Вот так дружишь вроде, а потом он вдруг с твоим парнем дуэли устраивает... Ладно, думаю, перебесятся и без моего вмешательства. У меня и так голова занята, как бы так где-то потренировать то состояние для вызова красных глаз и придумать, чтобы Крауч пропажу на карте не заметил. Вполне возможно это состояние повышенной готовности мне когда-то может спасти жизнь. Ведь, когда я атаковала Кэрроу, сил явно не хватало, пока не вошла... скажем, в некий раж. На волне пережитого у меня появилось куча мотивации искать путь к усилению и этот был самый очевидный.
Уроки прошли вполне спокойно, сегодня я не пересеклась ни с кем из Кэрроу. После занятий незаметно спустилась в Тайную комнату через ход в женском туалете.
Почему именно Тайная комната? Потому что ходов к ней несколько. К тому же я хотела проверить, заметит ли Барти мою отлучку не больше чем на час. Комнаты на карте Мародеров точно не было.
Там, уже внизу, достала камень, сосредоточившись на образе призываемого. Через секунду передо мной соткался образ Августы, каким я его помнила. Осматриваться сильно в Тайной комнате она не стала, да и головы змей из камня находились за ее спиной, а остальное выглядело просто, как подземное помещение с высоким потолком, утопающим во тьме. Факелы у стен горели, но света на весь огромный зал не хватало и он был в полутьме. Надо ли говорить, что факелы являлись по сути магическими светильниками?
Августа смотрела на меня так же сосредоточено из-под тонких бровей, выглядела как всегда строго и непримиримо. Ей было чуть за восемьдесят на момент... В общем, она выглядела на все свои года, может даже больше, до того сухощавая, и раньше меня это не удивляло.
— Горжусь тобой, — первой заговорила бабушка, поглядывая на меня непонятным взглядом.
Очнувшись от ее разглядывания, я не почувствовала за эти слова какой-то особой радости. Хотя несомненно было приятно их услышать, — я долго стремилась к достижению этой цели, — но горечь все же портила впечатление.
— Я хотела спросить, ты простила меня тогда, когда я сказала, что пошла к Краучу? — вырвалось прежде, чем успела подумать.
— Это твой выбор, я не буду за него тебя винить.
Да уж... При жизни Августа, наверняка, бы высказала свое мнение, как когда узнала постфактум. Хотя тогда она через время все же успокоилась, переварила или перегорела. Надо думать в посмертии все становятся спокойнее.
— Не надо было этого делать, — сказала я.
— Не надо было, — кивнула Августа.
'Жаль, что не получилось тебя спасти' — застряло где-то в горле. Я сглотнула комок и, теперь желая уйти от этой темы, сказала вместо этого:
— Фрэнк, похоже, немало знал о Темном лорде, но ты нам ничего не рассказывала.
— Что именно? — у призрака Августы, казалось, не поменялся тон, но проскочило какое-то напряжение.
Я задумалась, как бы это обьяснить. Скрывать от Августы ничего уже нет смысла, с другой стороны — лучше не рисковать. Ее дух вроде бы уже ничем кроме этого воскрешающего камня не вызовешь, но вдруг он попадет не в те руки? В руки Крауча, например. Опять.
— Он посчитал, что Темный лорд погиб тогда, — сказала я, стараясь не вдаваться в детали. — Сказал, что теперь должен родиться новый Темный лорд.
Она смотрела на меня, казалось, о чем-то думая или взвешивая слова, что было ей не слишком свойственно и скорее являлось исключением.
— Много поверий ходит о Темном лорде, — спустя паузу, ответила Августа. — Реальных фактов о Темных лордах мало, слухи передаются из уст в уста, из поколения в поколение по достижению совершеннолетия. Поверья утверждают, что Темные лорды рождаются в трудные времена, за которыми идут перемены, что маги рядом с Темным лордом получают часть его силы, а самые верные последователи — вечную жизнь. Потому многие присоединились к нему.
