Гермиона неуверенно кивнула:
— Это не совсем так, но все же гоблины у него на первом месте. Он нам не готов доверять даже после того, как мы его спасли. Это ведь вышло случайно.
Видимо, она имела в виду, что они не настраивали защиту от призыва демонов, сами их не призывали и гоблин был просто с ними в одной связке. Но, как по мне, этого они могли ему не обьяснять.
— Разумеется он не готов доверять, — едва удержалась от того, чтобы закатить глаза, демонстрируя усталость от таких простых объяснений. — Но его доверие вам не нужно. Вам нужно с ним договориться. Сделка, наверняка, понятие ему более знакомое. И если вы не знаете сами, как это сделать, у вас есть под рукой человек, который знает их род.
Гермиона, судя по глазам, зашевелила извилинами, когда я уже все им розжевала. Парни, как подсказала поверхностная легилименция, были почти что обижены таким обращением. Да уж, а ведь они не ходили до этого ни на какое большое дело. В Министерство за медальоном им не пришлось пробираться. Разве что в Годриковой впадине от Лорда ускользнули, правда, без Рона, но как ни посмотри тоже достижение. План и подготовка все же была. Правда, в итоге угодили в ловушку...
Входная дверь медленно стала открываться и я напряглась, схватившись за палочку. Ощущения тут же подсказали, что с той стороны несколько взрослых магов. В открывшейся щели показалось лицо Билла Уизли, предупредившего резко обернувшуюся к нему троицу и бросившего затем взгляд на меня:
— Это я. Со мной несколько людей, которые тоже хотели бы поговорить.
Он открыл дверь шире, впуская их. Первым зашел Люпин. В руках у него не было палочки, он окинул всех присутствующих, повскакивавших с мест, взглядом и изобразил обезоруживающую улыбку, подняв пустые руки. Следом показался Сириус Блэк. Его лицо осветилось радостью при виде Гарри и тут же она сменилась неприязнью, едва его взгляд споткнулся на мне. У него тоже в руках не было палочки, но он уверенно зашел, криво ухмыльнувшись. За ним показались... Лонгботтомы. Алиса, затем Фрэнк. Оба ощутимо посвежели с момента, когда, можно сказать, выписались из больницы. Выглядели оба сосредоточено-напряженными, но тут же на лицах появилось удивление, едва наши глаза встретились.
Пережитый ими короткий шок помог мне провести поверхностную легилименцию и перед глазами возникла кухня, где сидела вся эта компания.
— С чего вы решили, что это должна сделать именно я? — спросила Алиса, скрестив руки перед собой. — Эта девчонка ЕГО дочь. Я не желала ее!
— Она — наш единственный выход на Пожирателей Смерти, — спокойно обьяснил Люпин. — Нам нужен шпион в их рядах.
— Какой толк от пятнадцатилетнего подростка? — почти прорычал Фрэнк.
Алиса, которая, видимо, находилась в этих мыслях, встрепенулась и закрылась от легилименции. Я быстро перевела взгляд на ее мужа.
— Прошу тебя, Фрэнк, — увещевал снова Люпин на той же кухне. — Я тебя прекрасно понимаю, но наша цель гораздо важнее всего остального. Просто изобрази хорошее отношение. У нее никого нет. Уверен, доброе отношение даст нам больше доверия в ее глазах и мы сможем получить больше информации.
Фрэнк фыркнул, упрямо скрестив руки перед собой.
— Но помни, что девчонка скользкая, — добавил Блэк. — Доверять ей нельзя.
Фрэнк тоже закрылся щитами окклюменции, видно, была ранее подготовка. Уверена, что мне хватило бы сил преодолеть их, но я уже увидела достаточно, чтобы все понять. Мерзкое ощущение.
Блэк незаметно достал палочку из заднего кармана и, видимо, думал, что сделал это достаточно незаметно. Держа в руке свою, холодно предупредила, взглянув прямо на него:
— На всякий случай предупреждаю, что на мне все еще Наздзор. И после одного случая, более пристальный. Если я использую хоть одно заклинание, сюда тут же явится кто-то за мной.
