Вечером явился Барти. Я на всякий случай оставила мантию-невидимку, вдруг он бы решил забрать, и вышла к воротам школы. Не говоря ни слова, Крауч проводил опять до дома, завел в свой кабинет и резко махнул рукой в сторону стола:
— Становись!
— Не буду, — мрачно ответила. — Ты даже спрашивать ничего не будешь?
— Что спрашивать?! — повысил он слегка голос. — Что тебя спрашивать?! Я тебе говорил — сиди в школе, нет, ты меня не слушаешь!
— А зря не спрашиваешь! — перекричала его. — Может тогда бы узнал, что меня провели к Лорду!
Барти замер, видно, слова застряли в горле. Я бы возликовала, но настроение было ближе к мрачному удовлетворению.
— Зачем? — выпалил он резко, нахмурившись.
— Это уже другой вопрос, — хмуро ответила. — Лучше бы тебе так не делать как сегодня, ему вряд ли понравится, что ты каждый раз отслеживаешь, как он позвал меня провести урок.
— Значит, Темный лорд продолжает тебя обучать? — не поверил Крауч, подняв брови.
— Угу, — подтвердила. — Но по-прежнему не хочет привлекать к этому внимание.
— То есть ты хочешь, чтобы я поверил, что Темный лорд тебя позвал, когда сказал, что завершил с тобой обучение? — с недоверием и некоторым сарказмом переспросил Крауч. — Знаешь ли, прикрывать свои побеги туда-обратно из школы этим — это уже слишком.
— То есть ты считаешь я бы разбрасывалась такими словами? — переспросила ему в тон. — Ты, конечно, можешь спросить у него, но если тебе так уж нужны доказательства, можешь лично к нему не подходить, чтобы Круциатус не получить. Меня видел Люциус Малфой с ним, его и спроси.
Видимо, моя уверенность в словах все-таки остудила Барти и он как-то выдохнул тяжело, на секунду прикрыв глаза. Я надеялась, что он не будет сильно докапываться и не спросит у тех же Кэрроу, потому что тогда он точно привлечет внимание Лорда.
— Почему повелитель решил продолжать твое обучение? — спросил Барти спокойней. Взглянув на то, как я пытаюсь подобрать ответ, Крауч пояснил: — Ты доказала, что у тебя уже достаточно сильный уровень в легилименции.
— Повел учиться общаться с дементорами, — мрачновато сообщила.
Крауч молчал на это, видимо, обмозговывая ситуацию.
— Почему мне тогда нельзя знать? — хмурился он, задавшись этим вопросом.
— Поверь мне, лучше не знать, — заверила его. — И про карту эту не слишком-то даже думай, а то точно разозлится, что ты за ним следишь.
Крауч все еще недовольно хмурился, поглядывая на меня. Как бы чего не выкинул.
— Ну, отец, — постаралась сказать примирительно. — Поверь мне, я никуда из школы сама не уходила, пока не отвели к нему. Можно как-то не следить за каждым моим шагом?
— Думаешь еще продолжит обучать? — уточнил Крауч, на что я кивнула. — Предупреждай тогда, когда уроки заранее, чтобы я знал.
— Меня сразу с ужина забрали, — развела руками, мол ничего не могу поделать. — Не было времени. Но если ты будешь каждый раз так присылать сову... Те же Кэрроу почту проверяют.
Барти задумался, видимо, не решив соглашаться на это или нет, но хоть злым перестал выглядеть.
— А еще, чуть не забыла, зелья надо обновить. Вчера все ушли.
Крауч ничего не сказал, подойдя к картине светловолосой женщины на стене. Она сама по себе отодвинулась в сторону, открыв небольшую дверцу. Барти стукнул по ней концом палочки и та распахнулась. Я успела заглянуть через плечо, заметив видимо небольшой запас зелий, какие-то бумаги... и карту! Крауч неодобрительно обжег взглядом и закрыл дверцу, протянув мне зажатые между пальцев зелья. Забросила их в карман.
