Ответ был куда глубже, чем могло показаться на первый взгляд. Одним из измерений было время. Грубо говоря, пик должен существовать хотя бы секунды, чтобы им можно было хоть как-то воспользоваться.
Прорыв наступил усилиями мистера Шапиро, у которого, по всей видимости, в душе сохранился энный запас авантюризма и нахальства. Он самовольно включил установку поиска и сам же ее настроил, на что ушло пять с лишним часов. Результатом был препорядочный объем цифр и появление инициативного товарища у рабочего места друга.
— Я ее задействовал, а то, что вышло, скинул тебе файлом. Родной этак раз в десять больше, но я обрезал то, что не подходит хотя бы по одному параметру.
— Дай глянуть. Та-а-ак... плохо обрезал, не быть тебе раввином.
— Что православный может понимать в обрезании?
— То, что резать надо было побольше. В этой куче искать жемчужное зерно — думаешь, просто? Петух крыловский, вот ты кто. Хотя... ловля максимума тут ведь есть... О, вот оно, зернышко. Подходит.
— Очень подходит, нечего сказать. Как раз, чтобы пропихнуть столовую ложку в течение двенадцати секунд... А тебе ничего не кажется странным?
— Лично мне кажется странным то, что ты с первого раза вытащил выигрышный билет.
— Спасибо за поздравление, но у меня пропало расположение к шуткам.
— Что-то тревожит? Ну, как честный человек должен предупредить: сейчас я тебя обворую.
— Как щедрый товарищ отвечаю: кради, друг!
— И украду. Твое же любимое словечко: обоснуй.
На этот раз резвый диалог затормозился весьма сильно. Наконец, физик-экспериментатор стал медленно подбирать слова:
— Мне не нравится, что найден один лишь вариант. Предупреждаю твои вопли: имею в виду, что только один можно признать подходящим.
Шмелев не понял товарища и выразил это вполне чистосердечно:
— Чего ж в том плохого? Хоть один пик для наших целей нашелся.
Последовал безнадежный взмах рукой:
— То-то, что лишь один.
— И тебя беспокоит, что все остальные ни на что не годятся?
— Нет, не так. Нехорошо то, что выбора у нас нет. Короче: нутром чувствую, что литр будет, а доказать не могу1 .
Разумеется, микробосс пожелал видеть лично работу установки. Ему показали, рассказали и предоставили распечатку результатов. Чон признал работу достойной показа макробоссу.
— А еще мне надо будет переговорить с одной личностью из Форт-Детрика2 .
— Проверка микрофлоры? — догадался Шапиро.
— Не только. Нам от них контейнеры нужны... ну, такие, чтобы безопасно было с ними работать, и еще описание порядка работ.
Уже перед окончанием рабочего дня Михаил Маркович, зайдя к другу, заметил:
— Хочешь пари?
— Не хочу.
— Жаль. Доллар ушел. Ну да ладно. Портал попадет на планету, хотя не обязательно на поверхность.
— Ну да... может быть такое.
— Уверен, что это будет планета с жизнью.
— На чем основана уверенность?
— На интуиции. Потому и предлагал пари.
В течение полугода работа... нет, она не кипела, но как-то сама собой делалась. Был изготовлен пробоотборник для воздуха (пока что). После долгих споров приняли решение: пробивать портал в подпространство, а оттуда — в мир под иным измерением.
Изделие не подвело. Давление атмосферы составляло чуть менее атмосферы. Спектральный анализ пробы дал качественный состав: азот, кислород, углекислый газ, вода, аргон. Никакой органической гадости. Химики, в свою очередь, выдали результаты: атмосфера практически неотличима от земной. Следует заметить: они и не знали, что атмосфера имеет внеземное происхождение.
— Какие-то необычные свойства заметили? — поинтересовался Чарли необычным голосом, принимая в руки папку.
— Да никаких, — беззаботно отвечал доктор Чжао, отвечавший за анализ. — Файл я пришлю. Ну разве что... очень чистый воздух. Почти полное отсутствие пыли. Прямо горный курорт в Колорадо.
