— У нас была метка. Мы молились Темному лорду.
Нахмурившись, перевела взгляд на Барти, который тоже какое-то время был в Азкабане. Барти же выглядел подавленным, но понял мой взгляд по-своему:
— Я был на другом этаже.
Точно. Блэк говорил, что он был в соседней камере. Он тоже вроде что-то говорил о том, что его согревала мысль о том, что он невиновен и дементоры будто это чуяли, оттого он и смог там выжить. Хотя я думала, что это потому что он обращался в собаку, а дементоры предпочитают более сложные эмоции людей... Но, может, Блэк тоже думал о чем-то одном, упрощая заодно свой разум?
— У меня еще есть дела, — сказал Долохов, поднимаясь. — Если вопросов больше нет, то я пошел.
Я все еще думала о Блэке и метке, а Долохов не получив мгновенного ответа, пошел к камину стремительным шагом. Недоеденный сэндвич остался на столе.
— Барти, мне кажется, он пошел к Лорду, — быстро сказала я. — Меня не послушает, так хоть ты останови его. Просто так же Круциатус получит!
Крауч замешкался, смотря то на меня, то в сторону выхода.
— Иди! — настойчивей повторила. — Вы Лорда даже вдвоем не переубедите.
Наконец, Крауч тоже встал, поспешив догонять Долохова. Вдохнув и выдохнув пару раз, обмозговывала полученную информацию, не зная, смогу ли я применить к чему-то такой совет. Вряд ли мне Волдеморт даст возможность обернуться росомахой и проверить поможет ли.
Время шло, я посматривала на часы, начиная нервничать. Прошло полтора часа, я ждала, когда Барти вернется, ведь он не сказал точно, когда мы должны прибыть. Наконец, он явился, но какой-то бледный и помятый. По его виду я сразу поняла: Долохова ему убедить не удалось, зато Антонин явно его подбил на что-то.
— Пошли скорее, — сказал Барти поспешно.
— Расскажешь, что произошло?
— Нет, — твердо отказался он. — Времени нет.
Уверенность, что они оба попали под Круциатус окрепла. Хотела же их не подставлять, но кто ж знал, что вопрос о дементорах приведет к этому.
— Зачем вы оба полезли? — хмуро спросила я.
— Все вопросы потом! — резко ответил Барти, поторопив и схватив за плечо. — Мы и так уже опоздали!
Оставалось только вздохнуть и поспешить за ним. Для себя твердо решила в следующий раз ничего им обоим не говорить. Я же не могу им рассказать всего.
Барти повел меня не к камину, а к главному выходу. Едва мы пересекли ограду, аппарировали недалеко от ворот особняка Малфоев. Волдеморт уже ждал здесь.
— Отлично, Барти, — спокойно сказал он, показав, что заметил нас. — Дальше можешь быть свободен.
Я краем глаза заметила выражение лица бледного Крауча. Он будто испытывал муки совести и мялся, не в силах что-либо сказать или не зная как. Я видела у него не раз такое выражение, хотя последнее время нечасто.
Лорд поманил жестом, а едва я подошла, снова аппарировали. Второй раз закрутило-завертело и мы оказались где-то над морем, сразу же взлетев. Я снова чувствовала себя балластом, который удерживают в воздухе, а внизу были только огромные волны, поэтому не рисковала что-либо говорить, хотя Волдеморт с виду был предельно спокоен. Успокаивала я себя тем, что в этот раз я лучше подготовилась и знаю, чего ждать.
Уже при приближении, я почувствовала присутствие дементоров. Добравшись до острова с темной башней среди бескрайней воды, мягко приземлились. Ступив на каменную землю, я почувствовала себя немного увереннее. Дементоров в небе летало гораздо меньше, чем в прошлый раз.
— Дементоры — результат опытов с жизнью и смертью и они застряли где-то в пограничном состоянии, — заговорил Лорд, видимо, продолжая предыдущий урок. — Умирая, они не отправились в руки Морриган, но потеряли тело, сохранив душу в измененном виде. Они одновременно люди и не люди больше. Они живут за счет других, заставляя своих жертв корчиться в муках и питаясь энергией и магией, которая при этом выделяется.