Барти все еще недовольно покусывал губу. Похоже, все еще думал, как реагировать на возобновившиеся уроки. Затем он, ни слова не говоря, подошел к столу, сел, отодвинув один из ящиков и достал два маленьких пергамента для писем. Когда он принялся колдовать, я поняла, что это Протеевы чары.
— Подвяжи в свой блокнот, — закончив, протянул он мне один с намеком. — И пиши. Вдруг что.
— Хорошо, — довольная, забрала пергамент.
— Смотри, все только на доверии, — предупредил Крауч. — Предашь его — получишь по заду. Поняла?
Не удержалась, закатив глаза, но заверила, что злоупотреблять не буду. Я уже получила, что хотела, и не стала заострять, когда все развернулось для меня удачно.
На этом все решили. Я мысленно планировала, когда и как я смогу выбираться в Выручай-комнату. Не слишком часто, но можно будет встретиться с ребятами всем вместе. Или хотя бы просто пойти выпустить там пар!
* * *
Теперь после обычных уроков у меня добавилась еще одна тема. Я старалась многое охватить, потому учебный долг по эссе тянулся и тянулся. Стала искать еще информацию о дементорах, раз уж они покоя не дадут. Почему-то не сомневалась, что Лорд не закончил в прошлый раз.
Перебрала полки, где могли бы лежать книги хотя бы с упоминанием дементоров, но, понятное дело, за день этого не сделаешь. Потратила четыре часа и сдалась на сегодня, не найдя нужного. Сэм уже сделала домашнюю работу, а мне еще надо сделать свою. Бессовестно пользуясь дружбой, попросила ее помочь справиться быстрее, чтобы не копить дальше долги, и, к счастью, Саманта не отказала. В ответ предложила помочь с практической частью где-то. Практика мне всегда легче давалась: принцип понять и готово.
Сходили на ужин также вместе и решили продолжить с домашкой в гостиной. Весь день у меня зудело, что надо восстановить в памяти все произошедшее позавчера еще раз и найти что-то еще, наметить какие-то планы, поискать возможности, но в конце концов, я решила, что это можно сделать перед сном.
В гостиной из-за раннего вечера было много школьников. Кто-то также занимался домашней работой, строча что-то в пергаменте под лампой, а кто-то бездельничал, объедаясь сладостями.
— Давай к нам, — подошел с предложением Нотт к столу, где мы только что бросили свои сумки с Самантой, и указал на диванчики, где уже сидела группка слизеринцев.
— Мне догонять надо с домашкой, — помахала чистым пергаментом.
— Так давай мы поможем, — не отступил семикурсник. — Мы же это уже давно прошли.
Я нахмурилась, понимая, что не отстанут. Вопросительно взглянула на Саманту, Нотт ей аж улыбнулся, засмущав. Смотря в сторону, она сказала, что не против.
С помощью сразу нескольких семикурсников дела пошли гораздо быстрей. Нотт взял задание по трансфигурации, сказал, что это легко и обьяснил принцип исчезновения на примере мыши, которую наш пятый курс сейчас проходил, а я неудачно прогуляла. Домашку, пролистав учебник, он практически надиктовал с небольшими дополнениями от Забини, который манерным голосом поправлял формулировки, которые считал чересчур простыми, а потому неточными. Кан в трансфигурации тоже был хорош и то и дело перебивал, заменяя Нотта, тоже держа при этом в руке учебник. Мы с Сэм поглядывали на пергаменты друг друга, чтобы уж совсем не сделать все одинаково, впрочем с тремя надиктовывающими это было несложно. Зелья заставили нам делать Малфоя, тот не слишком был рад, но однокурсники подначивали его, потому что он был лучшим на курсе. Обьяснить он смог довольно неплохо, правда. Панси Паркинсон любезно его восхваляла за знания о свойствах лунного камня, которые он еще помнил с пятого курса.
Семикурсники по виду не слишком напрягались, пожевывая сладости из Сладкого Королевства в Хогсмиде, я по ходу дела перекусывала шоколадными котелками, но осторожно, чтобы не запачкать пергамент.