— Сириус, убери палочку, — мягко попросил Люпин в свойственной ему манере. — Мы пришли просто поговорить.
Блэк фыркнул и все же убрал палочку, хоть на меня смотрел все еще, как на врага. Зря они его взяли, но думаю он сам рвался, едва узнал о такой затее. Навредить мне Блэк не сможет, но, например, связать или приклеить ноги к полу — легко.
— Понятно теперь почему вы не доверились Биллу Уизли, — хмыкнула я, бросив взгляд на вездесущую троицу. — С такими сюрпризами, я бы тоже не стала посвящать его в планы.
Уизли-старший нахмурился, но промолчал. Его брату мозгов хватило на то, чтобы огрызнуться:
— И вовсе не поэтому! Тебе же сказано — так сказал Дамблдор!
Взрослые орденцы уши явно навострили. Обстановку попытался развеять Люпин:
— Кажется, здесь никто не хочет применять палочку. Предлагаю всем спокойно присесть за стол.
Это он явно погорячился. Стол в гостиной-столовой явно не был рассчитан на большое количество людей. Сомневаюсь, что тут бы и шесть человек поместились, по крайней мере, точно толкались бы локтями. Видимо, некоторые подумали точно так же: Блэк тут же упал в кресло, втиснутое у стены, Люпин предпочел стать рядом с ним, будто опираясь, а на деле, кажется, просто чтобы придержать вовремя горячую голову. Зато бывший профессор осмотрительно предложил Лонгботтомам пройти вперед. Поттер и двое его друзей неуверенно отошли в сторону от своих стульев к дивану у стены с другой стороны. Рон даже туда сел, но тут же встал, глядя на друзей.
Лонгботтомы неуверенно прошли к столу и медленно присели. Не так нехотя, как заходили. Фрэнк двигался с палкой-тростью, сильно опираясь на нее правой рукой. Не думаю, что стоит ожидать от него неприятностей, но все же стоит помнить, что он работал аврором.
— Прошу тебя, Айрли, — сказал Люпин, указав рукой на стол приглашающим жестом. — Если хочешь, мы можем выйти.
— А выйдете, если захочу? — спросила я, переведя на него взгляд.
— Разумеется, — согласился он. — Мы подождем за дверью.
Ага, и все все-равно услышите, так еще и пакость какую-то приготовить можете в случае неудачных переговоров. Нет уж, Билл Уизли, который стоит сейчас у дверей, как будто случайно, дал хороший урок никого из внимания не выпускать.
— В этом нет необходимости, — перевела взгляд на Лонгботтомов, сидящих за столом. — Нам не о чем говорить.
Не дергался в сторону выхода даже Люпин, так что и после моих слов никто не собирался даже.
Присоединяться к ним не хотелось, как и убирать больше палочку. Не уверена, что успею отбиться, если накинутся все разом. Долохов, вот, сумел палочку из руки выбить, едва я слегка отвлеклась. Если что шибану воздушным тараном по площади, думаю даже без палочки смогу что-то подобное создать, а там назад через окно. Придется его разбить выпустив магию еще раз, а затем уже заботиться о осколках, которые окажутся при этом в моем теле. Да уж, прижали со всех сторон. В таком маленьком помещении рвануть должно сильно, так что и стекла должно выбить.
— И о чем таком более важном, чем эти трое, — кивнула я на Поттера с друзьями, — вы хотели поговорить?
— Я не знал, что это ты, — признался Фрэнк, облизав пересохшие губы с волнением написанным на лице.
— Это я заметила, — не удержалась от язвительности.
Похоже, Поттер и вся компания приготовились лучше, чем я ожидала, и, когда я смотрела им в глаза, специально думали о другом. Выглядит так, будто все подготовили заранее. Или троицу просто не посвятили в детали и взрослые сделали все самостоятельно.
Я обратила внимание, что Алиса смотрит на меня, но как-то странно: не избегает смотреть в глаза, но будто все время лицо ощупывает вниманием. На ухо? На щеку? На челку? Что она пытается увидеть под мантией?
— Ты могла бы сказать хотя бы свое имя, — в словах Алисы послышался укор.
