что был на его мече. Это не дешёвая татуировка кожаного цвета, шрам был самым настоящим и выглядел вырезанным искусственно, так аккуратно и точно располагались линии. Лицевая же сторона ладони была цела, только блестела от проступающего пота. Ник кинул взгляд на пришельцев, до которых оставалось метров сто, и, подумав, снял вторую перчатку, небрежно сунув её в карман. На левой ладони оказался ещё один разрез, но теперь уже с другим рисунком: внутри шрама идеально круглой формы были два прямоугольника в виде маленького молоточка.

В голове Ника быстро промелькнула мысль, что из-за этой назревающей стычки может пойти крахом всё его предприятие, но она быстро улетучилась, уступив место напряжению перед боем. Можно было бы попробовать этого избежать, но, во-первых, он уже снял перчатки, и сомнения что их увидят, уже не оставалось, а во-вторых, ТО, чем он обладал, здесь не жаловалось и, увидев ИХ, им всем придётся умереть. Выхода нет, путник вынужден драться!

А пришельцы на дреггах всё приближались, не подозревая о том, что Ник уже решил их судьбу за них, да и они посмеялись бы, наверное, узнав, что тот бродяга в каких-то рваных обносках, даже без брони, совершенно уверен в своих возможностях, убить девятерых сильных и притом вооружённых людей. "Правда, меч его впечатляет даже отсюда, но мы то тоже не из песка сделаны, чтобы рассыпаться от страха при виде врага".

Когда до него оставалось метров пятьдесят, две крайних машины повернули вбок и стали объезжать Ника сзади, а три оставшиеся подкатили поближе и остановились на расстоянии двадцати шагов. Из центрального дрегга вышел здоровенный детина, как и предполагал Ник, главарь и пошёл к нему неторопливым, но уверенным шагом. Вожак был выше всех остальных где-то на полголовы и шире в плечах раза в полтора. На вид ему было пятьдесят, может чуть меньше, но морщин на лице не было. Его крючковатый нос очень сильно загибался и придавал вожаку вид какой-то хищной птицы. Щёки немного впавшие и сильно портили этим всё лицо. Глаза же наоборот убивали всё отвращение к впалым щекам, в них читался опыт и самоуверенность — два качества, по мнению Ника, взаимообратные.

На поясе у вожака висел начищенный до блеска боевой молот на длинной слегка изогнутой ручке.

"Нездешний", — обратил внимание Ник — "Здесь таких не делают, скорее всего, с севера...".

— Эй, ты, — пророкотал вожак своим громким хриплым голосом, остановившись от Ника в пяти шагах, — кто ты такой, зачем идёшь в наш город?

— Я простой путешественник, иду в ВАШ город, чтобы пополнить запасы воды и провианта, — Ник сказал слово "ваш" с плохо скрываемым сарказмом. Руки у него были в рукавах, но они тихонько вздрогнули и поползли наружу — все остальные "ребята" подошли к нему и остановились, оставив его в центре круга.

— Мы не терпим у себя наглецов, таких как ты, но пожалуй смогли бы пропустить за небольшую плату, — он потихоньку высвободил молот, и все сделали то же самое.

— Твой меч, уж больно он хорош для тебя, ты отдашь его мне, — "ребята" вокруг него загоготали, и только сейчас Ник обратил внимание на их одинаковые тупые рожи.

— А что если я откажусь от вашего "милого" предложения?

— Тогда ты, пожалуй, останешься здесь навсегда, а меч мы заберём сами, выбирай, бродяга ...

— Но разве ты сам настолько слаб, чтобы забрать у меня его в одиночку, "бродяга"...

Лоботрясы вокруг удивлённо загудели, и их тупые взгляды устремились на своего вожака. Его лицо медленно налилось кровью до самой макушки, голова вытянулась на шее, приближая его как можно ближе к незнакомцу, посмевшему дерзить ему. Верзила сделал знак всем отойти и ещё крепче сжал в руке своё оружие.

— Нет, я не слишком слаб, чтобы снести голову какому-то выскочке, готовься к смерти, наглец.

— Смотри, не промахнись, — холодно выдавил из себя Ник, и его рука скользнула к ножнам за плечами.

Враги встали друг напротив друга, их взгляды скрестились, вожак перехватил молот поудобнее, заплечный мешок упал в придорожную пыль, меч Ника смотрел здоровяку прямо в сердце...

Первый выпад сделал лидер, он широко размахнулся и опустил свою булаву прямо на Ника, точнее на то место, где тот раньше стоял. Нырок был простым и показно небрежным, серый плащ просто возник за спиной у агрессора, как будто там всегда и находился. Бугай не заставил себя ждать, и молот с лёгкостью, словно весил не больше килограмма, вспорхнул в воздух и рванулся в сторону Ника, но за секунду до этого из плаща вынырнул старый потёртый сапог, спокойно прогулялся по верхнему продолжению ног своего врага, и вожак снова потерял фигуру из виду.

Вдруг бугай сделал длинный кувырок, резко развернулся и замер в угрожающей позе. Ник тоже остановился и посмотрел на своего соперника. Здоровяк впился в него испепеляющим взглядом, словно хотел сжечь на месте, глаза налились кровью, губы побелели от напряжения, но сквозь них, полная ненависти вылетела только одна фраза: "Я убью тебя, оборванец!".

С этими словами бугай снова ринулся в атаку и резко крутанул молотом вокруг себя. Нику стоило больших усилий отвести чужое оружие в сторону, он проскочил под рукой здоровяка и в полсилы ударил по прямому, блестящему от пота и лысины, затылку. Но голова у вожака, как показалось, была сделана из стали, и обычно заканчивающийся потерей сознания удар был просто небольшим тычком, заставившим соперника немного податься вперёд.

И тут произошло то, чего Ник никак не ожидал. Слишком бодро развернувшийся противник кинул в него своим молотом, заставляя его тратить время на отклонение довольно быстро летящего снаряда, а сам, ни секунды не медля, полетел следом, выставя вытянутые ноги вперёд. Лихо заставляя молот полететь в другом направлении своим мечом, Ник уже не успевал среагировать на летящую тушу и всё-таки получил критический удар в живот. Он пролетел пару метров по воздуху и гулко шмякнулся на спину, но, не теряя контроля, перекатился через голову и, замер в хищной позе, выставив длинный меч перед собой. Дыханье на мгновение перехватило, и этот факт толкнул бившуюся в голове мысль, что хватит играть в поддавки и прятки, надо действовать в полную силу.

Вожак к этому времени уже подхватил свой молот, и он легко и со свистом рассёк накалившийся от жара схватки воздух. Ник кинулся на врага, но боевая часть молота уже двинулась к его голове, что заставило мечника резко присесть и перекатиться через плечо. Вторично оказавшись за спиной противника, Ник, наконец-то, не стал отвлекать или злить своего и так уже в меру разъяренного противника, а просто и от души рубанул его наискось по ногам. Кровь брызнула на песок фонтаном, и вожак с грохотом упал на землю, чуть не примяв под собой победителя. Верзила не издал не единого звука, плотно сжав губы, но на лице его отразилась боль и мука.

— Ты проиграл, сдавайся, — бросил Ник, глядя вожаку прямо в глаза, — Тогда я сохраню тебе жизнь, — меч коснулся горла поверженного противника.

— Вокруг тебя мои люди, глупец, ты не уйдёшь отсюда живым.

— Неужели ты такой плохой командир, что хочешь положить здесь и своих людей.

— О чём ты говоришь, безумец, восьмерых тебе одному не убить.

Ник, наконец, разжал кулак левой руки и продемонстрировал вожаку свою ладонь, на которой был шрам в виде молоточка внутри круга. Кроме него этого никто не видел. В глазах у здоровяка замер первобытный ужас, страх его был искренний и всепоглощающий.

— Убейте его, он, он проклятый..., — этот крик застрял у него в горле вместе с мечом Ника, но в отличие от него предсмертному воплю было не суждено когда-либо оттуда выскользнуть.

Длинное лезвие вышло из горла своей жертвы так же легко, как и вошло, и, взлетев над головой своего владельца и описав широкий круг, замерло в оборонительной позиции. Его новые враги лишь мгновение смотрели в остекленевшие глаза своего предводителя, распластавшегося в дорожной пыли, и, замахнувшись мечами и топорами, кинулись на Ника. Рассуждать в ситуации, когда на тебя бегут восемь здоровых вооружённых людей с явным намерением убить, было некогда, и он сделал то, что планировал сделать, только завидев вдали пыльное облачко своих врагов. Ник поднял меч высоко над головой и сказал негромко, но чтоб слышали все: "Тандер". Ослепительная вспышка заставила врагов зажмуриться на мгновение, а после этого они увидели свою смерть, и зрачки их расширились от страха. Синевато-чёрная фигура стояла между здоровяками, а в руке у неё сверкал молниями длинный неширокий меч. Сквозь тыльную сторону правой ладони Ника очень чётко просвечивал узор и сливался с идентичным ему на эфесе. То и дело между лезвием и глазами проскакивала яркая искра.

Светящаяся фигура слепила глаза и вселяла истинный ужас в сердца врагов. Бугаи замедлили движение и теперь прикрывались рукой от яркого света, всё же стараясь не упускать из виду своего противника.

Ник не стал позировать перед врагами, сразу приступил к активным действиям: теперь, когда они ИХ увидели, уже никого нельзя отпускать. Если весть о том, что в городе находится проклятый, долетит до слуха личной бригады местного правителя, за ним придут не девять человек, и тогда, дай Гану, только ноги унести. Как он и думал, придётся убить всех. Отпустить с честным словом, что они никому не расскажут об увиденном, Ник не мог.

Светящаяся фигура кинулась на врага, стоящего ближе всех. Бедняга даже поднял топор для блокировки рубящего удара, но "громовой" меч с лёгкостью рассек стальное топорище, толщиной в пять сантиметров, взлетел вновь и, на этот раз, опустился на шею незадачливого и безоружного вояки. Окровавленная голова покатилась по земле и остановилась, подняв небольшое облачко пыли. Это ничуть не замедлило Ника, и меч уже летел к следующей цели. Взмах, секущий удар, отрубленная рука отделилась от своего бывшего владельца, оглушительный крик, тычок в сердце, и враг умолк навсегда. Следующих четверых Ник убрал с такой же легкостью, что и двух предыдущих, оставив кого без руки, без ноги, но непременно мёртвых.

Двое оставшихся вояк уже смекнули, что положение у них критическое, и кинулись к стоящим кругом дреггам. Ник не успевал их перехватить, они могли вот-вот улизнуть, а бегом ему за верзилами точно не угнаться. Меч, брошенный лезвием вперёд, пролетел метров десять и воткнулся здоровяку между рёбер. Его лицо выразило недоумение, и он гулко упал на землю. Оружие кончилось, остановить последнего было нечем...

"Хедпанч". Из вспыхнувшего на левой ладони шрама в виде молота вылетел сгусток синеватого пламени и ударил в голову уже садящегося в дрегг последнего врага. Моментальная смерть — после такого не выживают.

"Кха-кха-кха",— громкий хрипящий кашель раздался у колёс одного из дреггов. Там лежал здоровяк с пробитой грудью и торчащим оттуда мечом. Он отплёвывал кровь в дорожную пыль, под ним образовалась небольшая красная лужица — бугай умирал.

"Кха-ха-ха",— парень засмеялся каким-то гавкающим и неестественным смехом, обнажив алые от крови зубы, — " ты никуда теперь не денешься, чужестранец. Нас хватятся через сутки, и тогда тебя достанут из-под земли, наши братья перевернут весь город в поисках проклятого, а уж то, что это именно проклятый они узнавать умеют..., кха-кха-кха, можешь не сомневаться. А когда наши братья найдут тебя, то убьют самой мучительной смертью, которую ты можешь себе представить, тебе останется только просить их сделать это побыстрее. Кха-кха-кха...". Лицо здоровяка изобразило гримасу боли, голова откинулась назад, а в следующее мгновение всё его тело замерло навечно.

Всю эту предсмертную речь Ник выслушал, не проронив ни слова, угрозы умирающего не тронули его ни сколько, а после того как глаза здоровяка закрылись навсегда, он просто подошёл к бездыханному телу и холоднокровно выдернул меч, предусмотрительно вытерев его об одежду трупа.

Обыскав карманы трупов и машины, проклятый разочаровано сплюнул — только немного воды и бесполезный хлам. Видимо, ненадолго выехали из города.

Следующие минут пятнадцать Ник стаскивал все тела, и обрубки в одну большую кучу. Она получилась метра три в вышину, и если оставить её вот так, то она непременно начала бы вонять. Ник отошёл подальше, развернулся и тихо прошептал: "Фейберн". Его левое плечо заискрилось и засверкало прямо сквозь одежду, в отличие от двух предыдущих заклинаний это не требовало оголять ту часть тела, на которой находится шрам. Груда трупов вспыхнула ярким зеленоватым пламенем, испепеляющим мёртвую плоть с поразительной быстротой, но не дающим никакого дыма. Последнее действие отобрало у Ника последние силы, ему было необходимо срочно отдохнуть, но только не рядом с этим отвратительным зрелищем. Серая фигура медленно подняла свой заплечный мешок и поплелась в ту сторону, откуда приехали горе-рекетиры. Дрегг Ник брать не стал, его могли узнать в городе, и тогда мысль о местонахождении его владельца могла прийти в голову горожанам ещё быстрей, чем нужно. Как только мрачная фигура зашла за ближайший холм, кошмарный похоронный костёр потух в ту же секунду, оставив под собой только обугленные скелеты.


* * *

Ник сошёл с дороги и побрёл дальше от костровища. Через несколько минут он нашёл место, где невысокий, но крутой холм отбрасывал тень на маленькую низину. В ней было прохладно и комфортно. Недолго думая, Ник повалился прямо на землю и уснул моментально.

Он бежал по полю. Повсюду кипела битва. Никого из людей он узнать не мог, да и себя не опознал, мельком кинув взгляд на тело. Ник оказался маленьким коренастым человеком, закованным в латы смольно-чёрного цвета с потрясающим мечом в руках, но не похожим на его собственное "громовое" оружие. Непонятно почему он убегал, и этот вопрос заставил его обернуться и узнать причину собственной трусости.

Ник оцепенел от ужаса. За ним гналась гигантская фигура около четырёх метров ростом в странной стальной броне, с гигантским шипованным кулаком. И что самое ужасное, у этого монстра было его, Ника, лицо. Чудище открыло рот, видимо собиралось что-то крикнуть, но тут...

Яркое утреннее солнце било ему в глаза. Широко распахнув их, Ник ещё мгновение соображал, где он находится, но, живо вспомнив события вчерашнего дня, проснулся моментально. Факт убийства им девятерых человек не трогал проклятого, но в душе скребли кошки сомнений, не хватились ли их на самом деле, и сможет ли он проникнуть в город. В любом случае необходимо было действовать, сидя на солнышке проблем не решить. Ник, быстро позавтракав остатками припасов из своего мешка: немного сухарей и воды, бодро встал и твёрдым шагом направился в сторону дороги.

На входе в город точно будет стоять стража. Они заставляют всех проходящих закатывать рукав левой руки до локтя. Ник прекрасно знал это и знал, зачем это делается. У каждого магиума, здешние называют таких проклятыми, присутствуют диспы, шрамы в виде какой-нибудь фигуры или образа. Вчера днём устроил отличную демонстрацию парочки самых любимых и наиболее часто используемых им диспов. Получилось впечатляюще. Но у них был один серьёзный минус: получив такой шрам на своём теле от них было невозможно избавиться навсегда, только спрятать. При мысли об этом Ник повыше поднял шарф и поправил ворот плаща. Соответственно отличить магиума от обычного человека было очень легко. К тому же для этого не надо было рыскать по всему телу в поисках маленького шрама. Достаточно просто посмотреть на правую руку пониже локтя. Дело в том, что для работы всех прочих диспов магиуму необходима была, так называемая, магическая метка. Она ставилась на вену правой руки, и без неё ни один дисп не работает, будь ты хоть весь порезан на кусочки. Эту магическую метку обычно и ищут охранники на входе.

Вообще в городе, куда он направляется, страшно не любят, а потому и боятся, проклятых. Они считают, что все, кто носит на теле такой шрам, является посланником тьмы, кроме, естественно, электриков, людей посредством диспов добывающих электричество на благо своего народа.

Но Ник на этот счёт совсем не беспокоился, он всё продумал и подготовил. Всё должно пройти как по маслу.

Вдруг он вспомнил о своём сне. Странный фрагмент какого-то сражения, он в теле другого человека и этот монстр с его лицом. Может это какое-то предзнаменование? "Поживём — увидим", — решил он и также бодро зашагал по пыльной земле.

Проклятый, наконец, вышел на дорогу и, преодолев пару холмов, оказался перед городом. Он находился километрах в трёх от него, и походил на большого червя, растянувшегося вдоль горизонта. Чёрные отвесные каменные стены с пробитыми в них бойницами окружали город по всему периметру, оставляя только ворота и, по карте Ника, небольшой задний выход. Стояли стены прямо посреди обширной степи с ярким палящим солнцем и пыльными дорогами. Ворота Ник прекрасно видел и отсюда, различимые на фоне стен широким открытым зияющим проходом. Осталось только немного потерпеть эту жару и жажду, и он окажется там, внутри. Дорога, по которой шёл магиум, здесь разветвлялась: один конец её уходил на юг и терялся вдали, второй же вёл на восток и заканчивался под стенами города.

Ник выбрал дорогу прямо и уверенным шагом направился к воротам, за которыми, как он думал, наконец, будут отдых, прохлада и еда.

Приблизительно через полчаса тень от стен накрыла его освежающим одеялом, даже воздух здесь казался не таким удушливым и раскалённым. За ночь температура почти не падала, и утро было таким же жарким, как и день.

Ник поправил на голове повязку, на мгновение закрыл глаза — лицо его выразило напряжение, но оно сразу разгладилось и стало довольным и умиротворённым. Он, гордо выпрямившись, шагнул в ворота и вступил в город.

Как и было им предсказано, стража была здесь и тут же окликнула его.

— Эй, бродяга, иди сюда и ..., закатайте рукав до локтя, п... пожалуйста, — увидев меч Ника высокий кряжистый охранник обратился более вежливо, и последнее слово далось ему с видимым усилием. Победитель хулиганов бросил на говорящего холодный взгляд, но всё же медленно стал выполнять его "просьбу", явно смакуя момент и глядя на незадачливого стражника, топтавшегося рядом и не знавшего, вправе ли он подколоть или оскорбить этого бродягу с таким устрашающим мечом. Если он ударит или, не позволь пресветлый Габан, убьёт, то его, несомненно, схватят, но умирать при этом сильно не хотелось, так что лучше придержать язык.

Ник закатал левый рукав, и на руке... ничего не было, только совершенно обычный рисунок вен нормального здорового мужчины. Стражник со знанием дела изучил предплечье и поднял глаза на путника, встретившись с ним взглядом. В глазах Ника была самодовольная усмешка и ликование. Охранник недоверчиво посмотрел на руку ещё раз, а потом недовольно спросил положенные пять монет за вход и отошёл к другим стражникам, тихо пересмеивавшимся над положением, в которое попал их собрат.

Ник так же неспешно расправил рукав и подумал, почему это не вызвала подозрения его одежда, мягко говоря "не по сезону", но решил, что всё дело в его мече, явно не нуждавшемся в лишних придирках, и гордо зашагал дальше, моментально вливаясь в бесконечную сеть улиц, переулков и площадей. Зайдя за угол ближайшего дома, он опять закрыл глаза, и еле уловимое свечение под волосами и повязкой исчезло. Ник закатал рукав левой руки и, удовлетворённо посмотрев на свою магическую метку.

Его план сработал так, как он и задумывал. Всё таки не зря он потратил несколько серебряных монет пару лет назад и нарезал редкий дисп у странствующего магиума. Тот старик убедительно продемонстрировал его работу и рассказал о том, что в некоторых землях такое не приветствуется, что этот шрам не раз спасал его в трудную минуту, ловко спрятав все остальные диспы. Всё это, конечно, была просто иллюзия, но какая реалистичная. Своё дело дисп сделал, перед ним был город Магрион...

2.

В здешних деревушках Магрион обсуждался как шумный многолюдный город с бесчисленными лавками, базарами и тавернами. Здесь можно было достать всё, или почти всё, что душе угодно, если хорошо поискать. В одном посёлке Ник даже выручил небольшую, срисованную от руки, но всё же точную карту с пометками самых крупных или важных мест. Ходили слухи, что Магрион погряз в удовольствиях, что найти трезвого здравомыслящего человека ближе к вечеру вообще невозможно.

"Естественно", — подумал Ник. "Куда ещё потратить деньги человеку, если на что-то стоящее всё равно не накопишь, а скудного заработка ремесленника, а основное население были именно они, хватает только на выпивку в дешёвом кабаке и на женщин там же".

Но поговаривали также, что здесь есть и богатый район, где жили богачи и удачливые купцы, а также воины, приближённые к местному правителю. Ник не знал его, но всё те же разговорчивые жители деревень рассказывали, что он тиран и изверг, что ему по силам выгнать заключённых местной тюрьмы на главную площадь и приказать заживо содрать с них кожу. Чего только люди не наплетут за полбутылки какой-то бурды, завалявшейся в мешке.

Но сегодня здесь было странно пустынно. От главных ворот уходило несколько улочек, одна из которых, судя по карте, была главной, и на них не было ни одного человека. Вообще и пахло здесь странно — гремучей смесью вони помоев и "благоуханий" человеческих испражнений, лежавших прямо посреди улочек.

Ник пока решил не светиться в городе и свернул в побочный проулок с явным намерением отыскать какого-нибудь прохожего и дознаться у него, где же весь народ. Домики по бокам дороги стояли грязные и покосившиеся, всё-таки лицо города, и непонятно, почему их сюда поставили. Сколочены они были грубо из прогнивших досок, торчавших прямо из стен в разные стороны. Видимо жили у городских ворот бедняки, самый низший слой общества.

Ник свернул в очередной переулок и чуть не столкнулся нос к носу с каким-то маленьким щупленьким старичком. Дед поднял глаза на высокого мужчину, откуда ни возьмись появившегося перед ним, оценил своё положение и, видимо, признал в Нике очередного уличного грабителя, так как, взглянув на меч, тут же поспешил унести ноги. Но Ник не зевал и крепко ухватил его за плечо. Одежда на старике вся поистрепалась и превратилась в висящие лохмотья.

Он с умоляющим взглядом повернулся к Нику и, наверное, собрался рухнуть на колени, увещевать о собственной бедности, но тот вовремя удержал его и упредил последующие попытки простой фразой: "Да успокойся ты, дед. Я не грабитель. Мне просто нужно немного информации".

После этих слов старик заметно приободрился, но всё же с опаской поглядывал на странно одетого незнакомца, появившегося из ниоткуда.

— Слушай, старик, куда подевался весь народ, — Ник выговорил эти слова самым мирным тоном, чтобы старик лишний раз не беспокоился.

— А-а-а, так они все на турнире, ты, что, с луны свалился?

Ник только буркнул себе под нос что-то вроде "да" и отпустил старика, такой поворот не обрадовал его, хотя большое скопление людей могло скрыть его появление как нельзя лучше.

Старик, вырвав своё плечо из сильной руки, тут же испарился, подальше от неприятностей. За углом послышался глухой стук врезавшегося в деревянную стену беглеца. Ник усмехнулся и зашагал дальше по вонючим улочкам местных трущоб.

Вскоре покосившиеся дома и трухлявые доски превратились в крепкие срубы и прочные брёвна, дорога перестала удивлять новыми лужами помоев и стала чистой и утоптанной. Этот райончик показался Нику совсем ничего, и он даже решил заглянуть в какой-нибудь кабак — промочить глотку местным пойлом, но и здесь всё было наглухо закрыто, видать старик действительно не соврал. Дорога петляла между домами и через пятнадцать минут вывела к отличной широкой мостовой. Эта улица сразу бросилась в глаза яркими витринами и вывесками магазинов, лавок, мастерских и прочих заведений.

"Сюда мне и нужно", — подумал Ник, но тут же и увидел, что здесь, как и везде, не было ни души, и все двери оказались запертыми на большие амбарные замки. Магиум тихо выругался и продолжил путь по улицам. Видимо в Магрионе турнир был большим праздником, раз в день его проведения город словно вымирал, и найти хотя бы одного человека было непростой задачей.

Но тут Ник понял, что оказался не прав, и отыскать жителей сегодня было не так уж трудно, главное — знать куда пойти. К такому выводу он пришёл потому, что улица неожиданно свернула и впереди показалась огромная площадь. Она была, наверное, около десяти квадратных километров и что самое поразительное забита народом под завязку. Люди находились везде: внизу, в окнах близлежащих домов, на крышах, даже на виселице сидела парочка зевак.

"Нашёл..."

Во дворце наместника Снасса II сегодня было жарко во всех смыслах. Но простую духоту все слуги и приближённые к правителю перенесли бы запросто, а вот его дурное расположение духа ...

Главный магрионский писец Артий пробежал по длинному дворцовому коридору, к своему удивлению не запнувшись о длинную мантию, и быстро юркнул в свой кабинет, весь заваленный пыльными книгами и манускриптами. Попасться на глаза Снассу было равносильно прыжку с крыши западной башни прямо на стелу, стоящую недалеко от входа в неё. Поэтому не только в городе, но и в замке сегодня было пустынно. Хотя день начинался превосходно, и наместник с утра был как никогда доволен, пока с донесением в столовую не вошёл сотник дреггового взвода Сугран...

— А, Сугран, мой лучший сотник, заходи, позавтракай со мной.

— Спасибо, повелитель, но я не голоден, у меня очень важная новость, — его руки сильно дрожали, дышал он тяжело, очевидно, после долгого бега.

— Как там твоя сотня, все ли машины в порядке? — Снасс как будто не слышал Суграна и продолжал с улыбкой смотреть на него.

— Да, конечно, повелитель, всё в порядке, у меня новость о...

— А как тот новый парень, которого мы взяли на прошлой неделе? Говорят он смог на дрегге обогнать всех твоих молодцов?

— Это правда, повелитель. Он великий автогонщик. Так я хотел сказать о вашем брате...

— Да? Блазз уже вернулся с добычей? — похоже, напряжение сотника совсем не бросилось в глаза Снассу.

— Нннет, повелитель. Не вернулся, в этом-то всё и дело, — Сугран тяжело сглотнул. Он только сейчас заметил, что у него дрожит коленка.

— Так в чём же тогда дело? Значит, скоро вернётся.

— Нет, повелитель, не вернётся.

Наместник Магриона замер, выпучив глаза на Суграна. Кожа на лице Снасса побледнела.

— Что с ним? — повелитель произнес очень тихо, почти шёпотом. Неожиданно он перемахнул через стол, на котором стоял нетронутым завтрак, и подскочил к Суграну, схватив его за шею.

— Говори, скотина, а не то я вырву твоё сердце прямо здесь, — глаза наместника налились кровью.

— Он мёртв, повелитель, его нашли сегодня утром, отпустите меня, — сотник хрипел и булькал, дыхание перехватило.

Снасс откинул Суграна в сторону, как куклу. Взгляд его стал холоден, как лёд.

— Где это произошло и как, — голос наместника прозвучал, словно рёв безликого.

— На западном тракте, повелитель, — Сугран прижался к стене, еле прошептав ответ, — его и его воинов нашли сожженными, дрегги не тронуты, все ценности на местах...

— Проклятый? — в глазах наместника загорелся огонек ненависти.

— Без сомнения, повелитель. Безликие обнаружили ментальные остатки. Но один он был или нет, установить не удалось, все следы замело.

— Поднять на ноги всю дружину, прочесать город, осматривать каждого, найти и доставить его сюда живым, ты понял, ЖИВЫМ...

— Да, господин...

— Пошел ВОН, — об стену, где только что сидел Сугран, разбился деревянный стул. Сотник пулей вылетел из столовой и, благодаря Гану, что он все еще жив, бросился поднимать дружину по тревоге.

— Отвечай, собака. Когда он вошел, как выглядел, почему не задержан? — стражник, стоявший это утро у врат Магриона, лежал в грязи своей крови и дорожной пыли. Получив очередной удар в живот, он закашлялся.

— Я, я... не запомнил, у него только огромный меч такой был, в старых ножнах. Но, но метку я проверял, ничего не было, все как полагается, — удар сапогом на этот раз пришелся в коленную чашечку, стражник взвыл от боли.

— Да что ты знаешь о возможностях этих проклятых отродий? — Сугран плюнул на него, кивком головы приказал доставить неудачника в лазарет, и подошел к своим воинам, стоявшим все это время неподалеку.

— Слушайте меня, вы самая лучшая сотня Магриона, найти проклятого для вас раз плюнуть. Но этот выродок не так прост, вчера вечером он смог убить брата наместника Блазза и всю его бригаду, при этом остаться в живых, замести по возможности следы и не истечь кровью. Он крайне опасен, если не сказать большего... Но он нужен наместнику Снассу живым. Делайте с ним все, что хотите, но по прибытию во дворец он должен еще дышать, все понятно???

Сотня громко ухнула уставным "так точно". Сугран махнул рукой и сотня, разделившись на десятки, бегом понеслась обшаривать город. Они не остановятся, пока проклятый не будет найден, это Сугран знал хорошо, он ведь сам их учил. В его сотне было полно отличных воинов, была отличная дисциплина. Осталось только дождаться результата...

Турнир Нику не понравился. Отвратительное зрелище. Куча бездарностей, еле передвигающихся, размахивающих старыми железяками. Ох, он бы им показал, что такое настоящая схватка мечников, вот только светиться было крайне нежелательно. Единственное, что было достойно внимания, так это финал поединка лучников. Эти войны были действительно хороши, по крайней мере, последняя тройка. Ник их хорошо запомнил. Один зализанный с аккуратными усиками и аккуратным луком из дерева хилатус. "Дорогая штучка"— подумал Ник. Изделия из такого дерева стоили баснословные суммы, и достать их было довольно проблематично. Но этот лук не принес ему победу... Второй лучник был старым седым стражником с густыми усами. Уровень его стрельбы потрясал, хотя стрелял он старым потертым луком, побывавшим, очевидно, во множестве сражений. Чувствовалась строгая выправка старого вояки, и глубокий шрам на лице говорил сам за себя. Но Олдус Меткий, а именно так и представили воина, тоже не смог завоевать главный приз состязания. А получил его совсем молодой безусый юнец лет шестнадцати. Звали его Арс, и выглядел он совсем не воинственно. Но в свои годы он уже твердо держал лук и стрелял без единого промаха. Ник очень удивился уровню стрельбы этого парня, его набитой руке. Он буквально с закрытыми глазами поражал цели и не отдал победу никому.

Арс сразу привлек внимание магиума не только из-за своей меткости. В этом юнце чувствовалась ментальная жилка, причем очень сильная. Что-то было в его движениях, взгляде. "Из такого парня получился бы неплохой магиум", — эта мысль закралась в голову Ника сама собой, но он быстро ее отогнал. Портить жизнь юнца Ник не хотел. Ведь это действительно проклятие...

Неладное Ник почувствовал еще до появления стражников на площади, шестое чувство, усиленное особым диспом между лопаток, не раз спасало ему жизнь. Магиум стал пробираться к краю площади, противоположному от того, где он вошел. Это оказалось проблематичной задачей, учитывая количество народа, пришедшего на турнир. Распихивая всех локтями, он медленно, но верно приближался к узкой улочке, уходившей вглубь города. Когда появились стражники, проклятый уже почти выбрался из людского месива. Найти магиума на этой площади было не под силу даже всем стражником Магриона, что и помогло Нику вырваться из этого людского болота и юркнуть в проход между домами. Но тот, кто организовал погоню, оказался не так глуп, что магиум понял завернув за ближайший угол. На пути у него встала пара воинов в доспехах с символикой Магриона. Времени на обдумывание ситуации не оставалось. Его не оставалось и на доставание меча или оголение любого из диспов. Ник развел руки в стороны и резким рывком сбил стражников с ног. Все это произошло за одно мгновение, воины и не поняли, что случилось. Лишь серая тень, выскочившая из-за угла и вспышка боли. Ник бросился наутек. Свое незавидное положение он осознал, уже пробежав квартал по этой узкой улице. Его рано или поздно загонят в угол, находился он на чужой территории и не знает куда двигаться. Надо было срочно искать укрытие, вот только где...

Шестое чувство толкнуло его в сторону от улицы. Пробежав еще полкилометра и свернув в какие-то трущобы, он неожиданно наткнулся на двух высоких амбалов. Они стояли к нему спиной и не слышали приближения проклятого. Стражниками амбалы не были, и Ник облегченно вздохнул. Прямо перед здоровяками на голой земле сидел парнишка с наливающимся фингалом под левым глазом. "Прям гоп-стоп", — подумал Ник, но вмешиваться пока не стал.

— Тебя же предупреждали, сопляк. Помешаешь лорду Ксолу и останешься без головы. Предупреждали?

— Я не виноват, если ваш лорд Ксол и лук в руках держать не умеет... — пинок в живот заставил парня закашляться. Ник припомнил где он слышал это имя, совсем недавно... А, ну конечно, это тот усатый франт-лучник. Значит... Ник выглянул из-за широкой спины одного из здоровяков. Неожиданная встреча.

— Что вы от меня хотите? — Арс гордо взглянул на своих мучителей, Магиума он не заметил.

— Ты пойдешь к лорду Ксолу завтра утром, отдашь ему приз и потом на турнирной площади перед всеми сознаешься в жульничестве.

— Что? Но я же не жульни... — звонкая пощечина заткнула молодого лучника.

"Ну, все, надоело." Левое плечо слегка заискрилось.

— Эй, мужики, нехорошо обижать маленьких. Шли бы вы подальше.

Амбалы одновременно обернулись, но испуга на их лице не было. Местные крутые, под кем-то бегают. Под лордом Ксолом, сами же сказали.

— Ты чё, дядя. По голове захотел? А ну проваливай, пока ноги в другую сторону загибаться не начали,— один из здоровяков положил свою громадную волосатую руку на плечо Ника. Старый плащ в ответ выдал облако дорожной пыли. Проклятый брезгливо посмотрел на его руку, потом на землю, смачно потянул воздух носом.

— Вроде жареным запахло, парни?

Они одновременно опустили взгляд вслед за Ником. У обоих горели подошвы. Сказать, что началась паника, значит, ничего не сказать. Амбалы заверещали, словно шестнадцатилетние девчонки, стали топать ногами, метались по узкому переулку. Так магиум давно не смеялся... Представление продолжалось пару минут, после чего здоровяки скрылись за поворотом, оглашая улицы громкими воплями и криками о помощи.

Ник обернулся к парню. Тот взглянул на него скорее с удивлением, чем с испугом. Да уж. Выглядел он потрепанным. Его лук лежал в грязи под ногами, длинные белокурые волосы больше напоминали половую тряпку.

— Спасибо, — единственное, что смог выдавить из себя парень.

— Не за что, в следующий раз будь осторожнее. Неприятности нужно уметь обходить стороной, если не можешь решить их в лоб.

— Но не когда эти неприятности такие здоровые и упертые, — похоже, Арс справился со своим удивлением.

Где-то позади послышались крики и лязганье доспехов и оружия.

— Пора смываться, удачи парень, — Ник развернулся и уже рванулся к выходу из тупика, когда его окликнул Арс.

— Стой, я знаю другую дорогу. Быстро за мной.

Парень быстро схватил свой лук и бросился к одной из бочек. Отодвинув ее, он нырнул в открывшееся отверстие чудом здесь появившегося люка и уже оттуда крикнул Нику: "Быстрее, незнакомец".

Выбирать магиуму не приходилось. Он юркнул вслед за парнем. Внутри оказалось неглубоко. За спиной послышалось шуршание, и свет померк. Арс подвинул бочку на место, тем самым маскируя вход в дыру.

— Вперед. Осторожно, здесь потолки низкие.

Ник доверился Арсу и двинулся вперед, шаря перед собой руками.

Внутри было темно и сыро. Судя по ощущениям, лаз представлял собой прямоугольный тоннель в метр шириной и полтора высотой. Пахло здесь преотвратно, и хлюпало что-то под ногами, но таков путь к спасению и нечего жаловаться.

— Так кто же ты такой? — голос Арса прозвучал метрах в десяти перед проклятым. "Ничего себе скорость", — промелькнуло в голове у Ника.

— Меньше знаешь, крепче спишь, — бросил магиум, продолжая медленно шагать, шаря перед собой руками.

— А я на сон и не жалуюсь, можешь быть спокоен. Меня зовут Арс, а тебя?

— Ник

— Уже лучше, и откуда только такие чудаки в Магрионе-то берутся? Что-то я раньше тебя здесь не видел, да и одет ты странно, так сказать не по сезону,— из темноты послышалась легкая ухмылка.

— Мне холодно

— Да ты не очень многословен. Это значит, что ты или скрываешь что-то или просто неразговорчивый. Я, честно говоря, больше склоняюсь к первому. "Оба варианта верны",— подумал Ник.

— Не люблю говорить, не видя оппонента,— признался магиум.

— А-а-а, так это легко исправить, — впереди послышалось какое-то копошение, что-то откуда-то доставалось, потом удар огнива, и в руках у Арса загорелся небольшой факел.

— Где ты его взял? — недоуменно спросил Ник

— Места надо знать, — весело подмигнул лучник и похлюпал вперед.

Факел освещал путь метров на десять вперед, но конца этому затхлому коридору видно не было. Но было в нем что-то странное, что отличало его от всего Магриона, в камнях, складывающих стены, в ровности кладки, в чем-то еле уловимом... Слева и справа от беглецов стали появляться ответвления коридора, но Арс упорно шел вперед, никуда не сворачивая и держа факел на вытянутой руке. Неожиданно коридор закончился, и они вышли в большое помещение. Тусклый свет образовал круг на влажном полу, но до стен и потолка его слабые лучи так и не доходили. "Мы что, под уклон шли?"— промелькнуло в голове у проклятого.

— Что это за место?

— Это старый Магрионский коллектор, его забросили уже лет сто назад, а я его нашел еще когда пацаном неразумным был.

— А сейчас ты разумный? — ехидно бросил Ник

— Эй, — Арс резко развернулся, — мне уже шестнадцать лет и я взрослый. Будешь так шутить, я тебя к стене за секунду в трех местах пришпилю, понял?

— Да неужели, — магиум ухмыльнулся, — не много ли ты на себя берешь?

— Одно то, что ты проклятый, тебя не спасет.

Фраза лучника прозвучала как гром среди ясного неба. Ник ошарашено смотрел на Арса. Как он понял? Откуда он вообще знает о проклятых? В Магрионе в них верят только те, кто действительно встречал магиумов, а для простого народа это лишь страшная байка. Парнишка действительно был разумным не по годам, с ним следовала держать ухо востро.

— Ты веришь в эти сказки? — Ник всем своим видом постарался выразить издевку и скрыть свое изумление, — Такими байками только мальчишки в деревнях балуются. Ты вроде не шестилетний пацан, а такую ерунду говоришь.

— Ой, брось заливать, — кажется, молодой лучник сразу раскусил уловку магиума, — я проклятых вживую видел, да притом в работе. И похожи они на тебя были, прямо точь-в— точь. Вы же плащи да шарфы носите, чтобы нарезы не показывать, только иногда их вам оголять приходится, потому что некоторым нужен свет для действия. И про то, как ты мимо стражи у ворот прошмыгнул, я догадываюсь, либо нарез невидимости использовал, либо скрыл метку, все просто, наивный мечник.

На этот раз скрыть удивление у Ника не получилось, он раскрыл рот и долго смотрел непонимающими глазами на Арса. В его глазах читалась крайняя степень растерянности. "Как это возможно? Про дисп скрытия метки я сам только недавно узнал, а парнишка как будто всю жизнь им пользовался. Его ментальная жилка сильна, но он точно не магиум, слишком хаотична и неорганизованна его сила. Кто же он такой" — пронеслось у проклятого в голове буквально за долю секунды.

— Да ты не волнуйся, я не выдам твою тайну. Это даже интересно, — в голосе лучника послышался детский задор, — Вот будет здорово, мой знакомый — проклятый.

— Откуда ты все это знаешь, — сейчас Ника интересовал только этот вопрос.

— Это долгая история, я тебе позже расскажу, если захочешь, а сейчас пошли, у нас не очень много времени, нужно поскорее спрятаться.

Куда они шли, магиум так и не узнал, но Арс двигался уверенно, не задумываясь выбирал нужный поворот или ответвление коридоров. Страха перед тем, что молодой лучник заведет его в ловушку у проклятого не было — уж если бы захотел тот его убить, так пристрелил бы еще в темноте. Шли попутчики еще около получаса, прежде чем Арс остановился перед лестницей, уходящей в потолок и развернулся к магиуму.

— Значит так, мы пришли. Сейчас вылезем, ты по сторонам не пялься, быстро за мной, лишние глаза нам ни к чему.

— Где мы? — в голосе Ника сквозило беспокойство по поводу сомнительного выхода наружу.

— Около кузницы ремесленного района, там нас приютят. Да и еще, местный кузнец — старик Снуф. Он бывший вояка, чужаков не очень жалует, так что язык не распускай. Все понял?

Магиум лишь кивнул и последовал за ловко взбирающимся по лестнице Арсом. Люк медленно отодвинулся в сторону, яркий свет ударил в глаза...

Кузнец Снуф оказался высоким сбитым стариком с горой мышц, густыми усами и взглядом, от которого магиуму стало не по себе. Он стоял посреди комнаты без единой нотки удивления на лице, как будто Арс каждый день приводил к нему проклятых. А то что Ник — проклятый, Снуф, кажется, знал еще до того как магиум вошел в кузницу. Старый вояка мотнул головой в сторону маленькой невзрачной двери и сам первым направился к ней. Комната оказалась небольшим темным помещением с единственным окном-бойницей под потолком. Арс привычным движением вспрыгнул на какую-то полку, очевидно служившую ему кроватью. "Рассказывай," — только и бросил кузнец, глядя на молодого лучника. Тот немного поежился под тяжелым взглядом Снуфа, потупился в пол и неторопливо начал свой рассказ. Весь день, начиная с самого утра, был четко и подробно изложен до мельчайших подробностей, Арс не забыл упомянуть и о чудесном спасении от вышибал лорда Ксола, и об их бегстве по городской канализации...

— Понятно, — бросил Снуф, — и что же ты хочешь в этом случае от меня?

— Как это что? — лучник бросил недоуменный взгляд на своего покровителя, — приютить Ника на какое-то время, пока все не уляжется.

— Все не уляжется, неужели ты не понимаешь? — голос кузнеца оставался холоден, — Резаный, ты-то хоть это понимаешь?

Ник ухмыльнулся от своего нового прозвища, и, ничего не говоря, кивнул.

— Снасс уже знает о проклятом в городе, иначе дружина не гонялась бы за ним. А наш наместник не из тех, кто будет оставлять врага у себя за спиной, он умен и опытен. Поимка Резаного лишь вопрос времени. И времени этого у вас очень мало. Может быть, сутки, может двое. Они перевернут город вверх дном чтобы найти проклятого, а дальше... А дальше остается молиться, что смерть твоя окажется быстрой, — Снуф кинул холодный взгляд на Ника.

— Я пришел в Магрион только немного пополнить припасы. Я сразу же уйду, как только наполню флягу и набью вещмешок походными сухарями.

— Эх, молодежь-молодежь, — взгляд старика на мгновение стал по-отечески добрым, — вечно вы торопитесь. Если ты уёдешь сейчас, то ты погибнешь еще быстрее, чем от руки наместника. Через день начнется песчаная буря, которая продлится приблизительно неделю. Если она застанет тебя в дороге, то твой труп найдут годков эдак через двадцать.

— Но что же делать, Снуф? Ты старый, подскажи, — на лице Арса читалось неподдельное беспокойство. Для чего он только так сильно печется о судьбе первого встречного проклятого? Весь вид Ника выражал крайнее удивление поведением молодого лучника.

— Есть один способ. Я давно об этом не вспоминал, но, думаю, это сработает. Пойдете к Алаэнну...

3

Пламя еле подрагивало от небольшого сквозняка. На дворе была глубокая ночь, а Ник не спал. Он сидел за столом в небольшой кузнице и, не отрываясь, смотрел на пламя догорающей свечи. Этот ровный огонек всегда навевал на проклятого воспоминания о давно ушедших людях и событиях из его прошлой жизни. Порой он думал о своем будущем, о том, для чего ему были дарованы способности магиума, где он будет обязан их применить, наступит ли этот день когда-нибудь.

— Не спится, Резаный?— голос старика Снуфа не напугал Ника, проклятый слышал аккуратные шаги кузнеца уже давно.

— Я жалею драгоценное время...

— Хэх, так ведь ты ничем не занят, гипнотизируешь бедную свечку, — густые усы дрогнули в легкой усмешке, — иди спать...

— Это не остановит утекающее время. Человек по своей природе — крайне ленивое существо, спящее четверть всей своей жизни, мы никогда не утруждали себя попытками жить вместе с природой, с Гану. Люди всегда живут против мира, навсегда уничтожая то, что попадается на их пути. Наверное, поэтому природа редко открывает людям свои секреты, кузнец.

— Век каждого человека все равно отмерен, Резаный. Нужно просто прожить его достойно. Наша суть такова, что мы умеем только отбирать. Ваш Гану никому не отдаст своей мудрости.

— Ты не прав, старик. Гану дает нам очень многое. Ты думаешь, способности магиума — дар демонов? Вы ведь все здесь так думаете. Гану — не демон. Он олицетворяет саму природу, энергию всего сущего. Сила не приходит из ниоткуда, она не содержится в нас, в диспах. Нарезы — лишь инструмент, помогающий преобразовать энергию, дарованную Гану в то, что вы называете магией. Мы не рубим лес, не загрязняем реки, мы молим небо о помощи, и ответ приходит...

— Я воевал с вами. На поле боя происходят страшные вещи, да ты и сам, вроде, повидал многое. Лица проклятых, собравшихся убивать, ужасны. Для чего природе уничтожать своих детей?

— Это месть, старик. Банальная месть. Ты слышал об Уходе?

— Это про древнюю цивилизацию, развившуюся до предела, граничащего со смертью мира? И что боги обрушили на землю свою злобу, в попытке сохранить хотя бы остатки жизни. Сказки это все.

— Не могу с тобой поспорить, потому что не видел ничего конкретного, но я верю в это, верю Гану...

— Не буду пытаться тебя переубедить, да и незачем мне это, — Снуф, наконец, подошел к столу и сел за старый, но, как и все в этом доме, крепкий стул. Незаметным движением фокусника выудил из рукава трубку и затянулся, используя свечу вместо лучины. Горячий воск вылился на стол, мгновенно превращаясь в причудливые барельефы. — Завтра вы пойдете к Алаэнну. Если выйдете пораньше, то до бури должны успеть. Живет он недалеко от города в старой пещере. Он мой знакомый еще с проклятой войны, должен вас приютить. Все остальное тебе расскажет Арс по дороге. Спокойной ночи.

Снуф пустил кольцо дыма, убрал трубку обратно в рукав и быстро вышел из комнаты. Глаза Ника были по-прежнему прикованы к маленькому язычку пламени почти догоревшей свечи...

Проклятого разбудили завывания ветра в щелях хлипкой крыши кузницы. Он мгновенно открыл глаза, осмотрел комнату — все было спокойно. Судя по отсутствию шума, дом еще спал. Проклятый натянул свои старые потертые сапоги, встряхнул запылившийся плащ и, прихватив меч и шляпу, вышел в коридор. За узкими окнами-бойницами еле брезжил рассвет. Ноша была аккуратно положена на стол, а холодная вода из бочки легко сняла остатки дремоты с лица Ника. Этой ночью никаких снов он не видел, что было очень необычно — такого не случалось достаточно давно. Уже несколько лет каждый день все новые и новые люди рассказывали ему события давно минувших лет и далекого будущего, проклятый наблюдал за ужасными катастрофами и мирным течением жизни, во сне... Гану говорил, что спящий магиум попадает в его великую небесную библиотеку, в которой хранится информация абсолютно обо всем. Но редкий человек мог найти нужную книгу, прочитать искомую страницу, обычно приходилось читать все подряд.

Скрипнула дверь, ведущая в комнату Арса, из-за хлипкой двери показалась растрепанная голова молодого лучника.

— Ты чего тут топаешь, как стая маугов, — в голосе парня проступили старческие ворчливые нотки Снуфа.

— Нужно покинуть город как можно раньше, пока меня кто-нибудь не заметил. Мало ли с кем мы можем столкнуться.

— А-а-а, — Арс махнул рукой на проклятого и прошлепал к бочке, — мы пойдем через коллектор, ты его видел вчера, я знаю одну лазейку, так что можешь не беспокоиться.

— А на выходе? Как мы минуем стражу? Ты их из своего чудо-лука перестреляешь?

— Да ты остряк, я посмотрю, — Арс бросил на проклятого рассерженный взгляд. — Мы не пойдем через главный вход, господин логичность, мы вылезем уже за городом.

От удивления Ник открыл рот и пронзил лучника непонимающим взглядом. Тот беззаботно хмыкнул и продолжил умываться.

— То есть ты хочешь сказать, что такой хорошо укрепленный город, как Магрион имеет банальный подземный ход?

— Ага, только про него мало кто знает, коллектор гораздо древнее города, а облазить его весь так никто и не надоумился. — Арс беззаботно улыбнулся, — кроме меня.

— Ну-ну, посмотрим, — Ник натянул шляпу и сел на ближайший стул, скрестив руки на груди.

— Девочки, не ссорьтесь, — в комнату вошел Снуф. В руках он держал два походных мешка, причем один из них был до боли знаком проклятому. — Я кое-что собрал вам в дорогу, пригодится. — Очищенный от дорожной пыли походник пролетел через полкомнаты и рухнул на колени Нику. — Вещи я твои не трогал, резаный. Можешь быть спокоен.

— Хорошо, выступаем через десять минут, — Арс в припрыжку помчался в свою комнату.

Яркое солнце зажгло небесным огнем крыши магрионских домов, пожирая своим пламенем стены, окна и двери. Рассвет был прекрасен, он переливался оттенками розового по линии горизонта. Две небольшие тени быстро вышли из аккуратного домика и юркнули в первую же подворотню. Солнце лишь успело лизнуть своим пламенем гарду меча одной из них, пока мрак подворотни не скрыл проклятого от чужих глаз. Еще через мгновение подворотня опустела...

— Ну, давай, рассказывай, — старый коллектор встретил беглецов сыростью и непроглядной тьмой, слегка рассеиваемой маленьким факелом Арса.

— А, про Алаэнна? Это вообще очень увлекательная история, если конечно то, что рассказывал старик Снуф — правда, — юноша беззаботно хлюпал вперед по длинному и темному коридору, не оборачиваясь на проклятого. — Итак, дамы и господа, займите места поудобнее, мы начинаем...

— Давай без пафосного начала, умник, — Ник ухмыльнулся, молодой лучник временами забавлял его своей открытостью и наивностью.

— Ладно, ладно, только не хнычь, — Арс ответил колкостью на колкость, чем вызвал еще один встречный смешок. — Начну издалека...

Приблизительно пятьдесят лет назад закончилась всем известная Проклятая война — война между жителями пустынных земель и северными магиумами. Длилась она восемнадцать лет и продлилась бы еще столько же, если бы не загадочное исчезновение войск обоих армий при Арноле.

— При ком? — Бровь Ника взлетела вверх, но Арс этого не увидел и продолжил рассказ.

— При Арноле, это город, находящийся к востоку от Магриона. Под его стенами должна была произойти битва, но и магиумы, и южане бесследно пропали, на месте сражения осталась лишь огромная воронка, кстати, не ментального происхождения. Так вот, наш знакомый старик Снуф — ветеран этой войны. В последней битве он, понятное дело не участвовал, но мечом помахал славно. И вот как-то раз, Снуф и его отряд шли из южных пригородов Магриона в столицу через пустыню. Командиром было принято решение держаться горного хребта, что в принципе и спасло им жизнь. Когда до города оставалось меньше дня пути, началась небезызвестная тебе песчаная буря. Мело тогда ужасно, и отряд Снуфа спрятался в оказавшейся поблизости пещере. Она была самая обыкновенная, такие встречаются повсюду в горах. Но было там кое-что, что отличало ее от всех остальных: в глубине отряду преградила путь огромная железная дверь. Старик Снуф еще тогда увлекался кузнечным ремеслом, но определить материал, из которого была сделана преграда, ему так и не удалось. Командир отдал приказ ее сломать, но и тут отряд потерпел поражение. И когда войны уже раскладывались на ночлег, пещеру сотряс громоподобный голос. Шел он, кажется, из ниоткуда. Голос спросил, кто они такие, откуда, зачем потревожили покой этой пещеры. Честные ответы его, в принципе, удовлетворили. Но зайти внутрь, за эту железную дверь, он никому не позволил... кроме Снуфа. Кузнеца не было около часа, после чего он вышел к своим и до сегодняшнего дня так и не открывал рот по поводу того, что видел внутри пещеры, кроме имени человека, которому принадлежал этот голос — Алаэнн. Даже мне Снуф ничего не рассказал. Вот такая вот история.

— Почему же старик думает, что этот загадочный Алаэнн впустит нас? — в голосе Ника звучала явная заинтересованность

— Я не знаю, уверен и все. Все мои расспросы ни к чему не привели, Снуф нем как могила, — Арс свернул в вильнувший вправо коридор так же уверенно, как и всегда.

— И по-твоему это нормально — идти неизвестно куда неизвестно к кому? — по темному коридору пронеслись нотки недоверия

— Я всецело доверяю Снуфу, кроме него у меня никого нет, и отправлять на верную смерть он бы нас не стал, и тебя попрошу недоверие к нему не проявлять.

— Я ему доверять не могу. С одной стороны пока Снуф меня ни разу не обманул, у меня нет причин сомневаться в нем, но с другой время нынче такое, что лучший друг может в одночасье превратиться в злейшего врага. Проще никому не доверять и всегда быть настороже, тогда тебя никто не предаст.

— Ты спал в доме Снуфа, с тобой ничего не случилось. Если бы старик захотел, то ты был бы уже по ту сторону врат вашего Гану. Это ли не повод?

— Нет. Даже при большом желании у вас бы не получилось подойти ко мне ближе чем на 5 метров незамеченными, тем более тебе...

— Почему это? Ходить тихо Снуф меня научил, меня даже мауги не слышат на охоте, — наверное Арс улыбнулся, но Ник этого не видел.

— Дело не в громкости, в тебе спит сильная ментальная жила, ты — потенциальный магиум, таких я чую очень хорошо. Что? Удивлен?

Арс резко развернулся и чуть не врезался в магиума. Взгляд молодого лучника пронзил проклятого насквозь. В глазах юноши читалось удивление, смешанное с радостью и ликованием.

— Чего? Снуф мне всегда говорил, что я обычный человек, чтоб я даже не думал о магиумах и нарезах, хотя мне всегда хотелось получить эти способности, — Арс бросил на Ника непонимающий взгляд.

— Ха-ха-ха, я так и думал, — проклятый насмешливо посмотрел на лучника, — обманул тебя твой ненаглядный Снуф, хотя я его понимаю, он правильно сделал...

— Почему? Зачем он это сделал? — в голосе Арса проступили ребяческие слезы

— Поверь мне, выбор старик сделал правильный. Не думай об этом, пройдет время и ты все поймешь.

Путники шли по бесконечным коридорам старого коллектора еще около часа, и все это время молодой лучник не отставал от проклятого с расспросами о его ментальной силе, о Снуфе, о том, откуда Ник все это знает, но воин оставался непоколебим и сохранял молчание. Истина безусловно обрадовала бы Арса, но знать ее еще слишком рано. И вот очередная затхлая подворотня привела беглецов к лестнице, уходящей ввысь метров на пятнадцать. Не говоря ни слова, друзья полезли наверх, навстречу палящему солнцу и вездесущему песку. "Фриз", — слово было произнесено про себя и принесло телу долгожданную прохладу.

Пустыня пахнула на беглецов набирающим силу утренним жаром. Выход из подземелья оказался скрыт в жиденьких кустах между двумя сходящимися скалами. Увесистый камень отъехал в сторону, и из тьмы коллектора высунулась взъерошенная голова молодого лучника. Настороженный и цепкий взгляд пробежался по расщелине, ощупал каждую тень в поисках опасности и, удовлетворенный, снова пропал в подземелье. Через мгновение из дыры высунулась шляпа, ее макушка на мгновение вспыхнула розовым светом и погасла. Полностью удовлетворенный проверкой, Ник вылез наружу и протянул руку Арсу. Лучник ловко выпорхнул на поверхность и довольно улыбнулся.

— Ну вот, как я тебе и говорил, мы в часе ходьбы от Магриона у подножья Старого Хребта. Через три часа будем у Алаэнна, до бури должны успеть.

— Наместник — идиот. Двадцать сильных магиумов смогут взять город в течение суток, используя эту лазейку, о чем он только думает.

— Ну не об этом точно, — Арс задорно пожал плечами, поправил свой лук за спиной, колчан со стрелами и неторопливо двинулся в путь, — пошли, чем быстрее дойдем, тем меньше изжаримся в этой пустыне. Ник только загадочно хмыкнул и последовал за лучником, дискомфорта от жары он почти не испытывал.

Скалы расступились перед путниками и открыли взору необъятную пустыню. На сколько хватало глаз, протянулись бесконечные барханы с торчащими из них чахлыми кустарниками и колючками. По правую руку, пересекая это море песка и палящего солнца, вдаль уходил Старый Хребет. Проклятый и молодой лучник быстрым уверенным шагом миновали выход из расщелины и направились на юг, держась ближе к подножью скал, порой дававших спасительную тень. Арс, кажется, не страдал от жары вовсе, двигался быстро и легко, словно парил по поверхности желтого моря. Ноги же Ника глубоко уходили в песок, оставляя цепочку следов, сразу же скрываемых сильным восточным ветром. Передвигаться здесь было намного сложней, чем по пути в Магрион, сказывалось отсутствие нормальной дороги и заметно потяжелевший вещь-мешок. Что же такого туда положил старый кузнец? Эта мысль обитала в голове магиума на протяжении часа ходьбы, пока другая яркая вспышка сознания не сотрясла тревожным огнем все его тело: "Опасность".

— Арс, стой, — огромный, сверкающий чистой синевой, меч проклятого выпорхнул из ножен, крутанулся в воздухе и застыл в напряженном ожидании.

— Что случилось? — парень сорвал с плеча лук и застыл в полуприсяде — "охотничья привычка" — с удивлением пронеслось в голове Ника.

— Что-то не так, я чую неприятности!

— Что значит чуешь? У тебя такой чудесный нюх или ты просто меня решил напугать? — поза лучника стала менее напряженной.

— Это интуиция, поверь немолодому воину, меня она еще ни разу не подвела, что-то охотится за нами и скрывается вот в тех скалах, — проклятый ткнул пальцем на груду камней, укутанных тенью очередной горы.

— Я ничего не... — фраза застряла в горле у молодого лучника. Серое пятно выскочило из засады и, с немыслимой скоростью преодолевая расстояние, кинулось на Арса. Охотничьи инстинкты не подвели парня и на этот раз — длинный прыжок в сторону спас его шею от острых когтей. Приземлился лучник уже со стрелой на тетиве и замер в хищной позиции. Перед друзьями, оскалив свои острые клыки и выставив вперед когти, стоял акрол...

— Ты в порядке? Что это за зверушка неведомая? — Ник, по-видимому, был не очень обеспокоен появлением хищника.

— Это акрол, как ты видишь, огромная ящерица с зубами и когтями, которая, судя по всему, не прочь нами полакомиться. Наверное, он очень голоден, раз не побоялся напасть на двух вооруженных людей.

— Постой в стороне, я с ним разберусь, — проклятый сделал шаг вперед.

Это и было его роковой ошибкой. Оставив Арса за спиной, Ник потерял его из виду. Молодой лучник не преминул воспользоваться возможностью показать свою удаль и резко прыгнул в сторону. Длинная стрела вырвалась из своего плена и рассекла раскаленный воздух. Ящерица с быстротой молнии уклонилась, слегка присела на своих мощных лапах и бросилась на обидчика. Вторая стрела явно запаздывала к своей жертве, Арс попытался уклониться от неминуемого удара и нырнул в сторону. Но акрол оказался слишком быстр, мощный удар когтистой лапы лишь на ладонь промахнулся мимо шеи своей жертвы, рассекая щеку лучника и отправляя его в беспамятство. Парень рухнул в песок, подняв облачко пыли, и замер. Все сражение заняло не больше двух секунд, оставляя предостерегающий крик Ника не услышанным.

"Хедпанч", — яркая вспышка, и мертвая ящерица рухнула на песок одновременно со старой перчаткой проклятого, оголившего свою кисть.

— Ну что, герой? Очухался? — Ник стоял над пришедшим в себя Арсом и улыбался, — Еще бы чуть-чуть, и не было бы на свете такого самонадеянного сопляка.

— Пошел к черту, лучше помоги мне встать, — парень протянул руку проклятому, и тот в мгновение ока поставил лучника на ноги. На лице Арса красовался длинный шрам во всю щеку, уже подживший, видимо долго он тут пролежал. Солнце стояло в зените. С Юга на Старый Хребет наползали тяжелые тучи, полные гнева этой прожженной пустыни. Подул несильный сухой ветерок, поднимающий верхний слой самого горячего песка, и кидающий его на скалы.

— Надо нам поторопиться, скоро тут будет не так солнечно, — улыбка сползла с лица проклятого, — давай, шевели копытами. Он слегка подтолкнул лучника и побежал следом.

Буря несла путников вперед вдоль скал, все быстрее и быстрее. Она подхлёстывала их в спину, кидая горсти раскаленного песка за шиворот. Ник и Арс бежали сломя голову, перескакивая через камни и продираясь сквозь завесу пыли. Буря только зарождалась, но беглецы уже ощущали её силу. Ураган обволакивал их тела и дышал жаром, казалось, самой преисподней Всемогущего Гану. Солнце, стоявшее в зените, уже скрыло марево пыли и песка, остался только невыносимо горячий воздух пустыни и гнавшая путников вперед буря.

Гонка со смертью продолжалась около часа, Ник и Арс с переменным успехом то обгоняли гнавшийся за ними ураган, то погружались в его раскаленные вихри. Лучник уже выбился из сил и стал все чаще и чаще спотыкаться и падать. Проклятый быстро поднимал его и толкал в спину, подгонял, заставляя бороться за свою жизнь до конца. Старый Хребет уже завывал, чувствуя ярость пустыни, когда, наконец, перед путниками открылась небольшая пещера. Они рванули к темному оку провала из последних сил, оставляя за спиной так и не добравшуюся до ускользнувшей добычи бурю.

Ник и Арс вступили в узкий прохладный коридор, терявшийся в темноте Старого Хребта.

— Фу-у-у-у, — лучник глубоко вздохнул и остановился, — еле ноги унесли, чтоб я еще раз послушал этого старика Снуффа.

— Ладно, хватит ныть, живы и слава Гану. Вроде неплохо пробежались, с ветерком, проклятый улыбнулся.

— Да в гробу я видел такой ветерок, чуть этой пустыне душу не отдали, ты что, даже не вспотел?

— А что мне потеть, видели условия и поэкстремальнее.

4

Пещера оказалась достаточно просторной. Свод огромного каменного зала терялся в высях Старого Хребта, скалясь на путников наростами сталактитов, словно гигантскими хищными зубами. Узкий вход в пещеру давал совсем немного света, падающего на гладкий каменистый пол.

Старый каменный зал поразил путников неожиданным холодом, тянувшимся из глубины пещеры. Было в этом что-то могильное, затхлое и старое. Наверное, здесь была жизнь, но, похоже, очень давно.

— Фу, ну и вонь здесь стоит, тут что, кто-то умер? — Арс поморщил нос и прикрыл его рукавом куртки.

— Нет, — на мгновение взгляд Ника стал стеклянным, — смертью здесь не пахнет, скорее это старость. Однако, — голова проклятого неожиданно повернулась, — я чую ментальную энергию, либо здесь кто-то из моих соплеменников, либо какая-то заряженная вещь. Арс встревожено взглянул вглубь пещеры, стараясь увидеть источник проклятой силы. Но пещера смотрела на него непроглядной тьмой. Лучник не торопясь снял мешок со своей спины и выудил оттуда пару небольших факелов, один он протянул проклятому. Факел Арса вспыхнул через минуту усиленной работы кремнем. Лучник, довольный собой, оглянулся на Ника и увидел его удаляющуюся спину.

— Эй, погоди, — Арс накинул на плечо мешок и побежал за магиумом, — ты как смог так быстро зажечь факел?

— Ловкость рук, Ник ухмыльнулся и углубился в мрачные своды Старого Хребта.

Пещера постепенно сужалась, превращаясь в длинный темный коридор, освещаемый лишь тусклым светом факелов Ника и Арса. Огонь слегка подрагивал от дуновений смрадного сквозняка.

— Слушай, — магиум замедлился, чтобы поравняться с лучником, — ты обещал мне рассказать, откуда ты так осведомлен о проклятых. Арс задумчиво взглянул на свой факел, шумно втянул носом воздух Старого Хребта.

— Все что я знаю и умею, все это благодаря старику Снуфу, он мой дедушка.

— Дедушка? — брови проклятого на секунду подпрыгнули, — неожиданно.

— Так вот, двенадцать лет назад, — Арс не обратил внимания на удивление магиума, — когда мне четыре года всего было, умерли мои родители. Лучник на секунду замолчал. -Снуф до сих пор не сказал мне, как это произошло, говорит — рано мне знать, ну да ладно, — парень тряхнул головой, — так вот, с этого времени я жил у деда в кузнице. К его ремеслу я оказался непригоден, слабоват для размахивания молотками. Но вот к стрелковому оружию во мне появилась страсть с самого детства. А Снуф ведь старый вояка, участвовал в сражениях с молодости, так что мог научить меня азам пользования луком. И даром, что дед всю жизнь железяками махал, повидал он много, и очень много знает о мире, о людях, о вас...

— Г-м-м, а нас ты за людей не считаешь? — проклятый скрыл ухмылку в своем шарфе.

— Да нет, просто я деда копирую, он магиумов всегда ругал. Воевал то старик против вас, видел, как проклятые убивают его друзей, однополчан. Собственно дед мне все и рассказал: о диспах, о способностях ваших, в общем, много о чем.

Арс замолчал, блики от факела, бегавшие по его лицу, только придавали пущей мрачности истории лучника.

Путники все дальше уходили вглубь Старого Хребта. Унылый каменный коридор все не заканчивался, теряясь в темноте подземной пещеры.

— Слушай-ка, — Ник поправил шляпу, — ты вроде говорил, что когда Снуф был здесь, их отряд наткнулся на дверь около самого входа, а мы ничего не видели, тебе не кажется это странным?

— Ага, — Арс остановился и посмотрел назад, будто хотел увидеть отсюда пропавшую дверь, — действительно двери не было.

— Тебе Снуф вообще ничего не рассказывал про этого Алаэнна?

— Совсем ничего, как я его ни пытал, он был нем, как рыба, — парень задумчиво почесал затылок.

Неожиданно коридор стал расширятся, стены и потолок раздвинулись, и взору путников открылась огромная железная стена. В отличие от отвратительного запаха старости, преследовавшего друзей по всему подземелью, гигантская монолитная преграда не казалась сильно потрепанной временем. Ее освещали два мощных луча, бивших откуда-то с потолка. Арс пригляделся к необычной стене и увидел небольшую, сделанную из того же материала, напоминающего сталь, дверь. Над ней слегка облупившейся краской было написано "Военная база "Этерни"".

— Хм-м-м, — Ник вгляделся в название, — сделано вроде недавно, но так ровно, правильно, никогда раньше не встречал такого.

— Это похоже на то, что дед рассказывал о старых руинах времен Великого Ухода. Правда, он говорил, что все практически превратилось в труху, но касаемо красоты и правильности линий, идентично.

— Откуда ты только такие умные слова знаешь? — Ник в очередной раз усмехнулся в свой шарф.

— Что-то сначала ты не такой разговорчивый был, Арс стрельнул в проклятого глазами, — а тут заговорил. Книжки читать надо, а не только мечом своим махать.

— Доверять тебе начинаю, — улыбка не сползала с лица магиума.

— Я польщен таким комплиментом, это...

