— Я универсал, могу управлять любыми. И как раз поэтому отстаю в умениях от своих соплеменников, специализирующихся на отдельных видах.
— Приведите пример, если не трудно.
— Пожалуйста. Я могу работать с полями огня, но специалист сделает это лучше.
Намек был воспринят несколько превратно:
— Таррот, значит ли это, что вы можете дышать огнем? О такой возможности говорят земные легенды о драконах.
— Уверяю, дыхание пламенем — это преувеличение. Однако... вы ведь курите, не так ли?
— Вы весьма догадливы, — в тоне голоса посланника Госдепартамента отчетливо послышались кислые оттенки.
— Могу заверить: догадливость тут ни при чем. Имеется характерный запах. Мы, драконы, не курим, но осведомлены об этом человеческом обычае...
На самом деле дракон самую малость прошелся по полям разума. В этом ему оказало хорошую услугу практически полное отсутствие мимики — человек просто не смог заметить чуть повышенную задумчивость. Что до обоняния, то у драконов оно хуже, чем у людей, хотя американец этого, разумеется, не знал.
— ...Но я хотел вам показать кое-что, если вы достанете табак.
Человек извлек и открыл начатую пачку сигарет. Вот она вызвала неподдельное удивление крылатого:
— Вы это курите? А как они называются?
— Да, их и курю. Это сигареты. А здешние люди?
— Они предпочитают сигары. Вам они знакомы?
— Ну, разумеется.
— Вы позволите взять сигарету?
Каким-то непостижимым образом дракон (с его-то когтями!) ухитрился достать одну из пачки, бросил на нее не особо пристальный взгляд, и тут от кончика сигареты пошел синеватый дымок.
— Курите, не стесняйтесь, мне табачный дым не мешает, — и, заметив, что собеседник явно не до конца въехал в ситуацию, Таррот добавил, — вот это и есть наглядное применение драконьего огня.
Госдеповец подумал, что, по всей видимости, соплеменники этого крылатого в части огнеметания способны на что-то поболее, чем прикуривание сигареты, но оставил догадку при себе. Вместо этого затянулся, взяв тем самым паузу, и спросил:
— Таррот, вы носите звание полковника. Но я — лицо гражданское и могу вас заверить: мы не стремимся к вооруженному конфликту.
— Мы полностью разделяем эту точку зрения, Айэн. Тем более, наше государство воевало куда больше вашего. Предупреждая ваш очевидный вопрос: мы имеем некоторые сведения из истории Соединенных Штатов. Она насчитывает менее двухсот пятидесяти лет. Государство драконов существует шесть тысяч сто пятьдесят два года. Воинские традиции у нас весьма сильны. Но как раз в последнее время усилиями наших и человеческих политиков отношения между всеми государствами этого мира дружественные.
Дипломат чуть напряженно улыбнулся.
— Я, следовательно, предполагаю, что в вашем обществе существуют не одни военные.
— Это так. Офицеры — уважаемые граждане, но не меньшим почетом пользуются... те, которых вы назвали бы строителями, также врачи. И наставники, само собой. Строители создают жилища и сооружения общественного пользования, — почему-то уточнил дракон.
— Мы могли бы торговать с вами продуктами питания. Но для этого хотелось бы знать: что вообще едят драконы.
— Мы консервативны в своих вкусах, — человеку показалось, что крылатый с удовольствием выговорил длинное литературное слово. — Мы едим рыбу, которую ловим сами в реках и океане. Также добываем дичь. Кроме того, мы разводим птиц.
— Птиц? Каких?
— В вашем мире таких не существует. С помощью наших союзников-людей мы вывели новые их породы. Некоторых разводят ради яиц, другие идут на мясо.
— Это очень интересно. Я бы хотел поглядеть на них.
— Думаю, на это будет шанс. Если наше руководство согласится на полеты ваших аппаратов, то можно согласовать маршрут полетов. В частности, не исключаю осмотр с воздуха фермы, которая занимается птицеводством.
— А других домашних животных и птиц вы разводите?
— Нет. Разве что норок: они живут в наших жилищах, охотятся на грызунов и прекрасно играют с нашими малышами.
Дипломат почувствовал, что сейчас-то и начнутся настоящие переговоры.
— Могу понять, Таррот, вашу озабоченность тем, что наши летательные аппараты — мы их называем беспилотники — крейсируют над вашей территорией. Но согласитесь: что получить минимальное представление о вашей стране, а равно о других, мы должны для начала хотя бы знать географию. Реки, озера, моря, горы... понимаете?
— Разумеется, но ведь для этого существуют карты.
— О, у вас они имеются?
— Конечно, хотя драконам они гораздо меньше нужны, чем людям.
— Почему?
— Память у моих соплеменников намного превосходит человеческую. Там, где штурман-человек вынужден обращаться к карте, мы помним дорогу наизусть.
— Но как насчет перелета через обширные водные пространства, когда берегов не видно?
— У людей есть устройство, называемое 'компас'. У драконов оно помещается в мозгу.
