— И что вы собираетесь делать? — спросил парень полный серьезности. — Доказательств у вас нет. В нашу Комнату вы не можете попасть. Надеетесь с тем, что есть, сдать преподавателям?
— Нет, сдавать я вас не хочу. Кстати, про комнату вы ошибаетесь, я знаю, что она оборачивается лабораторией с двумя окнами и тремя столами: для растений, для животных и для зелий, — добила я их. Легилименция наше все и нечего им делать такие удивленные лица. От меня теперь ничего не скроешь, особенно, если думаешь об этом постоянно.
— Тогда чего вы хотите? Зелий? — спросила знакомая в овальных очках.
Я сделала многозначительную напряженную паузу и протянула руку, как для рукопожатия:
— Сотрудничества. Вы нам, мы вам. Я заинтересована в умных любопытных людях. Это мой клуб, — махнула я другой рукой назад.
— А что вы можете дать нам? — спросил тот же парень.
— Секретность. Прикроем, если вас найдут или вы где-то оставите следы. Можем достать что-то из Запретной секции, можем туда же провести ночью. Много чего. В ответ нам не помешала бы помощь в варке зелий. Это так, для начала нашей дружбы, — улыбаемся. Улыбаемся, как хитрый лис.
Соглашайтесь поскорее, а то мне скоро надоест стоять с протянутой рукой. Как Айзен выкручивался из этого положения?
— Любопытно, — кивнул он (а в глазках-то огонек зажегся!) и таки пожал руку. — Мы попробуем.
План был прост: забраться к Поттеру в спальню, когда никого не будет и стащить мантию. Я точно не знаю, где он ее хранит, но вряд ли в сейфе. Проблема в том, чтобы отвлечь всеобщее внимание от моей персоны. В идеале, отвлечь так, чтобы про мантию все забыли. Другая цель — пробраться в сознание Поттера и проверить его воспоминания на предмет информации от Дамблдора спотыкалась о тот же камень, что и первая задача — за Поттером во все глаза смотрят. А тут, пока я собиралась с силами и выжидала время, чтобы в моей страшной мсте (вроде распятия Уизли у кабинета директора) не обвинили меня же, то есть пока про мой мотив все не позабыли, а дезинформация и подпольная деятельность Трэйси не перешла на новый уровень, когда Уизли станут презирать... Неожиданно подоспели выходные...
Всему свое время, говорила я себе. Вернешься и продолжишь. Что поделать, если не успела? Воронам тоже нужно время, чтобы сварить зелья и чтобы их отпустила эйфория по книгам из Запретной секции. А если не вернусь? Если Волдеморт прочитает мои воспоминания про медальон и заавадит? В этот самый момент, когда я задумывалась об этом, по спине пробегал табун мурашек.
Как-то даже буднично я прошла по обледеневшим от первого мороза улочкам Хогсмида и зашла на почту, где намеревалась воспользоваться камином...
========== Глава 74 ==========
Дом, указанный в адресе, переданном Краучем, встретил меня запустением. Я даже засомневалась, дошло ли мое письмо до него с предупреждением о моем приходе. Но так как встречать меня никто не спешил, я решила немного осмотреться. Даже Шерлок заинтересовался и взобрался на плечо.
— Спрячься, друг мой, — пришлось его спрятать во внутренний карман.
Я ожидала какой-то съемной квартиры — не будет же он и в самом деле указывать свое убежище? Но комната с камином, в котором я могла стоять во весь рост, таковой не выглядела. Большие окна с тяжелыми шторами из мягкой ткани матовой красной расцветки. Тахта, кресла, столик — все как положено в приличной гостиной. При этом чисто, и даже есть аксессуары, вроде ваз, вышивок и любовно расставленных статуэток.
Хлоп! И передо мной стоит еще не позабытая до конца Винки.
— Молодая хозяйка, добро пожаловать, — светясь от счастья, она смешно шевелила большими ушами. — Хозяин сейчас спустится.