Неожиданно фраза Арса оборвалась на полуслове, потому что вся пещера завибрировала от голоса, идущего, как показалось путникам, отовсюду.

— Приветствую вас, господа магиумы, я уже вас заждался, — железная дверь с шумом отъехала в сторону, как бы приглашая гостей войти внутрь.

— Пожалуйста, проходите и ничего не бойтесь, надеюсь, благородный Снуф успокоил вас.

— Ага, как же, успокоил, — Ник вынул из ножен свой огромный меч, — лучше предостережемся. Проклятый неторопливо стал приближаться к открытой двери, в каждое мгновение ожидая неприятностей. Поток ментальной энергии усилился, даже у Арса появилось странное ощущение в висках.

За дверью путников ожидал пустой прохладный зал, освещенный рядом ярких пятен на потолке. Проклятый внимательно осмотрел незнакомый источник света, ткнул в него мечом и отпрянул, так как сверху на него упали осколки стекла — пятно исчезло, оставив небольшую дырку.

— Господа, прошу, оставьте лампочки в покое, и, ради Бога, уберите оружие, вам здесь никто не угрожает, — голос по-прежнему шел со всех сторон.

Как он это делает? — Ник медленно осмотрел комнату, но источников голоса не увидел. Меч проклятый убирать не стал, осторожно продолжая движение к следующей открытой двери. За ней путникам открылась длинная лестница, уходящая к маленькому светлому окошку вдали.

Так они миновали около десятка комнат, каждая из которых оказывалась копией предыдущей, везде царствовали темнота и запустение. Примерно минут через пятнадцать лампочки вывели друзей в маленькое помещение, буквально два на два метра.

— Так, господа, сейчас я попрошу остановиться и расслабиться, — голос оставался ровным и спокойным.

Неожиданно двери с обеих сторон комнаты захлопнулись, и с потолка ударила мощная струя белесого газа.

— Тандер, — Ник почувствовал опасность, взмахнул громовым мечом, перерубив дверь напополам. Проклятый схватил лучника за шкирку и выволок через освободившийся проход. Там их уже ждал Алаэнн.


* * *

Увиденное немного шокировало путников. Алаэнн был лысым стариком с длинной кустистой бородой, хищным кривым носом и очень мудрыми глазами, скрытыми за тонкими прозрачными стеклянными полукругами. Он сидел на странном стуле, оснащенном колесами и рычажком на правом подлокотнике. Одет Алаэнн был в грязный заляпанный белый халат и черные старые штаны. В целом хозяин базы производил противоречивое впечатление очень старого и дряхлого, но в то же время уверенного и мудрого человека.

— Приветствую, господа, я же просил расслабиться, это стандартная процедура стерилизации. Ну да ладно. Позвольте мне представиться: меня зовут доктор Алаэнн Маскис. С кем имею честь быть знаком?

— Ник

— Арс, — друзья были удивлены видом неожиданного старца.

— Рад принять вас на военной базе "Этерни", прошу следовать за мной. Алаэнн нажал на рычаг, и его кресло на колесах покатилось само собой. Путники переглянулись и двинулись вслед за стариком.


* * *

— Итак, Алаэнн внимательно оглядел путников из-под своих стекол, сидящих на носу, — сейчас мы можем, наконец-то, спокойно поговорить. Друзья сидели в удобных высоких креслах в небольшой уютной комнате, куда их привел странный старик.

— Думаю у вас ко мне масса вопросов, так что я постараюсь на них ответить, прежде чем мы перейдем к делу, — пальцы Алаэнна скользнули по лысине.

— Кто вы? — голос Арса был довольно робким.

— Хм-м-м, — старик закрыл глаза, — это довольно сложный вопрос, я, честно говоря, сам не знаю уже, кто я. Во-первых, я обычный человек, ни магиум, ни призрак, ни кто-либо еще, так что никакими волшебными фокусами вас удивить не смогу. Во-вторых, может это вас немного шокирует, я тот, кого у вас принято называть людьми времен Великого Ухода, — наступила гнетущая тишина, Арс открыл рот от удивления, каменное лицо Ника не изменилось, исключая подпрыгнувшую бровь.

— Сразу отвечу на ваш немой вопрос — это не шутка и не розыгрыш. Как вы знаете, Великий Уход произошел около восьмиста лет назад, и сразу скажу — да, мне больше восьмисот лет. Надеюсь, вы не будете углубляться в технические детали и не станете спрашивать, как мне удалось прожить так долго.

— Э-э-э, — Арс так и сидел с открытым ртом, — вот такой вопрос у меня созрел, почему магиумами вы назвали нас обоих, а не только Ника? — проклятый еле заметно напрягся.

— Элементарно, на этой базе есть ментальный сканер, проверяющий всю территорию на предмет магических источников. И его показаниям я верю, от вас обоих за километр несет менталом, от господина Ника в большей степени, но и от вас, несомненно, тоже.

Арс уставился на проклятого непонимающим взглядом, в его глазах читался вопрос.

— Ты об этом знал? Ты ведь с самого начала знал. Почему ты не сказал мне? — в голосе лучника слышалась мальчишеская обида.

— Потому что тебе рано еще об этом знать, — глаза Ника стрельнули в Алаэнна, — нас не зря называют проклятыми.

— Ты все равно должен был мне сказать, — парень уже кричал, — это моя жизнь и мне решать, кем быть.

— Тебе бы сразу захотелось сделать себе диспы, разрушить свою жизнь, к тому же, — голос проклятого стал ледяным, — можешь по прибытию в Магрион поорать на своего деда, он тоже в курсе.

— А-а-а, достопочтенный Снуф в добром здравии, как я понимаю, Алаэнн заинтересовано подался вперед, — от него тоже несло менталом, поэтому я его в прошлый раз и пустил.

Прокляты громко и неестественно закашлялся. Арс перевел на Ника взгляд — гремучую смесь удивления и ненависти.

— Ты и об этом знал, но как же так, он мне рассказывал, как ненавидит проклятых, как воевал, — голос лучника становился все тише и тише, начали пробиваться детские обиженные нотки.

— Снуф тебе не врал, — Ник посмотрел на Арса, — он действительно не очень к нам относится, хотя сам и обладает некими... кхм... способностями. Я не сразу почувствовал в нем ментальную жилку. Меня это даже удивило, обычно такие вещи чувствуются сразу, а тут... Скорее всего он это скрывал, чем-то заблокировал поток ментала. Только я не знаю чем, наш народ так не умеет.

— А отсюда я могу продолжить. Как уже было мной сказано, если бы Снуф был обычным человеком, то он остался бы снаружи и никогда про меня не узнал. Но когда он вошел, мы поговорили, то оказалось, что сила ментала тяготит его. Снуф считал, что она ведет только к злу. Поэтому я подарил молодому воину одну безделушку. Это трубка, обыкновенная трубка для курения — мое личное изобретение. Внешне ничем не отличается от обычной, но внутри вмонтирована, как вам объяснить, маленькая штучка, блокирующая ментал.

— А, точно, вот когда я почувствовал слабую жилку у старика, когда он закурил, — взгляд проклятого прояснился. Но глаза лучника наоборот затуманились, его голову терзали противоречивые мысли.

— Еще какие-нибудь вопросы, господа? — рука Алаэнна снова скользнула по лысине.

— Да, — Арс неожиданно поднял голову, — почему ваш народ исчез, и почему осталось так мало следов вашего присутствия?

— Хмм, — взгляд Алаэнна остановился на точке где-то на груди лучника, — долгая это история. Но если вы никуда не торопитесь, а я полагаю, что не торопитесь, тогда я расскажу. Старик глубоко вздохнул и начал свой рассказ.

— Я начну издалека, но это важно для понимания причины, — рука старика скользнула по лысине. Этот мир очень стар, старее, чем вы можете себе представить. Всем, что вы видели, видите и еще сможете увидеть, а также всем, что когда-либо существовало, движет сила. В моем мире эту силу называли энергией. Она бывает двух видов: механическая, сила движения всех предметов, вещей, и магическая, то, что у вас принято называть менталом. Мой народ, моя цивилизация... — Алаэнн на мгновение замолчал, казалось, что ему трудно вспоминать, — мы за всю нашу длинную историю научились управлять, можно сказать, обуздали механическую энергию. Все, чем мы обладали, двигалось с помощью изученных нами законов природы. Но однажды все изменилось. Появился человек... который разрушил все законы природы, он мог обходить их, подстраивать под себя. Первый магиум. Вообще, личность эта скорее мифическая, но после его появления вспышки ментала стали возникать все чаще. Тут и там находились люди, отличающиеся от нас. Кто-то считал это прорывом нашей цивилизации, кто-то боялся, но именно магиумы стали причиной Великого Ухода, — водянистый взгляд старика остановился на проклятом. Магиумы создали большое хранилище ментальной энергии, так сказать, гарантию своей безопасности, ядерный потенциал. Вам, конечно, это ничего не скажет. Ну так вот, поскольку человечество — очень агрессивная цивилизация, то все, что казалось нам непонятным, мы пытались уничтожить. Люди, не обладающие магическими способностями, недооцени мощь Хранилища Силы, так магиумы его называли. Правительство попыталось уничтожить Хранилище — большая ошибка. Оно взорвалось, последствия были ужасающи, и в то же время удивительны. Волна ментала разошлась по всей Земле, уничтожая, изменяя и преображая все на своем пути. Большинство городов было стерто с лица Земли, многие остались в руинах. Человеческие жертвы оказались катастрофическими. Но погибли не все: магическая волна не тронула магиумов и некоторых людей. Почему они остались живы — неизвестно. Именно эта катастрофа носит название Великого Ухода. Я ответил на ваш вопрос?

— А почему тогда нигде никто этого не знает? Почему эта история не дошла до наших дней, почему об этом знаете только вы? — в голосе Ника сквозило недоверие.

— Виной тому последствия катастрофы. Волна ментала стерла из памяти всех людей их прошлое. История человеческой цивилизации началась с нуля, — Алаэнн оставался каменно спокойным.

— В этом есть одна неувязочка, — Ник в очередной раз ухмыльнулся в свой шарф, — почему тогда многоуважаемый Алаэнн все помнит?

— Ну, отвечая на этот вопрос, я подхожу, наконец, к цели вашего визита. Эта база, помимо того, что она военная, как вы прочитали на входе, является научно-исследовательской. Она была основана еще при появлении первых магиумов. Здесь проводились исследования ментала. За двадцать лет на этой базе было сделано множество ценных открытий, изобретено немало интересных устройств. Одно из них, — это антиментальное покрытие, как раз и защитившее базу от катастрофы. Другое замечательное устройство поддерживает мою жизнедеятельность. Собственно, из-за него вы здесь.

— Погодите, — Арс взглянул на Маскиса непонимающим взглядом, — мы же сами сюда пришли.

— Не совсем, — на лице Алаэнна заиграла многозначительная улыбка, — вас же Снуф сюда отправил, он выполнил свое старое обещание, данное мне при его первом визите. Словом, к делу.

Алаэнн уселся поудобней и опять погладил свою лысину.

— Как я уже сказал, один из замечательных приборов, изобретенных здесь восемьсот лет назад, позволяет мне оставаться в живых. Называется он "ментальный регенератор". Как я думаю понятно из названия, работает он на магической энергии. И мне, собственно, нужна ваша помощь для пополнения запаса ментала в нем.

Бровь проклятого в очередной раз вспорхнула вверх. Лицо Арса никак не изменилось, кажется, он даже не понял смысл просьбы.

— Сколько вам нужно энергии? — проклятый с недоверием взглянул на старика.

— Ну, исходя из данных моего ментального сканера, вашей энергии, господин Ник, хватит на сотню подзарядок.

— Чем я рискую, соглашаясь на это, и что я получу взамен?

— Ничем, собственно, вы не рискуете, ментал господина Снуфа в свое время не пострадал. По поводу второго, я подарю вам пару очень занимательных вещичек из моей коллекции. Ну что, договорились? — Алаэнн протянул старую морщинистую руку.

— Договорились.

5

Следующие два дня Алаэнна не было видно, на глаза путникам он не показывался, лишь изредка его голос звучал вокруг, объясняя назначение непонятных для друзей предметов. А их было целое множество: прогуливаясь по помещениям "Этерни" Ником и Арсом были обнаружены кухня с разными пищевыми автоматами, тренировочный зал с зеркалами и тренажерами, медицинский центр, полный баночек и необычных приборов. Одна комната оказалась стрельбищем, как Маскис назвал ее. В ней лучник задержался дольше всего, нашпиговывая странные человекоподобные мишени своими стрелами. Проклятый ко всем новшествам относился достаточно холодно, никак не выказывая интереса к ним. Арс же в свою очередь громко восхищался развитыми технологиями ушедшей цивилизации.

— Эй, Ник, смотри какая штука, — Лучник с недоверием оглядывал раковину в туалете. Приподнятая ручка крана напугала его сильной струей воды, за что и получила с размаху длинным луком. Спали друзья в просторной казарме, заставленной двухъярусными кроватями и тумбочками. Под конец второго дня Алаэнн пригласил друзей в большой кинозал на просмотр одного фильма. В нем диктор рассказывал зрителям про самые элементарные вещи человеческого обихода, называя при этом путником мальчиками и девочками, чем очень оскорбил Арса, который уже доставал стрелу из своего колчана.

— Господа, господа, успокойтесь пожалуйста, пробурчал голос Алаэнна из динамиков — путники, наконец, выяснили секрет вездесущего голоса, — это фильм для детей, взрослые в моем мире как правило уже знали все эти вещи. Я предлагаю вам после просмотра подняться на второй этаж, в комнату управления, найдете по указателям. Буду дожидаться вас здесь.

Как и сказал Алаэнн, почерпнув немало знаний от тонкоголосого диктора, который к неудовольствию Ника так и не появился в кадре, друзья поднялись на второй этаж в помещение, наполненное разными жужжащими шкафами и большими телевизорами. Арс вошел с открытым ртом, озираясь по сторонам и тыкая во все пальцем.

— Песчаный койот тебя разбери, — лучник подошел к одному экрану и увидел в нем себя со спины, — это что за магия такая?

— С помощью этих устройств я слежу за всей базой и управляю ей отсюда, — Алаэнн подъехал к одному экрану, — здесь я увидел, как вы входили в пещеру, шли по коридору, сломали мне лампочку, — старик тыкал в разные экраны. С помощью этой штуки я разговаривал с вами издалека, — длинный серебристый палец торчал прямо из стола. А теперь, господа магиумы, прошу следовать за мной.

Маскис развернул свое кресло и выехал за дверь. Друзья последовали за ним по плохо освещенным коридорам и закоулкам. Большой возраст этого места все же давал о себе знать — гигантский слой пыли на полу и стенах сочетался с потускневшими красками надписей и ржавчиной. Наконец, Алаэнн остановился рядом с одной дверью, на которой небольшими красными буквами было написано "техническая лаборатория". Справа на стене открылось маленькое мигающее окошечко, в которое Маскис сунул лицо. Луч света озарил коридор, что-то щелкнуло, и тяжелая двойная дверь отъехала в сторону.

— Прошу вас, господа, проходите, только на этот раз ничего не трогайте, все устройства довольно хрупкие, починить их у меня не будет возможности.

Алаэнн въехал первый, сразу удаляясь по темному залу вглубь, к единственному работающему прибору. Он был огромен — высокий цилиндр, поднимавшийся к потолку был опутан толстыми проводами, тяжелой связкой уходившими к большому ящику, обсыпанному различными кнопками, экранчиками и рычажками. Ник остановился, потянул в себя воздух и закрыл глаза.

— Здесь много ментальных следов, от разных людей и не совсем... Кажется мы не первые и не вторые, кто помогает тебе, да старик? — Ник открыл глаза и проткнул взглядом Алаэнна.

— Вы правы, регенератор нуждается в подзарядке каждые пятьдесят лет, что сподвигает меня искать доноров ментала довольно часто. Но все они вышли отсюда живыми, так что можете не волноваться.

— Тогда ответь мне на такой вопрос, как получилось, что на такой большой базе, которая рассчитана человек на двести, судя по количеству кроватей и комнат, остался лишь ты один? Куда все делись? Раз у тебя есть такое устройство, значит мог выжить кто-то еще, — проклятый продолжал сверлить старика своим холодным взглядом.

— Я ожидал от вас этого вопроса, — голос Алаэнна дрогнул, — вы вправе подозревать меня в их исчезновении, но поверьте, все совсем не так. Вы верно подметили — база большая, раньше тут работало около трехсот человек Военные, ученые, технический персонал, все жили бок о бок... но не здесь. В пяти километрах отсюда восемьсот лет назад находился закрытый военный городок. Каждый вечер служебный автобус увозил работников "Этерни" домой к их семьям. На базе оставались лишь около десяти человек для наблюдения за приборами и охраны от проникновения. После катастрофы девять из них покинули меня, они поехали к своим семьям в попытке обнаружить выживших. Больше я их никогда не видел, к сожалению. Я, наверное, и сам бы рванул туда, если бы у меня была семья и здоровые ноги, но перемещаться на такие расстояния, как вы понимаете для меня затруднительно. Лучше бы я тогда умер вместе со всеми... — взгляд старика сделался стеклянным.

— Я верю ему, — Арс встал между проклятым и Алаэнном, — какой смысл сидеть восемьсот лет в одиночестве, я бы повесился после двух недель, — уголок рта проклятого дернула усмешка.

— Хорошо, тогда приступим, — Ник с готовностью снял ножны со спины и плащ, бережно положив их на стол рядом с прибором. Под одеждой проклятого обнаружилась старая грязная черная майка с короткими рукавами, открывавшими взору большие мускулистые руки, усеянные по всей длине шрамами разных размеров. Но один из них оказался интересней всего.

— Это она? Твоя магическая метка, — Арс указал на набольшой дисп на вене левой руки в форме маленького кулачка.

— Да, это она, — Ник убрал руки за спину, пряча их от любопытных глаз лучника.

— А она у всех в форме кулака, или есть другие, — Арс подошел по ближе, чтобы попытаться рассмотреть шрамы на руках.

— Тебе рано еще это знать, старик, давай перейдем к делу, — Алаэнн, кажется, тоже засмотрелся на диспы проклятого, но встрепенулся и положил руку на шкаф с кнопочками.

— Непременно, итак, господа, позвольте вам представить ментальный регенератор, чудо-устройство вечной жизни. Сейчас я кратко введу вас в курс дела, — старик подъехал поближе к высокому цилиндру, и тот открылся от легкого прикосновения.

— Мне нужно, чтобы многоуважаемый Ник встал внутрь регенератора, и расслабился. Я закрою цилиндр, и попрошу вас выпустить часть ментала. Прибор поглотит его, переработает и зарядит батареи. Вот, собственно, и все. Готовы?

Ник коротко кивнул и вошел внутрь регенератора. Внутри он представлял из себя монолитную камеру без отверстий и лампочек, у проклятого в голове сразу вспыхнула картинка тюремной камеры.

— Я закрываю капсулу, — Алаэнн дотронулся до мигающего ящика, и створки прибора с шумом вернулись в исходное положение. — Теперь расслабься, болезненных ощущений не будет, — голос старика донесся из динамиков внутри капсулы, — много ментала не выпускай, это может повредить процедуре, лучше подавай маленькими частями, я скажу, когда остановиться.

Ник поднял руку с магической меткой над головой и закрыл глаза. Кулак еле заметно засветился синеватым блеском, отбрасывая тени на стенки капсулы. Шрам с молоточком еле заметно завибрировал, прося выпустить его силу наружу. Проклятый едва поморщился, отгоняя навящивую мысль из головы и выпустил следующую порцию ментала. Синий блеск пополз по его руке, заставляя светиться все новые и новые шрамы. Шепот в голове усилился, заставляя Ника все усердней отгонять от себя просьбы своих диспов. Так Ник сражался сам с собой еще пять минут, после чего прозвучал долгожданный голос Маскиса.

— Все. Батареи заряжены, можешь прекратить подачу ментала, я открываю капсулу.

Двери регенератора отъехали в сторону, Проклятый стряхнул синее свечение с руки и вышел из прибора.

— Как ты себя чувствуешь, твоя ментальная жила не пострадала? — Алаэнн подъехал ближе к регенератору. Ник дернул плечами, огляделся по сторонам, думая, на чем бы испытать свои способности. Усмешка дернула уголки его губ.

— Ко мне, — Проклятый вытянул правую руку вперед к столу, на котором лежал его плащ и меч. Огромное оружие выпорхнуло из ножен и в мгновение ока оказалось у своего владельца. — Все в порядке, я в норме.

— Замечательно. Теперь я настоятельно предлагаю вам отдохнуть, а завтра с утра мы побеседуем о моей стороне нашего уговора, еще раз спасибо за вашу помощь, — старик отвернулся к своим приборам, давая друзьям понять, что разговор окончен. Ник закинул на плечо свой пыльный плащ и направился к выходу, кивая Арсу, чтоб тот следовал за ним. Лучник очнулся от своего удивления через секунду и пошел вслед за своим новым другом.

— Как ты думаешь, что он нам подарит завтра? — в очередной раз парня терзало любопытство, когда в коридоре за лабораторией он нагнал проклятого.

— Без понятия, надеюсь, что-то стоящее, — сказал Ник, делая вид, что ему глубоко плевать на любые подарки.

— Почему ты всегда такой холодный и безразличный, вот я на тебя поражаюсь. Мы с тобой в таком месте, которое за восемьсот лет видели единицы, а уж знает то, что знаем сейчас мы с тобой вообще один Снуф, я полагаю. Неужели тебе это совсем не интересно.

— Интересно, — проклятый бросил взгляд на идущего рядом лучника, — просто свои эмоции нужно уметь держать в узде, не позволять им брать верх над тобой. Для магиума это первейшая необходимость, иначе способности просто сведут тебя с ума.

— Но скрывать все свои эмоции глупо, нужно давать им выход, иначе просто сойдешь с ума, — сказал Арс

— Я сойду с ума, если буду выпускать наружу все свои эмоции, — проклятый усмехнулся в свой шарф, — чем меньше мое окружение знает обо мне, тем меньше вреда оно сможет мне нанести.

— Кстати, по поводу знания о тебе, хотел спросить. А куда ты вообще шел, до появления в Магрионе, не просто же так ты прогуливался по враждебным для тебя землям.

Улыбка сползла с лица проклятого. Кажется, это тема была для него больной.

— Я не могу сказать, эта информация тебе не пригодится. Я отведу тебя к Снуфу, и там мы расстанемся. Быть моим попутчиком очень опасно.

— Ну как знаешь, — в голосе лучника появилась обида, — а я думал мы с тобой друзья.

По дороге к спальне путники больше не проронили ни слова.


* * *

Тишина, тишина меня всегда успокаивала. Только так я мог услышать тех, кто говорил очень тихо. Ее нельзя нарушать ни словом, ни вздохом, ни шорохом. Так, ты... Очнись.

— Да, хозяин.

— Назовись.

— Тандер, хозяин.

— Отлично, как ты, друг?

— Великолепно, хозяин. Я вырос, окреп, скоро покажу тебе мою новую мощь.

— Как скоро?

— Мне не ведомо ваше людское время, я дам тебе знать, хозяин.

— Хорошо. Тандер...

— Да хозяин.

— Хотел спросить тебя, почему ты со мной?

— Я сам выбрал тебя, мы близки, для меня этого достаточно.

— Слушай, у меня появился новый друг, ты знаешь его. Скажи, кто его выбрал?

— Арчи ждет уже давно, хозяин.

— А что будет, если Арчи не дождется?

— Такого не будет. Гану предначертал им встретиться, и даже ты, хозяин, не сможешь этого изменить.

— Ясно, спасибо, что поговорил со мной.

— Все для тебя, хозяин.

Шорох. Ник открыл глаза и повернулся по направлению к звуку. Арс откинулся на спину во сне и громко засопел. Совсем этот паренек ничего не боится, живет открыто. Как он похож на его... Проклятый встал с кровати, накинул ножны с мечом за спину и вышел из спальни. Нужно было поговорить с Алаэнном об истинной цели его путешествия, его безнадежного мероприятия. Дверь мягко закрылась за ним, и "Этерни" встретила тихой прохладой одинокого молчаливого путника. Ник миновал несколько коридоров и лестниц и остановился перед приоткрытой дверью комнаты управления, под которой до сих пор горела небольшая полоска света. Интересно, этот загадочный старик когда-нибудь спал?

— Входи, Ник, не стесняйся, — в голосе Маскиса прозвучала легкая усмешка, — очевидно, ты что-то хотел спросить у меня наедине, без твоего друга?

— Ты очень проницателен, старик, — проклятый вошел в комнату с множеством лампочек и кнопок, — увидел меня по своим экранам?

— Да, я рад что вы немного разобрались с устройствами моего народа, — сказал Алаэнн, — так о чем ты хотел со мной поговорить? Я вроде ответил вам на все возможные вопросы, или ты до сих пор не доверяешь мне?

— Не в этом дело, просто кое-какие вещи Арс не должен знать, а ты, скорее всего, знаешь ответы. В твоем рассказе прозвучала одна персона, которая меня очень интересует. Это первый магиум, — прошептал Ник, словно боясь, что их могут подслушать.

— А, ты об этом, но я же сказал, что первый магиум — личность скорее мифическая, никто не знает ничего конкретного...

— Оставь свои сказки для Арса, хорошо? — стальной взгляд проклятого блеснул непоколебимой уверенностью, — Я чувствую его ментал на этой базе, он особенно силен там, у регенератора. Ксарр был здесь, помогал тебе, как и я. Старик, мне нужно знать.

— Хорошо, хорошо. Я вижу, тебя не проведешь, — Маскис поднял руки вверх , — ты прав. Присядь, мне действительно есть, что рассказать о нем.

— Итак, Ксарр ун Краун, первый магиум, один из сильнейших проклятых, существовавших на планете, также самая загадочная личность из живущих ныне...

— Так он еще жив? — глаза Ника загорелись живым интересом, — где он, как он выглядит?

— Тихо, тихо, не перебивай, всему свое время. Так вот, Ксарр. Он действительно жив до сих пор, если это можно так назвать. Понимаешь ли, он уже не совсем человек. Ему удалось достичь таких уровней магического могущества, что правильней его было бы назвать чистой разумной энергией. Когда-то Краун был моим лучшим другом, до определенного момента, пока сила не затмила ему все. Он действительно был здесь, как ты правильно учуял. Самым известным поступком вышеупомянутой личности, — Маскис взглотнул, — является создание триплекса.

Глаза проклятого наполнились белесым свечением, уже начиная искриться и стрелять молниями, когда он взял себя в руки, умерив вход своего ментала. Ник на мгновение закрыл их, после чего радужки снова стали карими.

— Я вижу, именно это стало причиной вашего визита ко мне. Что мне подсказывало, что это именно так. Хм, интересно.

— Где сейчас триплекс, старик, не томи. Я проделал длинный путь в его поисках, опираясь на жалкие слухи и сплетни, и, наконец, хоть крупица достоверной информации.

— К сожалению, какой-то достоверной информацией я не могу тебя снабдить, так как сам знаю не достаточно много. Триплекс — он же амулет тройного единения, являлся ядром Хранилища Силы, приведшей к Великому Уходу. Если он сохранился после катастрофы, что вероятней всего, то быть ему больше негде. Путь твой лежит к Великому Каньону, так у вас это вроде называется. Ксарр надежно спрятал его, но возвращаться к триплексу он не собирался. Так что у тебя есть все шансы его найти. А зачем тебе этот амулет?

— Я не могу сказать. Ответь, а где этот великий каньон? Как мне добраться до него?

— Перед тем, как вы покинете меня, ты получишь вещь, которая сможет тебе помочь в твоем путешествии. А сейчас извини меня, старому телу необходимо отдыхать.

Ник вышел за дверь, прошел десять метров, и военную базу "Этерни" огласил радостный крик проклятого.


* * *

Следующие три дня прошли в тишине и спокойствии — путники посещали кинозал и узнавали новые интересные вещи из жизни ушедшей цивилизации, тренировались в спортзале и спали. Песчаная буря снаружи Старого Хребта, по подсчетам Арса, уже заканчивалась, когда Алаэнн пригласил друзей в комнату управления на последнюю встречу, приготовив Нику и Арсу небольшие подарки.

— Итак, господа магиумы, ваш визит неуклонно заканчивается, и, как я и обещал, пришло время поблагодарить вас за оказанную помощь. В начале, многоуважаемый молодой лучник Арс, — Алаэнн сделал приглашающий жест подойти к нему, — сперва дам небольшой совет старого человека. Возможно, он пригодится вам немного позже. Никогда не сопротивляйтесь своей природе, только то, что предначертано вам вашей природой сможет найти наибольшее развитие. Не мучайте себя тем, к чему вы не чувствуете тяги, кроме страданий это ничего не принесет. В качестве подарка я даю вам эту небольшую вещицу.

Алаэнн взял со стола бинокль — друзья уже знали назначение и название данного приспособления. Арс с благодарностью посмотрел на старика и отошел к своему месту.

— Теперь вы, господин Ник. Спасибо за неоценимую помощь. Без нее я бы не протянул очень долго, так что можно сказать, что вы спасли мне жизнь, — Маскис хитро улыбнулся, его рука погладила лысину, — надеюсь, вы посетите меня еще в будущем. Ваша награда — это навигатор. Алаэнн взял со стола небольшую серебристую коробочку и протянул ее проклятому. — Эта вещь позволит вам периодически держать связь со мной и следовать к той цели, какую вы запланировали. Все инструкции я вложил внутрь, так что разобраться не составит большого труда. Надеюсь, вы оба довольны. Последнее, что я скажу вам на прощание, вы всегда желаемые гости, возвращайтесь, я буду ждать.

Старик замолчал. Арс встал со своего стула и подошел к Маскису, чтобы пожать ему руку, совсем по-мужски. Ник лишь коротко кивнул и молча вышел из комнаты управления.

Вещи были давно собраны, подарки упакованы, двери к выходу открыты. Как только друзья переступили порог "Этерни", Арс взорвался комментариями.

— Круто, вот это штуковина, через нее можно смотреть на большие расстояния. Теперь я покажу деду, как нужно охотиться. Интересно, как там он. А твоя штуковина для чего?

— Ты же слышал его, можно с ним связь держать, разберусь в ней и попробую.

— Какой ты скучный, вот черт, — лучник прикрыл глаза от яркого света, так как путники вышли из пещеры Старого Хребта, скрывавшего "Этерни".

Пустыня была спокойна. Стояло раннее утро, солнце еще не успело как следует разогреть песок, мирно лежавший огромными барханами, еще недавно пытавшимися убить друзей своей мощью. Голубое небо дышало чистотой на редкие облачка, проплывающие по бескрайней синеве далекого горизонта. Ник и Арс не торопясь тронулись в обратный путь до Магриона, иногда поглядывая по сторонам в память о небольшом инциденте об акроле. Дул легкий теплый ветерок, сворачивавшийся в причудливые вихри на склонах скал. Весь путь до тайного лаза в коллектор под городом занял около двух часов неторопливой утренней прогулки. Увесистый камень между редких кустиков все также стоял в одиночестве, в котором его оставили друзья. Арс еще раз оглядел пустыню на предмет слежки за ними и скрылся в глубине старых катакомб. Взгляд Ника на мгновение стал стеклянным, проклятый удовлетворенно кивнул и тоже исчез в темноте лаза, задвинув за собой секретный валун. Знакомая сырость подземелья пахнула анна путников своей многолетней старостью и затхлостью. Арс как всегда чиркнул кремнем и разжег небольшой факел, начав движение вперед. Вдруг впереди послышался шорох.

— Стой, — проклятый внимательно пригляделся вперед, — там кто-то есть, стой здесь, я пойду проверю. Ник бесшумно извлек свой гигантский меч из старых ножен и, не издавая ни звука, двинулся вперед. Арс погасил свой факел и замер в ожидании, стараясь услышать хотя бы что-нибудь, из происходившего за поворотом. Через две минуты послышался голос магиума.

— Арс, — встревоженные нотки заставили лучника перейти на бег, — скорей сюда.

Парень завернул за угол, и перед его глазами встала страшная картина: проклятый стоял со своим зажженным факелом в руках перед окровавленным телом на полу. Оно было все еще живо — кровавый след уходил далеко в темноту коллектора.

— Кто это, Ник? Он еще дышит?

— Да, но жить ему не долго, попрощайся со своим дедом...

6

— Докладывай, Сугран, — Снасс злобно стрельнул глазами на своего лучшего сотника.

— Да, мой господин. Мои солдаты вышли на след проклятого. Он проходил по старому коллектору под Магрионом. Ментальные остатки вывели нюхачей к старой кузнице в районе ремесленников. Мы ворвались туда. Но там никого не было, — Снасс послал очередной яростный взгляд в сторону Суграна, — кроме старого кузнеца. Он оказал нам сопротивление и сжег свой дом. Сейчас мои солдаты разгребают пожарище в поисках следов убийцы вашего брата.

— То есть ты хочешь сказать мне, что вы так и не нашли этого ублюдка?

— В доме его не было, господин, — сотник нервно сглотнул, — но нюхачи нашли еще один след, очень слабый. Сейчас они идут по нему. Скоро мы его поймаем, господин.

— Не надо меня успокаивать, идиот! — Снасс громко грохнул по столу кулаком, — если вы не поймали проклятого, то какого черта ты стоишь здесь?

— Но господин, вы же сами вызвали меня с докладом, — сотник затрясся от страха.

— Меня не интересуют твои отговорки, пошел вон! Без головы этого ублюдка не возвращайся! — наместник запустил кувшином в то место, где стоял Сугран, но того уже и след простыл.


* * *

— Снуф, — Арс упал на колени рядом с телом и перевернул его на спину, во всю грудь пролегла страшная кровоточащая рана. Старик был ужасно бледен, дыхание учащенное, глаза полны боли и... радости.

— Арс, как хорошо, что с тобой все в порядке, — лицо кузнеца исказила гримаса мучения, — я смог оторваться от них, но эти твари меня все же достали.

— Дед, кто это был, кто напал на тебя, — на глаза лучника стали наворачиваться слезы.

— Резаный, подойди сюда, — Ник шагнул к умирающему телу, присел на корточки, Снуф схватил проклятого за грудки плаща, — пообещай мне, что ты позаботишься о моем внуке, хотя бы до той поры, пока он не сможет за себя постоять.

Проклятый коротко кивнул, холодный взгляд карих глаз сменился успокаивающим.

— Я дам тебе кое-что, возьми, — рука старого кузнеца вынула из кармана небольшую коробочку, — там есть записка для Арса. Отведи его туда, — Снуф кивнул на коробочку, — это очень важно. И еще одна просьба. Резаный, проведи посвящение, я всю жизнь заблуждался.

Старик откинулся на холодный пол и тяжело задышал.

— Дед, дед, ты слышишь меня, ответь, — Арс плакал, — куда отвести, не уходи дед. Ник, что ты стоишь, помоги мне, он же умирает. Лучник заметался вокруг тела, стараясь привести в чувство кузнеца.

— Не стоит, сынок. Мой век уже отмерен, и он заканчивается. Прости, что не рассказал тебе всего, что ты должен знать. Иди за Ником, он знает что делать, он поможет тебе. И еще, резаный. Я хочу отдать все ему. Ты поможешь мне?

Ник снова коротко кивнул и поднял Арса с пола.

— Так, слушай. У нас мало времени, но мне надо объяснить тебе кое-что. Сила любого магиума никогда не исчезает из этого мира. Она переходит от одного из нас к другому. Твой дед хочет, чтобы ты забрал весь его ментал.

— Ментал, — Арс был в шоке, — но это значит, что я сам убью его...

— Очнись же, он умирает, ты не поможешь старику, пора взрослеть мальчик. Я понимаю, что смерть близкого — это самое худшее, что может случиться с нами, но мы должны оставаться сильными, иначе не выжить.

Арс все еще в ужасе смотрел на проклятого, потом перевел взгляд на своего деда. Тот с натугой кивнул и одними губами прошептал "Прощай, я люблю тебя". Лучник перевел взгляд обратно на Ника и кивнул. Магиум ничего не говоря схватил парня за запястье и приложил его к зияющей ране умирающего. "У тебя есть тридцать секунд, чтобы попрощаться". После этих слов проклятый отошел от тела и исчез за углом подземелья. Как по часам через полминуты за его спиной что-то ярко вспыхнуло красным светом и через мгновение погасло.

— Мы оставим его здесь? — из-за спины выплыл убитый своим горем Арс.

— Нет, вылезай на поверхность, я замету следы. Он не хотел, чтобы его хоронили, — Ник скрылся за углом. Лучник стал медленно подниматься по лестнице вверх и лишь краем уха услышал тихий шепот "Фейберн". Он закрыл глаза, так как слезы накатили на него с новой силой, и выбрался на поверхность. Небо было все таким же ясным и безоблачным.


* * *

Путники отошли от входа в подземелье около километра и спрятались в тени предгорий Старого Хребта, чтобы дождаться ночи. Арс был молчалив и не проронил ни слова, слепо следуя за проклятым. Постепенно его взгляд менялся с убито-отрешенного на яростно-мстительный. Видимо, лучник уже вынашивал планы одного убийства.

Друзья устроились между двух гигантских камней, закрывавших их со стороны пустыни. Ник снял меч и дорожный мешок и прислонился спиной к шершавому валуну. Нельзя сказать, что последнее событие выбило его из колеи, и он ощущал сильную утрату, все-таки Снуф был мало знаком магиуму. Но смерть никогда не бывает приятной или безразличной. Она всегда поражает живое в самые дальние и потаенные уголки души, оставляя там свой незримый след навсегда. К тому же у Ника появилась теперь новая проблема — Арс. Последней волей умирающего кузнеца было позаботиться о мальчишке. Старик был мудр, парень уже готов наломать дров и идти убивать обидчика своей семьи голыми руками. Нельзя этого допустить.

Один лишний попутчик сильно менял его планы и отдалял проклятого от его истинной цели — поиска триплекса. Теперь придется немного побыть нянькой. Во-первых, сейчас нужно решить куда двигаться, оставаться рядом с Магрионом очень опасно. Наверняка, ищейки наместника уже идут по следу.

Ник сунул руку в карман своего старого запылившегося плаща и выудил оттуда предсмертный дар Снуфа — маленькую потертую деревянную коробочку. На ней оказался нехитрый замок, оторвавшийся от одного нажатия. В ней проклятый обнаружил две свернутые бумаги и маленький каменный кулончик на кожаной тесемке. Он отложил коробочку и взял в руки первый пожелтевший кусок пергамента. В нем было письмо.

"Дорогой Арс, если ты держишь в руках это письмо, значит меня уже нет в живых. Надеюсь, после его прочтения ты не разочаруешься в своем старике. Пришло время узнать тебе всю правду.

Во-первых, о твоих родителях. Я старательно избегал этой темы в разговорах с тобой. Но ты должен знать, что твои мама и папа были проклятыми. Да-да, именно проклятыми. И я до сих пор ненавижу себя за то, что однажды отрекся от них. В проклятой войне они встали на сторону своих соплеменников, что и обрекло их на верную гибель. Я тоже обладал некими способностями, но всю жизнь старательно скрывал это от окружающих, пытался быть обычным человеком, возможно, зря...

Во-вторых, о тебе. Твои мама и папа передали тебе кусочек себя, своей силы. Ты тоже магиум, хоть еще не проклятый. И прожив такую длинную жизнь, я понимаю, что тебе от своих возможностей отказываться не надо, тебе необходимо пройти посвящение. Поэтому я передаю тебе маленький сувенир, это кулон твоей матери, отличительный знак, среди таких как она и твой отец. С ним тебя примут в Менталоруме, городе проклятых. Я знаю, ты считаешь это детской сказкой, но он действительно существует. Это твоя родина, там ты появился на свет. К сожалению, судьба развела вас по разные стороны баррикад. Если я погиб, то делать в Магрионе тебе больше нечего, отправляйся домой. Никогда не думал, что скажу тебе это.

Менталорум находится в неделе пути на юго-восток от Магриона. Снаружи он выглядит как обычные руины времен Великого Ухода. Будь осторожен, высоко подними кулон над головой, надеюсь, его увидят раньше, чем убьют тебя.

Ну все, я думаю, пора прощаться. Я горжусь тобой, внук.

Снуф."

Ник отложил письмо и взглянул на вторую часть послания. На нем была довольно грубая, нарисованная от руки карта, изображавшая путь от Магриона до Менталорума.

С ума сойти, Менталорум, здесь, глубоко на юге. На родине проклятого поговаривали об этом месте, но как правильно написал Ник, оно считалось мифом, настолько же фантастичным, как первый магиум. И теперь их путь лежит туда...

Проклятый внимательно рассмотрел кулон на кожаной тесьме — обычный с виду каменный круг с изображением глаза Гану, символа проклятых. Что же, будем надеяться, что он нам поможет. С посвящением, конечно, старик загнул. Этот ритуал очень сложен, и после него новому посвященному нужен наставник. Что-то подсказывало Нику, кто им станет.

Магиум встал со своего места и подошел к Арсу. Его лицо по-прежнему выражало скорбь и ярость, два очень близких чувства, по мнению проклятого. Руки были сжаты в кулаки, все тело крайне напряжено. Он сидел как сжатая пружина, готовая в любой момент освободиться. Рука в перчатке протянула лучнику деревянную коробку. Арс словно очнулся от транса и поднял взгляд на магиума — в глазах стояли слезы.

— Прочти, это очень важно для тебя, — Ник отдал коробку и отошел на свое место, из-под шляпы поглядывая на изменяющееся лицо молодого парня. После прочтения в глазах Арса появилось еще больше уверенности.

— Мы идем туда? — в голосе послышались едва уловимые радостные нотки.

— Да, но только с наступлением темноты, сейчас мы оба отдохнем, — проклятый надел шляпу на лицо и откинулся назад. Арса распирало любопытство, но взгляд проклятого не терпел возражения.

— Вечером так вечером.


* * *

Сумерки спустились на предгорья Старого Хребта очень медленно и неохотно. Жара спала, отдавая пустыню вечерней прохладе и слабому северному ветерку. Не торопясь на ясном небе стали появляться стайки звезд, с каждой минутой зажигаясь все ярче и ярче на меркнущем небосклоне.

Проклятый поднял шляпу и увидел своего спутника, зашнуровывавшего ботинки и оправляющего походный мешок — Арс проверял свои пожитки.

— Ну что, мы, наконец, можем идти? — лучник заметил подавшего признаки жизни Ника, настроение у парня было не очень хорошее, видимо, радостный запал от предвкушения города проклятых прошел, вернулись воспоминания о Снуфе.

— Да, пошли, — магиум легко подхватил свои пожитки, забросил их за спину и бодро зашагал на юго-восток.

— Слушай, — Арс присоединился к идущему Нику, — я вот тут спросить тебя хотел. Когда дед сказал "посвятить", он ведь имел ввиду посвятить в проклятого, ведь так?

— Забавный каламбур, не правда ли?

— То есть ты и вправду сделаешь из меня полноценного магиума? — глаза Арса загорелись от предвкушения

— Нет, магиумом ты сделаешь себя сам, я лишь покажу тебе направление, в котором тебе стоит идти и буду держать за руку, а все шаги ты должен сделать сам. Кроме одного — открытие магической метки.

— А она у меня тоже будет в виде кулака, так же как и у тебя? — лучник взъерошил свои белокурые волосы

— Неизвестно. Магические метки бывают трех видов: такая как у меня, метка силы, метка ловкости и метка разума. Ее появление зависит от твоих предрасположенностей. Я думаю, что твой источник будет в виде маленького урагана — метка ловкости. Последующие диспы уже нарезаются в зависимости от нее. То есть большинством моих способностей ты обладать не сможешь, они завязаны на рукопашную схватку, использование тяжелого оружия. Хотя все это не точно, конкретно ты узнаешь только после ритуала.

— А метка разума в виде чего, какие способности она характеризует? — спросил Арс.

— Это два круга, один в другом. Магиумы, обладающие такой силой, способны управлять предметами на расстоянии, телекинез, левитация и так далее. Встречаются эти уникумы достаточно редко, так как сила их по-настоящему велика. На моей памяти был только один такой человек, — взгляд проклятого снова на мгновение стал стеклянным.

— Хм, интересно, — настроение лучника заметно улучшилось, — а после посвящения ты сразу нарежешь мне мои диспы?

— Нет, один ты нарежешь сам, это будет твое главное оружие, — проклятый снял перчатку с правой руки и показал парню шрам в виде зигзага молнии, — он скрепит тебя с твоим главным оружием, позволит быть с ним одним целым.

— Но я не хочу эту уродливую молнию у себя на руке, пусть будет что-нибудь по-стильней.

— Не волнуйся, — губы проклятого тронула улыбка, — молнии у тебя не будет. Видишь ли, главные диспы — это не просто шрамы, куски разорванной кожи. У них есть душа, разум. Вскоре ты научишься общаться со своим новым другом, учиться у него, спрашивать совета. Для тебя твой попутчик уже предначертан Гану, и избежать этой встречи ты не в силах, я узнавал. Дисп-примера будет расти со временем, эволюционировать в что-то индивидуальное, только твое. Он будет таким, каким ты поможешь ему стать. Могу даже сказать, что звать новый шрам будут "Арчи".

— Откуда ты знаешь? — лучник недоуменно почесал затылок. Проклятый лишь вновь показал тыльную сторону ладони соей правой руки и зашагал дальше. Арс на мгновение встал на месте, но быстро пришел в себя и поспешил за своим попутчиком.

Тьма сгустилась так, что друзья видели лишь очертания друг друга. Немного света давала узкая полоска месяца, лукаво улыбающегося дремучим пескам пустыни. Ночная прохлада заставила выбираться из своих нор всем мелким животным — время охоты. Только две тени, плывшие среди барханов, никак нельзя было назвать добычей.

Друзья остановились только под утро, когда непривычный к таким нагрузкам Арс совсем выбился из сил от ночной прогулки. Отдохнуть было решено в маленьком полузанесенном песком здании, бывшим когда-то в прошлом заправочной станцией. Путники осторожно пролезли внутрь и устроились на длительный привал.

Только отдохнуть Арс так и не смог, потому что проклятый решил начать тренировки молодого магиума еще до ритуала посвящения.

— К ритуалу ты должен быть готов, магическая метка не появится просто так. Ты должен ей помочь. Арчи не выберется из мира Гану без своего маяка — твоей силы. Придется научиться ее показывать.

Дальше лучник прослушал длинную лекцию о способах вызова ментала, выполнил несколько вспомогательных упражнений и даже заставил кончики своих пальцев позеленеть. После всех этих нагрузок парень сразу провалился в сон, лишь дотронувшись головой до походного рюкзака. Проклятый сел рядом с окном и стал вглядываться в горизонт. Еще про одну проблему он не рассказал своему попутчику. Для проведения ритуала необходимо трое магиумов, помимо посвящаемого. Остается только надеяться, что им кто-то поможет.

Следующая неделя перехода через пустыню оказалась адом для Арса и совершенно обычной для Ника. Проклятый заставлял молодого лучника тренироваться на каждом привале, отрабатывая приемы концентрации и правильного дыхания. Быть магиумом в теории — это конечно очень здорово, но на практике, как убедился Арс, это доставляло лишь одни неудобства. Спать приходилось в самых разных местах, начиная с голой, открытой всем ветрам пустыне, заканчивая жутко воняющей хибарой странствующего торговца, столкнувшегося с путниками на восходе четвертого дня. У него друзья немного пополнили припасы, выслушали несколько новостей с юга и переночевали. На пятую ночь Арс попросил убить его, так как идти он уже не может "и вообще, когда эта чертова пустыня закончится, чтоб она провалилась", на что проклятый ничего не ответил, уверенно шагая на юго-восток.

За время путешествия Ник смог разобраться с устройством, подаренным ему Алаэнном и даже перекинуться с ним парой сообщений. Оказалось, что путники забрали немного южнее, как старик это выяснил, осталось для них не понятным, но друзья решили ему довериться, подкорректировав маршрут. Арс стал заметно лучше управляться со своей внутренней энергией, под утро шестого дня удовлетворив проклятого "показательным запуском" — рука лучника по локоть светилась зеленым, устойчиво и ярко. "А парень быстро учится, это очень хорошо", — думал Ник.

Руины появились перед путниками, подсвечиваемые нежно-розовым восходом. Бурые обрубки высотных зданий, наполовину занесенные песком, смотрели на путников зияющими дырами оконных проемов и скалились осколками потемневшего стекла. Вид разрушенного города был довольно мрачен. Арс рассмотрел развалины в бинокль, подаренный Маскисом. Здания давали обманчивое впечатление запустения и одиночества, но оба магиума чувствовали еле заметный след ментала, витающий вокруг старых вывесок и сломанных крыш.

— Ты ничего не видишь? — Ник осторожно высунул голову из-за бархана.

— Ничего, кроме разрушенных зданий, песка и солнца, — Арс еще раз поглядел в свой бинокль.

— Значит, плохо смотришь. Над городом стоит оборонительный купол, я узнаю этот ментал — защита от проникновения не магиумов.

— Ну, получается, бояться нам нечего, ведь так? — сказал лучник.

— Не уверен, пересекая грань барьера, мы заявим о своем присутствии, нас наверняка встретят. Так что держи ухо востро, и достань свой кулон.

Арс вынул из-за пазухи подарок своего деда, высоко поднял его над головой и двинулся к городу. Ник шел рядом с ним, достав меч и высвободив ладонь правой руки от перчатки. Перешагнув линию купола, друзья окунулись в хаотичный ментальный шум.

— Ого, такое чувство, что вокруг нас целая толпа магиумов, — Арс покрепче сжал кулон.

— Так оно и есть, сотни две, не меньше. Смотри в оба.

Путники подошли к крайнему зданию с островерхой обвалившейся крышей и остановились. У обоих появилось устойчивое ощущение слежки.

— Щит, — проклятый задрал кофту, находившуюся под плащом, обнажив полукруглый вытянутый дисп, светящийся на груди. Синеватая сфера окутала путников, приняв на себя яркую огненную вспышку, летевшую в грудь лучника. Через мгновение из окна соседнего дома показалась голова человека, укатанного в платок.

— Назовитесь, чужаки, — голос незнакомца был неприятно каркающим и порывистым.

— Магиум второй ступени, Громовой Меч Ник и мой ученик, — проклятый так и держал синюю сферу вокруг, остерегаясь повторного нападения.

— Он не посвящен, не посвященным, рожденным за границей Менталорума нельзя входить, таков закон, — прокаркал незнакомец.

— Я рожден здесь, Камус и Клия — мои родители, отсюда, — лучник поднял кулон выше над головой. Чужак внимательно вгляделся в каменный кружок и удовлетворенно кивнул.

— Оставайтесь на месте, я сейчас спущусь.

Через минуту незнакомец появился из-за угла здания. Он был невысок, подтянут и широкоплеч. Его походка выдавала в нем скрытую силу, уверенность чувствовалась в каждом движении. Магиум подошел к друзьям и снял перчатку с правой руки. Он поднял ее перед собой, показывая свою открытую ладонь. Ник подошел к нему и приложил свою ладонь к его, глаза незнакомца удивленно расширились. Проклятый убрал руку, кивнув своему спутнику сделать то же самое. Арс неуверенно подошел к странному чужаку и приложил свою руку. В голове сразу же потемнело, лучник почувствовал себя запертым в маленькой клетке, медленно сжимающейся вокруг него. Незнакомец отнял руку и снова надел перчатку.

— Вы можете пройти, я вас провожу. Позвольте представиться, меня зовут Крарк.

— Зачем ты атаковал нас? — Арс брякнул первое, что пришло ему в голову. Ник злобно стрельнул глазами в лучника, его взгляд означал "не позорь меня перед другими". Крарк мотнул головой проклятому, мол "ничего, я все понимаю".

— Стандартная проверка на вшивость. Не способным отразить эту атаку в Менталоруме делать нечего. Вы пришли провести посвящение?

— Не только, — голос Ника немного потеплел, — но и за этим тоже. Нам кто-нибудь сможет помочь?

— Вам следует обратиться к старейшине, он решит.

Крарк забрался в окно очередного полуразрушенного здания и поманил за собой путников. Внутри дом был так же потрепан, как и снаружи. Магиум открыл в полу увесистый люк и спустился внутрь, попросив закрыть вход за собой. Длинная плохо освещенная винтовая лестница вывела гостей к внушительно вида металлической двери.

— Кто? — маленькое смотровое окошко распахнулось, и внимательный взгляд ощупал путников с ног до головы.

— Крарк Огненный Топор, гости проверены.

Внутри громко защелкали засовы и задвижки, заскрипели петли и огромная дверь распахнулась. За ней стоял здоровый детина, на две головы выше Ника. Он еще раз внимательно изучил незнакомцев и отступил к стене, пропуская их внутрь. Крарк махнул рукой и повел их по длинному темному коридору.

— По приходу в Менталорум рекомендую не задерживаться и сразу направляться к старейшине, его зал находится в трех километрах по левой ветке. На улицах запрещено пользоваться менталом и доставать оружие из ножен, — магиум бросил взгляд на внушительный меч Ника, — дисп-примера держите на виду, это признак доброжелательного отношения. Я встречу вас у входа в зал старейшины. А сейчас прошу простить меня, мне необходимо отойти.

Крарк свернул за угол и исчез, так как путникам было уже не до него. Перед ними показались волшебные огни затерянного для всех места, города проклятых, Менталорума

7

— Айа, стой мерзавка, опусти мою кастрюлю обратно, — невысокая полная женщина бегала по кухне в безуспешных попытках поймать свою утварь, летающую вокруг нее, — вот изловлю тебя — уши надеру.

— Да смотри же тетя, вот же она, — юная черноволосая девушка дернула ладонью, и кастрюля вновь улизнула от своей владелицы.

— Что бы сказали твои мама и папа, если б были живы, узнай они о твоих издевательствах над родной тетей? — Мари села на шаткую табуретку и утерла лоб подолом своего халата, — в кого же ты у меня такая хулиганка?

Айа сидела на верхней ступеньке лестничного пролета и лениво водила рукой в воздухе, заставляя посуду прыгать и скакать по кухне. Ее очаровательный носик дернулся, правильные черты лица исказились в гримасе.

— Тетя Мари, ты же знаешь, что я не люблю, когда ты упоминаешь маму и папу. Они бы точно не одобрили, что ты меня держишь взаперти. Мне давно пора уже покинуть город и отправиться навстречу приключениям. Сколько можно натирать котлы и прислуживать этим чурбанам.

— Куда же ты отправишься, главное одна. Снаружи сейчас ох как неспокойно. А рядом со мной ты в безопасности. Тебе всего двадцать лет, а вдруг акрол какой на тебя нападет, летающей кастрюлей ты его не одолеешь. Нет уж, сиди дома, — Мари сделала еще одну отчаянную попытку поймать вновь улизнувшую кастрюлю и, потерпев очередное поражение, бросилась на лестницу ловить свою неразумную племянницу-хулиганку. Та с легкостью перемахнула через перила и оказалась у входной двери.

— Тетя, не обижайся, буду вечером, — черноволосая девушка хихикнула и захлопнула за собой дверь. Кастрюля с шумом упала на пол.

Айа выбежала из дома и оказалась в широком коридоре, ярко освещенном магическими огнями и уходившим далеко в обе стороны. Она улыбнулась мысли о том, как сердится, наверное, ее тетя. Мари опекает ее вот уже шестнадцать лет с момента смерти родителей. Она слишком носится с племянницей. Двадцать лет — это же не десять. Душа Айи давно рвалась на волю к неизведанным просторам внешнего мира. А все вокруг того и гляди прирастут к своим креслам, наружу носа не суют, сидят в своих домах. Айа почесала тыльную сторону ладони с красивым шрамом в виде круга с волной на ней, повернулась направо и приготовилась бежать, но упала. Причиной ее падения, как она поняла, подняв голову, оказалось столкновение с высоким черноволосым незнакомцем. Он был одет в старую видавшую виды шляпу и очень пыльный походный плащ, за плечами виднелась гарда меча. Его сопровождал высокий худощавый парнишка со светлыми волосами и красивым луком за спиной. Чужаки посмотрели на юную девушку свысока и переглянулись.

— Ээ, здрасьте, — Айа открыла рот от удивления и совсем забыла, что сидит на каменном полу, — извините, что я в вас врезалась.

— Привет, — молодой лучник протянул ей руку и помог встать, — не обращай внимания на него, он всегда молчалив. Ты извини нас, мы немного торопимся, поболтаем в следующий раз, хорошо?

— А, — девушка покраснела под пристальным взглядом незнакомца в шляпе и запнулась. — Хорошо, — только и смогла выдавить из себя Айа.

Чужаки обошли ее с разных сторон и отправились дальше по широкому коридору, люди откровенно оглядывались на них, а теперь и на Айу. Когда путники скрылись за поворотом, девушка поняла, что даже не спросила их имён. Надо будет обязательно отыскать этих незнакомцев, они же с поверхности, вдруг заберут ее с собой.


* * *

— Какая странная девушка, ты не находишь? — Арс заинтересованными глазами посмотрел на своего друга.

— Что, понравилась? — Ник ухмыльнулся в свой шарф и посмотрел на лучника.

— Да ну тебя, вечно ты меня подкалываешь. Просто она такая красивая, а я думал, что проклятые девушки все страшные.

— Ну, ты глубоко ошибаешься, в этом плане девушки-магиумы вполне обычные. Ты кроме внешности что-нибудь в ней заметил?

— Нет, — Арс сморщил лоб, припоминая недавнюю встречу с Айей, — ничего такого.

— Какой же ты ненаблюдательный, тебя еще учить и учить. Она магиум разума, дисп на ее руке, которую она, кстати, подала тебе, это примера телекинеза, я видел такие раньше.

— Погоди, — лучник почесал сморщенный лоб, — ты же говорил, что магические метки разума встречаются крайне редко.

— Видишь, как нам повезло, — Ник снова ухмыльнулся в шарф, — первый день в Менталоруме и уже диковины встречаются.

Друзья, продолжая разговаривать, шли по длинному светлому коридору города проклятых. Он превзошел все их самые смелые ожидания — несмотря на всеобщую разруху и запустение наверху, здесь Менталорум сверкал яркими магическими огнями всевозможных цветов. Красивые двери, облепившие стены коридора, были обрамлены стайками блестящих летающих частичек, складывающихся в рекламные щиты и вывески различных заведений. Цирюльник здесь соседствовал с мигающей стрелкой местного паба и рекламой, приглашающей зайти в оружейный магазин Стоуна. "А у проклятых есть чувство вкуса", — думал Арс, с интересом разглядывая всевозможные сверкающие надписи на стенах.

— Наверное, это бывшее метро, помнишь, нам Алаэнн показывал в фильме? Это где такие длинные железные махины передвигались под землей.

— Да, я уже подумал об этом, — проклятый как всегда не разделял восхищения, охватившего его друга, — нам нужно скорее найти зал старейшины, а то все и так на нас оглядываются, наверное, их удивляет твой незакрывающийся рот, — Арс в гневе посмотрел на Ника: "Да иди ты".

— Как можно быть таким скучным чурбаном. Я же знаю, что тебе здесь тоже нравится. Надо будет обязательно зайти в каждую дверь, посмотреть что там, — лучник восхищенно тыкал пальцем во все, что видел.

— Сначала нам нужно решить проблему посвящения, а потом уже развлекаться.

— Кстати, хотел тебя спросить, — Арс обратил взгляд на Ника, лицо которого стало делано страдальческим, — ты там наверху, этому Крарку сказал, что являешься магиумом второй ступени, и еще назвал себя как-то по-выпендрежному, "Громовой Меч Ник". Это что значит?

— У магиумов есть несколько ступеней мастерства. Самая низшая, я надеюсь, ты ее получишь после посвящения, десятая. Она означает владение элементарными ментальными навыками. Как правило, наличия диспа-примера обеспечивает десятую ступень. Все остальные ты можешь получить, совершенствуя свои навыки и способности.

— А у тебя вторая. Значит, ты чертовски силен? — Арс присвистнул, — а самая высшая ступень первая?

— Ну, можно сказать и так. Я не видел ни одного магиума, кто смог бы подняться выше первой ступени. Ходят легенды только об одном человеке, достигшем нулевой. Она означает абсолютное оперирование материей, хотя может это все просто сказки.

— А по поводу имени? — спросил Арс.

— После посвящения исполнителями ритуала каждому магиуму присваивается его собственное имя, связанное с сущностью его способностей. Вот у тебя, например, наверняка будет "Дырявые Руки Арс" или "Как Завязать Шнурки Арс", — проклятый от души захохотал, не заметив тычка разъяренного лучника.

— Ну, я тебе как-нибудь задам, — улыбка слегка тронула и губы Арса.

— Ладно, пошли дальше, мы, наверное, где-то близко.


* * *

Вход в зал старейшины обнаружился через двести метров. Длинный коридор уходил дальше, ответвляясь огромным освещенным помещением, наполненным волшебными огнями и каменными лестницами. Народу здесь было мало, в отличие от остальных частей города. Потолок украшали строгие каменные фигуры и лепнина, яркие вспышки волшебных витрин остались позади. В глубине зала путники увидели небольшую железную дверь, выделявшуюся из общей картины помещения своей грубостью и внушительностью. Рядом с ней стояли два мрачных типа, больше похожих на дубовые шкафы с антресолями. Каждый держал в руках по длинному копью, украшенному черными короткими лентами. Над дверью прямо в камне стены был вырезан глаз Гану, смотревший, словно, прямо в душу друзей. Не обошлось здесь без сильного ментала.

Ник и Арс поднялись по каменным ступеням зала и подошли к охраняемой двери, остановившись перед скрещенными копьями.

— Ждите здесь, я доложу о вас, — прогрохотал один из стражников, — старейшина уже знает о вашем прибытии.

Друзья повиновались и стали разглядывать убранство зала. Арс прищурился, уставившись на один, подлетевший слишком близко к ним, светящийся синий шар. Сфера крутанулась вокруг лучника и полетела к потолку к своим собратьям. Второй охранник хмыкнул и уставился куда-то в пустоту. Первый страж вернулся достаточно быстро, громыхая по полу древком своего копья.

— Вы можете пройти, оружие вам разрешается не убирать, все равно в зале старейшины им невозможно воспользоваться, — шкафы загоготали своими антресолями и расступились, открывая вход в узкий коридор. Ник и Арс неторопливо вступили в темноту перехода.

— Ты волнуешься? — лучник нервно сглотнул, оглядываясь на проклятого, — а что если нам откажут?

— Не откажут, магиумов в мире, несмотря на россказни Алаэнна, не так уж и много. А появление еще одного, довольно радостное событие. Важно, кого дадут в помощь для проведения ритуала, а остальное не важно, так что можешь не волноваться, — Ник похлопал по плечу идущего впереди парня.

Коридор вывел путников в небольшую полутемную комнату, разительно отличающуюся от сверкающей красоты приемной, удивляя потрепанностью стен и поразительно свежим запахом хвои. В этом "тронном зале" было совсем мало мебели: только старый крепенький стол, высокий стул со спинкой и небольшой комод. Окончательно поражая путников, здесь отсутствовали многочисленная свита, охрана и слуги. За столом сидел лишь один добротный седой старик с густыми усами. Одет он был очень просто и вообще не производил впечатления самого главного проклятого в городе. Лишь взгляд выдавал его, прожигая друзей, вошедших в комнату. Он был глубокий, ясный, пронзающий насквозь, вез видимого вызова и спеси, но дававший понять, кто здесь хозяин. Дополнительные стулья отсутствовали, поэтому старейшина не пригласил гостей сесть. Около минуты он в полной тишине изучал путников своим взглядом, переводя его с одного из друзей на другого. Арс еле заметно вздрогнул и в очередной раз сглотнул.

— Доброе утро, — голос старейшины был грубым с хрипотцой, — не скажу, что очень рад, но приветствую вас в Менталоруме.

Арс лишь смущенно потупил глаза, Ник же уверенно подошел к старику и протянул ему ладонь, направленную вертикально вверх. Старейшина кивнул, приложив свою. Через секунду проклятые внимательно посмотрели друг на друга, и Ник отошел к лучнику.

— Меня зовут Клай Раскаленный Череп, как я понимаю, вы здесь для посвящения этого юного воина? — Клай мотнул седой головой в сторону Арса.

— Да, — Ник ответил за своего друга, — мы хотели бы попросить о помощи в проведении ритуала.

— Ну разумеется попросить, — Старейшина сдвинул брови, изучая лучника. Арс почувствовал легкий дискомфорт. — Мне знакомо твое лицо, юноша. Ты не бывал раньше в Менталоруме?

— Нет, — парень испуганно взглянул на своего спутника, — но здесь жили мои родители, Камус и Клия.

— Вот как, — губы Клая растянулись в добродушной улыбке, — замечательно. Я буду рад помочь сыну моего старого друга. Помнится, они назвали ребенка Арсом, так ведь тебя зовут?

— Да, сэр. Вы знали моих родителей?

— Конечно, знал. Но об этом поговорим позже. Сейчас надо предоставить вам жилье, чтоб вы не ютились в коридорах, и назначить магиумов для ритуала, — Клай поднялся со стула и бодро подошел к комоду. На нем лежал целый ворох бумаг, скрученных в свитки. Покопавшись несколько секунд, старейшина выудил из кучи длинный пожелтевший лист и положил его на стол. Это оказалась карта. Старейшина склонился над пересечением коридоров и залов Менталорума и, поводив по ним пальцем, довольно крякнул.

— У меня свободно место у южного перехода, там пара небольших комнат. Не очень шикарно, но думаю, вам там будет удобно. По крайней мере, Клия и Камус не жаловались. Где и когда мы проведем ритуал, я сообщу вам позже, пришлю весточку с кем-нибудь, — Клай плюхнулся обратно на стул.

— Спасибо, сэр, — Арс слегка склонил голову.

— Ну вот и договорились, Крарк встретит вас на выходе и проводит до ваших апартаментов. А сейчас прошу меня извинить, у меня много работы, — Старейшина скатал карту и кинул ее в ворох бумаг на комоде.

— Только один вопрос, сэр, — "только не это" — Ник закатил глаза, — почему вас называют раскаленным черепом?

— Надеюсь, сынок, ты этого никогда не узнаешь, — Клай откинулся на спинку стула и закрыл глаза, давая понять, что аудиенция окончена. Путники развернулись и поспешно вышли из комнаты Старейшины. В приемном зале их действительно встретил Крарк, молча кивнув и направившись к коридору города. Друзья двинулись за ним на некотором отдалении.

— Круто, — Арс не переставал восхищаться, порядком утомив этим проклятого, как все быстро прошло, я думал, нас там обо всем расспросят, все выяснят. А Клай на слово поверил. Наверное, я вызываю доверие, — Лучник горделиво задрал нос.

— Старейшина узнал про тебя все, даже не поздоровавшись, — Ник был хмур, — ему не нужно никого ни о чем расспрашивать.

— Это почему это? — довольное выражение лица улетучилось.

— Он — вторая диковина Менталорума, которую мы встретили за сегодня. Очень сильный магиум разума, специализация — телепатия, чтение мыслей. Я даже догадываюсь, почему его зовут Раскаленный Череп.

— Значит, Старейшина и твои мысли смог прочитать? — Арс раскрыл рот от удивления.

— Только поверхностные. Все-таки я не так прост, да и он глубоко не копал, — проклятый улыбнулся.

— Научишь меня? Да, кстати, вот такой вопрос хотел тебе задать, — проклятый треснул кулаком себе по лбу, слегка сбив шляпу, — а что это за ритуал приветствия такой у магиумов?

— А ты разве еще не понял там, наверху, когда приветствовал Крарка? — провожатый слегка повернул голову, вслушиваясь в разговор друзей, — мы прикасаемся друг к другу открытыми ладонями правой руки. Во-первых, это дань доверия, ты не скрываешь своего диспа-примера. Во-вторых, так проклятые получают информацию друг о друге, о силе, о способностях. Разве ты этого не почувствовал?

— Да я чуть сознание там не потерял, в голове все потемнело.

— Это от того, что ты еще слишком слаб. Сила Крарка намного превосходит твою, не переживай, со временем научишься здороваться по-мужски, — Ник ухмыльнулся.

— Тогда почему Старейшина не протянул мне ладонь, и почему я ничего не почувствовал, когда помогал той девчонке, что в тебя врезалась, встать? — магиум схватился за голову в шутливом обмороке.