— У меня с собой флэшка. Можете прямо на нее скинуть? Большое спасибо.
Закономерности накапливались. Выяснилось, что переход в подпространство можно открыть чуть ли не в любой момент (после настройки аппаратуры, понятно), а вот в другой мир — лишь по закрывании первого портала и прошествии минуты.
Аппаратура подверглась переделке. Теперь предстояло добыть фотографии и, по возможности, видео. Разумеется, все было загерметизировано.
— Нам только заразу оттуда не хватает заполучить, — проворчал Михаил, и микроначальник с ним согласился.
Первый блин вышел комом. На фотографиях и видео (длиной десять секунд) запечатлелось голубое небо. Если бы зрители не знали, что это чужая планета, то с легкостью подумали бы про Землю.
И все же некий побочный результат был получен.
— Кое-что занятное записано в установочных параметрах, — нейтральности в голосе и интонациях Шапиро хватило бы на целый баллон гелия, — глянь сюда...
Шмелев был теоретиком, но не до такой степени, чтобы пропустить мимо глаз изменение, отмеченное розовым цветом на экране.
— По двум точкам предполагать закономерность? Это без меня. Вот когда три точки...
— Будет тебе третья точка, — Шапиро был исполнен соглашательства и конформизма, — следующим разом снимать будем, повернув регистратор на девяносто градусов. Чтоб горизонт вошел, значит.
— Го-о-о-о-ры! — голосом Бараша3 проблеял Александр.
Шутка не была принята.
— Не очень-то горы, скорее холмы на уровне Клинско-Дмитровской гряды. Тут другое важно: облака вон там, вдали. Значит, вода есть.
— Не уверен, — возразил Чарли, — возможно, эти облака не из воды состоят. Но вот зеленый цвет поверхности...
Будь то на Земле, все присутствовавшие с чистой совестью присягнули бы, что на снимке и видео красуются пышные луга с кустарником — правда, достаточно далеко, с неразличимыми деталями. Но то на Земле...
— Все, ребята, послезавтра едем на встречу с доктором Джейн Смит в Форт-Детрик. Нам уже назначено.
Про себя Саша решил, что женщина с таким именем и фамилией просто обязана быть в чем-то экстраординарной.
— Вот ведь удивительное дело: настройка прошла явно быстрее, чем в тот раз, — индифферентно заметил специалист по железу.
— Явно — это сколько? Ты фиксируешь ее длительность?
— Понял. Исправлюсь.
У входа посетителей встретила высокая стройная блондинка в возрасте "хорошо за тридцать".
— Привет, Джейн. Разреши представить моих коллег. Майкл Шапиро... Алекс Шмелев... а это доктор Джейн Смит.
Рукопожатия.
— Рада вас видеть, господа. Чарли, я тебя поправлю: вот уж две недели, как я Джейн Питерс.
Чон разулыбался и рассыпался в поздравлениях. Его сотрудники присоединились, а Саша подумал, что только выдающаяся женщина способна сменить фамилию Смит на Питерс4 .
В комнате для посетителей Чон поставил задачу. В его изложении выглядело так: предстояло исследовать пробу почвы с целью выяснить, какая в ней микрофлора. Особо же интересны потенциально опасные для человека виды.
Чарли не упомянул, откуда взят образец, а Джейн не стала этим интересоваться. В традициях обоих ведомств была осторожность в обращении с информацией.
Доктор Питерс выслушала внимательно.
— Мы можем поставить вам пробоотборник, контейнеры для образцов почвы, а также инструкцию по обращению с материалом. Сразу могу сказать: дезинфекцию полагаю абсолютно необходимой.
— Не сомневайтесь, Джейн.
— Согласование деталей проекта пойдет через...
