То же самое, если откажу Ричарду — Барти может вопреки моему желанию подписать договор с Ноттами. На факультете говорили, что они богаты, как Малфои, тут Крауч о безбедной жизни не врал. Да и было видно, что парень хорошо одет, вещи все новые, имеет зачарованные украшения. Деньги его не волновали, когда он предложил угостить его в ответ сливочным пивом, у него была цель меня туда вывести и он ее добился. То есть, хитростью может подловить.
И все же, если откажу обоим и Крауч втихую заключит помолвку, вряд ли мене похитят и запрут... Пусть только попробуют, богиня благо силой не обделила.
Подписав эту помолвку без моего согласия Крауч только себе же хуже сделает — мой побег и по его репутации ударит. Но кто его знает, может он решит, что это хороший способ от меня избавиться и оставить чистой свою совесть. Как я понимаю, именно она его заставляла не бросать меня на произвол судьбы, не передав ответственность другому, то есть мужу.
Да и, если поступлю на шестой курс, все равно на учебу отправить должны, как бы не сложилось, ничего никто мне не сделает, пока я большую часть года в школе. Лорд опять же, не может меня запереть, но как знать относится ли это к инициативе его подчиненных...
Получается, лучше всего затянуть время. Им летом вообще всем не до меня будет.
Неожиданно легко припомнившаяся финальная битва (если ее так вообще можно назвать) наводила на мысли, что любые планы перетерпят изменения, причем в ближайшее время. Другое дело, что рассчитывать на то, что все будет развиваться так же... Я уже поменяла достаточно многое, даже не говоря о том, что сражение между Волдемортом и Поттером изначально вызывает сомнения.
Во-первых, в принадлежность палочек я не верю. Я опробовала ту запасную палочку, которой хотела заменить Бузиную, но кажется сердцевина не подходящая. Она слушалась, выполняла нужные заклинания, но держа в руке свою палочку с сердечной жилой дракона я чувствовала, что она действует как-то привычно, стоит мне только подумать. Эта же палочка была из более светлого дерева, а когда я ей колдовала, она реагировала как-то лениво и неторопливо, как будто неохотно. Приходилось как будто ее заставлять. С ней я не смогла бы выдать все, на что была способна, как будто она мучалась от того, что была в моей руке. Почитав об этом, встречала те же мысли и наблюдения других магов — новой палочке требовалось время на адаптацию. Предполагалось, что тут задействованы более тонкие материи, резонанс с магической силой колдующего, но больше знали разве что изготовители палочек. Общественное мнение сводилось к тому, что просто есть более подходящие палочки и менее подходящие, а пользоваться можно любой.
Верит Олливандер в то, что палочка выбирает волшебника — пусть верит. Некоторые палочки и правда лучше подходят чем другие, но это не значит, что подойдет одна единственная. Тем более, чтобы она как-то слышала происходящее и еще ударила заклинанием в обратную сторону — бессмысслица! Зачарование Дамблдора Лорд бы наверняка заметил, если бы такое было. Поэтому я просто не верю в тот финал, который знаю. Я уже не говорю о том, что Снейп уже мертв, вероятно, не передав меч Гриффиндора.
Эти мысли меня занимали все оставшееся свободное время. Раз уж с Редлом стало ясно, что он скорее за то, чтобы прикончить своего однопроцентного, то я бы хотела обсудить это с ним, но он как назло был чем-то сильно занят.
Зато Волдеморт, тот который змеемордый, на уроке снова спрашивал вспомнила ли я что-то позабытое о будущем. Пока что мне удавалось выкручиваться, благо наловчилась говорить неправду не соврав, но тревожило, что это будущее было мало того что изначально сомнительным, так еще и мной явно изменено! Утешало только то, что при встрече Волдеморт не сделал мне очередную взбучку по поводу несдержанности и выбросах магии, да еще и двух почти подряд. Если бы такое дошло до него, он бы точно дал бы мне знать очень понятным и болезненным способом.