— Когда ты перестанешь задавать мне столько вопросов. Отвечаю по порядку: во-первых, я уже говорил тебе, что Клай просканировал тебя и так, без приветствия, во-вторых, девчонке ты подавал левую руку, неужели ты даже этого не помнишь?

— Не обратил внимания, — Арс почесал лоб, — теперь все понятно. И не надо так реагировать на мои вопросы, я же новичок в этом мире.

Крарк, шедший впереди, слегка замедлился, равняясь с друзьями.

— Я рад, что Старейшина дал вам разрешение на проведение ритуала. Обычно он сначала устраивает испытания для новичков. Он сказал мне, что вы — не совсем рядовой случай.

— Погоди-ка, — Арс снова удивленно воззрился, на этот раз на Крарка, — когда это он успел тебе это сказать?

— Странный вопрос, — проводник ухмыльнулся, — господин Громовой Меч вроде все тебе уже объяснил.

И, не говоря больше ни слова, Крарк снова ускорился, отдаляясь от путников.

— Видимо, не те книжки ты читаешь, — проклятый не упустил повода подшутить над лучником.

— Да просто в ваших способностях сам ваш Гану ногу сломает, разбираясь. Ладно, какой дальнейший план действий, мой весьма интеллектуальный друг?

— Для начала отдохнем, все-таки у нас длинный поход за плечами. А как выспимся, пойдем прогуляться, осмотрим, так сказать, местные достопримечательности. Может, кое-что прикупим.

— Отлично, интересно, далеко еще идти, — разговаривая с проклятым, Арс чуть не врезался в внезапно остановившегося Крарка.

— Пришли, господа. Располагайтесь. В комнатах вы найдете все необходимое, приятного отдыха, — сказал Крарк и быстро исчез в разноцветных переходах Менталорума.


* * *

Комнаты действительно не удивили путников особым шиком, но были достаточно уютными и удобными. Две кровати, стол, стулья, старенький рукомойник, закопченная печка, что еще нужно? Арс, скинув с себя дорожную одежду, тут же рухнул на покрывало и заснул. Ник же, аккуратно сложив весь скарб в угол комнаты, огляделся. Жилище было создано не теме же людьми, что и коридоры Менталорума. Стены не такие ровные, двери не такие узкие, след старости не такой яркий. Походив по комнатам, проклятый все же решил отдохнуть и тоже улегся на кровать.

Сон поглотил его мгновенно. Взору снова открылось поле страшной битвы. Ник оглядел себя, он был уже не невысоким воином, закованным в темную броню, а крепким высоким мужчиной с длинным тяжелым молотом. Вокруг кипело сражение: проклятые заклятия разлетались в разные стороны, унося с собой противников, свистели стрелы, раздавались громкие удары оружия о щиты и слышались крики умирающих и раненых. Ник развернулся вокруг своей оси, и глаза его наполнились страхом. Через поле, сминая под собой врагов, мчался огромный монстр. Его гигантский шипастый кулак сминал воинов, закованных в темную броню. На маленьком для такого тела лице горели ярко белые, горящие вспышками молний, глаза. Его собственные глаза...

Ник вскочил в холодном поту. Вокруг была тишина и темнота. Только Арс посапывал в соседней комнате, и люди проходили, переговариваясь, мимо за дверью. Что это было? Снова. Что может значить этот ужасный сон, это страшное чудовище с его лицом? Библиотека Гану никогда не лгала магиумам. И если события еще не было в жизни проклятого, то оно обязательно произойдет.

Арс проснулся через полчаса и застал Ника изучающим небольшую кожаную книгу за столом. Под потолком в разные стороны неторопливо летал зеленый магический огонек.

— Доброе утро, — лучник смачно зевнул, — что это такое?

— Ты всегда начинаешь свой день с вопросов? — проклятый закрыл книжку, — сейчас скорее вечер.

— Да ну тебя, кто-то встал не с той ноги? И все-таки, что это такое?

— Это мой дневник, — Ник поспешно убрал книжку в свой походный мешок и улегся на кровать, — собирайся, нам нужно подготовиться к ритуалу.

— Дневник? Ты там всякие свои секреты и переживания записываешь? — Арс усмехнулся и принялся тщательно смывать остатки сна с лица водой из рукомойника.

— Нет, я туда записываю все свои диспы и их подробные описания: стихию, силу, меры предосторожности. И, кстати, я рекомендую тебе завести такой же. Очень полезная штука.

— Как скажешь, учитель, — лучник согнулся в шуточном поклоне, — куда пойдем, тут столько всего интересного, что у меня глаза разбегаются.

— Для начала заскочим в пару магазинов, а потом нас пригласили выпить в местный бар, — проклятый лениво указал на записку, лежащую на столе, — я нашел ее под дверью, когда проснулся.

Арс быстро пробежал глазами послание и хмыкнул.

— Наверное, я ей понравился. Это же та девчонка, которую ты протаранил сегодня?

— Вероятно, — безразлично сказал Ник, — а тебе самомнения не занимать, может, поделишься?

— Да ладно, не прибедняйся. Ты тоже от заниженной самооценки не страдаешь. "Я магиум второй ступени, Громовой Меч Ник", — лучник очень похоже изобразил проклятого, — "и я самый крутой в мире мечник".

— Собирайся, самый крутой в мире мечник.

Препираясь и перешучиваясь, друзья покинули уютные комнаты, захватив весь свой нехитрый скарб с собой. В комнате они обнаружили карту, так что в коридорах Менталорума Ник и Арс уже не путались, уверенно выбирая нужное направление. Длинную "улицу" различных магазинов, по которой путники шли утром, они нашли быстро. Здесь по-прежнему рябило в глазах от ярких магических витрин и неугомонных летающих фонарей. Сначала было решено зайти в "Магазин всякой всячины", где Ник купил лучнику небольшую, переплетенную кожей, пустую тетрадь. Арс с благоговением разглядывал ее, когда друзья вошли в лавку одежды. Здесь проклятый купил себе новые сапоги, взамен старых прохудившихся, и присмотрели неплохой дорожный плащ для лучника. Уложив обновки в мешки, друзья направились в местный паб, в котором должна была произойти их встреча с загадочной утренней магиумессой.

Заведение оказалось довольно просторным, народ только возвращался с работы. "Интересно, а чем они занимаются целый день, не только же продают друг другу всякие штуки", — подумал Арс. За столами сидели лишь пара ничем не примечательных магиумов средней силы, как оценил их проклятый.

— Неплохо, чистенько, где сядем? — лучник с интересом крутил головой, осматривая заведение.

— Давай вон там, — Ник указал в самый темный угол заведения, — подождем ее здесь.


* * *

Айа шла по коридорам города и очень волновалась. "Как только осмелилась сама пригласить их в паб? Вот дуреха, и что я им скажу: привет, возьмите меня с собой, пожалуйста? Смешно. Тот тип в шляпе только глянет на меня, и я сразу грохнусь в обморок. Но они — моя единственная надежда выбраться отсюда. Путники — большая редкость в Менталоруме, и следующего шанса улизнуть от дяди с тетей можно ждать еще лет двадцать. Как начать разговор? Привет. Да какой привет, он раза в два старше меня. Может, здравствуйте? Да, здравствуйте, подойдет. И что дальше? Как вывести разговор к нужной мне теме? А ладно, будь что будет". Айа на мгновение остановилась у двери в паб, к которому она только что подошла, глубоко вздохнула и вошла. Путники сидели в углу и потягивали что-то из высоких глиняных кружек. Девушка попыталась придать лицу невозмутимое выражение и двинулась к ним.

— Привет, — какой привет, все приготовления акролу под хвост, чтоб этого лучника Гану забрал.

— Привет, — выдавила из себя девушка, — меня зовут Айа.

— Я Арс, это Ник, — представились, уже хорошо, успокойся, все под контролем.

— Очень приятно, разрешите с вами сесть? — да что ты несешь, дура, ты же сама их сюда пригласила. Путники удивленно переглянулись, и лучник кивнул. Айа села на краешек стула и уставилась в столешницу. Воцарилось неловкое молчание.

— Э-э-э, девушка, для чего вы нас сюда пригласили, — спросил Арс.

— Что? А, да. Пригласила. Вот хотела узнать, вы же с поверхности? — Айа робко взглянула на путников.

— С поверхности? В смысле сверху? Да, вот пришли посмотреть на ваш удивительный город, у вас тут все такое интересное, — Айа немного приободрилась и уже разговор с молодым лучником пошел свободней. Девушка рассказала друзьям о Менталоруме, его жителях, волшебных огоньках и магазинах.

— А еду вы тут откуда берете? Пустыня ж кругом, — Арс неустанно находил все новые и новые вопросы.

— Как откуда? — Айа захихикала, — песчаных духов разводим. Их выводят попастись наверх по ночам, когда не слишком жарко, чтобы они песочком похрустели. А в других местах разве по-другому?

— Песчаных духов? Песочком? — глаза лучника округлились, — вы что, привидений едите, да еще питающихся песком?

— Да нет, — девушка очаровательно засмеялась, — они не привидения. Это животные так называются. Небольшие такие. У них очень вкусное мясо, а еще они удобрения производят для наших посевов.

— А, ясно, — Арс пригубил напиток из кружки. Ник в течение всего разговора сохранял невозмутимое молчание, сверля взглядом юную девушку.

— Возьмите меня с собой, — слова вырвались изо рта Айи неожиданно для себя самой, лучник поперхнулся напитком и закашлялся. Взгляд проклятого стал удивленным.

— Чего-чего? — парень, кажется, не уловил смысла сказанного.

— Возьмите меня с собой, наверх, — уже более уверенно сказала девушка, — Менталорум — это тюрьма, я не могу выбраться отсюда. А все дядя и тетя, они не выпускают, говорят, что слишком мала, и нечего мне там делать. А здесь уже все осточертело.

Слова лились из Айи неостановимым потоком, углубляясь в значение слова "осточертело". Путники узнали много о взаимоотношениях девушки с родственниками и об унылых лицах прохожих, мелькающих перед ней каждый день.

— Об этом не может идти и речи! — Ник, наконец, подал голос, — ты не понимаешь, о чем просишь, девочка.

Магиумесса замолчала, словно пораженная громом. В ее глазах появились слезы.

— Но почему? Я много умею, мои способности вам пригодятся, — дрожащим голосом произнесла Айа.

— Нет. Наверху слишком опасно. А я не могу нянчиться еще и с тобой. Прости, если обидел тебя, но мы не возьмем тебя с собой, — Ник встал, бросил на стол несколько потускневших монет и быстро вышел из паба. Арс лишь пожал плечами, печально взглянул на замершую девушку и сказал "извини". Айа так и осталась сидеть на краешке стула.

— Зачем ты так с ней? Почему бы нам не взять ее с собой? Тем более она магиум разума, она пригодится, — Арс догнал торопливо идущего проклятого.

— О, всемогущий Гану, и ты туда же! Она будет только мешать. Мы проведем ритуал и сразу же уйдем. Понял? Нечего нам здесь делать!

— Ладно, как скажешь.

8

Крарк оказался в очень затруднительном положении. Он пообещал себе впредь стучаться в любую дверь, так как сейчас замер на пороге апартаментов Ника и Арса с приставленным к шее мечом и устремленным на него взглядом проклятого, сыпавшим молнии из глаз.

— Стучаться надо, а то можешь и без головы остаться, — магиум убрал меч в ножны, взгляд погас. Крарк напряженно сглотнул.

— Извини, впредь буду знать. Я пришел с посланием от Старейшины, в полдень вам необходимо явиться в зал Гану на посвящение, — сказав это, незадачливый посыльный мгновенно испарился, дверь мягко хлопнула. Из комнаты Арса показалась голова заспанного лучника.

— Что случилось?

— Ничего особенного, собирайся. Сегодня твоя жизнь навсегда изменится.

— Уже сегодня? — Арс пошлепал к рукомойнику, — А я думал, это трудный ритуал, требующий серьезной подготовки.

— Это трудный ритуал, не думай, что все так просто. Ты врядли сможешь дойти обратно на своих двоих. Придется тащить тебя на закорках, — проклятый достал из кармана недавно купленные булочки и громко зажевал.

— Слушай, а что вообще представляет собой посвящение? А то, что-то я волнуюсь, — лучник подошел к столу и тоже схватил булку.

— Не могу тебе сказать, каждый магиум видит этот процесс по-своему. Не знаю как ритуал будет выглядеть твоими глазами. Сегодня увидишь.

Сборы не заняли много времени, друзья как всегда собрали все свои пожитки, словно больше не собирались возвращаться в обиталище родителей лучника.

— Лук оставь здесь, он тебе больше не понадобится.

— Почему это? Ты знаешь, как я породнился с этим оружием? — Арс с любовью посмотрел на свой лук.

— Понимаю, но то, что у тебя появится, будет намного дороже. Поверь мне.

Лучник бережно положил свое оружие на стол, хотя колчан все же закинул за спину и двинулся вслед за проклятым в светлые коридоры Менталорума. Город встретил друзей яркими волшебными огнями и спешащим по своим делам магическим людом. До путников уже никому не было дела. Поэтому Ник и Арс сверились с картой, обнаружили на пожелтевшем листе зал Гану и двинулись в путь, решив по дороге заскочить в какой-нибудь кабачок позавтракать. После еды друзья вышли в довольно просторный коридор, уходивший на север, и, никуда не торопясь, двинулись по нему — времени до начала ритуала было еще много.

— Интересно, как люди здесь узнают, сколько времени? День сейчас или ночь, в пещере же не видно солнца, — видимо, идти в тишине для лучника было скучно.

— Когда же ты по сторонам то начнешь смотреть? — Ник обреченно покачал головой, — по цвету волшебных огней, разумеется. К вечеру их становится намного больше, я думал, это бросается в глаза.

— Как ты все это замечаешь?

Вопрос лучника проклятый оставил без ответа, истолковав его как риторический. Постепенно коридор опустел, даже магические огни потускнели. Видимо, в эту часть города заходят очень редко. Ник снова сверился с картой — идут друзья в верном направлении. Судя по старой схеме Менталорума, город проклятых представлял собой запутанную паутину коридоров и переходов. Он был вытянут с востока на запад и слегка приплюснут с севера на юг. Многие ветки улиц, скопище которых напоминало уродливое скрюченное дерево, были помечены крестиками или вовсе заштрихованы черным угольком. "Наверное, это завалы или неосвоенные места." Друзья же двигались по фиолетовой линии, уходившей к верхнему краю карты. В конце этого коридора должно было находиться большое круглое помещение.

Вокруг совсем потемнело, волшебные шары остались позади. Лишь одна пурпурная сфера оторвалась от своих собратьев и мягко парила над путниками, провожая их по этой неприветливой части города. Света ее хватало, чтобы освещать пространство метров на десять вперед. Друзья, наступая на пятки своим теням, свернули с главной улицы и остановились перед высокой черной лестницей, уходившей двумя параллельными лентами вверх. Вдали показалось тусклое мерцание. Словно почувствовав свою ненужность, пурпурный попутчик развернулся и полетел обратно по коридору догонять разноцветных братьев и сестер.

— Жутковато здесь, не находишь? — Арс слегка поежился и посмотрел на темный силуэт своего друга, — не могли они местечко как-нибудь повеселее обставить?

— Здесь витает много ментала, — Ник поправил немного съехавшую шляпу, — жить рядом с таким местом опасно для жизни магиума, поэтому зал Гану находится на отшибе. Вперед, не бойся, ничего плохого с тобой не случится.

Путники осторожно стали подниматься по длинной крутой лестнице, упиравшейся в светлый проем двери наверху. С каждым шагом магическое давление все больше тянуло к земле, затуманивало голову. Арсу стало совсем страшно, но он упрямо поднимался, полностью доверив свою жизнь неразговорчивому другу. Кулон родителей лучника на шее еле заметно завибрировал, медленно нагреваясь.

Зал Гану оказался огромным помещением. Его своды терялись где-то в вышине, скрываясь за непроглядной тьмой подземелья, стены тоже были опутаны мягкими сетями темноты и мрака, поэтому оценить реальные масштабы святилища не представлялось возможным. Пол был выложен потемневшей от времени серой плиткой, в центре зала имелось небольшое каменное возвышение, на котором неизвестным магиумом был вырезан леденящий душу глаз — символ проклятых. Вокруг постамента замерли в полете три ярко-алых волшебных сферы. Воздух в помещении оказался на удивление свеж, друзья почувствовали еле уловимый запах хвои. Его обладатель, Старейшина города проклятых, Раскаленный Череп Клай, стоял рядом с возвышением и внимательно смотрел на приближающихся путников. Недалеко от него друзья увидели третьего магиума, который будет сегодня исполнять ритуал посвящения. Он оказался немолодым высоким худощавым лучником. Его длинные волосы легкой дымкой тронула седина, лицо испещрено многочисленными морщинами и шрамами, не диспами, а боевыми ранениями. За спиной проклятого виднелся ужасающих размеров лук, выполненный из странного, отливавшего серебром, материала. Оба магиума были одеты в мрачные черные мантии, доходившие до самого пола.

— Позвольте вам представить, — голос Клая по мрачности очень сочетался с темными сводами зала Гану, усилившими его голос с помощью эхо, — Лук Холода Фаули. Это Громовой Меч Ник и Арс, — Старейшина представил путников. — Надеюсь, вы готовы к ритуалу, так как следующая возможность представится только через неделю.

— Готовы, — сухо откликнулся Ник, — можно начинать.

— Итак, господин Арс, прошу вас взойти на постамент, — Клай повел рукой в сторону возвышения. Лучник испуганно посмотрел на своего друга, тот успокаивающе кивнул. Молодой магиум снял со спины мешок и медленно двинулся в сторону глаза Гану, словно шел на виселицу.

— Стой, — голос Старейшины в этом зале звучал просто оглушающее, — сначала сними куртку, это необходимо.

Арс напряженно оглянулся на Ника, увидел его поддерживающий взгляд и подчинился. "Да что же это я трушу? Здесь ничего страшного нет, многие проходили этот ритуал до меня, и я смогу. Наверное, сейчас будет очень больно, и зачем мне приказали снять куртку? Ох, нехорошо все это. Так, соберись. Ты мужчина, ты можешь, ты сын Клии и Камуса. Родители бы посмеялись, что я у них такой трусишка. Снуф всегда говорил, что все, что нас останавливает на пути к цели — это страх. Победи страх и получишь все, о чем хотел. Снуф. Я исполню твою предсмертную волю". Арс приободрился, выпрямил спину и гордо, как стая красноперых магрионских птиц, взошел на пьедестал.

— Отлично, — пророкотал Клай, — все, что тебе сейчас нужно сделать — это физически расслабиться и внутренне сосредоточиться на своей силе, в твоем разуме я вижу, что ты это умеешь. "Открывайте!", — этот голос прозвучал не только в зале, но и в головах магиумов. Откуда то с потолка донесся пронзительный скрип, и в центр зала, прямо в замершего Арса, ударил ослепительно яркий луч солнечного света. Он пронзил тьму копьем полуденного тепла, красные сферы взлетели ввысь и разошлись к трем из четырех стен зала Гану, осветив красным огромные величественные барельефы на них. Кулак — символ силы, Вихрь — символ ловкости, Круг в круге — символ разума. Проклятые встали вокруг пьедестала спинами к ипостасям ментала, каждый к своему: за Ником кровавым призраком виднелся кулак Гану, Клай спиной заслонил разум Гану, а Фаули встал перед ловкостью Гану. В зале замерла оглушающая тишина.

"Так, ну и где гром и молния, волшебные всполохи и ураганы. Неужели так и становятся проклятыми? — Арс оглянулся по сторонам. — Расслабиться физически, сконцентрироваться на силе моего ментала, дышать ровно, мысленно представляя ток энергии", — лучник тихо зашептал указания, выученные на уроках с Ником. Легкое зеленое свечение окутало парня, глаза превратились в глубокие бирюзовые фонари. Клай медленно подошел к пьедесталу и положил на него маленький ритуальный нож, рукоятка которого была украшена огромным, с глаз человека, рубином. Потом также медленно встал на свое место.

"В тот миг, когда разум откроется ветрам природы,

И Гану прославит тот день и тот час.

Тот смертный, становящийся частью породы,

Откроет в себе магический глаз.

Всевышний, пусти же его к своим залам,

Где бродят умершие души.

Пусть выберет друга по крови началам,

Кто жажду ментала осушит".

Магическая молитва пелась хором, отрывистые фразы отражались от стен и перепутывались, создавая звенящий гул. Красные сферы налились свечением крови, словно уплотняясь и разрастаясь. Взгляд юного магиума остекленел, голова безвольно повисла на плечах. "Он вошел в транс, — мысль Клая облетела проклятых, — приготовьтесь". Магиумы одновременно подняли правые руки ладонями вниз и направили к посвящаемому. Зигзаг молнии, перечеркнутая снежинка и глаз в круге вспыхнули ослепительной радугой и потянулись к мягкому зеленому свечению Арса. Рука молодого лучника медленно поднялась над головой, словно управляемая невидимым исполинским кукловодом. Вена на ней пульсировала, завибрировала мелкой дрожью. Неожиданно кроваво-красная сфера, парившая рядом с барельефом, изображающим вихрь, приобрела сочный оттенок зеленого листа и в одно мгновение вытянулась в тонкую струну, проткнув руку Арса. Проклятые прикрыли глаза от резкой вспышки. Через секунду волшебные огни погасли, зал снова погрузился во тьму, освещаемый лишь ярким потоком солнечного света, бившего из отверстия на потолке. Маленький зеленый вихрь навсегда впечатался в кожу новоиспеченного проклятого.


* * *

Пустота. Она обволакивала мягким одеялом, принося с собой умиротворение и тепло. Пустота была успокаивающей колыбелью мироздания, принимая под свое крыло тьмы и абсолютной тишины. Всепоглощающей, непроницаемой, глубокой тишины. Бледное зеленое облачко парило в невесомости пустоты, слегка подрагивая и извиваясь. Первозданная упорядоченность с любовью впустила небольшой всплеск энергии и укрыла его своим покрывалом тьмы. Вокруг не было ничего, только маленькая зеленая беспокойная дымка.

— Наконец-то, — пустота свернулась клубком в безликий темный силуэт, — наконец-то ты пришел.

Маленькое облачко встрепенулось и мягко поплыло к порождению глухого небытия, замерев рядом с ним.

— Где я? — зеленая дымка вспыхнула мысленным вопросом.

— Дома, хозяин, — металлический голос пустоты пронзил окутавшую их тишину. — Ты там, откуда пришла сила, где зародилось все. Я долго ждал тебя.

Темный силуэт вытянулся в струну и вязко изогнулся, прикасаясь своим телом к подрагивавшему облаку. Пустота вокруг безмолвно внимала.

— Для чего? Для чего ты меня ждал, — дымка легко отплыла от темного силуэта и замерла в ожидании ответа.

— Для того, чтобы служить тебе, чтобы помочь тебе обуздать хаос. Мы окунемся в него вместе, — темная нить снова коснулась облака, на этот раз крепко впиваясь в каждую его частичку. Пустота издала высокое шипение, его бездонное полотно изогнулось, испытывая боль от сплетения двух похожих душ.

— Кто ты? Зачем ты хочешь уйти вместе со мной? — дымка уже не сопротивлялась напору темной нити, расслабленно впуская ее внутрь себя.

— Это смысл моего существования, моя жизнь — идти вместе с порождением хаоса, упорядочивая его. Ты сам бросил мне зов, раскрывая бездонные пропасти этого места. И я откликнулся на твой зов, я здесь ради тебя. Прими силу, что я дарую тебе.

— Хорошо, но ты не ответил на мой вопрос. Кто ты?

— Твой слуга и раб, друг и покровитель. А имя мое...


* * *

— АРЧИ!!! — зеленое свечение, исходившее от молодого лучника, заполнило весь зал, металлический крик прорезал его тишину, потрясая стены первобытной силой. Изумрудный огонь заструился по руке Арса, стекая в ладонь. Пламя лизало своими язычками пальцы юного проклятого, наполняло силой пространство святилища Гану. Зеленый свет, окутавший помещение, мгновенно съежился до крохотного горящего шарика и замер. Лучник поднял вторую руку и сжал изумрудный огонь обеими ладонями. Яркая зеленая сфера стала медленно вытягиваться, принимая различные формы, извиваясь и громко шипя. Образ менялся, ослепляющая змейка силы то выпрямлялась, то снова сгибалась в дугу. Края зарождающегося оружия округлились, тонкая искра проскочила между ними, застывая упругой тетивой. Лук родился.

Все еще невидящие изумрудные глаза Арса цепко оглянулись, останавливаясь на лежащем на пьедестале ритуальном клинке. Лезвие вспорхнуло, рубин отразил лучи магического света. Шрам в виде трех тонких параллельных полосок на тыльной стороне ладони мгновенно затянулся, оставляя лишь бледные розовые рубцы. Проклятый отбросил кинжал в сторону и свободной рукой натянул тетиву. Замерший Ник бросил взгляд на колчан стрел, оставшийся лежать там, где лучник кинул свои вещи. Но он не понадобился. Изумрудная нить возникла из разрезанной руки, громкий хлопок, и зеленая стрела с ужасающей скоростью вырвалась на свободу. Трое проклятых повернули взгляды в сторону ее полета — исполинский барельеф вихря, ловкость Гану, принял благодарность за посвящение и погас. Люк наверху мягко захлопнулся. Зал погрузился во тьму. Ритуал завершен...

Арс резко вскочил со своей кровати и заозирался вокруг, стараясь выхватить из темноты безликий силуэт своего нового попутчика. Но вокруг были лишь стены комнаты, дверной проем и высовывающаяся из него ухмыляющаяся голова Ника. Лучник снова оглядел помещение и рухнул на подушку.

— Ты не поверишь, какой мне сон приснился, — Арс довольно зажмурился и потянулся, — первый раз вижу такое.

— Да? И о чем же он? — проклятый широко улыбнулся и исчез в проеме двери.

— Как будто мы пошли с тобой на посвящение, там все так красочно было, вспышки, огни. Прямо фейерверк какой-то. Потом я летел в пустоте и разговаривал с моим диспом-примера. Он даже назвал мне свое имя. Как ты думаешь, к чему бы этот сон?

— Ну не знаю, говорят, Гану посылает видения магиумам, чтобы о чем-то нас предупредить. А может тебе все это не приснилось, а было на самом деле... — дежурная ухмылка Ника сменилась громким топотом Арса. Он вбежал в соседнюю комнату и увидел Его. Блестящий зеленоватый лук с красивым необычным узором на рогах и длинной прямой тетивой лежал на столе. Молодой проклятый осторожно закрыл рот, словно не веря, что все это произошло в реальности, и перевел взгляд на тыльную сторону правой ладони. Три легких росчерка розовели на коже.

-Так все это не сон, — изумленные глаза Арса устремились к улыбающемуся Нику, — теперь я проклятый?

— Да малыш, теперь ты один из нас. И, знаешь, что я хочу с гордостью сказать тебе?

— Что?

— Хочу официально поприветствовать тебя, Изумрудный Луч Арс, — Ник откинулся на стуле, с радостью вкушая все смятение, охватившее в этот момент молодого лучника. Глаза парня расширились, рот снова открылся, кулаки сжались. Зрачки налились легким зеленоватым свечением.

— Яхууу, — Арс высоко подпрыгнул, радостный вопль разлетелся, наверное, по всему Менталоруму. — Изумрудный луч, здорово. А почему меня так назвали, и откуда этот лук тут лежит? Я после похода в пустоту ничего не помню.

— Правильно не помнишь. Ты был в трансе. Клай весьма умело проводил ритуал. Твое имя, как я тебе уже говорил, родилось из визуального наблюдения твоих новых способностей. Этот лук — подарок от Арчи, примера на правой руке. Также как и мой меч — дар от Тандера, моего лучшего друга, — проклятый продемонстрировал зигзаг молнии, сняв перчатку.

— И что же я теперь могу, — восхищенный взгляд Арса снова остановился на шраме, — я теперь стреляю изумрудными лучами? Что они делают?

— Тихо-тихо. Не торопись с вопросами. Ты теперь, действительно, используешь лучи зеленого света вместо стрел. Правда, сила их действия пока неизвестна. Это надо будет обязательно опробовать.

— Фантастика, а можно прямо сейчас, — ликующий лучник потянулся за своим новым оружием.

— Погоди, не так быстро. Стрелять в комнате тебе нельзя, мало ли что может случиться. Вот выйдем из города, тогда и попробуешь. Ты хорошо отдохнул, не чувствуешь усталости?

— Вроде, нет. Все хорошо, а что?

— Значит, пора прощаться с гостеприимным Менталорумом. Наш путь лежит дальше.

Следующие два часа прошли в приготовлениях к долгому походу. Мешки были вытрясены и переложены покомпактней. В них появились фляги с чистой водой подземных источников и основательный запас вяленого мяса песчаных духов. Ник сходил в магазин и прикупил несколько полезных магических мелочей.

Когда друзья вышли в коридор города, разноцветные волшебные лучи светили очень ярко — наверху мягко подкрадывалась ночь. Магический люд спешил с работы домой, веселый гомон переговаривающихся магиумов создавал громкий гул. Ник захлопнул дверь их апартаментов и направился в сторону выхода из города — к большим воротам. Арс с грустью взглянул на волшебные вывески местных заведений, подумав, как здорово было бы остаться здесь еще на чуть-чуть, и зашагал вслед за своим другом. Плотная толпа жителей Менталорума немного отсрочила момент расставания лучника с родиной его родителей, создав небольшой затор в одном из узких переходов между коридорами. Дорогу до выхода за время пребывания в городе проклятых путники выучили наизусть, так что теперь они уверенно лавировали между широкими освещенными коридорами и узкими темными проулками.

— И мы уйдем вот так, ни с кем не попрощавшись, — Арс с мольбой в глазах уставился на Ника. — Даже Клаю не скажем, что мы уходим?

— Он все уже знает, поэтому ждет нас у ворот, — проклятый ткнул пальцем вперед. Перед друзьями открылась небольшая площадь, соседствовавшая с узким проходом, ведущим к выходу из города. Старейшина стоял рядом с ним и тихо переговаривался с одним из стражников. Заметив друзей, он улыбнулся и поманил их к себе.

— Пора прощаться, господа магиумы. Очень жаль, что вы в такой спешке покидаете нас, но ничего не поделаешь.

— Спасибо вам за все, — Арс протянул руку с шрамом к Клаю, на что тот ответил крепким мужским рукопожатием, — я этого никогда не забуду.

— Не за что, юный воин. Возвращайтесь скорее, двери Менталорума для вас всегда открыты, — Старейшина пожал руку молчаливому Нику и коротко кивнул.

Друзья еще раз оглянулись на приветливые огни города и вступили в темный полумрак коридора. Детина-привратник стоял на своем месте — перед воротами. Он громко загремел задвижками и засовами и с натугой открыл большую железную дверь.

— Удачи, — хмуро бросил он, и тонна стали встала на свое место.

— Хорошее местечко, надо будет действительно сюда когда-нибудь вернуться.

— Вернешься, малыш, обязательно вернешься, — узкая лестница подняла друзей к внутренностям разрушенного дома, ночь пустыни снова поглотила проклятых.


* * *

"Ушли без меня, они ушли без меня, оставили гнить тут до конца жизни. Помехой, видите ли я буду, нянчится со мной надо. Ну я им покажу, я им устрою". Темная симпатичная головка юркнула в тень узкого перехода, граничившего с входной площадью. Айа припустила со всех ног домой.

"Нет, ну вы подумайте, какой напыщенный дурак. Возомнил себя самым сильным. Не предупреди меня дядя, чтоб я не связывалась с незнакомцами, так и вмазала бы ему по первое число. А ведь Арс хотел взять меня с собой. Это все Ник, хмурый тип. Ненавижу его. Ну ничего, у меня для вас, господа магиумы, готов план".

Айа юркнула в дверь и мягко закрыла ее за собой. Тетя Мари уже спала, дядя Клай еще не вернулся. У нее есть время. Нужно успеть. Магиумесса на цыпочках прокралась по лестнице на второй этаж и исчезала в темноте своей комнаты.

9

Дворец Снасса II вздохнул немного спокойней спустя две недели после трагического происшествия с братом правителя. Страсти немного поутихли, и даже главный магрионский сотник Сугран с меньшей опаской заходил в покои своего господина с очередным докладом. Ярость и желание разорвать убийцу брата прошло, Снасс понял, что так проклятого ему не найти, но каждый во дворце прекрасно знал, что правитель — человек решительный, и он лучше положит жизнь на поиски неуловимого магиума, чем отступится и успокоится. Поэтому останавливать поиски ни у кого не было даже в мыслях.

— Господин?

— Да, Сугран, заходи, какие новости? — Снасс сидел в глубоком кресле, обитом кожей северных бойолов, и наблюдал за тренировкой солдат из окна своих покоев.

— Есть небольшие вести о проклятом, господин. Нюхачи проследили его путь из города, он шел по старому коллектору. Удалось обнаружить старый лаз, уходящий к Старому хребту. Дальше след уходит в пустыню, там он раздваивается.

— Хм, эта трусливая собака сбежала, — Снасс скрестил руки на груди, — разошли бездушных, пусть ищут. У выхода из коллектора поставь часовых на тот случай, если этот червяк попробует вернуться. Только пусть спрячутся хорошенько, нельзя его спугнуть. Также отправь одного призрака в Раон. Нужно попросить Алфрика о помощи. Если проклятый появиться в его городе, пусть раонская дружина будет наготове.

— Слушаюсь, господин, Будут еще приказания? — Сугран склонился в поклоне.

— Нет, можешь быть свободен, — Снасс даже не посмотрел на своего подчиненного, закрывающего за собой тяжелую деревянную дверь.

"Трусливый ублюдок. Гуляй пока на свободе, рано или поздно ты все равно попадешься. И тогда твоя смерть будет очень долгой и мучительной. Это я тебе обещаю". Правитель Магриона закрыл глаза и углубился в свои размышления.


* * *

Пустыня уступала позиции, обрастая маленькими сухими кустиками и карликовыми деревцами. Изредка, то тут, то там стали появляться мелкие животные, грызуны, змеи, птицы. Сухой горячий ветер сменился свежими речными нотками с вкраплением запахов сухой травы и влаги. Солнце уже не так нагревало землю — ясное небо все чаще затягивали серые плотные тучи. Дождя они не давали, но с каждым шагом становились все темнее и темнее, иногда выпуская яркое светило.

День выдался прохладный, поэтому друзья путешествовали при свете солнца, скрытого за пеленой серых туч. Вот уже прошла неделя как двое проклятых покинули Менталорум и держали свой путь на юго-восток. Изменение погоды в лучшую сторону сильно подняло настроение молодому магиуму, в данный момент прямо на ходу пытавшемуся создать ярко-изумрудную стрелу. Выходило у него неплохо, светящаяся полоска послушно возникала на ладони лучника и исчезала по первому его щелчку. Выяснить силу своих способностей у Арса пока не выпало возможности, поэтому всю неделю он фантазировал.

— А вдруг зеленый цвет соответствует менталу природы? Как думаешь, Ник? — лучник снова щелкнул пальцами и стрела в очередной раз растворилась в воздухе.

— Врядли, управлять природой и вызывать различных существ способны только магиумы разума, — все эти фантазии уже порядком надоели проклятому, и он искал возможность как-нибудь утолить жажду самосовершенствования молодого попутчика. — Скоро мы придем в Камешки — небольшую деревеньку. Если конечно сведения Алаэнна не врут. Там я что-нибудь придумаю, как проверить твою силу, а пока что я тебе советую не слишком фонить менталом, нас еще могут преследовать, ты помнишь?

— Кто? — Арс недовольно убрал руки в карманы, — эти магрионские остолопы? Да мы уже на две недели пути отошли от этого треклятого города. Зачем им нас догонять? — на этот вопрос Ник знал ответ, но решил не посвящать в него своего друга.

— А ты не пытался спросить у Арчи, в чем сущность его способностей? — сказал проклятый.

— Пытался, но со времени ритуала у меня не получается с ним поговорить. Видимо, он чего-то ждет.

— Он ждет доказательства, что не зря вверил тебе свою мощь. Ты, многоуважаемый изумрудный луч, должен использовать его по назначению. Тогда твой примера точно проснется.

Набежавший ветерок потрепал волосы Арса и принес с собой еле уловимый запах. Пахло деревней. Навоз песчаных духов, свежая древесина, и...

— Ты чувствуешь? — лучник потянул носом. — Наверное, это Камешки. Только вот чем пахнет, я никак не могу понять.

— Да, я тоже не узнаю, что-то перебивает его. Так. Надевай свои перчатки, расправь рукава. В этой деревне магиумов нет, скорее всего, поэтому о наших маленьких грешках знать здесь никто не должен. — Ник поправил шляпу и критично осмотрел свою внешность — не видно ли где-нибудь шрамов. Вроде, все в порядке. Арс тоже прикрыл свой дисп и магическую метку, отряхнул пыль со штанов.

Следующий пригорок остался за спиной путников, открыв их взору маленькую деревеньку "Камешки". Лучник достал из заплечного мешка бинокль — подарок гостя из прошлого Алаэнна и устремил свой взгляд вперед. Камешки оказались небольшой, огороженной низким каменным заборчиком, территорией со столпившимися вокруг небольшого пятачка площади домиками, прижатыми друг к другу, как стрелы в колчане у Арса. Одноэтажные каменные постройки были аккуратно накрыты крышами из сена и пожухлой травы, украшены гирляндами из сушеных овощей, рыбы и копченого мяса. За деревенькой виднелась небольшая речушка и огородики, облепившие ее пологие берега. Вроде мирный населенный пункт, если бы не одно но. На улицах не было ни души.

— Там никого нет, Ник, — Арс повесил бинокль на шею, — странно все это.

— Как это никого нет? День на дворе, у крестьян сейчас наверняка море работы, — проклятый вгляделся в стайку жмущихся друг к другу домиков. — Следов нападения нет, пожаров нет, может они все куда-нибудь ушли?

— Пошли, проверим, — Арс вытянул из колчана стрелу и осторожно двинулся по пыльной тропинке к входу в Камешки. Ник тоже высвободил свой огромный меч, словно пушинку закинул его на плечо и пошел за лучником. По приближению к деревне странный запах усилился, перебивая пряные ароматы трав и копченого мяса песчаных духов. Ворота поселения были распахнуты, на земле лежала перевернутая корзинка с какими-то фруктами.

— Эй, есть кто дома? — голос Арса разлетелся по затихшим Камешкам, Ник постучал себе по лбу, призывая лучника не делать глупостей и сохранять молчание.

— Что? — теперь молодой магиум шептал своему другу, — может они все дома, не показываться же нам с оружием перед всей деревней, надо, чтоб нас встретили.

— Нет, мало ли что здесь случилось, будь наготове. — Мечник подошел к первому домику и аккуратно постучал в полуприкрытую дверь. Ответом ему была тишина, доски еле скрипнули, и под нажимом речного ветра распахнулись еще больше. Арс просунул голову в образовавшуюся щель и шумно втяну в себя воздух.

— Здесь никого, — лучник смело вошел и огляделся по сторонам. — Миленькая здесь обстановка.

Внутри дом был самой обыкновенной крестьянской избой. Здесь стояла небольшая печка, крепко сбитые столы и стулья. Пол был устлан плетеными ковровыми дорожками, исчезавшими в просвете следующей комнаты. На столе стоял нетронутый обед — кринка молока, небольшая металлическая кастрюля и четыре тарелки. Обладателей этого небольшого крестьянского пира нигде не было.

— Ух ты, да мы вовремя. Смотри ка, похлебка, давай поедим.

— Стой, дурень. Ничего не трогай. Тебя не удивляет, что обед стоит здесь не тронутый? — Ник прикоснулся к кастрюле рукой, закутанной в перчатку. — Уже остыл, значит, приготовлен давно. Сейчас позднее утро, похлебку на завтрак не едят, скорее на ужин. А это значит, что эту милую избушку, — проклятый еще раз рассмотрел добротные каменные стены, — покинули минимум вчера вечером и не вернулись. Что-то здесь нечисто.

Магиум осторожно прошел в другую комнату и оказался в спальне. В ней стояли три кровати: одна большая двухместная — для родителей, одна поменьше — видимо для ребенка, и последняя совсем крошечная, ясли. Ребенка в ней, естественно не было. Повсюду стояли предметы быта, покрывало слегка примято, небольшая игрушка в форме человечка с большой головой лежала на полу. Все так, как и бывает в обычных семьях. Только складывалось такое чувство, что все предметы были оставлены неожиданно, вот ими пользовались, но вдруг у всех членов семьи появилось какое-то дело, и они бросили все недоделанным. В голове Ника мелькнула тревожная искорка угрозы.

— Арс, как там на чердаке? — проклятый вернулся в комнату и увидел распахнутый люк на потолке.

— Пыльно, куча старого барахла, ух ты, — голова лучника на секунду вынырнула и показала маленького солдатика, покрытого пылью и паутиной, — у меня в детстве был такой же, я называл его Полковник Каска, здорово. — Арс снова нырнул в дебри чердака и громко загремел.

— Слезай оттуда, нужно проверить оставшиеся дома, вдруг мы кого-то найдем.

— Да? — голова лучника снова высунулась из люка, — а как ты думаешь, что случилось со всеми жителями?

— Есть у меня одна догадка, но не хочу пока тебя сильно пугать, держи ухо востро.

— Так точно, командир. — Арс спрыгнул на пол и делано поклонился.

Друзья покинули пустынный забытый дом и вышли на маленький пятачок, выполнявший функции центральной площади. Отсюда были видны практически все здания, речка и огородики.

— И все-таки, что это за запах, — Арс скривился в отвращении, — воняет, прям не могу.

— Что-то дико знакомое, только вот никак не могу выловить воспоминание из головы. Где-то я уже встречался с подобной вонью.

— Если бы я хоть раз учуял этот кошмар, то мой бедный нос огнем бы выжег это воспоминание в моем мозгу, как можно забыть такой отвратительный смрад. И главное, не поймешь, откуда идет, кажется, отовсюду несет. Какой следующий дом проверим?

Ник обвел взглядом избы и кивнул на следующую. Эта оказалась менее ухоженной и чистой, здесь жил местный кузнец. В углу большой просторной комнаты стоял горн — угли давно потухли. Здесь же валялись меха, старая наковальня была перевернута набок — видимо, кто-то сражался.

— Ау, есть кто дома? — слабым голосом прошептал Арс. Только сломанная рама, болтавшаяся на одной петле, тихонько скрипнула в ответ на вопрос. Друзья вышли в центр комнаты.

Щелк...

Яркое предзакатное солнце осветило стену кузницы лиловыми красками. Старый кузнец, огромный бородатый великан с блестящей от пота лысиной аккуратно взял щипцами раскаленную докрасна кочергу и опустил ее в бочку с водой, утер лоб рукавом своей старой промасленной рубахи и сел на хлипкий табурет. Стоящих на середине комнаты проклятых он словно не видел.

— Акка, ты где? Что там с ужином? — кузнец крикнул куда-то вглубь дома. Из дверного проема вынырнула бойкая женщина лет шестидесяти, одетая в серое платье и передник.

— Сейчас будет готово, Арм, — потерпи еще немного. На, глотни молочка. — Женщина подала кузнецу кружку и скрылась за дверью. Оттуда весьма аппетитно тянуло свежим горячим хлебом и жареной рыбой. Кузнец осушил кружку одним глотком и пошел за своей женой. Ник и Арс переглянулись и шагнули вслед за ним. Небогато обставленная комнатка, служившая семье кузнеца кухней, была наполнена восхитительными запахами, от которых у друзей тут же потекли слюнки. Арм сел за большой деревянный стол и уставился в окно, дожидаясь честно заработанного ужина. Акка крутилась рядом с печкой.

— Что это там происходит? — кузнец выглянул в окно. Путники вытянули шеи, чтобы увидеть происходящее за широкой спиной великана. На площади толпился народ. Много народу, почти вся деревня. Они стояли кругом и громко кричали. Причины небывалого столпотворения видно не было — плотные ряды жителей Камешков надежно скрывали возмутившее всех зрелище.

— Пойду ка я разузнаю, — огромный кузнец поднялся с жалобно скрипнувшей лавки и вышел с кухни, друзья поторопились за ним.

Щелк...

Ник и Арс снова стояли посередине кузницы и глупо смотрели друг на друга.

— Ты это видел? — выдавил из себя лучник.

— Видел, — Ник быстро взял себя в руки и решительным шагом направился на кухню. Здесь все было именно так, как тогда, когда... А когда это было?

— Все произошло вчера вечером. Видишь молоко? — проклятый указал молодому лучнику на небольшой бидон, стоявший в углу, — прокисло, но в простоквашу еще не превратилось. При такой жаре свернулось бы мигом. Значит, приди мы в Камешки вчера днем, то застали бы всех жителей, если то, что мы увидели, не игры Гану.

— То есть ты хочешь сказать, что мы только что видели прошлое? — Арс задумчиво почесал лоб, — и каким же образом?

— Как считаешь, я знаю ответ на твой вопрос? — Ник напряженно посмотрел на парня, — а зачем тогда спрашиваешь? Про провалы во времени я еще не слышал, ни один проклятый не обладает такими способностями. Ни один демон... — магиум на мгновение задумался, — значит это то, что вчера заставило жителей Камушек исчезнуть.

— Брр, — Арс поежился, — неужели такое бывает? И как же этот временной демон испарил столько народу?

— Да откуда же я знаю. Но нам надо это выяснить. Если Камешки вымерли, то большое количество смертей оставляет огромный след ментала. И если это так, то мы вляпались в него по самые уши, уходить сейчас нельзя, иначе потянем его за собой, мало ли какую беду сможем накликать.

— Надо проверить оставшиеся дома, может, мы кого-нибудь найдем, не могли же все взять и растаять в воздухе. Должны хоть тела остаться, или следы, если люди куда-то внезапно ушли.

Друзья еще раз взглянули на кухню кузнеца, обстановка которой осталась такой, какой они видели в загадочном видении и покинули кузницу. На пятачке главной площади так никто и не появился, хотя в этот раз друзья обратили внимание на другой интересный факт — следы. Все они вели к...

Щелк...

Толпа кричит и негодует. В центре толкотни что-то происходит. Ник и Арс быстро сориентировались и уже приготовили локти, чтобы побыстрее протолкнуться к эпицентру, но руки прошли сквозь тела людей, не встретив никакого сопротивления. Проклятые были призраками, или все остальные стали бесплотными. Один Гану разберет, что здесь творится. Удивляться, как понял Ник, уже ничему не стоило, и он, легко скользя сквозь бушующих людей, вышел в центр толпы. Ничего такого удивительного здесь не обнаружилось: молодой парень лежал на спине и громко стонал.

— Не надо, уйди от меня, прочь, — он бился в истерике. Двое внушительного вида ребят буквально сидели у него на руках и ногах, пытаясь обездвижить, а третий наклонился над лицом паренька и отвешивал звонкие пощечины одну за одной. Невнятные крики и стоны продолжались. На избиение это похоже не было, скорее попытка привести в чувство обезумевшего.

— Что случилось? — сзади толпы послышался громкий бас кузнеца, — зачем вы Эника бьете?

— Да в него демон вселился, — голос звучал с другой стороны толпы, — уже полчаса лепечет что-то непонятное. Бросился на моего сына, задушить пытался. Но ребята вовремя подоспели, скрутили беднягу. Вот, в чувство привести пытаемся.

— А ведунью пригласить не пробовали? — кузнец протолкнулся к центру толпы и с жалостью смотрел на истязание паренька.

— Да как же не пробовали, пробовали. Вот только не открывает она, проклятая сила ей в глотку. Даже звуков никаких из ее дома.

— Так выломали бы дверь к акролам вонючим, и всего де... — голос кузнеца замер, толпа мгновенно затихла. Друзья непонимающе оглянулись. Люди стояли на месте без движения, не издавая ни одного звука, и смотрели невидящими глазами перед собой. Молодой паренек испуганно оглядел толпу и, продираясь сквозь обездвиженные тела и повторяя свою тарабарщину, юркнул в ближайший дом.

Щелк...

Ник и Арс стояли в центре пятачка и все еще смотрели на дверь, за которой скрылся Эник.

— Ты когда-нибудь такое видел? Он, похоже, совсем рассудок потерял. А толпа-то, ты видел, как замерла? Их словно околдовали, — испуганно прошептал лучник.

— Скорее всего, так и есть, не могли же они без причины вот так застыть. Пойдем, проверим тот дом, куда этот безумец ускакал, может, там найдем что-нибудь.

Арс пожал плечами и направился за Ником. К удивлению обоих проклятых, дверь была заперта, изнутри... Друзья переглянулись, и мечник одним сильным пинком вышиб хлипкий кусок древесины. Внутри тоже оказалось пусто. Те же печка, стол, стулья, спальня, лестница на чердак, и ни души. Тишина стала совсем оглушающей, только легкий ветерок завывал где-то на чердаке, выводя одному ему известную песню. Уже приготовившись к очередному путешествию в прошлое, проклятые на секунду зажмурились и... Ничего не произошло. То есть совсем ничего, Ник и Арс по-прежнему стояли в пустом доме и смотрели друг на друга.

— Судьба устала показывать нам прошлое, или что? — Арс почесал себе лоб, — Вот поди пойми, куда подевался этот пси...

Щелк...

-...х, — лучник осекся на полуслове и обернулся на входную дверь, целую и невредимую, висевшую там, где ей и полагается висеть. Через мгновение она распахнулась, и в дом влетел старый знакомый, Эник. Он поспешно закрыл ее за собой, испуганно огляделся по сторонам и юркнул в широкий шкаф, примостившийся за печкой. Оттуда послышались жалобные стоны: "Не надо, оставь меня в покое, уходи прочь". Друзья недоуменно посмотрели на шкаф и резко обернулись на неожиданно появившиеся шаркающие звуки. Толпа уходила. Мужчины, женщины, старики, дети, все, повесив головы и громко шаркая ногами по земле, направились друг за другом куда-то с центрального пятачка. Ник легонько подтолкнул Арса к выходу, и проклятые вылетели обратно во двор. Но здесь никого не было, только секунду спустя они осознали, что в дверях слышали загадочный щелчок, извещавший об окончании экскурса в прошлое.

— Они там, — Арс указал стрелой, которую он до сих пор держал в руке на проулок между двумя особо широкими домами. Следы и вправду уходили на задний двор.

— Стой, давай сначала проверим паренька, может он все еще сидит в шкафу, — сказал Ник. После этих слов друзья вернулись в дом и уверенным шагом проследовали к закрытому шкафу.

— Чувствуешь? — шепнул проклятый на ухо молодому магиуму.

— Что? — шепнул Арс в ответ, — ничего особенного, шкаф как шкаф.

— Да не шкаф, а его содержимое, оттуда тянется тоненькая струйка ментала, Эник имеет магические способности, — Ник резко рванул двери на себя и молодой паренек вывалился на пол. Одежда безумца была вся в пыли и паутине. Он вскинул руки вверх и заверещал, как стая оголодавших буйолов.

— Нет, оставь меня в покое, уходи прочь, перестань меня мучить.

— Эй, — Ник звонко шлепнул парня по щеке открытой ладонью, — очнись. Но парень продолжал причитать и умолять невидимого мучителя перестать измываться над ним.

— Он просидел здесь всю ночь, — Арс чуть повысил голос, чтобы перекричать Эника, — но так и не пришел в себя. Нужно срочно выяснить, что здесь творится, а не то этот бедняга в конец свихнется.

Друзья оставили парня лежать на полу и стонать и торопливо вышли во двор.

— Он первый живой человек, которого мы тут встретили, может, останемся с ним, мало ли что он может учудить.

— Нет, — проклятый покачал головой, — я думаю, знаю, что здесь произошло, пошли скорей за остальными, там, наверняка, все и выяснится.

— Хорошо, только ты впереди.

Ник кивнул своему другу и перехватил меч поудобнее. Знаком показав молодому магиуму идти сзади, проклятый медленно двинулся между домами, в каждую секунду ожидая нападения. Лучник последовал указанию своего старшего товарища и ступал след в след. Он снял с плеча новый лук и наложил стрелу на тетиву — использовать силу пока не было необходимости. Не произнося ни звука, друзья миновали проулок и замерли на месте. Арс выглянул из-за плеча Ника в попытке узнать, что случилось, и остолбенел. Вся деревня была здесь, на заднем дворе. Точнее, почти вся, на глаз, не хватало человек двадцати. Среди безвольных кукол, на которых были похожи жители Камешков, друзья увидели Арма — кузнеца из видения, и Акку — его жену, остекленелым взглядом глядящую перед собой. Люди стояли неподвижно, вперив свои взгляды в пространство, и не замечали появившихся проклятых. За плотной толпой крестьян стоял старый немного покосившийся дом, больше похожий на жилище какого-то лесного демона. Каменные стены в некоторых местах были готовы вот-вот рухнуть, настил из соломы продырявился, окна зияли пустотой.

— Это, наверное, дом ведуньи, о которой говорили там, на площади, — изрек Арс.

— Скорее всего, ты прав.

Кап. Тугие косые струи ударили по земле своей неистовой силой, прибивая пыль и утоляя жажду изголодавшейся по влаге почвы. Дождь хлынул неожиданно, не потихоньку набирая силу, а сразу же показывая всю свою мощь. Друзья вздрогнули от неожиданного стихийного удара, Ник тихонько зашипел.

— Что случилось? — Арс, кажется, даже в такой неподходящий момент, радовался приходу первого в сезоне ливня.

— Из-за воды я не смогу использовать Тандера, слишком опасно, будь начеку.

Жители деревни словно и не заметили неожиданного изменения погоды, оставаясь неподвижными. Тяжелые капли стекали по вмиг намокшей одежде на землю, быстро образуя лужицы и ручейки.

— Если я прав, и это именно то, что мне кажется, то эти люди сейчас не обратят на нас никакого внимания. Нужно попасть в дом, — Ник поднял меч в боевое положение и медленно двинулся к толпе. Люди и вправду никак не отреагировали на появление двух странных незнакомцев, продолжая безвольно смотреть перед собой. Друзья, осторожно раздвигая мешавшую пройти толпу, двигались по направлению к зловещему дому. Арс случайно наступил на ногу какому-то почтенному старцу, но тот даже не поморщился от боли, все так же глядя в затылок рыжеволосой женщине, стоявшей впереди. Ник остановился около двери. Арс тоже подошел и перевел сбившееся дыхание. Проклятый поднес палец к губам, призывая лучника прислушаться, и поднес ухо к щели между толстыми досками. С той стороны доносилось какое-то противное чавканье и неприятный хруст. Глаза Арса расширились от ужаса.

— Значит так, слушай меня внимательно. Я уже встречался с этим раньше, теперь можно сказать с уверенностью. За дверью Пожиратель — очень неприятная тварь, обладающая задатками ментальных способностей. Она не очень разумна, но защититься в любом случае сможет. Пока она нас не заметила, люди будут оставаться на месте, но как только мы дадим о себе знать, жители на нас сразу же нападут. Поэтому тварь нужно прикончить быстро и одним ударом. В прошлый раз мне удалось уложить одну, проткнув ей шею, это единственное уязвимое место, так что я сейчас открою дверь, а ты...

— Погоди-погоди, — нервно зашептал Арс, — а мы не станем такими же? — лучник кивнул на безмолвную толпу.

— Нет, на магиумов способности Пожирателя не распространяются. Поэтому Эник только обезумел, он смог противостоять чарам, хоть и не в полной мере.

— Но откуда взялась эта тварь здесь, посреди деревни? — молодой магиум все еще был напуган и не очень стремился лезть в драку с неизвестной опасной штуковиной.

— Думаю, потом это выясним, надо с ней покончить. Если не попадешь с первого выстрела — делай ноги, я постараюсь пробиться сквозь толпу. Беги за мной, эти зомби тащатся медленно, мы сможем от них удрать и добить монстра на открытой территории. Ну что, готов? Раз, два, три...

Дверь распахнулась и открыла друзьям страшную картину. Огромная уродливая тварь сидела посередине комнаты, склонившись над окровавленными останками человека, и смачно хрустела разгрызаемыми костями. Руки и спина были покрыты твердыми костяными наростами, узенькие красные глазки подернуты белесой пеленой, ужасающего размера зубы погружены в мертвую плоть. Два длинных щупальца, свисавших с головы по-матерински обхватили добычу, помогая зубам раздирать податливое человеческое тело. Арс в ужасе замер и уставился на Пожирателя. Ник только на мгновение задержал взгляд на отвратительном монстре и с силой подтолкнул лучника.

— Стреляй, иначе будет поздно, — молодой магиум вышел из ступора.

— Арчи, — громкий крик привлек внимание твари, белесая пелена упала с глаз монстра, и узкие алые щелки обратились на нежданных гостей. Толпа сзади зашевелилась. Пожиратель напряг свои каменные мышцы, готовясь к прыжку, и с дикой скоростью бросился на проклятых. Но изумрудное свечение уже налилось в руках магиума, яркая нить вытянулась в стрелу и легла на тетиву лука, Ник даже не успел заметить, когда Арс успел стащить с руки перчатку. Хлопок, и...

Тварь зависла в воздухе. Она не умерла, просто остановилась, как и все вокруг. Напуганный Арс оглянулся на своего друга и в ужасе увидел, что и проклятый, и безвольные жители Камушек замерли в неестественных позах, в которых они находились во время выстрела. Лучник тронул рукой своего друга, и Ник словно вывалился из другого измерения, он оглядел толпу зомби, тварь, и рванул магиума за куртку.

— Сваливаем.

Лишь мгновение прошло, как они убрались от траектории полета пожирателя, как тварь тоже отмерла от загадочного ступора и приземлилась на какого-то жителя деревни. Хрустнули кости, монстр впился когтями в плоть. Но потом Пожиратель заметил, что его жертвой стал не тот человек, и бросился вдогонку.

— Что случилось? — Арс во всю прыть бежал за проклятым, через каждую секунду оглядываясь на приближающуюся тварь.

— Эти временные скачки — не дело рук Пожирателя. Это твоя сила, ты способен управлять временем. Но на него ментал действует слабо, поэтому монстр оклемался быстрее, — друзья пробежали между домами и юркнули за угол. Это их и спасло. Огромные когти просвистели в том месте, где только что была голова Арса. Тварь приземлилась в центре пятачка, но заскользила по успевшей образоваться грязи и врезалась в противоположный дом, проделав основательную дыру.

— Давай еще раз, целься лучше, и сконцентрируйся на твари, а то меня опять заморозишь.

Арс снова вскинул руку с изумрудной стрелой, натянул тетиву и выпустил яркую зеленую искру навстречу выбирающейся из пролома твари. Но пожиратель оказался ловок и второй раз попадаться на одну и ту же уловку не стал. Слегка отклонившись в сторону, он легко увернулся от стрелы и бросился на нарушителей его обеда.

— В сторону, — Ник оттолкнул Арса и когти Пожирателя обрушились на выставленный в защитную позицию меч. Ноги проклятого заскользили, и он уперся спиной в стену дома, оставив большие, истекающие зеленой слизью зубы буквально в сантиметре от лица. Тварь громко зарычала и отпрыгнула, замерев в хищной стойке прямо посередине пятачка.

Проклятые встали друг рядом с другом, застыв в боевой позиции. Дождь продолжал хлестать путников по плечам и голове, но уже с меньшей силой, быть может, понимая свою несвоевременность. Пожиратель издал громкий рев, сотрясая стены домов и, казалось, всю землю. Взгляд твари стал невыносимо испепеляющим, в глазах читались только голод и жажда убийства. Вдруг голова монстра опустилась, щупальца напряженно забегали между зубов. Друзья повыше подняли свое оружие, ожидая очередного броска. Но Пожиратель оказался хитрее — голова поднялась, и из распахнутой, ощерившейся длинными зубами, пасти вырвался ядовито-зеленый плевок. Он был настолько стремителен, что магиумы даже не успевали пригнуться. Но отравленный снаряд не достиг цели, остановившись в метре от воинов. Друзья удивленно замерли, сама тварь, кажется, была поражена таким поворотом событий. Она повернула голову набок и недоверчиво уставилась на свой плевок. Тот же в свою очередь недолго провисел в воздухе, резко сменив курс, и с громким шлепком врезался прямо в оскаленную морду Пожирателя. Тварь схватилась когтистыми лапами за голову и повалилась на бок, стараясь стереть собственную слизь. Раздался жалобный вой.

— Ну что встали, — друзья перевели взгляд с монстра на переулок между домами, откуда донесся знакомый голос. Там стояла, раскинув руки в стороны, Айа. Ее промокшие волосы облепили лицо, закрывая напряженный взгляд, — добейте этого урода.

Ник мгновенно сориентировался. Он перехватил меч обратным хватом и подскочил к корчащемуся монстру. Ярко-синее лезвие вспорхнуло в воздух и опустилось на шею Пожирателя, отсекая уродливую голову от тела. Мокрый песок окрасился в темно-зеленый цвет. С тварью было покончено. Айа опустила руки и очаровательным движением откинула волосы с лица.

— Что бы вы без меня делали?

Пришедший в себя Арс лучезарно улыбнулся и убрал свой лук за спину. Ник тоже опустил оружие и холодным взглядом уставился на проклятую. Вот кого кого, а Айу он не ожидал увидеть в этой забытой богом деревушке. Довольный взгляд девушки сменилась виноватым.

— Надеюсь, кроме криков, в твоих словах прозвучит благодарность, что я спасла вам жизнь?

— Да, спасибо.

10

— Ну и?

— Что, ну и?

— Ну и расскажи нам свою душещипательную историю о том, как ты сбежала из родного дома и, высоко подбрасывая копчик, пошла за двумя малознакомыми мужчинами в поисках приключений на свою пятую точку. Нам очень интересно. И главное не забудь, что больше всего нас интересует ответ на вопрос 'зачем?'.

Трое проклятых сидели за крепким деревянным столом и потягивали молоко из глиняных кружек, с интересом наблюдая как в печке, которая стояла напротив, медленно румянился свежий хлеб. Ник, Арс и Айа были гостями в доме местного старейшины, хотя какой он к акролам старейшина, так, щупленький мужичок лет пятидесяти.

— Да рассказывать-то нечего. Сбежала я от дяди с тетей в ту же ночь, что и вы ушли из Менталорума. Правда, мне пришлось туговато, узкие воздушные шахты и грязные трубы теперь немного чище, благодаря моей одежде. Когда я вылезла на поверхность, вы утопали достаточно далеко, где-то часа на два меня опережали. Ну не шастать же мне по пустыне в одиночестве, правильно? Вот я и пошла за вами, чтобы в случае чего ты уже не отвертелся от моего общества.

— Нда, это очень трогательно, но есть одна неувязочка, госпожа магиумесса, — Ник по понятным причинам пребывал не в лучшем расположении духа, — почему я тебя не почувствовал. Путешествую я достаточно чутко и часто сканирую окружающую местность на предмет таких вот преследователей. И, без лишней скромности, я не новичок в этом деле. Как ты умудрилась скрыться от моего ментального ока?

— Ну-у-у-у, — Айа слегка улыбнулась и задорно посмотрела на Арса, — я тоже кое-что умею. Вот мое ментальное око сказало, что ты четко видишь не далее чем на три километра вокруг, плюс-минус двести метров, что, кстати, довольно неплохой результат, — в голосе девушке послышалось ироничное восхищение. — Но в силу моих небольших способностей увидеть тебе меня так и не удалось, так как шла я чуть поодаль. Вот и вся загадка.Ник зло хмыкнул и уничтожающим взглядом проткнул юную проклятую. Он был недоволен еще тогда, когда Арса пришлось тащить за собой, все-таки предприятие у него довольно опасное. Но со временем магиум привык к молодому попутчику, можно даже сказать, сдружился с ним. Но вот эта взбалмошная непоседливая и, главное, очень самоуверенная особа ему совсем ни к чему.

— Ты возвращаешься домой, — проклятый выплюнул эту фразу, словно рубанул своим любимым громовым мечом, — я тебе сказал в прошлый раз и повторю сейчас: здесь слишком опасно. К тому же твои родные наверняка ищут тебя.

— Да нет, не ищут. Я ушла ночью, — голос Айи еле заметно дрогнул, нерушимая упрямость Ника не брать ее с собой очень злила магиумессу, — и оставила записку. Так что когда дядя с тетей проснулись, я была уже далеко. В принципе вполне реально было погнаться за мной, но дядя у меня очень умный и понимающий, он успокоит тетю, а не станет рвать и метать в моих поисках. Так что здесь все продумано. И даже если ты, господин-очень-занятой-магиум не возьмешь меня с собой, то не сможешь мне запретить просто идти рядом.

— Давай возьмем ее с собой, — тихий и вкрадчивый голос Арса наконец-то вклинился в спор, — не отправлять же ее одну по пустыне. Уж лучше с нами пойдет, это всяко безопаснее, — этот довод оказался решающим и уставший спорить Ник махнул рукой. Он нахохлился, надвинул шляпу на глаза и откинулся на спинку стула, всем своим видом давая понять, что теперь ему совершенно плевать, пойдет с ними Айа или не пойдет. Глаза проклятой просияли от восторга: 'Победа', — тихо прошептала она Арсу и глотнула еще молока.

Стоял теплый вечер, яркий закат раскрасил стену дома старейшины в лиловые тона. После смерти пожирателя все жители Камешков потеряли сознание, и рядом с домом ведуньи образовалась куча спящих людей. Через час они начали приходить в себя. Происшедшее было для всех шоком, в начале никто не поверил словам трех странных личностей, непонятно откуда взявшихся в такой маленькой деревушке. Но потихоньку люди стали осознавать случившееся. Труп отвратительной твари был в этот же день сожжен на пустыре перед деревней, прах закопали и поставили на могилу камень, словно монстр еще мог выбраться. Проклятых поблагодарили за спасение Камешков и пригласили остаться в доме старейшины деревни на ночь. Жители не досчитались восемнадцати человек.

— И как только в эту тварь столько влезло, — после ужина трое магиумов сидели на ограде и смотрели на заходящее солнце. По ней не скажешь, что она может съесть столько народу.

— Может, еще как может. Бывали случаи, когда стаи таких вот монстров выкашивали целые города, не то что маленькие деревеньки, — Ник как всегда надел безучастную маску и не обращал внимания на интерес своего друга.

— А откуда она тут взялась? — Айа подала голос, за что получила недовольный взгляд проклятого.

— Вот это действительно загадка. Обычно пожиратели водятся намного севернее. Такой засушливый климат не для них. Как эта тварь забралась так далеко мне не понятно. У реки послышалось мерное заунывное пение, десятки голосов громко растягивали слова какой-то местной молитвы. Камешки прощались с погибшими жителями. Среди всех был и Эник, после смерти пожирателя рассудок вернулся к нему.

— Завтра с утра мы уйдем отсюда, — Ник как всегда куда-то торопился, — теперь у жителей деревни и без нас будет достаточно забот.

— А куда вы идете? — непосредственная Айа с интересом взглянула на проклятого, не замечая его скептического взгляда.

— И правда, куда мы идем, Ник? — Арс подался вперед и тоже с интересом уставился на хмурого мечника, — я даже ни разу не задавался этим вопросом. А ведь мы уже достаточно давно путешествуем вместе.

— А я все думал, когда же ты спросишь об этом, — Ник усмехнулся в шарф, — помнишь, Алаэнн рассказывал нам о хранилище ментала первых магиумов, еще до великого ухода? — Айа округлила глаза и уставилась на лучника: 'Я тебе потом расскажу'.

— Да, конечно, — сказал Арс.

— Так вот, мы идет к месту взрыва этого хранилища, к зеркальным пещерам.

— Куда? — рот Айи открылся от удивления, — к зеркальным пещерам? Дядя рассказывал об этом месте, сказал, что там водятся опасные твари, что оттуда возвращаются сумасшедшими или калеками, если вообще возвращаются.

— Если тебе страшно, можешь топать обратно, — Ник решил не упускать возможности поддеть новую попутчицу, — я изначально шел туда. Вы идете туда же, поскольку нуждаетесь в моем обществе. Говорю сразу, никого не держу, если что-то не нравится, можете расходиться по домам.

— Да нет, успокойся, — Арс дружески похлопал проклятого по плечу, — мы с тобой. А зачем мы туда идем?

— А вот это уже тема другого разговора, — мечник спрыгнул с ограды и пошел куда-то вглубь деревни, оставив Арса и Айу перед лицом лилового заката. Они переглянулись, дружно спрыгнули с ограды и последовали за проклятым. Догнать его удалось только у центрального пяточка, на который уже возвращались жители Камешков. Взгляды на путников они бросали недружелюбные, чем очень удивили Арса.

— Чего это они? Мы же им жизнь спасли. Сейчас бы плескались в желудке у этой твари или лежали под кустом в переваренном состоянии.

— Не стоит их винить, — Ник отвечал жителям безразличным взглядом, — их с детства учили ненавидеть таких как мы. Говорили, что проклятые — бездушные звери, убивающие любого, кто встретится у них на пути. Все наши способности, по их мнению, — это проделки зла.

— И что? Это не оправдание. Глупые стереотипы нужно ломать, — Арс был в гневе.

— Нельзя заставить любить. К тому же из века в век проклятые оправдывали свою репутацию Мы, наверное, первые магиумы, помогающие простым людям, не обремененным менталом. Наверняка, половина жителей думает, что мы помогали пожирателю, а не убивали его.

— Какая чушь, — буркнул Арс и злобно посмотрел на мальчишку, показывающему ему язык.

— Слава Гану, у старейшины голова на месте.Глава деревни, легок на помине, подскочил к путникам. Айа с интересом разглядывала немолодого седеющего мужчину, довольно щуплого с большой проплешиной на макушке.

— Милейший, — Арс все не унимался, — почему твои земляки смотрят на нас так, как будто мы сборщики налогов? Мы же помогли вам.

— А? Все очень просто, господа прок... магиумы. Народ думает, что тварь появилась из-за вашего друга, — старейшина шепелявил и разбрызгивал слюни, Айу слегка передернуло.

— Меня? — Ник немного смутился, — как я то могу быть в этом повинен?

— Да нет, не вас. А господина в красном плаще, ушедшем буквально за два дня до вас. Он разве не ваш друг?

— В красном плаще? — в глазах мечника сверкнула ярость, но потом Ник поспешно сменил ее на искреннее удивление, — а господин представился?

— Нет, к сожалению. Жители вышли встречать его с вилами и топорами. Так что с ним мы практически и не разговаривали. А вы похожи на него, вот отсюда и неприязнь. Я пытался объяснить им, что вы спасли нас, но половина деревни все равно убеждена в обратном.

— Понятно, — Ник задумчиво опустил взгляд и отошел в сторону, уставившись на землю. Арс и Айа снова переглянулись и подошли к проклятому.

— Ты знаешь его, того кто был здесь до нас? — Арс старался говорить тихо и вкрадчиво, может и получится вытянуть из хмурого мечника очередную историю.

— Может и знаю, — сказал Ник, — а может и нет.Остаток вечера друзья провели в доме старейшины, рассказывая разные истории из жизни, глава Камешков все болтал о трудной крестьянской доле, о высоких налогах, о проклятых сборщиках подати из Раона, вспоминал былые времена. Арс рассказал Айе о своих приключениях, о Снуфе, о пустыне. Особый интерес у девушки вызвало упоминание об Алаэнне. Довольный, что смог удивить магиумессу, лучник показал свой бинокль и долго кичился знакомством с восьмисотлетним стариком.Ночь накрыла Камешки мягко и осторожно, словно боясь, что вечер может вернуться обратно. Упоительная прохлада остудила горячий песок пустыни, взошедшая луна осветила серебром разогретый песок и стены домов. Разговорить Ника на тему странного магиума в красном плаще у молодежи так и не удалось, так что друзья отправились спать несолоно хлебавши.

Утро выдалось хмурым и непогожим, плотные сизые тучи накрыли деревню непроницаемым одеялом, вот-вот готовые разразиться очередным дождем. Ник уже давно был на ногах. Арс только открывал глаза, когда проклятый с безумным взглядом влетел в спальню и зажал рот просыпающемуся лучнику. Арс прочитал по губам фразу мечника 'ни звука'. Дверь дома старейшины хлопнула, послышались громкие мужские голоса.

— Орд, приветствую, — звучный бас разнесся по комнатам, — приехали с проверкой.

— О, Зэм, всегда рад видеть тебя в моем доме, присаживайся, налить тебе свежего пивка? — этот голос принадлежал старейшине, его, оказывается, зовут Орд. Спящая Айа начала просыпаться, но проклятый быстро сориентировался, одним прыжком оказавшись у ее кровати и зажав ей рот.

— Нет, спасибо, я за рулем. Как у вас дела, что с домом старика Ларса? Дырка, я посмотрю, внушительная. Арм что ли набрался опять и устроил дебош?

— Да что ты, нет. Если б все так просто было. Пойдем на улицу, я тебе расскажу, — дверь снова хлопнула и голоса затихли.

— Что случилось, — Арс испугано зашептал, Ник наконец-то убрал ладонь от Айи, та облегченно вздохнула.

— Это Раонский патруль. Камешки — пригород, довольно недалекий, как я понял. Если воины нас заметят, придется прорываться с боем, чего я очень не хочу. Да и жители тоже, наверное, будут помалкивать, если мы убьем этот патруль, то следующий уже выжжет Камешки дотла. Так что пока будем сидеть тихо.

— Айа, а ты не можешь им как-нибудь внушить мысль, что лучше уехать отсюда, или отвести взгляд от этого дома, — Арс повернулся к проклятой, — ты же магиум разума.

— Нет, к сожалению. Вот дядя Клай смог бы, этот патруль даже свои имена забыл бы, но я нет.Арс громко закашлялся. Ник выкатил глаза и уставился на Айу.

— Дядя кто? Клай? Старейшина Менталорума, Клай Раскаленный Череп?— ошарашено спросил лучник.

— Да, а что тут такого?

— То есть ты хочешь сказать нам, что сбежала от своего дяди Клая? — Ник был потрясен не меньше своего друга, — а тебе не пришла в твою светлую голову мысль, что мы можем на деле познакомится с тем, почему Клая называют раскаленный череп, из-за того, что увели его племянницу в пустыню?

— Да нет, дядя у меня добрый, он и мухи не обидит, — Айа беззаботно рассмеялась, на проклятый шикнул на нее, так как на улице послышался рев двигателя. Снова хлопнула входная дверь, и в комнату вошел старейшина Орд.

— Вам нужно срочно уходить отсюда. Скрыть от патруля факт появления в наших краях такой твари невозможно, так что скоро, возможно уже завтра в Камешки приедет большая дружина из Раона. Вы успеете далеко уйти. Я не сказал им, кто победил пожирателя, но если узнается, что старейшина покрывал проклятых, то Камешкам не сдобровать. Вам лучше покинуть деревню, и чем скорей, тем лучше.

Сборы не заняли много времени, все-таки вещи путники никогда не распаковывали. Орд снабдил отряд проклятых небольшим количеством съестного и свежей воды, дал небольшую, но весьма точную карту окрестных земель и проводил до переправы через реку.

— Здесь наши пути расходятся, господа магиумы. Еще раз благодарю за спасение деревни. Надеюсь, вы найдете то, что ищете. Где-то через двести километров Раонские земли заканчиваются, начинается Тихий лес, туда патрули уже не сунутся. Если успеете дойти до него, считайте, что неприятности обошли вас стороной. Счастливого пути.

— Спасибо и тебе, Орд, — Ник пожал щуплую руку старейшине, и трое проклятых двинулись в путь.

За рекой следов пустыни уже совсем не было видно. То ли дождь так сказался на окружающей природе, то ли это обычное ее состояние, но отойдя от Камешков часа на два, проклятые погрузились в череду сочных лугов и полей. Здесь восхитительно пахло травами и цветами, появилась беззаботная мошкара, и солнце, казалось, припекает не так сильно, как в магрионской пустыне.

Арс шагал по широкой тропинке рядом с Айей и с упоением пересказывал их приключения внутри Старого Хребта. Чуть впереди шел угрюмый Ник и краем уха слушал незатейливую беседу, лишь изредка хмыкая, когда лучник немного привирал. А привирать он умел еще как. На подступах к пещере путников поджидали орды монстров, которых храбрый лучник нашпиговывал стрелами, превращая безобразных тварей в подушечки для иголок. Айа увлеченно вскрикивала и хлопала в ладоши, когда очередная стрела настигала злобного зубастого зверя. Для пущей наглядности Арс размахивал руками и доставал из воздуха яркую изумрудную нить. Рассказ получился весьма увлекательным, поэтому разгоряченный лучник не заметил, как дотронулся кончиком зеленого пламени до пролетавшей мимо стрекозы. Бедное насекомое зависло в воздухе, мельтешащие крылышки замерли. Айа краем глаза увидела необычное поведение стрекозы и во все глаза уставилась на небывалое чудо. Ник и Арс тоже развернулись и подошли к насекомому.

— Сколько раз я тебе говорил, не фонить менталом? — проклятый был как всегда недоволен.

— А что с ней? — Айа удивленно смотрела на стрекозу, рука, затянутая в перчатку без пальцев, потянулась к хрупкому крылышку.

— Не трогай, — Ник остановил палец проклятой в сантиметре от стрекозы, — а то тоже замрешь. Это наш великий воин-победитель монстров, — мечник с усмешкой посмотрел на незадачливого лучника. — Или теперь лучше называть его 'победитель стрекоз?

— Да ладно тебе, что тут такого, — Арс дотронулся правой рукой до насекомого, прозрачные крылышки снова забились, и продолговатое зеленое тельце растворилось в высокой траве, — подумаешь, стрекоза потеряла счет времени.

— Что тут такого? Да просто заденешь как-нибудь нас, да и забудешь, будем тут целое столетие стоять, как истуканы, пока очередной безголовый магиум не придет сюда и не снимет с нас твои чары.

— Ух ты, — Айа снова захлопала в ладоши, — так ты повелеваешь временем?

— Да, — Арс выпятил грудь вперед, чем снова заработал насмешливый взгляд своего друга, — только я еще не совсем с этим разобрался. Ну ладно, совсем еще не разобрался. Надо будет на досуге заняться тренировками.

— Да уж, — Ник хмыкнул и продолжил свой путь, — такие ценные способности не стоит растрачивать на управление стрекозами.

Ближе к полудню троица устроила привал на берегу небольшого задорно журчащего ручейка. Арс довольно развалился на солнышке и вперил взгляд в безоблачное небо. Ник достал карту, подаренную ему Ордом и небольшой пожелтевший листок бумаги, оказавшийся еще одной картой, менее точной, но более масштабной. Айа в миг оказалась за спиной проклятого.

— Это что, мир? — глаза девушки в очередной раз расширились, — я никогда раньше не видела ничего, дальше стен Менталорума.

— Это не мир, — Ник продолжал сравнивать карты, — это его небольшая часть. По крайней мере если учитывать то, что мы видели у Алаэнна, то это вообще маленькое пятнышко на большом спелом яблоке. Мы вот здесь, — старая перчатка уперлась в небольшую точку на пожелтевшем листе, перешли реку и движемся к Тихому Лесу. Вот твой Менталорум, тут Магрион и Старый Хребет. А нужно нам воооот сюда, — палец заскользил на юго-восток, — зеркальные пещеры. Если старина Маскис нам не врет, то именно там и произошла катастрофа.

— Какая катастрофа, — Ник лишь устало вздохнул и показал пальцем на лучника.

— Он обещал тебе все рассказать. Эй Арс, просвети девушку, а то только про подвиги свои умеешь рассказывать.

Девушка отошла от мечника и уселась рядом с лучником. Ник снова углубился в изучение карт. Маршрут их путешествия был достаточно заковыристым: лес, тракт, город, город, болото, ущелья. Глаза поднялись к самому верху карты, на север. Здесь красными чернилами был нарисован круг, внизу стояла маленькая подпись 'Город Гану'. Его Родина, история, жизнь и смерть... Вообще география путешествия проклятого весьма необычная, путь был сделан значительный, и до момента встречи Ника и Арса мечник протопал не один месяц. Но это уже тема, для другой истории.


* * *

Пятерка дрэггов мчалась по широкой дороге, поднимая клубы пыли и песка в воздух. Защищенные листами метала колеса и передний бампер сверкали в полуденном солнце длинными изогнутыми шипами. Попадись перед такой махиной человек, останутся только кровавые ошметки и память. Перед колонной электрических машин летело существо, которое обычный житель магрионских и раонских земель назвал бы призраком. В принципе, им изуродованная тварь и была. Длинные тонкие руки спрятаны в клочках рваной фиолетовой ткани, лоскутами свисавшей до земли. Узкое тело, обтянутое сухой пожелтевшей кожей, напоминало старый замшелый камень, пролежавший под солнцем добрую тысячу лет. Но самым страшным в облике и так весьма отвратительного монстра было лицо. Острые скулы, широкий лоб, отсутствие носа и рта, и глаза. Глубокие, черные, пронизывающие насквозь, свирепые глаза. Такие глаза останавливают сердца, холодят кровь, приковывают взгляд и приводят к безумию. За этими черными омутами обычные люди не видят души. Наверное, поэтому призраков называют бездушными, или безликими. Лучшие следопыты, способные унюхать даже самые слабые отголоски ментала, природные враги проклятых, блокирующие любые заклятия и магические воздействия в радиусе десяти метров.Пять дрэггов ехали друг за другом, вытянувшись в ровную колонну. Отряд магрионской бригады мчался по следу: бездушный что-то учуял. Приказ правителя Снасса был четким и ясным — взять проклятых живыми или мертвыми. Десять воинов с огромными боевыми молотами за спинами вглядывались в пустой горизонт, щуря глаза от пыли и песка.

Конечно, вероятность того, что славные вояки Магриона поймают неуловимых магиумов, а то, что их уже двое не было сомнений, невелика — след довольно тусклый. Но проследить, куда он ведет, нужно обязательно.

Высокий черноволосый воин, сидевший в головной машине, поправил темное металлическое кольцо на пальце и вслушался. Сегодня именно ему, десятнику Аггарту, вверили бездушного и вручили кольцо управления.

— С-сшшш-ш-ш, — знакомое шипение послышалось прямо внутри головы воина, — впереди что-то есть, город, сшшшнет, не город, развалины.

— Развалины? — Аггарт вгляделся вперед но ничего не увидел, — я ничего не вижу, ты не ошибся?

— Не сшшшшмей сомневаться во мне, человек, впереди нагромождение зданий, но внутри ничего нет, никаких следов еды, — бездушный летел впереди, и стороннему наблюдателю было не заметить, что тварь переговаривается с десятником.

— В смысле нет? След обрывается?

— Шшшшда, но здесь чшшшто-то другое, больше похоже на стену, ментальную стену. Кто-то отгородился от людей, сшшш, — монстр снова зашипел и стал медленно сбрасывать скорость. Кавалькада дрэггов въехала на очередной песчаный холм и остановилась, из машин высунулись угрюмые воины. На горизонте и вправду был город.

Черные полуразрушенные башни, изуродованные временем хищно скалились безоблачному голубому небу, показывая потемневшие зубы арматур и разваленных шпилей. Старые оконные проемы зияли невидящими глазами, с интересом разглядывая загадочные точки, появившиеся из-за холма. Развалины времен Великого Ухода.

— Это старый город, здесь не может быть никого, ментальная стена, наверное, очередная игра Богов, все проклятые давно ушли на север, поехали, — Аггарт мысленно скомандовал бездушному трогаться, и тот подчинился. Колонна магрионской дружины на большой скорости проткнула волшебный колпак и быстро въехала в город, когда нюхач мысленно завопил в голову десятника.

— Сшшшшша, проклятые! Сто пятьдесят, нет, двести человек! Здесь, вокруг нас. Разворачивайся, надо доложить господину!

— Воины, быстро разворачивайте машины, это ловуш... — застрявшая в горле стрела помешала десятнику договорить фразу. Магрионцы раздумывали недолго и лихо дали по газам, закладывая вираж и разворачиваясь.

— Сийно, — громкий возглас из оконного проема известил разведчиков о скорой гибели. Ледяная стрела вырвалась из кромешной темноты разрушенного здания, оставляя за собой яркий синеватый и застряла в затылке водителя головной машины. Волна инея в мгновение покрыла транспорт. Остальные дрэгги затормозили, объезжая менее удачливого собрата и сгрудились в кучу.

— Флэйм, — звук донесся из противоположного здания. Один воин закричал. Ярко-рыжие языки пламени вырвались из его рта и глаз, с аппетитом пожирая плоть разведчика. Воин выскочил из машины и, сотрясая воздух нечеловеческими воплями, бросился прочь. Участь, постигшая собрата, заставила остальных действовать побыстрее. Водители резко крутанули руль и вжали педаль что было сил, дрэгги рассержено заурчали, вырывая своих владельцев из смертельной западни. Еще две стрелы пропели свою последнюю песнь магрионцам, заставляя их тела навсегда замереть. Три машины уже стояли на месте. Пассажиры попытались выдернуть водителей из дрэггов, занимая их места. Это удалось лишь одному, так как вездесущие иглы смерти находили своих жертв без ошибок. Счастливчик уже порядком отъехал от города, когда голос внутри головы тихо прошептал: 'остановись'. Воин заглушил мотор и уставился в одну точку. 'Выйди из машины и иди обратно'. Сопротивляться невидимому приказчику не было сил. Безвольная кукла подчинилась, пьяной походкой направляясь к зловещим развалинам, забравшим жизни девяти воинов. Разведчика уже встречали.

Три фигуры, плотно замотанные в ткань стояли на месте побоища и тихо переговаривались.

— Бездушный ушел, Клай. Это плохо. Нас обнаружили.

— Знаю, Фаули. Они пришли не просто так. Разведчики шли по следу. По следу Ника. Крарк, — третья фигура повернулась к разговаривающим.

— Убери тела, сожги их в том доме, дрэгги мы возьмем с собой.

— Да, Старейшина.

11

Морозный зимний воздух был свеж и чист, вдыхался легко и с удовольствием, сладко обжигая легкие и мягко пощипывая уши и нос. Облако пара вырвалось изо рта и растворилось в ясной холодной ночи. Многоглазое небо смотрело на город Гану светящимися зенками звезд, складывающимися в причудливые узоры созвездий и туманностей. Самое замечательное время: солнце недавно скатилось за горизонт, побыв на небосклоне всего лишь несколько часов, морозец еле заметно покрепчал, пронизывающий полуденный ветер погнал снежные вихри куда-то далеко на север.

Ник поплотнее запахнул теплую буйоловую шубу, подул на замерзшие руки и вздохнул полной грудью ночной воздух засыпающего города. Сонная улица Лука подмигивала проклятому магическими огоньками высоких фонарей. Здесь всегда в это время тихо, старые мастера оружейники закрывают лавки рано, а недавно открывшаяся школа лука и меча, мирно спавшая дальше по улице, затихла на каникулы. Может сюда отдать Балина? Вроде неплохое заведение, мастер Полок знает свое дело, чересчур кадетов не гоняет, но и спуску не дает. Да, наверное, сюда. Магиум закончил разглядывать новенькое каменное здание и юркнул в темный переулок.

Город Гану был поистине велик. Четыре огромных квартала сходились в центре — проспекте Жизни. Длинная улица, сплошь усеянная различными магическими школами, лавками и тавернами, на которой можно было найти все, что только душе угодно. Ник редко туда заглядывал, дом магиума находился в южном квартале, внушительной части города, сплошь заставленной уютными двухэтажными домиками. Это рай.

Блестящий снег соседней улицы Меча приветственно захрустел под ногами проклятого. Здесь фонарей было меньше, поэтому сонные дома утопали в уютном полумраке. Серебряная луна рисовала на сугробах тенями черепичных крыш и дымовых труб. Ник с любовью оглядел родную улочку и не торопясь двинулся по утоптанной дорожке.

Неприятности магиум почувствовал за пятьдесят метров до своего дома, также мирно спавшего между кузницей и продуктовой лавкой. В окнах темно, дым из трубы не идет, Мелисса с Балином, наверное, уже спят. Жена вообще очень редко дожидалась Ника с работы, только если проклятый уходил на опасные задержания или налеты на притоны. Так что внешний вид жилища не предвещал беды: окна не выбиты, дверь не взломана. Тишина.

Бодро скрипнуло крыльцо под тяжелыми ботинками стража. Сейчас бы просканировать дом внутренним оком. Но защитники порядка снимали силовые браслеты после смены, а пользоваться менталом внутри города запрещено, повсюду стояли колонны молчания.

Дверь как всегда не заперта. Район здесь тихий, преступлений вот уже лет двадцать не было. Это в западном квартале страшно из дома по ночам выходить. Дверь бесшумно отворилась. В гостиной, затянутой непроглядными хлопьями тьмы, витали знакомые запахи хлеба и остывшего ужина. Тут тоже тихо. Может, показалось, и ничего не произошло?

Наверху скрипнула половица. Ник замер, меч тихонько полез из ножен. Мелисса не спит? Попить захотелось? Вряд ли, сон у нее крепкий. Балин ходить еще не научился. Значит, это те самые неприятности. Вновь тишина. Проклятый медленно пересек гостиную. Узкая деревянная лестница, наверху тихо, еле заметно тянет сквозняком. Надо было оставить силовой браслет. Крадись теперь в ночи, аки шелудивый воришка, по собственному дому.

Ступеньки не скрипят. Как бы то ни было, преступник не знает, что Ник в доме. Это хорошо, эффект неожиданности проклятому на руку. Двадцать три деревянных ступеньки и второй этаж. Длинный коридор. Слева окно, небольшая щель, через которую дул слабенький ветерок, колыхавший плотные незадернутые шторы. Серебряный свет ровным квадратом падал на половицы. Вор где-то здесь. Нужно проверить, все ли в порядке с женой и сыном. Десять мягких шагов направо по коридору, ни единого звука. Дверь в спальню плотно прикрыта, внизу еле заметная полоска света. Неужели Мелисса не спит? Тревога еще сильнее кольнула сердце Ника. Мягкий поворот ручки, легкий скрип.

Ужас затопил разум проклятого, сковал своим холодом сердце, остановил дыхание. Грудь защемило. Глаза Ника распахнулись так широко, как только могли. Вместо тревоги и напряжения остались только пустота, смерть и кровь.

Кровь. Кровь повсюду. Огромные алые лужи отражали неровный свет подрагивающей свечи. Одна струйка уже почти достигла двери в коридор и замершего проклятого. Сердце сделало нерешительный удар. Взгляд был прикован к кровати.

Мелисса лежала на спине в естественной позе, словно до сих пор спала, длинные белокурые волосы переплелись на подушке. Убийца сделал свое дело, пока любимая видела сны. Она так и не проснулась, не поняла, что произошло. Горло перерезано от уха до уха. Ровная прямая рана, рука убийцы не дрожала. Кровь уже перестала вытекать из шеи, залив простыню и пол. Рядом стояла детская кроватка. Балин. Мертв. Крови нет совсем. Горло тоже перерезано, но простыня чистая и белоснежная. Нет! В глазах медленно потемнело. Как же так? Что за чудовище сделало это?

Резкие шаги раздались за спиной. Размытая тень мелькнула в коридоре и побежала к окну. Уничтожить! Убийца прыгнул прямо сквозь стекло, раздался громкий звон, посыпались осколки. Ник выскочил из спальни и бросился следом. Темнота отступила под натиском первобытной ярости и инстинкта. На всей планете существовали только он и неясная спина убегающего человека. Прыжок, короткий полет и мягкий сугроб. Тень уже выбралась из снега и побежала по улице Мечей в спасительный мрак переулка. Проклятый быстро встал, закинул меч за спину и стремглав понесся следом. Уничтожить тварь, но сначала заглянуть в глаза. Узнать почему, за что в одночасье магиум потерял все, что имел. Ник вбежал в переулок, когда неизвестный убийца уже юркнул на улицу Лука. Быстро бегает, гад! Пять ударов сердца, и вновь спина беглеца видна, но все так же размыта.

Тандер оттягивал спину и замедлял бег, но ярость придавала сил. Расстояние медленно сокращалось.Убийца, кажется, не очень хорошо ориентировался в этом квартале. С улицы Лука беглец свернул в Дырявый проулок. Названия своего он не оправдывал, узкий коридор между домами заканчивался тупиком. Ник приободрился — сейчас кто-то умрет.

Тень добежала до каменной стены, преграждающей дорогу, и остановилась. В руках мелькнуло лезвие. Решил сразиться? Ладно, ублюдок, посмотрим, что ты можешь, кроме как убивать спящих женщин и детей.

Блик. Метательный нож просвистел рядом с Ником и оставил на щеке длинную царапину. Проклятый, словно не заметив этого, уже настиг убийцу своей семьи. Короткий клинок устремился навстречу стражнику города Гану, но был тут же перехвачен, кисть проклятого легла на запястье убийцы. Магиум по инерции летел вперед, выставив вперед локоть свободной руки. Удар пришелся в то место, где у размытой тени должна была находиться челюсть. Тело оторвалось от земли, несколько раз перевернулось в воздухе и упало в снег, нож отлетел в сугроб.

Маскировочные чары исчезли, перед ногами проклятого лежало тело в красном плаще. Незнакомец приподнялся на руках и встряхнул головой. Ник рывком дернул убийцу за шиворот и отпрянул.

— Некс? — на широкой скуле уже наливался свежий синяк.

— Что, не ожидал? — убийца криво усмехнулся.

— Брат, за что? — глаза непонимающе уставились на фигуру в красном плаще.

— Ты слишком глуп, ты не поймешь, — Некс сплюнул кровью в снег. Ярость снова заполонила Ника, Тандер легко выпорхнул из ножен. Убийца!

Меч остановился в десяти сантиметрах от головы Некса. Проклятый удивленно взглянул на преграду, помешавшую ему свершить правосудие. Трое стражников в тяжелых доспехах стояли чуть сзади, четвертый держал в руках копье, остановившее полет Тандера.

— Ник, это ты? — один из четверых патрульных подал голос, — что ты делаешь?Но взгляд проклятого был прикован к Нексу.

— Убийца!

— Убийца? — стражники, недолго думая, скрутили человека в красном плаще.

— Ник, кого он убил?

— Убийца! — все, что мог выдавить из себя потрясенный проклятый.

— Мы его заберем, Ник. Пусть суд решит судьбу этого человека.

Трое стражников обступили Некса и повели его по дырявому переулку. Один в нерешительности замер позади проклятого. Ник рухнул на колени, уткнулся лбом в показавшийся раскаленным снег и заплакал...


* * *

Темница была сухой и душной. Витавшие запахи плесени и затхлости могли вывернуть наизнанку. Тьма была кромешной. Ник шел за стражником по подземным казематам и оглядывался по сторонам, впиваясь глазами в каждую камеру. Мужики на вахте сказали, что его брата, Некса, привели сюда.

Прошло три дня с момента смерти Мелиссы и Балина. Похороны жены и сына были тихими, без лишнего шума и толкучки. Пришли только самые близкие люди. После того как все разошлись, проклятый еще долго стоял на двумя могилами и беззвучно шевелил губами. По его щекам текли слезы.Теперь, когда магиум входил в помещение стражников, привычный гул и веселье мгновенно стихали, наступало тягостное молчание, терзавшее Ника еще сильнее, потому что в голове снова всплывали картины спальни, залитой кровью и маленькой детской кроватки. В такие минуты магиум крепко сжимал зубы и молчал, пытаясь подавить приступы отчаяния. Все. Ничего больше нет в его жизни. Осталась только пустота. Жить больше не зачем, цель потеряна навсегда.

Единственное, почему Ник еще не свел счеты с жизнью, был его брат, Некс ун Датор. Убийца, которого проклятый до той страшной ночи считал очень близким человеком. Брат никогда не отличался особыми познаниями в ментале, был неудавшимся магиумом. Метка ловкости, конечно, присутствовала на его руке, но вот дисп-примера не нашел своего хозяина или отвернулся от него. Поэтому Некс мог пользоваться только простейшими чарами. Но вот в чем брат был силен, так это в изготовлении различных зелий и амулетов. Дом убийцы был завален всякими магическими побрякушками, камнями и шкурами животных, заставлен всевозможными колбами и сосудами. Возможно, для этого Некс отнял кровь у Балина.

Ник шел вслед за стражником и крепко сжимал кулаки. Как хотелось сейчас просто открыть камеру и свернуть узнику шею, а лучше медленно резать его, чтобы он понял, как сейчас страдает его старший брат. Верзила в доспехах остановился и закрепил факел, который он держал в руках, на стене. Он недолго позвенел ключами и открыл скрипнувшую дверь темной и глухой камеры. Огонь выхватил из мрака очертания сидящего на полу человека, глаза его блестели.

— Зачем ты пришел? — голос Некса был абсолютно спокоен.

— Хочу задать тебе несколько вопросов, — 'хочу свернуть тебе шею, ублюдок'.

— Зачем? — убийца лишь издал легкий смешок, — разве мои ответы смогут утолить твою жажду убийства. Ты ведь жаждешь этого, да, Ник? Ты видишь сейчас, как медленно ломаешь мне кости и отрезаешь руки? Твоя проблема всегда была во вспыльчивости.

— Тебе сейчас не о моих проблемах надо думать, а о своих, — Ник только крепче сжал кулаки, — твои побрякушки не помогут тебе избежать суда.

— И что? Ты думаешь, я боюсь этого сборища старых баранов? — Некс засмеялся. — Мне плевать на них. Времена казней давно прошли, брат. Самое суровое наказание, которое мне грозит, это отречение от силы Гану и изгнание. А это я как-нибудь переживу, ты мне поверь. Тебе будет намного хуже.

— Вот как? За стенами города ты и двух дней не продержишься без припасов, это все равно, что казнь, только медленная. Послушай, Некс. Спрошу тебя всего один раз, и если в тебе осталось что-то человеческое, ты мне ответишь. Зачем?

— Я уже говорил тебе и повторю сейчас, ты слишком глуп и недальновиден. Я затронул такие силы, что не снились и Ксарру ун Крауну. Когда я заполучу их, даже Гану преклонит свою голову перед моим могуществом.

— Ты безумен, Некс, раз решил поспорить силой с Гану. Ты умрешь завтра. Дверь громко захлопнулась, и проклятый вновь пошел за стражникам навстречу холодному мрачному утру.


* * *

— Ник, проходи, — старый мастер Полок привстал со стула и протянул руку магиуму.

— Приветствую, мастер Полок, — Ник приложил свою ладонь к шершавой ладони бывшего стражника и тоже сел.

— Я слышал о твоем горе, сынок, я соболезную твоей утрате, — Ник сжал кулаки, взгляд его на мгновение стал стеклянным.

— Но сейчас не об этом. Я тут покопался в своих старых книгах и обнаружил очень интересную вещичку, которая могла бы тебя заинтересовать.

— Меня сейчас уже ничего не может заинтересовать, мастер Полок, — проклятый взглянул на толстого воина безразличным взглядом. Тот лишь хмыкнул в густые усы и встал из-за стола. Мастер Полок был его учителем и хорошим другом. Он подобрал грязного и голодного мальчишку на улице и воспитал из него хорошего воина. Ник был ему благодарен за это, но сейчас все слова старого стражника казались глупыми и несущественными.

— Я думаю, ты заблуждаешься, сынок, — Полок подошел к большому деревянному шкафу и распахнул тяжелые створки. Внутри проклятый увидел гору разных книг и свитков, порядком покрывшихся слоем пыли. Учитель наклонился и что-то забормотал, напряженно вглядываясь в потертые корешки.

— А, вот она, — мастер выудил с полки старый толстый фолиант и закрыл шкаф. На стол перед проклятым рухнула книга, подняв небольшое облачко пыли.

— Что это? — взгляд Ника был все такой же безразличный. Как какая-то книга может помочь сейчас, мертвых не вернуть.

— Это, — мастер Полок задумчиво пожевал свой ус, — это дневник, сынок. Дневник первого магиума.

Глаза проклятого быстро стрельнули на потертый переплет и вернулись в исходное положение. Будь это хоть записками Гану, Нику плевать на это, плевать на все...

— Да очнись же ты, наконец, — стражник встряхнул своего ученика. — Я не зря перерыл всю свою библиотеку и достал эту древность, смотри.

Полок открыл книгу на заложенной странице и довольно плюхнулся на жалобно скрипнувший стул. Ник опять опустил глаза на фолиант, и зрачки быстро забегали по строчкам. Чем больше проклятый углублялся в чтение, тем шире открывался рот и внимательней становился взгляд. Через десять минут Ник поднял глаза на своего учителя.

— Это правда? То, что здесь написано, реально?

— Не знаю. Этой книге больше семиста лет. И никто еще не проверял всего, что здесь написано. Но если то, что начертано про триплекс Ксарром правда, то это твой шанс вернуть все на свои места. Ты заинтересован?

— Да, конечно. Я выхожу завтра утром.

— Погоди, погоди. Куда ты так торопишься? Нужно тебя как следует подготовить. Путь предстоит неблизкий, места придется пройти опасные, так что послушай старого человека.

— Хорошо, мастер Полок. Спасибо вам. Я иду на казнь Некса. Вы пойдете?

— Нет. Этот ублюдок предал тебя и мое учение. Я не хочу смотреть на выродка, посмевшего забрать жизнь у женщины и ребенка.

— Как знаете, я вернусь завтра утром, и мы обо всем поговорим, — дверь захлопнулась за Ником, пустив в натопленную комнату маленькую стайку колючих снежинок.


* * *

Храм Гану был огромным, просто исполинским зданием, окруженным трехметровой стеной из красного песчаника. Высокие башни с острыми шпилями уходили высоко в полуденное небо. Внутри убранство храма поражало своей красотой и величием.

Длинный куполообразный зал был полон народу. Все стояли вокруг десятиметровой статуи, изображавшей седого старца, который держал в руках книгу и устало смотрел перед собой. Гану. Великий Бог магиумов, покровитель ментала и хранитель истинного знания.

Казнь в городе — дело нередкое. Частенько здесь чинили расправу над мелкими ворами и насильниками. Но вот такое масштабное событие, как отречение, происходило за последние пять веков раза два. Не больше. Поэтому весь люд, забыв о своих повседневных делах, натолкался в святилище и ожидал зрелища, гулко переговариваясь и споря. Произошедшее в доме на улице Меча не получило широкой огласки, и теперь Ник тут и там слышал самые невероятные версии событий, случившихся в ту ночь. Кто-то говорил, что забралис в дом к Старейшине, и теперь неудавшемуся воришке отрубят руки в назидание остальным. Кто-то был уверен в изнасиловании жены главного жреца, преступнику прочили испытание каленым железом на его достоинстве. Но проклятый пропускал мимо ушей всю эту чепуху и упорно проталкивался к первым рядам.

Гану напряженно смотрел на толпу своих детей и все так же сжимал в руках книгу. Ник, наконец, пробрался через ряды зевак и вышел к небольшой свободной площадке перед статуей, на которой было возведено небольшое возвышение. На нем стоял молчаливый палач в черной маске, закрывавшей половину лица, и ждал. Вот-вот должны были ввести преступника.

Сзади послышался какой-то шум, и магиум обернулся. Толпа медленно образовала коридор, пропуская вперед эскорт, сопровождавший закованного в кандалы Некса. Фигура в красном плаще была окружена четырьмя стражниками в парадной форме. Убийца высоко поднял голову и смотрел на собравшихся людей, как на стадо глупых животных. Толпа снова загудела, строя новые догадки о том, чем же провинилась фигура в красном плаще. Кто-то узнал неудавшегося магиума и кричал ему вслед.Эскорт быстро миновал живой коридор и остановился у возвышения в центре. Охранники сняли кандалы и подтолкнули Некса на площадку. Палач подошел к осужденному и провел над его головой рукой.

— Некс ун Датор, ты обвиняешься в убийстве Мелиссы ун Датор и Балина ун Датор. Ты признаешься в содеянном?

— Да, признаюсь, — безразличный голос преступника разлетелся по всему храму.

— Желаешь ли ты раскаяться в совершенном тобой преступлении? — палач говорил громко и четко.

— Нет, принесенная мной жертва была необходима.Зал снова зароптал, уже громче. Кто-то хватался за голову и кричал оскорбления. Часть людей, услышав знакомую фамилию, уставилась на Ника. Проклятый почувствовал легкое похлопывание по плечу.— Ты приговариваешься к высшему наказанию, отречению от силы Гану и изгнанию из города. Ворота закрываются перед тобой навсегда. Ты больше никогда не сможешь вступить на эту землю. Для всех нас впредь ты будешь считаться мертвым. 'Нет, не для всех, я навсегда запомню, что ты еще жив'.

— Ты хочешь сказать свое последнее слово?

— Да, хочу. Люди. Оглянитесь друг на друга. Вы жалкие рабы придуманного бога, вы ничтожные куски системы, построенной вами же. Что для вас сделал ваш Великий Гану? Вы хоть раз видели его? Я совершил это убийство для того, чтобы достичь истинного могущества, чтобы принести силу в этот мир. Но мне помешали. Задумайтесь. Однажды я вернусь сюда, и тогда сотру с лица земли этот жалкий город.

Толпа еще сильнее зароптала, увесистое яблоко вылетело с задних рядов и упало перед площадкой. Это был плевок в душу каждого магиума. Хорошо, что здесь присутствует стража, а то жители города разорвали бы Некса на части. Хотя нет, не успели бы, Ник прикончил бы убийцу первым.Палач высоко поднял руку, и толпа примолкла. Казнь началась. Некс с насмешкой посмотрел в глаза человеку в черной маске. Отречение. Что для него это отречение. Силой он практически не обладает. А выжить за стенами города можно попробовать.

Палач закатал рукав плаща убийцы до локтя и поднял его руку до уровня плеча — на коже четко была видна магическая метка в виде небольшого вихря. Ник замер на месте. Сейчас разорвется та нить, что связывала его брата с миром ментала, с силой природы. Хоть эта связь была непрочна, хрупка, но дорожить ею стоило. Некс же абсолютно безразлично оглядывал храм Гану, изредка останавливая взгляд на отдельных магиумах. Палач достал из-за пояса небольшой железный предмет. Это было больше всего похоже на печать — длинная ручка и короткое плоское навершие в виде креста.

— Justice, — голос палача разлетелся по храму и затих высоко под куполом. Предмет в его руках загорелся черным светом, обтекая кисть и трепеща у конца. Народ ахнул, все видели ритуал отречения в первый раз. Некс даже не пытался вырваться или что-то предпринять для собственного спасения. Молниеносное движение, крест прислонился к изображению вихря. Яркая синяя вспышка затопила зал, Некс закричал, падая на колени. Палач стряхнул остатки тьмы со своего оружия и убрал его за пояс.

— Некс ун Датор, отныне ты простой смертный. Твоя сила вернулась в изначальное пламя хаоса.

Остальные события уже ни у кого интереса не вызвали. Казненного погрузили в клетку на колесах, стоявшую у входа в храм и повезли к восточным воротам города. Всю дорогу Некс лежал на полу и невидящим взглядом смотрел в хмурое северное небо. Ухмылка, наконец, слетела с его лица. Перед тем, как сделать последний шаг за ворота города, убийца взглянул на сою правую руку и увидел небольшое клеймо. Густо-черный крест на месте магической метки. Некс оглянулся и увидел стоящего в отдалении Ника. Проклятый молча смотрел на своего брата.

— До встречи... — красный плащ мелькнул в вихре снега и исчез.

12

На поляне рядом с весело журчащим ручьем воцарилась неловкая тишина. Ник смотрел в одну точку, глаза его были полны печали, смешанной с ненавистью и сожалением. Арс и Айа виновато переглянулись и повернулись к проклятому. Рассказанная им история была ужасна, но во многом прояснила цель путешествия.

— Ник, — лучник позвал магиума очень тихо, словно боялся спугнуть воспоминания, роившиеся в его голове, — извини, что мы спросили.

— Да нет, ничего, — Ник тряхнул головой, отгоняя страшные картины прошлого, вы должны были это услышать. Не шагать же вам за мной вслепую, не зная, куда мы идем.

— Скажи, — Айа тоже говорила тихо, почти шепотом, — а как твое полное имя?

— Нико ун Датор, но это все осталось там, в снегах города Гану.

— Друг, еще раз прости нас за бестактность, мне очень жаль, что ты потерял семью.

— Нет, мне не нужна жалость. Никогда больше так не говори. Сильный человек не должен быть жалким. В жизни нет таких событий, которые могли бы остановить меня перед движением вперед. Я не сломаюсь, запомни это!

— Хорошо, — Арс замолчал.

— Ладно, хватит соплей, пора двигаться дальше.

— Ник, погоди, — Айа тоже встала, — так что было написано в дневнике первого магиума?


* * *

21 сентября. 10:30 ам.

Запись ? 138. Ксарр ун Краун.

Сегодня я начинаю серию экспериментов над недавно созданным мной прибором.

С помощью генерируемых мной ментальных частиц, которые я назвал менталорумами, мне удалось зарядить триплекс. Причем три части прибора были заполнены разноплоскостными частицами: первые использованы мной в экспериментах с увеличением физической силы и выносливости тела (опыт удался), вторые описаны в прошлогодней работе по ускорению жизненных процессов и контроля физиологических параметров (опыт удался), и третьи, которые до сих пор с трудом поддаются, активируются мозговой деятельностью.

В этой серии экспериментов я опробую триплекс не на своем теле, а на подопытных организмах.

14:30 ам.

Результаты удивительные. При воздействии на прибор поля Хранилища частицы объединяются в нечто совершенно новое, ранее не видимое мной.

22 сентября. 10:45 ам.

Запись ?139. Ксарр ун Краун.

Сегодня я провел эксперимент с триплексом в менталонепроницаемой камере. В опытную ячейку был помещен умерший организм (красная роза, увядшая 168 часов назад). Результата пока нет. Посмотрим, что будет завтра.


* * *

Друзья бодрым и уверенным шагом шли по тропинке среди высокой травы свежего сочного луга. Ник шагал впереди. Воспоминания о доме и семье никак не хотели покидать голову проклятого, поэтому Арс и Айа топали немного в отдалении, чтобы не надоедать магиуму своими расспросами. Некс был в деревне незадолго до них. Как он сюда попал, а главное, как он остался жив в суровых снегах города Гану? Для путников он был в большей степени неопасен, все-таки силы проклятого его лишили. Но с другой стороны, пожиратель — скорее всего, проделки брата Ника, а это значит, что младший Датор научился оборонять себя другими методами. И не только оборонять... Каким образом Некс смог приручить такую опасную тварь, как "гипнотизера душ", как называли пожирателя на севере? Ответы на эти вопросы Нику еще предстоит узнать.

Метрах в десяти за проклятым Арс, словно ни в чем не было, весело щебетал с Айей, рассказывая все новые байки из своей жизни.

— Слушай, а у тебя сколько диспов на теле? У Ника я несколько штук видел, а у меня только один.

— Не торопись, — Айа очаровательно улыбнулась, — у меня три. Ты получишь возможность обзавестись остальными, когда твой примера приобретет новый уровень силы. Сам узнаешь, когда придет время, а пока тренируй то, что у тебя есть.

— Скучно как-то, только зеленые стрелы как фокусник достаю и все, — Арс виновато посмотрел на девушку.

— Ты не прав, — магиумесса рассмеялась, — ты даже не представляешь, насколько многогранна твоя сила. Раньше ни у одного проклятого не получалось управлять временем. А у новичка уже есть возможность останавливать часы Гану. Наверняка, если потренируешься, то научишься ускорять их бег, или оборачивать вспять.

— Слушай, а точно, — глаза лучника прояснились, словно к нему пришло озарение, — нужно будет попробовать.

— Арс, я думаю нужно отвлечь как-то нашего друга, а то он совсем замкнется в себе, — Айа печально посмотрела на серую спину идущего впереди магиума.

— Да он и раньше не очень веселый был. Хотя ты права. Ник, Ниииик, — парень чуть ускорился, чтобы догнать проклятого.

— Что? — голос магиума был повседневно-угрюмым и неприветливым.

— Как ты думаешь, мы уже оторвались от магрионской погони?

— А почему ты думаешь, что за нами была погоня, ты лично их видел? — Ник слегка улыбнулся.

— Дружище, не держи меня за дурака, — Арс нахмурился, — ты забываешь, что у меня дед погиб, пытаясь сбежать из Магриона. А это значит, что тебя отследили до кузницы Снуфа. Я не держу на тебя зла и не виню в его смерти, все-таки я сам привел след к себе домой, но то, что погоня должна быть, это точно.

— Ты прав, — взгляд Ника напряженно уткнулся в лучника, — меня должны были преследовать. Скорее всего, магрионская дружина отследила нас до выхода из коллектора. Дальше есть два варианта: либо они поедут по следу вдоль Старого хребта и натолкнутся на базу Алаэнна, надеюсь, старый прохиндей окажет им достойную встречу, либо поедут по второму следу. Тогда я опасаюсь за судьбу Менталорума, если город проклятых найдут, то будет серьезный мордобой, и я не знаю, кто выйдет победителем.

— Как это? — Арс оглянулся на Айу, не слышали ли жительница Менталорума их слов, — у обычных людей против магиумов нет шансов. Что они могут? Мечами размахивать?

— Ты снова торопишься с выводами и недооцениваешь противника, — Ник по-отечески вздохнул и покачал головой, — во-первых, не стоит сбрасывать со счетов искусство фехтования, это великое мастерство, хотя против наших способностей этого действительно маловато. И, во-вторых, ты забываешь о бездушных.

— О ком? — Арс удивленно уставился на своего друга, будто видел его в первый раз.

— О бездушных, неужто, ты прожил в Магрионе столько лет и никогда не слышал о них?

— Нет, а кто это? — лучник приготовился слушать очередную интересную историю.

— Бездушные, или безликие, как их называют на севере, — это ментальные сущности, не лишенные, впрочем, плотской оболочки, хотя менее уязвимые к обычным атакам. У вас на юге лет около четырехста назад, как гласят наши источники, было обнаружено около полутысячи этих существ в подземном бункере. Наверное, от цивилизации Алаэнна остались.

— Ну и что? Чем они так опасны для Менталорума?

— А тем, любознательный мой друг, что бездушные полностью глушат наши способности, и рядом с ними мы бессильны, исключая, к слову, так неуважаемое тобой искусство фехтования.

— Погоди, а почему эти существа вообще подчинились людям?

— Потому что у людей есть кольца контроля, — Ник разжевывал все, как для ребенка.

— Что-то я совсем запутался, — Арс почесал затылок, — то есть ты хочешь сказать, что у Магриона есть пятьсот существ, подчиняющихся воле людей и способных превратить проклятых в обычных воинов? Ерунда какая-то. А почему вообще бездушные подчиняются этим кольцам.

— Вот этого я не знаю, — проклятый пожал плечами, — загадка Великого Ухода. Но факт остается фактом.

— Но если эти твари не восприимчивы к простым атакам и защищены от ментальных, как тогда их вообще можно убить?

— Элементарно, — Ник улыбнулся, — один бездушный единовременно может блокировать один поток ментала. Другими словами, если мы будем атаковать его, то мою силу он заблокирует, и я не смогу ему повредить, а вот ты должен будешь добить его. Понятно?

— Да. Это значит, что если Менталорум будет обнаружен, то Магрион сможет создать для него серьезные неприятности?

— О чем я тебе и говорю. И не только Магрион. Как ты помнишь, в Камешки приезжал Раонский патруль для проверки. А как я знаю, Раон состоит в союзе с Магрионом. И если узнается, что между двумя магиумоненавистническими городами находится город проклятых, то только Гану сможет спасти Клая и остальных. Их просто возьмут в клещи.

— Неутешительная картина вырисовывается, но с другой стороны, мы же не знаем, нашли Менталорум или нет, правильно? Так что паниковать раньше времени не стоит. И Айе говорить, тоже... — Арс оглянулся на беспечно собирающую полевые цветы проклятую.

— Вот и я думаю, что помалкивать сейчас — самая лучшая стратегия, — магиум улыбнулся и ускорил шаг, давая понять, что разговор окончен.


* * *

Маленький отряд остановился на привал в конце дня, когда теплое и ласковое солнце стало клониться к далекой полосе горизонта. Рогатый месяц вылупился среди мириад звезд, замерцавших драгоценными камнями на темном бархате вечернего неба. Он лукаво улыбался путникам, скудно освещая узкую путеводную тропинку. Миновав очередной поросший травой пригорок, отряд остановился.

О, — тихий возглас вырвался изо рта Ника, такого ни один из трех магиумов раньше не видел. В километре от остановившихся на привал проклятых, лениво шевеля сочными кронами и скрипя могучими ветками тысяч деревьев, плотной стеной стоял лес. Тихий Лес.

— Ого, — Арс с удивлением открыл рот, — какая громадина. Мне дед про такие рассказывал.

— Да, — Айа тоже восхищенно округлила глаза, — я столько деревьев только на картинках видела. И как эта стена называется?

— Лес, — Ник быстро справился с кратким удивлением, — судя по моей карте, Тихий Лес.

— Почему тихий? — спросил лучник.

— Если б я знал, — бросил проклятый, — завтра узнаем. Сегодня переночуем здесь. Костер рекомендую не разжигать. Да, и еще одно. С этой ночи будем оставлять часовых. Первым буду дежурить я.

Арс и Айа что-то недовольно пробурчали, но подчинились. Маленький лагерь был разбит в мгновение ока, три одеяла легли на теплую землю, Ник примостился в ближайших зарослях высокой травы, наказав молодым магиумам поскорее ложиться спать.

— Айа, — Арс лежал на расстеленном одеяле и смотрел на звездное небо, — ты спишь?

— Нет, — девушка повернулась к лучнику, — хочешь поболтать?

— Да, спросить тебя хотел. Вот ты сегодня сказала, что у тебя три диспа. Один — примера телекинеза, а остальные?

— Сейчас покажу, — Айа заворочалась на своем месте, закатала правую штанину до колена и тихо прошептала: "Анима". Воздух вокруг шрама на голени заискрился, словно сотня светлячков. Огоньки закружись в магическом вихре и начали сливаться в блестящее облачко, которое через несколько мгновений стало приобретать необычные очертания. Вот появились лапы, голова и хвост. Огонек последний раз мигнул, и маленькое мохнатое существо ловко приземлилось на землю. Больше всего это походило на миленького щенка, но с большими клыками и очень умными большими глазами.

— Познакомься, это Мисси, — питомец огляделся вокруг и прыгнул на свою хозяйку, радостно облизывая ей лицо. Айа засмеялась, отпихивая щенка от себя, и посмотрела на Арса, — как тебе?

— Здорово, это твоя способность? — лучник приподнялся на локтях и протянул руку к загривку питомца, но тот подозрительно посмотрел на молодого магиума и щелкнул зубами.

— Осторожно, Мисси не любит незнакомцев, ему нужно попривыкнуть к твоему обществу. Я с ним уже год.

— Ух ты, а что он умеет делать, он не кажется очень уж сильным, — Арс отдернул руку и с умилением посмотрел на пушистое чудо.

Да, ты прав, — Айа щелкнула пальцами, и сообразительный щенок упал на спину, задорно виляя своим маленьким хвостиком, — он пока совсем маленький. Я не знаю, во что он может вырасти, но вот у дяди есть зверь, так он уже эволюционировал в нечто с огромными когтями и шипами по всему телу. Главное правильно тренировать своего питомца. Может из него что и получится.

Кусты рядом с лагерем зашуршали, и Мисси припал на передние лапы, защищая свою хозяйку. Из травы высунулась недовольная голова проклятого.

— Вы чего тут устроили, я же сказал вам спать. А это что за монстр, — Ник с усмешкой кивнул на храброго пепельного щенка.

— Этой мой питомец, — Айа виновато прижала к себе животное, — не ругайся, я просто показывала Арсу свой дисп.

— До завтра не могли потерпеть? Давайте, спите. Через три часа разбужу следующего часового.

Утро нового дня началось с ругани и криков. Проснувшийся ни свет, ни заря Ник отчитывал Арса, который должен был дежурить вторым, но заснул прямо в траве.

— Но ничего же не случилось, — лучник потупил глаза.

— А ты думаешь, что часовых ставят точно зная, что кто-нибудь нагрянет? Тогда бы мы все не спали и ждали нападения.

— Ну извини, что-то меня сморило.

— Ладно, — проклятый хлопнул по плечу своего друга, — впредь будь посерьезней.

Отряд быстро собрал свои пожитки и отправился в дорогу. Путь проклятых пролегал через Тихий Лес. В принципе, название мирное, но кто знает, что там может случиться?

Ник как всегда шел впереди. Голову его терзали новые мысли и догадки относительно брата. "Что могло привести Некса в эти края? А вдруг он идет за тем же самым, что и я? Тогда, откуда он про это узнал? Если все-таки я прав, то он опережает нас где-то на сутки. Может даже больше, потому что мы идем группой, а это всегда медленнее. К тому же Некс совершенно спокойно миновал и Магрион, и Раон, оставшись незамеченным. Его стоит опасаться. Особенно, если Некс почувствует, что за ним идут. Тогда младший ун Датор сможет устроить какую-нибудь западню, вроде той, что была в Камешках."

Друзья остановились в ста метрах от стены исполинских деревьев и высоко задрали головы, рассматривая раскачивающиеся кроны гигантов. Подлесок был не очень густой, поэтому отряд магиумов легко вошел в царство листьев и травы. Вокруг мгновенно потемнело, дневной свет застревал где-то в вышине.

Пройдя буквально пятнадцать минут по благоухающему зеленому королевству, Айа неожиданно остановилась.

— Ребята, может быть, вернемся? — взгляд магиумессы приобрел тревожный оттенок, — что-то мне здесь не нравится.

— Что, тоже заметила? — Ник тоже слегка поднапрягся, усиленно вглядываясь в сумрак чащи.

— Что? — Арс замотал головой, оглядываясь то на девушку, то на своего друга, — что случилось? Здесь вроде миленько. Что вам не понравилось?

— Нда, ты у нас как всегда, — проклятый еле заметно хмыкнул, — что, ничего не насторожило?

Лучник замер на месте и превратился в слух, пытаясь уловить хотя бы отзвук неведомой опасности, так напугавшей их спутницу. Глаза зашарили по окрестным деревьям в поисках притаившихся на деревьях бандитов или горящих глаз хищников-людоедов.

— Да нет, все тихо и спокойно, что случилось-то, — Арс пожал плечами и уставился на друзей.

— В том-то все и дело, слишком тихо, — Айа прикрыла глаза. И действительно, окружавший лес не издавал ни звука. То есть совсем ничего: трава под ногами не шуршала, птицы не пели, насекомые словно вымерли, ветер перестал свистеть в беспокойных кронах. Арс поднял с земли камень и бросил в ближайшее дерево. Снаряд угодил в ствол и беззвучно отскочил в траву.

— Лес поглощает все звуки, — Ник тоже прикрыл глаза, но тут же их распахнул, — и не только звуки. Мое ментальное око слепо, я ничего не вижу дальше ближайшего дерева, — проклятый подошел к вековому думу, потрогал его рукой, закутанной в перчатку, обошел по кругу.

— Ник, может не надо, — Айа, кажется, была напугана всерьез, — Ник?

Но проклятый ничего не слышал, он стоял в пяти метрах от своих друзей чуть заслоненный деревом. Взгляд его упал на Арса, и губы магиума зашевелились. Он что-то говорил.

— Тебя не слышно, друг, — Арс удивленно смотрел на мечника.

— Так я и думал, — Ник подошел чуть ближе, так, чтобы дерево его больше не заслоняло, и голос снова вернулся к нему. — Дальше идем только вместе, если кто-нибудь отстанет или заблудится, то найти его мы не сможем. И почаще оглядывайтесь назад, мы здесь, как слепые котята.

— Может, все-таки вернемся? — Айа оглянулась назад и отшатнулась. На том месте, где только что прошла группа магиумов, рос плотный забор неизвестных колючих кустов.

— Откуда они, мы же минуту назад проходили здесь, — Арса слегка затрясло.

— Видимо, нас не хотят выпускать, — сказал Ник, — значит осталась единственная дорога — вперед.

Арс и Айа быстро взяли себя в руки и двинулись за своим более опытным попутчиком, непоколебимость которого вселяла в них хоть какую-нибудь уверенность. Шли друзья очень близко друг к другу, почти в плотную, стараясь не вставать так, чтобы деревья разделяли группу. Пугающая тишина стала давить на уши, зарождала внутри панические беспокойные нотки.

— Как такое вообще возможно? — нервно передергивая плечами, сказал Арс

— Скорее всего, это ментальные аномалии. Возможно, здесь что-то случилось в прошлом, либо сказывается наше приближение к эпицентру катастрофы — зеркальным пещерам. Кто его знает.

— СТОЯТЬ!!! — оглушающий крик словно молотом ударил по проклятым. Казалось, что весь лес одновременно зазвучал. Магиумы вздрогнули от неожиданности и зажали уши руками. Меч Ника быстро оказался в боевом положении, Арчи будто сам прыгнул в ладонь Арсу, Айа развела руки в стороны — шрам на ее руке слегка заискрил. Проклятые встали спина к спине, выискивая глазами того, кому принадлежал властный приказ.

— ЗАЧЕМ ВЫ ВОШЛИ ПОД СВЯЩЕННЫЕ КРОНЫ? — вопль леса на этот раз звучал чуть тише, но все так же устрашающе.

— Откуда доносится этот голос? — Арс завертел головой, — деревья, вроде глушат любые звуки.

— Мы пришли с миром, — Ник опустил меч в подтверждение своих слов, — мы не хотим нарушать покой этого места и просто идем мимо.

— ЛОЖЬ, — ствол ближайшего дерева распахнул темный зев дупла, и оттуда вылетела небольшая деревянная стрела. Она молнией пролетела расстояние до земли и замерла в метре от головы Ника, потом развернулась и с такой же скоростью полетела обратно.

— Второй раз спасаю тебе жизнь, — сказала Айа.

Из дупла послышался громоподобный смех. Кора дерева зашевелилась и стала вытягиваться, приобретая форму широкой ветки. Из темноты ствола шагнула фигура.

— ОЧЕНЬ ЛОВКО, ЧУЖАКИ! — существо, преградившее дорогу магиумам, теперь ни от кого не пряталось. Это было нечто. Узловатые руки и ноги казались переплетением толстых веток, туловище было покрыто шершавой темно-синей корой, вместо головы на плечах покоился широкий пенек с сучком вместо носа и темными провалами глаз.

— Зачем ты напал на нас? Мы действительно не желаем вам зла и хотим просто спокойно пройти дальше.

— ВАШИ СЛОВА ВАС НЕ ОПРАВДЫВАЮТ, НИКОМУ НЕ РАЗРЕШЕНО ИДТИ ЧЕРЕЗ СВЯЩЕННЫЕ КРОНЫ! — деревянный человек сморщил кору на своей голове в устрашающей усмешке и щелкнул веткоподобными пальцами. В ту же секунду из-под земли стали вырастать темные корни, вмиг оплетая ноги путников. Путы крепко связывали магиумов, не успевших даже пошевелиться. Буквально через пару секунд все трое уже были обездвижены.

— ВЫ ПРЕДСТАНЕТЕ ПЕРЕД ВЕЛИКИМ СУДОМ ЛЕСА ЗА ВАШИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ!

 

13

Ник, Арс и Айа сейчас находились в горизонтальном положении. Они не лежали на траве, хотя такое желание посетило каждую из трех голов. Проклятые парили. Даже не парили, их несли. Упругие ветки ближайших деревьев наклонялись к магиумам и цеплялись за их ноги и руки, надежно обездвиживая нарушителей спокойствия. Многолетние дубы и клены по цепочке передавали ценный груз друг другу, натужно скрипя темной корой. Загадочный древочеловек прыгал со ствола на ствол, иногда оглядывался и кивком головы благодарил братьев и сестер за помощь в транспортировке проклятых. Ник попытался приподнять голову и увидел, как Тандер, также надежно спеленатый ветками, двигался рядом с ним. Но дотянутся до меча у магиума не было никакой возможности.

— Ник, — сзади послышался голос молодого лучника, — что будем делать?

— Ждать, — больше ничего делать и не оставалось, — вырваться мы сейчас не сможем.

— Почему, — страх Арса ощутимо усилился, — шандарахни по этим путам чем-нибудь из своего арсенала, и всего делов.

— О, великий Гану, дай мне спокойствия, — проклятый покачал головой, — Прислушайся к своим чувствам. Ты можешь сейчас использовать ментал? — лучник заерзал в своем коконе из веток и листьев и натужно вздохнул.

— Нет, что-то мешает.

— То-то и оно, что мешает. Эти деревья, поглощающие звук, также блокируют любое ментальное воздействие. Другими словами, пока ты в соприкосновении с любой из веток своей силой воспользоваться не получится. Так что будем ждать.

А ждать пришлось довольно долго. Тихий Лес не торопясь нес трех необычных гостей сквозь самые непролазные заросли, огибая светлые полянки и перешагивая через широкие ручьи. Иногда проклятым казалось, что та или иная ветка вот-вот отпустит их, и можно будет освободить руки или ноги, но следующее дерево в нужный момент перехватывало тело, путешествие продолжалось.

— Житель леса, скажи, какой закон мы нарушили, — Ник постарался зайти с другой стороны.

— Я не собираюсь разговаривать с вами до тех пор, пока Великий Суд не решит вашу судьбу. Но думаю, ничего хорошего тех, кто посмел потревожить покой Великих Крон, не ждет, — древочеловек ловко перескочил с ветки на ветку и немного обогнал странную процессию. Ник разочаровано замолчал. Приблизительно через час лес стал не такой густой, сквозь верхушки деревьев пробивалось значительно больше света, превращая пейзаж вокруг в подобие детской сказки про цветущие деревья и райские места. Стали слышны естественные лесные звуки: пение птиц, крики зверей и шуршание листвы. Друзья миновали очередной заслон деревьев и остановились. Ветки привели проклятых в вертикальное положение, давая им возможность оглядеть местность.

Вот они, Великие Кроны, сердце леса. Тысячи больших и маленьких деревьев, раскинув во все стороны руки ветвей, сплетались друг с другом, срастались макушками, стволами и корнями, образуя удивительные статуи исполинских героев и богов, которые застыли в мужественных позах. Воины и жрецы, правители и короли, все это промелькнуло в головах магиумов. Великолепный скульптурный театр образовывал огромный квадрат, в центре которого, как ни странно, тоже стояло дерево. Но не простой вяз или сосна, обильно растущие по всему лесу. Сердце Великих Корон можно сравнить, скорее, с величественной башней, шпиль которой уходит ввысь и теряется в облаках. Яркий столб света, нашедший дорогу среди макушек, освещал величественное дерево, давая тепло полуденного солнца. Король всего леса, белоснежная искрящаяся кора, могучие ветви, облепленные золотистыми листьями. Провожатый тоже замер у одного из кленов и сделал глубокий поклон.

— Радуйтесь, люди. Вы — одни из немногих, кто видит сердце Великих Крон. И умирая, запомните Облачное Древо навсегда.

Проклятые во все глаза смотрели на удивительную картину лесной страны, боясь вздохнуть и пошевелиться. Но ветви деревьев снова пришли в движение по приказу древочеловека, и магиумы, повинуясь воле природы, полетели дальше. Теперь лес нес их не вперед, а вверх, поднимая к головам причудливых деревянных статуй. Ник взглянул вниз и увидел, как земля отдаляется, превращаясь в ярко-зеленый фон. Один из монументов, походивший на тридцатиметрового воина с огромным стволом вместо меча, отцепился от своего оружия и протянул руки к приближающейся процессии. Гигант бережно принял груз у двух старых осин и вознес его над своей головой. Друзья удивленно ахнули. Здесь, наверху, над головами лесных воинов существовал целый город. Переплетенные ветви образовывали уже не странные фигуры, а хижины и дома, мосты и лестницы. По ним, скрипя пеньками на неизвестном хрипящем наречии, переговаривались сотни древолюдей, похожие друг на друга, но в тоже время отличающиеся цветом коры, ростом, величиной листьев. Черные провалы глаз повернулись к неожиданным гостям, и воцарилась напряженная тишина. Провожатый ловко вспрыгнул на крышу ближайшего дома и высоко поднял свою узловатую руку вверх. Лесной народ успокоился и вернулся к своим повседневным делам.

Надежды, что проклятым разрешат погулять по этому чудесному месту, не осталось. Вездесущие ветки пронесли друзей по городу около двухсот метров и бережно положили на пол. Он в свою очередь заструился под их ногами, вздыбился и замер, образую прочную природную клетку.

— Ну все, приехали, — Айа обессилено легла на пол и уставилась на кроны ближайших деревьев.

— Не стоит падать духом, — Ник тоже привалился к деревянной стене и прикрыл глаза, — наш провожатый сказал, что сначала нас понесут к "великому суду". Я надеюсь, у них там кто-нибудь здравый есть. Вот если там нам не повезет, тогда и в панику кидаться можно. Потому что без наших сил нам не сбежать из этого живого города.

— Как они вообще могут управлять деревьями? — Арс встрепенулся, — у них же мозгов нет.

— Ну наверное, мозги им и не нужны, — сказала девушка.

— По крайней мере, то, что нас не убили сразу, хотя такая возможность была, уже вселяет надежду, будем ждать.


* * *

Друзей держали в заточении два дня. Все это время к ним никто не приходил и не допрашивал. Пленников кормили свежими плодами, спускаемыми в тюрьму заботливыми ветками ближайшего древа, и поили вкусной родниковой водой. Магиумы уже сто раз успели обсудить самые невероятные версии их будущего и причины, по которым разумные деревья не убили их сразу.

— Может нас тоже превратят в клубки корней, — Арс откусил от сочного ярко-фиолетового плода значительный кусок и усердно заработал челюстями.

— Врядли, — Ник все также сидел, привалившись к стене их тюрьмы, — как я понял, эти древолюди очень гордятся своим происхождением и презирают всех остальных. Так что шевелить ветками и прыгать по деревьям нам, скорее всего, не придется.

— Значит все, это конец? — в глазах Айи стояли слезы. Лучник посмотрел на нее, подошел и обнял за плечи.

— Не волнуйся, мы защитим тебя, — Ник только саркастически хмыкнул и надвинул шляпу поглубже на глаза.

— Эй, чужеземцы, — голос донесся откуда-то сверху, — Великий Суд хочет вас видеть, вставайте.

Это был их знакомый древочеловек. Он щелкнул своими пальцами-ветками, и стены тюрьмы мягко опустились, превращая недавнюю тюрьму в простую ровную площадку.

— Что вы от нас хотите? — Айа посмотрела полными слез глазами на разумного пенька, — зачем мы вам нужны?

— Мне вы без надобности, — этот жест я бы характеризовал как пожимание плечами, — но вот Великие Корни хотят задать вам несколько вопросов. Сами пойдете или вас донести?

— Сами, — Ник поднялся со своего места и жестом показал друзьям следовать за ним. Неудачливая троица медленно двинулась в путь, осторожно перешагивая с ветки на ветку и поглядывая вниз. Высота была значительная и упасть отсюда означало верную смерть. Древочеловек шел впереди и даже не оглядывался на своих заключенных. Вел он друзей по какой-то пустынной улице, на которой не было ни одной хижины или дома, только узкая неудобная дорога.

Потратив много усилий на преодоление зарослей Святых Крон, группа магиумов остановилась у длинного и красивого моста, переброшенного через пропасть под ногами до центрального дерева.

— Вам туда, — древочеловек ткнул в Облачное Древо рукой, — мне с вами нельзя. Но учтите, если попробуете сбежать, то умрете мгновенно.

Ник не обратил внимания на эту угрозу и таким же уверенным шагом повел друзей на встречу с их судьбой. По мере приближения к дереву, Арс и Айа все выше запрокидывали голову в попытке рассмотреть самый верх Короля Леса. Издали дерево не казалось таким огромным, но вблизи его размеры и вправду поражали. Собери проклятые всех жителей Камешков, то им бы не хватило еще десяти таких же деревень, чтобы обхватить это чудо природы. В конце моста дорога пошла вверх, ведя путников к тому месту, где гигантский ствол разделялся, расходился пятью стволами меньших размеров. Прямо перед развилкой ветви и листья образовывали круглую площадку, залитую ярким солнечным светом.

— Никого, — Арс разочаровано оглядел площадку, — и где великий суд?

— Может, задерживаются? — Айа тоже заозиралась вокруг, — все-таки мы — не такое уж и важное событие.

