Забавно, однако, выглядят эти попытки перевоспитания ребенка. Я вроде бы уже давно переросла все, да и после последних событий на некоторые вещи я стала смотреть под другим углом.
Что радовало среди всех мрачных туч — это то, что библиотека была действительно приличной. Когда я прошла вдоль стеллажей, собирая все заинтересовавшее меня, на столе собралось три едва не валящиеся стопки книг. Понятно, что следовало разделить знания по степени нужности в данный момент. Половина с сожалением отправилось обратно на полку до лучших времен, над второй следовало тщательно подумать. Лиам сидел у магического светильника над старым учебником для первого курса Хогвартса. Наверное, он принадлежал еще Барти или его отцу. Хорошо бы ему еще палочку вручить, чтоб попробовал. Отвлекать погруженного в чтение мальца не хотелось, так что с тоскливым вздохом я стала пролистывать книги и раскладывать их снова на две стопки. Но я уже знала, что придется пренебречь всем остальным ради одной вещи: портала. Книга по началам артефакторики осталась, пять по различным видам мощной боевой магии отправились на место, окклюменция тоже. Книга с невербальным беспалочковым заклинанием, которое должно прибавить силы телу за счет магии, вместе с моей тоской отправилась на самую верхнюю полку под прикрытие других книг — это заклинание займет много времени и даже не факт, что сразу выйдет, слишком сложное. Надоело, что все пользуются моим слабым физически телом и то за руки тягают, то за локти, а некоторые еще и за шиворот. Самоубийца, скажете вы? Долохов — отвечу я. Спасибо, что не за уши.
Оставшуюся дюжину книг следовало проверить на предмет помощи Захарии, а еще пяток на создание портала и сопутствующие тонкости и если повезет, я найду там все что надо и мне не придется искать дальше. И я засела надолго.
Не то, чтобы я совсем отрешилась от окружающей среды. Со мной почти круглосуточно где-то рядом был Лиам, да и Барти заходил иногда, не говоря уже о визитах Долохова. Кроме того, я читала газеты, пережив конкретный спор об этом праве с Краучем. А в магическом мире тем временем поднимались остаточные волны от переполоха британских властей. Не отставали и обычные обыватели. Каждый норовил сказать пару слов для статьи о Дамблдоре и видно люди Темного Лорда начинали свою работу и тут. Часто мелькали имена и упоминания присутствующих при убийстве Дамблдора, люди точно не знали, что там происходило, орденцы оповестили лишь, что произошло убийство и что последнее заклинание отправил Северус Снейп. Ясно же, что Поттер разболтал.
Кое-что в статьях, мечущихся из крайности в крайность, натолкнуло меня на мысль. Какой-то малоизвестный репортер стал гадать и предполагать и поднял такой вопрос: 'Что делала там одна из учениц Хогвартса? Было ли это возмездие за преступную халатность администрации школы или девочка просто последовала за родным отцом? Ее однокурсницы отзываются о ней не лучшими словами, говоря, что у нее всегда были качества, которыми хвастаются Пожиратели Смерти. Но что же будут делать власти, когда ее настигнет возмездие, одновременно с ее отцом? Последуют ли судьи букве закона и отправят в Азкабан несовершеннолетнего ребенка? И насколько готовы обречь дитя на муки с дементорами?'.
Часть про дементоров, мне ясное дело, не понравилась, зато я догадывалась, кто там из оставшихся в Хогвартсе 'однокурсников' мог обо мне так отзываться. Но суть в том, что надо было с этим что-то делать. Надо было подстраховаться, если пошатнувшийся нейтралитет с Волдемортом выйдет мне боком, и он предпочтет запереть меня в Азкабане. Теоретически ведь не убьет, просто ограничит в дееспособности.
Это не давало покоя. Фактически ни за что нажить такие проблемы.
