Как и положено, до Хогвартса доставлял поезд. Как по мне, легче было бы пройти камином. Ладно еще первого сентября: пока все ученики бы прошли через сеть летучего пороха, выйдет как бы не дольше чем едет Хогвартс-экспресс, но сейчас-то учеников мало! Всего два вагона и то, сюда ехали полупустые.
Едва прошли через переход платформы девять и три четверти, я заметила у вагона тетю и дядю... точнее двоюродных дедушку и бабушку Невила, которые его как раз провожали. Почтенного вида волшебник и волшебница сверлили нас откровенно неприязненными взглядами, отчего мне лично было неприятно. Никогда с ними особо близкие отношения не были, но все-равно обидно. А Невил так вообще с неприкрытой ненавистью глядел правее меня на Крауча. Я перевела взгляд, заметив, что и Барти как-то напрягся, следя за ними. Встреча не из приятных, мы оба замерли.
Будто этого было мало через переход, от которого мы два шага буквально успели отойти, появился Ричард, завидевший меня, и с криком подбежал:
— Ли! Рад тебя видеть! Я хотел тебя увидеть на каникулах, но...!
Он резко замолчал, заметив что что-то не так, а за ним из перехода появился Рудольфус Лестрейндж и затем Долохов. Тетя Энид что-то сказала Невилу и он пошел в купе, а тетя с дядей направились к каминам, видимо, решив не идти в сторону перехода через вокзал.
Вообще, Барти похоже не особо любил проходить через вокзал, где было слишком многолюдно, особенно в сентябре, но сейчас маглов с той стороны гораздо меньше и в кои-то веки прошли, как все. А вот почему Лестрейндж так прошел — загадка. Скорей всего с Краучем договорился встретиться. Или опасался все же, что сеть летучего пороха будет перегружена — с ней часто проблемы, как в час пик.
— Все нормально? — неожиданно тронул меня Барти за плечо.
— А, да, — собралась я.
Встреча неприятно слегка выбила из колеи, но я вспомнила, почему еще ждала каникул, поэтому видимо, выглядела так, что Барти даже забеспокоился.
Крауч поздоровался, пожав руки Лестрейнджу и Долохову, которые сегодня сменили мантии на другие, чем-то похожие на длинные магловские плащи до пят. Ричард тоже в подобном длинном плаще, поверх обычной одежды, снова заговорил, но уже не так громко и радостно, хотя, видно, он сдерживал эмоции изо всех сил, видя, что я не в настроении:
— Как у тебя каникулы прошли? Где была? Я вот во Франции побывал, представляешь?
— Потом еще наговоритесь, — пригладил его волосы старший Лестрейндж. — Не надо здесь об этом рассказывать.
Ричи понятливо закивал. На платформе у вагонов действительно присутствовало еще несколько волшебников, провожающих своих детей с коротких каникул. Это не считая бессменных колдунов в красных аврорских мантиях.
Пожалуй, соглашусь, с тем, что не стоит тут торчать у всех на виду. Я протянула руку к Барти, чтобы забрать мою сумку, которую он решил понести.
— Ли, давай я помогу, — Ричард энергично перехватил лямку у протянувшего мою сумку Крауча левой рукой и тут же поморщился, быстро перехватив в правую. — Ого, тяжелый! Да ты никак вместо чемодана все сюда сложила?
— Несколько полезных вещей прихватила, — пояснила я, заметив что у Ричи своя сумка на плече. — Давай сюда, если тяжелый.
— Та не, не то чтобы тяжелый, — быстро отказался он, отступив, будто я могла у него выхватить ее. — Пойдем? — Ричард уже развернулся, широко улыбнувшись и помахав на прощание: — Пока, папа! Увидимся на следующих выходных!
Лестрейндж, на которого я тоже взглянула, слегка улыбнулся и кивнул, подняв ладонь. У меня возникли двойственные ощущения. А где его мать, собственно? Беллатриса тоже была на плакатах разыскивается, но она вроде не из тех, кто не желает выходить на люди. Хотя могла и не захотеть проходить через вокзал с маглами.