Тут Уйатуотер вдруг вспомнил одну мысль, которую уже обдумывал раньше. И появился внеочередной вопрос:
— Правильно ли я понял, что решительно все драконы умеют летать?
— Совершенно верно, но этому умению учат в школе. С рождения дракончик летать не способен.
— При полете вы употребляете некие особенные энергополя?
— И это верно. Должен особо подчеркнуть вот какое обстоятельство.
Медночешуйчатый сделал паузу. Она явно была нужна для придания особенной важности последующему пассажу. Впрочем, слушатель и без того не зевал от скуки.
— Многие явления природы, связанные с энергополями, известны на земле. Вы знаете огонь и умеете с ним обращаться, вам знакома гидро— и аэродинамика, — тут по спине разведчика пробежал неприятный холодок; он печенкой почувствовал, что эти слова не родные в драконьем лексиконе, — вы хорошо управляетесь с электричеством, умеете превращать одно вещество в другое — здесь это зовется химией и алхимией — но есть некоторые исключения. В частности, полет драконов использует энергополя, совершенно незнакомые на Земле. Маэрцы-люди с их помощью также могут летать, но, разумеется, в искусстве управляемого полета они не могут равняться с драконами.
Представитель Госдепартамента не знал всех подробностей, но ему показали видеофайлы с полетом драконов. Это зрелище он запомнил накрепко. Теперь ему стало ясно: конфликта с этой расой надо всеми силами избегать.
В голосе у землянина появилась бодрая уверенность:
— Вот что я бы предложил. Вы, Таррот, подберете для нас карты, я их передам своему начальству. Надеюсь, мы согласуем порядок полетов наших беспилотников: где, когда, в каких пределах... понимаете? Сразу могу сказать: для нас представят большой интерес те места, где водятся невиданные на Земле животные. И, как я уже говорил, хотелось бы взглянуть на ваших домашних птиц.
То, что изобразила драконья морда, можно было без особых усилий принять за улыбку.
— Тогда продолжим переговоры на следующем этапе. Когда вы ожидаете появиться на этом месте?
Переговоры с Саратом шли по другому сценарию. Директора Лаборатории больше интересовали научные аспекты, а еще того больше — загадочные способности маэрцев.
— Надо вам знать, Бен, что я, как и коллега Таррот, универсал. Среди всех прочих одаренных такие, как мы, встречаются не очень часто. Нам труднее учиться, ибо мы вынуждены отринуть устремленность в какую-либо отдельную специализацию. Но зато универсал может эффективно работать на стыке специальностей.
— Понимаю. Вы могли бы продемонстрировать ваши способности?
Этот вопрос предвиделся.
— Вот, например, работа с потоками электричества. На вас сейчас находится устройство, позволяющее записывать наш с вами разговор, — указующий перст кандидата в академики уперся в означенный прибор, находящийся в кармане у директора. Микрофон и объектив были замаскированы под пуговицу. — Осмелюсь предположить, что и ваши коллеги снабжены подобными. Насколько нам известно, ваша техника может обнаруживать такие приборы. Мы тоже это можем, но для этого нам достаточно природных способностей... ну, и обучение, понятно, необходимо. Специалист в области электричества может почувствовать соответствующие потоки. Мало того: в данный момент под вон той столешницей искусно спрятан другой прибор. Предполагаю, что он имеет отношение к радио. Вы наверняка догадались, что в моих возможностях не только защититься, но и просто уничтожить подобные устройства. Уверяю, для специалиста задача не запредельной сложности: дать мощный импульс тока. Но нам это не нужно. Записывайте на здоровье. Конфронтация не в наших интересах.
— Я, в свою очередь, могу смело утверждать: она и не в наших интересах. Как ученого меня куда больше привлекают научные возможности, открывающиеся в вашем мире.
— Должен вас огорчить: научные подходы, применимые к здешним условиям, могут срабатывать плохо или даже вообще не действовать в условиях вашего мира. Энергопотоки, сконфигурированные самым тщательным образом, могут быстро рассеяться на вашей планете. К сожалению, предсказывать это мы не можем. Взять к примеру то же электричество: мы можем создать его источник. Компактный и мощный, по нашим понятиям. Возможно, на вашей планете он проработает год. Или неделю. Или пять минут.
Бен Стоун не был намерен отступать.
— Но есть возможность для научных контактов иного рода. Сразу же могу перечислить: это уникальная флора и фауна, которую мы уже наблюдали и хотели бы исследовать. Между прочим, это источник денег за счет туризма. И больших денег. Далее: в своих работах вы наверняка используете расчеты. Мы могли бы поставлять вам устройства, колоссальным образом облегчающие эту работу.
— Как же, знаю о таких. К сожалению, их ценность в наших условиях не так велика: она используют обозначения, не принятые среди наших ученых. Начиная с цифр. А переделать ваши устройства так, чтобы они работали с нашими обозначениями — думаю, это возможно, но очень дорого. Можно их использовать как есть, но тогда результаты нужно будет переводить на наш язык... нет, ценность их, повторяю, ограничена.