А потому следовало тоже оставить свой след в созданной прессой куче-мале. К счастью, метод этот раньше использовался, и я отправила письмо Скитер с просьбой о нужных статьях. К сожалению, рычагов давления на нее у меня не было, потому пришлось пообещать заплатить. Где я достану достаточно большие деньги на целую серию статей, напоминающих о бедняжечке Айрли, я не знала, вся надежда была на Блэка, который сможет найти покупателей на предложенный мной необычный товар. Мне бы денег хотя бы на пару статей, а потом если Волдеморту и Барти понравится моя затея, то пусть сами платят. А если вдруг не понравится, то буду продолжать в том же духе. Да и вообще придется все делать через посредника, чтобы не рисковать.
Пришлось втихую ускользнуть на Гриммо на пару минут, чтобы застать там одного Кикимера и приказать найти и притащить Блэка в дом и известить меня совой. Оставалось ждать письмо.
Лиама я уговорила остаться и если кто-то зайдет, сказать, что я все еще где-то в доме Крауча. Повезло, что хоть какой-то союзник и помощник у меня здесь имеется. Винки ничего сложного не поручишь и она все может сдать Краучу.
Выбралась из особняка Краучей я не быстро, зато незаметно и через черный ход.
Блэка я сразу же встретила снова в гостиной. Он стоял в сухой дорожной мантии, когда на улице последний час лил весенний дождь.
— Как для беглянки ты хорошо выглядишь, — осклабился Блэк вместо приветствия.
Вообще-то лицо мое после событий на Астрономической башни не спешило хорошеть и возвращаться к нормальному окрасу, а нервный образ жизни практически в застенках и под светом лампы над желтым пергаментом, не способствовал. Так что я снова вернулась к образу бледного привидения. Ностальгия...
— Лучше скажи, есть новости по поводу моей магии и ты нашел покупателей? Я тебя, когда еще об этом просила? А Кикимера все нет и нет.
Внутренне я была слегка раздражена и если он не нашел за это время никого, я не знаю, что я сделаю...
— Ничего я не узнал. Думаешь, так просто найти покупателей яда и шкуры василиска и акромантула? Это звери высшего класса опасности и продажа жестко контролируется.
Правильно все говорит... но по глазам, даже без легилименции вижу, что врет. Нахальство такое, превосходство, доволен собой, что обхитрил, как там он говорил? Ту, что может ему приказывать и указывать, что делать? Легилименцией бы ему проехаться по мозгам, нашел, поди, лазейку. Не знаю что именно, цена ли ему, следуя моему приказу, казалась маленькой или что-то еще не устраивало, но неважно.
— В таком случае тебе придется выложить нужную мне сумму из своего кармана, — в отместку серьезно ответила я, сдерживая лицо от признаков испытываемых эмоций. Я ведь все равно возьму свое.
— Почему это? — громко, но справедливо возмутился Блэк, мигом переменившись в лице.
— Потому что мне нужна эта сумма и это будет твоя помощь мне.
Да, от выделенного интонацией напоминания Блэка еще сильней перекосило то ли от эмоций, то ли от действующей клятвы. За что боролся, на то и напоролся.
— Десять тысяч, — припечатала я, почти чувствуя привкус своей наглости.
Деньги, конечно, бешеные, но кто его знает, сколько еще с меня сдерет Скитер и сколько еще придется делать статей. Сейчас она берет пятьдесят галлеонов, завтра — сто, а послезавтра скажет двести. Торговаться с ней, себе дороже, все равно сбить цену сильно не удастся.
— Может тебе вообще свой сейф отдать, дом переписать и вместо домовика тут работать? Чего тут говоришь пыли много, да? Так давай опять меня с Кикимером заставь убираться!
— Было бы неплохо, — вопреки обыкновению я решила перестать искать компромисс. — Не кричи на меня. Давай заключим сделку. Ты хочешь свободы, ты ее получишь за, скажем, половину своего сейфа... и, да, вот этот дом вместе со всем внутри и домовиком. Тебе кажется, что я тебя граблю? Тогда вспомни, что в моих руках твоя жизнь и что ты обязан мне именно ей. И я до сих пор держала себя в руках, прося от тебя сущие мелочи. Смотри, как оно теперь бывает.
