Я замолчала вовремя, так как голос все же набирал раздражения и я едва не продолжила: 'Тебя не должно быть в комнате несовершеннолетней'. А то мало ли и так по грани хожу.
Долохов медленно развернулся, смотря на меня, будто ожидая реакции, поднял стул, починил невербальным Репаро, достал из кармана мантии мою палочку и положил ее на сиденье, потом снова потянулся рукой за пазуху и выложил на стул три пузырька для зелий — я внимательно наблюдала за его действиями, ощущая, что на кончиках пальцев покалывает магия, готовая сорваться по малейшему всплеску.
— Это заживляющее, зелье сна без сновидений и успокоительное, — сообщил также натянуто ровным тоном.
Я нетерпеливо ожидала, не ответив и дернула еще подбородком в сторону двери. Он скривился на секунду, а затем быстро вышел, захлопнув дверь.
Я тяжело выдохнула и решила не использовать Акцио, а подойти и взять в руки заветную деревяшку. Двигаться больно, но магия похоже не очень стабильна — еще разломаю, переборщив.
На зелья я посмотрела, но решила не принимать даже заживляющее — у меня в закромах свое было. Заживляющего только оказалось мало, как назло, забыла обновить, когда собиралась в спешке, но, думаю, на этот раз хватит и обезболивающего еще будет достаточно — открытых глубоких ран у меня нет, а для царапин хватит. Успокоительное всегда затормаживало мою реакции, так что это точно не то, что стоит сейчас принимать. Да и вообще зелья с чужих рук надо принимать с осторожностью.
Повернувшись к кровати, подняла палочку:
— Репаро.
Кровать, которая должна была восстановиться, попыталась выпрямиться, крякнула с деревянным скрипом, а затем фиолетовое покрывало сверху пошло неравномерными дырками, как будто его ели шелкопряды. Напоследок дно кровати снова скрипнуло, рухнув заново.
— Блять, — вырвалось у меня.
То ли кровать с какими-то чарами, которые не дают ее нормально восстановить самым простым способом, то ли у меня от Круциатуса нервы шалят и магия не слушается. Хотя нервы и правда напряжены, и все болит, и голова раскалывается, но скорее все дело в кровати. Иначе своим Секо я могла себе и руку отрезать, бр-р-р.
Но, блин, мне теперь даже негде прилечь отдохнуть!
Я с сомнением взглянула на стул, но решила не повторять за Долоховым — так скрючишься, потом не разогнешься. Опустила глаза на ковер у кровати. В принципе... Ну не, может поискать тут где-то открытые гостиные, откуда хоть диванчик стащить можно? Правда это вызовет вопрос, не хочу чтобы кто-то задался вопросом, что со мной, да и ходить далеко не хочется.
В конце концов, я решила стащить с кровати матрац, который оказался до жути тяжелый. Левиоса вроде безобидная и я попробовала применить ее, и даже приловчилась, поднимая его в воздух. Матрас оказался тоже порван, видимо от перелома кровати деревяшки проткнули, к счастью не насквозь, но я завалилась на него и только-только прикрыла глаза, как резко села, услышав хлопок.
— Гостья, уважаемая гостья, — заламывая длинные пальцы передо мной стояла домовичка в выглаженной белой хламиде, и держал в руках поднос с накрытыми крышками тарелками, — ваш завтрак.
Резко вспомнив, что ела последний раз еще вчера утром — а это для меня не характерно, — желудок тут же завыл свою мелодию.
Я села на матрасе и протянула руки, забрав у домовички поднос, и поставив его прямо на матрас. Домовичка и так имея большие округлые глаза, выпучила их еще больше, в ужасе рассматривая повреждения дорого украшенной спальни. И с какой-то даже жалостью она смотрела на волшебницу перед собой, которая забыла о манерах.