Сарат, само собой, промолчал о возможностях магии разума, которая позволила бы применить компьютеры с куда большей легкостью. Переобучение любого человека заняло бы не более получаса при условии, конечно, что тот имел соответствующую математическую подготовку.
Бен постарался защищаться:
— Но возможно организовать обмен знаниями в других областях. Например, физике, химии, астрономии...
— Да, но с учетом того же ограничения... Вот вы представляете себе лекцию по физике, где все обозначения, буквы, цифры, вид формул — все чужое? Я — нет. То есть это возможно для весьма ограниченного круга лиц, которые могут разобраться в предмете. Но не для студентов.
— Я и не имел в виду студентов...
Сарат сделал мысленную заметочку: 'Ложь'.
— ...Это скорее для профессоров. Но вот еще кое-что. Мы знаем ничтожно, безобразно, непростительно мало о вашем мире. Нельзя ли в качестве первого этапа организовать астрономические наблюдения прямо на этом месте. Исследование небесных светил, вашего солнца... длительности года, дня и ночи, наконец.
— Думаю, такое возможно, хотя решение принимаю не я один. Составьте список: какие именно исследования, сколько людей вы планируете этим занять, какие нужны приборы, сколько на то понадобится времени, сколько места, наконец.
— Конечно же, через три дня я это все вам представлю. Но также мы хотели бы знать...
Глава 19
Пользование радиосвязью было запрещено прямыми приказами Моаны и Сарата. К счастью, оперативности связи с помощью самолетов пока что хватало. Во всяком случае, глава Гильдии магов Заокеании твердо был уверен, что держит руку на пульсе событий, ибо информация поступала регулярно. В одном из сообщений значилось: маги-разработчики Заокеании добились грандиозного успеха. Так, по крайней мере, считали они сами.
Теоретические основы для создания прибора регистрации портала в любой точке Маэры были получены, но то была едва ли одна десятая задачи. Как ни странно, при наличии отлаженной теории изготовление действующего амулета оказалось более трудной задачей.
Вероятно, тут сказалось дурное влияние теоретиков на практическую магию. Этот эффект был хорошо известен. Нельзя было исключить вредное воздействие фактора отсутствия самого сильного теоретика в группе магов, занимающейся указанной задачей. Возможно, и Профес мог бы оказать существенную поддержку.
Сказать правду, всплески ловились. Трудности заключались в том, что измерение сверхкратких промежутков времени, в течение которых существовала искомая конфигурация полей, оказалось неосуществимым силами маэрской науки. Только для долгоживущих порталов (то есть длительность существования которых составляла маэрскую секунду и более), оказалось возможным не только зарегистрировать сам факт пробоя пространства, но и оценить стабильность.
Близкая проблема выявилась при попытках хоть как-то определить координаты портала. Пеленг удавалось взять лишь для тех же относительно стабильных пробоев.
Третья проблема состояла в том, что регистрации поддавались лишь порталы, открываемые извне. Для создания пробных порталов на Маэру из чужого мира надо было работать с чужой территории, а это сразу и хором признали неприемлемым вариантом. Тут проявилась и удача: попытки чужаков открыть порталы совершались не просто ежедневно, а по нескольку раз в день. Было на чем отрабатывать конструкцию амулетов.
На взгляд группы магов-разработчиков, указанные темные пятна составляли лишь ничтожную долю от сияющего фона громадных успехов.
Для решения второй важной проблемы услуги теоретиков, вообще говоря, не требовались. Была поставлена задача перехвата и уничтожения летающих аппаратов чужаков, если такое окажется не под силу драконам.
Теория была достаточно известна: предмет, движущийся в воздухе, создает возмущения природных потоков воздуха. Распознать таковые было задачей уровня ниже бакалавра: примерно студента четвертого курса (разумеется, со специализацией именно в воздушной магии). Очень уж характерной была локализация потоков. В свое время даже была защищена докторская, посвященная перехвату быстролетящих мелких предметов. Тогда имелись в виду стрелы, пули еще не были известны. Диссертант добился цели: его заклинание сбивало стрелы на лету. Правда, оно было достаточно сложным и (редкий случай) требовало сразу трех очень хороших кристаллов, в отсутствие которых оперировать полями мог бы разве что маг на уровне кандидата в академики. Это обстоятельство и поставило крест на дальнейшем развитии подхода. Хотя защита диссертации прошла, но сам метод уже потом был признан чрезмерно дорогим, а главное: слишком медленным. Наложение нужной структуры на кристаллы требовало чуть ли не трех часов работы мага в ранге доктора, а держались заклинания плохо (огранка кристаллов тогде еще не практиковалась).
Но сейчас ситуация была значимо другой. С одной стороны, задача облегчалась тем, что в распоряжении разработчиков имелись отменные кристаллы с превосходной долговечностью, а сбивать нужно было не тучу стрел, а один летательный аппарат, размеры которого были на порядок больше. С другой стороны, появилась дополнительная (и немалая) трудность. Она заключалась в необходимости сбивать цель, движущуюся не в направлении к магу, а в произвольном; к тому же и высота ее могла сильно варьировать. И вот здесь в теории имелись зияющие пробелы.
