— Он же уже ранее познакомил меня с ней, чего теперь-то умолчал? — не поняла я, услышав в своем голосе возмущение.
— Ведёте себя как ребёнок, которому не купили игрушку, — снисходительно искривила она губы в улыбке.
Я поглядела на нее, испытывая раздражение за то, что она продолжает позволять себе такие оскорбительные высказывания, но сдержалась. Во-первых, магия чутко реагировала на эмоции даже после того, как я отдала часть Лорду, а, во-вторых, не знаю никого еще с кем можно относительно безопасно обсудить такой вопрос да еще она, возможно, с Краучем обмолвится словом после. Женщина же вздернула брови и продолжила:
— Почему вы считаете, что ваш отец обязан был сообщить вам эту новость? Ваш отец сделал выбор. Не ваш выбор, но его право. И ваш долг — понять и принять.
— Но зачем это скрывать? — снова нахмурилась я, незаметно выполняя короткое дыхательное упражнение, которое уже почти довела до автоматизма.
— Потому что ему не нужно ваше одобрение, — хладнокровно отрезала Селвин. — Ваш отец — глава семьи, а вы — всего лишь избалованная девчонка, которая считает, что мир крутится вокруг неё.
Я сделала вдох и медленно выдохнула, испепеляя ее взглядом.
— Вы не способны принять эту новость, — продолжила женщина с усмешкой. — Ваше поведение говорит само за себя. Вы даже сейчас не в состоянии признать, что ваш отец имеет право на личную жизнь, которую не обязан вам объяснять.
— Я признаю, что он имеет право на личную жизнь, — отрезала я. — Но это больше похоже на то, что он со мной не хочет считаться.
— На мой взгляд скорее похоже, что ваш отец решил, что объяснять что-то ребёнку, который не умеет вести себя прилично, — пустая трата времени, — жестко ответила она.
Я резко поднялась на ноги, оставив пергамент и перо — Селвин считала, что так лучше запоминается, но женщина явно была готова к подобному. Она уже держала палочку в руках и чем-то хлестнула меня прямо по затылку, отчего я чуть ли не поцеловалась лицом со столешницей. Успела все же выставить руки, но каким-то образом выплеснулась магия и все посыпалось из-за стола. Заодно попадали на пол сложенные в стороне кучкой запасные пергаменты. Я замерла и постаралась дышать глубже, чтобы успокоить магию, но яростного взгляда с женщины не спускала, чтобы не упустить еще раз подобное. Спускать подобное с рук не в моих правилах, но и Крауч выдал предупреждение, и ответ все-таки хотелось узнать.
— Чего и следовало ожидать, — удовлетворенно сообщила Селвин. — Неспособность в вашем возрасте контролировать стихийные выбросы говорит о вашей недоразвитости. В вашем положении, вести себя так, как вы себя ведете — верх глупости.
— Оставьте при себе свои оскорбления, — отрезала я и с ядом добавила: — Очевидно, спрашивать вас было с самого начала глупо, так как вы не способны на какой-то дельный ответ.
— Отчего же, — снисходительно поглядела она на меня. — Сядьте, мисс Крауч на место и привыкайте к новым правилам, ведь ваше место в этом доме теперь совсем не так крепко, как вы привыкли думать. Рано или поздно у вашего отца появятся другие наследники, смею предположить, лучше вас сегодняшней во всех отношениях.
Наследники? Эта новость меня несколько огорошила, сбив настрой. А ведь все логично. У Камиллы будут свои дети, Барти их сам вырастит так, как сочтет нужным. К тому же, я все еще на правах приведенной в семью со стороны, вне законного брака, а это открывает неприятный вопрос очередности наследования. Если других детей не будет, то у меня есть право наследования где-то на уровне с Камиллой, может даже она первей меня, тут надо шерстить законы, но если у нее будут дети, они точно будут впереди всех... Меня вообще слабо волнует вопрос наследства, я и фамилию не особо хотела принимать, но все это накладывает отпечаток на атмосферу в семье и, как оказалось, на восприятие в обществе. С другой стороны, я уже все равно решила, что если переживу совершеннолетие, буду свою жизнь отдельно устраивать, так какая мне разница? Доступа к семейным закромам я и так не имею, связи в обществе разве что через Пожирателей. Все, что я имею — крышу над головой, оплату обучения в школе, сопутствующие жизненно необходимые расходы, да и все вроде. Даже перспективы, которые может предложить Крауч, как глава семьи, плотно связаны с Темным лордом. Это все, конечно, уже не так мало, но если я смогу сама обеспечить себе необходимое после школы, то цепляться мне не за что.
— Рада, что в вашей голове буквально на моих глазах зародилось что-то похожее на сознание, — самодовольно продолжила Селвин в том же духе.
— Я не позволяла себя оскорблять и, сомневаюсь, что Барти позволил, — выдала я ей холодным тоном предупреждение.
— Пока вы смеете называть вашего отца по имени, я буду иметь право исправлять вас так, как посчитаю нужным, — ответила она. — Сядьте, мисс Крауч, и продолжим на чем остановились.
Смерив ее взглядом, подавила в себе желание что-то ей ответить и с шумом передвинула стул, присев. Переговариваться с ней можно бесконечно и если она продолжает так обращаться, то выходит Барти был не против? Посчитал, что так и надо, а у самого духу не хватило?
— Кажется, вас не учили уважать имущество, мисс Крауч, — выдала Селвин новое замечание, видимо из-за ножек стула проскрежетавших по полу. — Или вы считаете, что раз можно не рассчитывать на наследство, то вправе переломать тут все?
— Вы кажется, забываетесь. Здесь вашего имущества тоже нет, — я смерила ее испепеляющим взглядом.
Она как будто специально поставила себе за цель вывести меня из себя.
— Я слышала вас воспитывала Августа Лонгботтом, это так? — спросила Селвин и не дожидаясь ответа, продолжила: — Не удивительно, что получилось то, что я вижу. Она никогда не блистала хорошими манерами.
— И тем не менее я также не позволяла вам оскорблять ее в моем присутствии, — сквозь зубы ответила ей ледяным тоном.
— А я не позволяла вам говорить со мной в таком тоне, — с ядом ответила она, слегка покраснев от гнева. — Ваш дурной характер должен кто-то выправить, так слушайте же меня теперь.
— Если бы от этого была хоть какая-то польза, — с сарказмом ответила.
Вместо ответа, она с неимоверным возмущением на лице сделала жест палочкой. Я резко отодвинулась от стола, по которому что-то хлестнуло на место, где лежала моя рука.
— Вы посмели... — почувствовав, как вскипела кровь, медленно протянула, резко повернувшись к ней.
— Руки, — требовательно произнесла Селвин.
Я изогнула бровь. Палочка в какой-то момент сама оказалась в моей правой руке.
— Протяните руки, мисс Крауч. Это традиционный метод привить послушание, который я использовала десятки раз. И поверьте, он дает превосходные результаты.
— Да вы похоже совсем спятили, — гневно выпалила я.
Селвин сжала губы, ее лицо побагровело, а глаза сверкнули кажется точно такой же яростью.
— Я вам сказала, что сделать, — произнесла она, почти не размыкая губ. — Ваша дерзость перешла все мыслимые пределы моего терпения. Мне поручено сделать из вас достойную юную ведьму, даже если придётся выкорчевать ваше безобразное поведение!
— Если вы ещё раз попробуете... — я практически заскрипела зубами.
— Что вы сделаете? — перебила она меня, хотя сама требовала не перебивать собеседника. — Пожалуетесь отцу? Или устроите ещё одну сцену? Ваши угрозы жалкие. Я в последний раз говорю вам протянуть руки.
Я показательно фыркнула и приняла стойку, как перед дуэлью, чтобы она видела. Мне хватило и Пожираталей в прошлый раз, еще раз ничто не заставит меня подобное стерпеть. Я ведь уже предупреждала ее не раз.
Селвин похоже не собиралась уступать. Она сделала резкий взмах палочкой наискосок, я пригнулась, скользнув влево, подальше от стола. Не успела я толком решить, чем ее побольнее ударить в ответ, чтобы не забыла, как хотела меня по рукам бить, как что-то вспыхнуло на кончике моей палочки и одновременно с этим женщина оглушительно завопила, упав на колени и прижав к себе руки. Она продолжала кричать, но уже на другой ноте, и прижимала к животу руки. Так как ее палочка откатилась в сторону, я просто наблюдала, не понимая, что это я применила такое. Лечебная магия мне не давалась никогда, так что даже появись такое желание, помочь я не могу.
Похоже было на выброс магии, но не из тех, которые стихийно разлетались по округе, а намеренно кому-то вредили. Раньше это был Малфой, Крауч... теперь, похоже, Селвин?
Барти ворвался в выделенный кабинет, резко распахнув двери, и пару секунд переводил взгляд, пытаясь понять, что происходит. Женщина потихоньку сбавила громкости и теперь стонала.
— Что произошло? — спросил Крауч.
— Она прокляла меня! — истошно заорала Селвин, потеряв всякие манеры. — Дряная девчонка! Как ты посмела!
Раз уж я уже не стерпела, направила на нее палочку, собираясь напомнить, что она не в том положении, чтобы продолжать оскорблять, как Барти быстро наколдовал щит Протего, отделивший меня от них обоих. Из-за него я наблюдала за тем, как Крауч пытается осмотреть ее руки, на которые видимо и пришелся удар, пытается что-то колдовать и одновременно успокаивать ее. Щит ломать я не стала. Попыталась было сказать, что она первая начала, но Барти сказал пока заткнуться. Мол, сначала с пострадавшей разберется. Взял ее под руку, придерживая, и повел прочь, сказав ждать его возвращения. Пока он вел женщину, успела рассмотреть, что ее руки все в мелких, но глубоких красных полосах, как будто кожу посекло что-то крохотное.
Оставшись одна, все-таки сломала щит, отправив в него оглушающее, чтобы спокойно присесть в кресло, которое обычно занимала Селвин. Хотя учила она какой-то фигне, честно говоря. Совсем не то, что рассказывал Ричи. Может, конечно, зашла прямо с самых-самых основ, но выглядело так, как будто она пыталась меня сделать тихой затюканной барышней, глаза которой не видно, а голос не слышно, зато манеры вышколенные. Так что я не сильно расстроюсь, если уроки прекратятся или сменится учительница.
Барти вернулся где-то минут через двадцать. Я не стала подскакивать с кресла, почувствовав в том, как он открыл дверь и ступал по ковру, что настроен Крауч мрачно и решительно. Смотрела в окно, краем глаза следя за ним и позволяя заговорить первому.
— Ты действительно думаешь, что я оставлю это без последствий? — раздался ровный, но напряжённый голос.
— Да уж, надеюсь, — скучающе ответила, переведя взгляд на Барти и повторила то же, что раньше: — Эта дама собиралась меня ударить.
— Только скажи, что было не за что, — фыркнул он, подойдя ближе и остановился напротив.
Мне стало не по себе. Захотелось встать, чтобы было больше свободы движения, но я только покрепче сжала палочку в руке и посмотрела ему в глаза, твердо ответив:
— Ничего нового я не сказала ей, так что я не считаю себя в чем-то виноватой.
Крауч выдохнул, на секунду прикрыв глаза, как будто подавив раздражение.
— Чего-то подобного я и ожидал, — признался он. — Агнес Селвин учила нескольких детей, у нее прекрасные отзывы и широкий опыт, но нет — по хорошему ты не понимаешь.
Я прищурилась, пытаясь прочесть в глазах Барти что-то. Вроде плохого ничего не замыслил, но есть какая-то мрачная решимость и неясные образы. И только я попыталась рассмотреть их получше...
— Прекрати это делать! — вдруг взревел он, отчего я даже дернулась. — Я обладаю достаточным уровнем окклюменции, чтобы заметить твои попытки прочесть меня!
О, а он похоже подучился окклюменции. Раньше я могла легче и незаметней его прочесть. Впрочем, думаю, при необходимости, я все еще могу нанести мощный ментальный удар и оглушить его.
— По-хорошему ты не хочешь меня слушать! — выпалил Крауч и напряженно замер. — Ты пообещала мне, что не выкинешь ничего, не навредишь ей и будешь держать себя в руках. Свое слово ты не сдержала! Значит, пришел мой черед выполнить свое обещание.
Я медленно, без резких движений, поднялась на ноги, следя за его движениями, потому что Крауч уже достал палочку, но спокойно возразила:
— Мы не договаривались, что я должна терпеть ее попытки меня ударить.
Добавлять про то, что стихийный выброс невозможно было сдержать не стала, потому что до того уже хотела что-то ей сделать за то что она осмелилась, но не успела придумать что. Тетка сама по себе мерзкая и доводила меня явно сознательно в отместку за прошлую свою неудачу.
Эти слова, казалось, вывели Барти из равновесия.
— Хорошо, — сказал он угрожающе тихо. — Если ты так любишь упираться, значит, посидишь в своей комнате. У тебя появится время подумать о своём поведении.
— Серьезно? — переспросила, не веря своим ушам и едва не фыркнув.
— Абсолютно, — кивнул Крауч. — Ты слишком привыкла ставить точку в споре силой. Прокляла Селвин в этот раз, а в прошлый раз — меня. Если так и дальше пойдет, если ты не сделаешь правильных выводов... — он глубоко вздохнул, я прищурилась. — Думаешь я хочу переходить к таким методам? Что мне еще делать, если ты меня не хочешь слушаться?
— А теперь ты меня послушай, — я мгновенно закипела. — Я не обязана выслушивать оскорбления в свой адрес! Я и так слишком долго ее терпела!
— Ты не обязана?! — выкрикнул Крауч. — А что ты обязана?! Ты меня до сих пор при других по имени называешь! Даже эту каплю уважения не можешь проявить!
— Я тебе уже говорила на этот счет, — процедила я сквозь зубы, но он меня тут же перебил.
— Не смей мне говорить, что это не имеет значения! — оборвал он меня, заорав еще громче. — Это имеет значение, Айрли! Каждый раз, когда ты так делаешь, ты показываешь всем вокруг, что тебе наплевать не только на меня, но и на традиции, на уважение, на то, что делает нас семьей!
— Семьей? — вдохнула я воздуха, чувствуя, как закипело от этого внутри. — Это ты мне о семье говоришь?! Когда втайне женился, даже не удосужившись сообщить мне?!
Его глаза зло сузились, и на мгновение я подумала, что Крауч доведен до ручки и сейчас все-таки начнется бой с заклинаниями, но он только тяжело дышал и побледнел.
— Этот разговор не о моих решениях, — Крауч перестал кричать, но его голос все еще звучал отчетливо и натянуто. — А о твоём поведении. Сейчас же иди в свою комнату.
— Серьезно? — фыркнула я, теперь уже не удержавшись. — Собираешься запереть меня?
— Хватит дерзить мне! — он дернулся вперед, а из палочки в руке посыпались красные искры, заставив меня инстинктивно отступить на шаг. — Ты уже достаточно перешла черту!
Я открыла было рот, чтобы ответить, как он опять с гневом взревел:
— Еще слово — и я запру тебя так, что даже свет не увидишь! Марш в комнату!
Я смотрела на него. Отметила я и напряженные плечи, и вены, выступившие на висках. В глазах Крауча было что-то такое, что я могла бы на первый взгляд расценить, как готовность к бою. Что-то такое свирепое, что он мне почти не демонстрировал, но проявил совсем недавно в Министерстве, как будто тогда лишь немного приоткрыв завесу. Дышал Крауч тяжело, как будто изо всех сил сдерживался, чтобы не убить меня на месте.
