Отвлекшись на Крауча, внезапно отпрянувшего от меня, я удивилась выражению его лица. В целом понятно: пол-лица в крови и царапина на плече — неприятно, наверное... но пятиться и бежать-то зачем? Вроде за спиной призрака Дамблдора нет... Нет, точно нет. Стоп, он же видел, что я превратилась, или как? Видимо, нет. Ну и черт с ним, сам вернется. Тем более уже в бой ввязался.
Я снова осмотрелась, отпрянув от летящего заклинания. Заклинание принадлежало светловолосому Роули — знакомцу Долохова. Он сражался с Тонкс, метал заклинания во все стороны с завидной скоростью и создавал хаос сразу за всех. Также я заметила МакГонагалл, Люпина и Рона Уизли, с поразительной для него ловкостью пропускающего мимо заклинания оппонента. Видимо, я недооценивала подготовку их ОД... поверить просто не могу, что они так подтянули свой уровень. Немного засмотревшись на сутулого мужика, хриплым голосом выкрикивавшего 'Круцио!' раз за разом, и прыгающую туда-сюда перед ним Джинни, я поддалась заподлистому желанию. Сегодня птица обломинго придет к Уизли, которую мне давно хотелось проучить. Девчонка слишком самоуверенная, и постоянно неприятности ее обходят стороной. А теперь вот тоже скачет, аки трепетная лань, и все заклинания явно не слишком напрягающегося Пожирателя, цель которого — развлечься, проходят мимо.
Прицелиться, подловить момент, сосредоточиться... интересно, на ней так же выйдет, как на Дамблдоре, или ненависти не хватит?.. Не о том мыслю. Круцио!
Заклинание у меня вышло мощным и отбросило заметившую атаку Джинни на большое расстояние, заставив завизжать так, будто ее режут. Когда недолгий полет закончился, она завертелась волчком, разметав рыжие волосы. Странно, но возникло очень приятное ощущение какого-то удовлетворения и облегчения, — будто камень с сердца упал — которое сбило меня с колеи, когда я осознала его.
Я прервала заклинание, моргнула, так как перестала следить за обстановкой, и почувствовала чье-то присутствие слишком близко.
— Замечательно, у тебя великолепный потенциал! Второй раз подряд и почти минуту! — прозвучал хриплый, но довольный голос за спиной. — Мы обязательно организуем еще пару уроков.
Когда я обернулась, то увидела, что за моей спиной стоит Беллатриса Лестрейндж. Судя по ее лицу, не возникало сомнений, что она наблюдала за мной и стояла здесь достаточно долго. Но та смотрела на меня недолго, переведя взгляд на что-то или кого-то оказавшегося у меня за спиной.
Я резко развернулась, готовясь к сопротивлению угрозе, расшифровав так напрягшуюся Беллатрису, и обнаружила Августу, неотрывно смотрящую на меня с таким ошеломленным выражением лица, какое я никогда не видела у нее.
Вначале я растерялась. Самым благоразумным показалось сбежать. Я поспешно и нервно вытерла щеки, на которых до сих пор чувствовала засыхающую кровь оборотня, накинув капюшон из-за детского желания скрыться, будто меня здесь не было.
Казалось, хуже быть не может.
Кто-то громко закричал:
— Круцио!
Луч опрокинул на спину Лестрейндж, не растерявшуюся, быстро поднявшуюся на ноги и отправившую заклинание в отместку:
— Круцио!
В последующем визге я и заметила Невилла, тоже скорчившегося на полу.
Раздался голос Августы, гневно и яростно выкрикивающей незнакомое заклинание. Я не знала уже, куда мне крутиться и куда смотреть. Пригнулась, отойдя от Лестрейндж. Наставила на нее палочку. Переброска заклинаниями прекратилась. Невилл где-то лежал в неизвестном состоянии, Августа почему-то медлила.