— Наверное, у меня были причины этого не делать, — так же ответила ей.
Почему-то они раздражали. Хотя почему почему-то? И так все понятно. Они не знали даже, как я выгляжу. Им сказали, что надо изобразить радушие к одинокому ребенку ради целей Ордена, а сами они не особо стремились даже найти мою фотографию. Если бы нашли, то так бы не удивились встрече.
— Мы искали тебя, — возразил Фрэнк, нахмурившись.
— Видимо, вы искали кого-то другого, — ответила резковато, отслеживая краем глаза движения остальных.
Ага, искали они. Искали ту незнакомую тринадцатилетнюю девочку, как прикинул на глаз Фрэнк — высокий и крупный в кости, хоть сейчас и худощавый. Видно было, что телосложением Невил пошел в него: тоже высокий, но пухлый. Единственная их зацепка — это то, что я была знакома с Августой, и то два и два сложить не смогли. Хотя что с них взять, после пробуждения у них наверняка и голова не слишком ясно работала, но вокруг них были другие люди.
После нападения на дом Лонгботтомов, там не осталось практически ничего. Вещи либо уничтожены, либо вынесены мародерами. Августа сказала, что нет там ничего, чтобы рисковать идти за вещами. В том числе так пропали и немногие семейные фотографии. Но я давала пару лет назад интервью в газету, когда выпускала там статью о Крауче. И фотография там была. Было бы желание, нашли бы.
— Вы знакомы? — первым очнулся Сириус.
Остальные, кажется, тоже это поняли, но подать голос хватило ума ему первому.
— Да, — не стал отрицать Фрэнк и признался: — Это она нас разбудила.
Шок, неверие — даже приятно наблюдать на лицах такие эмоции. Как-то гордость даже берет, когда твою заслугу признают. Впрочем, я тут же напомнила себе, что ослаблять внимание опасно. Люпин на секунду просиял, тут же совладав с собой:
— Значит, Айрли хотела, чтобы вы жили полной жизнью. Ей небезразлична ваша судьба.
Я окинула его подозрительным взглядом. Добавил бы что-то вроде 'девочка моя' и методы Дамблдора прямо-таки. Может, учился у него? Уж вряд ли бы Дамблдор замаскировался под оборотня.
— Меня больше беспокоит как она это сделала, — мрачно заключил Блэк.
— Что тебя в этом удивляет? — не поняла я, спросив резче, чем следовало.
— Никто до этого не смог это сделать, аж тут ты пришла, — ответил он мне таким же подозрительным взглядом, как будто это тут же бы раскололо мои коварные планы.
— Людям свойственно учиться и развивать свои умения, — ответила я ему. — По крайней мере, большинству из них.
— Сириус, давай не будем, — прервал вскинувшегося было Блэка Люпин. — Это не та тема, ради которой мы пришли.
Мне показалось по его выражению лица, что он хотел бы сказать что не стоит спорить сейчас с подростком, так что Блэк проглотил то, что хотел высказать. Люпин продолжил:
— Айрли, ты ведь хотела бы встретиться с матерью?
Я ответила ему мрачным взглядом, а затем перевела взгляд на Алису, которая все еще пристально меня рассматривала, этак немного откинув голову назад, будто впервые видела. Может, при дневном освещении, конечно, пытается рассмотреть лучше, но кажется, просто увидела меня новым взглядом и теперь... рассматривает на предмет похожести?
Такие личные темы не стоило выносить на общее обозрение, но я так понимаю, эта парочка была не слишком сговорчива, а Люпин рассчитывал на успех операции. В том, что все продумано заранее и троицу в это, похоже, даже не посвятили, чтобы я не сорвалась с крючка, я уже уверена. Не зря же меня допустили в дом. Снаружи было бы легче сбежать, как только заявилась эта толпа. И я невысокого мнения о способности трехголового цербера управлять своими мыслями, чтобы не выдать такую вот ловушку.
— Все-таки ты моя дочь, — сообразила Алиса, хотя и прозвучало не слишком уверенно. — Мы не знали ничего о тебе до этого. Но теперь я еще больше уверена, что ты хороший человек.