Наконец, с работой было покончено, пергаменты и перья отложены, а пальцы наконец удалось размять.
— Расскажешь об уроке позавчера? — спросил Нотт с живейшим интересом, очевидно, давно этого дожидаясь.
Я вопросительно на него посмотрела, сделав вид, что не понимаю о чем он, а на деле не понимая откуда знает. Нотт все правильно понял, кивнув на Малфоя:
— Мы тут слышали краем уха, что тебя куда-то водил Сам, — с намеком он сделал большие глаза.
— Угу, — ответила я невесело, не видя смысла особо скрывать. — Устроил мне вчера экспресс курс общения с дементорами.
С живейшим интересом на меня уставились, но больше я не стала говорить, взяв еще один шоколадный котелок.
— С дементорами? — не поняла Паркинсон. — Тебя что в наказание к ним сводили?
— Дура ты, — фыркнул на нее Забини. — Ими же как-то управляют, а с ними нормально не поговоришь.
Паркинсон смерила его уязвленным взглядом, но ничего не ответила, как и остальные. Судя по лицам, сами не знали, зачем и как это, но делали умный и понимающий вид. Кан помалкивал, также слушая.
— Расскажешь подробней? — спросил Нотт.
Подумав немного, я кивнула, он при этом аж подался вперед с блестящими интересом глазами. Крэб и Гойл, от которых было мало толку раньше, поерзали в нетерпении, а Малфой только нахмурился, но тоже явно собрался слушать. Паркинсон, которая к нему липла и даже держала за руку, делала вид, что ей не интересно. Кажется, у нее тоже кто-то из родителей Пожиратель, а может другой родственник, но ручаться не буду. Из собравшихся семикурсников только Забини вроде не связан с Пожирателями Смерти, хотя кто знает — его мать та еще штучка, черная вдова, пережившая уже не одного мужа. Поговаривали что ей уже за семьдесят, но выглядела она на тридцать максимум.
Паузу, которую я взяла на обдумывание, что можно сказать, а точнее безопасно пожаловаться, удалось затянуть доедая один маленький шоколадный котелок.
— Ну, вы же и так слышали что-то верно? — окинула семикурсников взглядом, оценив, что диван они выбрали дальний, чтобы видимо, никто не подслушивал, хотя часть шестого курса подозрительно недалеко.
— Ага, — кивнул Гойл, — легилименция штука сложная?
Некоторые на него неодобрительно посмотрели, так как явно не собирались облегчать мне задачу.
— Сложная, — кивнула я. — Надо еще иметь к ней предрасположенность.
К счастью, у меня видимо такая была, хотя и учитель (из медальона) мне попался толковый, так что я не питаю особых иллюзий на свой счет.
— Кстати, Гойл, — припомнила я, — окклюменция — это часть ментальных наук, ответственная за защиту сознания, обязательное условие для всех там.
Гойл нахмурился, но не выглядел удивленным. Я надеялась, что он внемлет моим словам, потому что постоянно мелькающее в его мозгу порно, которое я поневоле схватывала отрывками, уже надоело. Хотя бы я не часто с ним пересекаюсь.
— Если тебе на пятом курсе удалось освоить, то не такая уж сложная, — хмыкнула Паркинсон.
— А Малфоя учили на шестом или седьмом? — задала я вопрос в ответ, изогнув бровь.
Не стану говорить, что научилась я гораздо раньше, а вот Кан ухмыльнулся, зная это. Он тоже, со всеми ОСТами, тренировался в окклюменции и легилименции, хотя среди наших ребят никому не удалось достичь того уровня легилименции, чтобы совершать ее без палочки. Иногда у Кана и Трэйси разве что получалось перехватить поверхностные образы с попеременной четкостью, но мне кажется, все просто на это забили, решив тренироваться в другом направлении. Все-таки по легилименции экзамены не сдавать.
— На шестом, — ответил Драко. — Не меняй тему.