— Что-то хочешь сделать, так давай! — воскликнула Лестрейндж, возбужденная азартом битвы, и вызывающе посмотрела на мою палочку, упершуюся концом в ее сторону. Мне хотелось это сделать и не хотелось нажить неприятности, которые последуют если не от заклинаний ловкой Беллатрисы, стоящей всего в метре, то потом от Волдеморта. Мерлин, да я сама приложила руку к тому, чтобы осталась одна наковальня, и теперь будет просто глупо класть голову на нее!
— Уходи, — сказала я. — Мы сделали то, ради чего пришли.
Несмотря на веселый оскал Лестрейндж, она без сомнений собралась отступать, но тут нагрянули орденцы. Кажется, это была подмога, так как они заявились с лестницы толпой, несколько в аврорских мантиях, несколько знакомых лиц, проживавших когда-то на Гриммо, и закричали заклинания. Я их даже сосчитать не успела, пришлось защищаться щитом от одновременно выпущенного залпа заклятий. По ощущениям, их было от четырех до шести, и кроме как отступать иного выхода не было. Они не стали смотреть, кто и как, сразу команда: 'Огонь!'
Лестрейндж защищалась яростнее меня и делала ноги так же. Все Пожиратели, кто был неподалеку, стали подтягиваться к новым противникам.
Я не знала, что и делать. Мне хотелось вернуться к ставшим родными людям, пусть и ненадолго, просто сказать, что все в порядке, и объясниться как-то, неважно как. Но к оказавшемуся за стеной магов Невиллу и Августе, бойко сражавшейся вместе с новоприбывшими против людей в масках, было не подобраться. Сами Пожиратели к победе не стремились: им было важнее сбежать, пока их не схватили сразу после дела, и потому они тоже скоро исчезнут. Вот и я решила просто исчезнуть. Будет время — я обязательно все решу. Августа должна понять, уже столько раз она принимала мои действия; я же не ребенок, голова на плечах есть.
Друг Долохова посреди коридора продолжал метать заклинания. Одно из них, отбившись от стены, чуть было снова не попало в меня. Я крикнула, отвлекая его:
— Роули! — и пригнулась, поспешив проскочить мимо разделявшего коридор надвое высокого светловолосого Пожирателя.
Когда я заметила Смита, он, отдалившись дальше по коридору от центра сражения, отбивался от того же сутулого Пожирателя, который буквально только что бросался Круцио в Джинни Уизли. Хелен склонилась над кем-то лежащим в беспамятстве. Здесь еще не знали, что происходит дальше по коридору.
— Оставь их! — закричала я издалека.
Не церемонясь, Пожиратель отправил и в меня заклинание. Мы были совершенно незнакомы — как бы ни пришлось сражаться. Я оцепенела, когда рядом с моей ногой разросся маленький огонек. Просто я узнала заклинание, которым хвастался когда-то давно передо мной Реддл из медальона. Черный огонь, с виду маленький и безобидный, но этот цвет говорит о том, что как только пламя прикоснется к человеческой плоти, оно медленно и болезненно пожрет человека.
Пока грузный сутулый Пожиратель отвлекся на меня, Смит воодушевился и усилил натиск, осыпая противника градом разнообразных заклинаний. Он перемещался, пытаясь подобрать угол, где щит, выставляемый колдуном, не сможет закрыть его полностью, и, сокращая расстояние, чтобы сила обрушивающегося на щит заклинания усиливалась и разрушала скорей преграду. Он не знал.
Пожиратель резко, коротко и часто взмахивал палочкой раз за разом. Из его палочки будто вылетали горизонтальные росчерки черной ручки, но там, где они с чем-то соприкасались, они останавливались и вспыхивали на пару мгновений черным огнем, быстро потухая. Губы кривились, когда тот бормотал что-то себе под нос.
Решив хотя бы оглушить или парализовать рискового Пожирателя, я пошла на него с арсеналом безобидных заклинаний. Но было поздно: один черный порез остановился на пальцах Смита, которыми тот инстинктивно попытался закрыться, понимая, что в него попали.