В тарелках оказалась овсяная каша и яичница с тостом... Я потом попросила добавки, а потом еще, и сверху что-то сладенького, и желательно еще кружечку чая с печеньем. Сложив тарелки стопкой, наконец, погладила живот, который уже забыл, что такое еда. Посмотрев на домовичку, скромно стоящую за кроватью, будто прячущуюся, я позвала:
— Теперь все, добавки не надо.
Домовичка подошла за подносом. Интересно, они каждому из присутствовавших вчера так еду доставляют или те домой ходят завтракать? Наверное, да, дом большой но разместить тут всех проблемно.
— Ты можешь починить кровать? — вспомнила я.
— Нолли попробует, — неуверенно ответила та.
Я думала она возьмется магией чинить, но домовичка лишь магией приподняла развалившуюся кровать и попыталась сделать что-то ручками. Конечно, ничего не получалось, более того, ее едва не придавило, я вовремя вытащила ее, дернув за плечо и вздохнула:
— Можешь найти кого-то кто сможет починить?
— Нолли может, — быстро закивала та и исчезла.
Я решила полежать еще, перевести дух, уже сытый, и легла на матрас, прикрыв глаза. Головная боль вроде уменьшилась, но матрас подо мной, казалось, вместе с полом покачивается. Я прислушалась к себе и полежала так наверное с час. Хотя я себя ощущала все еще уставшей, даже выжатой, сон, конечно, не шел, я ворочалась, пытаясь найти удобное положение, чтобы ничего не болело. Домовичка тоже не возвращалась. В конце концов, меня даже стало подташнивать и решив, что вкрай переела на этот раз, я решила выйти подышать воздухом, ведь окна у меня не открывались. Или открывались, но я не знала каким заклинанием.
Осторожно осматриваясь, чтобы ни с кем 'удачно' не пересечься, я вышла к лестнице и свернула в сторону парка у особняка. Дом просто огромный, а парк у него достаточно обширный, чтобы среди деревьев и кустов потеряться от любопытных глаз. Там я прошлась недолго и присела на лавочку, чувствуя, что лучше не становится. Еще и пальцы покалывает. И только тут до меня дошло — это могут быть не последствия ночной пробежки и Круциатусов. Ощущения схожие с тем, когда я случайно шандарахнула Драко Малфоя, а потом таким же образом стихийной магией ударила по Краучу, по крайней мере магия вела себя похоже. Но не всегда это было на эмоциях, случалось и после сильных манипуляций магией. С возрастом стихийные выбросы становятся мощнее, а сдерживающие печати стираются, как мне сообщил лекарь на последнем визите в Мунго уже вместе с Краучем. Причем, обновлять печать он не предложил, потому что магический потенциал у меня вырос настолько, что ограничить его печатью та еще проблема. Единственное, что оставалось, осваиваться со своей собственной магией постепенно вместе с ослабеванием печатей и пить зелья. Кстати, сегодня я забыла выпить зелье, как и вчера вечером.
Решив, что все дело в пропущенном приеме зелий, я вернулась обратно и достала свой рюкзак, который домовики видимо притащили и разместили у шкафа. Я вчера неаккуратно доставала чистую одежду, но не стала наводить порядок, быстро отыскав зелья и выпила их.
Подождав с полчаса, я не дождалась какого-то эффекта, я все еще была выжата, все болело и магия, если совсем прислушаться, ощущалась не комфортно, не так как обычно. Я даже подумала о том, чтобы увеличить дозу за пропущенную вчера, но передумала, побоявшись передозировки или побочек. У меня был четкий график приема и, если все пошло по одному месту, то надо сначала проконсультироваться. Но тут я снова вынуждено присела.
Как добраться до Мунго? Особняк и прилежащая территория наверняка защищены и охраняются. Да и если я смоюсь самостоятельно, как обычно, вопросов не оберешься. Я бы все-таки предпочла, чтобы об этом никто не узнал. Но раз Крауч уже в курсе моей проблемы, то надо найти его.
Решив так, я снова покинула свою комнату. В коридоре на этот раз встретила незнакомого мага и решила спросить не знает ли тот, где находится Барти Крауч. Получив отрицательный ответ, пошла дальше. По коридорам, наверное лучше не бродить далеко, чтобы не пересечься с Лордом, Беллатриссой или кем-то, встреча с которым мне сейчас точно не нужна. Свернув на застекленный коридор, я увидела из него тренировочную площадку на которой маги сейчас обменивались заклятьями. Подумав, что стоит проверить, я спустилась вниз.
На тренировочной площадке сейчас организовывались спарринги один на один. Я быстро заметила Долохова, который отпускал колкие замечания, но решила не подходить к нему. Осмотрев другие лица, заприметила знакомые рожи Лестрейнджей — старшего и младшего братьев, они стояли по другие стороны тренировочного поля, ближе ко мне, видимо, контролируя бой. Барти обычно ошивался где-то рядом с ними, но сейчас я сколько не смотрю, его не вижу.
— Эй, паршивка!
Я повернулась, каким-то образом поняв, что обращаются ко мне. Рудольфус Лестрейндж не выбирал выражений.
— У тебя сегодня отгул, тебе не сообщили?
Отгул? А-а-а, наверное, Долохов после всего произошедшего выдал, не сказав. Я взглянула на него, но Долохов внимательно следил за боем, даже как будто слишком намеренно. Ну и ладно, мне отгул как раз нужен.
— Где Барти? — спросила я старшего Лестрейнджа.
— Ты хотела сказать, где твой отец? — выделил интонацией последнее слово Пожиратель.
Глаза захотели предательски закатиться ко лбу, но я подтвердила:
— Да.
— Не здесь, — сказал и потерял интерес, как бы давая понять, что разговор окончен.
Сука.
Пальцы стало не просто покалывать, а прямо жечь, я незаметно потерла их об ладони, чтобы как-то уменьшить это ощущение. Я поняла, что тяжело задышала, не сразу.
— Так, где он? — собравшись с силами, сделала тон максимально нейтральным.
— Это тебя не касается, — сухо ответил Лестрейндж.
Понятно, похоже он не в особняке. Я уже чувствовала, как эмоции и магия подкатывает, но изо всех сил сдерживалась. Так как с Драко Малфоем и Краучем не будет — по ощущениям магия ударит гораздо мощнее, если выйдет. Я закусила губу, пытаясь отвлечься на построение плана действий.
— Он не в особняке, если ты его ищешь, — подал голос вдруг младший Лестрейндж и предложил, видимо, что-то заметив: — Если есть какой-то вопрос — говори.
Нет, говорить при всех, что у меня похоже большая проблема с магическим недержанием ни за что не буду. Тем более, не при этих Лестрейнджах! И не Долохову! Если тот поймет, что у меня проблемы с магией, того и глядишь разочаровано прибьет.
— Нет, — коротко ответила, не став ничего больше говорить, чтобы не терять время, и быстро покинула площадку.
Я вернулась в парк, чтобы попытаться хотя бы успокоиться в тишине. Эмоции мне сейчас только хуже сделают.
Не сказать, чтобы у меня все получилось, но взять себя в руки по большей части вышло, выбросив из головы их пренебрежительные выражения лиц. Магия же бушевала дальше, собираясь внутри шершавым комком в воздушном шарике моего тела, которое того и глядишь лопнет.
Чем больше я теряю времени, тем хуже. Надо было все понять еще тогда, когда Секо не удался, как следует, простейшее же заклинание и беспалочковый вариант я давно освоила.
До меня в таком нервозе не сразу даже дошло, что аппарировать тоже в таком состоянии небезопасно. А значит, даже если выберусь за ограду, проблема не решится. Домовики не мои, слушаться вряд ли станут, если попросить перенести в больницу, в лучшем случае известят хозяев. Камины тут тоже заблокированные — стандартная практика, когда не хочешь видеть гостей.
Может попробовать немного выпустить? Аккуратно, контролируемо выплеснуть немного магии, пока шарик не лопнул? Долго я не раздумывала и применила простейшее заклинание даже без палочки, чтобы не усиливать и не направлять концентрировано магию.
— Солдэс лютум.
Простейшее заклинание, придуманное кем-то явно шутки ради, создавало грязное пятно в указанном месте. Я указала на дерево. С мгновенье, казалось, ничего не произошло, а затем на чистом широком стволе стало что-то расти. Как какой-то лишайник, а потом грязно-зеленый гриб, который прямо пожирал дерево на глазах. Скорость разьедания сравнима разве что с сильной кислотой, и дерево с жалким скрипом завалилось на ближайшие кусты. Поломанные ветки, которыми оно зацепило соседнее дерево, осыпались следом. Желто-зеленый лишайник снова прямо на глазах вздулся пузырем и продолжил свое дело.
Я шокировано наблюдала и не нашла ничего лучше для сокрытия следов такого надругательства над садом, как Инсендио. Ведь по сути слегка сбавить накал магии получилось же!
Инсендио — создающее небольшой огонек, вспыхнуло на все дерево. Огонь был не обычным красно-оранжевым, а с черным дымом, видать, от того, что огонь все же пожирал лишайник заодно с деревом... и с кустами... и с лавочкой.
Я отошла подальше, закрывая рукавом лицо, чтобы не дышать едким дымом. Опыт подсказывал мне, что в таких случаях надо делать ноги, но сперва я снова наколдовала небольшой Агуаменти, обернувшийся грязной болотной водой, но хотя бы в большом количестве. Пожар был по большей части быстро потушен, поэтому я не стала долго прислушиваться к себе и быстрым шагом побежала прочь от обгоревших останков и образовавшейся липкой грязи. Пусть простят Малфои такой вандализм, — я честно не хотела.
Особо выбора не было и я решила скрыться обратно в особняке, чтобы мне сейчас еще один выговор не сделали, но не дошла. Остановилась в самом начале не такой пышной боковой лестницы и осела на ступеньках не успев и до перил дойти, чтобы опереться. Магия на какое-то время казалось прекратившая так давить, будто усилила давление вдвое, в отместку за то, что остановилась, даже перед глазами поплыло. Меня уже корчило, почти как от Круциатуса. Понимая, что выпускать даже немного сейчас нельзя, я обхватила руками голову, став сидя раскачиваться на месте и пытаясь успокоиться.
'Значит, ты уже прошла испытание?' — ядовитый шипящий голос прошелестел прямо в голове.
Я распахнула глаза и подняла голову, только теперь заметив застывшего надо мной Волдеморта. Меня хватило только на ответный мысленный посыл:
'Это так важно?'
— Вставай! — приказал он, повысив голос. — Поднимайся!
От взмаха его палочки я почувствовала, как невидимая сила поднимает меня в вертикальное положение, схватилась руками за перила, чтобы удержать равновесие на подкашивающихся ногах, и снова встретилась с красными глазами Лорда:
'Твоим испытанием был Снейп?! — он не столько спрашивал, сколько утверждал. — И ты прошла его моими руками!'
— Нет, — вслух ответила, поморщившись от того, как сдавило виски от его голоса под черепушкой.
В ту же секунду меня чем-то крепко приложило аж до звона в ушах. Я проморгалась, возвращая равновесие и пытаясь понять, что произошло, и тут же отпрянула, увидев перед собой Волдеморта.
— Возьми свои эмоции под контроль, — потребовал он все еще яростно и негромко, но судя по наставленной палочке, это была не просьба.
— Мои эмоции под контролем, — ответила так же тихо, понимая, что только еще одного Круциатуса мне не хватало.
Лорд пристально в меня всматривался. Я тяжело дышала, но в целом паника отошла на второй план перед новой опасностью, а в вот магия все еще готова была сорваться и от ее сдерживания кружилась голова.
Он что-то вроде бы применял, но я не видела движений палочкой. На деле же как будто он прислушивался, а затем так же резко и неожиданно схватил за запястье, сдавив.
— Отдай мне! Сейчас же!