Счастье, что я предусмотрела в клятве не причинение умышленного вреда, а то у Блэка рука дергается к палочке. Холеное аристократичное лицо исказилось от гнева.
— За мою свободу половину сейфа и этот дом? Да забирай!
Далее последовала непередаваемый образец английских выражений, сомнительных приличий. Но расчет был верен, я дала ему так ценимую им полную свободу и дала возможность сохранить что-то, иначе бы он плюнул бы и продолжал 'помогать'. Потому и слушала я это с улыбкой, запоминая некоторые обороты. Но долго наслаждаться этим не хотелось, пришлось оборвать его и приказать назвать точную сумму, которую он, конечно же, болван, не знал. Придется довольствоваться распиской принесенной Блэком от гоблинов. Дальше в течении недели он должен переписать дом на мое имя, не оглашая этого в массы, и принести все золото сюда, на Гриммо. Еще я еле отжала у Сириуса информацию о покупателях и предложенных ценах. Не мое это дело — торговля, но делать все равно что-то надо. После чего Блэк ушел, так хлопнув входной дверью, что она чуть не слетела с петель. Рассказать что-то касающееся меня все равно не сможет даже после этого договора, уж я-то об этом позабочусь. Но мне понадобится помощь.
От заданного спокойным будничным голосом вопроса я чуть было не фыркнула от смеха:
— Фундамент наследника уже заложен?
— Еще нет, миссис Блэк, но у меня есть кое-какие идеи. Дело осложняется тем, что моя фотография в разделе 'Разыскивается'. Мне, наверное, понадобится оборотное. Кикимер! Мне нужна твоя помощь.
* * *
Через два дня мы с Лиамом отпраздновали выход первой статьи. Процесс запущен, осталось дождаться реакции народных масс и продолжать в том же направлении. Пришлось отправить сову с деньгами, но, по крайней мере, меня не поймают авроры на личной встрече. И на посредников тратиться не придется. Благо, с Ритой мы уже знакомы.
Я стала замечать, что Лиам начинает скучать. Он по-прежнему сидел за учебниками для первого курса, иногда спрашивал непонятные моменты, частенько мы разговаривали о неизменных особенностях магии и отдельных заклинаний. Но он начинал сохнуть в постоянном темпе библиотека-поесть-поспать. Я знала, что я также начну увядать, сиди я тут безвылазно. Следовало внести разнообразие, но нервный Барти даже на метлах не выпускал из дома. Сам же частенько пропадал без предупреждения. Да и вообще, надо бы мальчика подальше отвезти, чтобы реабилитировался, так сказать, да и мне заодно лишних опасений не приносить. Поэтому я решила завести отложенный разговор.
— Лиам, помнишь, я обещала, если будет возможность, я помогу тебе вернуться к родным? Так вот сейчас, пока магический мир занят своими внутренними делами, ты можешь провести это лето с дядей и тетей. Лучше бы вас отправить куда-то на курорт, но я думаю, что в моих силах сделать кое-какую защиту на доме.
— А если тебя поймают авроры?
— Авроры не магловская полиция, у них такой связи и охвата территории нет. Да и я тоже приму меры. Риск небольшой на мой взгляд.
— А эти Пожиратели Смерти не придут туда?
— Я не знаю зачем им специально отправляться за тобой, но я ведь помогу тебе защитить дом чарами.
Не смотря на мои заверения, я не была стопроцентно уверена (насколько такая формулировка вообще верна для первых полевых испытаний) в своих способностях к защитным чарам на такой большой площади. Возможно, из-за этого сомнение перенял и Лиам.
— Это все равно опасно, — неуверенно ответил он. — Как мы доберемся до дяди с тетей? Нас ведь могут задержать по дороге.
— Ты прав, но можно рискнуть, — пожала я плечами. — Есть большой шанс, что все обойдется.