Я отметила, что он уже гораздо лучше себя чувствует. Различие совсем разительное с тем Малфоем, что прятался со мной вместе за елью. Хотя говорит он мало, постоянно сам в себе, но тоже не тот же Малфой, что был раньше, который донимал меня когда-то, едва получив значок старосты.
— Так как, получилось с дементорами поговорить? — прямо спросил Нотт, так как я снова молчала.
— Не очень, — пожала плечами. — Вроде и слышала что-то, но без толку.
— Так тебя что ли на замену готовят? — нахмурился Забини.
— На замену? — не поняла я, насторожившись.
— На тепленькую должность штатного легилимента в Министерстве, — пояснил Нотт мне. — Работы мало, сильных легилиментов, которые могут осилить разговор с магическим существом, в принципе, не слишком много. Да и отец говорил это редко требуется, а вот должность уважаемая, работа спокойная и зарплата хорошая. К тому же, не притянут к ответственности за использование легилименции. Раньше старикан там считался почти незаменимым, но если тебя взялись учить, то очевидно, туда метят теперь.
Теперь-то понятно, почему Лорд решил использовать это, как оправдание уроков. Раз на этой должности требуется довольно сильный легилимент, то логично, что надо его обучить. Не самому же Волдеморту бегать общаться с дементорами, да и тому работнику пинок, чтобы не расслаблялся, а то подсидят.
— Твой отец, получается, метил на эту должность? — спросила я Нотта, припомнив, что его отец занимался с группой окклюменцией на каникулах.
— Да, экзамен туда довольно непростой еще до дементоров, — поведал Теодор. — Проводит его действующий глава отдела по связям с неразумными существам, и он решает, брать себе в помощники или нет.
— Понятно, — протянула я. — Действительно, он что-то такое упоминал про Министерство.
Ребята переглянулись. Видимо, только что я чьи-то догадки подтвердила, а чьи-то опровергла. Как по мне, если ученики в Хогвартсе, пусть даже дети Пожирателей, узнают такие слухи чуть ли не в тот же день, то эти слухи явно распространены нарочно, но оставлю это на откуп Волдеморту. В любом случае, пусть лучше переживает не об ОСТах.
— Что упоминал? — уточнил Крэб и тут же остальные заинтересовано уставились.
— То же, что вы и сказали, — пожала плечами, взяв еще один шоколадный котелок.
Они снова обменялись взглядами, а затем Крэбб спросил:
— Он с тобой о чем-то разговаривает?
— Конечно, — поглядела на него, демонстрируя, что вопрос глупый, — объяснять же как-то надо.
Сама же подумала, что все-таки Темный лорд фигура чуть ли не божественная в их понимании, ну или близкая к тому, не удивительно, что они так многозначительно переглядываются.
— А ты что думал? — усмехнулся Кан. — С толковым обучением Айрли как раз к концу школы уже готовым профи будет.
— А, ну да, — стушевался Крэбб, поведя взглядом в сторону.
Я проглотила сразу большой кусок шоколада, почувствовав, как сжало горло. Как раз к концу школы, ага. Если он будет учить меня говорить с дементорами целых два с половиной года, мне придется успокоительное ведрами пить. Хотя вряд ли Лорд потратит так много времени. С его методами обучения я эти же ведра зелий выпью за гораздо меньший срок.
Рядом лежащая на столике коробка с конфетами вдруг подпрыгнула, норовя перевернуться, но я быстро ее поймала и придавила рукой. Выглядело не очень убедительно, неконтролируемая магия не осталась незамеченной, поэтому я как могла спокойней улыбнулась:
— Если никто не против, я возьму эту, — я взглянула, что держала в руке, — шоколадную лягушку.
Эти лягушки мне не очень нравились, так как зачарованные до последнего дрыгали лапами и откусывать их приходилось по очень маленькому кусочку, но я принялась разворачивать упаковку, чтобы отламывать пальцами небольшие кусочки.
— С ним да еще и с амулетами каждый смог бы с дементором рядом стоять, — фыркнула Паркинсон. — Попробовала бы сама и без защитного амулета, вот тогда бы да, чего-то стоила.