Доктор Чон выслушал условия и тут же добавил:
— Кое-что могу уточнить немедленно. Во-первых, проба пока что только одна. Соответственно, контейнер тоже один. Во-вторых, по результатам может понадобиться еще исследование. Далее, как насчет костюмов для работы с подозрительным материалом? Не то, чтобы они так уж были нужны, образец возьмет робот, но...
Биолог кивнула.
— Между нами говоря, Чарли, на твоем месте я бы попыталась организовать работы так, чтобы защита людей не понадобилась. Осторожность, знаешь ли... кстати, дезинфицировать поверхности лучше всего изопропиловым спиртом.
— А чем этиловый хуже? — робко спросил Саша.
— Изопропиловый пахнет куда противнее, — мило улыбнулась доктор Питерс.
Шапиро подавил смешок, но с трудом и не до конца.
— Что насчет сроков?
— Месяц.
Ответ был дан таким тоном, что никому не пришло в голову торговаться.
— Джейн, я пришлю тебе все контакты по этому делу в установленном порядке. Ну, ты же знаешь... До встречи через месяц.
— Надеюсь, мы еще увидимся, миссис Питерс.
Эти слова Шапиро были встречены с искренней улыбкой. Джейн посчитала их тонким комплиментом.
В ожидании оборудования от бактериологов Мише делать было почти что нечего, и он переключился на друга.
— У меня боковая проблемка, — еще с порога заявил он.
— Вот как? А какая фронтальная?
— Согласен, с нее и начнем. Ответь-ка: должны ли мы каждый раз открывать портал в одну и ту же точку на планете? Что характерно, на одной и той же планете. А если да, то почему?
Последовала ехидная улыбка теоретика и слова:
— О, владыка железа, это ТЫ мне докажи, что попадаем в одну и ту же точку.
Шапиро несколько приувял, но пустил в ход развесистый опыт отбивания наскоков.
— Добро, эту гигантскую задачку оставим на потом. Вот те другая. Я даже распечатал, снисходя к твоим диким нравам.
Графики были недвусмысленными. И размеры, и длительность портала возрастали с каждым последующим проколом.
Взгляд теоретика отвлекся от графиков и устремился за горизонт. На лице его появилось в точности такое же выражение, какое бывает у думающей цесарки5 .
— Есть у меня одно подозрение, — в тоне Сашиного голоса юмор не нашелся бы и под электронным микроскопом.
Шапиро также проглотил остроты.
— Выкладывай.
— Портал, с которым можно работать, один. От прокола к проколу он расширяется. И, похоже, землеподобная планета.
— "Похоже" — не доказательство.
— Потому и подозрение. Всего лишь. Вот оно какое: мы наткнулись на слабое место в барьере между мирами и, сами того не зная, используем. Дырка, которую кто-то проделал, потом слегка замазал и даже не запломбировал.
Оппонент ответил по некотором размышлении.
— Сходу возражений не найду, тут думать надо. Но на сейчас не нахожу ни единого экспериментального средства, которым можно было бы ДОКАЗАТЬ этот тезис.
— А я не нахожу ни единой теоретической зацепки. На руку господа бога ссылаться не хочется.
— Ладно, подождем, что биологи скажут.
В Форт-Детрике свое дело знали. По прошествии месяца доктор Питерс дала о себе знать. Друзья поехали туда вдвоем, сылаясь на желаемость послушать комментарии. Чона не было: именно в то утро он взял больничные часы ради починки зубов.
После наивежливейших взаимных приветствий представителям флота была вручена толстенная папка. Файл с отчетом (почти два гигабайта!) скинули на флэшку. Сразу же Шмелев взял инициативу на себя.
— Разумеется, мы благодарны вам и вашим сотрудникам и, будьте уверены, изучим все тщательно. И все же не могли бы вы... своими словами?
Джейн была вежливо-хладнокровна:
— Если вкратце, то мы не увидели там ничего выходящего за рамки. Патогенных микроорганизмов полно. Представлен род Clostridium, в том числе возбудитель столбняка, Staphylococcus aureus, кишечная флора. Кстати, это доказательство того, что фекалии в почву попадали. Аналоги этого образца можно найти где угодно, кроме разве что Антарктиды, да и то... Повторяю: в составе флоры ничего особенного.
Шмелев проницательно улыбнулся:
— Предполагаю, что нечто необычное вы обнаружили.
Доктор Питерс, как подумалось обоим собеседникам, была чуть разочарована столь высокой догадливостью.
— Вы правы, хотя вряд ли вашей лаборатории это будет интересно. Решительно все бактерии оказались практически нерезистентными ко всем проверенным на них антибиотикам. Включая пенициллин, — последняя фраза была особо выделена. Шмелев тут же вспомнил, что по нынешним временам именно этот антибиотик считается наиболее устаревшим и слабодействующим.
Биолог сообразила, что собеседники не имеют должного образования и уточнила:
— Имею в виду, применение любых антибиотиков, даже старой разработки, должно дать превосходный результат. Иначе говоря, если такая почва попадет в открытую рану, то с последствиями справиться будет куда легче, чем если б то была почва с вашего заднего двора.
— О, понимаю, — сверкнул улыбкой Шапиро, — думаю, что вы сняли часть головной боли с нашего начальства.
По дороге из Форт-Детрика до домов (Михаил завез товарища) состоялось краткое обсуждение результатов. Оба физика сошлись во мнениях, что коль скоро эта планета безопасна для человека (в части заразных гадостей) и к тому же имеет животный мир, то микробосс просто обязан доложиться макробоссу.
Они оказались правы. Назавтра Чарли именно так и поступил.
Глава 2
Многознающие утверждают, что утро добрым не бывает. Врут бессовестно! Бывает, хотя не каждое утро.
Так вот, то самое утро было добрым. По крайней мере, Александр Шмелев посчитал его таковым. У младшей дочери прошло болевшее два дня ушко.
Радужное настроение продлилось до десяти часов утра. А потом появился микрошеф и вызвал на ласковое собеседование.
— Я получил от Джерри приказ, — произнес Чон со всей нежностью. — Никаких публикаций. Никаких намеков куда бы то ни было. Задача: искать разумную жизнь на этой планете. Вот если не найдем — тогда пожалуйста, будет вам Нобелевская премия и... короче, все, к ней полагающееся.
Про себя двое друзей сделали однозначный вывод: Чарли начисто утратил расположение к шуткам. Видимо, общение с доктором Джеральдом Фоссетом этому поспособствовало.
— А вот если мы найдем разум, — продолжил микробосс сухо, — тогда решение будет принимать, вы верно угадали, уже не Джерри... и даже не... а сам...
Тут двое слушателей подумали почти одинаково: "Политика", однако к этому слову Шапиро мысленно добавил "...чтоб ей в болото", а то, что добавил истинный славянин Шмелев, цензурному изложению вслух не поддавалось.
— Если нужно собирать данные, то понадобятся беспилотники, — столь же бесстрастно ответствовал Шапиро.
— И чтоб программируемый полет, и видеозапись, а еще чтоб координаты...
— Лично я не знаю, найдутся ли беспилотники таких габаритов и с такими характеристиками.
Друзья переглянулись. Шмелев вздохнул и выдал:
— Видите ли, Чарли, мы пронаблюдали устойчивую тенденцию к увеличению размера портала...
На этот раз руководитель проекта задумался надолго.
— Мне это не очень нравится, поскольку, как понимаю, причины этого явления остаются непонятными, так?
Кивки.
— Вы, Майк, оборудуйте систему аварийным выключателем. Любой посторонний предмет, залетевший в М-пространство, должен автоматически вызывать срабатывание. Это понятно?
— You bet your farm to dime6.
— Я разузнаю о беспилотниках.
Шмелев встрепенулся:
— Есть идея.
Головы повернулись к нему.
— Сделать панорамное видео с хорошей оптикой. Тогда будут видны растения. Вдруг нечто аналогичное известно у нас? Надежда слабая, но все же...