По правде я весьма отдаленно представляла как меня будет ловить аврорат. В магических местах ясно, а магловский мир живет сам по себе, Министерство должно было подать, как и в случае с Блэком, наши фото через маглов в их газеты и телевиденье, но у меня к тому миру доступа было еще меньше, а если совсем честно, то никакого. Тем не менее от маглов проще спрятаться и сбежать успею, если вовремя узнаю, что нашли.
Еще пару дней мальчишка ходил сам не свой. То сидит ровно, невидящим взглядом смотря в книгу, то ходит туда-сюда у стеллажей, якобы рассматривая корешки, то в шахматы играет сам с собой и может подолгу сидеть над одной пешкой.
Я и сама чувствовала опасность этой затеи, которая с моей стороны выглядит совершенно не стоящей карт. Но Лиам этого очень желал и было невыносимо наблюдать за этим. Неожиданно одиннадцатилетний мальчик проявил благоразумие, которое я никак не ожидала. Сел напротив меня и сказал:
— Нет, мы никуда не пойдем. Нет, я был бы рад, но не сейчас. Ты говорила, что со временем обвинения должны снять? Я подумал, что лучше немного подождать.
— Лучше синица в руках, чем журавль в небе, — пробормотала я с улыбкой. Думаю, она вышла от облегчения. Конечно, как всегда пришлось объяснять свои слова.
— А ты можешь рассказать из-за чего тебя объявили вне закона?
Вопрос не то чтобы ввел меня в тупик, ведь я не поведала о своем участии на Астрономической башне в доме Райли, но несколько озадачил решительности настроя мальчика.
— Знаешь, есть одно заклинание — Круцио. Оно относится к разряду запрещенных, потому что призвано причинять боль. Не скажу, что мне пришлось его применять, я использовала их на волшебниках, которые этого заслужили. Если применять его недолго, то непоправимых последствий, кроме психологических не будет. Его применяют, желая кого-то наказать. Время сейчас такое, что никто не соблюдает запрет, только применяют так, чтобы никто не видел. Еще немного и как в прошлую войну, дадут разрешение аврорам использовать его при аресте.
Раньше я и так за Лиамом наблюдала вполглаза, а после этого разговора смотрела более внимательно, пытаясь увидеть его отношение ко мне и то, какие выводы он сделал. Явного недовольства и опаски я не заметила. Легкая незаметная легилименция (которой я вообще-то редко пользуюсь для подсказок в общении с друзьями и близкими людьми) подсказала, что он принимает меня как минимум меньшим злом, как максимум — тем, кто 'хороший'.
Со скукой мы стали бороться, сменяя комнаты и спускаясь вниз на тренировочную площадку. Лиам в основном наблюдал за моими тренировками, которые я вела, чтобы поддерживать форму. Свою палочку я ему не рисковала давать, помня, что натворила когда-то давно палочка Августы в моих руках. Зато я ради интереса стала давать ему теорию беспалочковой магии, конечно, что-то совсем простое вроде левитации. Это не говоря уже про вечерние посиделки у камина с кружкой чего-то горячего. Но все равно: одни книги, везде книги.
К сожалению, мое научное отделение пока что не достигло таких высот в зельеварении, чтобы без проблем сварить мне оборотное, также не повезло, что отобранное у Малфоя ушло в тот раз полностью на нас троих. У Крауча просить, по понятным причинам, я тоже не стала. Зато мне пришла в голову идея получше — аккуратно вызнать у Барти к кому он обращался или кто помогал его отцу в юридических делах. Результат был гораздо лучше, чем когда я пыталась найти в газетах объявления. В основном, занимающиеся такими вопросами люди, просили обращаться в Косой переулок, вдобавок я даже не знала, что это за фрукты и могла напороться несколько раз на авроров. Вообще, работников этой профессии почему-то мало. Склоняюсь к тому, что все стоящие давно перешли работать на конкретных влиятельных людей.