— Пока, — махнула я рукой Барти, решив присоединиться к Ричарду, который только меня и ждал, остановившись.
— Постой, — окликнул меня Долохов.
Когда я вопросительно на него посмотрела, остановившись, он подошел... и с силой принялся ерошить волосы у меня на голове!
— Твою ж!.. — возмутилась такому варварству, пытаясь оттолкнуть его руку. — Прекрати!
Краем глаза заметила, что не только Крауч, но и Лестрейндж-старший смотрит на Долохова, ощутимо давая понять одним взглядом, что тот делает что-то не то.
От правой руки отбилась, так Антонин левой еще взъерошил всю прическу напоследок. Когда я отступила назад, уворачиваясь и возмущенно на него уставилась, Долохов весело скалился:
— Вот теперь и со мной попрощалась.
Очень хотелось выругаться, но не стала и ограничилась тем, что показала язык, поспешив сразу к вагону.
Поезд долго не задерживался, отправившись вовремя, а наши с Ричардом сопровождавшие не покинули платформу. Переплетать растрепавшуюся косу было неудобно на ходу, слегка пригладила только сверху.
Мы прошлись, заглядывая в купе, пока не нашли наших ОСТов: Хелен, Трейси и Захарию. Мы присоединись к ним, не став особо тесниться. Они пришли явно не слишком задолго до нас.
— Кто-то видел Самуи? — хмуро спросил Захария. — Может тоже успел в последний момент?
— Этана тоже не было, — добавила Хелен. — Думаю, все-таки не будет. Он полукровка и то, когда проходил в начале года проверку, чуть было не опровергли. Скорей всего он и так бы школу покинул после пятого курса.
Да, Этан никогда особо не блистал в учебе, но все-таки СОВ сдают все, а вот экзамены ЖАБА после седьмого курса уже нет. Видимо, Этан раньше говорил с Хелен о своих планах.
Настроение было мрачноватое, никто не хотел больше поднимать эту тему, а едва кто-то начинал вслух делать предположения, разговор тут же затухал. На этом фоне Ричи, который до того был явно в приподнятом настроении, подавил улыбку, но не проникся атмосферой и не грустил с остальными. Я старалась тоже не грустить. Может, и к лучшему это... Хорошо бы знать, что с ними все в порядке, но с Каном стоило бы перед каникулами все-таки помириться. Может поэтому он решил не возвращаться?
Хотя о чем это я? Конечно, его желание остаться в школе или нет слабо учитывалось. Во-первых, его родители и так беспокоились из-за происходящего и неприятностей, куда он влипал со всеми вместе. Кан очень полагается на мнение родителей, в отличии от меня. Во-вторых, с родителями Самуи я рассталась тоже не очень, уйдя, никому ничего не сказав. Кажется, они были расстроены и мне даже потом прислали письмо, чтобы я там как-то не втягивала Кана в истории. Пожалуй, мне стоит даже порадоваться, что Волдеморт до него не дотянется, а вдруг что, то Кана должны просто вернуть в школу. Я могу сказать Лорду, что это было полностью решение семейства Самуи и никак со мной не связано.
Заговорили о Сьюзен. Она тоже отправлялась на короткие каникулы домой и ее тоже, кажется, никто не видел, но тут никто и не удивился.
Через пару часов, когда прокатилась тележка с перекусом и разными сладостями, настроение в купе улучшилось, стали болтать, достали настольную игру. Ричи поделился тем, чем, очевидно, с самого начала хотел похвастаться и прилагал усилия, сдерживаясь. В его жизни происходили разительные перемены. Как он мне как-то сказал, Лестрейндж-старший обещал его сводить познакомиться с дедом.
Ричи выложил все, что делал на каникулах и где бывал. Немного завидую, такой, надеюсь, белой завистью, что с ним прогулялись по нескольким большим городам Франции, потому что он не только достопримечательности смотрел, а и с дедом и бабкой познакомился. Они были живы-здоровы, даже по словам Ричарда довольно бодрые и не очень старые. Скучно ему с ними не было: по его словам, дед работает в тамошнем министерстве Магии в отделе по международным связям, а бабушка выглядит просто впечатляющей дамой, занимаясь загородной усадьбой и зельеварней. Единственный минус для него — все семейство тыкало его носом в неподобающее поведение.