Я хмурилась, услышав такие подробности, как оказалось, очень близкие к правде, особенно в плане передачи части сил и некотором омолаживании.
— Но вы ведь боролись против него, — заметила я. — Вас не искусили эти слухи.
— Мы из тех, кто не поддерживал его методы, — резко поправила Августа, поморщившись и на секунду прикрыв глаза, через секунду разгладив лицо.
— Фрэнк считал, что бороться с ним бесполезно, но они с Алисой боролись, — добавила я.
Августа снова резко выдохнула воздух. Разговор давался ей до странного тяжело. Я замерла в ожидании ответов.
— Темные лорды обладают силой, неподвластной обычному магу, и рождаются нечасто, — произнесла она медленно, глядя куда-то в сторону от меня. — Часто перерывы довольно большие, длиной в несколько поколений. Когда Волдеморт пришел к власти, его именовали именно так, задолго до того, как он показал всю свою мощь. Пожиратели смерти под его началом взяли себе девизом: 'Последний враг истребится — смерть', что прямо указывало на силу Лорда. В наших семьях, Селвинов и Лонгботтомов всегда знали, кто такие Темные лорды, предки с обоих сторон получили свою силу за заслуги и знали, что поверья не врут. Но он уничтожал тех, кто не верил в него и его титул. Ставил перед выбором жить, подчиняясь ему, или умереть. Тот, кто ставит себе за цель возвысить магический мир, не стал бы так его уничтожать. И мы остались в стороне. Фрэнк уже работал аврором и пытался спасти тех, кого мог. Мы не присоединялись ни к Темному лорду, ни к сопротивлению до того, как появилось пророчество.
Это сильно контрастировало с тем, что я слышала от Августы раньше: что Пожиратели и Темный лорд те еще гады и их всех за их заслуги следует отправить в Азкабан. Я чувствовала, что Августа что-то не договаривает, она никогда не умела врать, я видела все в ее движениях и глазах, даже не требуется никакой легилименции. Хотя врать она не только не умела, но и не любила и сейчас она говорила точно правду.
— Значит, появилось то пророчество о мальчике, который победит его? — сказала я, чтобы она не рассказывала заново о том, что я уже знаю. — И под него попал Гарри Поттер и Невил. И вы решили присоединиться к Ордену Феникса?
— Если Темный лорд поставил себе за цель кого-то убить, спасения не было, — дрогнувшим голосом сказала Августа. — Оставалось только просить спрятать ребенка у того, кто уже однажды победил другого Темного Лорда.
— Дамблдор, — поняла я, вспомнив, что Гриндевальда называли за глаза тоже таким же титулом, а затем его деяния окончились после дуэли с бывшим директором школы.
— Да, — ответила она, вновь прикрыв глаза.
Не знаю, зачем мне эта история, но было интересно послушать, что Лонгботтомы, похоже, знали откуда берется магия. И тем не менее, не присоединились к последователям Волдеморта. Видимо, тогда же и разошлись дорожки с Селвинами, откуда родом бабушка. Кстати, я не опасалась, что Августа назвала его имя, так как в школе слишком много людей, чтобы вычислить говорившего, и слишком прочная защита у места, где оно произнесено.
— Крауч сказал, что Фрэнк захочет меня убить, когда узнает кто я, — сказала я.
— Фрэнк обязан тебе жизнью, напомни ему об этом, — помрачнела Августа.
На секунду я засомневалась, но все же решила спросить ее мнения.
— Он посчитал меня Темной леди, — сказала я как бы невзначай.
Августа замерла, только подтверждая мои догадки, что что-то тут нечисто. Лицо она держала, но я ее уже достаточно хорошо изучила и прищурилась.
— Не знаю, с чего он так решил, но, тем более, не навредит тебе, — сказала чрезмерно непроницаемым тоном Августа.
— Брось, — выдохнула я. — Что ты мне такого не хочешь говорить неприятного? Не Фрэнк так Алиса может нарушить свое обещание?
— Они сдержат слово, — твердо ответила Августа.