Для меня время остановилось. В секунду вытащив из памяти мой уже излюбленный воздушный таран, даже без произнесения формулы я так им ударила, что Пожирателя, по очень большой удаче стоявшего не напротив стены, унесло по коридору. Стены заскрипели, затрещали и заходили ходуном, несколько камней пошли трещинами, и подарком на прощанье полетели отломавшиеся осколки. Раздался гул, будто кто-то огромный играл с эхом. Диаметр потока разгорался постепенно, моих друзей не задело. Но Смит кричал, схватившись правой рукой за левую и выпустив палочку. Черное пламя быстро поднималось вверх.
Целую секунду, пока пламя поднималось до локтя, я, к своему стыду, не знала, как мне остановить это. Я не заинтересовалась заклинаньем, я знала, есть способы и заклинания, чтобы остановить его... но моих знаний было гадко недостаточно.
Скорее в панике я подбежала ближе и режущим заклинанием отсекла руку чуть ниже плеча. Хлынул просто фонтан крови, но я знала, это неважно, это пройдет, это решится, и сбила чудом продолжавшего стоять пуффендуйца с ног, подальше от догорающей локтевой косточки.
Тело Захарии подо мной затряслось, глаза закатились. Его били судороги.
— Хелен! Помоги мне! Сделай что-нибудь! — закричала я, прижимая его обеими руками к полу. С трудом оторвала взгляд от хлещущей реки крови и посмотрела на подругу. С такой раной мне не поможет заклинание для залечивания мелких порезов.
Она была близко, но застыла истуканом с мраморным цветом кожи.
— Хелен! — еще громче закричала я, видя, что она в шоке. — Зелье! Дай мне зелье!
Верно, я заставляла ОСТов всегда носить с собой зелья первой необходимости...
— Зелье? — переспросила подруга, с потерянным видом подняв округлившиеся глаза на меня.
— Кровевосстанавливающее зелье! — выплеснула я злость на нее. В этот момент я сообразила наколдовать веревки и перевязать ими обрубок. Веревки получились, руки все никак не могли зафиксировать их на дергающемся кровавом обрубке, но с трудом я и с этим справилась.
Когда я закончила, Хелен протянула мне два зелья, и, чертыхнувшись, я влила оба пузырька в рот Захарии. Я взялась руками за его здоровую руку, закинула ее себе на шею, поднимая тяжелое тело и перенося его груз на себя.
— Уходим скорей отсюда! — громко крикнула я подруге, чтобы она меня услышала и не осталась здесь.
Идти получалось с трудом. К тому же коридор был полуразрушен, и под ноги постоянно подворачивался мусор; Пожирателей, орденцев и авроров не было видно, видимо, они ушли в другую часть коридора, попросту прорвавшись. Протащив Захарию метров десять, я сообразила, СКОЛЬКО мне еще придется пройти до границы антиаппарационного барьера. На Помфри надежды было мало: она медсестра и справляется в основном с мелкими травмами. Ее вдобавок еще найти надо, а с учетом сражения мне еще могут помешать эти гер-р-рои...
Мне на глаза попалось окно с разбитыми стеклами... Ну что ж, заклинание замедления падения я хотя бы знаю.
— Хелен, иди вниз к остальным. Я в Мунго.
— Я с тобой, — прозвучало жалко и нерешительно, но я согласилась. Мы доломали стекла, подняли на подоконник Смита, и Хелен помогла мне спрыгнуть вместе с Захарией. Заклинание. Приземление. Хелен идет рядом, не зная, за что хвататься и чем мне помочь. Смит без сознания и с бледно-серым цветом лица. Это хорошо, хотя бы ему не больно.
Раньше мне не казалось, что до ворот Хогвартса так долго идти.
У ворот лежала охрана из аврората, сами ворота распахнуты настежь. Последние шаги, я в приказном порядке говорю Хелен зажать между собой и мной пуффендуйца, опасаясь расщепа.
Аппарейт! Присмотренная мной с расчетом на будущее площадка для аппарации. Светлое длинное помещение, где вдоль стен расположены деревянные стулья для посетителей. Сидящие на них волшебники больны разными заболеваниями, но все как один уставились на нас. Это было неважно.
