До чего же я устала за сегодня, еще и легилименция потребовалась неслабая. К счастью, в этой части похоже редко кто-то шатается, коридоры тихие и пустынные. Да и уже ночь, большинство утомилось долгим днем и спят. Жаль домовиков тут не позвать даже чтобы аппарировали меня в свою комнату, ну ничего, я сейчас с силами соберусь, а то что-то совсем хреново, и пойду к себе.
Не знаю в какой момент я заснула. Похоже от тишины, просто сидя, оперевшись о стену, меня вырубило от усталости и ноющей головной боли после легилименции. Проснулась почувствовав чей-то взгляд и встретилась с красными глазами стоящего в коридоре Волдеморта. По ощущениям прошел может быть час, а может минут десять, я вроде только-только закрыла глаза, но все же быстро собралась.
— Ты хочешь меня вывести из себя?
— Нет, я...
— Круцио!
Не ожидая подобного, я закричала от боли. К счастью, прошло с пару секунд, но взбодрило до дрожи. Закрыв глаза, я собралась с духом, чтобы заблокировать ощущения от Круциатуса ментально. Я ведь ему уже удачно сопротивлялась, правда от обычных школьников.
— Почему ты еще здесь? — спросил Волдеморт.
— Я уже ухожу, — сообщила, подтянув к себе ноги и пытаясь встать по стеночке.
То ли от короткого сна, то ли от внезапного Круциатуса, перед глазами слегка плыло.
— Круцио!
Еще пара секунд и я уже тяжело дышу на полу, задыхаясь и сипя. Меня не вырвало только потому, что ничего не ела. Тяжело, но по крайней мере я попыталась заблокировать ощущения, если и получилось, то я не почувствовала разницы.
По коридору доносятся приближающиеся шаги. Кто-то бежит.
— Долохов, — цедит Волдеморт. — Забери ее отсюда и убедись, чтобы я ее больше не видел у своего кабинета.
— Как прикажете, мой Лорд! — быстро ответил знакомый уже голос, бодрый, но слегка растерянный.
Я едва сумела заставить себя приподняться на дрожащих руках. Увидела Долохова в майке, штанах и ботинках, на ходу засовывающего руки в рукава наброшенной мантии. Волосы нечесаные, борода как обычно небритая, лицо какое-то помятое. Наверняка, Лорд призвал его так же, как и Снейпа до того, но Долохов даже собираться не стал. Надо бы найти силы хотя бы уйти на своих двоих подальше, а то уже два Круцио, это как-то перебор.
Я предприняла попытку подняться, снова опершись о стену, но едва подняла голову, встретилась с красными глазами Темного Лорда. Волдеморт смотрел с яростью, я нахмурилась и ответила тем же — какого хрена второй Круцио был?! У меня и к первому Круциатусу вообще-то есть вопросы! Я вдруг почувствовала, как меня подняли за мантию и без труда закинули на плечо.
— Повелитель! Доверьте ее теперь мне, я позабочусь обо всем, — на ходу известил Долохов, благоразумно смываясь с места задним ходом, еще и наклонившись вперед в поклоне, едва не уронив меня.
Кажется, пока он меня нес, я несколько раз теряла сознание, потому что едва я закрывала глаза на секунду, коридор оказывался совсем другим. В конце концов, я снова пришла в себя от звука резко открываемой двери. Не успела открыть глаза, как Пожиратель бросил меня на мою же кровать и со злостью почти заорал:
— Какого хрена?! Ты что творишь?!
Я посмотрела на него тяжелым взглядом. Попыталась нащупать палочку, приподнимаясь, чтобы сесть, но палочки под рукой не оказалось. Как не оказалось ее и в кармане на привычном месте. Неужели где-то выронила по пути?
Не дождавшись ответа, Долохов от души сплюнул — 'Тьфу, блять' — и приказал:
— Сиди здесь и только попробуй куда-то двинуться!
Кроме того, что Лорд его вызвал, есть и второй вариант: мой крик эхом разносился по всем коридорам, — отстранено размышляла я, когда Долохов быстрым шагом исчез за дверью, захлопнув ее, и, судя по всему, наложив запирающие чары. Второй вариант пришел мне в голову, потому что логичней было бы вызвать Барти.