Я кивнула на эти обьяснения, уже немного зная об этом. Вычитала, что дементоры вызывают плохие воспоминания. На самом деле они не 'едят' хорошие, а питаются энергией души. И когда человек страдает, этой энергии, видимо, очень много.
— Некоторые из них помнят своего создателя и испытывают одновременно страх и благоговение, — продолжил Волдеморт. — Они узнают темную магию Лорда во мне и охотно служат, являясь естественными союзниками. Но если тебе в голову придет не только говорить, а и управлять ими, то вспомни о том, что они просят уплатить цену за свою верность.
Волдеморт на этом моменте неожиданно решил остановить объяснения.
— Какую цену, повелитель? — уточнила я на всякий случай, хоть мысль ими управлять еще даже не приходила мне в голову.
— С Министерством они ранее сотрудничали только за возможность остаться здесь и за поставки своих жертв. От Лорда они хотят большего. Они хотят освободить свои души и отправиться к Морриган.
Это с трудом укладывалось в голове, поэтому я спросила:
— И вы им это можете дать?
— Ты меня слушала?! — неожиданно повысил он интонацию, заставив меня встрепенуться. — Окончательно убить их может только та же магия, что их и создала.
— А Патронус? — снова я ничего не поняла, но подняла открытые ладони.
— Заклинание Патронуса это щит, а не оружие, оно отгоняет их и может заставить испытывать боль, но не убить. Вероятно, эксперименты с бессмертием того Лорда можно считать успешными, но лишь частично.
Нахмурившись, я попыталась уложить это в голове. Азкабан появился, кажется, еще веке в пятнадцатом. Это если они до сих пор живы...
— Я рассказываю это для того, чтобы ты не пробовала опрометчиво играть со смертью, потому что итог может быть и таким, — продолжил Волдеморт, прервав мои вялотекущие мысли. — Даже их изгнание связано с риском создать либо что-то новое, либо погибнуть вместе с дементором. Они понимают цену и готовы долго ждать, но тебя могут попытаться обмануть. Они уже поняли, что ты имеешь ту же магию.
Отчаянно хмурясь, я вдруг вспомнила слова Долохова, на которые тогда не слишком обратила внимание. Он считал, что из-за метки дементоры их какое-то время сторонились.
— А от вашего знака, метки, они тоже чувствуют ту же магию? — спросила я.
Лорд выглядел заинтересованным:
— Откуда такое предположение?
— Мне сказали, что метка защищала какое-то время от дементоров, — ответила я, уже затем подумав, что возможно не стоило упоминать это, чтобы не было проблем у Долохова. Поэтому добавила: — Некоторые считают, что я должна быть в ней заинтересована.
Волдеморт хмыкнул:
— И как он отреагировал на твою незаинтересованность?
— Сказал, что я ничего не понимаю, — нахмурилась я, припомнив.
— Барти или Антонин? — уточнил вдруг Лорд.
Я снова отчаянно нахмурилась, пытаясь понять, кому хотя бы меньше попадет, если об этом нельзя было рассказывать. Но пришла к выводу, что думать об этом бессмысленно, потому что ложь Волдеморт почувствует и все равно поймет правду.
— Долохов.
— А Барти? — продолжал допытываться Лорд.
— Крауч не говорил про Азкабан, — припомнила я, что он вообще-то там тоже сидел вроде около полугода или года. — И о метке не рассказывал ничего.
— У Барти тогда не было метки, — пояснил Волдеморт. — Он получил ее гораздо позже за проявленную верность в течении тринадцати лет.