— Они здесь, — Ник внимательно смотрел на пять стволов, полукругом нависавших над площадкой. Молодые магиумы тоже пригляделись к серебристой шершавой коре и замерли. Король леса оказался не просто деревом. Сквозь естественный рисунок коры незаметно на первый взгляд проступали человеческие черты. Пять сморщенных, покрытых трещинами и выбоинами, лиц, тонкие угловатые руки и узкие длинные туловища, вросшие в ствол Облачного Древа. Зрелище было не из приятных, складывалось впечатление, что их вмуровали в серебристую кору, и эти несчастные провисели в ней, по меньшей мере, тысячу лет. Мох и лишай уже давно пожирали эти старческие тела, но на застывших лицах не было и тени страданий.

Фигуры отличались друг от друга, как один человек отличался от другого. Крайний слева древочеловек имел кустистую бороду из веток. Раньше на ней, наверное, росли листья и набухали почки, но сейчас она напоминала старый веник. Второй был "чисто выбрит", но через все его лицо проходил глубокий шрам, пересекавший левый глаз. Две фигуры справа были очень похожи, скорее всего, близнецы. Хотя время и исказило черты древолюдей, но сходство было на лицо. Самая колоритная фигура вросла в центральный ствол. Она была крупнее всех остальных: большая голова со строго сведенными бровями нависала над руками, скрещенными на груди, на лбу красовался глубокий разрез в виде пятиконечной звезды. Все пять фигур как будто спали.

— Ничего себе, — Арс захлопал глазами, — они растут из дерева или в дерево?

— Тише, ты их разбудишь, — Айа шикнула на лучника, — некультурно будить спящих людей.

— Мы не спим, смертная, — центральная фигура зашевелилась и подняла голову, — приветствую вас.

— Приветствую, — Ник слегка склонил голову. Потихоньку остальные фигуры стали подавать признаки жизни, зашевелили руками и подняли головы. Когда весь Великий Суд внимательно смотрел на магиумов, центральный древочеловек вновь заговорил.

— Итак, чужеземцы, скажите, для чего вы пришли в Великие Кроны?

— Мы путешествуем, у нас не было цели тревожить ваш лес своим присутствием.

— Но цель путешествия ведь не в банальном туризме? — главный судья лукаво прищурился.

— Вы правы, мы ищем один артефакт, который находится недалеко отсюда, — Ник говорил совершенно спокойно.

— И вы считаете, что триплекс сможет помочь вам в достижении цели? — левый человек натужно захрипел.

— Откуда вы знаете, зачем мы идем? — Арс подал голос, но тут же осекся, поймав недобрый взгляд проклятого.

— Ну, — центральный древочеловек хитро улыбнулся, — у Великих Крон есть свои способы получать информацию.

— Простите моего друга, — Ник слегка поклонился, — он еще молод и неопытен.

— Знаем, знаем. Арсиун ал Борс, сын Камуса и Клии, Арс Изумрудный Луч, магиум десятой ступени, — на этот раз удивление проняло и Ника, он расширил глаза и уставился на древочеловека,

— Извините меня, — главный судья засмеялся, — до сих пор не могу избавиться от привычки шокировать дешевыми фокусами. Просто вы достаточно долго находитесь в нашем лесу, ветви и листья успели считать всю необходимую информацию. Нам известно и о вашем прошлом, и о целях путешествия, — проклятый, наконец, справился с первичным шоком.

— Тогда для чего вы ограничили нашу свободу, если знаете, что мы не замышляем ничего плохого?

— Нам хотелось побеседовать с вами лично, — снова вставил слово бородатый древочеловек, — так что давайте оставим лишние вопросы о том, что нам и так известно. Мы не можем прокомментировать ваши планы насчет древнего артефакта, но вы, господа проклятые, не первые, кто за ним охотится. Собственно, поэтому, вы предстали перед Великим Судом.

— Не первые? — Ник внимательно посмотрел на левого судью, — кто-то побывал в Великих Кронах до нас?

— Отвечать на вопросы смертных не в компетенции самых старых из ныне живущих, но в вашем случае мы готовы сделать исключение, — древочеловек с шрамом на лице тоже заговорил. — Не так давно Тихий Лес посетил один, хм, человек, если можно так выразиться. Он был в своем роде уникален, и таких мы никогда не видели. Особенность была в том, что прочитать его разум Великие Кроны не смогли, но опасность чувствовалась даже здесь. Мы можем заблокировать любую вашу силу, но вот естественные стихии и стихия хаоса для нас неподвластны. И, к слову, одному из вас этот опасный незнакомец вовсе не незнакомец, — древочеловек бросил многозначительный взгляд на Ника.

— Это был Некс? — проклятый машинально стал стягивать перчатку с правой руки, что не скрылось от внимания Великого Суда.

— Судя по твоим воспоминаниям, да. Человек был весьма похож на твоего брата, но он немного изменился не в лучшую сторону.

— Но если вы чувствовали опасность для вашего леса, зачем вы пропустили его? — Арс снова набрался смелости и заговорил, — почему вы не убили?

— Ты и вправду очень молод, — один из близнецов обратил на себя внимание, — и неопытен. Некс ун Датор предстал перед Великим Судом и предложил нам сделку: он обещал безопасность Великих Крон, а взамен мы обеспечили ему проход через лес без препятствий. У нас не было другого выхода, как согласиться.

— То есть вы хотите сказать, что испугались одного человека? — Ник недоверчиво посмотрел на центрального судью. Тот сильно нахмурился и загрохотал.

— Вы не понимаете. Великие Кроны — это не просто лес! Это живой организм. Именно поэтому мы все о вас знаем. Когда деревья что-то чувствуют, то чувствуем и мы. Этот, с позволения сказать, человек действительно способен доставить лесу серьезные проблемы. Так что решение не связываться самое безопасное.

— Простите, я не хотел ни в чем вас упрекать, — Ник снова склонил голову.

— Я знаю, — главный судья чуть успокоился. — Ладно, давайте перейдем к делу. Нам известно, что Некс ун Датор тоже преследует цель заполучить древний артефакт. И в этом одна из двух причин, по которым мы сохранили вам жизнь, вторая уже звучала. Великий Суд хочет, чтобы вы уничтожили бывшего проклятого.

Зачем вам это? — Ник приподнял бровь, — я и сам не прочь уничтожить брата, но каковы ваши мотивы?

— Каков наглец, — подал голос второй близнец.

— Тише. В твоем брате, Нико ун Датор, есть хаос. Для этого даже не нужно было читать его разум. А где есть хаос, там грядут разрушения. Если сила Некса возрастет, то эти разрушения будут весьма глобальными. Мы просто хотим обезопасить свой лес в будущем, — наступила зловещая тишина.

— Здесь есть одна проблема, — Ник покачал головой, — мой брат опережает нас и идет достаточно быстро. Если он окажется у триплекса быстрее, то победить его окажется проблематичным заданием.

— Как раз это не проблема. Если вы взглянете на карту, которая лежит в вашем правом кармане, — центральный древочеловек снова усмехнулся, — то увидите, что Великие Кроны тянутся с северо-востока и изгибаются на юг, выходя к зеркальному озеру. Мы отправили Некса ун Датора кратчайшим путем через лес. Другими словами он вышел на открытую местность достаточно далеко от цели. Мы можем помочь вам преодолеть большое пространство до зеркального озера в короткие сроки через лес. Тем самым вы опередите его на четыре дня. А дальше уже все будет зависеть от вас.

— Что будет, если мы не справимся? — сказал Ник.

— Этого мы не знаем, но хотим предотвратить самые неожиданные и неблагоприятные последствия. Вы согласны с нашим предложением?

— У нас ведь нет выбора, правильно?

— Приятно общаться с умным человеком, — центральный судья провел рукой по голове.

— А можно вам последний вопрос? — Арс встрепенулся.

— Конечно, смертный, задавай.

— Вы назвали себя самыми старыми из ныне живущих. Но если вы прочитали наш разум, то должны знать об Алаэнне. Так?

— Все верно, проклятый. И что тебя смущает? — снова заговорил древочеловек со шрамом.

— Но ему больше восьмисот лет, он — свидетель Великого Ухода, как вы можете быть самыми старыми из ныне живущих?

— Очевидно, мы старше, — главный судья снова усмехнулся.

— Но это значит, что вы тоже жили до катастрофы.

— Да. Как ты думаешь, как образовались Великие Кроны, и почему мы получили возможность управлять лесом? Все это — результат взрыва Хранилища Силы. Мы тоже ведь раньше были магиумами, хоть и начинающими. Вообще, все странности, которые вы видели или еще увидите в этом мире связаны с событиями того времени.

— А я думал, что женщины существовали и до Великого Ухода, — тихо прошептал Арс.

— Вам пора собираться в дорогу, аудиенция закончена, — сказал центральный древочеловек и прикрыл глаза.


* * *

— Что ты думаешь обо всем об этом? — лучник шагал по деревянному мосту рядом с Ником.

— Они чего-то недоговаривают, — проклятый посмотрел на своего друга, — все не так просто, как эти древолюди нам говорят.

— А по поводу их возраста? Ты считаешь, они действительно представители цивилизации Алаэнна?

— Кто знает? Все может быть. Айа, ты как? В порядке?

Девушка шла и смотрела в одну точку, потом подняла глаза на магиума.

— Да, в порядке. Просто столько новой информации каждый день сваливается на мою голову, скоро я уже перестану чему-то удивляться.

— Я тебя предупреждал, что путешествовать с нами опасно.

— Я ни о чем не жалею, это всяко лучше, чем оттирать грязнее котлы на тетиной кухне, — магиумесса очаровательно улыбнулась проклятому.

— Ну смотри сама.


* * *

— Ты думаешь, то, что мы делаем, правильно? — древочеловек открыл глаза и посмотрел на своего старшего собрата.

— У нас нет другого выбора. Нам сильно повезло, что эти проклятые тоже идут за триплексом. У Ника есть шанс убить своего брата и не допустить прихода хаоса в наш мир.

— Но это же верное самоубийство. Может, следовало ему сказать, что мы все же смогли немного прочесть разум Некса ун Датора?

— Нет, эта информация могла спугнуть магиумов. Если Ник и пошел бы до конца, то его молодые спутники все же боятся. А с ними у Датора больше шансов победить это чудовище.

— Но ты представляешь, что будет, если у них не получится?

— Все мы представляем, брат. Но надежда еще есть. Если наши магиумы первыми обнаружат триплекс, то надежда есть. Нам остается только ждать.

— А что ты скажешь об Арсе? У мальчика большой и очень необычный потенциал, будет жаль, если он пропадет.

— Да, ты прав. Но мы должны рискнуть, иначе эта сила все равно исчезнет.

— Что ж, будем ждать.

14

Друзья покинули сердце Великих Крон в тот же день. Их покормили, напоили свежей водой и дали немного припасов с собой, а после вездесущие ветки волшебных деревьев снова спеленали магиумов и мягко понесли прочь от поселения древолюдей. Проводить чужаков вызвался их старый знакомый, узловатый пенек, который был не очень доволен решением Великого Суда. Но на тот суд и великий, что решения его не обсуждаются, а принимаются всеми жителями Тихого Леса. Рассерженный древочеловек ловко прыгал с ветки на ветку в небольшом отдалении от друзей, недобро поглядывая на них черными провалами глаз. Арс долго не соглашался путешествовать таким образом, словно ты преступник, и тебя ведут на плаху, но Ник сумел убедить своего друга, что парить по Тихому Лесу с помощью ветвей гораздо быстрее и комфортнее, чем идти через буреломы поваленных стволов и быстрые холодные ручьи.

— Что-то мне все это не нравится , — только через шесть часов после прощания с Великими Кронами Айа подала голос, — очень легко нас отпустили. Не поверю я, что этот лес не сможет защититься от одного единственного человека, какими бы силами он не обладал. Что-то темнят наши уважаемые судьи.

— Замолчи, смертная, — древочеловек неожиданно вынырнул из листвы ближайшего клена, — не тебе осуждать решения Великого Суда. Если уважаемые Корни так решили, то лучшего выхода из вашей ситуации не найти.

— Скажи, — Ник подлетел вверх, и цепкие ветви снова сплелись на руках и ногах, — а часто к вам захаживают простые люди?

— Нет, — древочеловек еще злился, что чужеземцев не вздернули на ближайшем суку, но не повиноваться решению старейшин леса не мог, — может быть раз в человеческий год приходят лесорубы-новички, но для них даже Великого Суда не надо, лес сам расправляется с обидчиками.

— Тогда почему вы так ненавидите людей? — Айа с интересом взглянула на провожатого, — что они сделали вам плохого?

— Вы приносите в Великие Кроны огонь, неустанно, поколение за поколением, человек пытается подчинить то, что удержать ему не по силам. Раз в десятилетие обязательно найдется группа каких-нибудь крестьян, которые хотят расширить свои пашни или пастбища, и пытаются уничтожить моих братьев. Вас самих следует уничтожать.

— Ты не прав, — Ник встретился глазами с разъяренным древочеловеком, — приведу тебе простой пример. Посмотри на те деревья, — проклятый с трудом высвободил руку из пут и ткнул пальцем на чахлую осинку, росшую рядом с могучим кленом.

— Ну и что? — древочеловек дернул своими угловатыми плечами, — деревья как деревья.

— Согласен, — Ник улыбнулся, — но прелесть этих растений в том, что они разные. Осина еще маленькая, и ей не повезло прорасти именно в этом месте, потому что клен мешает ей развиваться, медленно убивает ее. Она же не виновата в своем появлении, правильно? Другими словами, осина — жертва. Хотя если взглянуть на все это со стороны клена, то старое дерево тоже не виновато в этом соседстве, и допусти оно развитие осины, то через несколько десятков лет клену самому будет житься хуже. Я это к чему? А к тому, что даже деревья бывают разные, что же говорить о людях. А вы судите обо всем нашем народе только по жителям ближайшей деревни, которые не могут заработать достаточно денег, чтобы прокормиться, и пытаются вертеться в этой жизни.

Ник замолчал и посмотрел на древочеловека. Тот оглянулся на быстро промелькнувшие осину и клен и задумался. Вдруг провожатый замер на ветке высокого дуба и поднял узловатую руку, приказав своим братьям остановиться. Друзья повисли на ветвях.

— Что случилось? — Ник пытался дотянуться до своего меча, — почему мы остановились?

— Нет времени объяснять, нужно торопиться, — пенек снова махнул рукой, и послушные ветви стали не просто бережно передавать магиумов по цепочке, они уже швыряли их вперед и ловили через несколько десятков метров.

— Да объясни же ты, — кожа Айи приобрела зеленоватый оттенок от такого экстремального способа перемещения, — куда мы так торопимся?

— За нами погоня, — бросил древочеловек, продолжая целенаправленно прыгать с одного дерева на другое, — их пока не видно, но скоро нас догонят.

Друзья одновременно посмотрели назад, но, как и говорил их провожатый, преследователей не было видно. Оставалось только догадываться, кому снова насолили проклятые и, главное, почему древочеловек убегает, находясь на своей территории.

— Опусти нас на землю, лучше встретить врага во всеоружии, чем болтаться на ветвях и ждать, пока нас сцапают, — Ник все еще пытался достать Тандера, но большой размер последнего сильно затруднял этот процесс.

— Рано, смертные, погоня в двадцати минутах от нас. Нужно постараться уйти как можно дальше, а уже там принимать бой.

— А почему ты не попросишь своих братьев остановить преследователей, — Арс изловчился, и во время одного длинного полета от дерева к дереву выхватил лук.

— Они боятся, — сухо сказал древочеловек. От его слов стало немного зябко и страшно. Айа каждую минуту оглядывалась назад, ожидая увидеть кого угодно, даже самого Гану. Но за деревьями никого не было.

Тревога стала закрадываться в сердце Ника. Откуда может взяться в Великих Кронах такие существа, которых боятся сами деревья? Привет от Некса? Но как он узнал, что старший брат идет за ним по пятам? Корни сказали, что убийца его семьи уже вышел из Тихого Леса.

— Житель леса, — проклятый громко позвал провожатого, — ты можешь вернуть нам силы, чтобы мы могли сражаться?

— Да, — древочеловек оглянулся на магиума, — могу.

— Отлично, тогда когда посчитаешь нужным, опусти нас на землю и попроси своих братьев не мешать.

— Хорошо.

Деревья без устали ловили троицу проклятых и кидали вперед, скрипя стволами и шурша листвой. Магиумы перемещались очень быстро, но, видимо, недостаточно, потому что сзади послышался громкий звук ломающихся ветвей и устрашающий злобный рык. Древочеловек издал протяжный свист, и его братья послушно замедлили перемещение процессии и осторожно опустили друзей на траву. Все трое оглянулись назад.

Три черные как ночь тени показались вдали. Они гнались за магиумами с поразительной скоростью: даже поваленные стволы и нагромождения колючих кустов и молодых деревьев не могли и на секунду замедлить три фигуры. Ник выхватил Тандера и замер в оборонительной позиции, Арс щелкнул пальцами, и ярко-изумрудная стрела легла на тетиву блестящего серебристого лука, Айа развела руки в стороны, сбросив перчатку с правой ладони в сочную лесную траву. Древочеловек тоже оказался не из робкого десятка: узловатые руки заструились, превращаясь в два длинных и острых копья.

— Ну вот и дождались, — тихо выдохнул Арс, вглядываясь в приближающихся преследователей. Три тени неслись по Тихому Лесу, сметая чахлые деревца, отталкиваясь от могучих стволов и громко рыча. Они остановились в пятидесяти метрах от четырех беглецов. Ужас прокрался в души людей, холодя своими вездесущими щупальцами их сердца.

Шесть горящих красных глаз уставились на магиумов и древочеловека. Черная жесткая шкура покрывала мускулистые тела и лапы, заканчивающиеся длинными и острыми когтями. Больше всего три темные фигуры были похожи на гигантских собак. Но не простых, а тех, которые выбрались из самого темного и опасного подвала дворца Гану. Открытые пасти, ощерившиеся рядами длинных острых зубов, истекали слюной в предвкушение хорошего обеда.

— Ник, ты раньше видел таких тварей? — Арс пристально смотрел на псов, готовый отпустить зеленую стрелу в любой момент.

— Нет, таких монстров я не встречал, — проклятый покрепче сжал рукоять своего меча.

— Чего они ждут? — в голосе Айи слышался ужас, — почему не нападают?

— Хотят насладиться вашим страхом, — древочеловек был спокоен и собран, словно перед ним стояли три лесные феи, а не голодные черные псы.

Твари припали на передние лапы и издали голодный вой. Первый монстр злобно оскалился и кинулся вперед, остальные рванули за ним. Земля и ошметки травы брызнули в разные стороны. Древочеловек вскинул руки вверх, и упругие ветви ближайших деревьев потянулись к псам. Длинные путы коснулись жестких шкур в попытке оплести лапы, но тут же отдернулись, пенек сложился пополам и громко застонал, словно на себе ощутил боль братьев. Ветви деревьев, прикоснувшихся к монстрам стали быстро желтеть и осыпаться, истлевая прямо на глазах.

— Что же это за твари? — Арс задержал дыхание и мягко отпустил тетиву лука. Изумрудная вспышка мгновенно преодолела расстояние, отделяющее ее от монстров, и врезалась в корпус первого монстра. Тварь на секунду замерла, но быстро оправилась от действия Арчи и рванула к проклятым.

— Они практически невосприимчивы к моим атакам, — лучник присел на колено и выпустил еще одну стрелу, тоже не возымевшую должного действия.

— Назад, — древочеловек выскочил перед магиумами и вытянул руки-копья перед собой, встречая прыгнувшую на него тварь. Пес выкинул лапы с острыми когтями вперед и на всей скорости врезался в жителя Великих Крон. Пенек припал на колено и перегнулся через себя, отправляя визжащую тварь в полет до ближайшего дерева. Два других монстра тоже прыгнули на магиумов, но неожиданно их траектория изменилась, свернув к колючим кустам, недалеко от их первого сородича. Айа шумно выдохнула и взглянула на древочеловека. Руки-копья по локоть были измазаны темно-бордовой кровью, капавшей на землю. Пенек закричал, падая на землю, темная жижа, словно кислота, медленно начала разъедать его тело. Пес с двумя зияющими ранами на груди несколько секунд лежал неподвижно, но дыры стали затягиваться прямо на глазах, и уже через минуту злобный монстр уже стоял на лапах.

— Придется придумать что-то подейственней, — Ник поднял меч высоко над головой и тихо прошептал, — Тандер. Сноп искр вырвался из лезвия и слился с глазами проклятого нитями молний. — Подходите, ублюдки.

Первая тварь не заставила себя долго ждать и кинулась на Ника. Огромные когти блеснули в широком замахе и столкнулись со сверкающим лезвием меча. Лес озарился яркой вспышкой, проклятый подался чуть-чуть назад, но все же смог сдержать чудовищный удар сильных лап. Зверь взвыл и отпрыгнул на несколько метров, ощутимых повреждений магиумы на нем не заметили.

— Из чего сделаны эти твари? — Арс с ужасом уставился на демонического пса, преспокойно выдержавшего столкновение с Тандером.

Ник же не стал задавать лишних вопросов и сам бросился на монстра. Молниеносный взмах меча не достиг цели, так как тварь ловко уклонилась и попыталась достать шею магиума острыми как бритва когтями. Но Ник уже заходил справа и нанес колющий удар, метивший в незащищенный мускулистый бок. Пес изогнулся и снова отпрыгнул, разрывая дистанцию с опасным жалом громового меча.

Две другие твари выскочили из кустов и, расшвыривая комья земли, рванули к стоящим молодым магиумам. Один прыгнул на Айу. Девушка рухнула на колени и закатила глаза. Монстр издал победный вопль, приближаясь к беззащитной проклятой, но старое трухлявое бревно, вылетевшее из ближайших зарослей преградило путь летящему зверю. Ужасные зубы столкнулись с хрупкой древесиной и разнесли ее в клочья. Но задачу свою трухлявое бревно выполнило, тварь изменила траекторию полета, мягко приземляясь на лапы недалеко от Айи.

— Мне его не сдержать, — девушка крикнула и прижала руки к голове. Град камней, воспаривших над травой, посыпался на жесткую шкуру твари, казалось не замечавшей мелкого неудобства. До магиумессы оставалось не более двух метров, когда поднявшийся с земли древочеловек, оттолкнул ее в сторону.

— Прочь, — пенек выставил перед собой сожженные до локтя руки и принял на себя удар монстра. Оба существа повалились в траву. Дальнейшие события уже трудно было разобрать. Пес забился, пытаясь высвободится из крепкой хватки древочеловека, но житель Великих Крон крепко сжимал тело твари. Внезапно корни, вырвавшиеся из под земли, оплели клубок сражающихся пса и древочеловека и стали медленно, шипя и тлея, уходить под землю. Тварь истошно завизжала, с новыми силами пытаясь выбраться из смертельных пут, но было уже поздно. Все новые нити корней оплетали друг друга, и через минуту сражающиеся уже скрылись под землей.

Но у Арса не было времени смотреть на эту ужасную картину, потому что оставшаяся тварь быстро устремилась к нему. Лучник одну за одной успел выпустить три стрелы, лишь на мгновение останавливающие демоническое существо, и мягко отскочил в сторону. Тварь пролетела в нескольких сантиметрах он шеи проклятого и, отскочив от стоявшего за спиной магиума дерева, бросилась в новую атаку. Арс, не успевавший среагировать на неожиданный прыжок, лишь обернулся, чтобы заметить неумолимо приближающиеся клыки своей смерти. Единственное, что он смог сделать, так это громко закричать.

— АРЧИИИИИ! — вопль разлетелся по лесу. Когти уже практически касались открытой шеи лучника, когда пес повис в воздухе. Арс с удивлением уставился на замершего демона, но тихий голос внутри его головы прошептал: "В сторону". Магиум моментально среагировал и отпрянул с траектории полета твари. Она в тот же миг отмерла и продолжила движение, уже с удивлением вытягивая голову назад и пытаясь понять, как жертва смогла ускользнуть. Лапы коснулись земли, монстр обернулся к молодому лучнику и зарычал. Но магиум уже стоял на ногах.

— "Арчи, что мне делать? Помоги! Мои стрелы на нее не действуют", — Арс пытался думать как можно быстрее, чтобы его дисп-примера успел дать совет до новой атаки.

— "Попробуй еще раз", — сказал тихий голос.

Тварь не стала дожидаться, когда жертва придет в себя и бросилась в новую атаку. Лучник щелкнул пальцами, вызывая яркую изумрудную стрелу, наложил ее на тетиву серебристого лука и снова закричал.

— АРЧИ! — зеленый свет затопил лес, окрашивая в свой цвет все вокруг. Светящаяся искра устремилась к монстру, беспечно несущемуся прямо ей на встречу. Вот чего пес не ожидал, так это дальнейшего развития событий. Изумрудная стрела вошла в тело демона и... исчезла. То есть просто растворилась в густой жесткой шерсти. Но бег твари замедлился, она стала заваливаться на правый бок, и Арс, не успевавший уйти с пути потерявшего управление монстра, столкнулся со спиной пса.

Две фигуры пропахали по земле метров десять и остановились около ствола старого клена. Арс заерзал на месте, пытаясь спихнуть с себя тяжелую тушу, но вдруг замер, расширив глаза от ужаса.

Тварь была еще жива. Она неуверенно дернула лапами, все-таки пытаясь достать неудавшуюся жертву. Но, видимо, силы оставляли это тело, потому что конечности отказывались повиноваться. Мышцы стали быстро сдуваться, оставляя обвисшую тут и там шкуру, шерсть потеряла свой темный блеск и начала выпадать огромными клочками. Цепкие красные глаза тускнели прямо на глазах. Демонический пес старел с неимоверной скоростью.

Арс смог откинуть от себя уже практически лысую тварь и отскочил к дереву. Кожа монстра, тут и там начала трескаться и осыпаться, оголяя гниющие внутренние органы и кости. Через две минуты на земле лежал только скелет, рассыпавшийся в прах от неловкого дуновения ветра.

Безумная пляска молний и когтей завертела в своем вихре две фигуры. Взмахи меча неизменно встречали на своем пути когти твари, удары сильных лап уходили в воздух, не достигая цели. Два равных соперника сходились друг с другом и вновь разрывали дистанцию, чтобы в следующий момент вновь сойтись в смертельной схватке. Арс, справившийся со своим противником, уже натягивал тетиву, когда рука Айи легла на его плечо.

— Не надо, они слишком быстро движутся, ты можешь попасть в Ника, — девушка с тревогой посмотрела на две размытые фигуры. Лучник кивнул и посмотрел на схватку.

— Он скоро устанет, ему следует что-то предпринять и немедленно.

Ник тоже это понимал, потому что его движения с каждым ударом становились все медленнее и медленнее. Еще пять минут и длинные клыки смогут вкусить человеческой крови. Сражающиеся вновь отпрянули друг от друга и замерли в оборонительных позициях. Проклятый тяжело дышал. Но и тварь, казалось, тоже начала уставать.

"Что делать? В его обороне нет брешей. Он предугадывает каждое мое движение. Нужна хитрость".

Магиум выпрямился и посмотрел на своего врага.

— Хочешь честной схватки, ублюдок? — Ник отбросил в сторону меч и повернулся к псу спиной. Монстр, сначала не поверивший своей удаче, все же решил долго не думать, и кинулся на беззащитную спину магиума. Это и было его роковой ошибкой. Проклятый резко сел, вытянул правую руку по направлению к мечу и тихо прошептал: "Ко мне". Тандер рванулся в ладонь к своему хозяину, Ник развернулся на коленях к уже прыгнувшему на него монстру и взмахнул мечом. Лезвие рассекло брюхо летящего пса. Тварь несколько раз перекувырнулась через голову и врезалась в дерево, разбрызгивая вокруг капли своей разъедающей крови. Проклятый не стал расслабляться, быстро подскочив к корчащемуся псу, и последний раз взмахнул мечом. Оскаленная голова демонической твари покатилась по сочной зеленой траве. Все было кончено.

— Ник, ты как? — Айа подбежала к магиуму и обняла его за плечи, — я так переживала за тебя, я думала, что ты сдался.

— Все в порядке, — проклятый посмотрел на девушку и улыбнулся. Арс тоже не заставил себя долго ждать и похлопал друга по плечу.

— Как ты его сделал, прямо красота. Взмах, и визжащая тварь корчится со вспоротым брюхом. Вообще атас. Ну ты силен!

— Что с древочеловеком? — Ник оглянулся вокруг и не увидел фигуры жителя Тихого Леса. Айа потупила глаза в землю.

— Он погиб, защищая меня.

— Да ничего он не погиб, — Арс дотронулся до руки магиумессы, — просто его засосало под землю. Но он же древочеловек, наверняка скоро вылезет из какого-нибудь дупла.

Но в глазах Айи уже появились слезы, и она отвернулась.

— Нужно уходить отсюда, пока еще кто-нибудь не пришел по наши души, — Ник оглядел место сражения и зашагал вперед. Молодые магиумы переглянулись и поторопились за своим другом.

— Слушай, а ты видел, как я расправился с этим монстром? — настроение Арса, казалось, только улучшилось от неожиданной стычки, адреналин в крови так и бурлил.

— Да, краем глаза смог заметить, — проклятый хмыкнул в свой шарф, — ты научился ускорять бег времени, молодец.

— Круто, это все Арчи, это он мне помог. Кстати, а почему мы идем на восток?

— Тихий лес уходит на юг, нам нужно поскорей выйти из него, так как идти по открытой местности будет намного проще.

— Понятно.

Друзья уже давно ушли с поляны, на которой произошла схватка, даже их голоса затихли среди деревьев, когда лес поглотил тело последнего монстра и тихо зашумел листвой.


* * *

Торжественная процессия, состоявшая из четырех дрэггов и одной монстроподобной машины, закованной в броню, въехала в главные ворота Магриона. Зеваки и прохожие выстроили живой коридор и во все глаза смотрели на несущиеся по улицам автомобили. Преодолев несколько кварталов и площадей, эскорт свернул на главную улицу и выехал к огромным воротам дворца Снасса Второго. Створки оглушительно скрипнули и стали расходиться в разные стороны, освобождая машинам дорогу. Высокий смуглый воин, разукрашенный в пестрые цвета раонской гвардии, махнул рукой, и техника въехала на большую дворцовую площадь.

Из широкого парадного входа вышел бритоголовый высокий человек, одетый в красивые черные одежды, и подошел к главной машине. Вокруг засуетилась многочисленная свита. Бронированная дверца распахнулась, и оттуда вышел низкорослый, но крепко сбитый мужчина средних лет.

— Снасс, я надеюсь, причина, по которой ты меня побеспокоил действительно серьезная, — ладони слились в крепком рукопожатии.

— Не волнуйся, Алфрик, ты не пожалеешь, что приехал, — магрионский правитель улыбнулся и жестом пригласил раонца пройти внутрь. Из бронемобиля вышли четверо внушительных война, но Алфрик жестом приказал им оставаться рядом с транспортом.

Повелители двух соседних городов миновали несколько богато украшенных помещений дворца и вошли в личные покои Снасса Второго.

— Выкладывай, — Алфрик плюхнулся в глубокое кожаное кресло и лениво уставился на хозяина.

— Изволишь выпить вина? — глава Магриона тоже сел в кресло, — или чего-нибудь покрепче?

— Переходи сразу к делу, любезности оставим для напыщенных болванов, — раонский повелитель находился не в лучшем расположении духа.

— Как скажешь. Тогда взгляни вот на эту карту, — Снасс подошел к большому листу бумаги, висевшему на стене, на котором был изображен небольшой кусок близлежащей местности. — Между нашими городами, приблизительно вот здесь, — магрионец ткнул пальцем в точку на карте, — находятся руины Великого Ухода.

— Снасс, если ты позвал меня вместе позаниматься географией, то я сейчас же уезжаю обратно, — Алфрик раздраженно помахал рукой, — ближе к сути, у меня много дел.

— Я уже почти у сути, — снова улыбнулся правитель Магриона. — Так вот, между нашими городами расположены руины Великого Ухода. И недавно отряд моих воинов заехал в него, преследуя одного, хм, человека, замешанного в убийстве моего брата. Ты слышал о нем?

— Естественно, слухи разлетаются быстрее, чем можно себе представить.

— Из этой разведки не вернулся никто из моих людей, кроме одного бездушного. Он принес довольно занятные новости.

— Снасс, у меня кончается терпение, нельзя ли оставить все эти эпитеты? — Алфрик поерзал на своем кресле.

— Разумеется, — магрионец щелкнул пальцами, в тот же миг дверь личных покоев распахнулась, и в комнату влетел бездушный, а за ним медленно шел черноволосый воин. — Вернулся только он, — Снасс кивнул на привидение, висящее в нескольких сантиметрах от пола, — он доложил, что в этих руинах отряд моих разведчиков обнаружил группу проклятых.

— И что? — Алфрик с отвращением посмотрел на бездушного, — твои люди настолько криворукие, что вместе с ним не смогли справиться с горсткой этих выродков?

— Видимо ты не понимаешь значение слова "группа". Их было две сотни, Алфрик. Ты понимаешь? Две сотни. Это не один-два проклятых, которые регулярно появляются в наших землях. Это целое поселение. И мы должны что-то предпринять, чтобы выкурить этих выродков с нашей земли, — Снасс снова уселся в кресло и задумчиво посмотрел на раонца. Алфрик удивленно перевел взгляд сначала на своего коллегу, затем на карту, а после на бездушного.

— Соберем военный совет, такой заразе у нас под носом не место, — раонский правитель хлопнул кулаком по ладони.

— Мудрое решение, именно этого я и ожидал от тебя.

15

Запись ? 140 10:30 ам

Ксарр ун Краун

Опыты с растениями полностью провалились. Даже по прошествии большого промежутка времени никакого эффекта не наблюдалось. Но была замечена одна особенность: мертвые растения никак не реагируют на ментальное воздействие. Запланирована серия экспериментов над животными — как живыми, так и мертвыми.

Запись ? 141 3:40 рм

Ксарр ун Краун

Сегодня были проведены эксперименты над лабораторными мышами. Результаты поразительные.

Живой образчик претерпел многочисленные неконтролируемые мутации, как внешние, так и внутренние. Стоит особо выделить многократно возросший интеллект. Измененная мышь целенаправленно уничтожала сородичей, так как после этого клетку было необходимо убрать. При этом мутировавшая особь старалась выбраться на свободу. Неудачно закончившиеся попытки побега лишь побуждали мышь к новым убийствам. Пришлось отсадить ее в отдельную клетку. Через час особь покончила жизнь самоубийством — вскрыла себе горло.

У мертвой мыши мутации не наблюдались. Внешние и внутренние ткани изменений не претерпели. Но эффект все же есть. Я не могу сдержать своей радости. В течение трех минут двадцати секунд наблюдались признаки жизни: слабый пульс, мышечные сокращения. Я, наверное, первый человек, который смог обмануть смерть. Завтра проведу еще одну серию экспериментов, для подтверждения результатов.

Запись ? 142 5:20 рм

Ксарр ун Краун

Данные стабильны. Время восстановления жизнедеятельности напрямую зависит от длительности пребывания в мертвом состоянии. Но при усилении воздействия на организм время реанимации увеличивается. Необходимы еще опыты.


* * *

— Итак, уважаемые магиумы, я собрал вас здесь для того, чтобы сообщить одну неприятную весть, — Клай шагал по узкой столовой вокруг длинного деревянного стола. За ним сидели десять человек, — нас обнаружили.

Проклятые, внимательно смотревшие на старейшину Менталорума, открыли рты от удивления. Никаких признаков потрясения не показали только двое из сидящих.

— Вы не ослышались. Не так давно на поверхности произошел неприятный инцидент, результатом которого была маленькая бойня. Но один из наших нежданных гостей сумел бежать. Бездушный.

Послышался небольшой шумок перешептывающихся и спорящих проклятых. Известие об обнаружении Менталорума действительно неожиданно. Город магиумов жил под руинами Великого Ухода незамеченным многие десятилетия. Сюда никто никогда не заглядывал, потому что старые развалины не интересовали людей вот уже лет триста. Проклятые, конечно, регулярно выставляли дозорных, даже сам Клай периодически выходил под палящее солнце, но это, скорее, была привычка и дань истории, чем реальная мера предосторожности. Однако, она себя оправдала.

— Тихо, — Клай сказал это негромко, но его подчиненные тут же угомонились, — существует реальная опасность того, что Магрион и Раон не станут терпеть нас в такой близости от себя и постараются стереть Менталорум с лица земли.

— Их кто-то привел, — седовласый магиум, сидевший совсем рядом с Клаем, оглядел всех присутствующих.

— Не исключено, уважаемый Канро, не исключено.

— Да это точно, — магиум средних лет, сидевший на галерке, стукнул кулаком по столу, — это тот проклятый, что был здесь не так давно. Он привел за собой хвост. Да и племянницу твою увел.

Заинтересованные взгляды устремились на старейшину. Клай никак не отреагировал на выпад в его сторону и абсолютно ровным голосом ответил.

— На момент ухода Ника и Арса из Менталорума Айа была еще здесь. Следовательно, она ушла сама, ее никто силой не уводил. Теперь я удовлетворил ваше любопытство, и мы можем перейти к делу?

Проклятый, высказавший предположение, уставился в стол и нехотя кивнул. Клай оглядел всех магиумов и глубоко вздохнул.

— В случае нападения помощи нам ждать неоткуда. Необходимо обсудить стратегию обороны.

— А город Гану? Мы никогда не обращались к нашим северным братьям за помощью, но, может быть, стоит попробовать?

— Город Гану очень далеко. Они никогда не успеют к нам на помощь.

— Старейшина Клай, вы же знаете, о чем я говорю.

— Знаю. Но перенести сюда через мир Хаоса магиумы Гану смогут только двух-трех воинов от силы. Это не переломит ход сражения. Нам придется защищаться самим.

Наступила гнетущая тишина, которую нарушил невысокий сутулый магиум, сидевший по левую руку от Клая.

— Мы ничего не знаем об армии магрионцев и раонцев. Будет трудно разработать хорошую тактику против них.

— На этот счет у меня есть один козырь в рукаве. Мастер Дарк!

Глаза проклятых устремились к входной двери, которая тут же распахнулась. Из темноты коридора выступил широкоплечий верзила, еле протиснувшийся в узкий проем. Глаза его были закрыты, а тело мелко вздрагивало, двигаясь рывками. За бугаем шел сухонький сморщенный старик. Он держал правую руку перед собой и что-то шептал. Пальцы резко свернулись в замысловатую фигуру, и верзила остановился перед столом.

- Господа, разрешите вам представить, кто еще не знаком, мастер Дарк Сын Мрака, магиум разума.

Проклятые с уважением посмотрели на старика и его странного спутника. Крарк, сидевший в середине стола, уставился на верзилу.

— Старейшина Клай, А это, случайно, не тот магрионец, которого мы недавно отправили к Гану?

Удивленные взгляды проклятых столкнулись со спокойными глазами главного магиума.

— Да, Крарк, именно тот.

— Но это значит... — проклятый снова уставился на верзилу. Мастер Дарк щелкнул пальцами, и его спутник услужливо пододвинул хозяину стул. Сын Мрака вальяжно разместился за столом.

— Мастер Дарк может помочь нам выудить необходимую информацию из головы этого магрионца. Итого, мы будем знать силы хотя бы половины наступающей армии.

Проклятые за столом снова зашушукались, поглядывая то на безвольного мертвеца, то на старейшину.

— Негоже тревожить мертвых. Со смертью шутки плохи, — крепко сбитый магиум, походивший на деревенского кузнеца, строго посмотрел на Клая.

— Почему? — Дарк поднял голову, и все присутствующие увидели его ярко-алые глаза, — в смерти нет ничего мистического или страшного. Только глупцы считают, что уход из жизни одного человека как-то загадочно влияет на остальных.

Проклятые снова замолчали.

— Итак, перейдем к делу, — Клай хлопнул в ладоши, — мастер Дарк, вы можете нам помочь?

Магиум-некромант кивнул и громко щелкнул пальцами. Верзила вздрогнул, выгнулся дугой и заговорил.

— В распоряжении Снасса Второго находится около тысячи обученных воинов и сто новобранцев. Из техники двести дрэггов и два бронемобиля, оснащенных новыми разработками наших мастеров — пороховыми однозарядными пушками. Кроме того Магрион обладает пятьюдесятью бездушными с исправными кольцами контроля.

— Это все?

— Есть еще одна вещь. Закрытый ангар. Туда никого не пускают. Видимо Снасс держит там что-то очень секретное.

— Ясно, — Клай погладил свои усы, — есть вопросы?

— Есть, — Канро поднял руку, — уязвимые места. Нам нужны уязвимые места, — мастер Дарк кивнул, и труп снова заговорил.

— Передние ряды будут защищены бездушными и легкими пехотными щитами. В лобовой стычке у проклятых нет шансов. Сзади, как правило, идут отряды лучников. Привидения между ними расставляются реже, бреши имеются. Дрэгговые отряды движутся раньше пехоты, но при сражении в пределах города их оставят в запасе.

— Еще вопросы? — Клай задумчиво смотрел на верзилу. Ответа не последовало.

— Спасибо, мастер Дарк, вы свободны.

Некромант поклонился и медленно направил своего подопечного к выходу, следуя за ним.

— В лобовую идти нельзя, нужно завязывать битву в черте города, — сказал Канро.

— Согласен, — проклятый, испугавшийся мертвого магрионца, подал голос, — тогда еще есть шанс.

— Не забывайте о Раоне, — магиум, сидевший по левую руку от Клая назидательно поднял палец, — мы ничего не знаем об их возможностях. И нападут они, скорее, с двух сторон, возьмут в клещи.

— Я думаю, стоит решать проблемы по мере их поступления. О раонцах мы ничего не знаем, так что что-то дельное мы сейчас предложить не можем.

— Все равно шансов мало. Если у Магриона тысяча воинов, то у Раона, наверняка, приблизительно столько же. Две тысячи воинов против двухсот магиумов. Расклад не в нашу пользу.

— Но мы на своей территории. Лучников в окна, пехота внизу прикрывает. Если ничего они не выкинут, то шанс неплохой.

— Так, — Клай хлопнул ладонью по столу, — информация у вас есть. Сейчас балаган не нужен. Вечером всем быть здесь с дельными идеями и мыслями. Пока свободны.


* * *

— Ты опять проиграл. И почему я доверил тебе свою силу. Ты только впустую ее тратишь. Пожиратель не собрал и половину урожая, когда его убили. Я тебе говорил контролировать процесс? А ты пошел дальше. Все чертов проклятый, чтоб Гану забрал ублюдка обратно. Псы Хаоса тоже не оправдали моих надежд. Неужели нельзя было вместо трех бесполезных тварей вызвать одного, но посильнее?

— Простите, хозяин.

— "Простите, хозяин", ты только и можешь, что извиняться. Надо было уничтожить тебя за дерзость, когда у меня была такая возможность. Ведь подозревал, что ничего хорошего не выйдет. Так нет ведь, позарился на власть, и сижу теперь здесь. Вот попомни мои слова, смертный, если у тебя ничего не выйдет, я вырву твой мозг и заставлю его сожрать.

— Да, хозяин.

— "Да, хозяин", прекрати пресмыкаться. Терпеть не могу, когда смертные ползают передо мной на коленях. Эх, знал бы лорд, чем я занимаюсь, вмиг бы открутил мне голову. Хотя у меня и головы-то нет. Что молчишь, смертный? Что собираешься теперь делать?

— Догонять.

— Хм, не лишено смысла. Ты знаешь, что будет, если они обгонят тебя?

— Ничего не будет.

— Разумеется ничего. В твоей жалкой жизни все останется как есть. А я навечно застряну здесь с тобой. Меня такой расклад не устраивает. Зря я что ли разрешил тебе пользоваться моей силой. Нужно догнать проклятых и уничтожить. Кстати, ты заметил, что один из них стал сильнее?

— Да, хозяин.

— Он становится слишком опасным. Возможно, опаснее парня с молниями. Если они обгонят нас, то справится с лучником будет проблематично.

— Я понимаю.

— Ничего ты не понимаешь. Все. Я устал. Мне нужно отдохнуть.

— Как пожелаешь, хозяин.

Голос в голове затих. Почему из всех демонических существ хаоса ему достался такой крикливый и вечно недовольный? Безусловно, помощь он оказал большую, без этой силы молодой алхимик не дошел бы так далеко. Почти до конца. Цель совсем рядом, стоит только протянуть руку и взять. Но чужая рука тянется к амулету еще быстрее. Этого нельзя допустить. Если такая мощь утечет сквозь пальцы, то ему придется бродить с треклятым демоном в голове еще очень долго.

Некс ун Датор встал с земли и отряхнул пыль со старого красного плаща. Мышцы затекли, все-таки многочасовое сидение в позе лотоса сильно напрягает. Но за этими Псами Хаоса нужен глаз да глаз, на секунду ослабишь контроль, и твари вырвутся на свободу. В чем-то его крикливый попутчик был прав — Некс и вправду сплоховал. Ему и в голову не могло придти, что старший братец с двумя неопытными магиумами сможет одолеть таких сильных существ. Еще это дерево. Интересно, почему житель леса пожертвовал своей жизнью ради малознакомых ему проклятых?

В любом случае, нужно поторопиться. Ник с детишками сейчас в двух днях пути на юг. При хорошем темпе догнать их не составит большого труда. Но сражаться с ними сейчас слишком опасно. Обидно будет проиграть, когда триплекс под носом.

Некс размял затекшие мышцы и торопливо зашагал по узкой тропинке. Тихий Лес, лежавший по правую руку, тихо шелестел листвой. Возможно, деревья что-то говорили молодому алхимику, ругали человека, нарушившего покой Великих Крон. Но ун Датору было плевать на них. Ему вообще было плевать практически на все, кроме власти и могущества.


* * *

Троица магиумов бодро шагала по тропинке вдоль темнеющей стены Тихого Леса. Проклятые шли молча, занятые каждый своими мыслями. Ник думал о Нексе и о том, как его младшему брату удалось призвать таких опасных тварей. С какими же силами он связался? И что пообещал им взамен? Если псы только начало? На что способен Некс? Выяснять это не хотелось поэтому стоило поторапливаться. Через два дня пешего пути друзья должны выйти к зеркальному озеру, а оттуда еще чуть-чуть до пещер и до триплекса. Если все пойдет нормально, то младшему брату не удастся их догнать. Но что ждало путников в самих зеркальных пещерах неизвестно. Поговаривали о страшных последствиях пребывания на месте взрыва Хранилища Силы.

Арс шагал позади своего друга и мысленно переговаривался с Арчи. Оказалось, что неожиданно открывшиеся возможности молодого лучника не случайность. Дисп-примера достаточно узнал своего нового хозяина и решил открыть ему часть истинной силы.

— А у тебя еще много такого, о чем я не знаю, — Арс нахмурил лоб.

— Очень много, хозяин. Но тебе пока рано знать об этом. Неопытное тело просто не выдержит таких потоков ментала и сгорит. Ты должен много тренироваться, и тогда я поделюсь с тобой всем, чем я обладаю.

— Звучит заманчиво. Слушай, вот у меня такой вопрос родился.

— Да, хозяин.

— Все примера что существуют, обитают в каком-то пространстве, где я тебя нашел, так?

— Да, это мир Гану, мы все оттуда.

— А когда проклятый умирает, то его дисп возвращается в этот мир или умирает вместе с хозяином?

— Возвращается. За несколько веков у многих моих друзей было по несколько хозяев. Кроме одного...

— Кого?

— Это самый сильный из моих братьев. Он покинул мир Гану первым и до сих пор не вернулся. Это значит, что его хозяин до сих пор жив.

— А кто его хозяин?

— Не могу знать, когда примера покидает мир Гану, то никто из нас не знает, куда он уходит, только если дисп сам не расскажет. Например, Тандер давно знал, что я ищу тебя, следовательно, его хозяин, твой друг, тоже был в курсе.

— Ник? А он мне ничего не сказал. Еще два месяца назад я и не подозревал, что когда-нибудь получу такие способности. Погоди. Но если у твоих братьев было по несколько хозяев, то почему у тебя их не было, ведь Ник мне сказал, что повелевать временем не мог ни один из существовавших магиумов.

— Ты прав, Арс Изумрудный Луч. Я достаточно привередлив в выборе спутника, поэтому ты единственный, кто обладает моей силой.

— Я? Но почему? Чем я так отличаюсь от других проклятых?

— Это тебе еще предстоит узнать, не торопись.

— Как скажешь. Расскажи мне тогда о том, какие возможности ты мне уже открыл.

— Да, хозяин. С первой ты хорошо знаком — остановка времени. Не очень сильная и коротковременная способность останавливать бег часов в небольшой области. Со временем ты можешь научиться продлевать ее действие. Вторая — это ускорение времени. Эту способность ты недавно применил. Прикосновение этой силы многократно увеличивает скорость старения любого живого существа, только если у него нет устойчивости к ментальным воздействиям. Тебе стоит почаще ее тренировать, тогда любые щиты будут ни почем.

— А какая способность следующая?

— Не могу тебе сказать, ты еще не готов.

— Ну ты и зануда, Арчи.

— Простите, хозяин.

Айа плелась в хвосте отряда. За ней бежал Мисси, маленький зубастый щенок. Магиумесса махнула рукой, и мохнатое чудо умчалось к голове отряда, туда, где шагал...

— А-а-а, все демоны Гану. Айа, я когда-нибудь задушу это блохастое отродье, если ты не будешь держать его подальше от меня. Сколько можно вести себя как ребенок. Пора взрослеть.

— Ну ты и бука, — девушка лучезарно улыбнулась хмурому руководителю отряда, — мы так со скуки умрем.

Арс тоже от души рассмеялся и успокаивающе похлопал своего друга по плечу.

— Да ладно тебе, Ник, что ты взъелся на это миленькое существо?

"Миленькое существо" не заставило себя долго звать, молниеносно подскочило к лучнику и от души тяпнуло его за лодыжку.

— Айа, отзови своего кровожадного монстра, пока я его стрелами не нашпиговал.

— Ладно-ладно, — девушка снова рассмеялась, — вы такие скучные. Ник и Арс переглянулись и ускорили шаг.

— Слушай, — лучник нагнал своего друга, — а откуда ты знаешь точное местоположение своего брата, что он в двух днях пути?

— Элементарно. Я приблизительно посчитал, насколько далеко нас унесли деревья Тихого Леса. Если учитывать, что Некс управлял теми тварями, то в этот момент он был очень сосредоточен и не двигался, что дает нас еще пару часов отрыва. Если мы не будем отвлекаться на всякую блохастую мелочь, — Ник оглянулся на жизнерадостного Мисси, приветливо размахивающего своим куцым хвостом, — то успеем до зеркальных пещер раньше моего брата. А там уже что нам Гану приготовил. Я не слышал, что конкретно происходит в этом месте, только слухи и сплетни.

— Понятно, — Арс почесал затылок, — значит, выясним.

— Ты уже разговаривал с Арчи о твоей новой способности?

— Да, он мне все рассказал.

— Замечательно, значит ты готов ко второму диспу.

— Что? — лучник выпучил глаза на своего друга, — второму?

— А что тебя так удивляет? Или ты думал, что всю жизнь пробегаешь с одним? Нет, тебе необходима дополнительная защита.

— Э, ну да, в смысле, я знал, что рано или поздно нужно будет нарезать еще парочку шрамов, но не думал, что это время наступит так скоро, — Арс выглядел немного ошарашенным.

— Я сам удивлен, что твой примера открылся тебе так рано. Но факт остается фактом. Тебя пора перейти на следующую ступень, — Ник поднял вверх указательный палец, как бы подтверждая этим жестом свои слова.

— А какой дисп у меня будет? — шок от неожиданной новости быстро сменился любопытством и заинтересованностью.

— А вот этого даже я не знаю, посоветуйся со своим новым другом. Я бы порекомендовал нечто оборонительное.

— Хорошо, непременно посоветуюсь, — лучник несколько поутих

— О чем вы говорите? — Айа неслышно догнала своих попутчиков, — новый дисп собираетесь резать? А какой? Я советую что-нибудь веселое, вроде Мисси, — щенок гавкнул, соглашаясь со своей хозяйкой.

— Ну уж нет, зачем ему какая-то бесполезная блохастая дворняга? — Ник ехидно покосился на проклятую, — нужно что-нибудь серьезное.

— Это кто это тут бесполезный? — Айа надула губки, — между прочим, Мисси — хороший друг, и он многое умеет. Да, Мисси?

Собака гавкнула и повалилась на спину, размахивая лапами.

— Да, очень полезное умение, — Ник усмехнулся, — этим можно разжалобить врага до смерти, чтобы он заплакал и утонул в слезах.

— Ах ты, — Айа потихоньку закипала, — а твой примера, знаешь...

— Эй, эй, — Арс встрял между спорящими магиумами, — позвольте, я сам выберу, что мне больше по душе, хорошо?

Девушка демонстративно отвернулась и зашагала вперед, а Ник, улыбаясь, похлопал друга по спине и показал большой палец.

— Ох уж эти девушки...

16

Зеркальное озеро вполне оправдывало свое название. Серебряная гладь воды отражала серые хмурые тучи и слегка светилась под лучами утреннего солнца, изредка пробивавшегося сквозь них. Зрелище было завораживающим. Противоположный берег терялся на горизонте в белесой легкой дымке.

— Красота, — Арс шумно вдохнул влажный утренний воздух и улыбнулся, — я бы сейчас искупался.

— Ой, а я даже купальник не взяла, — Айа испуганно ойкнула.

— Никто нигде купаться не будет, — Ник был как всегда хмур, — мы слишком близко от хранилища силы, и, к тому же, нам в спину дышит мой братец, так что ноги в руки и вперед.

— Ну ты и злыдень, — лучник по-прежнему улыбался, — тебе надо научиться расслабляться.

— Я расслаблюсь, когда стряхну у себя с задницы этого выродка и отправлю его к Гану, а пока и вам не советую терять бдительность.

— Как скажешь, повелитель, — Айа хихикнула и удовлетворенно посмотрела на Арса. Тот показал девушке большой палец. Ник что-то недовольно буркнул в свой шарф и пошел вдоль берега, распугивая своими шагами странных желтых чаек. Неугомонные магиумы переглянулись и затопали вслед за мечником.

Через пятнадцать минут прогулки по берегу Зеркального озера Ник резко остановился. Лучник выглянул из-за плеча проклятого, чтобы узнать, что остановило их лидера.

— Следы, — магиум пригнулся к земле и внимательно оглядел почву, — три человека, двое мужчин и женщина. Совсем свежие. Странно.

— Я никого не почувствовала, — Айа прикрыла глаза, — и сейчас никого не чувствую, хотя погодите, что-то странное в этом месте есть, очень странное.

— Ага, я знаю что, — Арс поднял с земли камень и бросил вперед. Стая желтых чаек, в которых целился лучник, недовольно захлопали крыльями и закричали. — Это наши следы, и этих птиц я уже видел.

Девушка удивленно захлопала глазами и уставилась на проклятых.

— Как такое может быть? — магиумесса посмотрела назад, вереницы следов тянулась за спиной, но неведомо откуда взявшиеся отпечатки также упрямо вели и вперед.

— Ну, либо мы обошли это озеро кругом, — лучник приложил ладонь к глазам и вгляделся в противоположный берег, — либо я спятил.

Чайки перестали махать крыльями и щелкать клювами и удивленно уставились на путников. Видимо, пернатые существа были тоже удивлены.

— Это все из-за того, что слишком близко эпицентр взрыва Хранилища. Пространственный парадокс. Где-то я читал о таких штуках. Вот только вспомнить бы где, — Ник задумчиво уставился вдаль.

— Я знаю что делать, — Арс поднял вверх указательный палец, — стойте здесь, скоро вернусь.

Лучник ушел вперед, опять спугнув стаю чаек. Как по часам, через пятнадцать минут сзади послышалось бодрое посвистывание и появился парень.

— Нда, мой гениальный план не удался.

— Крутой план, — Ник усмехнулся, — навернуть еще кружочек?

— Ну да, а почему нет? — лучник пожал плечами, — у тебя есть план получше?

— Может и есть. Айа, нужна твоя помощь, — девушка с готовностью кивнула.

— Значит так, — Ник оглядел берег зеркального озера, — стойте здесь. Айа, ты будешь отслеживать меня своим ментальным оком. В тот момент, когда я из состояния "впереди" перейду в состояние "сзади", пофони менталом. После этого идите ко мне. Поняла?

Айа утвердительно кивнула и уселась на большой плоский камень, лежавший рядом с кромкой воды. Ник поправил шляпу на голове и двинулся мимо несчастных желтых чаек, безумно бегавших вокруг невысокого куста.

Ждать пришлось совсем недолго. Айа уверенно встала с камня и направилась между сочными прибрежными деревцами, Арс зашагал следом. Через пять минут показался Ник, уныло ковырявший влажную землю носком сапога.

— Ну и что? — лучник снова пожал плечами, — что теперь делать?

— Сейчас посмотрим, — проклятый сделал три шага назад, — Айа, где я сейчас нахожусь?

Девушка округлила глаза и замотала головой в разные стороны.

— Сзади, — магиумесса махнула рукой за спину.

— Так, Арс, дуй в ту сторону.

Лучник кивнул и исчез в зарослях. Через несколько минут вдали раздались испуганные крики чаек. Еще через две Арс выскочил сзади Ника.

— А может нам отойти от озера? — парень посмотрел на серебряную гладь воды, — аномалия, скорее всего, небольшого размера.

— Нельзя, тогда мы пойдем назад, в противоположную сторону. Решение должно быть. И у меня, кажется, есть небольшая идейка.

Проклятый сунул руки в глубоки карманы своего плаща и долго что-то искал. Через полминуты его лицо прояснилось, и Ник извлек на свет маленькую серебристую коробочку.

— Что это? — Айа удивленно взглянула на вещицу, — это поможет нам выбраться?

— Возможно, не уверен, конечно, но попробовать стоит, — Ник откинул крышку коробки и нажал на маленькую кнопку. Арс понимающе улыбнулся. Экранчик устройства замигал разноцветными огоньками. Проклятый напряженно вгляделся в их переливания.

— Арс, что значит "видеовызов"? — мечник взглянул на своего друга.

— А она не взорвется? — девушка сделала два шага назад, — с непонятными штуками лучше держать ухо востро.

— Нет, не взорвется. Эту штуку нам дал очень интересный и надежный человек.

Мечник снова ткнул на кнопку, и из коробочки на него взглянули знакомые глаза.

— Приветствую, господа магиумы. Рад снова видеть вас в добром здравии.

— Здравствуй, Алаэнн. Мы тоже рады тебя видеть.

— Что-то я давненько не получал от вас новостей. Вы появились на моих приборах всего пару дней назад. Где вы были? Я уж испугался.

— По лесу гуляли. Кстати, видели твоих ровесников, — проклятый широко улыбнулся.

— В каком смысле, моих ровесников. Как это возможно?

— Алаэнн, это долгая история, в другой раз расскажу. Нам сейчас очень нужна твоя помощь.

Айа осторожно выглянула из-за плеча Ника и округлила глаза.

— О, я посмотрю, в вашей компании появилась дама, да еще такая симпатичная. Приветствую вас, меня зовут доктор Алаэнн Маскис.

— Айа, — выдавила из себя девушка и снова спряталась за плечо Ника.

— Нда, видимо я подрастерял свою привлекательность за пару последних столетий, — старик пригладил свою лысину, а Арс прыснул со смеху, — так какая помощь вам нужна?


* * *

Ментальная аномалия оказалась динамичной. Вблизи эпицентра взрыва Хранилища Силы пространство, как выразился Алаэнн, выкидывало необычные фортеля, постоянно менялось и преобразовывалось, иногда создавая необъяснимые природные явления, вроде такого повторяющегося кармана. Как старику удалось узнать все это — оставалось загадкой, но скоро пространственная аномалия просто исчезла, словно растворившись в воздухе. Маскис попросил друзей быть осторожными, так как местечко, по его словам и показателям сканеров, очень неспокойное. Недоуменные чайки в последний раз прокричали что-то в спину путникам и замолчали.

— Кто-нибудь объяснит мне, что это было? — Айа тревожно оглядела друзей, поразившись их спокойствию.

— Ты же слышала сама, ментальный карман, шутка пространства, здесь постоянно что-либо меняется. На выходе, наверное, мы можем увидеть совсем не то, что на входе в Зеркальные пещеры.

— Я не про это, — девушка покачала головой, — а про твою волшебную коробочку с вашим другом внутри.

— Эту вещь Алаэнн нам дал в благодарность за помощь... в одном дельце. А я думал, что наш языкастый повелитель времени уже сложил балладу о подвигах храбрых магиумов. Нет? — Ник ухмыльнулся, Арс бросил на мечника хищный взгляд.

— Как-то про эту вещицу он не упомянул, — Айа тоже с усмешкой посмотрела на лучника.

— Да мы ей особо и не пользовались, — Арс дернул плечами.

— Ты вроде говорил, что вашему другу больше восьмиста лет, что-то не похож он на мудрого старца.

— Почему? — Ник внимательно посмотрел на девушку.

— Ведет себя он с вами наравне, не кичится своим возрастом и знаниями, не смотрит на вас снизу вверх. В Менталоруме, когда с тобой разговаривает кто-то старше и опытнее, то это целое одолжение, и ты должен выказать крайнее почтение по этому поводу.

— А почему Алаэнн должен кичиться своим возрастом и знаниями. Бесполезно этим хвастаться, если эти самые знания могут больше никому не пригодится. Какая разница, сколько у тебя золота лежит в сундуке, если ты все равно ходишь в обносках, — Айа гневно зыркнула на магиума, — не понимай так буквально, это фигура речи такая. Я считаю, что поведение человека зависит только от него самого. И чем мудрее ты становишься, тем больше понимаешь, что твое знание несовершенно, что в мире еще много всего, чего никогда постичь не удастся. Подумай над этим.

— А я думала, что ты только мечом махать умеешь, — Айа с уважением посмотрела на задумчивого мечника, — ты тоже не понимай буквально. А откуда ты все это знаешь?

— Ну вообще-то у меня был наставник, и он меня учил не только, как ты говоришь, мечом махать, а еще кое-чему.

Разговор затих, каждый погрузился в свои размышления.

— Долго нам еще топать? — лучник первый нарушил молчание.

— Нет, — Ник ткнул указательным пальцем вперед.

Зеленый холм, по которому шли друзья, неожиданно вырастал из земли, заслоняя от взглядов линию горизонта. Он выглядел как большой прыщ на юношеском лице — не к месту. Словно кто-то специально поставил его здесь. Арс оторвался от своих друзей и быстро взбежал на вершину.

— Ничего себе, — лучник восхищенно присвистнул, — вы такое когда-нибудь видели?

Айа и Ник догнали молодого магиума и тоже остановились.

Пейзаж, открывшийся с вершины холма, действительно поражал взгляд и воображение. Перед друзьями лежала огромная, в три полета стрелы, впадина идеально круглой формы. Она походила на ровную яму, выкопанную чьей-то исполинской рукой. Впадина уходила на глубину в двадцать человеческих ростов, и заканчивалась ровным, как утрамбованная земля, дном. А вот на дне...

— Научно-исследовательский комплекс "Зеркальные пещеры", — Арс стоял на холме, вооружившись своим биноклем, — так это просто название очередных развалин, а я думал действительно пещеры.

Пещерами это назвать было трудно. Весь периметр круглого ущелья огибала высокая, но уже почти обвалившаяся железная ограда. Внизу виднелись многочисленные человеческие постройки, почти целые.

— А разве взрыв Хранилища не должен был разнести здесь все? Почему эти руины сохранились намного лучше, чем все другие? — спросила Айа.

— Возможно именно потому, что эти строения намного ближе к эпицентру. Взрыв ведь был ментальный. Здесь не было огня, языков пламени, кричащих людей. Все было тихо...

— Значит это и есть цель нашего путешествия? — Арс оторвал взгляд от бинокля, — нам сюда?

— Да, — голос Ника дрогнул, — нам точно сюда.

Как долго он искал это место, как долго шел к своей цели, как долго боялся ошибиться. Но все-таки нашел. Цель путешествия, жизнь жены и ребенка теперь буквально в паре шагов. Осталось только их сделать. Сердце Ника бешено заколотилось, и он с трудом смог унять дрожь в коленках.

— Как спускаться будем? — Арс снова приложил бинокль к глазам и стал внимательно рассматривать дно впадины, — прыгать высоковато, лестниц я не вижу, веревки такой длины у нас нет.

— Если ты лестниц не видишь, это не значит, что их нет, — проклятый смог справиться со своим волнением и улыбнулся, — на чем, по-твоему, мы стоим?

Арс сначала удивленно посмотрел на своего друга, потом на холм, потом опять на своего друга. Ник еще больше заулыбался и уверенно направился вниз по пологому склону холма. И оказался прав. Со стороны впадины путника обнаружили огромные распахнутые ворота, уводившие в непроглядную темноту лестничных пролетов.

— Заночуем здесь, перед Нексом у нас есть небольшая фора во времени, завтра с утра начнем спуск. И еще, — Ник внимательно посмотрел на своих спутников, — еще не поздно от всего отказаться. Вы слышали все, что поговаривают об этих местах, это очень рискованно и опасно. Я не имею права заставлять вас идти со мной. Если вы уйдете, я не буду против.

— Друг, что ты такое говоришь, я с тобой до конца, — Арс похлопал по плечу Ника и проникновенно заглянул в его глаза, прячущиеся за полой шляпы.

— И куда я, по-вашему, пойду, — Айа с показным недовольством уперла руки в бока, — я что, зря сбежала из дома и теперь струшу? Нет уж, от меня вы не отвертитесь.

Проклятый благодарно кивнул и пошел разводить костер.

За воротами оказалась длинная лестница с пропускными пунктами на каждом этаже, правда, заброшенными и уничтоженными временем. Хотя солнце сюда не добралось, тусклый свет факела Арса выхватывал из темноты обрывки фраз, написанных на стенах выцветшей и наполовину облупившейся краской. Путники двигались медленно, ожидая на каждом шагу очередной аномалии или ловушки. К тому же надежная когда-то стальная лестница сейчас жалобно поскрипывала под ногами проклятых. Нескольких ступенек уже не хватало. Темнота этой длинной лестничной клетки почти материально давила на уши путников, то тут, то там слышались непонятные шорохи и тихие вздохи.

— Жуткое место, — Айа вздрогнула от очередного скрипа, раздавшегося где-то неподалеку, — здесь повсюду пахнет смертью. Откуда эти шорохи? Я думала, в заброшенных руинах должна быть гробовая тишина.

Девушке никто не ответил, так как она лишь озвучила мысли, посетившие каждого из путников. Атмосфера здесь и вправду была жутковатая. Заблудившиеся звери и сквозняк так шуметь не могут даже теоретически. Еще немного, и кровь остынет прямо в жилах.

Неожиданно ступенька под ногами Айи хрустнула и провалилась, увлекая девушку за собой в темную бездну лестничного пролета. Ник стоял слишком далеко, чтобы успеть помочь ей, он резко обернулся на вскрик и остолбенел. Ступенька быстро растворилась в мраке нижних этажей, но Айа за ней не летела. Она просто исчезла, вместе с Арсом.

— Фу-у-у, — лучник вздохнул за спиной проклятого, ставя испуганную девушку на ноги. Она ошарашено посмотрела на Арса, явно не понимая, что происходит, и как молодой магиум оказался рядом с ней.

— Ник, ты чего стаял столбом? Даже не обернулся на крик.

— Это я не обернулся? Это ты растворился вместе с ней в воздухе, а через мгновение я вижу тебя с Айей на руках. Ты, конечно, молодец, реакция отличная, но вот то, что ты не заметил, как использовал свою силу — это плохо.

— Да я даже не понял, что случилось, чисто рефлекторно все сделал.

— Теперь ступайте еще аккуратнее. Не хватало нам еще вниз загреметь, костей не соберем.

Слова Ника прервал заунывный женский стон, раздавшийся внизу. Он прозвучал так громко и натурально, что путники машинально схватились за оружие.

— Теперь я понимаю, почему здесь теряли рассудок. Тут свихнуться — пара пустяков.

Друзья продолжили спуск, внимательно глядя под ноги и вздрагивая от любого скрипа или постороннего звука.

— Слушайте, а как мы будем ориентироваться там? Комплекс вроде бы как большой. Можем легко заблудиться. А если я на входе чуть не умерла, то что же будет дальше?