Сидя, осмотрела комнату, ища глазами палочку. Мне показалось на комоде у зеркала что-то деревянное лежит. Я протянула руку и позвала:
— Акцио.
Ножки комода заскрипели по полу, зеркало перевернулось и разбилось. Мне в руку прилетела заколка, стилизованная под дерево, продолговатую деревянную защелку я и приняла за палочку. Я еще раз огляделась, но палочки не увидела. Усталость просто бешеная, голова раскалывается, магия, видимо, тоже нестабильна, раз я задела и комод. Видимо, от эмоций и шока. Или от короткого, но двойного Круциатуса. Надо отдохнуть, а потом уже со всем разбираться. Хорошо бы в более безопасное место, но мне отсюда сейчас не выбраться. Дверь заперта, так что просто посплю.
Повторно отключиться вышло быстро.
Что-то грохотало и рычало, вырывая меня из лап сна. Это был храп — громкий и неровный, словно старый мотор, который то и дело пытается завестись. Он то вздымался мощной волной, то внезапно обрывался.
Я еле разлепила веки, чувствуя, как храп эхом отдается в голове и, в частности, в висках. Все тело ноет, но я кое как заставила себя повернуть голову, чтобы посмотреть на виновника и увидела Долохова на стуле. Он закинул ноги в ботинках на кровать, к счастью, на покрывало, а не белые простыни, и сполз по стулу, оббитому тканью, при этом наклонив голову набок и из слегка приоткрытого рта как раз и доносился этот храп. На нем уже была надета обычная мантия и темная рубашка под ней. Я... я вроде одетая, как и была. Фух. Хотя ощущения хреновые, даже слишком.
Беспечно вот так спать, но раз он ничего не сделал со мной, то и я не буду шутить. Пошевелившись, я обнаружила еще одну вещь — руки и ноги привязаны к кровати. Долохов, это что еще за игры со связыванием, клювокрыла тебе в бабушки?!
Вслух я этого не спросила, решив пока он спит, высвободиться от этого чертового перестраховщика, пока не проснулся. Безпалочковое Секо я тренировала раньше и режущее проклятье разрезало веревки... и заодно деревянное навершие у изголовья, которое сползло, как по маслу и упало на пол. Секо с неприятным звуком утонуло в стене, разрезав обои и, кажется, стену под ними. Храп оборвался.
Я с досадой поморщилась — я не собиралась делать режущее такой силы, но видимо, ощущения подвели.
До меня донесся короткий скрип ножек стула о доски пола, а затем повеселевший голос Пожирателя:
— А-а-а, проснулась-таки!
Обернувшись, увидела, что он действительно предвкушающе ухмыляется. Повернулась обратно и вторым режущим обрезала веревку у левой руки, не заботясь на этот раз о том, что изголовье и обои снова пострадали. Долохов не стал стоять столбом и ждать, и быстро наколдовал новые веревки, на этот раз магически усиленные, выглядевшие, как серебрянные. Секо от них отскочило. Я сердито уставилась на Пожирателя, пытаясь извернуть руку, чтобы чем-то его жахнуть. Увы, беспалочковые заклятия слабее, и неожиданностью для него это не станет. С такого положения же и прицелиться сложно, руку не вывернуть.
— Ты что задумал? — спросила я с подозрением.
— Ага, — кивнул сам себе Долохов. — Настроение у тебя вижу бодрое.
Я нехорошо прищурилась. Он снял со спинки стула не замеченный мной до того кожаный ремень, растянул руками, проверяя гибкость, сложил в двое, слабо пристукнув по своей ладони.
Да он же специально это делает! Но он же не собрался правда пороть?! Я же только недавно Круцио пережила! Да и вообще он маг и сам может заклятье боли применить.
— Ты же маг, — озвучила я последнюю мысль. — Зачем тебе ремень?
— Так надежнее, — он ухмыльнулся, — и обиднее.
Пожиратель переместился, подойдя ближе и сбоку.
— Долохов, если ты это сделаешь, я тебе этого не забуду, — предупредила я, спешно пытаясь найти выход.