Ну да, Барти тогда едва школу окончил и шатался с Лестрейнджами наверняка хвостиком. Даже помню, Блэк говорил: общественность сомневалась, что Барти был действительно Пожирателем, а с наличием метки бы сомнений не возникло ни у кого. Это Драко Малфой получил метку еще в школе в виде исключения и то, видя сейчас положение их семьи, кажется больше в наказание. Или, как вариант, чтобы сын Малфоев не сбежал, его родители-то уже точно этого не сделают, по метке можно отследить. Хотя некоторые Пожиратели, вроде Малфоев в свое время доказали 'невиновность' не смотря на то, что метка у них была, но тут скорее на это закрыли глаза благодаря деньгам и связям. Или же они просто ее как-то замаскировали.
— Получается, Барти не был защищен меткой от дементоров, а остальные были? — вернулась я к вопросу.
— Пока из метки не выветрились остатки моей магии, — подтвердил Лорд. — Дементоры чувствуют метку, как мой знак и понимают, что они принадлежат мне. Если какой-то из дементоров выпьет душу моего слуги, на одного дементора станет больше, но конкретно этот станет изгоем для остальных, разозлив меня. Для них это страшное преступление — лишиться возможности получить освобождение хотя бы для одного.
— То есть дементоры — это те души, которые они выпили? — шокировано переспросила, ведь книги об этом молчали.
— Надо же им пополнять свои ряды, — буднично пояснил Лорд. — Они сохраняют свою внутреннюю иерархию, более молодые подчиняются старым, самые старшие — самые главные, а изгои обречены мучиться голодом, их в наказание свои же могут лишить еды.
Интересно, почему это ни в одном учебнике не пишут? Понимаю, что с учителями ЗОТИ полный бардак, там редко кто сведущий попадается, но учебники-то утверждаются Министерством. А в библиотеке Хогвартса вообще можно что-то найти на дементоров толковое или только картинки тел, лишившихся души?
Настроение было мрачное, но я взяла себя в руки и спросила:
— Повелитель, они ведь не выпьют мою душу?
После слов Долохова что-то не сходилось. Казалось бы дементоры их не трогали из-за метки, тогда и меня должны сторониться, но в прошлый раз по ощущениям чуть не полезли 'целоваться' в десна.
— Дементоры ощущают часть божественной силы, кроме того, им просто не хватит для этого сил, — пояснил Волдеморт. — С остальным ты должна справиться, иначе твои каникулы могут затянуться.
Каникулы... Стоп.
— Мы ведь не останемся здесь на неделю? — уточнила я, резко повернувшись к нему.
— Нет, — расплылся он в гадкой улыбке на змееподобной морде. — Мы не останемся. Ты — останешься.
А ведь стоял тут и на вопросы почти спокойно отвечал — стоило бы заподозрить, что что-то тут не так. Спрашивать зачем и почему он сам запретил, но тянет спросить...
— Повелитель, вы меня тут одну бросите с полусотней дементоров? — как можно вежливей и спокойней поинтересовалась, внутренне охреневая.
— Они тебе ничего не сделают, — ответил Лорд самодовольно, видя мою реакцию. — А больше здесь никого нет. И можешь не жаловаться никуда, метод всецело ей одобрен.
Шумно втянула воздух носом, пытаясь успокоиться и унять участившийся пульс. Он это видел, а мне не хотелось доставлять ему такое удовольствие, показывая настоящие эмоции.
— Ты же хотела стать сильнее? — продолжил он неприкрыто издеваться. — Вот и прояви себя, как Темная леди. С темными созданиями у тебя не должно возникнуть никаких проблем. Если же не уверена в своих силах, так и скажи.
Понимаю к чему он ведет, а именно мстит за то, что я хочу снять печати или намекает, что собираю подобие его Пожирателей вокруг себя. Пришлось признать:
— Я со своей магией не всегда могу справиться. Оставить здесь на долгий срок без палочки... Я бы сказала, что это называется бросить ученицу в беде. Иными словами, если вы меня бросите здесь без палочки, даже если дементоры не высосут мою душу, я замерзну от холода.
— Палочку я тебе оставлю, — с каким-то злобным весельем ответил Волдеморт. — Не совсем же ты беспомощный котенок. Неделя здесь, надеюсь, покажет на что ты по настоящему способна и чего стоишь. А если нет, — он сделал вид, что задумался на секунду. — Что ж оставлю тебя еще на какое-то время.