Как знакомо...
— Хотя, на их фоне я и правда, наверное, не так уж хорошо выгляжу, — признался Ричард. — На всех нарядные дорогие мантии как так и надо выглядят, а на мне так, как будто я ее где-то стащил.
— Я бы так не сказала, — утешила его. — Я же видела тебя у Малфоев во время того праздника.
— Ты не видела моего деда, — вздохнул Ричи. — Вытащили они меня на какой-то прием там, где почти одни только взрослые, заставили стоять и всем желающим представляться. Причем не всегда на английском говорили. Хоть улыбаться не надо было постоянно, особенно этим полувейлам. Ходили все такие, перья распустили, смотрели, как на магла.
— Это как? — не поняла я.
— Ну так, снисходительно, — скривился он. — Как будто я не смог бы противостоять их чарам. Говорили в основном на французком, а я ж его только начал изучать. Но я хотя бы в грязь лицом не ударил, как другие, окклюменция помогла, не зря занимались, — Ричи горделиво усмехнулся.
Его это явно утомляло, раздражало, но судя по всему, Ричард относился со смирением к нововведениям в своей жизни. Не думаю, что это было так уж плохо.
Я заметила, что остальные к теме беседы прохладно отнеслись. Как будто только мне было интересно, что там у Лестрейнджей.
— Погоди, — вдруг сообразила я. — Так у тебя и дед, и бабушка есть за границей, они тебе были рады и в Азкабане не сидели заключенные, но не искали раньше даже что ли?
— У меня оказалось и других более дальних родственников полно, — Ричи пожал плечами. — Только кто-то очень постарался, чтобы о моем существовании не узнали. Вся семья сейчас ищет, кто подкинул меня маглам, он ответит за это, но дедушка сказал об этом никому не говорить. В смысле, что я жил среди маглов, — окинул он взглядом наше купе.
Ребята все же изобразили понимание. У нас было не принято выдавать секреты друг друга кому-то другому, потому среди них Ричи мог безопасно поделиться всем.
Доказательств у меня нет, но знаю я одного доброго дедушку, что любит подкидывать к маглам под дверь годовалых мальчиков. Правда, его считают уже мертвым.
Пока я была в Азкабане, пользовалась свободным пространством и тем, что никто не присматривает. Попробовала даже Редла камнем вызвать, а он не вызвался. Мне показалось это странным, но вдруг и с Дамблдором так же? Или же вся та песчаная битва в пустыне мне просто привиделась под влиянием дементоров? Все сейчас еще больше стало казаться нереальным, как будто и разговоров с дементорами не было, и Морриган печати не снимала. Даже мантия-невидимка у меня под одеждой, надетая обратной стороной, совсем не чувствуется, если о ней не вспоминать.
— Лестрейнджи поборники чистоты крови, такая новость явно им не по душе, — заметил Захария. — Что они тебе на этот счет сказали?
— Просто игнорируют факты, — засмеялся Ричард. — Я сказал как-то, что у маглов залечить ожог заняло бы несколько недель, вы бы видели лицо деда.
— Ожог? — забеспокоилась я, не улыбнувшись. — Ты где-то серьезно обжегся?
— Я тренировался с огнем, концентрируя магию, — непринужденно ответил Ричи. — Зельем обрабатывал, но оно медленно заживляло, вот дед и застал.
Я почувствовала себя как-то неудобно за мысли, что его мог обидеть кто-то из новой семьи, а получается к этому причастна я. Ричард чуть ли не единственный среди ОСТов, кто проникся идеей превратить кожу во второй щит. Парень вообще легко бросался из крайности в крайность, даже чуть было раз не решил покончить с собой, так что не удивлена, что идея ранить себя его не оттолкнула.
— Ты же понимаешь, что это выглядит, как мазохизм? — уточнила я. — Что на такую тренировку дед сказал?
— Что навык интересный, но для начала мне надо лучше овладеть контролем магии, чем есть сейчас. Я уже лучше управляюсь с огнем, но управление водой не очень дается, по прежнему, а это базовые умения. Показал еще несколько упражнений, я потом всем покажу, как соберемся.
— Это будет интересно, — согласилась я.
— Еще мне надо говорить всем, вроде как меня специально скрывали, — продолжил Ричи. — Что я не у маглов был, и фамилию Холт не носил никогда или что использовал ее для прикрытия. Просто жил почти все время взаперти из-за того, что у мамы и папы много врагов, которые хотели отомстить.
Что ж, это чуть ли не закономерное прикрытие. Надо же им было как-то держать лицо и скрыть факт потери ребенка. Я задумалась о том, что же могло быть там, в тех фильмах о мальчике по имени Гарри Поттер в будущем? Ричи там нигде не упоминался, потому что поступил в Хогвартс, когда я уже дальше историю не знаю, но если бы он там появился, как бы все могло закончиться? Допустим все же победа сил света, тогда Ричард бы выступил на стороне добра? Или Ричард просто попал на попечение дедушки с бабушкой, как и я к Августе? Или так бы и остался неизвестным маглорожденным, не знающим своей настоящей фамилии и родителей, но борющимся за свою жизнь, ведь Пожиратели рожденных у маглов сейчас явно очень притесняли. Кажется, на это мог бы рассчитывать кто-то вроде Дамблдора, потому что история, где сын борется против родителей, очень картинная и достойна пересказываний.
В свою очередь, не слишком вдавалась в детали, но раз уж слизеринцы знают, то рассказала частично о своих каникулах. В основном описывала черную башню и дементоров. Впечатления варьировались от ужаса до восторга. Я не уточняла, что Волдеморт меня там просто кинул на острове и сколько дней там провела, потому все посмотрели крайне уважительно на то, что меня обучали такому интересному навыку.
— Ну ты даешь! — воскликнул Захария, а девушки слегка испуганно таращились, не зная как на это реагировать. — А говорила, что нам всем от Сама-знаешь-кого теперь грозит опасность.
— Так и есть, — подтвердила я. — Лорд сказал мне довольно прямо, что за... то что я тогда сделала, не спрашивайте только за что именно, он в следующий раз может не только моего фамильяра убить.
Хелен испугали мои слова, а Трэйси была все же больше заинтригована чем-то таким. Я знала, что она любит слухи и истории, но никогда не было, чтобы слухи из нашего довольно закрытого клуба выходили наружу. Она обычно утоляла жажду поведать всему свету все тайны на Захарии, с которым встречалась и который со стоическим видом слушал ее. Кажется, половины при этом не слыша.
— Но ты же не сделала ничего плохого? — уточнила моя бывшая соседка с Гриффиндора.
— Нет, пока удавалось уклоняться от подобного, — хмыкнула я, припомнив 'проверку'.
Ричарду все равно было интересно, Азкабан — место уж очень известное и он не хотел переводить тему. Рассказы о воздействии дементоров он явно не воспринял всьерьез:
— Вот бы мне туда, вместо того приема, — вздохнул он. — Там скорей бы от тоски умер, чем от дементоров.
— Не думаю, — возразила я. — Когда дементоры близко и их много, ощущается еще хуже, чем когда они были недалеко от школы.
— Когда это? — не понял он.
— Точно, ты же на следующий год только поступил, — вспомнила я.
Ричард почему-то надулся. Я попыталась убедить его, что с дементорами шутки плохи и заклинание Патронуса меня даже не выручало, в какой-то момент просто отказав.
Так прошел еще пара часов. Я все ждала, подойдет ли Невил, будет ли меня искать. Ведь такая возможность незаметно подойди в купе, когда никто не мешает, как в школе, и шепнуть, что Лонгботтомы пришли в себя. Но нет. Может ему такая мысль и в голову просто не пришла? Лучше уж так, чем он решил бы, что это меня не касается. Так бы он мог проверить, пробудит ли во мне это что-то и хоть так могли бы получить примирение.