— Ну и хорошо, раз не забудешь. Я тебе говорил не творить глупостей, чугунная твоя голова, а ты все равно нарываешься, да еще перед кем — перед Лордом. Прикажешь опять за тебя Круциатусы получать?!
Он размахнулся, я вскрикнула от обжигающего удара по пятой точке.
— Да кто тебя вообще просил лезть?! — возмутилась я со злостью.
Пожиратель ударил еще раз да еще и сильнее, чем прежде!
— Раз ты в группе молодняка, то я за тебя в ответе, — уже без капли насмешливости, заявил он. — Ты вчера мне нервы помотала, не явившись даже спустя два часа после крайнего срока, а потом еще и к Лорду полезла. Знал бы, что полезешь, сразу бы выпорол, может бы безумные идеи тебе в голову не пришли!
И ударил снова. Взвыв, заскрипела зубами.
— Почему тогда к Сивому со своим ремнем не полез?! — возмутилась я. — Он же меня задержал!
— Он свою работу выполнял, — веско заметил Долохов и ударил, зараза! — У меня вопросы к тебе, а не к нему. Он полузверь, что с него взять. Может ты еще и Лорда обвинять собралась?
— Да, вообще-то да, за пару Круциатусов я в обиде!
Пожиратель размахнулся и ударил снова, чтоб его!
— Долохов, сколько ты вообще собрался бить?! Может хватит уже?!
— Достаточно для того, чтобы ты больше мне нервы не мотала и перед Лордом не нарывалась.
Такой ответ, как я заподозрила, приравнивался к значению бесконечности. Я обернулась к нему, пытаясь сосредоточиться для легилименции. Не уверена, что мне это что-то даст, вряд ли мне удастся оглушить его таким образом. Мне скорее кажется, что он только сильнее бить будет, как только будет такая попытка, поэтому я считывала пока только с поверхности, проверяя прочность защиты в короткий перерыв. До меня донеслись обрывки его мыслей воспоминаний — о том, как он вчера в ярости носился по коридорам. Нового мне это ничего не дало. Временной промежуток, когда это было, неясен. Злился ли от того, что я опоздала на тренировке, нарвалась на Круциатусы или вообще я тут ни при чем? Скорее это было образным выражением его злости.
И после еще одного удара со вложенной в него злостью, я решила, что надо попробовать пробить щиты и все-таки с ответной злостью нанесла ментальный удар в ответ. Перед глазами возник образ рыжего пожирателя, Родольфуса Лестрейнджа. Он изогнул бровь и с сарказмом произнес:
— Ради скольких 'перспективных кадров' ты вылезал из кровати на следующий же день после Круциатуса?
Я не поняла, что это было за воспоминание и к чему, но это то, что явно лежало на поверхности. Ментальный удар захлебнулся, кажется, не столько от выставленных щитов, сколько от прострелившей болью виски. Я зажмурилась, пытаясь отрешиться и унять эту боль. Долохов покачнулся назад, но быстро восстановил равновесие и вперился в меня колючим взглядом.
— Значит так, да? — многообещающе прозвучало от него. — У тебя способности к ментальщине?! Я тебе еще дам потренироваться, — и стал снова бить быстрее и сильнее, разозлившись уже не на шутку и размахиваясь аж из-за спины.
У меня даже в глазах потемнело. Когда он прервался, я только спустя минуту сумела проморгаться — и не поверила глазам. Кровать развалилась, сложившись внутрь и теперь я лежала выгнувшись на полу животом. Изголовье кровати тоже разломалось, так что я легко смогла сесть, хоть на руках все еще были магические путы, но они уже ни к чему не крепились. Магическая вспышка неконтролируемой магии, вырвавшаяся наружу, повредила и другую мебель: переломило спинку стула и сделало вмятину на дверце шкафа, как от удара, а зеркало на столе и вовсе разбилось. Долохов сидел, развалившись на полу с обескураженным видом и блуждающим взглядом. Он дергал головой из стороны в сторону и похлопал себя по ушам.
— Акцио палочка, — позвала я, протянув руку.