Я вознамерилась кричать и требовать, я кричала и требовала. Хелен следовала за мной, а я не собиралась оставлять друга и шла за катящейся тележкой. Двое лекарей с нашивками, где скрещивались волшебная палочка и кость, постоянно на ходу что-то колдовали. Хелен сказала, что он выпил кровевосстанавливающее и обезболивающее зелья. Захарию забрали и не пустили нас дальше, оставив в коридоре. Даже вопросов некому было задать. Мы молча уселись на пару деревянных стульев в светлом коридоре и продолжали так сидеть.
Теперь мои руки так тряслись, что возьми я в руки палочку — выронила бы.
Я заметила, что отстукиваю носками ботинок по полу, только когда на это в упор посмотрела безмолвная бледная Хелен, потому что у меня перед глазами стояло землистое лицо Захарии со впалыми щеками и глубоко запавшими глазами.
Равномерный быстрый стук, кое-как отвлекающий меня, прервал звук хлюпанья. Как будто что-то где-то капало. Капало с моей мантии. На белый отполированный пол приземлялись красные капли.
========== Глава 82 ==========
Комментарий к Глава 82
В связи со все большим количеством насилия мы решили повысить рейтинг.
Время тянулось слишком медленно. Кое-как просушив мантию заклинанием, чтобы не идти в уборную и не оставлять Хелен одну, я стала ежеминутно посматривать на часы. Почти через полчаса к нам вышел молодой лекарь. Явно младший практикант или вроде того.
— Жизни ничего не угрожает. Э-э-э. Мы отправили письмо на имя его родителей, так что парень тут один не останется. Вам бы это, отдохнуть. Может, чем-то помочь? — он с намеком осмотрел мою мантию в крови.
— Разве что сможете залечить царапину на плече, — кисло ответила я, представив, что еще придется встретиться с родителями Захарии и посмотреть им в глаза. Задала главный вопрос: — Вы руку восстановить сможете?
— Я пока не могу судить об этом вопросе. Точно вам может сказать старший лекарь. Вопрос сложный. Лечить здесь нечего, кроме шока, но мы пронаблюдаем пару дней, не остались ли последствия от проклятья. Ну а восстанавливать с нуля... на моей памяти ничего не восстанавливали. Если бы не это режущее заклинание, которое отрезало абсолютно все, мы бы могли попытаться... Вот будь хотя бы часть мышц или место для кости, или кость с частью сухожилий, тогда мы могли бы хотя бы частично восстановить подвижность. Честно говоря, не представляю, справится ли с этим даже наш Совет. Тут разве что новую руку пришить, хах. Ну, э-э-э, мне очень жаль. Пойдемте со мной, я позабочусь о ране.
Пока молодой парень хмурился и тужился, изо всех сил стараясь залечить порез заклинанием, меня одолевали разрозненные невеселые мысли. В голове царил настоящий сумбур. Выделить более важную задачу казалось невозможным. Я лишь знала, что главное — помочь Захарии, но чем тут поможешь? Я привела его сюда, больше ничего не могу сделать. А что дальше? Меня наверняка дожидается Волдеморт. Да, ждет не дождется узнать, куда я исчезла. Если вообще заметил пропажу. Забрать Лиама опять же. Августа опять же. Понятия не имею, как мне к ней теперь просто подойти. Даже никаких идей нет, а просто объяснить эту ситуацию, не разглашая некоторой информации, невозможно. Но ведь до чего же глупо получилось, а в тот момент казалось, что все пройдет без свидетелей. Вокруг шел бой. Казалось, каждый занят своим делом, и прямо на тебя никто не обращает внимания. А раз противник Джинни Круциатусами с ней играется, то та ничего даже не заметит, когда это заклинание в нее попадет. А вокруг, оказывается, была куча соглядатаев, которые, не то что я, прекрасно ориентировались в сражении и не путались, не чувствовали этого хаотичного мельтешения, не ощущали себя невидимками, на которых может попасть разве что случайное заклинание, а уж если и начнется сражение, то противник сразу же проявит себя. Нет, у них есть опыт, и им не приходится вертеть головой, чтоб что-то увидеть. У них, блин, глаза на затылке...