Нотт еще подошел после выходных и хитро так спросил уведомил ли меня мой отец и намерена ли я теперь дать согласие. От разговора удалось уйти без ответа, прямо скажем — сбежать. Игнорировать такие проблемы будет чревато, что я понимала, поэтому решила — раз возможности решить так, как хочется, нет, то лучше официально отложить.
Чтобы не оставлять Барти все самому решать, приняла вывод, что надо дать хоть какой-то ответ. Написала Краучу с просьбой, чтобы он дал мне время подумать летом, в связи с высокой занятостью. Не особо надеялась, что удастся, но Барти легко согласился. Так и написал 'Хорошо'. Не знаю о чем он думал, но рада, что не пришлось препираться и проблему эту удалось отложить в долгий ящик, без риска, что Крауч наделает делов без меня.
Посреди недели Барти забрал меня на очередное занятие с Селвин у ворот замка. Когда аппарировали к дому, ничего не говорили, но едва зашли в дом, он сказал сначала зайти к нему в кабинет, отчего я помрачнела. Я ничего хорошего от данной новости не ждала, потому когда Крауч прошел к новому столу и сел, не спеша начинать разговор, тоже не стала нарушать молчание. Рассматривала новенький витой абажур на настольном магическом светильнике — еще один след появления женщины в доме. Вязаная салфетка на подоконнике исчезла, но видимо, Камилла не оставила свои попытки облагородить строгий дизайн комнат, включая кабинет Крауча. Рабочий стол мало отличался от предыдущего массивного и даже по виду тяжелого из темного дерева.
— Присядь, — спокойно сказал Барти, указав на стул перед столом, придвинув его магией поближе.
Коротко взглянув на него, присела, став теперь со намеренной скукой рассматривать окно. Хоть Крауч не демонстрировал гнева или чего-то подобного, все еще не вижу причин для серьезного разговора, оттого и гложет нехорошее предчувствие. Что теперь? Будет все-таки настаивать на помолвке, давить на обещания, угрожать за исчезновения из Карты мародеров?
— В прошлый раз я, пожалуй, был слишком резок в словах, — вдруг сказал Крауч, отчего я с подозрением воззрилась на него. Он негромко вздохнул и продолжил: — Ты, конечно, не можешь сдерживать свою магию и подобное будет наверняка случаться.
Поджав губы, я пыталась сдержаться и не ответить резко на эту попытку примирения — а чем это еще может быть? Это вполне в духе Барти: вспылить, потом пожалеть об этом и попытаться поговорить. И все же прозвучало не совсем нейтрально-прохладно, как задумывала:
— Это единственное о чем ты жалеешь после нашего разговора?
В глазах Крауча что-то такое вспыхнуло и он прищурился, но заговорил ровным тоном:
— Айрли, я пытаюсь быть с тобой терпеливее и относиться с пониманием.
Это он с пониманием мне с полчаса заклинанием кожу выравнивал? Как ему ответить цензурно, чтобы заново не обострить ситуацию?!
Помолчали.
— В прошлый раз, возможно, я даже был излишне строг, — заново начал Крауч, аккуратно подбирая слова.
Я подняла брови, но промолчала. Это был его способ извиниться, когда он вряд ли себя считал виноватым, только 'чересчур строгим'. Настолько завуалированный, что можно было бы сделать вид, будто я ничего не поняла.
— Ты еще не умеешь контролировать себя как следует, — продолжил Крауч и при этом усилилось впечатление, что он пытается начать разговор заново, — но это не значит, что я не понимаю твоего положения.
Вот оно как. Я коротко кивнула, удерживая язык за зубами. В прошлый раз он не особо стремился что-то понимать, но мне будет лучше промолчать и не обострять.