— Не волнуйся, на этот счет я уже позаботился, — Ник достал из кармана свою серебристую коробочку и показал подробную схему всего центра, — чего только не найдется в закромах старины Алаэнна. Он даже пометил кратчайший путь до цели.

— Вам очень повезло иметь такого друга.

Ник лишь кивнул и продолжил спуск. Скоро ступеньки закончились, и друзья вступили на твердый бетонный пол. Свет от факела выхватил из темноты закрытую двухстворчатую дверь, покрытую толстым слоем ржавчины. Никаких женщин, способных так заунывно стонать здесь не оказалось. Ник уперся руками в грязные створки и медленно открыл их. В глаза путникам ударил яркий утренний свет.

— Ну что ж, добро пожаловать в научно-исследовательский центр "Зеркальные пещеры", — сказал проклятый.


* * *

— А знаешь, то, что они идут впереди может и к лучшему. Здесь наверняка полно ловушек и всякой другой ментальной дряни. Главное — обогнать их под конец. К тому же они совсем близко. Не проворонь их на этот раз.

Демон снова проснулся и вот уже полчаса надоедал Нексу своим нытьем и указаниями. Порой порождение хаоса становилось совсем невыносимым, особенно когда он вспоминал, что сидит в теле жалкого смертного.

— Они же сейчас будут тыкаться, как слепые котята. Зеркальные пещеры большие, коридоров и закоулков много. Я же тебя проведу к эпицентру в два счета.

— Да, повелитель.

— Да что ты снова заладил. У тебя свое мнение то есть? Или я должен все за тебя решать?

— Я думаю, что вы зря недооцениваете Ника. Мой брат — очень сильный магиум. Когда я покидал Город Гану, он был уже четвертой ступени, сейчас же его сила еще больше. А это уже не шутки. Причем Ник никогда не был глупцом, все рассчитывал наперед. Голову даю на отсечение, у него есть план.

— Нда, лучше бы ты молчал. Все настроение мне испортил. Осторожно, следующая ступенька ненадежная.

Некс легким движением перескочил через опасную часть и остановился.

— Чуете? — ун Датор внимательно огляделся.

— Да, использовали ментал. По-моему, это тот сопляк. Значит, здесь что-то случилось. Вот и славно, может быть, на одного врага у нас стало меньше.

Если у демона было бы тело, то он, наверняка, сейчас улыбнулся бы. Некс хмыкнул. Дитя хаоса иногда удивлял молодого алхимика своей наивностью. Брат никогда бы не сунулся в такое место без подготовки. Возможно, он в курсе того, что Некс идет по пятам, может эти трухлявые пни ему все рассказали, но даже спешка не толкнет его рисковать жизнями этих детей.

След проклятых хорошо чувствовался, а Ник оставлял за собой очень мощную ментальную полосу. Он силен, очень силен! Справится с ним будет очень непросто. Но останавливаться сейчас, в двух шагах от цели было бы обидно и глупо. Хорошо, что демон не может читать мысли Некса, а то бы сейчас опять разразился очередной тирадой о ничтожности этого тела и примитивности мышления ун Датора и человечества в целом.

— Послушай, — алхимик послал мысленный импульс своему невидимому путнику, — а вы там, в мире хаоса слышали легенду о Последнем уходе?

— Ха, — демон хихикнул, — мы не просто слышали о ней, мы наблюдали за вами каждое мгновение вашего жалкого существования.

— Тогда почему вы никогда не вмешивались. Говорят, люди прошлого не могли пользоваться менталом, и развивали другую сторону своей натуры. Это правда?

— Мы не вмешивались, потому что не могли. До определенного момента ментала в вашем мире не было совсем, и проникнуть сюда не было никакой возможности. И лишь на закате человеческой цивилизации прошлого эта энергия стала просачиваться к вам из нашего мира. Непонятно почему. Мы до сих пор сами не разобрались, откуда взялась трещина в барьере между нашими мирами, но она изменила вашу землю до неузнаваемости, точней до того, что ты теперь видишь каждый день, смертный. Я удовлетворил твое любопытство?

— Вполне, господин.

Демон замолчал, и Некс решил не продолжать беседу, так как он достиг нижнего этажа лестницы. "Зеркальные пещеры". Вперед, цель совсем близко.

17

"Зеркальные пещеры" — это настоящий лабиринт. Бесконечные переплетения коридоров, кабинетов, лабораторий, санузлов и многого другого. На дне круглого ущелья помещались всего несколько построек, среди которых были трехэтажное общежитие для работников комплекса квартирного типа, две казармы, вертолетная площадка и, собственно, само здание исследовательского центра, поднимавшееся на высоту пяти этажей. Правда, сейчас все эти постройки были далеко не в лучшем состоянии. Но, сравнивая их с другими руинами времен Великого Ухода, эти сохранились намного лучше. Не считая нескольких обвалившихся перекрытий, кирпичная кладка выглядела довольно прочной и устойчивой. Даже странно, все-таки восемьсот лет прошло. Темные глазницы пустых оконных проемов молча смотрели на один и тот же унылый пейзаж серых потертых стен и безмолвных старых скал вот уже несколько веков.

Здесь было тихо. Нереально тихо. Даже насекомых и пролетающих мимо птиц слышно не было. После тревожных звуков лестницы стало странно не слышать абсолютно ничего. Ветер не гудел в пустых оконных рамах, звери не забегали в это забытое Гану место, эхо не отражалось от монолитов древних скал. Мертвая тишина.

Но это была только верхушка айсберга. Под землей "Зеркальные пещеры" уходили на несколько десятков метров, образуя целый подземный город. Не имея карты или проводника блуждать здесь можно целыми неделями. В целом исследовательский центр опускался под землю на тридцать ярусов, каждый из которых разветвлялся мрачными коридорами на несколько сот метров в диаметре.

Покореженная железная дверь рухнула на толстый слой пыли, поднимая густые облака мельчайших частичек. Ник отошел на два шага вбок, чтобы его тень не мешала утреннему солнцу осветить холл главного здания. Ничего необычного: запустение, грязь, ржавчина и абсолютная тишина. "Вход только по пропускам" — старая потертая надпись, расположенная над железными поручнями пропускного пункта была настолько поблекшей, так что о ее смысле удалось только догадаться.

— А потолок нам на головы не рухнет, — Арс с недоверием осмотрел бетонный монолит с истлевшими остатками потолочных плит и покачал головой, — тут все настолько старое, что в любой момент может обвалиться.

— Если тебе страшно, то оставайся здесь и жди нас, — Ник похлопал лучника по плечу и смело шагнул внутрь, оставляя на полу следы сапог. Арс оглянулся на хмурый пейзаж серых зданий и юркнул за своим другом.

— Вот еще, и все самое интересное тебе оставлю? Не дождешься.

Ник сверился с картой комплекса на коммуникаторе и уверенно зашагал в ближайший коридор. Лучник запалил факел и махнул Айе рукой.

— Наша цель, как ни странно, находится на предпоследнем ярусе. Там была личная лаборатория первого магиума. На самом дне располагалось хранилище. Если лестницы не завалило, то мы быстро спустимся до шестого, оттуда через кухонный блок перейдем на другой конец центра. А потом...

— Погоди, погоди. А как тут перемещались работники и ученые? Тоже ноги по лестницам ломали? Должны же тут быть какие-то пути эвакуации на случай пожара, или там... ВЗРЫВА ХРАНИЛИЩА.

— Определенно. Думаю, персонал пользовался лифтами. Но, поскольку прошло каких-то жалких восемьсот лет, умник, то ездить на них не рекомендуется. К тому же ты о лифтах узнал-то совсем недавно, жил без них и не жаловался.

— Просто, чем дольше я нахожусь в этой дыре, тем больше меня мучает странное предчувствие. Даже не предчувствие, а ощущение, — Арс поежился.

— Какое ощущение? — Айа взглянула на молодого магиума, — я ничего не чувствую.

— Ощущение чего-то знакомого, близкого. Вроде того, как будто я здесь был раньше, хотя это и невозможно. Есть здесь что-то, что кажется мне дико знакомым.

— Странно, предупреди, когда твое предчувствие усилится.

Ник минул развилку коридоров и остановился перед дверным проемом. А вот и лестница. Мрачный серпантин уходил куда-то вглубь темных коридоров "Зеркальных пещер". Бетонные ступеньки лестницы были завалены каким-то мусором: песком, кусками камней и большим слоем пыли. Свет факела заиграл на потрескавшихся стенах рыжими тенями. Воздух здесь был затхлым, застоявшимся и сухим, как в пустыне. Арс осторожно попробовал на прочность первую ступеньку и, удовлетворенный проверкой, смело спустился на пролет.

— Здесь все чисто, ну в смысле ничего странного.

Ник и Айа не торопясь догнали лучника и всмотрелись в мрак второго этажа.

— Вы слышите? — девушка остановила взгляд на одной точке и вслушалась, — какой-то шум.

— Да здесь везде шум, Гану разбери, что тут творилось, — Арс пожал плечами, — я думаю, не стоит вздрагивать от каждого шороха.

— Это не шорох, — Ник сжал рукоять своего меча, — это похоже на звук тревожного горна. А он звучит, когда объявлена...

— Тревога, — Айа отпрянула от прохода на второй этаж и вжалась в стену, ее лицо перекосилось от ужаса.

Тревожный звук сирены разнесся по всему центру, невидимая ранее красная лампочка над головами проклятых часто заморгала, окрашивая стены и пол в кровавые оттенки. Друзья вгляделись в глубину мрака подземного уровня и оцепенели.

Лампа за лампой, словно неостановимая волна цунами, стал загораться свет в коридоре второго этажа, освещая довольно странную картину. Потрескавшиеся грязные стены и пол, засыпанный каменным крошевом, начали... "молодеть". Трещины рассасывались прямо на глазах, начиная сверкать совсем свежей голубой краской. Плитка на полу поглотила весь мусор, блистая чистотой и отражая белоснежный навесной потолок. Зрелище было настолько ошеломительным, что проклятые не заметили момента, когда прямо из воздуха стали появляться люди. Мужчины и женщины быстро заполонили достаточно узкий коридор под завязку. Они были напуганы. Тревога по-прежнему надрывалась на весь центр, когда один из людей махнул рукой в сторону лестницы и стоявших на ней магиумов.

— АРС! — Ник громко крикнул и посмотрел на лучника, — снова твои проделки?

— Нет, — молодой проклятый был напуган не меньше остальных своих спутников, — это не я.

— Кто это? — Айа еще сильнее прижалась к стенке.

— Я думаю, это работники центра, — обезумевшая толпа приближалась, — и они чем-то очень напуганы.

— Как работники центра? — страх, кажется, сковал девушку в своих крепких объятиях, — они же давно умерли.

— Может, свалим отсюда, пока нас не затоптали? — лучник кинул полный надежды взгляд на освещенный проем выхода.

— Погоди, в прошлый раз мы могли проходить сквозь фантомы прошлого, наверняка сможем и сейчас, — Ник был не очень уверен в своих словах и тоже отступил в угол.

Толпа добежала до первых ступенек и, не останавливаясь ни на секунду, припустила вверх. Какой-то немолодой мужчина на мгновение задержал взгляд на испуганной троице, крикнул "бегите" и, не задерживаясь, помчался дальше. Ник удивленно посмотрел на него и тут же был прижат к стене напуганной толпой. Дальнейшее произошло буквально в течение нескольких секунд. Из прохода, ведущего в холл, выскочили два молодых парня, одетых в черные комбинезоны и вооруженные двумя штуками, которые Алаэнн в свое время называл автоматами. Они что-то крикнули и направили оружие на бегущую на них толпу. Зазвучали выстрелы, грохот которых заглушал завывающую до сих пор сирену. Люди, бежавшие первыми, закричали, но уже не от страха, а от боли. Среди всех остальных началась самая настоящая паника. Проклятых еще плотнее прижали к стене, Арсу двинули локтем в живот в образовавшейся давке, отчего он усиленно стал хватать ртом воздух.

— Ник, — лучник закашлялся, — ты ошибся насчет фантомов. Пора сваливать отсюда.

— Я знаю, — проклятый был совсем обездвижен. Вооруженные люди сквозь беснующуюся толпу заметили двух мужчин с мечом и луком, направили на них автоматы и нажали на курки. Ник успел прошептать только одно единственное слово...

Айа осторожно приоткрыла один глаз и посмотрела на своих спутников. Вокруг троицы слабо мерцала невесомая синеватая сфера, с замершими на ней потускневшими и искореженными кусочками металла.

— Мы живы? — Арс тоже открыл глаза и ощупал себя на предмет ранений, — Ник, убирай свой щит, все успокоилось.

Проклятый недоверчиво оглядел лестничный пролет и снял невесомую защиту. Пути тихо упали в вековую пыль.

— Как это возможно? Нас чуть не пристрелили. Почему все случилось не так, как в "Камешках"? — Ник подобрал пулю.

Я думаю, — лучник почесал затылок, — что эта сила была намного больше моей. Я бы не смог перенести нас всех в прошлое. Здесь поработало что-то очень мощное.

— Триплекс, — глаза Ника загорелись, — это, наверное, он.

— Или очередная аномалия, — Айа слегка остудила пыл проклятого.

— Что бы это ни было, нам надо скорее идти дальше.

— А что это вообще было? Тут перед нами убили целую топу ни в чем не повинных людей. Вас это никак не трогает? — возмутилась магиумесса.

— История мертва, это дела прошлого, нас они не касаются. А дела настоящего толкают нас вперед

— И тебе плевать, что здесь происходили такие зверства?

— Знаешь, поворачиваясь лицом к прошлому, ты отворачиваешься от своего будущего.

— Но именно прошлое привело тебя сюда, не так ли? — Арс встрял в разговор. Ник уничтожающе посмотрел на лучника и молча пошел вниз по лестнице.

Пройти, как планировали проклятые, до шестого уровня им не удалось. После третьего этажа лестница была завалена настолько, что пройти по ней не представлялось возможным. Пришлось срочно корректировать путь. Этот уровень оказался техническим, как свидетельствовала карта Алаэнна. Здесь располагались основные энергоузлы и генераторы, офисы службы поддержки и несколько пунктов безопасности. Пройти предстояло недалеко, около трех километров, минуя два КПП и три серверные комнаты. Что значит "серверные", друзья не знали, так что на всякий случай решили держать ухо востро, во избежание неожиданных эксцессов.

Прямо у входа на этаж с потолка свисало толстое переплетение внушительных кабелей и проводов. Этот тугой канат струился по полу и уходи вперед по коридору, напоминая гигантскую разноцветную змею.

— Провода. Помнишь, Ник, что там было в фильмах Маскиса: "провода — детям не игрушки. По ним бежит электричество, которое опасно для жизни". Твоя стихия.

— Здесь все давно обесточено, электричества здесь уже нет. Хотя, можно было бы попробовать что-то восстановить. Но зачем? Прошмыгнем тихонечко до следующей лестницы, только нас и видали.

— Я тоже пару этажей назад думал, что здесь все давно умерли. То-то мне казалось что-то знакомое еще на входе. Игрушки со временем. Так что на твоем месте я бы не расслаблялся.

— Посмотрим, — буркнул Ник и двинулся внутрь вслед за Арсом, несущим факел.

Путников обняла темнота третьего уровня, мягко отступая от языков открытого огня. Вслед за проклятыми по металлическому полу крались три бесшумные тени.

— Жуть, как только здесь люди работали? — Айа зябко поежилась, — у меня это место мурашки заставляет бегать по спине целыми табунами.

— Ну, когда центр работал, тут, наверное, по-приятнее находиться было. На плане и спальни, и бассейны есть. Комфорт. О, лифт!

Проклятые все вместе посмотрели на проржавевшие закрытые створки элеватора.

— А может нам удастся запустить его? Ты подашь электричество в цепь, лифт заработает, и мы спустимся сразу до нужного этажа.

— Не получится, — Ник покачал головой. Алаэнн, когда я в последний раз с ним разговаривал, тоже предположил о такой возможности. Но он сказал, что все тросы, наверняка, превратились в труху. И если лифты еще не рухнули на дно шахты, то под нами рухнут гарантировано.

— Ну Айа подержит, если загремим вниз, — Арс беспечно пожал плечами.

— Мы не можем так рисковать, к тому же не факт, что она сможет нас удержать на весу. Лифт с тремя людьми это тебе не бревно в лесу.

— Я вообще-то здесь нахожусь, если что. Одного поднять могу, максимум двоих. Всех не удержу. Разве что замедлю полет, но рисковать и вправду не стоит.

— Жаль, — только и сказал лучник, но, похоже, совсем не огорчился.

— Тебе что, нравится здесь бродить? Айа сильно удивилась, — по этим мрачным коридорам?

— А что в них такого страшного? — Арс снова задорно пожал плечами, — я все детство бродил по подземельям Магриона с самодельным факелом в руках. И шорохов всяких наслушался, и скрипов, и от стражников вслепую убегал. Так что с уверенностью могу заявить: страшна не сама темнота, а то, что в ней прячется. Например, мы сами. Путь лучше нас все боятся, чем мы будем дрожать.

Айе стало заметно спокойнее, она приободрилась, и друзья продолжили движение по техническому этажу.

Тугой пучок проводов, струившихся по полу, сворачивал в сторону за угол коридора. Друзья повторили движение кабелей и уткнулись в закрытую дверь, провода здесь снова уходили в потолок.

— Ну что встали, пошли, — лучник внимательно осмотрел дверь и дотронулся до ручки. Послышался треск, яркая вспышка ослепила глаза. Арс закричал и отлетел от двери на несколько метров.

— Арс! — Айа вытянула руки вперед, и лучник завис в воздухе. Девушка мягко опустила его на пол и подбежала. Магиум был без сознания.

— Арс, Арс, очнись! — магиумесса затрясла парня за плечи. Волосы его стояли дыбом, на левой руке красовался ожог.

— Что это было? — парень с трудом распахнул глаза.

— Удар электричеством, — Ник тоже подошел, — очень сильный. Даже странно, что ты так быстро очнулся. Полежи здесь, а я проверю, что там.

— Осторожно, вдруг тебя тоже ударит, — воскликнула Айа. Ник обернулся к ней, в его глазах сверкали яркие электрические всполохи.

— Ты думаешь, мне будет больно? — проклятый улыбнулся и направился к двери. Она разлетелась на куски от мощного удара ноги. Внутри так же царила темнота, но не абсолютная. В середине небольшой комнаты с множеством высоких металлических ящиков висел маленький светящийся шар. Он искрился точно так же, как и глаза вошедшего магиума.

— Интересно, — Ник внимательно посмотрел на необычайное явление и шагнул вперед. Маленький шар совсем по-человечески попятился назад и юркнул за экран стоящего не небольшом столе монитора. Дисплей тут же замигал разноцветными огнями, и с него на проклятого взглянул маленький большеухий щенок с грустными глазами.

— Что это такое? — сзади вошли Арс и Айа.

— А Гану его знает, разумный электрический шар.

— Какой же это шар? — девушка посмотрела на монитор, — это же щенок. Смотрите, какой милый.

Магиумесса вытянула вперед руку и двинулась к дисплею. Щенок припал на передние лапы и зарычал. Яркий шар вылетел из своего убежища и отлетел в угол.

— Айа, будь аккуратнее, этот гад меня током шандарахнул, — ноги лучника дрожали.

— Да, лучше не двигайся, это ментальная аномалия, очередная. Лучше я с ним пообщаюсь, — Ник шагнул к электрическому шару. Проклятый снял с правой руки перчатку и сунул в карман. Тандер заискрился, замигал, и из ладони магиума вылетел электрический шар. Такой же, как тот, что висел в углу комнаты, но раз в пять побольше. Проклятый мягко направил свою версию аномалии "знакомиться".

Малыш напряженно затрещал и забился еще глубже в темный угол серверной. Тандер подлетел почти вплотную и остановился, медленно вращаясь вокруг своей оси. Он низко гудел и вибрировал. О чем говорили два электрических шара, никому было непонятно, но через пять минут дисп-примера Ника вернулся к хозяину.

— Ты его понимаешь? — Арс заинтересованно посмотрел на своего друга, — что он говорит?

— Это тоже дисп, — проклятый кивнул в сторону сферы, висевшей в углу, — дисп, лишившийся своего хозяина.

— А так разве бывает? — неуверенно спросила Айа, — разве дисп не погибает вместе с магиумом?

— Обычно так и случается, — Ник утвердительно кивнул, — когда проклятый погибает, его сила выплескивается наружу и поглощается теми, кто находится рядом. Но хозяин этого, с позволения сказать, пацана, погиб очень странной смертью. Он находился здесь при взрыве хранилища. Поэтому дисп не последовал за своим магиумом.

— То есть он патрулирует базу уже восемьсот лет? — Арс округлил глаза, — почему же он не исчез, не знаю, от голода что ли?

— Здесь очень много свободного ментала, голод пацану не грозит. Вот если он покинет "Зеркальные пещеры", тогда может и исчезнуть.

— Мы возьмем его с собой? — Айа с надеждой посмотрела на Ника, — или ты хочешь оставить эту бедняжку здесь прозябать?

— Мы не можем взять его с собой, он погибнет на поверхности. Извини.

Айа грустно посмотрела на испуганный шарик и отвернулась. Арс мягко обнял девушку за плечи.

— А почему этот изверг такой маленький? Твой вон какой здоровый.

— Ты забываешь, что магиумы в то время только начали появляться. Сильных проклятых тогда еще не было. Вот поэтому и дисп достаточно слабый.

Тандер "всосался" обратно в ладонь своего хозяина, и Ник снова натянул свою перчатку. Было решено двигаться дальше и оставить маленького диспа в покое. Но этому плану опять не суждено было сбыться. Неугомонный электрический шар вылетел вслед за путниками и парил за их спинами, не решаясь подлететь слишком близко. Ник пытался прогнать маленького преследователя, но упрямый дисп не хотел возвращаться в маленькую серверную. В такой необычной компании друзья миновали еще две серверные и несколько сот метров темных коридоров, заваленных различным мусором и обрывками бесчисленных проводов. Проклятые уже начали привыкать к бессменной мрачности помещений "Зеркальных пещер", вечной темноте и тишине, прерываемой скрипами и шорохами. Через час прогулки по техническому этажу магиумы вместе с маленьким шариком оказались перед очередной лестницей. Она выглядела абсолютно так же, как и та, по которой друзья начали спускаться в научно-исследовательский центр, с разницей лишь в меньшей запущенности этой. Мусора здесь было намного меньше, видимо, при эвакуации здесь пробегало меньше работников центра. Ник сверился по карте и отметил приемлемый путь, через уровень сходившийся с их старым маршрутом.

Неожиданно, маленький дисп вылетел вперед и остановился между входом на лестничную площадку и путниками, преграждая дорогу. Малыш напряженно загудел, совершая колебательные движения взад и вперед.

— Чего это он, перестал нас бояться?

— Нет, — Ник задумчиво посмотрел на их преследователя, — по-моему, он по-прежнему боится, только теперь не нас, а за нас. Кажется, он пытается нам что-то сказать, предостеречь.

— Тогда может снова выпустишь Тандера, и узнаем, что хочет этот сопляк, — Арс все так же не переносил этого диспа, за обожженную ладонь.

— Разницы никакой, что бы там ни было, подготовиться мы врядли сможем, а искать другой путь очень трудоемко. Если эта лестница не завалена, то здесь самый короткий путь до нижних уровней. А искать другой выход так же опасно, не факт что и там нет каких-нибудь сюрпризов.

— Предупрежден — значит вооружен, — веско заметила Айа.

— Хорошо, хорошо, — Ник сдался и не стал дальше спорить с дотошной девушкой. Он снова повторил операцию со своим диспом и через пять минут повернулся к ожидавшим в сторонке друзьям.

— Как я и говорил, ничего конкретного. Этот пацан никогда туда не летал, потому что очень боялся. Как он сказал, "пахнет там плохо". Что значит пахнет в его понимании, сказать не могу, но видимо что-то связано с менталом. Кто-нибудь хочет идти искать другой путь, основываясь на сбивчивых предостережениях этого экспоната?

Последовало непродолжительное напряженное молчание, после которого мечник удовлетворенно кивнул и подытожил.

— Значит идем здесь. Арс, давай мне факел, я пойду впереди, вы идите за мной. Не забывайте оглядываться назад, если увидите или почувствуете что-нибудь необычное, сразу говорите мне, договорились?

Молодые магиумы кивнули и медленно двинулись за проклятым, уже вошедшим на лестничную площадку. Ничего необычного друзья здесь не встретили, все та же пыль, тишина и темнота, слабо разгоняемая маленьким факелом. Через несколько ступенек Ник поднял руку, призывая остановиться. Арс привычным жестом перегнулся через плечо друга, чтобы посмотреть, что же остановило их на этот раз. Но впереди препятствий не было.

— Вы слышите? — проклятый приложил указательный палец к губам, — звук.

— Да, гудение какое-то, думаешь снова временная аномалия? — лучник сморщил лоб в напряжении, пытаясь как можно четче уловить загадочный звук.

— Нет, на этот раз гудение идет вроде бы сверху, — мечник перегнулся через перила и посмотрел вверх, дыхание его на мгновение остановилось, — бегом, за мной, не останавливаться!

Арс и Айа тоже бросили взгляд наверх и без вопросов бросились за своим лидером. Сверху, поглощая все на своем пути, достаточно быстро спускалась широкая серая воронка. Она была достаточно большая, и охватывала весь лестничный пролет. Бежать обратно был не вариант, поэтому Ник кинулся вниз по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки.

Дверь на четвертый уровень оказалась заблокирована. Проклятый пожалел времени на использование своего меча как "отмычки", и, не задумываясь, кинулся дальше, спускаясь все ниже и ниже. И вот, когда он уже видел спасительный проход на пятый уровень, сзади послышался испуганный крик. Айа, из последних сил, пыталась удержать лучника, неумолимо засасываемого в серую червоточину. Бесформенные щупальца протянулись вниз и схватили парня за щиколотки. Он закричал и схватился за перила. Ник кинулся к своему другу, но в последний момент, когда рука мечника уже тянулась к Арсу, поручень высоко заскрипел и отломился, улетая вслед за лучником в бездну серой воронки.

— АРС! — Ник и Айа крикнули это хором, не уверенные, что молодой магиум сможет их услышать.

— Пошли, мы должны убраться отсюда, — проклятый схватил девушку за локоть и потащил вниз, к входу на пятый уровень. Но ошарашенная магиумесса вырвала руку из хватки Ника, и бросилась обратно.

— Мы должны ему помочь, вдруг он еще жив, — Айа побежала вверх по лестнице, ун Датор последовал за ней, но было уже поздно. Серая червоточина спустилась достаточно низко, чтобы не ожидающая такой прыткости от странной аномалии, девушка, потеряла равновесие и последовала за своим другом.

— Нет, Айа, — Ник соображал ровно одно мгновение и прыгнул вслед за своими спутниками. Внутри его ждала только темнота...

18

Некс подошел к мрачному провалу дверного проема и осторожно высунул голову.

— Тихо, как на кладбище, красотища. Надо нашей братии посоветовать это местечко. Ментала выше рогов, никого нет, тихо, спокойно. Чем не рай для порождений Великого Хаоса. Как считаешь?

— Да, хозяин. Я, конечно, не знаток в предпочтениях демонов, но местечко и вправду неплохое, хотя я бы здесь не поселился, нет людей.

— А вам всем необходимо общество, смертный. Вы — стадные животные. Человек, попавший в изоляцию, сразу дичает, утрачивает большинство навыков и принципов, если не кончает жизнь самоубийством. Жалкое зрелище.

— А демонам такое не требуется?

— Ты осмелел, смертный. Это хорошо. Нет. Как правило, дети Хаоса презирают друг друга или относятся крайне холодно и сухо. Просидеть в бездне пару сотен лет — для нас это вполне нормально. Мы лишены таких жалких стадных недостатков.

— Как же вы тогда размножаетесь? — губы Некса тронула улыбка.

— Ты что, смеешься надо мной, червяк? — голову тронул ощутимый укол боли, — не зарывайся, а то я заставлю тебя страдать. Демоны не размножаются, они рождаются из Хаоса и уходят в Хаос. И мы не появляемся беспомощными кусками мяса, не способными жить без чужой помощи, как вы, бездна наделяет нас мощью.

— Тогда какой смысл вашего существования? В нашем мире цель любого живого существа — дать потомство, размножиться. Если человек не имеет детей, то он прожил жизнь зря, даже если оставил после себя тонну бесценных трудов. Его гениальность будет захоронена с ним в могиле.

— А ты не такой тупоголовый, как я о тебе думал, раз тебя интересуют такие вещи. Цель демона — контроль. Ты считаешь, что ваш жалкий мир — единственный, уникальный? Если бы не демоны, ваши земли никогда бы не появились. А если и появились бы, то сразу и погибли. Контроль за равновесием между мирами — вот смысл нашей жизни. Но я не рассчитываю, что ты поймешь такие высокие материи.

— Я понимаю.

Некс ступил на лестницу и медленно начал спускаться вниз к четвертому уровню. Демон, как правило, предупреждал молодого алхимика о всех ментальных аномалиях и даже о ямах и выбоинах, но как говорит народная мудрость: "На Гану надейся, а сам не плошай". Демон ведь тоже не всесилен. Как бы он не кичился тем, что сможет вывести его к триплексу по самому короткому пути, до сих пор необычной парочке приходилось идти только по следу. Ник, как и предполагал его младший брат, нашел способ не соваться в пасть к акролу без подготовки, и шел самым оптимальным маршрутом. Хотя даже Нексу было интересно, как это у старшего ун Датора получается.

— Стой, — демон слабо уколол алхимика болью, — погоди.

— Что случилось? — Некс заозирался по сторонам в поисках неожиданной угрозы.

— Ну и труслив же ты, смертный, — демон хихикнул, — здесь след обрывается, дальше они не ушли. Ну что, будешь поминать своего братца.

Сердце пропустило удар, а земля словно ушла из-под ног. Дыхание перехватила неведомая сила, сжавшая легкие в тугой комок боли. Ник мертв, разве не этого младший ун Датор так долго добивался, разве не для этого насылал на него всяческих тварей, порождений хаоса. Так почему же, когда его мечта исполнилась, вокруг стало так пусто и одиноко? Разве Некс до сих пор любит своего брата, что бы ни случилось? Нет, это чепуха. Просто исчезла цель, исчез смысл этого соревнования. Зачем теперь торопиться, если он все равно придет к финишу первым и получит амулет? Да и для чего ему теперь амулет, если Некс не сможет вернуться в город Гану и покарать Ника за его глупость и непонимание истинных целей младшего брата? Ун Датор стоял и смотрел в одну точку, и никак не мог понять, почему же эта долгожданная новость так больно ударила его прямо в лицо.

— Ты чего, смертный? Загрустил от потери кровного родственника? Какие же вы все-таки слабые, людишки. Он же был твоим врагом, твоим противником. Так что не смей опускать руки сейчас, жалкий червяк. Мы дойдем до триплекса, а дальше можешь убиваться, сколько твоей душе угодно.

— Да, хозяин, — лицо Некса стало абсолютно безразличным, и он медленно двинулся вниз по лестнице.

— Давай бегом! Живо, шевели своими конечностями! — демон впервые заверещал так, словно за ним гнались все твари бездны вместе с его лордом во главе. Некс поначалу растерялся, не видя угрозы, но только когда посмотрел вверх, осознал, что время для побега упущено. С верхних этажей прямо на него, скользя сквозь пыльные ступеньки лестницы, надвигалась большая серая воронка. В последний момент алхимик опомнился, но было уже поздно, беспощадная червоточина оказалась слишком сильна для парня. Ноги сами собой оторвались от твердой поверхности и в мгновение ока оказались поглощены неведомой аномалией.


* * *

Глаза распахнулись сами собой, словно кто-то вытолкнул из уютного мрака забытья. Голова страшно болела. Вокруг царила тьма.

— Хозяин, хозяин, — Некс позвал демона в голос, хотя мог бы просто послать мысленный зов своему внутреннему попутчику. Но ответа не последовало. Странно, в критических ситуациях дитя Хаоса всегда оставался на связи, старался спасти тело молодого алхимика, потому что от этого непосредственно зависел успех его мероприятия.

"И куда запропастился этот демон, когда он так нужен."

Неожиданно Некс вспомнил события последних секунд и рывком сел. Странная серая червоточина, тьма, полет. Где он, черт возьми. Вокруг небывалая непроглядная темнота. Ун Датору было непривычно видеть ее, так как он уже привык к помощи порождения Хаоса, к его ночному видению, многообразию передаваемых ощущений. Алхимик чертыхнулся еще раз и на ощупь стал искать в своей маленькой сумке подходящее зелье, все-таки не зря он проштудировал столько фолиантов по приготовлению снадобий. Нужный пузырек нашелся почти сразу, всегда холодный и очень гладкий, из самого лучшего стекла, не портящего свойств жидкости. Пробка шумно выскочила, и ледяное зелье хлынуло в открытый рот Некса. Он с трудом подавил рвотный позыв и на мгновение закрыл глаза. В следующую секунду в его голове произошел маленький взрыв, но он принес с собой облегчение. Глаза теперь видели все в черно-белом свете, но главное, видели.

Комната, в которой он оказался, была совсем крошечной, буквально три на три метра. На противоположной стене чернела закрытая дверь. Назначение помещения оставалось загадкой, ни мебели, ни надписей на стенах, ни какого-нибудь опознавательного знака. Чёрти что творится. Некс еще раз позвал демона, но в очередной раз не получив ответа, решил выбираться самостоятельно, все-таки он был не совсем беспомощен.

Дверь, как ни странно, легко поддалась и открылась от одного легкого толчка. За ней находился длинный коридор без всяких ответвлений, узкий и прямой как стрела. Кто-то затеял с молодым алхимиком очень странную игру, но он за это еще поплатится. Та серая воронка скорее всего была пространственной аномалией, своеобразным телепортом. Но если это так, то Ника и его команду перебросило сюда же, нужно смотреть в оба. Тогда они уже, наверное, забрали триплекс и находятся на пути к выходу. Этого нельзя допустить. Может без помощи демона он и не сможет им помешать, но попробовать все-таки стоит. Вот же глупый рогатый уродец, все кичился своей безграничной мощью, а когда попал в реальную передрягу, сразу ушел на дно. Так, ладно, хватит рассуждать, пора двигаться.

Коридор был пройден за десять минут. Удивительно, как они отгрохали такие большие хоромы. И интересно, куда эта червоточина забросила его, если очень глубоко, тогда вероятность выбраться сводилась практически к нулю. На секунду Некс утратил хладнокровие и готов был закричать от страха, но быстро подавил малодушный приступ и взял себя в руки. "Спокойно, они нашли выход, и я тоже найду, зато я ничего теперь не должен этому рогатому выродку." В конце коридора обнаружилась еще одна незапертая дверь, легко скрипнувшая на петлях. Некс медленно проник в следующую комнату и...

— Мамочка, — младший ун Датор резко отпрянул от препятствия, стоявшего прямо на дороге и получше рассмотрел его. Ничего себе. Увиденное молодым алхимиком больше походило на какое-то шоу уродов. В несколько рядов здесь стояли стеклянные цилиндры, доверху наполненные какой-то вязкой плохопахнущей жидкостью, в которой плавали... даже трудно это как-то описать. Наверное, когда-то они были людьми, самыми обыкновенными, но сейчас походили на безобразных монстров, с гипертрофированными частями тела, с лишними руками или ногами, хвостами, крыльями и совсем непонятными отростками. Приглядевшись, Некс рассмотрел подписи под каждой колбой.

"Воздействие ментала, мощность двестипятьдесят менталорумов, время дальнейшей жизнедеятельности — двадцать четыре часа." О, Господи. Да тут опыты над людьми ставились. Не Нексу было, конечно, рассуждать о людской жестокости, но увиденное просто выворачивало на изнанку. В колбе, стоявшей над этой надписью плавало сухонькое сморщенное существо, походившее на переросшего краба, с огромными клешнями и глазами, вывалившимися из орбит и висевшими на нервных волокнах и остатках мышц. Отвратительное зрелище.

На следующей колбе висело предупреждение: "Внимание, воздействие ментала на неподготовленное тело, не обладающее сродством к нему, может быть крайне опасно. Если вы стали замечать, что ваше сродство стало уменьшаться, срочно обратитесь в медицинский отсек, пятнадцатый уровень, сектор шесть." О Гану, а и вправду. А ведь у Некса тело неподготовлено к ментальному воздействию. Даром, что он родился в городе Гану, но ведь с самого детства он не обладал даже толикой способностей уважающего себя магиума. Но на родине на каждом шагу стояли башни молчания. В последствии, можно допустить, что от вредного воздействия молодого алхимика защищал демон. Но сейчас потеря такого соседства может стоит ему жизни. Нужно все срочно разузнать.

"Воздействие ментала, 1 кменталорум, время дальнейшей жизнедеятельности — двадцать минут". Вот какими были первые магиумы прошлого, жестокими и беспринципными. Ученые получили новую игрушку для своих безумных забав и поторопились испробовать ее на всем, что подвернулось под руку. Кем были эти странные бедняги? Заключенными убийцами, насильниками или простыми гражданами ближайших городов? Не понятно, да и не очень хочется, честно говоря, это выяснять. Некс зажал нос рукавом своего красного плаща и поспешил к выходу из комнаты. Дверь снова оказалась не заперта, словно кто-то вел его через это ужасное место. Найти бы да и придушить мерзавца.

В следующей комнате Некс оказался через две минуты блуждания по каким-то подсобным помещениям, заваленных металлическими предметами явно медицинского назначения. Когда ун Датор оказался внутри, то рвотный позыв сдержать не удалось, и парень опорожнил свой желудок. Дети! Новорожденные дети, как и взрослые в прошлом зале, заспиртованные в этих чертовых колбах, тоже с уродствами, лишними конечностями. Да что же это такое. "Время облучение матери — пять месяцев, живорождение, время жизнедеятельности — два месяца". Ну и уроды здесь работали.

Вдруг послышался странный шорох, перепуганный до чертиков Некс с размаху развернулся и обмер. В другом конце комнаты, прикрывая одной рукой разрезанное горло, стоял маленький мальчик, он был живой и внимательно смотрел на него.

— Кто ты, чего тебе нужно? — ун Датор спешно соображал, откуда у него может быть галлюцинация, не воздействие ли это ментала на неподготовленное тело. Или это не привиделось алхимику, и мальчик действительно стоит здесь. Значит, в центре все-таки кто-то живет. Может и трупы тогда совсем недавние. Мальчик ничего не ответил и мягко зашагал вперед, приближаясь к Нексу. Парень попытался отступить назад, но уперся в металлическую холодную стену.

— Дядя, за что ты убил меня? — мальчик говорил беззвучно, почти шепотом, но ун Датор все равно хорошо услышал его, словно голос прозвучал у него в голове.

— Что, кто ты такой, что ты от меня хочешь? — началась самая настоящая паника.

— Дядя, за что ты убил меня и мою маму? — мальчик подошел совсем близко и смотрел теперь снизу вверх, в его глазах плескались слезы. Некс пригляделся и увидел, что из горла малыша до сих пор льется кровь.

— Б... Балин? Э-э-это ты, как ты здесь оказался? — ун Датор пытался вместить в свою голову мысль, что он и вправду видит своего племянника, — что ты здесь делаешь?

— Дядя, за что ты убил меня и мою маму? — ребенок схватился окровавленной рукой за полу красного плаща и потянул вниз, заставляя парня присесть на корточки, Некс повиновался. — Ты убил меня и мою маму, а папа теперь ищет способ, как исправить все то, что ты натворил, но я знаю, что это невозможно. И мы с мамой будем еще очень долго ждать отца там, — ребенок показал вверх, — во дворце Гану. А вот у тебя история не такая длинная.

— Нет, нет, я не хочу знать о своем будущем, — Некс закричал на мальчика и замахал руками, — уходи, я не хочу тебя видеть.

— Поздно сожалеть о содеянном, дядя Некс. Папа ведь тебе так доверял, а ты предал его и вашего наставника, зачем ты это сделал. Ты думаешь, что тварь, которая сидит у тебя в голове, поможет тебе защититься от папы? Я бы не был столь уверен в этом, — ребенок захихикал. — Ты умрешь, дядя Некс, но не сейчас, и не здесь, а намного позже, но умрешь в муках раскаяния, в этом можешь не сомневаться.

— Балин, ты куда убежал, возвращайся, — женский голос потряс ун Датора, словно молния с ясного неба, — где ты?

— Я здесь, мамочка, уже иду, — ребенок в последний раз посмотрел на Некса и убежал за стойку с колбой, оттуда он вышел за руку с высокой красивой женщиной.

— Мелисса? — молодой алхимик хотел закричать, но из горла вырвался только стон, — Мелисса, я не хотел, я не хотел, слышишь?

Девушка ничего ему не ответила, только посмотрела укоризненно своими глубокими, как омуты, глазами и скрылась в темноте помещения.

Некс еще две минуты вглядывался в то место, где только что стояли две его жертвы, жена и сын его брата Балин и Мелисса ун Датор, а потом просто заплакал. Слезы текли из его глаз неостановимым ручьем, охватывая сердце тупой ноющей болью. Он убил их, убил без страха и сожаления, и они презирают его, его трусость и низость. Алхимик до боли потер глаза и встал. Призраки прошлого никогда не мучили Некса, никогда не являлись во снах или видениях, циничность не позволяла испытывать угрызений совести. Что же тогда случилось? Кто же этот неизвестный игрок, заставляющий его страдать от собственных поступков?

Парень встал и отряхнулся, на подоле красного плаща виднелись маленькие потемневшие капельки крови. Все-таки это была галлюцинация. Это не может быть реальностью, Балин и Мелисса давно мертвы. Надо взять себя в руки и постараться выбраться из этой лаборатории ужаса. Некс уверенным шагом проследовал к следующей двери, стараясь не глядеть на изуродованные трупы новорожденных детей.

"Время жизнедеятельности — одна неделя, Время жизнедеятельности — двенадцать дней, Время жизнедеятельности — сорок восемь часов". А сколько времени он сам дал пожить ни в чем не повинному ребенку. Намного ли он лучше этих извергов, пытавших детей, только покинувших лоно своей матери. Он тоже изверг? Моральный урод? Или просто человек, идущий на все ради поставленной цели, даже если эта цель не оправдывает средства в чужих глазах. Смеет ли он желать смерти людям, устраивавшим опыты над живыми людьми? Кто знает?

Комната с капсулами осталась позади. Впереди лежал очередной коридор, но на этот раз с большим количеством ответвлений и дверей, где совсем старых и практически уничтоженных безжалостным временем, где неплохо сохранившихся. Но что-то манило Некса не останавливаться, двигаться вперед, не заходя и не исследуя возможные пути побега из "Зеркальных пещер". Теперь появилось явное ощущение, что цель рядом. Такие лаборатории, как эта, не могли находится близко к поверхности. Ее наверняка пытались спрятать от посторонних глаз как можно глубже. Значит он на дне комплекса, что в свою очередь приводит к выводу о близости триплекса. Где-то здесь.

Некс буквально влетел в следующее помещение, которое, к его удивлению не было заставлено вездесущими колбами с жертвами экспериментов. Здесь ничего не было, то есть совсем ничего. Так же пусто, как и в том помещении, где он пришел в себя.

— Ну наконец-то, а я думал, что что-то случилось, где тебя черти носят?

— Хозяин? Это вы? — Некс удивленно поднял брови.

— А кто же, тупоголовая твоя башка? Меня словно вырубило этой проклятой червоточиной, я понимал, что ты куда-то движешься, с кем-то разговариваешь, испытываешь эмоции, но вот поучаствовать не мог. Словно кто-то лишил меня зрения и слуха, оставив только осязание. Так что было-то?

Некс прокрутил в голове события последнего получаса и решил не давать лишнего повода для веселья от человеческой слабости.

— Прошлое.

— В смысле, прошлое, ты, как слезливая девчонка, вспоминал о временах, когда тебе подгузники меняли и говорил сам с собой?

— Если хочешь, считай так, мне все равно, — ун Датор не обратил внимания на укол боли и осмотрел помещение, — теперь ты все видишь?

— Да, это невероятно. Та серая штуковина закинула нас практически к цели. Триплекс тут в километре от нас, поторопись.

— А моего брата и его сопляков ты не чувствуешь? Их, скорее всего, тоже засосала эта воронка, может они уже взяли амулет и сваливают?

— Нет, амулет на месте, и он вытесняет все другие ментальные возмущения, перебивает их. Так что даже если бы они были у нас под носом, я бы их не почувствовал. А то, что твой братец может быть рядом, совсем не обязательно. Пространственные аномалии известны своей нестабильностью, это каждый демон знает. Так что их могло закинуть прямо к триплексу и на луну с одинаковой вероятностью.

— Тогда чего мы стоим, цель у нас под носом. Вперед, — Некс сказал это больше для себя, чтобы взбодриться. Внезапное возвращение демона скорее обрадовало молодого алхимика. Теперь он снова не один, и этот ужас никогда не вернется, потому что дитя Хаоса всегда сможет найти всему логичное объяснение, даже если оно будет порочить имя всего человечества и рода ун Даторов в частности. Почему Некс не рассказал демону о произошедшем? Кто знает? Может он не хотел услышать очередную порцию насмешек о слабости человеческого духа и величии демонского, может не хотел распространяться насчет своего темного прошлого и источника силы для вызова порождения хаоса, может просто не хотел показаться сумасшедшим перед единственным существом, не считающим его преступником и детоубийцей, демону было просто плевать.

Дверь, на этот раз, открылась с ощутимым сопротивлением. Но что может остановить человека, а тем более демона в двух шагах от мечты? Петли сопротивлялись не очень долго. Ун Датор вышел в очередной коридор и осмотрел его обновленным зрением хозяина, щедро даруемым ему для успешного выполнения миссии. Тишина и пустота, как демон правильно заметил, "как на кладбище". Это переплетение комнат и коридоров было еще запутаннее, но на этот раз запах амулета не мог ввести в заблуждение никого, он здесь, и он ждет.

Некс уже просто бежал, он не обращал внимания на приказы демона об осторожности, о том, что стоит смотреть под ноги. Балин и Мелисса умерли, чтобы алхимик мог испытать то, что испытывает сейчас и вот-вот испытает. Огромная власть, несокрушимое могущество, непобедимая сила. Все это заключено в триплексе и через несколько мгновений станет его собственностью.

Триста метров.

Откуда он впервые узнал о триплексе? Глупый вопрос. Разумеется оттуда же, откуда и его братец, из дневника первого магиума, Ксарра ун Крауна. В то время еще мастер Полок, их наставник, не разглядел в Нексе того, кем он на самом деле был, не видел темной души в светлом теле. А мрак потихоньку туда забирался. Именно благодаря обширной библиотеке старого стражника младший ун Датор нашел чем заместить отсутствие ментальных возможностей, полную немощность в этом мире — алхимией. Зелья и снадобья, эликсиры и яды, все это было крайне интересно и захватывающе. Хороший варщик лекарств всегда требовался на полях сражений, ведь даже самый лучший магиум не всегда справится там, где нужна деликатность лекарства. И Некс решил посвятить себя созданию зелий, решил стать настоящим мастером в этом деле. Он копил деньги, что с трудом зарабатывал разными шабашками, и тратил их либо на новые книги, либо на редкие ингредиенты, которые не мог собрать сам.

Но вот однажды на его глаза попался редкий том. "Дневник Первого Магиума." Там рассказывалось о загадочном амулете, созданным Ксарром и обладающим огромным могуществом. Именно тогда в душе Некса зародилось желание получить его. И ун Датор стал искать возможности осуществления своего плана. А тот, кто ищет, всегда находит. В одной из странных книжек, купленных у странствующего магиума, Некс обнаружил рецепт приготовления зелья, вызывающего потусторонние силы, долженствующие служить призвавшему. Но для него требовалась страшная плата — кровь кровного родственника, странно что составители допустили такую тавтологию. А из родных у молодого алхимика был только брат, наверняка отказавший бы ему в донорстве крови для призвания хаоса, и маленький племянник, Балин. Дальнейшее не требует объяснений.

И такой длинный и сложный план осуществился. Все удалось, конечно, немного не так, как задумывалось. Порождение Хаоса отказалось повиноваться, но не отказалось от власти, даруемой амулетом. Ритуал вызова был осуществлен прямо перед детской кроваткой. Мелиссу пришлось убить как лишнего свидетеля. Демон согласился на сделку. Но Ник, который пришел с дежурства слишком рано, немного подпортил такую гладкую схему. Некса изгнали из города Гану и лишили любой связи с менталом, которой он и так практически не имел. Но во всем остальном идея удалась, что доказывалось близостью желанного артефакта.

Некс подбежал к двери, за которой практически кожей он чувствовал пульсацию силы. Демон тоже был в предвкушении. Щелчок замка, мягкий скрип и...

Тень, возникшая сзади, грубо толкнула алхимика внутрь помещения. Некс ввалился в лабораторию первого магиума, как мешок с картошкой и упал на пол. Демон заверещал об идиотизме человека, забывшего об осторожности. Младший ун Датор мгновенно перекатился на спину, чтобы посмотреть на своего обидчика, и увидел... Ника.

19

Тишина заполонила собой барабанные перепонки и не желала уходить. Темнота прекрасно дополняла суровую картину действительности. Айа слабо пошевелила ногами, проверяя, есть ли они вообще, или она уже во дворце Гану. Но на покои бога проклятых окружающая обстановка походила мало: облезлые серые стены, грязный потолок, огромные сугробы пыли и мусора.

— Ребята! — голос немного охрип и дрожал, — Ник, Арс? Где вы?

Айа приподняла голову, чтобы лучше оглядеть комнату, в которую она попала. Здесь почему-то не было той кромешной темноты, преследовавшей путников по всему исследовательскому центру. То есть здесь, конечно, не было светло, как днем, но контуры стен и потолка проглядывали сквозь мутную пелену мрака.

— Анима, — девушка прошептала слова призыва, и из воздуха прямо перед ней вынырнул маленький саблезубый щенок. Он недоверчиво оглядел обстановку голой комнаты и натолкнулся на нежный взгляд своей хозяйки. Заставлять Мисси не нужно было: беззаботное животное бросилось в объятия Айи и счастливо затрясло коротеньким хвостиком.

— Ну что, дружок, придется нам с тобой искать выход в одиночестве, а заодно и спасать этих самовлюбленных мужчин, — Айа, почему-то была уверена, что если она сама цела, то и с ее друзьями все в порядке, и они где-то рядом. Девушка уверенно встала и подошла к двери, из-за которой в комнату и проникал слабый свет. Дверь была незаперта и легко поддалась на неловкую попытку ее открыть. За ней оказалась комната размерами побольше, воздух которой мягко плавал в густом сумраке. Источников света здесь видно не было, хотя относительно предыдущей комнаты, здесь было видно все намного лучше. Мисси храбро выпрыгнул вперед и кинулся на разведку, тщательно обнюхивая каждый сантиметр своего пути. Но кроме пыли и грязи ничего обнаружить смелому щенку не удалось.

Пройдя несколько метров вперед, Айа резко остановилась, так как Мисси от души тяпнул хозяйку за лодыжку и потащил назад. Девушка посмотрела на своего любимца и замерла. Впереди, буквально в двух шагах от них лежал провал. Глубину его оценить было трудно — дно терялось в непроглядной тьме. Собака спасла жизнь своей хозяйке. До противоположного берега расщелины было не меньше двадцати метров, так что про то, чтобы перепрыгнуть, можно было и не думать.

— Ну и что мы будем делать? Надо идти вперед, — Айа ласково потрепала Мисси за загривок и потянулась к своему маленькому рюкзачку. Оттуда она выудила небольшой самодельный факел и запалила его. Яркие языки рыжего пламени резко ударили по глазам и заставили зажмуриться. Магиумесса потратила пару минут, чтобы привыкнуть к новому освещению, а затем внимательно изучила то, что предстало перед ней.

Яма простиралась от одной стены до другой, имея очень ровные края, словно специально вырезанные прямо посреди комнаты. Айа подошла к самому обрыву и резко отстранилась. Над темным провалом, рассекая воздух четкими гранями, летали какие-то предметы. Их гладкие ребра то тут, то там отражали тусклый свет маленького факела, и тут же терялись за спинами других.

— Мисси, помоги рассмотреть, — Айа подозвала своего любимца, присела перед ним на корточки и положила свою руку на пушистую голову. Мир вокруг преобразился, теряя цветность до черно-белых оттенков, одновременно набирая резкость и контрастность. Непроглядная тьма отступила до дальних стен и полностью сбежала в глубину необычного пролома. Странные предметы, парившие туда-сюда над бездной провала, обрели резкие очертания разнообразных геометрических фигур. Они кружились друг рядом с другом, то поднимаясь к самому потолку, то резко падая вниз и замирая над самой пропастью. Другие медленно ползли от одной стены до другой, неторопливо поворачиваясь вокруг своей оси.

Айа еще раз пожалела, что ее друзей нет рядом. Они всегда могли что-нибудь придумать в самой необычной ситуации.

— Ну что, Мисси, геометрическая загадка с летающими предметами, прямо по моей части, как считаешь, — щенок только задорно гавкнул в ответ и уселся на грязный пол. Девушка развела руки в стороны привычным движением и про себя обратилась к своему примера. Нарез на ладони мягко засветился, медленно охватывая всю руку до локтя. Айа открыла глаза и указала пальцем на одну из летающих фигур, похожую на длинный плоский кирпич. Он послушно оторвался от своих братьев и подлетел к магиумессе, слабо подрагивая в тусклом свете факела. Девушка, довольная полученным результатом, опустила руки и сделала шаг навстречу загадочной штуке, но тут же пожалела об этом, так фигура, почувствовав ослабление ментального воздействия тут же оттолкнулась от пола и улетела к своим сородичам.

— Они что, живые? — Айа недоуменно посмотрела на своего маленького пса, тот ответил ей лишь бодрым "гав". Проклятая решила попробовать еще раз, но уже не теряя усиленного контроля над своей целью. Небольшая фигура послушно приземлилась рядом с ногами девушки и начала мелко вибрировать, словно не желая находится во власти человека. Айа осторожно наступила на "кирпич", придавливая его своим небольшим весом, и еле слышно щелкнула пальцами, заставляя фигуру снова подняться над землей на несколько сантиметров. На лбу выступили предательские морщинки напряжения, в свете факела заблестели капельки пота. Трудно было не столько поднимать собственный вес на этой площадке, сколько преодолеть сопротивление маленькой летающей вредины. Магиумесса сжала руки в кулаках и продолжила движение, медленно подлетая к краю обрыва.

В теории перелететь через пропасть на одной из парящих фигур казалось намного проще, чем сделать это на практике. Парящий "кирпич" в любое мгновение был готов вырваться на свободу и опрокинуть Айю в пропасть неизвестной глубины. К тому же его собратья и не собирались уступать дорогу нарушительнице их спокойствия, и все так же беззаботно кружились над черной бездной. К тому же Мисси, увидев, что хозяйка собралась улететь без него, ловко вспрыгнул на движущуюся панель и прижался к ногам девушки.

Попробовав несколько раз на импровизированном летательном средстве проскользнуть через заслон летающих фигур, Айа опустилась обратно на твердый пол и отпустила "кирпич". Она села на колени и перевела дух, Мисси присел рядом.

— А все не так просто, может у тебя идеи какие-нибудь есть? — щенок лишь завилял хвостом, радуясь каждой капельке внимания своей хозяйки. Идей у него, очевидно, не было. Айа внимательно вгляделась в серые фигуры, все так же патрулировавшие воздушное пространство, и попыталась как-то систематизировать хаотичность их полета. Оказалось, что самые быстрые блоки летали ближе к центру комнаты и почти не появлялись у потолка и стен. А медленные, которые так лениво скользили вдоль каждой из стен, двигались вверх и вниз по диагонали.

Обрадованная новой догадкой, Айа резво встала и снова притянула к себе свой ковер-самолет. Он уже, кажется, не так сильно злился и вибрировал, как в предыдущие разы. Девушка резво взобралась на него, позвала Мисси, и двинулась на нем в сторону ближайшей стены. Здесь повторяли один и тот же маршрут три большие летающие фигуры: первая напоминала объемную пятиконечную звезду, вторая была идеальной сферой, а третья вообще не поддавалась никаким описаниям, непрерывно изменяя свою форму. Айа понаблюдала характер их движения буквально тридцать секунд и смело повела свой "кирпич" вперед. Долетев, до середины провала, пришлось ненадолго остановиться и пропустить хаотическое нечто, неожиданно увеличившее свою скорость вперед. Щенок, возмущенный таким поведением летающей фигуры и прямой опасности для своей хозяйки, громко залаял. Изменяющийся блок, резко остановившись, "оглянулся" на источник шума и в мгновение ока оказался рядом с Мисси. Его формы стали пузыриться, переливаться из одной фигуры в другую, пока перед собакой не появилась точная копия ее самой, только серой и монолитной. Каменный пес легонько зарычал и поджал хвост. Мисси видимо разозлило такое хамское подражание его знатной породе, и он гавкнул еще сильнее. Как ни странно, такая мера подействовала, и странный собакоподобный блок отлетел в сторону, открывая дорогу к противоположному берегу.

Уже по ту сторону пролома Айа спрыгнула с "кирпича" и оглянулась, прямоугольная фигура немного покружила на месте и отправилась играть в свои салки с другими жителями этого странного подземелья.

Следующая комната загадочного лабиринта поразила девушку до глубины души, одновременно давая надежду на благоприятный исход всей кампании. Это была карта. То есть не совсем карта, в обычном ее понимании. Длинный прямоугольный зал уходил на пять метров в глубину и окаймлялся достаточно широким и удобным балконом, на который выходила дверь из комнаты с летающими предметами. А на полу, словно вырезанная из скалы и приводимая в движение невидимыми механизмами, была миниатюрная карта этого этажа. Она состояла из четырех больших частей, подсвеченных разноцветными огоньками. Одну из них Айа узнала сразу, это ее маршрут. Вот небольшая стартовая комната, вот зал с обрывом и летающими кирпичами. Они и на карте парили над полом небольшими разноцветными камешками. Дальше по маршруту следовало несколько разветвляющихся коридоров и комнат, переходов и лазов, что в конечном итоге приводило к одному длинному и широкому помещению, из которого в свою очередь была дверь в часть, подсвеченную золотым. Карта определила цвет Айи как красный.

Вот параллельные маршруты заняли внимание девушки посильнее. Соседняя белая часть сплошь состояла из каких-то мигающих вспышек, молний, и переливающихся шаров. Что-то конкретное разглядеть на этой части гигантской карты было трудно, так как всполохи слепили глаза и изменяли форму.

— Это часть Ника, — справедливо рассудила девушка, — молнии и вспышки его равнодушным не оставят.

Третья часть, окрашенная в черный цвет, вызвала наибольший интерес, так как не совсем понятно было, для кого она существует. В подземелье попали только трое магиумов, и исходя из жизненного опыта, для Арса была приготовлена последняя часть, подсвеченная зеленым, которая очень скоро должна была пересечься с маршрутом девушки. Во всем мире магиумов, черный цвет всегда ассоциировался с Хаосом. Неужели этот Некс тоже смог добраться до нижнего яруса. Да еще так быстро. Какова вероятность, что странная серая червоточина тоже перебросит младшего ун Датора вслед за путниками.

Ободренная скорой встречей с Арсом, девушка оставила зал с картой и влилась в извилистые переплетения коридоров и комнат. В них Айа немного поплутала, все они были одинаково темными, старыми и облезлыми. Магиумесса оперлась на одну дверь, решив немного передохнуть, когда та неожиданно открылась, и девушка упала прямо в руки молодого проклятого.

— Арс, слава Гану, с тобой все в порядке. Я так переживала за вас. Ты не поверишь, что я нашла.

— Айа? — магиум казался немного ошарашенным, — Откуда ты здесь?

— Не знаю, та серая червоточина, по видимому, была телепортом, который перенес нас всех на этот этаж. Я только что была в одной комнате, там на полу кто-то создал карту или что-то похожее.

— Погоди-погоди, какую карту? — Арс никак не мог отойти от шока, — Ты Ника не видела?

— Нет, наши пути пересекутся позже, нам с тобой нужно пройти еще несколько коридоров, если доверять той схеме, а ты что видел?

— Я? — лучник почесал затылок, — да ничего особенного. Я очнулся в маленькой комнате, лежа прямо на воздухе на высоте пол метра над полом. Там время накрепко встало, даже гравитация перестала действовать. Ну кое-как мне удалось выбраться оттуда. И вот, я уже около двух часов блуждая по этим треклятым коридорам и комнатам. Даже почувствовать ничего не удается.

— Мне тоже. Здесь что-то блокирует внутреннее зрение. И знаешь, что я еще узнала. На той карте был отмечен маршрут, который не подходит ни для кого из нас, я думаю, это для...

— Некса, — Арс выдохнул имя их преследователя, — он добрался до сюда? Нужно поторопиться. Далеко нам еще идти по этой карте?

— Не очень, за час, наверное выйдем, если не заплутаем. Пошли.

Арс и Айа бодрым шагом двинулись в путь по бесконечному лабиринту загадочного уровня, Мисси немного трусливо жался к ногам своей хозяйки. Девушка слегка хмурилась. Все это слишком большое совпадение. Каким образом кому-то удалось предвидеть появление проклятых рядом с триплексом. И не просто предвидеть, а еще хорошо подготовиться к нему, оставив, можно сказать, тематические ловушки для каждого. Встреча с Арсом лишь подтверждает тот факт, что каждый из друзей идет только по своему маршруту. Вот только встает вопрос, почему их с лучником объединили? Пути Ника и Некса тянутся отдельно и сходятся только в самом конце.

— Айа, — после получасового блуждания Арс усомнился в путеводных способностях своей спутницы, — а ты уверена, что нам в эту сторону? Смотри-ка, здесь дверь открыта.

— Арс, — девушка попыталась схватить за руку лучника, но опоздала, тот уже вошел в комнату. Айа поторопилась за ним и со всего размаху врезалась в его спину. Магиум пошатнулся, но остался стоять на ногах.

— Что ты здесь нашел? — только и пробубнила девушка, потирая ушибленную голову.

— Смотри, — лучник посторонился и открыл удивительную картину. Проклятые стояли посреди ночной пустыни, хотя открытая дверь позади них никуда не исчезла, и спокойно чернела на большом плоском камне. Вокруг был густой сумрак ранней ночи, на небе уже горели многочисленные огни звезд.

— Где это мы? — Айа от удивления открыла рот, — это опять какая-то оптическая иллюзия?

— Не оптическая, — Арс со знанием дела поднял палец, — временная. Смотри.

Лучник указал пальцем куда-то вдаль, магиумесса прищурилась, стараясь разглядеть, что же так заинтересовало ее спутника. Впереди, буквально в сотне метров от проклятых, ступая очень тихо крались два человека. Путь их лежал мимо магиумов, но с такого расстояния лучника и проклятую было трудно не заметить, так что спокойствие неизвестных можно было интерпретировать только так, как это сделал Арс: их просто не видят.

Неизвестная пара удивила друзей, потому что среди них был один совсем маленький ребенок, возможно даже грудной, которого одна из фигур несла на руках. Лучник слегка подтолкнул свою спутницу, и они, ни от кого не прячась, пошли за ночными бродягами. Вскоре удалось их догнать, так как шли неизвестные медленно, словно от кого-то скрываясь. Ребенок неожиданно громко заплакал, и фигура, державшая его на руках, стала шепотом успокаивать младенца. Арс и Айа непонимающе переглянулись и продолжили движение.

Через пятнадцать минут ночной прогулки фигуры остановились, и теперь можно было хорошенько их рассмотреть. Первый был высоким мужчиной с большим черным луком. Его светлая шевелюра была растрепана, но взгляд оглядывал окрестности очень цепко и внимательно. Спутник мужчины оказался спутницей, невысокой брюнеткой, державшей на руках маленький сверток, с еле слышно хныкающим ребенком.

— Ты уверен, что он придет, — женщина тревожно оглядела пустынный пейзаж, — все-таки он наш враг.

— В первую очередь, он мой отец. Не волнуйся, все будет хорошо, — мужчина подошел к женщине и нежно погладил ее по щеке.

— Кого-то они мне напоминают, — Айа внимательно вгляделась в лица незнакомцев, — эта временная аномалия — твоих рук дело?

— Нет, здесь я снова не причем. Кажется, нам это специально показывают, у меня такое ощущение складывается.

Где-то недалеко неожиданно хрустнула ветка, и из-за большого валуна неподалеку вышла еще одна темная фигура. Мужчина быстро вскинул лук и наложил стрелу на тетиву, ребенок всхлипнул.

— Назовись, — мужчина сказал это очень резко.

— Успокойся сынок, это я, — голос был тоже мужской. Неизвестный подошел ближе, на расстояние, на котором уже можно было рассмотреть его лицо. Арс громко осел на землю.

— Дед? — глаза лучника были похожи на два блюдца, дыхание стало очень частым. Айа напугано наклонилась над лучником.

— Арс, с тобой все в порядке? — девушка потрогала его лоб, — Ты что?

— Это мой дед, — проклятый дрожащей рукой показал на уже немолодого мужчину, появившегося последним, — Только ему здесь лет сорок пять всего.

Снуф поднял руки вверх и медленно приблизился к парочке с ребенком.

— Почему только один ребенок, ты вроде в письме писал про обоих? — вояка подошел к младенцу и погладил его по голове.

— Мы не успели забрать нашу дочь. Мой брат отправил ее с караваном к Менталоруму, чтобы защитить.

— Сынок, последний раз предлагаю вам сдаться, вас помилуют. Ты понимаешь, что вы рискуете жизнями своих детей? Они намного дороже ваших. Оглянись, стоит ли коверкать судьбы ни в чем не повинных малышей? Как я расскажу вашему сыну, что вы погибли? Что я дрался против вас?

— Отец, не стоит лишних слов, мы все уже решили. Штаб прекрасно понимает, что эта битва нами уже почти проиграна еще до начала, но мы не отступимся, ты должен понять.

— Хорошо, давай его сюда, — Снуф протянул руки к младенцу. Женщина в последний раз посмотрела, очевидно, на своего сына, в ее глазах появились слезы. Она отдала Снуфу сверток и уткнулась в плечо мужа.

— Береги его, отец. Пусть он когда-нибудь узнает, кем мы были, и кем может стать он. Обещай, что расскажешь.

— Обещаю, Камус. Я защищу Арса, чего бы мне это не стоило. Но на поле боя вас я не пощажу. Ребенок отправится в Магрион с ближайшим караваном, а я останусь здесь, — Снуф гордо посмотрел в глаза своего сына.

Арс, кажется, готовился упасть в обморок. Он очень часто дышал, на лбу появилась испарина.

— Камус? Камус? ...Папа? — лучник вскочил на ноги и подбежал к разговаривающим фигурам. Они его по-прежнему не замечали, обсуждая последнюю волю молодых магиумов. Арс заглянул в глаза своей матери, в которых до сих пор стояли слезы. Ей было очень трудно отдавать своего ребенка. В глазах Клии молодой магиум увидел столько скорби, что вот-вот готов был расплакаться сам.

— Все, сынок, мне пора. Если меня хватятся, то могут возникнуть ненужные вопросы, — Снуф еще раз посмотрел на своего сына, на его жену, и медленно пошел в ночь. Камус обнял Клию за плечи и что-то тихо ей зашептал.

Щелк...

Арс и Айа стояли на полу небольшой комнаты, которая была абсолютно такой же старой и уродливой, как и все предыдущие. Девушка подошла к магиуму и положила руку ему на плечо.

— Арс, не переживай так сильно, — голос проклятой дрожал, — ведь это событие минувшего прошлого. Помнишь как говорил Ник? История мертва. Ты уже не воротишь события тех дней.

— Мои родители тоже мертвы, — голос лучника стал металлическим, он развернулся и быстро вышел из комнаты. Айа побежала за ним.

— Где ты? — кажется, у молодого магиума начиналась истерика, он кричал во весь голос в пустоту, — зачем ты мне это показываешь? Что хочешь сказать? Выйди, покажись, я убью тебя за то, что ты смеешь тревожить память моих родителей.

Арс с разбегу ударил ногой по ни в чем не повинной двери. Та с шумом распахнулась...

Щелк...

Разноцветные огни Менталорума ударили по глазам путников. Арс на мгновение зажмурился. Айа с удивлением огляделась по сторонам.