— Тогда Фрэнк решит отомстить Темному лорду и мне заодно, раз решил, что это я? — сделала я новое предположение.
— Нет, ты можешь на них положиться и попросить помощи, — так же уверенно убедила она меня, впрочем тут же добавив: — Когда они восстановят силы, конечно.
— Лорду известно, что они очнулись с моей помощью, — сообщила я. — Значит, им грозит опасность. Да и мне заодно, если с ними свяжусь.
Августа промолчала, я тоже чувствовала, как настроение стало мрачным. Конечно, не дело грузить ее делами мира живых, но это же касается ее сына. Я-то еще ладно...
Что-то мне все равно не дает покоя. Будто что-то вертится, связанное с этими Лонгботтомами, что я упускаю из виду. Я прошлась вперед-назад, чтобы стимулировать мысли, призрак Августы следовал за мной, плывя по воздуху.
Значит, Лонгботтомы знают откуда берется магия и что никак Темного лорда не обойдут, но решили пересидеть и переждать. Очень непохоже на Августу, но... Ладно, допустим, тогда был жив еще ее муж, дед Невила, которого я совсем не помню, может, это он принял такое решение. Затем появилось пророчество, они решили пойти на поклон к Дамблдору и, видимо, тогда Фрэнк и Алиса присоединились к Ордену. А Августа позже? В укрытии были только Фрэнк и Алиса, но Августа и ее муж, кажется, Элфиас были где-то в другом месте. К тому же еще есть тетя и дядя, то есть, конечно, брат Элфиаса, скорее дедушка. Волдеморта с Пожирателями даже такое число магов в доме не остановило бы, но все же странно, что их оставили только вдвоем. Или Крауч с Лестрейнджами тогда остальных убрали с дороги? С чего бы? Поттеры же тоже сидели вдвоем. Хотя в случае с поколениями Лонгботтомов скорее всего причина в том, что под одной крышей не ужились со своими характерами.
— Я слышала, что Лорд может усилить магию своих последователей, — сказала я, спустя долгую паузу. — Неужели никому из Лонгботтомов или тем более Селвинов, твоих родственников, не пришло в голову подкупить его? Я так понимаю пророчество не было уже тайной и они все знали, что ему нужен ребенок.
— Это правда, — вздохнула Августа. — Многие были готовы пойти на преступление. Но не все. Мы с Элфиасом с самого начала решили, что риск усилить магию ценой потерять моральный облик и даже жизни слишком велик, Элджи, брат Элфиаса, вместе с Энид, детей отправили подальше, чтобы не было соблазна и сами потихоньку перебрались на континент в то время. Да и мы были чересчур стары уже, Фрэнк его больше заинтересовал, но отказался встать под его знамена из тех же соображений, другие же семьи своих молодых детей с радостью отдали.
Августа рассказывала неспешно, а я внимательно слушала, не перебивая. Получается, Лонгботтомы были вполне не против послужить Лорду, если бы не методы, и, если бы Фрэнк Лонгботтом тогда согласился... Нет, не так. Они сознательно отказались от возможности стать сильными магами, а если учитывать теорию вырождения магии со сменой поколений, то сознательно решили вовсе ослабить своих потомков. Притом зная, что Лорд ставит перед очень неудобным выбором.
— Многие более богатые и влиятельные семьи, как я поняла, присягнули в верности, — нахмурилась я. — Их это не смутило. Те же Блэки всецело поддерживали даже несовершеннолетние дети. И младшего сына они отдали уже в шестнадцать.
— Это Блэки, — дернула бровью Августа. — Они всегда были сильны и всегда поддерживали Лордов. Не одно поколение присягало ему в верности и они не отвернулись от традиций. Большей частью. Они даже утверждают, что их род произошел от Темного лорда.