Пожиратель вцепился в свою палочку пальцами, которые аж побелели, не дав ей выскочить из ладони. Я вскочила на ноги вместе с ним, поморщившись от боли и затекших конечностей, и заодно покачнувшись от резкого вертикального положения. К счастью, моментом дезориентации Долохов не воспользовался, видимо, и сам еще не до конца очухался, тоже вскакивая на нетвердых ногах.
Хотя лицо его было перекошено от гнева, у меня же под рукой нет палочки, чтобы защититься. Если бы только эти выбросы магии были контролируемыми! Даже если попробую накрутить себя, надеясь, что сработает еще раз, далеко не факт что выйдет. Просто оглушить это поможет, но видно с чарами вроде пут даже не справится. Да и, наверное, лучше бы не вышло, а то получится, как с Барти — ослеплю, а потом последствия расхлебывай.
Долохов не спешил нападать. Хоть аж задыхался от гнева, с покрасневшими белками глаз. С палочкой в руке выглядел страшно. Я храбрилась, выставив руку с готовым сорваться невербальным Секо, хотя не чувствовала никакой уверенности, что сейчас он просто меня не прибьет. Ремень лежал отброшенный на полу, но какого-нибудь Круциатуса мне как раз сейчас только не хватает для полного счастья.
— Если еще раз будешь нарываться на Круциатус Лорда, я тебе после него еще добавлю, поняла? — зло выплюнул Долохов.
— Я и не нарывалась, — отрывисто бросила, почувствовав обиду за такие обвинения.
— Я не шучу! — практически проревел он, повысив голос. — Выпорю еще сильнее!
Зло нахмурившись, засверлила его взглядом. Что бы там не говорили, я знаю, когда надо промолчать, чтобы потушить конфликт и сейчас как раз тот момент, но...
— Если посмеешь, я магией шибану, — предупредила, зашипев.
— Замолчи! — рявкнул Пожиратель. — Если не научишься держать язык за зубами вовремя, я тебя научу! Слушайся меня!
Я осталась при своем, но на этот раз промолчала, ведь взбесившийся Пожиратель передо мной вполне может сделать что угодно. Это не Барти, требовавший что-то ровно с теми же словами: 'Послушайся меня', тому я еще нужна вроде. Это Долохов по каким-то своим соображениям мне вроде помогал, а где-то даже поддерживал и учил, но он чужой мне человек. Все это лишь ширма, чтобы угодить Волдеморту, как он сам сказал. Я же 'перспективный кадр', наверное, очень выгодно поучаствовать в моем 'воспитании', чтобы потом предьявить результат своему повелителю. Не удивительно, что так взбесился из-за Лорда.
Хоть я все еще была очень зла, я прикусила язык, стараясь не упустить момент, если все-таки в меня полетит заклинание, и подождала пока Долохов переведет дыхание и успокоится. А там глядишь и свалит.
Пауза стала затягиваться, мы молча смотрели друг другу в лицо.
— Ты меня поняла? — спросил Долохов.
Я молча смотрела на него, недобро прищурившись. В следующий раз, я уж точно побеспокоюсь о том, чтобы при мне была палочка, тогда и поговорим.
Долохов раздраженно выдохнул воздух в сторону, как зарычал сквозь зубы.
— В следующий раз я тебе на помощь не прибегу, — пообещал он. — Как ты заметила, никто не прибежал. Двумя Круцио уже не отделаешься.
Ну да, выручил он, наверное, меня сильно. Вместо благодарности, Волдеморт отстранил меня от дальнейшего исследования мозгов Снейпа, еще и Круциатусами приложил, а ведь так хотелось поучаствовать и все-таки узнать, что с Дамблдором... и что тогда случилось с Августой... И что это было про испытание и Темного Лорда?
Я отодвинула эти размышления подальше, сосредоточившись на Пожирателе передо мной. Долохов вроде успокаивался, хотя смотрел на меня с нахмуренными бровями, выглядя при этом жутковато-опасным.
— Я тебя поняла, — сделав свой тон максимально ровным, ответила, желая прекратить разговор. — Если это все, верни мне палочку и покинь уже мою комнату.