Да он издевается, сволочь!
— Дементоры тебе не навредят, они даже очень заинтересованы в том, чтобы познакомиться с тобой поближе, — продолжил Лорд с тем же злым весельем.
Пока я со всех сил сдерживалась, закусив губу, Волдеморт снова с чувством превосходства улыбнулся:
— Разумеется твой учитель не настолько жесток. Если ты хорошо попросишь сейчас, то заберу тебя всего лишь через... три дня.
С намеком он указал себе под ноги, отчего я почувствовала, как вспыхнула ярость, которую подавить удавалось с необыкновенным трудом и Волдеморт все равно ее видел. Руки сжимались в кулаки. Я напоминала себе, что будет только хуже, если схвачусь сейчас за палочку.
— Да, три будет в самый раз, — кивнул он сам себе, с ожиданием на меня глядя. — Нет? Не хочешь?
Я отрицательно покачала головой, не в силах расцепить зубы. Он силой вынудил преклонять колени и обращаться к нему 'повелитель', но сейчас похоже намерен выдавить во мне любое сопротивление. Азкабан пугал всех магов до единого, тут люди, наверняка, и покрепче ломались, но если он мне хоть палочку оставит, я уж как-то это переживу.
— Выверни карманы, — вдруг приказал Лорд.
Я опешила ненадолго, но спорить не стала, принявшись доставать, все что было с собой. Карманы я перепроверила перед отправкой, в них не было ничего ненужного. Я взяла с собой все, что может пригодиться. Порадовалась мимолетно, что, зная куда иду, выложила блокнот со связующими пергаментами. По нему не было понятно, что это такое: я помечала цветными наклейками пергаменты да и часть листов были самыми обычными. Но все же, попади блокнот в руки Лорду, не было уверенности, что он не поймет, что перед ним. Крауч же понял.
— Камень и мантию-невидимку можешь оставить. Зелья сюда, остальное выброси в море, — непререкаемо приказал Волдеморт.
Вздохнув медленно протянула ему в руку пузырьки с зельями, проследив, как те исчезают в его кармане. 'Остальное' состояло из кучи шоколада, небольшого запаса еды под чарами стазиса, предметов гигиены и всякого по мелочи. Все было уменьшено для компактности. Как чуяла, что могу здесь задержаться.
— Зачем выбрасывать, повелитель? — спросила, помедлив.
— Довольно вопросов, — резко бросил он, поднимая палочку.
Я понятливо направилась к краю обрыва неподалеку, поспешив отойти подальше от него, пока не прилетело. Смотря с одного из камней вниз на волны, с силой набрасывающиеся, неохотно принялась бросать все в морскую пасть. Там даже были зачарованные грелки, а стужа стоит ужасная. Ну хотя бы амулет от ядов остался на шее, правда, сейчас он и не пригодится.
Стараясь не горевать по утраченному, ведь тут и так атмосфера угнетающая, вернулась к Лорду. По возвращению он провел палочкой вдоль тела, проверяя, видимо, не оставила ли я что-то в карманах. Нашел амулет на шее, хлестнул резко наискосок палочкой и забрал его тоже с собой.
— Это должно стать для тебя испытанием, — снова заговорил Волдеморт, убедившись, что остался только амулет с воскрешающим камнем на шее, мантия и палочка. — Раз ты считаешь, что можешь действовать без моего указа, за моей спиной, значит ты уверена, что уже научилась всему. Считаешь, что стала ровня мне?
— Нет, — ответила сквозь зубы.
Волдеморт вдруг резко переменился в лице и быстро махнул рукой, взметнув рукавом. Меня хлестнуло по лицу, я привычно сцепила зубы, чувствуя, что от злости и боли почти не ощутила. Лорд с ожиданием смотрел и с намеком поднял палочку.
— Нет, повелитель, — все поняв, исправила я.
— Замечательно, — холодно подвел он итог.