— Я дома? — девушка с вопросом в глазах посмотрела на своего спутника.

— Нет, это снова аномалия. Видимо, здесь мы увидим продолжение истории.

Лучник оказался прав. Из-за ближайшего угла появились две фигуры. Это были женщина около тридцати и маленькая девочка.

— Тетя, а где мама и папа? — непослушные рыжие волосы растрепались.

— Далеко, детка. Пойдем скорее, — женщина потянула девочку за руку, увлекая за собой.

— Тетя Мари, — Айа сорвалась за уходящими фигурами, Арс последовал за магиумессой.

— Тетя, а когда они придут? — девочка все не унималась, — почему они ушли?

— Ты все узнаешь потом, Айа, нам надо торопиться.

— Тетя, а где мой братик, почему мы не взяли его с собой?

— Арс сейчас вместе с твоими родителями, золотая.

Щелк...

Двое магиумов стояли посреди комнаты и ошарашенно смотрели друг на друга, не понимая, стоит ли верить этому видению, и как на него реагировать, если это все-таки правда.

— Братик? — Айа посмотрела в глаза Арса, — брат?

Лучник был ошарашен не меньше девушки. Они бы так и стояли, если бы не странный звук хлопнувшей двери, послышавшийся откуда-то издали. Друзья решили оставить семейные разборки на потом и кинулись вперед по коридору. Миновав два поворота брат с сестрой стали свидетелями странной картины. В пятидесяти метрах от них из боковой двери вынырнула фигура в красном плаще. Она очень торопилась и что-то бормотала. Арс сорвал лук с плеча, но натянуть тетиву не успел. Из другого ответвления коридора вышел Ник, быстро сориентировался в ситуации и устремился за своим братом. Он с разбега пнул Некса ногой, проталкивая того в открытую дверь.

20

Снасс поднялся на бархан и с ненавистью оглядел открывшийся пейзаж. Разрушенный город лежал в нескольких километрах и смотрел на правителя Магриона пустыми глазницами оконных проемов и, кажется, улыбался. Где-то там, под этими старыми сгнившими домами сидела чертова прорва этих жалких проклятых, посмевших спрятаться прямо перед его, Снасса, носом. Чья-то рука легла ему на плечо.

— Снасс, давай выкурим этих гадов с нашей земли, — это был Алфрик, властитель Раона.

— Давно пора, — высокий смуглый магрионец кивнул своему союзнику и оглядел войско, ждавшее распоряжения командования. Внимательными глазами на него смотрели больше тысячи воинов, готовых пойти на смерть лишь по одному щелчку пальцев своего повелителя. Около двух сотен дрэггов воинственно тарахтели заведенными моторами, чуть поодаль над землей парили несколько десятков бездушных.

— Где твои? — Снасс повернулся к Алфрику.

— Мое войско остановилось с другой стороны развалин. Мы нападем по сигналу с разных сторон и возьмем этих выродков в клещи.

— Хорошо, ночью атаковать смысла нет. Скорее всего, проклятые видят в темноте лучше нашего. Так что будем наступать на рассвете. Твоя армия построена?

— Да, все маневры, который мы с тобой обсуждали, вызубрены моими воинами наизусть. Главное — прорваться внутрь, уйти с открытого пространства. А дальше разберемся.

— Правильно. Сколько людей ты привел?

— Около восьмиста, сто дрэггов и два бронемобиля.

— Не густо, может отдать тебе часть моих, чтобы сила удара была одинаковой?

Алфрик с отвращением посмотрел на своего союзника.

— Ты пытаешься меня унизить? На каждого моего вояку придется по двое твоих, так что за меня не переживай. Смотри, чтобы у самого хватило силы прорваться. Кстати, а что за холм ты с собой привез? — правитель Раона взглянул на возвышенность, около четырех метров, накрытую плотной светлой тканью.

— Это сюрприз, на случай непредвиденных обстоятельств.

Алфрик понимающе усмехнулся и направился к своему бронемобилю, ожидающему его в отдалении. Снасс повернулся к своим воинам.

— Могучие бойцы Магриона. Завтра мы выкурим этих жалких выродков с нашей земли. Они имеют наглость прятаться прямо у нас под носом. Так покажем же им, каким страшным может быть гнев оружия!

Войско дружно зарычало. После этого Снасс отдал приказ разбить лагерь и ушел к себе в шатер.


* * *

Ник резко пригнулся, кинулся ничком на пол и перекатился к стене. Над головой, буквально в полуметре, тревожно прогудела большая шаровая молния. Вот уже битых полчаса проклятый сражался за свою жизнь с разнообразными электрическими штуковинами. От большого количества зарядов, буквально витавших в воздухе, волосы вставали дыбом на всех частях тела и обменивались яркими искрами.

Магиум тяжело вздохнул и пополз вдоль стены к светлому проему двери. Шаровая молния недовольно летала по кругу, выискивая неожиданно пропавшую цель. Она низко гудела, прямо как одинокий дисп, встреченный друзьями на техническом этаже. Ник, наконец, добрался до выхода и захлопнул за собой старую хлипкую дверь. Проклятый перевел дыхание. Комнаты этого чертового этажа были похожи друг на друга как капли воды: непонятно откуда берущиеся молнии и статические разряды, низкое гудение и яркий свет.

Поначалу, Ник обрадовался, что аномалии, наконец-то, близки ему по силе, электрические. Все-таки магиум имел определенную невосприимчивость ко всяким молниям и тому подобному. Но мощности, витавшие вокруг проклятого, были намного сильнее любой невосприимчивости. Первая встреча с яркой вспышкой разряда во второй комнате чуть не стала для Ника последней. Поэтому ун Датор решил быть поаккуратнее с молниями и старался не попадаться на их пути.

— Ты чего-нибудь видишь? — Ник оглядел темный коридор.

— Нет, хозяин, здесь все слишком сильно фонит менталом, я не могу даже ближайшие комнаты разглядеть. Придется продвигаться вслепую.

— Как считаешь, что это была за воронка?

— Не могу знать, проявления ментала разнообразны, возможно, искусственно созданный дисп, возможно, аномалия, возможно, что-то еще.

— Неутешительный прогноз.

— Простите, хозяин, но это выше моих возможностей.

— Да нет, что ты, я не в претензии. Вслепую так вслепую.

Ник на всякий случай снял с правой руки перчатку и медленно двинулся вперед. Темный коридор вилял то вправо, то влево, но аномалии пока что не встречались. Магиум даже немного расслабился, но скорости не прибавил. Цель, может быть, и рядом, но безопасность дороже.

— Ты с Арчи не связывался?

— Связывался, хозяин.

— И? Что хорошего он сказал?

— Хорошего? — дисп-примера не очень понимал человеческую систему ценностей, — в смысле полезного для его хозяина?

— Да, — сколько Ник не пытался очеловечить своего внутреннего собеседника, ему это никак не удавалось.

— Арс жив, по крайней мере, был полчаса назад, он движется вперед. Больше положительного, вроде, ничего.

— Отлично, спасибо, — все-таки Тандер не был хорошим собеседником. Он говорил только при необходимости, или когда его хозяин требовал. При этом дисп на редкость вежлив и услужлив. Но чтобы самому начать беседу — такого Ник еще не помнил за всю их совместную историю.

Вероятно, Арс и Айа еще живы. К такому выводу магиум пришел, следуя из того, что сам пока не умер после попадания в серую червоточину. Значит смерть друзей крайне маловероятна. Оставалось надеяться, что с ними ничего не случится, пока Ник здесь убегает от очередной шаровой молнии. Как бы его самого не поджарило случайным разрядом.

Вдруг из-за ближайшего угла послышалось знакомое низкое гудение. Проклятый остановился и прислушался: судя по звуку, очередная электрическая аномалия, к сожалению, приближалась. Магиум вжался в стену и постарался ничем не выдать своего существования. Но его опасения оказались напрасными. Буквально через тридцать секунд из-за угла вылетел маленький электрический шарик и остановился напротив проклятого.

— Ого, а ты здесь откуда? — Ник поприветствовал старого знакомого — одинокого диспа. Тот что-то прогудел в ответ и стал кружиться около ближайшего поворота.

— Ты хочешь показать мне дорогу или заманить к своим высоковольтным дружкам? — проклятый еле заметно усмехнулся, но все-таки доверился маленькому сгустку энергии и последовал за ним. Дисп что-то бодро прогудел и двинулся вперед, освещая дорогу.

— Как ты думаешь, откуда он здесь взялся? — Ник снова обратился к своему невидимому собеседнику.

— Скорее всего, оттуда же, откуда и вы, его засосала серая червоточина. Или он сам нашел путь на этот уровень. Видимо, вы и ваши друзья ему понравились. Я думаю, стоит довериться этому экземпляру.

— Я тоже так думаю, — Ник свернул за угол очередного коридора и чуть не воткнулся в электрический шарик.

— Эй, ты чего остановился? — проклятый прислушался к звукам подземелья и понял причину без ответа. Где-то рядом слышался детский плач.

Очередная звуковая галлюцинация, как на лестнице? Или нет? По крайней мере, дети не смогут никому навредить. Ник слегка обогнал одинокого диспа и стал медленно ступать по пыльному полу коридора, стараясь вычислить, откуда идет леденящий кровь звук. Всего через минут поиски увенчались успехом.

Звук шел из-за слегка приоткрытой двери боковой комнаты, за которой была абсолютная темнота. Детский плач на этот раз слышался намного четче всех звуков, встреченных друзьями на входной лестнице. Складывалось ощущение, что в этой, укутанной мраком комнате, действительно плачет ребенок. Магиум быстро достал из заплечной сумки маленький факел, оставшийся еще после Менталорума, и в мгновение ока его запалил. Дверь истошно скрипнула, и языки пламени тускло осветили облезлые стены крохотного помещения.

Ник сначала не поверил своим глазам: в трех метрах от него спиной к входной двери стоял маленький мальчик, судя по росту, лет пяти. Он жалобно хныкал и что-то приговаривал себе под нос. Разобрать речь было невозможно.

— Эй, ты кто? — Ник потер глаза грязными ладонями, но ребенок никуда не пропал, а наоборот, стал как будто реальнее, — ты как сюда попал?

Маленький мальчик повернулся лицом к вошедшему магиуму и блеснул заплаканными глазами.

— Прости, я пытался его остановить, но мама мне больше не разрешила вмешиваться, — ребенок еще сильнее захныкал.

— Кого остановить, ты кто? — мальчик был не знаком Нику, но отчего так сжалось сердце?

— Дядю Некса, я с ним разговаривал буквально десять минут назад, но мама пришла и позвала меня.

Желудок сжался в тугой комок и стал проситься наружу, в глазах немного помутнело. Ник подскочил к ребенку и рухнул на колени перед ним.

— Ты сказал "Дядю Некса", дядю? Значит, тебя зовут... — слова с трудом давались проклятому.

— Папа, неужели ты не узнал меня? — мальчик положил маленькую ручку на плечо магиума и вгляделся в ун Датора большими внимательными глазами.

— Балин? — слеза сама рассекла небритую щеку и упала на плащ, — Сынок?

— Папа, не плачь, — мальчик провел ладошкой по отцовскому лицу, — не стоит. Ты зря сюда пришел.

— Как это зря? — Ник обхватил ребенка за плечи, — что ты такое говоришь. Я же хочу, чтобы мы снова были вместе. Разве вы с мамой этого не хотите?

— Хотим, — женский голос прозвучал за спиной. Проклятый резко развернулся и замер. Высокая красивая женщина в легком льняном платье нежно смотрела на мужчину, — очень хотим. Но то, что ты ищешь, не сможет нас вернуть. Это сказка, мечта. Мы встретимся, только тогда, когда этого пожелает Гану, а пока тебе следует покинуть "Зеркальные пещеры".

— Мелисса, — вместо имени жены из горла проклятого вылетел лишь тихий шепот, — любимая.

— Прости, Ник. Но триплекс не сможет нас вернуть. Мы уже давно не в этом мире.

— Но как же так, ведь в "дневнике первого магиума"...

— В нем только описана серия экспериментов, которая так и не была закончена. Смирись с этим, любимый...

— Нет, — магиум закрыл глаза, из которых градом текли слезы, — я никогда не смирюсь. Я найду триплекс и верну вас назад, чего бы мне этого не стоило, ведь... — Ник с трудом проглотил ком в горле, — ведь мне так одиноко без вас.

— Я знаю, — Мелисса мягко прикоснулась губами к щеке своего мужа, — нам тоже плохо. Мы очень хотим быть рядом с тобой, но, к сожалению, это пока невозможно. Прости.

Женщина выпрямилась и жестом позвала к себе Балина. Мальчик подбежал к маме и взял ее за руку.

— Извини, любимый, но нам пора уходить...

— Нет, почему, останьтесь со мной. Вы не представляете, что это такое, жить без вас.

— Мы не можем остаться, наше время подходит к концу. Уходи отсюда...

Ник на мгновение закрыл глаза, а когда открыл, то его жены и ребенка больше не было в комнате. Он с надеждой оглянулся вокруг, но видение растворилось, словно его и не было. Только тогда магиум заплакал во весь голос. Он уперся лбом в пол, что даже бессменная шляпа свалилась с головы, и, что есть сил, замолотил кулаками по пыльным плитам. Через минуту проклятый встал, в его глазах читалась непоколебимая решимость. Дверь слетела с петель от мощного удара ноги, дисп в страхе отлетел к потолку и испуганно загудел.

— Говорите, видели Некса? Готовься, мразь, я иду...


* * *

Запись ?144 12:00 ам

Ксарр ун Краун

Сегодня великий день! Я нашел необходимую дозировку воздействия триплекса, для полного восстановления жизнедеятельности организма. Опытные образцы вернулись к обыкновенному существованию и были приняты другими особями. Это несомненный успех.


* * *

Ник бежал со всех ног по длинным запутанным коридорам, в которых уже не было ни души. Как по мановению волшебной палочки все аномалии исчезли, или остались позади. Но магиуму уже не было никакого дела до этого. Он не смотрел по сторонам и не оглядывался назад, не слушал тревожного гудения одинокого диспа, все мысли пульсировали вокруг единственной фигуры: убийцы семьи проклятого, его родного брата Некса ун Датора. Алхимик где-то рядом, он один, он тоже ищет триплекс. Нику уже было все равно, какой силой обладает его кровный родственник, способен ли он к сопротивлению — все естество магиума требовало отмщения семьи, крови и криков боли.

Через полчаса безумной гонки Ник остановился рядом с дверью, больше походившей на железную стену. Она была не заперта. За преградой послышался звук бегущего человека, громкий топот одной пары ног, тяжелое дыхание. Магиум прислушался. Неизвестный затормозил, что-то прошептал сам себе, щелкнул дверной замок.

Большая железная дверь беззвучно распахнулась. За ней оказался такой же коридор, темный и пустой, за единственным исключением. Буквально в метре от магиума перед открытой дверью стоял человек в до боли знакомом красном плаще. Кровь мгновенно заполонила пространство вокруг, страх и осторожность показались несусветной глупостью. Ник двумя огромными шагами преодолел расстояние, разделяющее братьев и со всей силы ударил ногой Некса в спину. Тот не ожидал подобного, безвольно рухнув на пол. Но молодой алхимик быстро собрался и перекатился на спину.

— Вот мы и встретились, брат, — голос эхом разлетелся по темной комнате, — наконец-то.

— Какой я тебе брат, мразь, — Ник легко высвободил меч и направил его острие в горло врагу, — ты давно потерял право носить фамилию "Ун Датор", и сейчас я лишу тебя всего остального.

— Неужели, — губы Некса тронула неестественная усмешка, — и каким образом ты собираешься это сделать?

— Вгоню фут стали в твое изгрызенное червями горло, — в глазах проклятого закипела ярость, как он смеет усмехаться?!

— Ну попробуй, с удовольствием на это посмотрю, — алхимик сделал еле заметный пас руками и вскочил на ноги. Ник замахнулся мечом и опустил его прямо на голову своего брата. Но тот, против всех ожиданий не стал уклоняться или бежать, он просто выставил вперед открытую ладонь. Сталь столкнулась с кожей с противным скрежетом, меч отскочил от ладони, словно от бронированного щита.

— А ты не очень изменился, братец, — Некс снова усмехнулся, — до сих пор все проблемы решаешь лобовым столкновением. А ведь у тебя сейчас был шанс меня убить, не пинать в спину, а использовать силу. Почему ты не воспользовался им?

— Я не такой как ты, не убиваю беззащитных, ничего не подозревающих людей, — проклятый глухо зарычал, — у меня хватает чести биться лицом к лицу.

— Ник, я тебя умоляю, — алхимик разочарованно помотал головой. — Вот давно хотел с тобой об этом поговорить. Времени у нас с тобой сейчас много Так вот. Кому нужна эта твоя честь? Кому и, главное, для чего? Этот жалкий свод законов нужен лишь для украшения. Для украшения поступков, чтобы они в глазах других столь же жалких глупцов выглядели достойно. И отсюда возникает вопрос: тебе ли не все равно, как о тебе подумают окружающие? Кто бы узнал, что ты зарезал своего брата ударом в спину? Все восхваляли бы тебя, как магиума, отомстившего за свою семью.

— Честь не просто попытка выглядеть лучше в глазах других. Очень жаль, что ты это так и не усвоил. Честь — это кодекс, защита перед совестью. Если я смогу убить тебя в честном поединке, тогда моя семья и вправду будет отомщена. Если же нет, то для чего мне нужна твоя смерть, если жену и сына она все равно не вернет?

— Не смеши меня, братишка. Твоя жалкая честь делает тебя слабее. Если бы я подошел сзади, то убил бы тебя не сомневаясь, — внутренний демон в голос усмехнулся, — и плевать бы мне было, как на это отреагирует моя совесть. Ведь совесть — лишь жалкая эмоция, которую можно легко подавить, что я, собственно, уже давно сделал.

— По тебе это заметно, — Ник сделал резкий выпад вперед, который был также легко отбит голыми руками.

— Ты меня расстраиваешь, магиум, — Некс отошел на два шага назад, — неужели ты думаешь, что сможешь победить меня, размахивая этой жалкой железкой? Как ты думаешь, как я смог выжить после изгнания из Города Гану?

— Я знаю, что твою душу поглотил Хаос, ты уже не тот человек, кем был раньше.

— Душу? Какой же ты наивный, братец. Что, по-твоему, есть душа? Какой-то внутренний стержень человека? Его характер? Это еще один миф, Ник, просто сказка для детишек. Души не существует, ее просто нет. Все у нас здесь, — Некс показал пальцем на свою голову, — все решает человек, как поступать, как действовать. И лишь слабые ссылаются на малодушность, на душевность. Интеллект — вот единственное оружие сильного.

— Ты не прав, Некс, — Ник тяжело вздохнул, — я не понимаю, как можно было раньше в тебе этого не заметить. Как ты стал таким циником, когда потерял ценность человеческой жизни и души? Когда потерял душу? Ты знаешь, во время моего путешествия я еще думал, что тебя можно вернуть, что ты совершил убийство не по своей воле. Но теперь я вижу, что был не прав. Ты навсегда потерян для этого мира.

— Какие высокопарные слова, братец. Кому они нужны? Ты лишь сотрясаешь воздух, оправдывая свое бессилие и немощность, ты хочешь верить во всю эту благородную фигню, в бессмертие души и в хорошие побуждения. Это не я потерян для мира, а ты. Сейчас выживают сильнейшие, так всегда было и будет. Ты не из их числа, ты не способен к выживанию, потому что в тебе есть жалость. А ведь она делает человека слабей, и тебя сделала. Ты жалок.

— Я думаю, дальнейшие разговоры не приведут ни к чему хорошему. Нужно решить все здесь и сейчас, — Ник поудобнее перехватил оружие.

— Ник? — проклятый резко обернулся на звук знакомого голоса. В дверях стояли Арс и Айа.

— Снова ошибка, мой дорогой братишка. Я же предупреждал, что не побоюсь ударить тебя в спину, — магиум резко повернулся обратно, но было уже поздно. Между ладонями молодого алхимика возникла яркая черная сфера, вращавшаяся вокруг своей оси с немыслимой быстротой. Некс тихо произнес какую-то фразу, и шар сорвался вперед, устремляясь к груди проклятого. Ник уже не успевал среагировать на неожиданный подлый выпад, когда маленькая электрическая сфера вырвалась из-за спины лучника, и на все скорости врезалась в сгусток Хаоса. Последовала ослепляющая вспышка и сильный удар, отбросивший братьев друг от друга.

Ник отлетел к стене и больно ударился головой. Арс и Айа подскочили к нему.

— Друг, ты как? В порядке?

Проклятый с трудом открыл глаза и перевел взгляд с магиумов на тело, лежавшее под истлевшим письменным столом.

— Знаешь в чем разница, Некс, между тобой и мной? Между всепоглощающей ненавистью к людям и толерантностью? Это наличие друзей, готовых тебя защитить! Кто сможет защитить тебя, когда ты будешь не в силах это сделать? — Ник поднялся на ноги и рывком поднял меч. Некс зашевелился, погребенный под грудой старого дерева, и повернулся к магиуму.

— Мне не требуется чужая защита. Я сам могу о себе позаботиться. И этот жалкий кусок милосердия, пожертвовавший собой ради тебя, не изменит ничего. Ты все равно умрешь, здесь и сейчас.

Братья встали друг напротив друга. Во взгляде каждого читалась решимость и желание убивать. Арс легким движением извлек изумрудную стрелу прямо из воздуха и наложил ее на тетиву.

— Нет, — Ник поднял руку, — это только моя схватка. Постойте в стороне.

Арс неуверенно кивнул и посмотрел на Айу, напугано наблюдающую за происходящим. Проклятый и алхимик на секунду замерли, а в следующий момент бросились друг на друга с пугающим ревом. И когда между ними оставались считанные сантиметры, братья замерли в тех позах, в которых находились. Арс недоумевающе посмотрел на две фигуры, изображающие памятники, и снова перевел взгляд на девушку.

— Айа, это твоих рук дело?

— Нет... — но это сказала не магиумесса.

В комнате неожиданно вспыхнул свет, освещая удивительную картину. Это была лаборатория, лаборатория первого магиума. Вся мебель и исследовательские устройства отлично сохранились и казались совсем новыми, не потрепанными временем. А у самой дальней стены на высоком кожаном кресле сидел человек. На вид ему можно было дать не больше сорока. Одет незнакомец был в черный костюм металлик, белоснежную рубашку и фиолетовый галстук.

— Мне надоело смотреть на этот второсортный спектакль, так что я решил вмешаться. Присаживайтесь, господа. Сейчас мы будем долго беседовать...

21

Непроглядный мрак быстро опустился на давно умерший город и окутал старые развалины липким маревом тишины. Одинокий ветер жалобно завывал в пустых оконных проемах, выводя только ему понятную песнь. Старейшина Клай стоял на тринадцатом этажа полуразвалившегося небоскреба и внимательно смотрел в ночь.

— Что ты думаешь? — Фаули тихо подошел сзади и осторожно положил ладонь на старческое плечо.

— Ночью нападать они не будут, слишком велик риск. Так что отпусти парней отдыхать, оставь лишь минимум для наблюдения, — Клай глубоко вдохнул прохладный ночной воздух, — завтра будет жарко.

— Наши шансы не очень велики, ты это понимаешь? — старый лучник тоже посмотрел в окно, — не лучше ли постараться эвакуировать всех женщин и детей?

— Бежать? Куда? — старейшина оторвал взгляд от оконного проема и посмотрел на своего друга, — Это наш дом, если мы не сможем его отстоять, то нам конец. Любая попытка побега обречена на провал, так что лучше принять свою судьбу в бою, чем быть пойманными, как стая жалких шакалов.

— Наверное, ты прав.

На горизонте, за ближайшим барханом песка тускло светилось небольшое зарево — лагерь магрионцев. Они не пытались скрыть своего присутствия, прекрасно зная о своем численном превосходстве. Так что прятаться смысла не было, близкое присутствие — лишь еще одни способ психологического воздействия.

— Входи, Инв, — Клай даже не повернул головы, Фаули оглянулся, но никого не заметил. Лишь через пять секунд пустота за спинами проклятых слабо замерцала, и из нее выступил молодой парень. Его правая ладонь неровно пульсировала желтым светом.

— Старейшина Клай, вы опять смогли заметить меня, — парень благоговейно посмотрел на старика и еле заметно поклонился.

— Что ты узнал?

— Практически ничего нового. Магрионцев много, около тысячи, бездушных они держат отдельной группой недалеко от лагеря. Если бы твари были ближе, то подобраться к самому лагерю я бы не смог. Тот мертвый воин, представленный мастером Дарком, не соврал. Единственное интересное, что я узнал, так это наличие у Снасса какого-то сюрприза для нас. За лагерем находится небольшой холм, укрытый полотном. Что под ним выяснить не удалось, но видимо, какое-то оружие, иначе смысла тащить его в такую даль нет.

— Спасибо, Инв. Иди отдыхать.

— Да, старейшина, — парень еще раз коротко кивнул и покинул проклятых.

— Что еще за сюрприз? — Фаули снова посмотрел на Клая, — Что могли придумать магрионцы?

— Не знаю, поживем — увидим.

Два старых проклятых спустились по иссохшейся за века лестнице вниз и вошли в соседний дом — проверить посты. На третьем этаже прямо на холодном каменном полу сидели два молодых парня. При появлении старейшины они вскочили со своих мест и вытянулись в струнку.

— Новости есть? — фраза была скорее дежурной, если бы что-то случилось, то проклятые подняли бы тревогу.

— Никак нет, старейшина, — Клай только кивнул и ободряюще похлопал одного парня по плечу.

— Вы боитесь завтрашнего дня?

— Нет, — парни гордо вскинули головы и смело посмотрели в глаза старейшине, — мы — воины. Если нам суждено умереть на поле боя, то так тому и быть. Бояться смерти глупо и бесполезно.

— Почему же? — Клай хитро прищурился.

— Потому что смерть неминуема, будем мы бояться ее или нет. Так зачем терзать себя лишними переживаниями. Лучше быть твердыми и умереть с честью.

— Вы знаете, однажды мой дед сказал мне одну фразу, которую он в свою очередь услышал от своего деда. Так вот, в моей семье считают, что умереть с честью невозможно, потому что в смерти нет ничего великого, как бы она к вам не пришла. С честью можно жить, но нельзя умереть.

Парни немного потупили взгляд, не найдя что ответить на мудрость старейшины. Клай лишь лукаво подмигнул Фаули и медленно пошел к лестнице.

Обход всех постов занял около двух часов. Основные силы проклятых располагались в граничных домах, в районе третьего — седьмого этажей. Расчёт магиумов был на окопную войну, магрионцы должны будут пересечь пустыню, разделяющую их лагерь и Менталорум. Именно тогда проклятые и должны нанести максимально сильный удар. После того как вражеская армия ворвется в город, в дело пойдут мечники. Нужно завязать битву в узком пространстве улиц, потому что массированного удара всей магрионской армии Менталорум не выдержит из-за маленькой численности.

Также нельзя было забывать и о Раоне. Как доложили разведчики, второй противник расположился в восточной части, и его силы немногим меньше Магриона. Поэтому треть проклятых Клай решил оттянуть на другой конец города. Бездушных у Раона было совсем мало, так что неплохой шанс расправиться с ними быстро и идти на помощь основным силам постоянно витал в голове старейшины.

Клай на мгновение вспомнил об Айе. Даже хорошо, что она покинула Менталорум вместе с Ником. Ведь завтра утром ей не придется умирать вместе с другими проклятыми, обороняющими родной город. Интересно, как у нее дела? Это только для окружающих старейшина был абсолютно спокоен и холоден. Сердце же у него бешено колотилось каждую ночь, когда он видел пустую кровать своей племянницы. Хотя с другой стороны, Ник — хороший человек, он не бросит Айу в беде, защитит, даже ценой собственной жизни. Да и Арс — неплохой парень. Сын Камуса и Клии. Клай с ностальгией уставился на звезды.

Фаули уже отправился отдыхать, а старейшина до сих пор тенью мелькал между унылыми остовами зданий, и проверял, все ли готово к завтрашнему сражению. На подъезде к первым домам западной окраины города проклятые разбили несколько ловушек для магрионцев, включая замаскированные ямы, воткнутые в землю колья против дрэггов, и еще пару мелочей. Сильно помочь они не смогут, но внести небольшую сумятицу в стан врага должны. Еще Клая серьезно насторожили слова разведчика о неком сюрпризе, приготовленном Снассом. Что это может быть? Что за безумное оружие еще было изобретено в темных подвалах Магриона?

Бронемобили, в небольшом количестве имеющиеся у неприятеля, должны стать серьезной проблемой. В каждом, наверняка, будут сидеть кроме людей еще и бездушные, так что быстро расправиться с ужасными машинами смерти не получится. Придется как-то выкуривать пассажиров из их транспорта. Только вот как — Клай еще не придумал.

Где-то около трех часов ночи старейшина вернулся в свою комнату, но перед дверью его ждал мастер Дарк.

— Доброй ночи, почему вы еще не спите?

— Старейшина, у меня к вам есть небольшое предложение, которое может немного помочь нам завтра, вы не против угостить меня кружечкой чая?

— Да, конечно, проходите, мастер Дарк, — Клай распахнул двери перед некромантом и сам вошел после него, — только говорите потише, Мари, наверно, уже спит.


* * *

Крарк сидел на кровати, обхватив голову руками. Его неизменный топор лежал рядом и уныло отражал неровный свет факела.

— Вот и все, моя дорогая, — он посмотрел на свое оружие и скупо улыбнулся, — вот и все.

В дверь кто-то постучал, и Крарк, проведя ладонью по лицу подошел ко входу.

— Кто там? — голос показался необычно охрипшим.

— Это Инв, мастер Крарк, позволите войти? — молодой магиум был чем-то встревожен.

— Да, конечно, проходи, — мужчина открыл дверь и пропустил юного проклятого, — что случилось?

— Мастер Крарк, скажите, на каком фронте завтра будете вы? — парень запыхался от быстрого бега.

— А какое это имеет значение сейчас? — старый проклятый снова уселся на кровать и погладил свой топор. — Инв, ты понимаешь, что завтрашний день последний для нас? Мы завтра умрем, и никто уже не в силах нам помочь.

— Что вы такое говорите, мастер Крарк? Вы же всегда меня учили, что настоящий воин должен быть смелым, решительным. Он должен смеяться смерти в лицо и идти к ней навстречу с гордо поднятой головой. Неужели вы испугались? — юноша округлил глаза. Крарк был учителем Инва, он преподал ему несколько самых важных уроков в жизни любого проклятого. Оттого и панические нотки в голосе умудренного опытом воина шокировали.

— Это лишь слова, Инв. Ты когда-нибудь сталкивался со смертью, заглядывал ей в глаза? Проводница в мир Гану уродлива, и посмотрев под ее капюшон один раз, ты уже не захочешь сделать это снова. Все высокие слова про честь, отвагу и решимость... Ты никогда не задумывался, для чего они нужны?

— Конечно, задумывался, — юноша решительно посмотрел в глаза своему наставнику, — чтобы сделать из мальчишки воина, чтоб из слабого желторотого юнца вырастить настоящего мужчину. Как вы можете сидеть здесь и жалеть себя?

— Да что ты понимаешь? Я тебе скажу, зачем нужны все эти сказки про честь и отвагу. Да для того, чтобы, когда пушечное мясо пойдет на таран, разнося укрепления противника своей головой, им было не страшно умирать. А бывалые воины, которым удалось после этого еще и выжить, начинают понимать, что в процессе воспитания все не так просто. И если не привить молодому поколению безразличие к смерти с самого начала, то такая трусливая армия может побежать в самый ответственный момент, оголив мягкий тыл начальства.

— Нет, — парень гневно посмотрел на Крарка, — вы не правы, учитель. Посмотрите на себя. Неужели вы захотите всю битву сидеть в этой конуре и скулить от страха, зная, что молодые воины, еще не видевшие крови, будут биться за свою родину? Если так, тогда нам не о чем больше разговаривать.

Юноша круто развернулся на каблуках сапог и медленно пошел прочь. Крарк посмотрел на свой топор. Кажется, даже в отблеске факела, отражаемом начищенным лезвием, мерцал немой укор.

— Инв, стой, — Крарк решительно встал с кровати и подхватил свое оружие, — погоди.

— Вы хотите попросить никому не говорить, где вы спрятали свою задницу? — в голосе юноши кипела злоба.

— Не надо так. Я хотел попросить тебя простить меня за мое малодушие. Просто однажды я вот так же потерял очень много близких мне людей. Они шли на убой и думали, что умирают с честью, а на деле, об их отваге и самоотверженности потом никто и не вспомнил.

— И что? Вы же помните, значит их решимость будет всегда жить в вашем сердце. И неужели вы остались в живых, чтобы вот так сидеть и распускать нюни?

Крарк с восхищением посмотрел на этого еще совсем юного, но уже такого отважного воина.

— Нет, — Крарк поудобнее перехватил топор, — я не буду сидеть и скулить. Я завтра бьюсь на восточном фронте, ты со мной? — взгляд наставника стал игриво-суровым.

— Да, мастер Крарк, — парень с деланой четкостью кивнул, и на душе у него стало намного легче. Значит не один он так боится, но готов умереть за правое дело. Топор в руке проклятого на мгновение стал ласково теплым.


* * *

Клай вошел в спальню уже глубокой ночью, но, к его удивлению, Мари еще не спала. Она подняла на мужа заплаканные глаза и зарыдала в голос.

— Дорогая, — старейшина подошел к Мари и обнял ее за плечи, — что случилось?

— Клай, — женщина вытерла слезы рукавом, — а я ведь даже не попрощалась с ней. Мы поссорились перед ее уходом, я кричала на Айу. А теперь ведь не получится попросить у нее прощения, сказать, что я люблю ее.

— Успокойся, родная, — старейшина заглянул в глаза своей жене, — Айа и так это знает. И она не будет сердиться на тебя. К тому же у нас еще будет время поговорить с племянницей. Или ты уже собралась умирать?

— Клай, у тебя плохо получается успокаивать, — Мари положила голову мужу на плечо, — ты ведь и сам прекрасно понимаешь, что шанса выжить у нас завтра нет.

— Шанс всегда есть, в какую бы передрягу мы не попали. Слышишь? Завтра проклятые защитят свой дом. Потом Айа вернется, и мы будем жить так как раньше.

— Нет, Клай. Никогда не будет так, как раньше. Как ты думаешь, может, стоило сказать ей, что Арс, этот молодой проклятый, ее брат?

— Мы все правильно сделали, и нам не за что себя корить. Айа когда-нибудь и сама это узнает. Давай ляжем спать, от наших переживаний ничего не изменится.

Мари еще раз посмотрела на своего мужа и коротко кивнула.


* * *

Тихое утро разорвало ночь в клочья, освещая Менталорум ярким солнечным светом. Но город был не рад появлению беззаботного светила. В воздухе витало почти материальное напряжение.

Клай подошел к окну и вгляделся в бархан, за которым уже наверняка становятся в боевые порядки воины Магриона. Пока их не было видно, но ждать оставалось недолго.

— Фаули, все на местах? — старый лучник держал в руках свое оружие и тоже смотрел на запад.

— Давно, ждем только твоей команды.

— Скоро они появятся. Всем оставаться на своих местах.

Старейшина приложил указательные пальцы к вискам и тихо зашептал, но его слова слышал каждый проклятый, ожидавший неминуемого сражения.

"Воины Менталорума. Вы прекрасно знаете, что сегодня вряд ли кто-то вернется к своим семьям. Наша судьба пасть ради свободы и жизни наших жен и детей, матерей и дедов. Так повелел Гану.

Но я надеюсь, что ни в ком из вас не возникло тщедушное желание сдаться на волю этого самовлюбленного тирана. Если кто-то все-таки хочет спасти свою жизнь таким путем, а не защищая ее в честной битве, то пусть идет, я никого не держу. Остальным же хочу сказать.

Не хороните себя заранее. Шанс выйти победителями у нас есть. И шанс неплохой. У врага безусловное численное преимущество, их очень много, и они хорошо подготовлены. Но мы тоже не лыком шиты. Бейтесь до последнего, и память о вас навсегда сохранится в сердцах тех, кто сейчас внизу, и кто на вас надеется.

Так давайте же покажем этим заморышам, что значит ярость Гану. Что значит, защищать свой дом".

Ментальная связь прервалась, Клай снова открыл глаза. Фаули подошел к старейшине и привычно положил свою ладонь другу на плечо. Раскаленный Череп в ответ лишь благодарно кивнул и посмотрел на окружающих его воинов.

— Стоять до конца!


* * *

Боевые порядки медленно двинулись вперед. Снасс высунулся из люка на крыше бронемобиля. Взобравшись на холм, армия остановилась от взмаха руки правителя.

Расстановка сил была совершенно обыкновенная. Впереди, в первой линии шли самые крепкие воины, в руках каждого был крепкий металлический щит. Это должно помочь, если проклятые станут поливать врага стрелами. Каждые сто метров между воинами были расставлены бездушные, управляемые с тыла. После полосы тяжелой пехоты, напоминавшей бронированную змею, вытянувшуюся вдоль холма, располагался взвод арбалетчиков. Лучников было совсем мало, так как надобности в них как правило не возникало — все междоусобные стычки намного лучше решались с помощью бронебойных арбалетов.

Сзади этой ощетинившейся мечами и болтами своры ехали дрэгги, готовые мгновенно выйти на передний план через коридоры расступившихся воинов. В самом центре автомобильного взвода ехал ужасный бронемобиль. Его корпус был обит толстым слоем брони, ярко блестевшей на солнце. А по бокам были прикреплены последние разработки магрионцев — скорострельные пулеметы.

Снасс оглянулся назад — на странный серый холм, накрытый полотном. Держа четыре веревки в руках, его тянули восемь воинов, которым было приказано ни в коем случае не приближаться к непонятной вещи и ни в коем случае не откидывать полог. Правитель Магриона хитро улыбнулся. Все было готово.

— Господин, — по кромке рядов бежал взмыленный дозорный, — господин, посмотрите.

— Что ты там увидел? — Снасс брезгливо взял оптическую трубу из рук своего солдата и вгляделся в унылый пейзаж полуразрушенных стен Менталорума.

Пересекая пустыню на большой скорости, раскидывая вокруг облака пыли и песка, навстречу монолитной стене щитов несся одинокий дрэгг. За его рулем сидел...

— Сугран, — Снасс громко окликнул сидевшего за ним сотника, — а ну посмотри. Это не тот десятник, которого ты посылал на разведку?

Вояка умело выхватил оптическую трубу их рук своего господина и всмотрелся в приближающуюся точку дрэгга.

— Он, мой повелитель, Аггарт. Но он не вернулся из Менталорума, так что я бы, на вашем месте немедленно остановил его.

— Арбалетчики, готовсь. Нам не нужны предатели.

Послышались щелчки взводимых механизмов, передняя линия села на одно колено, предоставляя заднему ряду лучший обзор. Дрэгг с десятником все приближался. Когда машина въехала в зону обстрела, Снасс резко взмахнул рукой, Сугран завопил: "Огонь". По рядам арбалетчиков пронеслась волна щелчков, и несколько сот болтов сорвались с насиженных мест и устремились к приближающейся машине.

Тело водителя проткнули десятки снарядов, на его теле, кажется, не осталось ни одного живого места. Но дрэгг не дрогнул и продолжал движение вперед. Истыканная болтами машина неуклонно приближалась к ровному строю магрионских пехотинцев.

— Он что, бессмертный? — Снасс выхватил из рук Суграна трубу и вгляделся в движущуюся фигуру. Аггарт сидел на месте водителя и мелко дрожал, из ран, нанесенных арбалетчиками, кровь не сочилась.

— Он идет на таран, — Сугран с ужасом наблюдал за приближением катастрофы, — надо его остановить.

— Как его остановить, остолоп? — Снасс гневно посмотрел на сотника, — он уже мертв. Опять проделки проклятых, — всем расступиться.

Как по мановению волшебной палочки, монолитные ряды воинов разошлись в стороны, открывая дорогу для пулеметов бронемобиля. Послышался резкий визг раскручивающихся стволов и гром смертоносной очереди. Пули прошили машину насквозь, разрывая куски брони и человеческое тело.

Аггарт из последних сил вильнул в сторону и ушел с линии огня. До щитов оставалось не более двадцати метров.

— Только не это, — Сугран громко выдохнул, и машина на всей скорости врезалась в линию магрионцев. Она протаранила ряды нападающих на добрых десять метров и завязла в мешанине мяса, костей и железа. Еще через мгновение раздался взрыв.

Снасс успел юркнуть обратно в бронемобиль, после чего над головой ощутимо пронеслась волна жара. Он тут же вынырнул обратно и в припадке бешенства сжал ладонь в кулак.

— Сугран, оценить потери, оттащить раненых и убитых за линию, остальным вернуться в боевое построение. Никто не смеет бить нас нашим же оружием. Воины, в атаку.

Перестройка линий нападения заняла всего двадцать минут. В числе пострадавших от неожиданного нападения оказалось около ста человек — взрыв оказался достаточно сильным.

Ряды нападающих снова сомкнулись и ровным строем двинулись к стенам Менталорума. Откуда-то из середины послышался боевой рог. Пыль взметнулась вверх, обволакиваю броню воинов плотным облаком.

Битва за Менталорум началась...

22

— Не может быть, — Ник еле слышно выдохнул и с удивлением уставился на незнакомое лицо.

— Все может быть, — мужчина в костюме загадочно улыбнулся и взмахнул рукой. Арс, в это время пытавшийся незаметно наложить изумрудную стрелу на тетиву лука, схватился руками за голову и упал на колени.

— Беги, придурок. Уматывай, такого противника тебе никогда не одолеть, даже имей ты всю мою силу, — демон в голове Некса надрывался благим матом. Но, к его сожалению, алхимик не мог сделать ни шагу. Айа удивленно замерла и тяжело дышала.

— Простите меня, пожалуйста, обычно я сдерживаю всю мою силу. Но это была вынужденная демонстрация, чтобы вы осознали всю степень глупости возможного сопротивления. Кажется, уважаемый Нико ун Датор узнал меня, стоит ли представиться для всех остальных?

— Было бы неплохо, — Арс поднялся с колен и потирал ноющие виски, но боль почти прошла, — кто ты такой?

— Арс, говори повежливей, — Ник, наконец, смог расправить плечи и слегка поклонился.

— Да ничего страшного, — незнакомец снова улыбнулся, — молодость, что тут еще скажешь? Я же понимаю, со стороны я выгляжу довольно странно, и замашки высокомерные не прибавляют мне привлекательности. Разрешите представиться — доктор Ксарр ун Краун.

Если сказать, что все, кроме Ника были ошеломлены, то это ничего не сказать. Арс выпучил глаза так, что казалось удивительным, что они не вывалились из орбит. Некс, по прежнему остававшийся в неподвижном неестественном состоянии, в удивлении открыл рот, а Айа потеряла опору под ногами и плюхнулась на пятую точку. Незнакомец снова рассмеялся.

— Ну-ну-ну, не нужно так на меня реагировать. Я же не призрак какой-нибудь, а вполне себе обычный человек. Итак, вернемся к теме нашей беседы. Надеюсь, вы уже поняли, как не стоит себя вести в моем присутствии, и не допустите бессмысленных выяснений отношений, договорились, — Ксарр бросил многозначительный взгляд на Некса, тот зашуганно кивнул в ответ, — вот и славно.

Мужчина в костюме щелкнул пальцами, и невидимые путы, стягивающие тело молодого алхимика, распались сами собой. Ксарр поправил фиолетовый галстук и поудобнее развалился в кресле.

— Я думаю, будет лучше, если вы присядете. С моей стороны будет невежливо не предложить сесть. Давайте, не стесняйтесь, — друзья заозирались по сторонам и обнаружили несколько вполне крепких стульев, Некс уселся прямо на пол.

— Итак, что мы имеем? Два брата, непримиримо ненавидящих друг друга сошлись в очень интересном месте. Один пришел сюда из чисто эгоистических побуждений, мечтая получить власть над миром, или хотя бы над демоном в своей голове, а другой хочет воскресить свою семью, убитую ради этой же власти. А также молодой парень, потерявший своего деда и нашедший свою сестру, и эта сестра, убежавшая из дома ради поиска приключений. Прямо история для хорошего романа.

Ник удивленно посмотрел на друзей.

— Откуда ты все это знаешь? — Некс внимательно посмотрел на Ксарра.

— Хм, ладно. Зайдем с другой стороны. Как вы, наверное, знаете, я достаточно стар, хоть и выгляжу неплохо, — магиум пригладил свои русые волосы, — а старость, она, знаете ли, прибавляет мудрости. Да и к слову, я кое-что умею, так что рекомендую ничему не удивляться. Итак, вернемся к нашим баранам, как говаривали в старину. Вы — весьма интересные персонажи. Именно из-за этого я захотел пообщаться с вами лично. Не скажу, что удивлен вашим одновременным появлением. Оно было запланировано. Но неплохо, что все вы добрались в целости и сохранности.

— Для чего мы тебе нужны? — спросил Ник, — если, ты и так все о нас знаешь. Разреши нам доиграть роли в твоем странном спектакле, и разойдемся миром.

— Да? — Ксарр довольно ухмыльнулся, — мы и так разойдемся миром, хотите вы этого или нет. Так что извольте дослушать старого человека до конца. Я не буду вставать ни на чью сторону, не буду осуждать никого ни за убийство, ни за жажду власти. Это скучно и не интересно. Не считайте меня бездушным сухарем, мне совсем не все равно, какие поступки совершают люди, но судить кого-то не мое дело.

Магиум встал со своего кресла и сделал несколько шагов вперед. Даже в походке мужчины чувствовалась сила и уверенность, четкость движений и знание своего превосходства. Он сунул руки в карманы брюк и внимательно посмотрел на братьев.

— Вы пришли сюда за триплексом. Это значит, что до вас дошел один мой давний труд, написанный еще в молодости. Скажите мне, что вы от него ожидаете? А главное, как вы его себе представляете? Мне очень интересно.

— Это амулет, — Некс поднялся с пола и растер затекшие ноги, — хранилище ментальной силы, дарующий небывалую власть своему обладателю. Он содержит в себе все три вида ментала, что позволяет его использовать даже не просвещенному в области магии человеку.

— Очень интересное мнение, господин Некс. Это тебе твой демон сказал? Что-то его не слышно. Неужели он меня испугался? Ну а ты, Ник, как считаешь?

— Мне совсем не важно, чем является триплекс, важна лишь функция. Если он поможет мне осуществить мою цель, то я готов на все, ради амулета.

— Неплохо, совсем неплохо. Ну что ж, дамы и господа, не буду больше мучить вас ожиданием. Вы хотели увидеть триплекс? Вот он, — Ксарр сунул руку в карман и достал маленький металлический кругляшок. Он был совсем невзрачным, старым и немного заржавевшим. Амулет состоял из четырех частей: сердцевины металлического цвета и трех сегментов, красного, зеленого и белого. Послышался воодушевленный вздох.

— Я рад, что вам нравится. Но пока вы его не получите, сначала моя скромная персона хочет полностью насладиться беседой.

— Какой беседой, — Некс возмущенно засопел, — если тебе плевать на людей и на нас, то отдай амулет и наблюдай дальше.

— Как невежливо, — Ксарр улыбнулся, — я же говорил, что мне не все равно. Ведь есть же какая-то мораль, правила поведения. Это все, конечно, ерунда для кого-то. Знавал я одного субъекта, который считал все эти возвышенные вещи лишь общественными стереотипами, ненужными пережитками прошлого. Но, по-моему, он был не прав. Господин Арс.

— Да, — лучник напугано уставился на древнего магиума.

— Мне было очень любопытно наблюдать за вами. Вы и ваша сестра довольно интересно реагировали на мои испытания. Картины из прошлого впечатлили?

— Так это все подстроено тобой? — Арс кинул злой взгляд на Ксарра, — то есть это все неправда?

— Нет, что вы, я показал истину. Так все и было на самом деле. Просто без моей помощи вы, — магиум кивнул в сторону лучника, — и госпожа Айа никогда бы этого не узнали. Так как вам?

— Я был очень удивлен, увидев моих родителей и деда, — молодой магиум решил все-таки играть по правилам древнего проклятого, — только одного я не понял. Зачем? Зачем тебе все это было показывать? Зачем бередить старые раны?

— Ну я не хотел доставить вам неудобства, господин Арс, — Ксарр поправил фиолетовый галстук, — лишь поделился капелькой информации. Никогда не думал, что лишнее знание — это плохо. Так вот. Вы меня очень удивили. Разрешите посмотреть лук?

Арс сильнее сжал свое оружие и с ненавистью посмотрел на проклятого. Но спорить смысла не было, и молодой лучник нехотя протянул оружие человеку в костюме.

— Замечательная вещь. А удивили вы меня, господин Арс, тем, что вам были доверены силы второго по мощи диспа — Арчи. Это поразительно и необыкновенно. Я лично знаком с повелителем времени, и характер у него, скажу я вам, не из легких. Так что вам сильно повезло, не теряйте свой потенциал и развивайте его, — Ксарр вернул лук своему владельцу, тот благодарно потеплел в руках хозяина.

— Госпожа Айа, — магиум повернулся к девушке, — теперь поговорим о вас. Если честно, то я считаю вас взбалмошной высокомерной девчонкой, весьма эгоистичной и самолюбивой. Почему вы сбежали из Менталорума?

— Ну вы же знаете, — робко прошептала девушка, — зачем спрашивать?

— Хороший вопрос. Так часто в нашем мире спрашивают всякие глупости, что нет никакого желания отвечать. Но это не тот случай, я хочу услышать ваше видение проблемы.

— Я сбежала, потому что меня держали взаперти, никуда не выпускали, не давали развиваться. Зачем тогда нужна жизнь, если она проходит мимо?

— Вы снова удивляете меня дельными мыслями, возможно, я немного ошибался на ваш счет. Жизнь не проходила мимо вас, она текла рядом, довольно тихо и размеренно. Вы не жалеете, что оставили родной город, дядю и тетю?

— Нет, нисколько. Они, конечно, будут волноваться за меня, но справятся. Зачем я им?

— Интересно. Хочу заметить, что сейчас ваша помощь нужна им как никогда сильно. Но об этом попозже.

Ксарр снова подошел к своему креслу и сел. Его фиолетовый галстук сверкнул металлическим бликом, отражая свет фонарей.

— Итак, господа проклятые, господин алхимик с демоном. Позвольте я расскажу вам, наконец, реальное положение вещей. Уважаемый Нико ун Датор покинул Город Гану пару лет назад, чтобы воскресить свою семью. Он опирался на старые записи некоего первого проклятого, вашего покорного слуги, в которых были описаны некоторые эксперименты с неизвестным ему амулетом. Его брат, Некс ун Датор, прочитал мой дневник немного раньше, и уже тогда планировал заполучить амулет. Но при этом, понимая скудность своих способностей, алхимик решил прибегнуть к помощи Хаоса. Откуда он достал экземпляр довольно редкого труда я знаю, но это не существенно. Поэтому вышеупомянутый Некс ун Датор убивает семью своего брата ради необходимых ингредиентов и получает помощь.

Ник сжал кулаки и напряг свое тело, готовый броситься на алхимика, но Ксарр лишь посмотрел на него и отрицательно покачал головой.

— Итак, смерть Мелиссы и Балина запустила очень длинную и интересную игру, финал которой мы наблюдаем. Оба брата двигались к своей цели не пересекаясь, и не знаю о перемещениях соперника. Господин Ник попадает в Магрион, где знакомится с уважаемым Арсом, и становится виновником смерти старого воина Снуфа. Можете отрицать, но это действительно так, даже если вы этого не хотели. Двое проклятых движутся дальше и останавливаются в славном городе Менталоруме, где знакомятся с очаровательной Айей, не зная при этом о ее родстве с Арсом. Сюжет игры уже предельно закрутился, и, зная всю картину, я уже не мог остановиться от наблюдения, — Ксарр слегка улыбнулся. — Господин Некс, в свою очередь, не торопясь двигался к цели, предпочитая оставлять за собой пустыню страха и смерти, подпитывая тем самым алчность и кровожадность своего внутреннего попутчика. С одной стороны аморально, но кто я такой, чтобы судить. И вот наступает день, когда два брата практически пересекаются друг с другом при очень занимательных событиях в деревне "Камешки". На этом моменте я действительно поверил, что из этой игры может получиться действительно что-то стоящее. Все это время одной из групп помогает один очень интересный субъект из прошлого. Дам маленькую подсказку — по моей просьбе.

— По твоей просьбе? — Арс выпучил глаза, — он все время знал?

— Да, а что вам удивляет? Как я помню, господин Ник уже тогда почувствовал мое присутствие на базе "Этерни".

Лучник выпучил глаза уже в сторону своего друга, во взгляде читался легкий укор и удивление.

— Далее. Минуя очередное приключение в Тихом Лесу с благородными господами-растениями, две группы практически соприкасаются, находясь друг от друга очень недалеко. Вот где накал страстей! Вы знаете, тут уж я хотел вас поторопить, чтобы скорее досмотреть этот замечательный спектакль. И когда вы попадаете в "Зеркальные пещеры", — проклятый обвел рукой помещение, — я все-таки не удержался и спустил вас вниз своими методами.

В голове Ника промелькнула картина большой серой червоточины, длинный полет и глухой удар. Он хмыкнул.

— И вот, здесь и развернулось самое интересное. Я подготовил для вас несколько испытаний, основанных на вашей собственной силе. Господину Нексу я преподнес немного отвратительное зрелище последствий действия амулета в надежде на работу его мышления. Хотел показать, что власть как созидает, так и разрушает. К сожалению, главную мысль донести так и не удалось. Госпожа Айа должна была решить несколько геометрических головоломок. В последствии, она единственная должна была догадаться о принципе игры, благо карту игрового поля я вам показал. Слава Гану, здесь прокола не было. Господин Арс должен был увидеть обратную сторону своих способностей, и пронаблюдать, что бывает, когда время идет не так, как хотелось бы. Скажите, господин Арс, вы хотели бы еще раз оказаться там, куда я вас направил?

— Да, — в горле молодого лучника встал ком, — но только если бы я не просто наблюдал, а смог бы поговорить с мамой и папой.

— Ну, — Ксарр рассмеялся, — теоретически это возможно, хотя и труднее. Но ничего, в свое время вы сами научитесь этому. И, наконец, господин Ник. Он столкнулся с самым трудным испытанием. Не считая безобидных вспышек и молний, наш герой должен был преодолеть самое больное — встречу со своей погибшей семьей. И вот, пройдя все испытания, все пять действующих лиц достигли финала в целости и сохранности. Хотя открою вам очередной секрет, все-таки группе Ника я в очередной раз помог, — проклятый мотнул головой в сторону неосвещенного угла помещения. Свет в нем загорелся, кидая тусклые лучи на испещренную шрамами кору. Древочеловек поднял голову и кивнул всем присутствующим. Айа открыла рот от удивления.

— А вы как думали? Что дети леса самолично решили вам помочь? Наивно. Итак, как же мне решить, кто из вас достоин владеть моим амулетом, а кто нет?

— Для чего тебе эта игра? — Ник смело посмотрел прямо в глаза древнего магиума, — твои шутки слишком жестоки.

— Для чего? — Ксарр почесал затылок, — Все очень просто, мне скучно. Огромное могущество, знаете ли, быстро надоедает, а человеческие игры самые интересные и непредсказуемые.

Проклятый снова встал со своего кресла и медленно зашагал вокруг четырех людей.

— Хочу вам признаться, господа. К сожалению, вы проделали весь свой путь зря.

Воцарилось гробовое молчание, Ник уставился на древнего магиума, смешивая в своем взгляде злость, усталость и обреченность. Некс испытывал лишь страх, страх перед местью своего внутреннего попутчика.

— Как это зря? — вскричал старший ун Датор, — вот же амулет, у тебя в руках.

— В руках-то он в руках. Но это уже не тот триплекс, о котором вы читали. Вам известна история о том, как погибла моя цивилизация?

— Да, на этом месте произошел взрыв Хранилища Силы, — проскрипел зубами Некс.

— Правильно, господин алхимик, — улыбнулся Ксарр, — так вот. Дело в том, что такая большая мощь сильно изменила свойства амулета. Он теперь не способен оживлять мертвых. Прости, Ник.

Мечник безвольно повесил голову и тяжело вздохнул, его тело сотрясла мелкая дрожь.

— И это был самый интересный поворот моей игры, вы оба стремились к цели, которой на самом деле не существовало. Но в ходе действия пришли в движение такие процессы, которые даже я не мог предугадать. И я хочу спросить тебя, Ник ун Датор, ты готов исправить свои ошибки?

— Какие ошибки? — взгляд проклятого был хмур как никогда, — что ты можешь мне предложить? Еще одну бессмысленную жестокость?

— Я не понимаю, в чем ты меня обвиняешь. Ты сам решил, что триплекс поможет тебе воскресить твою семью, я тебе этого не обещал. И именно твоя ошибка может повлечь за собой множество бессмысленных смертей, ты хочешь этого избежать?

— Каких смертей, я не понимаю о чем ты говоришь.

— Тогда вернемся к моей беседе с госпожой Айей, я же обещал рассказать про ее дядю и тетю немного подробней. Следуя к своей цели, ты, уважаемый магиум, привел войска Магриона прямо под стены Менталорума. Снасс второй решил выкурить проклятых с территории заброшенного города и сейчас штурмует его стены.

Айа тихонько вздохнула и осела на пол. Из ее глаз потекли слезы. Арс опустился рядом с ней и нежно обнял сестру.

— Я могу помочь тебе исправить данную ситуацию. Ты готов к этому? Готов понести ответственность за свои действия?

— Да, я не стану избегать последствий своих решений. Что нужно делать?

— Как я и предполагал. К счастью, триплекс, потерявший свое истинное назначение, приобрел несколько другие свойства, к слову, весьма полезные. И я готов отдать его вам. Вы отправитесь к Менталоруму и поможете силам проклятых защитить священные стены. Кто-то не согласен?

— Я, — Некс сжал кулаки и бросился на Ксарра. Древний магиум лишь обреченно покачал головой и поднял одну руку вверх. Молодой алхимик замер на месте.

— Господин Некс, я же говорил, что агрессия в мою сторону бесполезна. Человеческая натура меня иногда сильно удивляет.

— Но как мы попадем в Менталорум? — Айа встала с пола и подошла к Ксарру, — мы шли сюда много дней, если битва уже началась, то мы сильно не успеваем.

— По поводу этого можете не переживать. Я же вызвался вам помочь, — губы проклятого тронула легкая улыбка.

— А что за сила теперь заключена в амулете? — Арс тоже подошел ближе к Ксарру, — чем он нам может помочь в обороне Менталорума?

— Всему свое время, уважаемый лучник, всему свое время. Итак, я отправлю вас к городу проклятых. Дальше уже решайте сами, стоит ли класть свои жизни на алтарь свободы южных магиумов или бежать. Хотя что-то мне говорить, что выбор уже сделан. А с господином Нексом мы останемся здесь и немного поговорим.

Алхимик издал протяжный вой и упал на колени. Теперь все потеряно. Ник обернулся к своему брату.

— Вот видишь, рано или поздно вся злость и ненависть вернется к тебе той же стороной медали. Ты жалеешь о своем поступке?

— Жалею? — Некс поднял глаза, в них читалось презрение, — никогда. Вы думаете, что этим остановите меня? Своей цели я все равно добьюсь, с помощью амулета или без него. В этом можете не сомневаться.

— Тогда прощай, — Ник еще раз кинул взгляд на своего брата и повернулся к Ксарру, — я готов.

— Замечательно, держи, — древний проклятый протянул Нику триплекс, — будет очень интересно досмотреть финал этой игры, не разочаруйте меня.

— Ну ты и ублюдок, — проклятый взял амулет с ладони первого магиума и смело посмотрел ему в глаза, — ответь на последний вопрос.

— Да, спрашивай.

— Неужели после того, как ты достиг могущества, абсолютной власти над природой Гану, тебе хочется только играть с людьми? Неужели тебе приятно наблюдать за гниющим современным обществом, обитающим в жалких развалинах. Почему ты не поможешь миру подняться с колен, на которые их сам же и поставил? К чему ты стремишься?

— Ты знаешь, — проклятый собрался с мыслями, — ты в чем-то прав. А в чем-то нет. Я лично никого никуда не ставил. Мой мир, мою цивилизацию разрушили такие как он, — проклятый кивнул на младшего ун Датора, — люди без магических способностей. Это они привели к взрыву Хранилища Силы. Я пытался его защитить, но в тот момент был еще очень слаб. По поводу помощи могу тебе сказать, что природа человека такова, что он будет ценить прелести этого мира только тогда, когда достигнет их сам. Помогать здесь смысла нет, так как люди попросту не оценят приобретенных благ. А цель... Я хочу увидеть Гану.

Проклятый удивленно уставился на Ксарра. Тот легко посмотрел в его глазах и улыбнулся.

— Вам пора в путь. Приготовьтесь, сейчас будет очень жарко.

Ксарр взмахнул руками. Потолок лаборатории заискрился, орошая все пространство вокруг белоснежными искрами. Воздух загустел, превращаясь в липкое марево тумана. Над головами путников появилась уже знакомая серая червоточина.

— Прощай, Ксарр ун Краун, и удачи тебе.

— Нет, Нико ун Датор, не прощай. До свидания. Мы еще свидимся, это я тебе обещаю.

Пространственная аномалия поглотила трех друзей и растворилась в воздухе. Ксарр несколько мгновений смотрел на то место, где стоял Ник, а потом повернулся к молодому алхимику.

— А теперь разберемся с тобой...


* * *

Войска Снасса, правителя Магриона, нахлынули волной на укрепления проклятых. Стрелы не смогли удержать даже первую волну нападающих. Бездушные глушили любые попытки использовать ментальные способности магиумов. Основная битва завязалась на подступе к городу.

Как и планировал Клай, дрэгги нападающих были бесполезны в ближнем бою. В условиях города машинам было просто негде развернуться. Так что магиумы бились в рукопашную, изо все сил сдерживая натиск агрессора.

Неожиданно сзади возникла яркая вспышка. Клай удивленно развернулся, не ожидая нападения в спину. Яркий комок света сгустился, обретая черты серого водоворота. Он завис в трех метрах над землей, а потом выплюнул на песок трех проклятых. Друзья мягко приземлились на ноги и разом повернулись к Старейшине Менталорума.

— Помощь нужна? — Ник улыбнулся Раскаленному Черепу.

— Да не помешает, — Клай тоже расплылся в довольной улыбке, — в атаку!!!

23

Ник вломился в ряды нападающих, словно ужасный стальной ураган. Арс, конечно, знал, что его друг умело орудует своим двуручным громовым мечом, но чтобы настолько! Тандер буквально парил среди бесчисленных воинов, нанося один за одним страшные стремительные удары.

Один магрионец отбил летящее на него лезвие и припал на колено, пытаясь достать ловкого противника на нижнем уровне. Но проткнуть ему удалось лишь воздух, так как Ник уже заходил сбоку и замахивался вездесущим оружием. Краткий солнечный блик, и тело, рассеченное от шеи до ног, повалилось в пыль. Проклятый не стал отвлекаться на завораживающую картину смерти, и уже бился с огромным, выше магиума на целую голову, воином, крепко сжимающим в руках исполинскую булаву. Противник не отличался особой изворотливостью и попытался решить проблему одним мощным ударом сверху вниз. Но сила не всегда решает исход поединка. Ник легким кувырком ушел с линии падения булавы и от души рубанул противника снизу вверх, рассекая мускулистый бок магрионца. На песок хлынул фонтан крови.

Арс старался не отставать от своего увлекшегося друга, и дергал старые стрелы из колчана одну за одной. Использовать силу Арчи было бессмысленно, то тут, то там виднелись отвратительные лица бездушных, не участвовавших в схватке, но по-прежнему блокировавших силу проклятых. Лучник отпустил натянутую тетиву, и еще один противник навсегда затих со стрелой в горле. Град снарядов буквально дождем лился из ближайших зданий. Но одно дело стрелять почти в упор — найти просвет между щитами не представляло особой трудности. Однако, лучники, засевшие в окнах старых небоскребов, редко находили цель из-за плотной стены стальной защиты.

Айа с самого начала была буквально выдернута из неровного строя оборонявшихся своим дядей, и теперь с сожалением смотрела, как ее друзья умело расправляются со своими врагами.

Рядом с Ником, пораженный чьим-то шальным арбалетным болтом упал молодой магиум, совсем еще мальчишка. Как только Клай умудрился выпустить на бой этого желторотого юнца? Проклятый на мгновение задержал взгляд на бездыханном, усыпанном веснушками лице, и с новой силой бросился на ряды нападающих.

— Защитить бездушного, — приказ прозвучал совсем близко, Ник мгновенно оценил обстановку, и кинулся на звук голоса. Так и есть — упавший перед ним магрионец освободил дорогу к безвольно висевшему над землей привидению.

— Арс, помоги! — проклятый заревел, как дикий буйол, и бросился на сморщенное тело, затянутое в старую мешковатую ткань.

— Давай! — откуда-то сзади пронеслась яркая изумрудная вспышка и быстро погасла, словно разбившись о невидимый купол. Привидение оглянулось на источник возможной опасности и что-то злобно зашипело.

— Умри, тварь, — в момент, когда стрела растворилась в воздухе, из левой ладони Ника вырвалась белая вспышка, преследуемая короткой фразой "Хедпанч". Яркий сгусток врезался в бездушного и пропал. Привидение тихо всхрапнуло и осело на землю, распадаясь на бесчисленное множество грязно-оранжевых песчинок.

— Щит, — прошептал проклятый, и практически в ту же секунду вокруг него начался огненный хаос. Яркий пламенный вихрь завертел в своем безумном танце всех магрионцев в радиусе пятидесяти метров. Остальные агрессоры мгновенно отпрянули от источника невыносимого жара. Словно ад спустился на землю, вокруг заметались обугленные тела, громко вопя от непередаваемой боли. Ник лишь спокойно смотрел на это царство огня, а в следующий миг пламя так же быстро потухло, как и возникло. Оно оставило после себя лишь маленькую выжженную пустыню.

Проклятый поднял вверх большой палец правой руки, благодаря неизвестного магиума за хорошую демонстрацию ментальной силы. Магрионцы стояли вокруг пепелища и не решались двигаться вперед.

— Бездушных от себя не отпускать, загородить щитами. Уничтожить этих ублюдков, — из строя нападающих послышались новые приказы, и воины, успевшие прийти в себя, снова бросились в атаку. Ник покрепче сжал рукоять меча, и встретил магрионцев новым шквалом ударов.

Строй проклятых неплохо сдерживал волны нападающих, так как в основном битва происходила в узком пространстве между двумя высокими небоскребами. В контакте с магиумами находилось не больше сотни агрессоров, а вся остальная армия либо толпилась сзади, ожидая своей очереди, либо, повинуясь приказу, начала обходить фронт боевых действий с других сторон.

Клай вовремя среагировал на маневр Снасса, и перекинул часть сил в соседние коридоры улиц, чтобы силы южан не зашли обороняющимся в тыл. Сдерживать все новые и новые волны было все труднее, приходилось растягивать фронт боевых действий, тем самым подставляя под удар мощной магрионской пехоты все больше магиумов. Теперь бездушные находились под хорошей охраной, всегда уходя немного назад при приближении кого-либо из жителей Менталорума. Поэтому бесшабашные выходы Ника, или любого другого проклятого уже не приносили такого оглушительного успеха первой контратаки.

Хотя пыл ун Датора еще не угас, уже видна была вся тщетность попытки сдержать линию нападения. Растянувшийся фронт не оправдал надежд менталорумцев, так как в рукопашной схватке перевес врага ощущался очень сильно. То тут, то там можно было услышать сдавленный крик проклятого, пораженного арбалетным болтом, или проткнутого мечом.

— Клай, — Ник поднял меч, принимая на него атаку очередного магрионца, — нужно отходить.

Старейшина Менталорума стоял неподалеку и довольно умело размахивал двуручным длинным боевым посохом. Резкий выпад раздробил нос какому-то неуклюжему воину и заставил его нырнуть в дорожную пыль.

— Знаю, все в здания, входы удерживать столько, сколько возможно.