— Разве я не его дочь? — повторила я с ее интонациями.
Алиса побледнела, закрыв рот. Выражение лица у нее стало сконфуженным. Разумеется, она все поняла и теперь на ее же слова возразить нечего. Я смотрела прямо в зеленые глаза с некоторой даже горечью. Такие же зеленые, какие я видела в зеркале, хотя, кажется, светлее. Раньше они были будто выцветшие. А округлая форма лица досталась Невилу.
Не то, чтобы мне нужно было их 'принятие', но когда вот так к тебе лезут, а за спиной уже оплевали — это неприятно.
— Нет! — вдруг громко припечатал Фрэнк со знакомыми интонациями Августы, заставив дернуться не только меня от неожиданности. — Я обещал вернуть тебе долг и не забыл об этом! Я обязан о тебе позаботится. Если надо — стать тебе отцом.
Моя бровь сама по себе изогнулась. Хотелось бы ему напомнить, что у нас даже кровь не общая, но напомнил он мне сам о том, что я оставила позади его догадки, надеясь, что они не всплывут. Всплыли! Августа меня вырастила, Фрэнк видимо руководствовался теми же мотивами. Видно было, как загорелись его глаза, наверняка, только от одной мысли, что он может вырастить Темную леди.
То, что эта сцена разворачивается перед орденцами, прям бесило. Но эмоции я научилась контролировать и надеюсь, держала лицо. По крайней мере, раздражение не вышло за такие пределы, когда предметы стали бы подскакивать на своих местамх. Вспомнила я и о том, что планировалось наоборот — чтобы Лонгботтомы мне в дальнейшем дали выход на Орден, а не я им на Пожирателей.
— Мне не нужен такой самообман, — прохладно ответила я. — Брось эту затею. Я знаю, что ты на самом деле об этом думаешь.
— Нет, не знаешь! — горячо на эмоциях возразил Фрэнк, будто придумывая на ходу, продолжил: — Я... Я ошибался! Я тебе могу обещать, что стану тебе хорошим родителем!
Мне показалось, я видела обуреваемые его эмоции насквозь даже без легименции. Крауч мне тоже обещал, а по итогу все на что его хватило — это попытаться пристроить меня в жизни удачной женитьбой.
— Мне на самом деле плевать на тех, кому плевать на меня, — заключила я. — Не стоит себя заставлять. Я пришла сюда по своему желанию и сделаю только то, что сама пожелаю. Принудить меня к чему-то у вас не выйдет.
Последнее я говорила больше для вольных и невольных слушателей. Коротко оглядевшись, не удержалась от взгляда на Люпина. Тот возразил:
— Мы тебя ни к чему не принуждаем и не собирались этого делать.
— Всего лишь манипулировать чувствами, — кивнула я, перебив его. — Сказала же, не пытайтесь лезть ко мне в душу. Меня сейчас устраивают все взаимоотношения, как есть.
— Но ведь Барти Крауч тебя бьет, — подала голос Гермиона, видимо, расчувствовавшись от сцены, судя по выражению лица и тону. — Ты страдаешь из-за него.
Ух, лучше бы она и дальше молчала! Я с огромным трудом сдержала себя в руках, мгновенно увидев в ее глазах, что это ей сказал Поттер, и ответила с усилием спокойно, сжав кулаки и усмехнувшись:
— Барти? Он лишний раз на меня руку не поднял. А вот то, что вы требуете от меня, вполне угрожает моей жизни. И поверьте, — я еще раз окинула взглядом всю небольшую гостиную: — Если информация о том, что я здесь была, куда-то просочится из-за вас и меня прижмут, я тут же выдам всех вас и не пожалею. Предатель известил Лорда о том, что Лонгботтомы проснулись, с таким раздолбайским отношением, не удивлюсь, если он узнает вскоре еще и о том, где я была и что задумала.
Орденцы напряглись, троица тоже нахмурилась, будто ничего другого не ожидали. Даже Лонгботтомы хмурились, а Фрэнк, было видно, рвался еще что-то доказывать, но Алиса положила ладонь на его плечо, предостерегая от поспешных действий.