История Регулуса, который на самом деле умер не своей смертью, но остался верен идее преданности Лорду, вспомнилась отчетливо. Многие дети в школе как и их родители, наверняка, так же как и сейчас сходили с ума от ореола силы и могущества Темного лорда, желая стать под его знамена. Слизеринцы, которые знают, что эта сила может дать не только власть и влияние, так точно. Вероятно в их семьях не все придерживаются правила передавать такие знания в совершеннолетие.
— Темные лорды, как я уже сказала, появляются периодично, — слегка поморщилась Августа, продолжив. — Мы бы подождали следующего, который мог иметь другие идеалы и методы, только и всего. Мы решили, что это того не стоит. Дамблдор сильный маг, он одолел предыдущего Темного лорда и, наверняка, смог бы одолеть этого, мы знали, что верить в непобедимость этого Лорда не стоит и появившееся пророчество только подтвердило наши мысли.
— Но если Дамблдор такой сильный, то почему не победил его тогда? — не удержалась я. — Я видела их дуэль, они вполне сражались на равных. Откуда у Дамблдора вообще такая сила взялась?
— За более чем сотню лет он накопил немало магии и знаний, — ответила Августа. — Ходили слухи, что он присягнул на верность Гриндевальду, предыдущему Темному лорду и предал его, как только стал сильнее него. Что касается Волдеморта, то он был намного младше Дамблдора и, видимо, побоялся в открытую выступать против него.
Я фыркнула, посчитав это глупостью, но, вспомнив вдруг слова Дамблдора в Министерстве во время той подсмотренной мной дуэли, взволнованно сжала кулаки, быстрей задышав. Он не хотел на самом деле его убивать. Дамблдор сказал это, добавив что-то про худшую участь, чем смерть. Может, он хотел Лорда поймать, как меня? Но Волдеморт намного сильнее, с ним такой номер легко бы не прошел.
— Если Дамблдор обладал такой силой, как же тогда Пожиратели напали на них? — не поняла я, сумев быстро взять себя в руки.
— Расслабились после известия о том, что Темный лорд повержен, — устало выдохнула Августа. — А хранителем тайны заклятья Фиделиус был сам Фрэнк.
Я тоже вздохнула. Как они умудрились-то Фиделиус даже обойти... Хотя долго ли, учитывая, что Лорд легилимент и подловить Фрэнка могли вне дома. И потом Орден вроде помог первое время с лечением, но когда стало ясно, что оно не помогает, просто бросили Фрэнка и Алису. Августа оплачивала счета на их содержание в больнице, благо семья не бедствовала и дядя с тетей помогали. Но когда Пожиратели, благодаря Краучу, а как оказалось и Волдеморту, преследовали меня так настойчиво, деваться Августе было некуда и она обратилась к Ордену. Тогда она еще верила в него и в Дамблдора.
Мои мысли снова вернулись к Фрэнку. У него вроде нет никаких доказательств и если он скажет кому-то, то это сочтут бредом сумасшедшего, но все же, чем мне это может грозить?
Я отвела глаза на секунду в сторону, не удержавшись от того, чтобы неловко почесать пальцем щеку. Как-то я не думала, как сообщить это Августе. Заставив себя взглянуть ей в лицо, решилась спросить:
— Что если Фрэнк окажется прав и я — Темная леди?
Августа смотрела на меня и молчала. Легилименция мне ничем с призраком не помогла и я не поняла о чем она думает, но показалось странным что она не удивлена. Эмоции я слегка все же улавливала.
— Что значит Фрэнк не навредит мне? — переспросила я снова.
— Если это окажется так, то он наверняка захочет поддержать новую Темную леди и одолеть Темного лорда, — ответила Августа.
— Ты не удивлена, — я вынуждена была констатировать факт, ткнув в это прямо.
Брови Августы запоздало подскочили ко лбу.
— После новости о василиске меня уже ничего не удивит, — раздельно изрекла Августа после долгой паузы.
— Нет уж. Ты после той новости аж рот раскрыла, — нахмурилась я и, наконец, словила ту мысль. — Раз Фрэнк догадался так быстро, ты тоже это поняла, верно? Есть какие-то еще признаки, наверняка. Правильно?