По приказу старейшины проклятые начали медленно отходить под защиту небоскребов, исчезая в темных провалах древних громадин. Солдаты Магриона, окрыленные отступление врага, еще больше усилили напор, стараясь отправить к Гану как можно больше магиумов. Арбалетные болты начали выбивать нескладный ритм выстрелов на оконных проемах, стараясь задеть не вовремя высунувшегося из укрытия проклятого, что, впрочем, получалось не очень хорошо.

Ник исчез в темноте здания и почти сразу натолкнулся на Арса. Лучник держался левой рукой за предплечье.

— Что случилось? — мечник осмотрел рану, слава Гану, это оказалась лишь неглубокая царапина.

— Болтом слегка зацепило, мы проиграли? — юный магиум впервые участвовал в битве такого масштаба, и, видимо, совсем не ориентировался в ходе боя.

— Пока нет. Они оттеснили нас назад и загнали в укрытие. Сейчас начнется либо штурм, либо осада. Скорее первое, так как эти парни, а в особенности Снасс, ждать не захотят. Теперь наш единственный шанс — это удержать все входы в здание и не допустить прорыва обороны. Если магрионцы окажутся внутри — нам конец.

— Ясно. Скажи, почему нам всем удалось уничтожить лишь одного бездушного. Нужна ведь всего лишь сила двух проклятых. Я думаю, сражению уже давно закончилось, если бы мы могли использовать силу?

— Скорее всего, да. Но нападающие очень грамотно организовали оборону этих привидений. Из окон их достать не получается, потому что народу вокруг них стоит очень много, прорваться с боем удалось лишь до одного, да и то по причине беспечности этих остолопов. Нам нужен какой-нибудь неожиданный маневр, иначе дольше часа мы здесь не просидим.

— Ясно, у тебя есть какой-нибудь план? — лучник с надеждой посмотрел на своего друга.

— Есть, но нужно посоветоваться с Клаем, мне потребуется его помощь.

Старейшина нашелся на втором этаже, где был устроен небольшой полевой госпиталь.

— Клай, есть время поговорить? — проклятый оглядел раненных. Потери Менталорума были небольшими, но для такого маленького количества людей каждый магиум был на счету.

— Да, что ты хотел сказать, — старейшина отвел мечника в сторону.

— Есть один план, но он довольно рискованный. Хотел узнать твое мнение на этот счет.


* * *

— Проклятые окопались в двух зданиях и крепко держат оборону. Проникнуть внутрь ни через двери, ни через окна не представляется возможным. Но и выйти у них не получится, поэтому наша победа — лишь дело времени.

— Я не хочу ждать, Сугран. Если Алфрик разделается со своей частью быстрее меня, он потом таких слухов распустит, что хоть стой, хоть падай. Нужно выкурить проклятых. Придумай что-нибудь.

— Да, повелитель.

Магрионский сотник коротко поклонился Снассу и отошел. "Что-нибудь придумай. Ха. Как будто все так просто. Эти проклятые засели так крепко, что и не подойти."

Сугран вернулся к своим солдатам, когда рядом со входом в здание послышался какой-то шум.

— Что там происходит? — сотник крикнул вперед.

— Оборона прорвана, они бегут внутрь здания, — ответ не заставил себя долго ждать.

— Отлично, убить всех до единого. Держитесь рядом с бездушными. Прочесать все здание вплоть до последнего этажа. Пленных не брать.

Пестрая река магрионских воинов хлынула внутрь небоскреба. Одновременно с этим была прорвана защита на втором рубеже, и вторая половина фронта углубилась в темные коридоры творений времен Великого Ухода. Снасс подбежал к Суграну.

— Что происходит, почему воины заходят?

— Повелитель, но вы же сами приказали выкурить проклятых как можно скорее?

— Идиот, тебе не кажется, что эти твари сдались слишком быстро и просто?

— Никак нет, повелитель, сейчас мы обшарим все сверху донизу и принесем вам их головы.

— Что-то здесь все равно не так. У меня какое-то нехорошее предчувствие.

С десятого этажа показалась голова воина.

— Повелитель, здесь никого нет. Все проклятые как в воду канули.

— Что, совсем никого? Куда они могли деться? Ищите лучше, болваны.

Вдруг землю сотряс мощный удар. С верхних этажей посыпалась каменная крошка, падавшая прямо на головы магрионским воинам.

— Я же говорил, что что-то здесь нечисто. А ну всем назад! — Снасс заорал благим матом, сам предусмотрительно отбегая подальше от дрогнувшего здания. Армия Магриона спешно потянулась назад к выходу, образовалась свалка. Небоскреб сотряс еще один удар. На этот раз сверху повалились достаточно крупные каменные куски и кирпичи. Какому-то невезучему солдату размозжило голову упавшим обломком.

Снасс отошел на безопасное расстояние и оглянулся. Увиденное шокировало его своей глобальностью. Два небоскреба, в которых предположительно должны были сидеть проклятые, ходили ходуном, раскачиваясь из стороны в сторону, словно деревья от сильного ветра. Магрионцы старались как можно скорее покинуть здание, из-за чего на выходе получилась форменная давка с криками и руганью. Еще один мощный толчок заставил многотонные громады опасно пошатнуться. И в этот момент одно из зданий стало проваливаться внутрь себя, увлекая в кошмарную бездну каменного крошева всех воинов, не успевших выйти наружу. Вокруг хлынули исполинские пылевые облака, мгновенно заполонившие все пространство. Стены опасно загрохотали, трещины побежали по их старой кирпичной кладке, будто ручейки быстрой горной реки. Послышались сдавленные крики ужаса и боли, и в следующий миг небоскреб рухнул. Грохот был такой, как будто только что изверглись сотни две мощных вулканов. Снасс прикрыл лицо руками и отвернулся от колючего потока пыли и песка. Еще через две минуты грохот повторился — рухнул второй небоскреб.

Воины, успевшие покинуть здание, теперь лежали в песке и откашливались. Пыль летала в воздухе и мешала увидеть всю картину произошедшего.


* * *

Ник обнаружил себя вжавшимся в стену и крепко зажмурившимся. Когда облако пыли рассеялось, проклятый огляделся и облегченно вздохнул.

План был простой. Все магиумы должны были быстро и четко покинуть здание через канализацию, опутавшую своей сетью весь город. Самая трудная задача была у тех, кто уходил последними. Им следовало задержать наступающих как можно дольше, а затем быстро укрыться в подземелье и завалить за собой вход. Потом в дело вступали самые старшие магиумы. Им пришлось задействовать все свои внутренние резервы для того, чтобы разрушить несущие конструкции первых этажей и фундамента.

Расчет оправдался: старые опоры и основные стены не выдержали напора ментальной силы и просели, что повлекло за собой потерю равновесия всей постройки в целом и ее обвал. С помощью Клая и его ментальной силы план был скоординирован и с проклятыми во втором небоскребе. Плата за небольшую победу была небольшая — всего лишь два старых никому не нужных здания. Но приз в этом бою был значительный. Если магрионцы помчались обыскивать всю постройку, то обрушившееся здание должно было стать могилой не для одной сотни воинов. Уловка, конечно, бесчестная, но на войне все средства хороши.

Ник нашел взглядом Арса и Айу, бешено трущих глаза в отдалении, и облегченно вздохнул. Сейчас главное не медлить.

— Клай, — воин подбежал к старейшине, — пора нанести решающий удар, пока магрионская армия не оправилась от такого удара.

— Ты прав, Ник, — Раскаленный Череп утвердительно кивнул, — бери самых сильных воинов и иди наверх.

Проклятый критично осмотрел помещение старого канализационного коллектора, в котором на данный момент находилось не менее сорока проклятых всех мастей и способностей, и громко заговорил.

— Друзья, — Ник внимательно оглядел всех присутствующих, — у нас есть возможность разобраться с магрионской угрозой раз и навсегда. Но мне нужна помощь. Кто готов пойти и вышвырнуть их с этой земли?

Подземелье заполнил дружный гул голосов, и толпа проклятых не торопясь двинулась к выходу на поверхность, находившемуся под соседним зданием. Арс догнал своего друга и дернул за плечо.

— Ник, ты действительно думаешь, что у нас есть шанс добить магрионцев? В открытой схватке мы уничтожили около сотни, двумя поваленными небоскребами смогли избавиться еще может от трехсот. Остается где-то больше полутысячи воинов, не считая бездушных.

— Я понимаю твои сомнения. Но на нашей стороне внезапность. Сейчас они не ожидают нападения. Я уверен, что на поверхности творятся такие ужасы, что мы станем завершающим аккордом. Главное — действовать четко и быстро, тогда шанс есть. Ты со мной? — проклятый внимательно посмотрел на лучника, тот коротко кивнул и направился вслед за своим другом.

Стрелы бесшумно рассекли воздух и нашли своих первых жертв. Около десяти воинов рухнули на землю, зажимая смертельные снаряды в горле. Магрионцы быстро мобилизовались, строясь в боевые порядки, похватали щиты и развернулись лицом к небольшому зданию, находившемуся в пятидесяти метрах от разрушенного небоскреба. Но в этот момент несколько метких выстрелов, произведенных откуда-то сбоку, смешали ровный строй и привели наступающих в замешательство, смешанное с паникой. Где-то в толпе магрионцев прозвучали приказы к отступлению.

Ник с командой опытных мечников вынырнул из темноты дверного проема и молнией кинулся к отступающим. Его заметили слишком поздно. Клин проклятых врезался в толпу бегущих воинов как таран, расшвыривая бегущих направо и налево. Кто-то продолжил отступление, не обращая внимания на новую угрозу, кто-то решил принять бой. Но шансов у неорганизованной паникующей массы не было.

Снасс обезумевшим взглядом смотрел, как его некогда неустрашимая армия бежит, подгоняемая стрелами и крохотной группой магиумов.

— Прекратить бегство, развернуться. Куда вы бежите, дибилы? Встать в строй, выставить щиты, давить проклятых. Посмотрите, идиоты, их не больше десяти. Уничтожить!

Воины Магриона попали в нешуточные клещи. С одной стороны их преследовал стальной вихрь клина проклятых, против которого не действовали никакие приемы и атаки. С другой стороны надрывался их правитель. Не подчиниться приказу — все равно, что подписать себе смертную казнь.

Паника среди воинов быстро прошла, сказалась неплохая боевая выучка и опыт. Магрионцы мобилизовались, и в очередной раз выстроились в боевые порядки. Стрелы перестали уносить с собой жизни, чеканя ритм по щитам нападающих. Ровный строй двинулся обратно, норовя взять в клещи маленькую группу магиумов.

Ник махнул рукой по направлению к зданию, и клин проклятых растворился в темноте здания так же быстро, как и появился из нее.

— Стоять. В здания не заходить. Сугран, ко мне.

Сотник Магриона, выживший после обрушения небоскребов в момент оказался рядом со Снассом.

— Да, повелитель.

— Слушай меня. Вести эту партизанскую войну бессмысленно. Мы не сможем воевать на чужой территории. Пора перейти к плану Б. Готовь девостатора.

Ник взбежал на второй этаж мертвого здания, где его, зажав лук в руке, ждал Арс с небольшой группой лучников.

— Что они задумали? — проклятый подошел к окну и вгляделся в значительно поредевшую, но определенно сохранившую боеспособность армию Магриона. Первый строй тяжелых пехотинцев со щитами медленно отодвигался с главной дороги, одновременно контролируя ситуацию и не теряя бдительности. Проклятый вгляделся вдаль, и увидел, как одинокий дрэгг покинул поле боя и направился к...

— Сюрприз. Сейчас мы и узнаем, что приготовили нам эти ублюдки.

— Я знаю что там, — сзади послышался голос Клая, — можно даже и не смотреть.

— Тогда просвети, — Ник удивленно посмотрел на старейшину Менталорума, — чего нам ждать?

— Я думаю, если ты сам все увидишь, то тогда рассказывать ничего не придется.

Сугран в мгновение ока оказался рядом с небольшим холмом, плотно накрытым серым сукном. Рядом сидел прямо на земле суховатый старичок, походивший более на молодого бездушного, чем на человека.

— Пора, ты знаешь, что нужно делать. Проклятые засели вот в тех зданиях, — сотник показал пальцем на два невысоких трехэтажных дома рядом с развалинами.

— Слушаюсь, господин Сугран, — старичок ловко встал на ноги и начал отвязывать веревки, удерживающие полотно на холме. Сотник тоже схватился за крепления.

Ник отшатнулся от окна.

— Девостатор... — Клай тоже замер на месте, — ужасное порождение хаоса, практически не восприимчивое к ментальному воздействию. Подчиняется только одному хозяину, имеет поразительную боевую мощь. Нам очень не повезло.

Снятое полотно обнажило лик ужасного чудовища. Оно напоминало гигантского броненосца, закованного в листы каленой стали, защищавшей бока и спину монстра. На голове, украшенной большими, налитыми кровью глазами, висело седло, в котором находился наездник. По бокам от него были надеты большие шипастые пластины, пересекавшие все тело от носа до кончика длинного мощного хвоста.

Кажется, солдаты Магриона тоже впервые видели это чудовище, так как страх на их лицах лишь изредка сменялся уверенностью. Снасс удовлетворенно оглядел свое новое оружие.

— Под лапы не соваться, рядом не находиться. Сейчас мы размажем этих ублюдков вместе с их жалкими лачугами.

— Ну и как мы теперь будем сражаться с... даже не знаю как назвать это чудовище? — Арс выпустил стрелу, но она лишь жалко звякнула о твердую броню на боку монстра и упала в пыль.

— Кажется, теперь пришел мой черед, — Клай еще раз взглянул на девостатора через окно и медленно направился к выходу.

— Череп, ты чего, да он же тебя размажет, — Ник бросился наперерез старейшине, но тот лишь остановил его холодным и уверенным взглядом.

— Не суйся, шанс у меня есть. Постарайся увести всех вниз. Ваш последний рубеж будет уже у стен Менталорума. Обещай.

— Чего ты такое говоришь? Давай просто вместе спустимся. В самом городе мы точно сможем удержаться.

— Нет. Если не убить девостатора сейчас, другой возможности может и не быть. К тому же от него вы за стенами не спрячетесь, — Клай бросил взгляд на проклятого и продолжил спуск.

— Обещаю, — бросил ему вслед Ник.

24

На восточном фронте обороны Менталорума дела шли не лучшим образом. Хотя напор раонской армии был не в пример слабее магрионской, да бездушных присутствовало гораздо меньше, но положение становилось мягко говоря критичным. Эти рубежи старого города обороняли всего лишь около сорока проклятых, из которых лишь десять воинов участвовали раньше в серьезных схватках. Но отступать было уже некогда, поэтому магиумы зубами вгрызались в каждый клочок земли, брали кровью за каждое потерянное здание.

Армия Алфрика неуклонно теснила проклятых внутрь города, медленно отбирая улицу за улицей. Но и потери они несли внушительные. Из восьмиста воинов в распоряжении раонской армии осталось не больше трехсот.

— Мастер Крарк, что будем делать? Отступать уже практически некуда. Через полквартала находится восточный вход с Менталорум. Мы не можем отдать этот рубеж, — Инв тихо подошел к проклятому и заглянул в его глаза. В них читалась решительность, перемешанная с изрядной долей обреченности.

— Я знаю, необходимо срочно что-нибудь предпринять, — магиум осторожно выглянул из окна третьего этажа, — тихо, кто-то едет.

Из-за поворота, сотрясая мертвый город звуками работающего мотора, показался раонский бронемобиль. Это была трехметровая машина, полностью закованная в стальную броню. Отличие ее от магрионской версии заключалось лишь в отсутствии пулеметов. Транспорт ехал медленно, периодически останавливаясь рядом с темными провалами дверей, но, не заметив никаких признаков жизни, продолжал движение.

— Они скоро найдут вход в Менталорум, мастер Крарк, — Инв тоже выглянул на улицу.

— Инв, послушай меня, — Крарк развернул молодого проклятого к себе и заглянул ему в глаза, — дальше тебе придется действовать в одиночку. Собери оставшихся магиумов и направляйся ко входу. Там вам придется держаться до конца. Ты меня понял?

— Понял, но что вы собираетесь делать? Почему дальше я пойду один? — в глазах Инва появилась слабая искорка понимания и страха, — неужели вы хотите...

— Никогда так не делай, — Крарк оттолкнул паренька вглубь комнаты, а сам взял небольшой разбег и ловким движением выпрыгнул прямо из окна. Проезжавший внизу автомобиль слегка затормозил перед зданием, в котором находились двое проклятых. Огненный топор в полете резко выхватил свое неизменное оружие и камнем обрушился на крышу бронемобиля. Лезвие, подкрепленное силой диспа-примера наполовину вошло в обитую листами стали крышу транспортного средства, после чего оружие погасло. Внутри послышались тревожные голоса пассажиров, и авто резко рвануло с места.

Крарк вцепился в свой топор, чтобы не потерять равновесия и не упасть под колеса. Машина резко дернулась вправо на ближайшем повороте, ее сильно занесло и грохнуло по большой кочке. Проклятый еще сильнее вцепился в свое оружие, торчавшее из бронированной крыши.

Пассажиры, поняв, что стряхнуть надоедливого магиума не удается, решили сделать это вручную. Боковое окно, тоже закованное в сталь, громко распахнулась, и оттуда показалась бритая голова загорелого воина. Он желтозубо улыбнулся, видя беспомощность странного наездника, старавшегося что есть сил удержаться на машине. Крарк злобно посмотрел на источник опасности и, размахнувшись, вмазал раонцу по лицу носком своего сапога. Тот, видимо не ожидая такой прыти от магиума, схватился руками за нос, из которого начала хлестать кровь.

И тут до Крарка дошла одна мысль. Он сначала посмотрел на травмированного верзилу, который, заметив взгляд проклятого, тут же поспешил исчезнуть внутри салона, а потом на свой топор. При падении магиум использовал силу своего диспа, чтобы пробить крышу бронемобиля. А это может значить только одно — что внутри нет бездушных, видимо, правитель Раона посчитал, что за двумя сантиметрами каленой стали он находится в полной безопасности, и не захотел соседствовать с отвратительным привидением. Значит, можно попробовать остановить эту махину прямо сейчас.

Крарк посмотрел на свой топор и прошептал слово активации диспа. Оружие послушно затянулось одеялом пламени и нагрелось. Внутри салона опять зазвучали какие-то крики, которые из-за гула работающего двигателя расслышать не удавалось. Проклятый всем телом налег на рукоять топора, как бы заталкивая того как можно глубже в крышу бронемобиля. Стальные листы оказались не такими уж и бронированными — по крайней мере перед жаром ментала они оказались бессильны и медленно плавились, расширяя дыру внутрь машины.

Водитель, видимо чувствуя запах жареного, в прямом и переносном смыслах, опять постарался скинуть проклятого с машины резким поворотом. Крарк не удержал равновесия и завалился на бок, оставшись висеть на своем топоре лишь на одной руке. Древко слегка накренилась, вот-вот готовое вырваться из крыши и свалится в пыль вместе со своим хозяином. Магиум уперся ногами в боковую дверь бронемобиля и второй рукой зацепился за поручень, который служил для залезания на крышу. Еще один рывок помог ему взобраться обратно буквально за секунду до того, как находчивый водитель попытался стереть в порошок проклятого, разбив его о стену какого-то здания. Машина подъехала к нему вплотную и на полной скорости заскрипела обивкой. Дождь искр посыпался на землю, на кирпичной кладке осталась довольно внушительная глубокая дорожка.

Крарк, наконец-то, смог закончить расширение дыры в крыше бронемобиля и мимолетом заглянул внутрь. Как выглядел Алфрик, правитель Раона, он не знал, но если бы ему показали сидящего на заднем сиденье невысокого мужчину, то магиум выбрал бы его. Еще в салоне сидели водитель за рулем — крепко сбитый детина, напряженно смотревший на дорогу, и двое сопровождающих — молодцы, уже приготовившие мечи, один, к слову, с разбитым лицом.

Проклятый решил не затягивать эту, уже слегка поднадоевшую ему поездку, опустил руку внутрь салона и уверенно проговорил: "ФайерХелл". Из ладони, сопровождаемое диким визгом шин, прямо на пассажиров салона полилось жидкое пламя. Оно в момент сжигало практически любой материал, в том числе и живую плоть. Раонцы громко закричали, машину качнуло сначала вправо, потом влево, черный едкий дым повалил прямо из дырки в крыше. Через десять секунд все было кончено, вопли боли затихли, и неуправляемая машина резко сменила курс, развернувшись к стене высокого старого дома.

Крарк повернул голову к неожиданно приблизившейся опасности и уже подумал о том, что тактику отступления он так и не успел разработать. Проклятый рванул топор на себя и согнул ноги для прыжка, но было поздно. На большой скорости раонский бронемобиль с безбилетным пассажиром на крыше врезался в крепкую бетонную стену...


* * *

Клай медленно шагал по залитой солнцем улице навстречу девостатору. Ник стоял в дверном проеме ближайшего здания и смотрел вслед старейшине Менталорума. Замершая магрионская армия недоуменно пялилась на безумного старика, шедшего прямо к своей гибели.

Ужасный монстр шел не торопясь, каждый его шаг сотрясал землю, извергавшую из-под многотонных ног тучи пыли и песка. Огромный хвост чудовища волочился за ним по земле, оставляя глубокую борозду в дороге. Когда до Клая оставалось буквально двести метров, наездник девостатора ударил острыми шпорами на сапогах по шее порождения хаоса, и тот остановился, утробно заурчав.

Старейшина тоже остановился. Он внимательно смотрел прямо в глаза монстра. Потом Раскаленный Череп не торопясь снял с себя легкую грубую рубаху, обнажив довольно мускулистый для старого человека торс. На нем красовался большой, от ключиц до пояса, шрам в виде готового к броску восьминогого паука. Старейшина раскинул руки в стороны, подставляя свое тело под теплые лучи солнца и громогласно проревел: "Арахно".

Улица Менталорума взорвалась огненными мириадами огней и взрывов, завертевшихся в огромном разноцветном вихре. Воздух вокруг старого проклятого словно загустел, принимая причудливые формы и переливаясь от темно-красного до ядовито-фиолетового. Все присутствующие при этой феерии красок зажмурили глаза, чтобы яркие вспышки ментальной силы не сожгли им сетчатку, спокойно стоять остались лишь сам Клай и его огромный противник. Поток света стал медленно упорядочиваться, сворачиваясь к эпицентру и обретая удивительные пропорции. Из огромной серой сферы потянулись темные лучи, упираясь в землю. Тело ментальной аномалии стало вытягиваться, обрастать мелкой шерстью. Вот появилась что-то, напоминающее голову, лапы, туловище. Проклятый со всего размаха хлопнул в ладоши, и еще одна ослепительная вспышка затопила улицу, заставив воинов Магриона и защитников Менталорума в очередной раз зажмурить глаза.

Когда люди и магиумы посмотрели на главное действующее лицо в этой феерии огней и взрывов, то рядом с ним увидели огромного, около семи метров в холке, черного паука. Он опирался на восемь длинных ног, украшенных бесчисленным количеством острых шипов и всевозможных выростов, тело его покрывала густая шерсть, отливавшая тьмой при солнечном свете. Туловище венчала небольшая голова, смотревшая на девостатора не одним десятком мелких глаз. Ментальный паук припал на передние лапы и издал истошный визг, заставивший вздрогнуть всех присутствующих. Девостатор даже слегка попятился, видимо, не ожидал здесь встретить кого-нибудь своего размера.

Арахнид не стал дожидаться, пока ступор у наблюдателей пройдет, и, повинуясь взмаху руки своего хозяина, кинулся в атаку. Двумя мощными прыжками он преодолел расстояние, отделявшее его от противника и с размаху ударил монстра двумя передними лапами. Девостатор в свою очередь показал большую прыткость, наездник стукнул пятками в шею великана, и тот пригнул голову, уклоняясь от острых шипов. Лапы паука просвистели в метре над седоком и ушли в бок. Магрионский монстр решил воспользоваться открытой частью тела своего противника, и, продолжая движение, развернулся на девяносто градусов, давая мощному хвосту вырваться вперед. Это многотонное скопление мышц ударило в бок защитника Менталорума, и он отлетел от противника метров на десять. Удара о землю не произошло, так как арахнид в воздухе сумел сгруппироваться и приземлиться на все восемь ног.

Клай схватился рукой за свой бок, его лицо исказила гримаса боли. Ник с удивлением вгляделся в фигуру старика. Сзади послышался какой-то шорох, и, оттолкнув проклятого с дороги, вперед выбежала Айа.

— Дядя, не надо. Перестань, — девушка кричала Клаю сквозь слезы. Ник рванул за ней и схватил за талию, оттаскивая магиумессу назад.

— Что ты делаешь? Ты сейчас не сможешь ему помочь, — проклятый развернул заплаканную девушку к себе.

— Ты не понимаешь, это же его вызванное животное. За много лет дядя настолько породнился с ним, что теперь между их жизненными силами очень большая ментальная связь. Дядя Клай будет испытывать ту же боль, что и его подопечный, — Айа разразилась новым потоком рыданий.

— Все равно ты только будешь мешать ему, если Клаю придется еще и тебя защищать, то шансов у него будет намного меньше.

Старейшина Менталорума снова выпрямился, убрав руку от пронзившего его болью бока. Паук посмотрел на своего хозяина, потом на девостатора и снова издал оглушающий визг.

Следующая атака оказалась более удачная. Арахнид подскочил к своему врагу, тот, не мудрствуя лукаво, решил повторить прием, снова приводя свой хвост в движение. Клай ожидал этого, поэтому паук резко ушел вниз, пропуская многотонную махину над собой. Две передние лапы дернулись вперед, скользя по толстым стальным пластинам и оставляя на них глубокие борозды. Магрионский монстр вовремя почувствовал опасность и ловко отскочил в сторону. Оставалось только удивляться, как такое возможно при его-то весовой категории.

Противники замерли друг напротив друга. Как-то сильно повредить здоровье девостатора Клаю не удалось, на боку монстра остались всего лишь две глубокие борозды от лап паука, поэтому старейшина Менталорума решил в следующий раз попытаться достать до открытых и уязвимых частей тела. Старичок, сидевший на шее своего подопечного, ухмыльнулся.

— У твоего жалкого выродка нет ни единого шанса, проклятый. Сдавайся.

Клай не пожелал отвечать на эту попытку его задеть и снова взмахнул руками. Началась очередная пляска шипов, стали и многотонных тел. Девостатор вновь показывал, что он не такой неуклюжий зверь, каким можно было его представить по внешнему виду. Он умело уворачивался от молниеносных атак арахнида, не забывая контратаковать всеми доступными ему методами. В ход пошли и огромные толстые лапы, и стальные шиповые накладки на боках. Но достать паука тоже оказалось непростой задачей, так как ментальный партнер Клая гибко уходил от любых попыток его повредить, все время кружа в опасной близости от открытых частей тела противника.

Такая пляска смерти завораживала всех зрителей. Остатки магрионской армии с открытыми ртами наблюдали, как две огромные зверюги выписывают разнообразные кульбиты, пытаясь достать друг друга.

— Ник, — Арс подбежал к своему другу, — может попробовать стрелой сбить седока?

— Нет, — проклятый, не отрывая взгляда от происходившей на улице битвы, покачал головой, — если у Клая не получится, тогда и будем искать пути уничтожения этого монстра. А пока прояви воинскую честь — старейшина намеренно пошел на эту битву один. К тому же твое вмешательство может привести к тому, что вражеская армия тоже не будет стоять в стороне.

Арахнид сделал ложный выпад в сторону девостатора. Магрионский монстр подался назад, уходя от возможной атаки, чем и не преминул воспользоваться семиметровый паук. Он быстро заработал своими длинными жвалами, исторгая в противника мощный ядовитый плевок. Ярко-зеленая жижа пролетела по воздуху, словно ракета, и врезалась в голову девостатора. Он успел прикрыть кроваво-красные глаза, но, видимо, часть яда смогла попасть на открытую оболочку, так как порождение хаоса заревело, громогласно заявляя о своей боли всем присутствующим. Наездник испуганно замолотил по шее зверя, стараясь привести того в чувство и подчинить своим командам. Но не тут-то было. Девостатор уронил голову на землю и усиленно затер передней лапой по глазам.

Арахнид не стал ждать, пока неуправляемый порыв врага пройдет, и бросился вперед. Две его лапы со всей силы ударили в стальной бок зверя, уже однажды пораженный шипами паука. Бронированные листы не выдержали напора ментального существа, и в них образовалась значительная брешь. Магрионский монстр снова взвыл, тело его содрогнулось, мышцы сократились, хвост снова взлетел вверх, пытаясь достать обидчика.

Паук отскочил назад, остерегаясь мощного удара. Зрители ахнули, на боку у девостатора зияли две большие раны, из которых толчками выливалась темно-бардовая кровь. Снасс сжал кулаки и со злостью ударил о борт своего бронемобиля.

Но так просто победить огромного монстра было не так-то просто. Его красные глаза налились кровью еще сильнее, из горла вырвался оглушительный крик ярости, который сотряс стены окружающих зданий. Он уперся ногами в землю и бросился на врага. Его выпад был настолько быстрым и неожиданным, что арахнид не успел уклониться, лишь подставил лапы под удар.

Девостатор врезался в противника, отклонив голову в бок. Паук пролетел по воздуху метров двадцать и сотряс стену противоположного дома. Каменное крошево ударило в разные стороны, выплескивая наружу облака пыли. Но на этом порождение хаоса решило не успокаиваться, и, быстро сориентировавшись, бросилось на врага, желая затоптать того своими огромными ногами.

Арахнид громко взвизгнул, резко вставая на ноги. Он увидел летящего ему навстречу противника и резко отпрыгнул в сторону. Девостатор уже достаточно разогнался, чтобы останавливаться, и на всей скорости протаранил стену, где уже имелся отпечаток тела паука. Кирпичная кладка не выдержала такого удара, и магрионский монстр скрылся внутри здания под оглушительный грохот каменных обломков о стальную защиту.

Клай схватился за спину, снова скорчив болезненную гримасу, но долго ублажать своих врагов признаками слабости не стал, сжав зубы и подавив желание отступить. Его подопечный отбежал от дыры в стене на безопасное расстояние, чтобы вынырнувший из темноты помещений противник не смог достать его. Тот не заставил себя долго ждать, и через полминуты снова вышел под яркий свет дневного светила.

Наезднику девостатора не поздоровилось. На голове виднелась большая кровавая рана, видимо, образовавшаяся при столкновении со стеной. Он был в сознании, но крепко держался за голову рукой.

— Старик, — Клай громогласно обратился к седоку, — пора заканчивать этот цирк.

— Согласен, — наездник усмехнулся, глядя на старейшину Менталорума, — предлагаю все решить одним ударом.

Клай кивнул и снова взмахнул руками. Паук сорвался с места и бросился на своего врага. Девостатор, понукаемый ударами шпор о свою шею, тоже стремительно рванулся вперед. Два многотонных монстра с ужасной скоростью неслись друг на друга, готовые убить или умереть.

Когда до столкновения оставалось всего лишь пара десятков метров, арахнид резко оттолкнулся от земли и воспарил в воздух. Он пролетел над землей и метко приземлился прямо на стальную спину девостатора. Зверь взвыл и на полной скорости понесся вперед. Паук, сидя на спине у своего врага, не стал терять время, задействовав все восемь ног. Он замолотил ими по защищенным и голым участкам тела порождения хаоса, пробивая очередные бреши в броне и разрывая плоть. Кровь брызнула в разные стороны, оставляя после себя дорожку на раскаленном песке. Дальнейшее поразило всех.

Девостатор, видимо понимая опасность своего положения, решил повторить прием со стеной и на полной скорости врезался в очередное здание. Стена небольшой двухэтажной постройки не смогла выдержать удвоенного напора гигантских животных и лопнула, как яичная скорлупа. Арахнид и девостатор пролетели вглубь здания, послышался ужасный грохот. Толпа опять ахнула.

Внутри постройки кто-то взвыл, перемежая звуки раненного зверя шумом падающих камней и глухих ударов. Снова взревел магрионский монстр, молотя по стенам и потолку огромным хвостом.

Клай рухнул на землю, держась за живот. Он начал извиваться на песке, как будто кто-то невидимый бил его по всему телу. Одновременно с тем, когда затихла возня внутри здания, старейшина тоже замер.


* * *

Бесшумная тень скользнула между зданиями, внимательно оглядела последствия ужасной аварии. Задняя часть раонского бронемобиля торчала из стены, припорошенная толстым слоем каменной пыли. В крыше машины виднелась большая дыра, проплавленная неизвестной силой. Тень скользнула к куче обломков и внимательно осмотрелась. Где-то в камнях послышался шорох.

Инв скинул с себя невидимую личину и рванулся на звук. Камни пришли в движение, и из-под груды кирпичей показалась израненая рука, украшенная шрамом в виде языка пламени. Молодой проклятый подскочил к ней и яростно стал раскидывать камни в разные стороны. Через две минуты из-под завала показалась голова Крарка.

Он был в ужасном состоянии. Все лицо оказалось усеяно ранами различной степени тяжести, от мелких кровоподтеков до огромной дыры в черепе. Проклятый громко закашлялся.

— Инв, — еле выдавил из себя Крарк.

— Не говорите ничего, вам здорово досталось. Надо срочно доставить вас в Менталорум, — молодой магиум стал еще яростнее раскидывать камни и освобождать тело наставника.

— Инв, не надо, — проклятый опять закашлялся, — это мне уже не поможет. Я чувствую, как сила ментала быстро покидает мои жилы...

— Нет, мастер Крарк, — на юном лице выступили слезы, — не говорите так. Я доставлю вас в Менталорум, там вас вылечат. Вы же сильный, вы справились в одиночку с целым бронемобилем.

— Инв, не говори глупостей, — голос проклятого был очень слаб, — после такого столкновения я уже не жилец. Прости меня.

— За что, мастер Крарк? Вам не за что просить у меня прощения. Только пожалуйста, не сдавайтесь, все будет хорошо.

Крарк поморщился от боли и на мгновение закрыл глаза.

— Послушай, Инв. Ты должен забрать мою силу, слышишь?

— Что? Что вы такое говорите, я не стану этого делать, это же убийство.

— Перестань, Инв. Это моя последняя воля. Я хочу, чтобы ты окончил мои мучения, чтобы я умер не от потери крови в жалкой грязной подворотне, я хочу навечно остаться жить вместе с тобой, рядом с твоим храбрым сердцем.

Молодой магиум уронил голову на грудь своему наставнику и заплакал. Крарк положил руку своему ученику на затылок.

— Не плачь, все умирают. Вот пришел и мой черед. Давай, не медли. Мне очень больно.

— Мастер... — Инв посмотрел на Крарка красными от слез глазами, — я буду помнить вас вечно.

Юный проклятый встал перед своим наставником и глубоко, почти до самой земли, поклонился ему. Тот лишь устало кивнул и закрыл глаза. Инв поднял ладонь левой руки и направил на Крарка. На ней красовался шрам в виде зачеркнутого круга.

— Чоук, — фраза вылетела из дрожащих губ и заставила ладонь заискриться тусклым сиреневым светом. Крарк благодарно кивнул ученику и через десять секунд затих навсегда. — Я принимаю твою силу, Крарк Огненный Топор. Да пребудет с тобой Гану.

Яркая вспышка света озарила место аварии. Через мгновение тело Крарка исчезло, Инв упал на колени и снова заплакал.

25

Новая порция стрел защелкала по щитам магрионских воинов, не нанося им существенного урона. Но этот залп и не преследовал такую цель. Под градом летающих снарядов маленькая группа проклятых, состоявшая всего лишь из Ника и Арса, выбежала на главную улицу и устремилась к лежащему на земле Клаю. Мечник на всякий случай окружил себя и лучника еле заметной сферой щита, чтобы шальной арбалетный болт ни в коем случае не зацепил кого-нибудь из них.

Старик был совсем плох. Его дыхание еле чувствовалось, пульс Арс смог прощупать только через тридцать секунд. Проклятые быстро подхватили старейшину Менталорума на руки и помчались обратно под защиту старого здания. Айа уже ждала их на пороге. Она буквально выхватила тело своего дяди из рук друзей, Клай взлетел над землей и пронесся внутрь постройки. Там Айа мягко опустила его на быстро сварганенную подстилку из одежды и положила руку дяде на голову.

Ровно минуты хватило молодой магиумессе, чтобы оценить состояние старейшины, после чего она уронила голову ему на грудь и снова зарыдала.

— Айа, — Арс подошел сзади и обнял сестру за плечи, — что с ним?

— А? — девушка посмотрела на брата заплаканными глазами и сбивчивым голосом, в котором то и дело проскакивали слезы, продолжила, — он потерял слишком много сил в битве с этим жутким монстром. Я уже ничем не могу помочь.

Проклятая снова зарыдала и прижалась к Арсу, Ник подошел к старейшине и взял того за руку.

— Мы отомстим за тебя, Клай Раскаленный Череп, я тебе уже это пообещал.

Проклятый опустил руку в карман своего плаща и наткнулся на что-то теплое и металлическое. Он извлек вещь на свет и с удивлением обнаружил триплекс.

— А я про него и забыл совсем, пришло время попробовать, что же за сила осталась в этом амулете, — при этих словах три сегмента триплекса как-то странно завибрировали и мягко упали на ладонь Ника.

— И что это значит? — Арс подошел к своему другу и посмотрел на амулет, — ты его сломал?

— Да вряд ли, — Ник пожал плечами, — восемьсот лет в Зеркальных Пещерах лежал, и ничего не случилось. Может так и задумано.

— Ты знаешь, — Арс осторожно двумя пальцами взял один лепесток, — меня почему-то очень тянет вот к этой частичке, от нее веет чем-то знакомым.

— Понятно чем, — Айа решительно подошла к своим друзьям, — от нее за километр несет менталом ловкости. Вот от этой — разумом, от этой — силой. Ты же сам нам зачитывал отрывки из дневника, Ник. Три сегмента триплекса заряжены энергией разных типов. Предлагаю разделить амулет между нами и уничтожить этих выродков, — девушка гневно посмотрел на улицу.

— Согласен, — протянул Арс и положил свою часть в карман. Все сделали то же самое.

— Есть идеи, как подобраться к этим ублюдкам? — воинственно спросила Айа


* * *

После того, как группа проклятых унесла с поля боя старейшину, Снасс снова сжал кулаки и гневно посмотрел на свою армию.

— Мне это осточертело, Сугран!

— Да, повелитель, — сотник с мгновение ока оказался рядом.

— Остаешься за главного, пора закончить начатое, — Снасс повернулся к своему бронемобилю, — сейчас я им покажу, на что способен Магрион.

— Повелитель, смотрите, — Сугран указал пальцем на дом, в котором недавно скрылись проклятые. Из него выбежали трое человек и исчезли за углом.

— Ну нет, вы не уйдете. Сугран, штурмовать этот дом. Мне не важно, что ты сделаешь, но чтобы когда я приехал, на этой улице лежали трупы проклятых ублюдков. Макс, — Снасс окликнул водителя, — за ними.

Повелитель запрыгнул на переднее сиденье бронемобиля, и машина сорвалась с места, оставив после себя облако пыли. Снасс дернул за рычаг на переднем пассажирском сиденье и привел в боевую готовность два шестиствольных пулемета, висевших по бокам кузова. Оружия взвизгнули и мелко затрещали.

Бронемобиль свернул за угол, куда совсем недавно убежали проклятые, и понесся по извилистой улочке, сбавляя скорость на крутых поворотах. Магиумы практически всегда находились в поле зрения, но лишь завидев автомобиль, они исчезали в каком-нибудь здании, чтобы вынырнуть с другой стороны. На заднем сиденье машины по-прежнему находился бездушный, непрестанно шипевший и показывавший дорогу, по которой легче всего было догнать беглецов.

Через пятнадцать минут погони бронемобиль вынырнул из-за очередного угла и оказался в небольшом тупичке, со всех сторон окруженном зданиями времен Великого Ухода. Проклятые тоже были здесь. Видимо, стараясь как можно скорее скрыться от Снасса, они не подумали, куда бегут, и сами привели себя к ловушке. Машина остановилась в ста метрах от беглецов.

— Ну что, твари? Бежать больше некуда, — голос Снасса раздавался через громкоговоритель, висевший на крыше кузова, — сейчас вы умрете.

— Наша смерть ничего не решит, — вперед вышел самый опытный из проклятых, — вам никогда не сломить магиумов Менталорума. Снасс с удивлением подался вперед. Он узнал Ника и с силой сжал маленькую коробочку микрофона.

— Так это ты тот ублюдок, который убил моего брата и столько времени ускользал из моих рук? Почему же ты остался и снова не сбежал, поджав хвост? — глаза повелителя Менталорума налились кровью.

— Потому что здесь мое место, я не собираюсь оставлять моих братьев и сестер на растерзание таким отвратительным тиранам и извращенцам как ты!

— За свою дерзость ты умрешь, — Снасс в гневе отшвырнул рацию и схватился за гашетку, — надеюсь, тебе очень страшно.

И тут что-то начало происходить. Правитель Магриона снова подался вперед, забыв о спусковом крючке пулеметов. Прямо перед дерзким проклятым висела какая-то небольшая железка, ярко-мигавшая светло-голубоватым светом. Потом она стала кружить вокруг магиума, набирая скорость. Позади, рядом с двумя другими беглецами начало твориться то же самое, только цвет необычных летающих предметов был другим: у молодого парня зеленый, у девушки — красный. Маленькие частички вращались все быстрее и быстрее, превращаясь в удивительные разноцветные вихри.

Когда проклятые уже почти стали не видны за ярким свечением, три маленьких урагана начали медленно сближаться. При их пересечении тупик озарился ослепительными всполохами искр и огней. Еще через мгновение проклятые слились в одной яркой буре, отливавшей всеми цветами радуги. Вдруг переулок затопил невероятно яркий свет, сильный порыв ветра хлестнул по каменным стенам ближайших домов, слегка качнул бронемобиль Снасса. Правитель Магриона зажмурился от ослепительной вспышки, а когда открыл глаза, то его сердце практически перестало биться. От ужаса!


* * *

С проклятыми творилось что-то невообразимое. Ник удивленно посмотрел на вылетевший вперед сегмент триплекса. Потом и сзади послышались удивленные возгласы Арса и Айи — с их частичками творилось то же самое. Все тело проклятого охватило странное ощущение — чувство оторванности, неполноценности, возникло неостановимое желание поскорее найти недостающие части себя, соединиться с ними, стать одним целым. Мечник оглянулся на своих друзей и по их взглядам понял, что магиумы чувствуют нечто похожее.

Ник еще раз чертыхнулся на свою глупость. По его нехитрому плану проклятые хотели обогнуть улицу с другой стороны и зайти магрионцам в тыл. Но их тут же заметили и пустились в погоню. Поэтому магиумам пришлось петлять по улицам Менталорума, уходя от преследования. Что, в принципе, и закончилось тупиком.

Но неожиданно сегмент триплекса в кармане мелко завибрировал, как при его саморазделении на глазах у проклятых. А после этого началась необычная феерия красок.

Противиться неведомой силе было уже невмоготу, поэтому проклятый протянул руку своим друзьям. Арс тоже сунул свою ладонь в центр разноцветного вихря. Айа с огромным облегчением вытянула свою руку, и контур замкнулся.

Три элемента триплекса снова слились в единое целое и затопили улицу белым светом. Он был очень теплым и всепроникающим. В душе у Ника сразу стало тихо и светло, как будто и не было смертельной опасности в лице Снасса, сжимающего гашетку пулемета. Но неожиданно белый свет стал черным, умиротворение сменилось тревогой, а после чего яростью. Ник удивленно заозирался вокруг, чувствуя нарастающую злобу. Арс выглядел ошарашенным. Соединенные ладони проклятых сжались и... стали проникать друг в друга. Айа удивленно посмотрела на свою руку, которая сантиметр за сантиметром стала исчезать внутри тел своих друзей. Неведомая сила все сильнее и сильнее затягивала друзей внутрь вихря, сливая их тела воедино. Но страха не было.

Раздался оглушительный хлопок. Здания задрожали, сильный поток ветра ударил в стены и сотряс их своей первобытной силой. В центре переулка стояло нечто.

Невообразимая трехметровая фигура, затянутая в мерцавшую металлом блестящую оболочку, замерла посередине тупика. Огромные бугрящиеся мышца поигрывали на руках и ногах. На груди странного существа висел амулет, мерцавший тремя объединенными частями. Голова гиганта была опущена вниз, темные длинные волосы закрывали лицо и свисали до плеч.

— Что это за тварь? — прошептал Снасс скорее самому себе.

Существо подняло голову и посмотрело на бронемобиль большими глазами. Белки вокруг черных зрачков были кроваво-красного цвета. Гигант улыбнулся самой злобной улыбкой лица Ника и заревел. Это скорее походило на звук извержения вулкана, чем на крик человека. Ужас застыл в жилах магрионцев, сидевших в машине.

— А сейчас ты умрешь, — грубым низким голосом сказал гигант, сделав акцент на слове "ты".

Монстр триплекса внезапно бросился вперед прямо на бронемобиль. Опытный водитель тут же дал по газам, и машина рванула в обратном направлении. Снасс дрожащими руками снова схватил гашетку и нажал на спусковой крючок. Пулемет закрутился в смертельном вихре и затрещал, выплевывая наружу потоки свинцовой смерти.

— Щит, — пророкотал монстр и, не теряя скорости, понесся за едущей задом машиной. Пули начали вязнуть в ярко-синей сфере ментальной преграды. Снасс с удивлением уставился на монстра, а потом перевел взгляд на бездушного.

— Ты почему ни хрена не работаешь? Он находится в радиусе твоего действия.

— Шшшш... нишшшего не получчччаетссся, — прошипело привидение, — здесссь какая-то неведомая ссссила.

— Черт тебя раздери. Макс, оторвись от него.

Водитель кивнул повелителю и резко крутанул руль, разворачивая бронемобиль. Машину занесло на повороте, и колеса натужно провернули. Гигант оказался рядом в два прыжка и ударил в бок бронемобиля со стороны водителя своим огромным кулаком.

Бездушный отлетел в сторону от появившейся в кузове вмятины. Снасс с ужасом оглянулся назад и заорал.

— Чего ты смотришь, придурок? Гони отсюда.

Машина завизжала колесами и снова сорвалась с места. Гигант с удивлением посмотрел на свой кулак, улыбнулся и бросился вдогонку. Его тяжелые шаги сотрясали землю. Бронемобиль резко свернул на боковую улочку, и, заносивший кулак для удара, монстр, промахнулся, оставив внушительную дырку в кирпичной стене. Он оглушительно взревел и побежал за удаляющейся машиной.

Автомобиль свернул в очередной поворот. Снасс оглянулся назад и облегченно вздохнул.

— Вроде оторвались, — повелитель довольно плюхнулся на свое сиденье.

Но тут стена ближайшего здания рассыпалась на мелкую каменную крошку, и оттуда на машину бросилось сильное мускулистое тело. Водитель вжал педаль газа в пол и крутанул руль, уходя от удара.

— Не так быстро, — прогудел монстр и вытянул свои огромные ладони по направлению к машине. Бронемобиль остановился. Хотя нет, Снасс удивленно посмотрел на водителя, по-прежнему давящего на педаль. Колеса все-также бешено крутились, но машина никуда не ехала. Макс оглянулся назад.

Гигант стоял посреди улицы с вытянутыми вперед руками.

— Это все их проклятые шуточки, сделайте же что-нибудь, — Снасс истерически завизжал.

Макс посмотрел на повелителя Магриона и кивнул. Водитель рванул на себя рычаг, и бронемобиль, рыча, резко сдал назад. Гигант, видимо, только этого и ждал, потому что он поднял обе руки вверх и, словно исполинский молот, опустил их на крышу машины. Бездушный прижался к днищу, так как сверху броня выгнулась дугой и почти достала до сиденья — удар был поразительной мощи.

— Гони, гони, гони, — Снасс запрыгал на месте, в уме взвешивая возможности отцепить монстра от бронемобиля. Макс ударил по педали газа и рванул машину вперед. Гигант громко засмеялся.

— Куда же ты бежишь, Снасс? Неужели испугался проклятых? — существо посмотрело красными глазами на удаляющийся бронемобиль, — все равно тебе от нас не скрыться.

Машина исчезла за поворотом, и огромное трехметровое чудовище скрылось из виду, чтобы снова появиться перед машиной через полквартала. Бронемобиль свернул на первую попавшуюся улицу.

— Тебе не сбежать, Снасс! — рев гиганта раздался совсем близко. Повелитель Магриона посмотрел наверх и увидел своего противника, выпрыгивающего со второго этажа и летящего прямо на них. Водитель вильнул в сторону, и машина избежала удара. Но это только лишний раз позабавило симбиоз проклятых.

Гонка продолжалась уже где-то полчаса и была больше похожа на издевательство и догонялки. Гигант передвигался вне дорог и проторенных путей, прыгая по крышам небольших зданий и пробивая стены. Он самым невообразимым образом оказывался совсем рядом с бронемобилем, но в последний момент как будто жалел магрионцев или просто хотел подольше с ними поиграть. Снасс, правитель Магриона, уже устал бояться, лишь изредка вздрагивая, когда существо, бывшее совсем недавно тремя проклятыми, оказывалось в опасной близости, и водитель снова уводил машину из-под удара.

— Погоди-ка, — Снасс щелкнул пальцами, — да не в прямом смысле, идиот. Езжай дальше. Он нас куда-то ведет.

Макс посмотрел на своего предводителя и пожал плечами. В этом забытом городе черт ногу сломит. Может они уже далеко от Суграна и оставшегося войска, а может и совсем близко.

— Тем не менее, куда он нас может вести? — повелитель приложил ладонь к глазам.

— К нашей армии, — прошептал Макс, и Снасс посмотрел на него как на идиота.

— Что? Откуда ты знаешь?

— Посмотрите, — водитель указал рукой вперед, и перед бронемобилем снова открылась улица, на которой поредевшее войско вовсю штурмовало небольшую трехэтажную постройку. Воины развернулись на звук ревущего двигателя и подняли радостный гвалт. Но в следующее мгновение их лица переменились и стали испуганными, они затыкали пальцами в сторону машины Снасса.

— Только не это, — успел прошептать предводитель Магриона, и автомобиль сотряс новый удар. Транспорт снесло к стене, и он сильно ударился о кирпичную кладку. Двигатель заглох.

Гигант стоял неподалеку и тяжело дышал, все-таки по всему городу гоняться за бронемобилем на своих двоих даже для такого существа оказалось непросто.

Из-под капота повалил черный дым.

— Ну что, Снасс, видимо, пора прощаться, — монстр с усмешкой посмотрел на помятую машину, — и вся твоя спесь, весь гонор тебе не помогут. Почему же твои солдаты стоят и не нападают?

Гигант подозрительно осмотрел толпу магрионцев, ни один из атакующих не посмели шелохнуться под тяжелым взглядом трехметрового монстра. В окнах здания, которое штурмовали солдаты, показались удивленные лица выживших проклятых. Они тоже были поражены неожиданной помощью странного существа.

— Для чего вы все пришли сюда? — гигант обратился к толпе воинов, — по приказу вашего правителя, что сейчас лежит в куче этого хлама. Только потому, что вы боитесь ослушаться приказа, считаете вашим долгом повиноваться главному. А насколько он достоин этого, вы не думаете. Он руководит вами по праву сильного. А сейчас я покажу вам, где настоящая сила.

Монстр присел на одно колено и положил обе руки на землю. Его тело напряглось, мышцы забугрились на могучих руках. Тело было готово вот-вот взорваться от напряжения.

— Тоталус! — гигант взревел и поднял руки к небу. Улица взорвалась клубком ярко-синих молний, закруживших вокруг фигуры. Все тело монстра налилось зеленоватым свечением.

Гигант встал с колен и направился к бронемобилю. Каждый его шаг отдавался вибрацией, которую чувствовали все зрители этого действа. Монстр подошел к машине в плотную и крепко ухватился за нее руками.

— Прощай, Снасс, — прогудел гигант и резко дернул автомобиль вверх. Транспорт взлетел надо головой, словно был легкой пушинкой, а не многотонной кучей стали. Существо размахнулось, и грохнуло кузовом о ближайшую стену. Посыпалась каменная крошка, а корпус бронемобиля сдавило еще сильнее. Из салона послышались панические крики.

— Это за Клая, — гигант опять замахнулся и со всей силы ударил машиной о землю. Бронемобиль уже больше походил на кучу металлолома, чем на что-то ездящее.

— Ну а теперь, пришло время умирать, — монстр поднял машину на вытянутых руках, и она стала стремительно ржаветь. Прямо на глазах листы начали покрывались бурым налетом, тут же разваливались на части и осыпались на землю мелкой трухой. Пулеметы потеряли свою форму и беспомощно отвалились от корпуса. Дверца тоже истлела, и из нее показалось тело.

Снасс был еще жив, он из последних сил выпрыгнул из бронемобиля и рухнул в песок. Происходящее с ним вызвало ужас у всех присутствующих. Сильный и властный, обтянутый бронзовой кожей, поджарый мужчина средних лет старел прямо на глазах. Кожа начала стремительно темнеть, складываться в глубокие морщины и отслаиваться. Правитель Магриона хотел закричать от боли, но из его рта вырвался только жалкий слабый стон. Снасс приподнялся на руках, взирая на своих подчиненных покрасневшими блеклыми глазами, но кости на предплечьях переломились, и лицо упало в дорожную пыль. Через минуту лежать остался лишь истлевающий скелет.

Гигант откинул покореженный корпус машины в сторону и посмотрел на все, что осталось от правителя Магриона.

— И это ваш правитель? Этот жалкий червяк, который посмел нарушить мирные границы Менталорума? Вы видите, кому вы служили?

Воины Магриона хранили мертвое молчание. Их глаза были полны ужаса от увиденного. Сзади послышался какой-то шум. Сотник Сугран, правая рука бывшего властителя южных земель, вышел вперед и посмотрел на гиганта. Он ничего не говорил, лишь поднял перед собой меч и... бросил его в пыль. Клинок упал на землю.

После этого поступка воины Магриона подходили один за одним к бывшему сотнику и бросали оружие в общую кучу. На лицах одних до сих пор читался только ужас, на других примешивалась изрядная толика облегчения.


* * *

После смерти предводителей обоих фронтов капитуляция произошла быстро и безоговорочно. Ни у одного воина даже в мыслях не было сопротивляться воле проклятых или восстановить сражение. Все оружие было свалено на площади, где погиб бывших правитель Магриона.

Мертвого Алфрика нашли в восточной части города, как ни странно погибшего в бронемобиле. Раонские воины попросили разрешения похоронить своего бывшего предводителя. Вообще, со стороны это смотрелось очень странно. В сумме выживших воинов в стане союза Магриона и Раона осталось больше полутысячи, и они стояли перед пятью десятками уставших проклятых, глядя на них как на победителей.

В армии Магриона был избран новый главнокомандующий — Сугран. Воины любили бывшего сотника, он считался строгим, но справедливым. К исполнению приказов Снасса Сугран подходил не всегда одобряюще, но со своих воинов спрашивал полного повиновения. Раонская армия тоже выдвинула нового руководителя. После этого было заключено соглашение, закрепленное всеобщей клятвой между тремя соседствующими городами о полном ненападении. В его пунктах также присутствовали запреты на проникновение жителями Магриона и Раона на территорию Менталорума. А со своей стороны проклятые пообещали больше никогда не посещать города бывших врагов. В целом мир устроил все стороны. Магиумы продолжали жить на старой территории в одиночестве, а раонцам и магрионцам такое соседство в принципе никак не мешало.

После победы над Снассом гигантское существо снова превратилось в неразлучную троицу проклятых, частички амулета были возвращены хозяевам. Правда, Ник, Арс и Айа выпали из разноцветного вихря без чувств, но о них было кому позаботиться.

Клая похоронили на следующий день после ухода армий из Менталорума. Старик не смог оправиться после гибели своего арахнида и скончался через час. Последней волей старейшины было погребение в зале Гану.

Таким образом, Менталорум был защищен.

26

Одинокая слеза упала на стол. Айа подошла к тете Мари и обняла ее сзади за плечи.

— Тетенька, не плачь, теперь все будет хорошо, — девушка тоже очень скорбела по Клаю, но в данный момент нужно было успокоить старую женщину.

— Девочка моя, — Мари вытерла слезы рукавом, — как же я теперь без него? Столько лет прожили вместе, и на старости лет Клай оставил меня одну.

— Тетя, дядя Клай отдал свою жизнь, чтобы защитить всех нас, тебя, меня, весь Менталорум. И он не жалел об этом, он умирал с гордостью в глазах.

Стук в дверь нарушил тишину жилища старейшины, и через мгновение на пороге оказался Арс, весь запыхавшийся от долгого бега.

— Здравствуйте, тетя Мари, — лучник улыбнулся, и старая женщина постаралась вернуть эту улыбку назад: получилось не очень убедительно, — а можно мне Айу на секундочку?

— Да, конечно, сынок, — Мари улыбнулась, теперь у нее двое детей, о которых нужно позаботиться, — доченька, пойди погуляй, а я здесь посижу.

— С тобой точно все будет нормально? — спросила Айа.

— Да, не переживай за меня, иди со своим братом.

Молодые магиумы попрощались со своей тетей и вышли в широкий, освещенный магическими огнями, тоннель Менталорума. Здесь вовсю праздновали победу проклятых над объединенными силами Магриона и Раона, причем гуляли с размахом. То тут, то там слышались веселые песни, запускались ментальные фейерверки, распивались увеселительные напитки. Айа с ностальгией оглядела родные стены, знакомые лица, охваченные атмосферой праздника, и тоже улыбнулась.

— Так что у тебя там? — девушка повернулась к своему брату, лицо которого можно было характеризовать как тревожное.

— Ник уходит! — выпалил лучник.

— Как уходит? — девушка приблизилась к молодому магиуму, — Куда?

— Я не знаю, мне сообщили парни с поверхности, так я сразу к тебе побежал, — сказал Арс.

— Так чего мы здесь стоим? Нужно остановить его! — воскликнула девушка.

Двое молодых магиумов бросились по празднично украшенной улице Менталорума к западному входу в город, по пути расталкивая веселящихся проклятых. Один раз брата и сестру даже чуть силком не затащили в какой-то кабак, где пирушка шла полным ходом.

На поверхности оказался вечер. Яркое предзакатное небо окрасилось во все оттенки розового, кидая удивительно красивые блики на мрачные остовы зданий. Ника друзья обнаружили медленно бредущим по улице в западном направлении. Его бессменный походный мешок висел за плечами, верный Тандер покоился в ножнах.

— Ник, стой, — издалека прокричала девушка, и бегом рванула за мечником. Проклятый развернулся на звук голоса и остановился.

— Ник, ты чего? Куда ты собрался? — спросила Айа, — зачем ты уходишь?

— А разве непонятно? — голос ун Датора был тихим и грустным, — за тем же, зачем шел недавно. Цель я свою не достиг, поэтому буду искать другие возможности.

— Но зачем так торопиться? — в разговор вклинился Арс, — почему ты не можешь побыть с друзьями еще несколько дней? Оставайся.

— Нет, — Ник с теплотой посмотрел на своих друзей, — как ты помнишь, наверное, я обещал твоему деду, что буду защищать тебя только до тех пор, пока ты сам не сможешь себя защитить. Здесь в Менталоруме опасность вам не угрожает, и я смело могу уходить. К тому же, зачем я здесь? Кроме вас никто и не заметил моего исчезновения.

— Не говори ерунды! — вскрикнула Айа, — ты теперь местный герой, спас город от верной гибели. Может, ты просто не хочешь быть счастливым?

— Счастливым? — Ник грустно посмотрел на девушку, — я когда-то был счастливым. Но потом у меня все отобрали. И я обязан это вернуть.

— Но как ты будешь это делать? — Арс тоже повысил голос, — Ведь Ксарр сказал тебе, что триплекс не поможет воскресить твою семью.

— Да, силу триплекса мы познали на себе, — проклятый был по-прежнему грустен, — и она, действительно, ничем не может мне помочь. Значит надо искать другие способы, их не может не быть.

— Откуда ты знаешь? Может, не стоит гоняться за своей мечтой? Может, стоит обратить внимание на то, что находится рядом с тобой? — Айа все больше и больше начинала злиться на непробиваемое спокойствие проклятого.

— Простите меня друзья, но мне нужно уйти, — тихо прошептал Ник, развернулся и медленно побрел на закат.

— И куда ты теперь? — крикнул Арс в спину удаляющемуся проклятому, тот снова развернулся.

— Куда? Сначала наведаюсь к нашему старому другу Алаэнну, может чего дельного посоветует, все-таки он мудрый старикашка. А дальше посмотрим, куда заведут мои ноги.

— Значит, мы больше никогда не увидимся? — в голосе Айи проступили слезы.

— Почему, никогда? Не стоит произносить такие категоричные слова. Дай Гану, и когда-нибудь мы обязательно встретимся. Вы только главное не оставайтесь на месте, двигайтесь вперед и никогда не останавливайтесь. И держитесь вместе, не потеряйте друг друга снова, — после этих слов Ник надвинул свою шляпу поглубже и зашагал по направлению к солнцу. Арс и Айа еще долго смотрели ему в след, до тех пор, пока его маленькая фигурка не скрылась за дальним барханом. По щекам Айи текли слезы. Лучник обнял сестру и прижал ее голову к груди.

— Не плачь, Айа, — тихо прошептал магиум, — когда-нибудь мы обязательно увидимся, мне тоже будет его не хватать.


* * *

— У них получилось, — деревянное лицо озарила скупая улыбка.

— Ты уверен? — древняя фигура посмотрела на своего собрата.

— Да, я чувствую, что влияние хаоса ослабло, значит, эта сила останется в хороших руках.

— Но что-то радости особой у тебя я не наблюдаю.

— Потому что я сказал "ослабло", а не исчезло совсем. Некс ун Датор жив, и я думаю, что он не остановится.

— Что же нам теперь делать?

— А нас есть выбор? Ждать, больше ничего не остается.


* * *

Инв сидел на песке, привалившись к стене одного из зданий, и смотрел на закат. Рядом появилась худощавая фигура.

— Ты думаешь о Крарке, молодой человек?

— Старейшина? — юный магиум посмотрел на фигуру, — Да, он был моим наставником, и я очень жалею о его смерти.

— А стоит ли? Как ты думаешь, хотел ли Огненный Топор, чтобы по нему вот так грустили?

— Я не знаю. Он погиб вот здесь, — Инв указал рукой на большую дырку в стене, — у меня на руках. Я просто не могу все забыть и идти веселиться вместе со всеми.

— Послушай, — Фаули опустился на песок рядом с молодым магиумом, — не стоит думать о смерти как о чем-то плохом или хорошем. Это естественное положение вещей, логичное завершение цикла жизни. Все мы рано или поздно придем к этому. Тем более Крарк навсегда останется жить в твоем сердце, а это самое главное. Главное, что его никогда не забудут.

— Наверное, вы правы, старейшина. Но почему тогда вы не веселитесь вместе со всеми?

— Я тоже потерял очень близкого мне друга, — Фаули грустно посмотрел на Инва, — возможно, они с Крарком тоже сидят сейчас во дворце Гану и потягиваю теплый чай?

— Возможно, — губы юного проклятого тронула улыбка, — надеюсь, он вкусный.


* * *

Арс и Айа сидели на крыше здания на восточной окраине Менталорума и смотрели на бескрайние просторы пустыни. Перед их глазами снова и снова проносились образы Зеркальных пещер, таинственность Тихого Леса, напряженная тишина опустошенных Камешков. Только теперь их друга не было рядом, некого подколоть забавной шуткой, не у кого спросить совета.

Вдруг Айа привстала со своего места, вглядываясь куда-то вдаль. Она приложила руку ко лбу, чтобы прикрыть глаза от утреннего солнца.

— Арс, посмотри-ка, кто это идет?

— Что? — лучник тоже вгляделся в солнечно-золотой пейзаж пустыни, — сейчас посмотрю.

Арс достал из сумки бинокль, в свое время подаренный Алаэнном, и приложил его к глазам.

— Это не может быть Ник, он только вчера вечером ушел, — тихо сказала Айа.

— Это не Ник, но, кажется, я узнаю этого человека, — губы Арса расползлись в улыбке.

— Да? Дай посмотреть, — девушка выхватила бинокль у своего брата и навела его на приближающуюся фигуру, — погоди, да это ведь тот парнишка из Камешков, как там звать его?

— Эник, вроде, — Арс почесал затылок.

— Странно, как это он нас нашел?

— Я знаю. Когда разрешилась проблема с пожирателем, то к этому пареньку вернулся рассудок. Мы еще тогда с Ником почувствовали, что у парня есть ментальные задатки. Ну вот, я ему на всякий случай посоветовал, что если проблемы с деревенскими продолжатся, чтоб приходил сюда, к магиумам.

— Понятно. Ну что ж, пойдем встречать гостя.


* * *

Вдали показался Старый Хребет. Целую неделю пустыня благоволила одинокому путнику, медленно бредущему через ее просторы, и не мучала сильными ветрами и песчаными бурями. Он вгляделся в острые пики гор и улыбнулся.

Куда теперь? Сможет ли старый Алаэнн помочь Нику в поиске нового средства достижения его утопической цели? Проклятый не знал. Но попробовать все равно стоило. Ник вспомнил о своих друзьях, оставленных на окраине Менталорума. Ему было очень жалко оставлять людей, ставших за время путешествия такими близкими, родными. Но одному лучше, одному не так тяжело. Постоянно смотреть, что у них все хорошо, что они есть друг у друга, невыносимо. Это снова и снова будет толкать к болезненным воспоминаниям о красивой высокой женщине в легком хлопковом платье, о маленьком мальчике, так доверчиво смотрящем на своего отца. Невыносимо.

Проклятый надеялся, что у друзей все будет хорошо. Конечно, долго в Менталоруме они не просидят. При первой же возможности сорвутся в очередное путешествие. Ведь тот, кто вкусил этот плод единожды, уже никогда не сможет сидеть спокойно и ждать старости. А Нику этого бы очень хотелось. Просто сесть в теньке деревьев на мягкое удобное кресло, поцеловать жену и целый день смотреть, как подрастающий наследник играет в мяч. Как бы хотелось.

Ник брёл по широкой пыльной дороге и смотрел только вперёд.

Эпилог

Ксарр встал со своего кресла, поправил пурпурный галстук на шее и прошелся по лаборатории.

— И что же мне с тобой делать, Некс? — древний проклятый внимательно посмотрел на своего гостя.

— Отпустить. Ты же сам говорил, что судить других людей — не твоя забота. Так почему же ты отдал триплекс моему брату, помог ему добраться до Менталорума? Почему не наоборот?

— Интересный вопрос, — Ксарр улыбнулся, — возможно, в моем сердце еще есть немного места для сопереживания, для морали.

— Тогда ты так же слаб, как и мой тупоголовый брат, — Некс яростно сплюнул, — за столько веков ты не смог избавиться от этих ненужных эмоций.

— Ты тоже не смог, — древний магиум внимательно посмотрел на младшего ун Датора, — показать тебе, как ты отреагировал на появление своих жертв? Ныл, как девчонка.

— Это все была подстава, — Некс раздраженно уселся на пол, — ты все подстроил.

— Конечно, подстроил. Но ты-то об этом не знал, правильно? — молодому алхимику нечем было крыть эту карту, — значит, не все человеческое исчезло, твой демон не все смог вытеснить. Кстати о нем. Ты бы хотел от него избавиться?

— Да, — Некс с надеждой посмотрел на Ксарра, — очень хотел бы.

— Замечательно, — проклятый снова улыбнулся, — значит, для тебя будет хорошим уроком его дальнейшее соседство.

— Что? Нет, пожалуйста, — алхимик жалобно глянул на Ксарра, — только не это.

— Не мне судить, ты сам сделал свой выбор. Теперь придется расплатиться.

Проклятый щелкнул пальцами, и большая серая червоточина в мгновение ока поглотила Некса.

Ущелье зеркальных пещер все так же гулко завывало, пропуская через себя свободные ветра. Младший ун Датор открыл глаза и обреченно посмотрел на окружающий пейзаж.

— Значит, хотел бы избавиться? — голову тронул ощутимый укол боли.

— Заткнись, — в голос сказал Некс и медленно побрел вперед, не разбирая дороги.

 
↓ Содержание ↓
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх