Атакующая нас группа стала реже бросаться заклятиями, пытаясь двигаться следом за камнем, чтобы оставаться под его прикрытием, и судя по крикам, пытались не слишком организовано сменить стратегию. Нотт рискнул бросить Левиосой камень размером с футбольный мяч и явно кого-то задев по ногам, кто высунулся почти наполовину, отчего донесся болезненный вопль. Фиолетовая группа частично бросилась к товарищу, а частично усерднее стала слать проклятья: я разобрала Инкарцеро, Силенцио, чары Помех, Конфундус, разбившиеся о прикрывающие щиты. Практически ничего не отражалось обратно. Видимо им требовалось время на создание повторной мощной атаки или Нотту повезло нейтрализовать хотя бы на время того, кто применял мощные чары.
Валун вылез по ощущениям наполовину. Оставшаяся его часть была продолговатой и более узкой, а потому вылезла гораздо быстрее, выворачивая землю. Парни, использовавшие камень, как укрытие, задрали головы вверх на вылетевший валун. На их лицах и без легилименции было написано понимание, что будет если этот камешек упадет на них сейчас сверху. Несколько человек сориентировались быстрее, поднимая руки. Эту возможность моя теперешняя команда не могла упустить и тут же выкрикнули:
— Остолбеней! Петрификус Тоталус!
Парни, повалившиеся на землю, на вид были старше. Понятно почему заклинания были мощнее и они рискнули сделать засаду уже перед самым финишем. Я аккуратно опустила камень в стороне от всех, постаравшись, чтобы он не скатился вниз.
— Четыре знамени! — завопил радостно Нотт. — Четыре!
Раскрасневшиеся от натуги Крэб и Гойл радостно скалились, побежав снимать фиолетовую простыню. Я, равно, как и Малфой, не видела тут ничего особенного. Заклинания не мощные, команда сработала на троечку, но в принципе справились. Как для интересного досуга сойдет, поэтому я ответила вежливой улыбкой. Нотт чуть ли не подпрыгивал от восторга, ему такой реакции показалось мало. Он потряс меня за плечо:
— Мощная Левиоса, Крауч! Даром, что пятикурсница!
— Ее изучают на первом курсе, — напомнила я.
— Ага, на перьях, — продолжал широко улыбаться Нотт, не в силах спокойно стоять и дергая руками.
Я с недоумением на него взглянула, ведь точно помню, что Рон Уизли так поднял дубинку тролля прям тогда же на первом курсе. Невилл пересказывал это, как слух, но я из фильмов это точно помню.
— Разве не все так могут? — поинтересовалась я, не став напоминать про гриффиндорца.
— Да ты посмотри на валун! В нем не меньше тонны! — воскликнул Нотт.
Подумав, что он чересчур впечатлительный или сильно переволновался, я взглянула на камень. Оценить вес сложновато.
— Нет, точно меньше. Сам попробуй поднять его, — предложила я.
Нотт помялся, оглянулся и заметил, что на него смотрит Малфой, а Крэб и Гойл не могут решить, кто понесет фиолетовую простыню, переругиваясь и не обращая внимания.
— Давай, Тео, покажи класс, — ухмыльнулся Малфой, не скрывая издевки. — Ты же так хорошо себя показал со своей птичкой.
— Так я же говорю, для этого сил надо много вложить, — пробубнил Нотт, растеряв всю веселость разом. — А сейчас силы надо поберечь.
Малфой смотрел с таким издевательским прищуром, что я не сомневалась, хотел реабилитироваться за его счет, но тут раздался треск ткани.
— Вы, придурки! — завопил Драко на Крэба и Гойла. — Порвете знамя!
Двое здоровяков и правда успели разорвать треснувшую простыню, растягивая ее с разных сторон.
— Дайте мне ее сюда! — Малфой отобрал у них фиолетовое знамя, повязав на себе.
Все слегка поуспокоились и пошли дальше подниматься наверх, внимательно осматриваясь и готовясь в любой момент выставить щиты, ведь в такой яркой окраске с простынями — мы желанная добыча. Повторная атака из засады не должна стать для нас сюрпризом. Кое-как мы согласовали порядок действий и порядок движения, чтобы со всех сторон быть прикрытыми щитами.
К счастью, до самого верха нам повезло больше никого не встретить. Сборный пункт заметили издалека — с десяток студентов уже были тут и несколько наблюдающих. Зычный хохот Долохова разлетелся над всем холмом, где не было деревьев, только куча снега, в который проваливались ботинки по щиколотку. Хорошо, хоть погода не ветреная, но и так на холме оказалось ощутимо холоднее. Я наложила на себя Согревающие чары.
По мере приближения я заметила, что взрослые маги передают что-то Долохову.
— Давай не жадничай, Уилкис! — услышала я Долохова, затем заметив, что в руке названного Уилкиса блеснули золотом несколько галеонов.
— Мистер Долохов, вы ставили на три штуки, — различила я высокого блондина Роули.
— Раз никто на большее количество не поставил, то выиграл я! — уверенно заявил Долохов, забирая и у него из рук золотые монеты.
Начиная наконец, догадываться, что они делали ставки на 'знамена', я с остальными наконец подошла к стоящим магам и можно уже было развязать и снять эти надоевшие яркие простыни. Нотт снова выглядел не просто воодушевленно, но гордо поглядывая на остальных присутствовавших студентов. Малфой, вопреки ожиданиям, не горел желанием бахвалиться, брезгливо сбросив фиолетовую тряпку прямо на снег. Я бросила туда же две, которые были на мне. Нотт растягивал удовольствие, картинно снимая свою, чтобы бросить в общую кучу. Проследив за Крэбом я заметила, видимо, его отца, тот выглядел довольным. Двое подошедших за нами сопровождающих минут через пять присоединись к остальным Пожирателям.
Видимо, придется проторчать здесь еще целый час. Я вздохнула, пытаясь насладиться видом с холма. Здесь хотя бы ощутимо теплее, видимо, кто-то наложил чары на площадь. Правда, от них снег подтаял и под ногами неприятно хлюпает.
Столько времени прошло... Но все же интересно, Рон Уизли сам наложил Левиосу на дубинку тролля? Маги в экстренных ситуациях на эмоциях могут выдать мощную магию, это не секрет, но первокурсник? И это еще после слов Лорда, что Дамблдор кормил Гермиону серой магией.
Постепенно другие группы подтягивались, имея при себе две цветные простыни, а за ними через время и двойки наблюдающих Пожирателей.
— Руди! — воскликнул Долохов с улыбкой до ушей, поманив его рукой.
Я встретилась со старшим Лестрейнджем взглядом. Он коротко обжег глазами и подошел к Долохову, достав из кармана небольшую горсть золотых монет. Долохов никак не мог успокоиться и кивнул на груду разноцветных простыней:
— Руди, посчитай-ка сколько их.
— Надо было ставить на то, что у всех все заберет, — пробурчал Лестрейндж, вызвав новый приступ хохота Долохова.
— Как никак и так половина, считай, — с довольством выдавил он, отсмеявшись.
— А ты на что ставил? — полюбопытствовал какой-то Пожиратель.
— Что вообще не явится вовремя, — ответил Лестрейндж.
Я закатила глаза, с силой сунув руки в карманы и отвернувшись. Вообще-то у меня тогда палочка не работала и за мной гонялся оборотень, явно точивший на меня зуб, но доказывать ничего тому, кто меня отчитывал, еще и влепив пощечину, не собираюсь. И так как-то не слишком приятно знать, что кто-то решил развлечься, устроив ставки на гонку улиток, точнее студентов, и я в числе этих улиток.
— Ну, зря ты так, — судя по тону, Долохов продолжал посмеиваться. — Недооцениваешь. Вот попал бы ты под ее За-Ши-Бу...
Я почувствовала, как приливает кровь к щекам, и стала усиленней смотреть в лес, видневшийся отсюда и разглядывать серые тени холмов, видневшихся вдалеке. Я-то надеялась, он давно забыл об этом!
К счастью, ни его закадычный дружок, ни другие Пожиратели не стали его расспрашивать в подробностях, и сам Долохов через время успокоился.
Все пятерки так и стояли группами, так что я услышала, как Крэб сказал:
— Не пойму, вчера они явно поругались, а сегодня, как ни в чем не бывало.
Малфой зашипел на него и бросил быстрый взгляд в мою сторону, а встретившись глазами, отвел их. Но с помощью легилименции, я увидела, о чем они думали. Вчера после тренировки во второй половине дня, которую я пропустила, студенты могли наблюдать как Лестрейндж с Долоховым о чем-то спорили. Спорили экспрессивно — по крайней мере Долохов, — но недостаточно громко, чтобы понять о чем речь. И все же, вчера Долохов явно пришел раньше, чем закончилась тренировка.
Последними к обозначенному сроку подтянулись те, кто остался вовсе без знамени. Они до последнего, видно, надеялись его заполучить, но завидев толпу на холме, лица их приняли разочарованное выражение — все разноцветные простыни были уже здесь.
По возвращению я не стала с большинством студентов долго наблюдать и улюлюкать вслед бегущим вокруг особняка проигравшим, которых то подпинывали словесно, то каким-нибудь заклинанием некоторые экзаменаторы. У Долохова все еще было хорошее настроение и то и дело, его едкие замечания и взмах палочкой заставлял кого-то переставлять ноги быстрее.
Я поспешила пообедать и повторить упражнения перед следующим занятием. У меня не было возможности проверить свою теорию щита на коже, но надеюсь, сегодня это не понадобится. Прошло полдня, а я еще никуда не влипла — аж подозрительно.
Ждала урока я с нервозностью, но и каким-то даже нетерпением. Хотелось отделаться поскорее, я боялась что Волдеморт может еще придумать, и в то же время я все еще надеялась, что он поделится каким-то полезным знанием, чтобы все это было не напрасно. Вчера урока по сути не было, а позавчера я открыла очень многообещающую способность. Я одергивала себя, понимая, что Лорд придумает, что-то скорей всего неприятное и болезненное, а то снова приведет жертв, но некоторый восторг от открывшейся неуязвимости так и не улегся. По правде, хоть я и не понимаю, почему не получилось отразить что-то кроме Круциатуса, я уверена, что им защита не ограничена, но мотивация с его использованием была так высока, что я точно обучилась этой технике даже быстрее, чем ожидал Волдеморт. А то и неожиданно даже для него. Это невероятно обнадеживало. Сколько же еще Лорд знает подобных вещей, на стыке двух умений — легилименции, для контроля сознания и управлению магией в физическом плане? А если бы он учил всерьез, как Редл из медальона?
Постучав и получив разрешение зайти, как положено уже, преклонила колени и по-привычке осмотрелась, отметив, что никого, кроме Волдеморта, здесь нет. Он почему-то долго молчал, хотя я чувствовала на себе его взгляд, что значило, что он не погружен в раздумья. Отрывать я его тоже ни от чего не могла, так как время заранее оговорено.
— Повелитель? — осторожно спросила я, подняв глаза к его лицу.
И в самом деле, Волдеморт исследовал меня непонятным взглядом, что вызывало нехорошие предчувствия. В воздухе царило что-то такое, что заставляло думать о том, что день проходил до сих пор вполне неплохо и самая жесть начнется сейчас.
— Разве я не говорил тебе буквально вчера, чтобы ты не привлекала излишнего внимания? Или я тогда недостаточно ясно выразился? — прозвучало негромко, но пробирало до костей угрозой. — Что в твоей памяти остается, когда я не единожды требовал этого от тебя?
Я напрягла память. Вроде прямо такого не было, но я припоминаю его указания сидеть на месте и не высовываться, когда он меня предупреждал о Дамблдоре. Вчера сказал с Пожирателями не лезть в дуэли — это точно было, но сегодня я уже не лезла. Может быть, опять хочет напомнить мне о неуместной наглости? Так я вроде ничего подобного сегодня не делала.
— Припоминаю, — на всякий случай медленно кивнула я. — Но я ничего не делала такого сегодня, — встрепенувшись, добавила: — Повелитель.
Лорд смотрел все еще так, будто хотел чем-то приложить тяжелым. И моя заминка на секунду вряд ли его обрадовала.
— Или ты подумала, что мои предупреждения касаются только Хогвартса? — продолжил он, как будто ничего не слышал. — Что если ты не нарываешься на поединок с Пожирателями смерти, то можешь расслабиться?
С чувством, что уже начались наезды, а я до сих пор не поняла причины, осторожно сказала:
— Повелитель, я все еще не очень понимаю вас...
— Что именно тебе еще не ясно? — перебил меня Лорд, повысив голос, и не дав сказать что-либо. — Я тебе буквально вчера приказал умерить свой пыл! Или ты думаешь среди Пожирателей здесь найдется кто-нибудь глупее школьника Хогвартса?
Я промолчала, кажется, догадываясь, что его возмутило. С тренировки прошло максимум пара часов, но видимо, о том, как она прошла дошло известием уже и до Лорда. Не думала, что это привлечет вообще его внимание, раньше он как-то не интересовался этим. Эти тренировки он не запрещал, тут не учили чему-то особому. Но вроде сходится. Раньше Лорд неожиданно для меня требовал, чтобы я на Слизерине сидела тихо и не высовывалась, теперь и тут нельзя? Так, а что я такого сделала?! С Пожирателем в поединке не сошлась, не демонстрировала три воздушных тарана подряд. Много этих цветных тряпок собрала? Так это командная работа была. Камень большой подняла? Так что такого?!
— Это была заслуга всей команды. Нотт проявил себя не хуже меня сегодня, — заметила я. — Мой вклад был не так уж велик и я уверена, что не теряла контроль над своей магией.
— И тем не менее, ты привлекла внимание, — припечатал Лорд.
Я была не согласна, но решила, что спорить с ним себе дороже. Подозреваю, он все-таки обратил внимание на спор среди его Пожирателей, ну или Долохов продолжал веселиться чересчур громко. Его мало интересовали школьники и вообще эти тренировки раньше, но видимо услышал что-то что не понравилось. Только как? И когда? Неужто следит все время?
— Я постараюсь не привлекать внимание больше остальных, повелитель, — пообещала я.
— Уж постарайся, — ядовито ответил Лорд. — Хотя одних твоих стараний будет недостаточно.
Вместе с этим я почувствовала летящее заклинание и успела выставить правую руку. Зашипела от боли, снова почувствовав жгучую полосу на коже. Не заблокировала.
Как мне не привлекать внимание, если я уже тут с первого дня встреваю везде в неприятности? Личные уроки с ним вообще сами по себе привлекают интерес других. Разумеется, это я говорить не стану, иначе Лорд меня в этом виноватой сделает.
— Ты уверена, что ни одно живое существо не знает о твоем статусе? — спросил Волдеморт.
— Уверена, — кивнула, порадовавшись, что это правда, хотя одновременно может быть и неправдой, но ведь этого не известно?
— Хорошо... — протянул он, отходя от меня. — Сегодня ты должна закрепить полученные навыки управления защитой. Без должной тренировки они ничего не будут стоить...
Похоже, будет тренировка защиты. Я слегка кашлянула, желая спросить, перед тем как начнем. Лорд повернулся ко мне лицом, перестав смотреть куда-то в камин.
— Повелитель, а другие маги умеют так?
— Некоторые, но только достаточно сильные, — по виду Лорд на секунду только напрягся, но опять выглядел вроде бы спокойно.
— Уровня Пожирателей или Дамблдора? — уточнила я, пока он взялся отвечать.
— Уровня некоторых Пожирателей... Дамблдор определенно владел. Он тоже обладал искусной легилименцией и в управлении магии поднаторел.