— Думаю, будет правильнее, если мы оба сделаем шаг навстречу, — голос Барти звучал ровно и он вопросительно взглянул на меня, проверяя соглашусь ли я с этим.
Видимо, это было в продолжение предыдущего разговора. Действительно, его 'хорошо' вышло довольно скомканным, видимо, ему тоже хотелось обговорить все с глазу на глаз. Или поставить свои условия?
— То есть? — прищурилась я.
— Я не буду давить на тебя до лета, — с готовностью пояснил Крауч. — Но и ты обещай больше не скандалить и дать ответ, когда придет срок.
На самом деле хотелось прокричать ему, что мне плевать сорвался ли он тогда и жалеет ли теперь об этом, даже плевать что он наговорил тогда обидных слов. Но это было бы слишком глупо обострять отношения, когда он сам пошел на примирение и имеет чем на меня надавить.
Вместо этого я просто ответила прохладно:
— Если ты так желаешь.
Крауч чуть сузил глаза, изучая мое выражение, но я держалась.
— Я так желаю, — твердо повторил он с оттенком удовлетворения, словно соглашение уже состоялось. Подняв руки, тем самым демонстрируя открытость, Барти выдохнул уже свободнее: — И, как и сказал, я не буду настаивать на немедленном подтверждении помолвки, но подумай хорошо об этом. Я тебе обьяснил, что стоит на кону, и надеюсь, ты не станешь долго затягивать.
Я не стала спорить, почувствовав от этого наконец немного облегчения, что Крауч не сделает подставы сказав 'хорошо' и заключив соглашение за моей спиной. А летом будет видно, в конце концов, обещание дать ответ, не означает, что он будет положительный.
Еще Барти сказал, чтобы я не наглела, часто пропадая с карты, за исключением случаев, когда это вызов Лорда, но пока что никаких санкций за это от него не последовало, хоть он и грозился, что будут, если не прислушаюсь. Но я всегда предупреждала, как мы и договаривались, и эти претензии были, по-моему, лишними. Не нравится, видите ли, ему дергаться каждый раз, когда я пропадаю с карты где-то в местах, где она меня не отображает!
Спросил еще пришлось ли пить зелья и проверил набор, что у меня был с собой, так же пришлось соврать о том, что продолжаю принимать обычный свой набор зелий.
В последнее время я и правда стала намного чаще удаляться, то в Выручай-комнату потренироваться одной, то с ОСТами, то пыталась связаться с Редлом, то покидала замок с Кэрроу, отправляясь на урок. Крауч стал явно еще больше закручивать гайки, потому меня и беспокоила его угроза решить все вместо меня. Вроде пока все решилось, но Барти явно не отказался от полного контроля.
Нотт, на удивление, донимать не перестал. То и дело, если мы где-то пересекались, его внимание явно было направлено на меня, хотя сначала он только завязывал ничего не значащие беседы. Но когда будто случайно со мной встретившись третий раз за день (!) я не выдержала, спросив:
— Ты меня специально ищешь?
— Разве это плохо? — с напускным спокойствием отозвался Нотт, ничего не став даже отрицать.
-Тебе ведь мой отец передал ответ? — прямо поинтересовалась я.
— Передавал, — кивнул он, улыбнувшись. — Но он не звучал, как 'нет'.
— Но и не звучал, как 'да', — добавила я, напрягшись, но Нотт не стал возражать.
— У тебя сегодня консультация по выбору профессии, — переменил он тему. — Не забыла?
— Не забыла, — проворчала я, заметив, что Сэм многозначительно улыбается, дожидаясь меня, но этим она дала мне повод избежать дальнейшего разговора.
Сэм, равно, как и Хелен, позже снисходительно поглядывали на меня. Они могли бы даже ничего не говорить, в их взглядах и так без проблем читалось: 'Мы же говорили!'.
— Похоже, он взял за пример тактику Самуи, — заметила Хелен со знанием дела, — будет тебя преследовать до тех пор, пока ты не сдашься.
— Тогда условия были другие, — возразила я ей.
— Если и так, то на его взгляд ничего явно не поменялось, — деловито изрекла она.
Консультация со Слизнортом прошла неоднозначно. В гостиной Слизерина еще с окончания длинных весенних каникул везде лежали на столах брошюрки с рекламой профессий: от тренера сторожевых троллей до подозрительно многообещающих заявлений о приключениях, славе и богатстве от Гринготса. За это время я мельком, но просмотрела их вместе с Сэм. Никто сейчас не требовал четко определяться с тем, чем ты хочешь заниматься в жизни, да и мало у кого из школьников было понимание этого, как и у меня с соседкой. Но таким, как Хелен, кто твердо определился, было в чем-то легче. Ее консультация прошла быстро, так как Макгонагалл просто перечислила ей требующиеся дисциплины для экзаменов ЖАБА, которые требовали в Мунго, а требовали там не мало: не менее 'Выше ожидаемого' по зельеварению, травологии, трансфигурации, заклинаниям и защите от Темных искусств.
Захария, которого я спросила, сказал, что два года назад тоже не определился, но намерен сейчас сдать как можно больше и как можно лучше, лишним не будет. Сказал, что хотел раньше в Департамент международного магического сотрудничества в Министерстве, но сейчас туда наоборот никак не хочет.
Трэйси тоже не имела четких предпочтений. Она разрывалась между карьерой журналистки (из-за возможности собирать сплетни, как я тут же решила), так и думала тоже о Департаменте международного магического сотрудничества — если бы там же был Захария. Но вдвоем попасть туда будет уже большой удачей.
Ричард пока еще на четвертом, ему рано об этом думать, но он сказал, что хотел бы где-то применять боевые навыки. Правда, признался, что его отец вряд ли обрадуется, если он пойдет в авроры или ликвидаторы опасных существ, а насчет матери не уверен.
Честно говоря, не уверена, успел ли выбрать что-то Этан, но теперь, как и Кана, у него это не спросишь мимоходом.
Не уверена, что Кан действительно хотел работать в Министерстве, занимаясь сокрытием магического мира от маглов... Хотелось бы мне его спросить, чем бы он действительно хотел заниматься. Кан явно тяготел к созданию бумажных печатей — легких в изготовлении по материалам, но требующих мастерства, пригодных для каких-то заклинаний и призыва духов. Область эта в Британии, кажется, не особо распространенная.
Мне вот, как и Кану, было интересно создание артефактов и воскрешающий камень с мантией-невидимкой этот интерес только больше подогревали. Но какие бы диагностирующие чары я не использовала, на эти вещи они никак не действовали.
— Заходите, мисс Крауч, — добродушно улыбнулся мне Слизнорт, предложив присесть перед столом, на котором уже было сложено множество брошюрок.
Когда у меня была возможность побывать на Гриммо, я прихватила полагающуюся ему сумму. Вообще, после истории с зельями, Слизнорт стал смотреть на меня уже не с таким подозрением и настороженностью, а когда я расплатилась, казалось, он вовсе перестал меня связывать с отцом-Пожирателем. По крайней мере, не демонстрировал это открыто.
— Ну, так что вы думаете, юная мисс, насчет этого всего? — махнул он рукой в сторону буклетов. — Пожалуй, начнем с того, собираетесь ли вы продолжать обучение?
— Конечно, профессор, — кивнула я, расплывчато ответив: — После седьмого курса больше возможностей.
На деле, все сходились во мнении, что пять курсов дают хорошую базу и можно претендовать на хорошую работу по знакомству или работать руками. Тем не менее, не все действительно решали продолжать и довольствовались этим. Думаю, теперь я знаю, что это связано не только со способностью познать больше, но и с магическим ограничением способностей. И даже несмотря на него, многие пытались прыгнуть дальше, я даже их в этом понимаю.