Что я к ней чувствовала? С одной стороны, она выдала нас Краучу, с другой — у домовиков особая логика, глуповатая со стороны волшебников, и они никогда не предают своих хозяев. Нет, она определенно не вызывала у меня злости или обиды. Она по своему убеждению не предавала, а воссоединила свою семью и вернулась к хозяевам.
Я кивнула, стараясь унять внутреннее чувство беспокойства и волнения. Чтобы не сидеть молча и не нагнетать давление, обратилась к домовичке:
— Скажи, Винки, почему ты посчитала, что можешь доверять моему кровному отцу? Тогда ведь я даже не была с ним знакома и не знала даже о его существовании. Он мог пожелать зла.
— Что вы такое говорите, молодая хозяйка? — она расширила от удивления и возмущения глаза. — Такого быть не может. Хозяин Барти ведь отец мисс Ли.
Я закрыла рот. Еще одна. Как-то странно они с Ричи живут — если родной отец, значит, ему обязательно должно быть дело до меня. А я как раз таки привыкла к обратному... Хотя Винки была с ним знакома и, должно быть, из-за этого была уверена, что он не убьет меня. Детоубийство не такая уж редкость в нравах средневековья, но видимо в этом плане магический мир пошел вперед.
До чего же страшно. Не так жутко, чтоб совсем, но отчего-то чувствую, как нижняя губа подрагивает. Провела ладонями по лицу, пытаясь унять внешние проявления тревоги. Ничего удивительного, что меня трясет, как в ночь перед экзаменом, от которого будет зависеть полугодовое проживание.
Наконец, в дверях появился Барти Крауч. Все такой же светловолосый и веснушчатый. Наверное, из-за этого я не вижу в нем отца. Он же выглядит как мальчик-переросток, пусть ему уже около тридцати, даже в глазах нет чего-то... рассудительного и опытной мудрости. А он оживленный и, как только завидел меня, благоразумно стоящую у камина, на лицо пустил улыбку.
— Пришла! — выдал он. — Рад тебя видеть. Сейчас мы покажемся Темному Лорду, а затем сможем вернуться.
'Без тебя знаю!' — внутренне огрызнулась, почувствовав, как что-то ухнуло в пятки при упоминании Волдеморта. Внешне только кивнула. Крауч достал из кармана простой огромный ключ с двумя зубцами и, наставив на него палочку, что-то быстро и взволнованно сказал на латыни.
— Быстрей, держись за него.
Поняв, что передо мной очередной портал, я протянула руку и меня снова прокрутило по трубе. С другой стороны оказался... заброшенный завод. Высокий каменный забор, широкий двор, усыпанный каменной крошкой тут и там и забитые окна с провалами окон на крыше. Повернув голову влево и вправо, отметила еще два здания из красного кирпича, закрывавших обзор со всех сторон. Затем Крауч взял меня за руку и быстрым шагом повел через весь двор к железной двери, покрытой облезлой серой краской, которая не слишком меняла общий вид забытости. Тут-то и сидел, укрывшись коробками единственный человек, кроме нас. И тот — бомж. Но догадываюсь, что только с виду. Замызганный бородатый мужик неопределенного возраста едва заметно кивнул Барти и махнул ладонью по двери. Я успела заметить под быстро мелькнувшими рваными тряпками узкую деревяшку.
Дверь тут же распахнулась, заставив выбросить из головы 'явно не бомжа'. Внутри все выглядело лучше, чем снаружи, а виновата всего лишь новая зеленая краска покрывавшая ровным слоем стены. Крауч провел меня до лестницы на второй этаж, а там, также минуя все закрытые деревянные двери, остановился у одной-единственной. Повернулся ко мне и нашел слова для наставления:
— Будь очень вежлива, не перечь, не повышай голос и обращайся к нему только 'милорд'.
Главное вовремя, я бы сказала.
Когда Крауч первым зашел внутрь, а я увидела высокого мужчину, стоящего лысым затылком ко мне, я поняла, что назвать его так у меня язык не повернется. И просто 'Реддлом', кстати, тоже. И тут оно: красноглазое и безносое, повернулось, лишь одним взглядом заставив нас обоих выпрямиться и застыть недвижимо. Через два удара сердца я услышала шорох мантии и негромкий стук справа. Оказалось, это были коленки Барти, на которые он стал. А затем мой взгляд вернулся к Волдеморту, который неотрывно смотрел на меня. Угроза препарирования и авадодезинфицирования, казалось, никогда не была так близка.
— Ты молодец, Барти. А теперь оставь нас одних. Я хочу поговорить с твоей дочерью наедине.
Крауч как-то зашевелился, закрутил головой, забеспокоился и выдохнул:
— Слушаюсь, милорд, — встал и попятился к двери. Она неслышно закрылась.
Волдеморт продолжал смотреть на меня еще с минуту, не говоря ни слова, а я не знала, куда себя деть под таким взглядом: то ли за палочку хвататься, то ли бежать, куда глаза глядят. Хоть легилименцию не использует — уже хорошо.
Но магия его просто давит. Давит на ощущения настолько, что худое костлявое тело, на вид хрупкое и недолговечное, кажется полным силы и опасности. А взгляд сверху вниз заставляет перестать дышать.
Это не говоря уже про то, что мне было психологически тяжело смотреть ему в лицо. Хоть мы уже не на кладбище, но темная комната с плотными шторами, через которые не проникает ни капли солнечного света, и темные чудаковатые тени на стенах от горящего позади Лорда камина, хорошая замена.
— Ты боишься меня?
Я дернулась от неожиданности, вспомнив, что мне нужен кислород.
— Разумеется, — и вместе с моим ответом почувствовала довольство от Лорда. Сейчас мои ощущения и способности были напряжены до предела. Это получилось само собой, от простого осознания опасности передо мной.
— Догадываешься, зачем ты здесь?
Что значит, зачем? Ты меня на такой прием не бери! Сама рассказывать ничего не буду! А, блин, он же может поверхностной легилименцией мои эмоции чувствовать, как и я!
'Только нервов мне здесь не хватало!' — одернула я начавшую подкатывать истерику. Надо было собраться с силами, взять себя под контроль и постараться придерживаться отрепетированных ответов. Хуже нет, для владеющего науками манипулирования сознанием, чем потерять концентрацию.
— Мне хотелось бы, чтобы вы сами мне это сказали, — постаралась притупить свое замешательство и нервозность.
— От меня невозможно что-то скрыть, потому можешь даже не пытаться, — и как бы невзначай поигрывает волшебной палочкой в руках.
Я прикрыла глаза, чтобы хоть немного унять эмоции, продолжающие свою борьбу за существование.
— Я и не пытаюсь что-то скрывать. Зачем мне вам рассказывать это, если вы и так все знаете?
— Не думай, что можешь со мной так разговаривать.
От того тона, каким меня одернули и поставили на место, я прикусила язык. И понимаю же, что он другой, даже ощущаю это некой непонятной 'чуйкой магии', но также при этом четко понимаю, что это Том Реддл. Копия из дневника была школьником, из медальона должно быть тоже, разве что чуть старше. И знаю, что Реддл бесится от легкомысленного обращения. А искоренить в себе эту манеру поведения не могу даже в такой ситуации.
— Простите, — произнесла спустя небольшую паузу под немигающим взглядом красных глаз.
— Хорошо, — лицо темного колдуна оставалось бесстрастным. Но каким-то образом я поняла, что воспитательные меры откладываются. Живем. — Тогда ответь мне. Что ты собираешься делать с этими знаниями?
'Пошли опасные вопросы, — поняла я. — Лишь бы не заавадил после подтверждения моего знакомства с его копией'.
— Ничего.
— И что же нужно от тебя Морриган?
— Что, простите?
— Ану, Маха, Бадб, Рианнон, Эпона, Боган... У нее разные имена.
Хотелось еще раз спросить 'Что, простите?!', но змееподобное лицо останавливало от необдуманных слов в моем неповторимом стиле. Правильно сделала, потому что поняла, что Волдеморт имеет в виду загадочную темную богиню, а не свой медальон.
— Она мне не называла своего имени... — запнулась, не зная, как спросить и, наконец, выдала, пока есть момент: — А откуда вы это знаете?
Маг прищурился то ли в недовольстве, то ли в задумчивости, превратив свои красные глаза в такого же цвета узкие полоски.
— Что тебе о ней известно и что ей от тебя нужно?
Нет, я понимаю, что он не обязан мне отвечать, но это уже наглость требовать от меня ответов! Никаких разговоров так не получится. И чего именно он от меня хочет? Непонятно даже каким боком эта... как ее там... Ану, что ли? Каким боком она к Волдеморту приткнулась? Темная богиня и Темный Лорд? В этом что-то есть... Нет, не в духе женских романов. Эта Морриган говорила что-то про предложение, от которого Реддл отказался.
— Практически ничего. Я даже ее имени до этого момента не знала. Просто один раз в непонятных обстоятельствах, непонятно где виделись... И все.
Мысленно погладила себя по голове. Под 'практически ничего' удачно скрылись Дары Смерти. А вдруг она и ему такое же задание дала? Тогда мы уже соперники, а соперников обычно убирают с дороги. Сейчас же превосходство не на моей стороне и открыто врать тому, кто в распознавании лжи наловчился, опасно... смертельно опасно.
— Простите, конечно, за наглость, но это из-за нее вы хотели меня видеть? — снова решилась попытать удачи на ниве подтверждений догадок.
Волдеморт шумно выдохнул плоским носом и неожиданно ответил, глянув недобро:
— Я должен проследить, чтобы ты выжила до совершеннолетия.
Вот это поворот! Мне показалось или что-то бухнуло? Ах да. Это же моя нижняя челюсть. Эта богиня умеет подлянки делать... прям Добби, версия 2.0! То подкинет мою несчастную душонку в тело в предсмертном состоянии, то Блэка впихнет в добрые руки, то Волдеморта уболтает присматривать! А то, что он своим 'присматриванием' шороху навел, и нервы Лонгботтомам попортил, то ничего!
— Ты можешь остаться здесь. Покидать здание без разрешения ты не имеешь права. Все вопросы к Барти.
— Погодите-погодите! — я замахала руками, тут же застыв по стойке смирно от своих действий вне установленных здесь правил субординации. — Я не могу здесь остаться.
— Причина? — по-деловому поинтересовался Волдеморт. Если бы у него были брови, я уверена, он бы сейчас их приподнял с оттенком неудовольствия.
— Э-э-э, — глубокомысленно изрекла я. — Никак нельзя. У меня в Хогвартсе незаконченные дела... И бабушка с братом.
— Это неважно. Свяжешься с ними, — с разрешением Лорд махнул кистью, показывая, что разговор закончен.
— Я... я могу попытаться убить Гарри Поттера, — попыталась я ухватиться за соломинку. Обещание было блефом, а главным словом было 'попытаться', но что только не сделаешь ради мантии-невидимки!
— Я тот, кто должен убить Гарри Поттера, — от Волдеморта ощутимо повеяло холодом.
— Я могу сделать еще что-нибудь полезное, — несмотря на вспыхнувшего колдуна, я судорожно пыталась сообразить, что можно сказать, чтобы только вернуться в школу.
— Забудь об этом пока что... — прервал меня он бескомпромиссным тоном. — Отвечай, чем ты стала любопытна Дамблдору? Он узнал о Морриган? Или он агитировал в свой Орден Лонгботтомов?
Я чуть второй раз подряд челюсть не уронила. Действительно, а зачем мог меня сюда отправить Дамблдор? Он ничего не может знать о моем доббинутом покровителе. Сам не знает, но отправлю и узнаю, так что ли? А что, вполне жизнеспособно, если Снейп верен ему и доложит результаты собеседования с принятием на работу... Хотя с другой стороны, остается вариант, что он мог как-то догадаться. Мало ли что в его стариковой голове творится? Одно воскрешение Сириуса Блэка чего стоит! А если добавить легилименцию, василиска, отца-Пожирателя, странный магический источник и активность в общем... Что-нибудь да может вызвать не те мысли.
