Вопрос слегка выбил из колеи, но тут мне скрывать было точно нечего.
— Не знаю, повелитель.
— Что произошло тогда в подвале? Они определенно почувствовали твою магию. Задавали тебе вопросы об этом?
Разве он не должен был буквально только что увидеть все о чем я с ними сегодня и тогда беседовала? Неужели опять схватил приступ паранойи?
— Они спрашивать только откуда у меня этот камень, — честно ответила я, чтобы не влипнуть в еще какие-нибудь подозрения на мой счет.
— Когда ты не сдержала магию, они смотрели тебе в глаза? — задал Волдеморт странный вопрос.
Если бы была попытка легилименции, я бы точно ее заметила, а когда мое сознание отключилось, они уже ничего не смогли бы с ним сделать. Поэтому вопрос и странный, но у меня есть простой ответ:
— Они не могли применять легилименцию.
— Дело не в легилименции, — раздраженно выдохнул Волдеморт, заставив напрячься еще больше. — Или ты и этого не знаешь? В моменты сильной ярости, отличительная особенность Темного лорда — это покраснение радужек глаз. Я тебя спрашиваю — могли ли они видеть это или намекали на то, что видели это?
Волдеморт демонстрировал раздражение и судя по тону, терял терпение, обьясняя, но я все равно ответила не сразу. Припомнив все, что они спрашивали, уверенно ответила:
— Таких намеков не было, а во время наказания, они завязали мне глаза, чтобы я не могла применить легилименцию.
Волдеморт явно не был до конца уверен в этом и хотел убедиться наверняка, из-за чего я почувствовала прикосновение легилименции и без зазрения совести показала несколько отрывков из того подвала, когда мне завязали глаза и сегодняшней встречи. После быстрого просмотра, он снова вернулся к вопросам:
— Когда и почему медальон тебе сообщил и где ты нашла перстень?
Здесь соврать было бы уже намного труднее, так что я принялась рассказывать, как есть, но подбирая слова:
— В кабинете Дамблдора лежал этот камень в золотом перстне. Вы... — здесь было уже сложнее. — Он из медальона не сказал мне прямо, что это за перстень, но когда Морриган забрала его, оставив пустой медальон, Дамблдор положил этот медальон рядом с перстнем и... я догадалась, что это может быть такой же предмет.
Когда я назвала одно из имен богини, Волдеморт нехорошо прищурился. Не буду тешить себя, скорей всего он понял, что я надеялась, что она заглянет на огонек. Камень вот он — в руках Лорда и я сомневаюсь, что он мне его отдаст. Тем более, ему явно не понравилось появление в истории Дамблдора. Думаю, он уже понял, что старый директор нашел его крестраж.
— Звучит не слишком убедительно, — подвел итог Волдеморт, но по крайней мере, не обвинил во лжи.
Чувствуя, что нервное напряжение только увеличивается, я решила перевести тему:
— Повелитель, вы правда решили прекратить мое обучение из-за того, что я не могу сдержать магию?
— Это временное наказание, — почти прошипел он, с ощутимой угрозой подходя ближе, отчего у меня чуть ли не волосы дыбом встали, но я заставила себя стоять на месте ровно. — Ты, вопреки моему приказу, не смогла сдержаться, не смогла стерпеть полагающееся наказание. А теперь ты оказывается не поняла. Физическое воздействие для тебя ближе?
Он намеренно медленно поднял палочку с намеком на уровне моего лица, я, не сдержавшись, сделала шаг назад.
— Значит, это всего лишь на время? — поспешно спросила. — Вы не уточняли сроков.
— Месяц, а затем посмотрим на твою готовность обучаться у меня дальше.
Звучит не очень обнадеживающе. С одной стороны месяц передышки от этих издевательств — это хорошо, но вообще-то он как раз должен обучать управлять магией. Морриган тоже не появляется. Может не услышала?
Похоже, Волдеморт заметил мой взгляд и снова спросил опасно и вкрадчиво:
— Зачем ты оставила у себя только камень?
— Не знала, где его могла бы безопасно оставить на хранение, — честно ответила.
— Дамблдор что-то говорил о том, откуда у него перстень?
— Нет, повелитель, — смирно покачала головой, понимая, что разговор этот очень уж щепетильный.
— Зачем ты хочешь вернуть этот камень? — продолжался допрос.
С ответом я замешкала, пытаясь подобрать безопасный и ничего получше в голову не пришло:
— Он мне дорог как память.
— Раз так, я не могу вернуть его тебе, — ответил он с виду спокойно, но следил за моей реакцией так пристально, что я не сомневалась уловит любую эмоцию.
Я сосредоточилась на том, чтобы держать лицо и пыталась придумать, как его выпросить обратно. Для чего бы мне нужен был этот камень еще? Какой-то повод так и не находился. Вот, знала же, что как только увидит — тут же заберет!
— Повелитель, но вам ведь он тоже не нужен? — осторожно спросила я. — Раз вы оставили этот перстень где-то, значит, и камень для вас не слишком ценен?
— Зачем он тебе на самом деле? — еще тише и более вкрадчиво поинтересовался Волдеморт, нависая и заставляя задирать голову.
Сжав губы, пыталась придумать убедительный ответ, но кроме как 'вещь на память' или 'напоминает о Редле' ничего на ум не приходило.
— У меня нет насчет него никакой конкретной цели, — нашла я обтекаемую формулировку.
— Верни его, — вдруг донеслось.
Мы оба резко повернулись влево. Там соткалась из ее привычного черного дыма Морриган, отчего кабинет, и так не слишком ярко освещенный, сразу же погрузился во тьму. Свет, исходящий из зажженного камина и светильника на столе сразу стал как-то меньше и более блеклым.
Морриган спокойно взирала на нас. Я почувствовала, как медленно выдыхаю от облегчения. Пришла-таки.
— Я хочу, чтобы этот камень хранился у нее, — продолжила она без вопроса, озвучив это как требование. — Это часть ее испытания.
Я медленно прикрыла глаза на секунду, почувствовав как Волдеморт резко перевел на меня внимание. Вот, сучность же... Зачем было про испытание говорить?
— Кроме того, возможно, в отличии от тебя, она сможет раскрыть потенциал камня и для тебя это тоже может быть полезным, — туманно закончила Морриган.
— Что значит раскрыть потенциал? — выпалил Волдеморт уже не скрывая злости. — У этого камня есть какие-то способности?
— Конечно, — произнесла небрежно богиня. — Люди называют это также регалиями Темных лордов, но на самом деле, только Темный лорд может открыть весь его потенциал.
— Почему это я не могу сделать? — недовольно, с недоверием, спросил Волдеморт.
— Когда он был в твоих руках, тебе удалось открыть хоть одну его способность? — мягко полюбопытствовала Морриган и его аж перекосило. — Дам подсказку. При должной тренировке, она сможет вернуть в строй твоих утраченных насовсем слуг.
Я нахмурилась. Что это должно значить? Но Волдеморт задумался о ее словах тоже.
— Но мне послышалось, что ты решил прекратить на время ее обучение, — продолжила Морриган, как ни в чем не бывало. — Тебе такая возможность не нужна?
Волдеморт, на которого я искоса глянула, промолчал.
— Значит, камень позволяет вернуть любого? — только уточнил он.
— Есть несколько ограничений на разницу сил и необходимое умение. С текущим уровнем, она на подобное не способна, но, возможно, если она будет обучена, я позволю вернуть тебе... — белая маска на ее лице расползалась в широкой улыбке, — твой медальон.
Я в недоверии переводила взгляд с нее на Лорда, уже не таясь. Если я правильно поняла, Морриган сказала, что может вернуть Редла из медальона назад, хотя сама же его забрала? Что-то мне кажется, богиня не только мне подставы устраивает, а что-то такое приготовила и для Волдеморта. Но это может быть мне на руку, так что промолчу.
— Что насчет тетради? — уточнил Лорд, пристально всматриваясь теперь в нее.
— Теперь она одно целое с медальоном.
Я снова почувствовала, что забываю дышать. Тетрадь, то есть дневник, тоже была крестражем. Теперь с той стороны кусочки обьединены?
— Как по твоему я могу обучить ее, не зная, как он работает? — спросил богиню Волдеморт.
— Начни с того, чтобы научить ее управлять собственной магией, — снисходительно, как мне показалось, ответила Морриган, добавив: — И так же, я хочу чтобы ты вернул ей камень, чтобы я видела прогресс и все, что происходит. А ты, — она придавила взглядом теперь меня, — постарайся его больше не терять.
— Я его не потеряла, у меня забрали его Пожиратели, — оскорбилась я таким обвинениям, а раз такой повод, продолжила жаловаться: — Учитель забрал у меня палочку и оставил своих слуг издеваться, из-за чего я попала в больницу, а они забрали камень.
Морриган не спеша перевела взгляд на Волдеморта и на ее маске, изображавшей лицо, мне показался написанным вопрос 'Что?', вызвавший внутреннее ликование.
— Она не смогла сдержать свою магию и навредила сама себе, — процедил Лорд.
— Раз так, то пусть, — ответила Морриган, на что я негодующе нахмурилась, но она продолжила с более стальными нотками: — Но оставлять ее безоружной больше не смей. Ты не забыл, что пообещал мне защитить ее, пока она слаба?
— Я помню свои обещания, — мягко говоря недовольно произнес это Волдеморт. — Я запретил им серьезно вредить, но и она должна была усвоить наказание.
— Осторожней с этим, — только и сказала Морриган, не став настаивать.
Я наблюдала за ними, поэтому уловила ненормальное напряжение. Интонации тоже буквально сквозили угрозой у обоих. Настаивать или еще как-то влезать сейчас посчитала для себя опасным.
— Если ты все сказала, зачем пришла... — начал Лорд.
— Ах да, — вздохнула она. — Раз ты взял месяц перерыва от части своих обязанностей, можешь месяц не обращаться ко мне. Затем я подумаю.
Морриган совершенно непринужденно развернулась и растворилась, исчезнув так, будто ее тут и не было. Волдеморт застыл так, как будто был готов взорваться от ярости. В принципе, иногда она у меня вызывала схожие чувства, поэтому я тоже замерла и с опаской ожидала, когда он успокоится.
Видимо, Волдеморт о чем-то думал с полминуты. Не было видно, что успокоился, но в руках себя держал, только магия выдавала гнев.
— Вон, — указал он на дверь, протянув левую руку с камнем.
Я без лишних слов поймала в раскрытые ладони воскрешающий камень, когда он его выпустил, и бочком двинулась к двери, опасаясь поворачиваться спиной. Едва вышла, заметила ожидающих в коридоре хмурых Пожирателей. Их взгляды тут же скрестились на мне, отчего я не удержалась, ухмыльнувшись, и продемонстрировав им камень в сжатых пальцах. Не успели они еще больше помрачнеть, как из-за открытой двери донесся приказ:
— Зайдите.
Я отошла в сторону, с довольным видом наблюдая, как они потянулись один за другим в кабинет мимо меня. Крауч сказал, заходя последним:
— Подожди меня здесь.
Я оперлась о стену и буквально через минуту, приглушенно из-за наложенных на стены чар, донесся чей-то вопль боли. Перекатив камешек в руке, рассматривала его и вспоминала прошедший разговор. Приятно, когда не я получаю по шее. Вдвойне приятно, когда кто-то может заставить даже Волдеморта бессильно сжимать зубы от ярости. Сегодня для меня определенно удачный день.
С той стороны снова сквозь чары донесся чей-то вопль другим голосом. Думаю, теперь и для них начался допрос. Хотя скорей всего Волдеморт просто на них срывает злость... но даже Барти сегодня заслужил. Вот что ему стоило не тащить меня сюда? Те двое явно предчувствовали такое развитие событий... Крауч сказал, что они тогда пострадали, а Ричи говорил, что его отец 'почти все залечил'. Может, и правда что-то поняли из того стихийного выброса, как опасается Волдеморт? Если и так, мне такие союзнички не нужны.
Лорд вытянет из них всю подноготную. Хотя эти Пожиратели явно обладали приличными окклюментными щитами. Я, конечно, не пыталась ломать эти щиты, так что не могу с полной уверенностью утверждать об их качестве, но, думается, за годы службы они должны уж привыкнуть к паранойе Волдеморта и легилименции.
Значит, меня может выдать не только магия, но и глаза... То-то у Лорда они всегда красные. Всегда, значит, магию использует на максимуме или всегда в режиме ярости? Или это постепенный процесс изменений? В воспоминаниях, что тогда показывал Дамблдор Поттеру у Волдеморта с годами цвет глаз постепенно сменялся и добавлялась краснота. Не хотелось бы мне такую выдающую штуку заполучить. Я раньше ничего подобного не замечала... хотя, помнится, кто-то из моих ОСТов как-то заметил, что-то странное в моих глазах. Не уверенна, правда, что именно красноту. Трейси, по-моему, посчитала, что ей показалось.
Снова, нахмурившись, вспоминала все фразы, сказанные Пожирателями. Да нет же, ни на что подобное они не намекали. Но я уже так думала про камень, и не просчитала, что кто-то из Пожирателей может его узнать. Так что если исходить из варианта, что они все-таки что-то поняли... думаю им хватит ума скрыть это от Лорда. Иначе он точно их убьет.
С той стороны снова донесся долгий крик боли. Заклинания приглушали даже крики, так что о чем там идет разговор никак не услышать. Но опять же, такая реакция Волдеморта очень говорящая. Даже если у них не было уверенности, Пожиратели уже обратили внимание на необычное и необъяснимое отношение ко мне Лорда, а тот посчитал, что им хватит минимальных объяснений или вообще обошелся без них. Конечно, Волдеморт их может заставить молчать, поэтому, наверное, не переживает об этих странностях, что на мой взгляд уж очень опрометчиво.
Исходя из худшего для меня варианта, Пожиратели все правильно поняли. Мне их сейчас не жалко совсем, даже если Волдеморт их убьет, чтобы замолчали навсегда. Барти, правда, терять не хочется. Он в последнее время достал, конечно, но... Да он и не мог видеть что-то, как те двое, так что должно обойтись. Хорошо хоть Долохова здесь не было. Прежде всего Волдеморт точно бы заподозрил их двоих с Краучем в неуместных знаниях. И если Антонину я могла простить то, что он сделал, учитывая сколько он всего сделал до того и как заботился после, забирая меня едва живую после уроков Лорда, то Лестрейнджа и Джагсона прощать не за что. Жаль только, что месть вышла случайно и чужими руками. Если они выживут, все равно им ничего не забуду.
Проблема тут даже в другом. Если они все уже знают и Лорд оставит их в живых, значит, он уверен, что может им доверять. Тогда возрастает риск, что он убьет меня с их помощью... Хотелось бы знать о чем и как идет сейчас там разговор, но проверить это никак. Только держать ушки на макушке.
Пожиратели вышли спустя больше чем полчаса, один за другим. Точнее будет сказать проковыляли. Вымотанные все, бледные, на лицо последствия Круциатуса. Барти глянул на меня слегка поплывшим взглядом и передал, что теперь мне нужно еще раз зайти. Я нахмурилась, так как считала, что мой допрос окончен, но пошла.
Волдеморт выглядел заметно успокоившимся. Как бы я того не опасалась, бросаться заклинаниями не стал, а сказал еще раз рассказать о перстне: где и как он попал ко мне в руки. Я повторила то же самое, благо Волдеморт не стал еще раз спрашивать почему Редл из медальона сказал мне об этом, после чего... просто отпустил. Это было так необычно, что я даже невольно ушла поскорее, переваривая это. Для Барти, ждущего снаружи, это похоже тоже было странно, впрочем он был так вымотан, что сказал только:
