Я, конечно, многому научилась, даже летать уже получается без метлы, хоть и не слишком быстро, и защиту с Редлом подтянула, и атакующие заклинания, думаю, выйдут мощными, хотя в полную силу в реальности я нигде их не опробовала. Наставник тоже считал, что Выручай-комната может не полностью скрыть магические эманации, да и банально в закрытом помещении такое тренировать очень опасно, иначе получится, как с Крэббом...
* * *
Мучаясь, я как-то не особо задумываясь над этим, в одиночестве прогулялась вдоль озера до белой гробницы Дамблдора. Близко подходить не стала, незачем было, и осталась вздыхать в отдалении.
Если ничего не делать, похоже, я получу омолодившегося Дамблдора, в лапы которого я могу угодить так же, как молодой Редл. Если бы я не пришла к такому умозаключению и позволила всему идти, как идет, порадовалась хорошему финалу с победой сил бобра... Меня бы ждал очень неприятный сюрприз в будущем и я бы даже не подозревала о нем долгое время.
На самом деле, оказалось, Волдеморт не самая моя большая проблема, даже учитывая наличие у него Бузиной палочки. Редл не посвящал меня во все свои планы, но похоже, он может помочь одолеть однопроцентного. Его надо лишь ранить как-то и есть Пожиратели, которые могут помочь с этим. Тут хотя бы какой-то план действий уже понятен, но что делать с этим снитчем и поддельным воскрешающим камнем? Правильно ли я сделала догадку или что-то упустила?
По сути, я бы не пришла к этим умозаключениям, если бы не знала будущего, но старый директор обладает сильным умом, чтобы я не могла счесть себя в силах просчитать все его действия. Смотрю я на его белую гробницу и не понимаю, зачем она ему нужна? Не чувствую никакой магии и догадок даже нет.
Заметила, что кто-то приближается, но это был не школьник и не аврор из охраны замка, а Алекто Кэрроу. Я ничего не замышляла, поэтому и не стала даже дергаться.
— Тебе не стоит разгуливать в одиночестве, — заметила она, кривовато улыбаясь и демонстрируя тем самым, что это не нагоняй. — У тебя же полно друзей. Или тебе нравится находиться в подобном месте? — она кивнула на гробницу.
— У могилы? — не скрывая иронии, подняла брови.
— А кто тебя знает, — сказала она и добавила шепотом, подойдя ближе: — Темный лорд на ты со смертью.
Это все еще не звучало, как угроза, скорее, как констатация ореола смерти вокруг Волдеморта и всех его последователей. Поэтому я ничего не ответила.
Казалось, Кэрроу хотела еще что-то, потому что не собиралась уходить, но молчала.
— Вы что-то хотели, профессор? — не выдержала я.
— Нет, просто свободное время есть, — ответила она. — Считай, воздухом дышу. Но если ты хочешь о чем-то поговорить... — повернулась она с видом, как будто только и ждала вопроса.
— Нет.
— Я слышала ты с мачехой не ладишь, — прямо сказала Кэрроу. — Хочу сказать, если что, ты можешь поговорить со мной. На любую тему.
Я с подозрением прищурилась на нее. Это что еще такое?
— Я имею в виду, — поспешила продолжить Алекто, видя мою реакцию, — что если тебе нужно поговорить со старшей, более опытной и мудрой женщиной, ты можешь подойти ко мне в любой момент. Я выслушаю и помогу не только советом.
Я почувствовала, как моя бровь недоверчиво изгибается.
— Конечно, я не настаиваю, — продолжила Кэрроу. — Должно быть милорд отвечает на все твои вопросы, но бывает, что некоторые темы неудобно обсудить с мужчинами, даже с отцом.
— И это говорит мне женщина, которая угрожала мне, как минимум, поркой в подземелье, — хмыкнула я, не веря в услышанное.
— Что было, то прошло, — легко ответила Алекто, как будто готовилась к чему-то подобному. — Раньше ты вела себя не по статусу, зато теперь мы с Амикусом поняли, какое у тебя положение.
Ах, вот оно что. Конечно, какую-то там Крауч можно на место поставить и пытаться задавить авторитетом, — благо что и раньше меня спасали непонятные для них знакомства и отношения с Беллатрисой, — а вот Темная леди это уже совсем другое дело. Я помню, как Алекто заискивала перед 'мадам Лестрейндж'. Должно быть ей пришла в голову мысль, что если она сумеет занять место пролетевшей мачехи хотя бы номинально, то считай устроилась в жизни. Как ни посмотри, знакомства решают все и везде.
Пока я охреневала от такого выпада, Кэрроу видимо попыталась пойти дальше и коснулась моего плеча, слегка погладив. Заметив мой взгляд, руку отдернула:
— Поняла, это лишнее.
Вздохнула, понимая, что злиться даже бессмысленно. По моему взгляду Кэрроу уже все поняла. Амикус тоже такой, раньше гаркнет, нагрубит, руку попытается поднять, а теперь криво улыбается с глупым видом и пытается еще заискивать, когда никто не видит. Наверное, каждый кто узнает о моем титуле будет так себя вести, реакция закономерная. Лорд четко выставляет границы дозволенного, что я в принципе тоже делаю. Правда, к нему даже Пожиратели лишний раз побоятся полезть, чтобы надоедать обществом, я — совсем другое дело, но и такой убийственной репутации, как у него не хочется. Интересно, что сказал бы наставник... наверное, что это закономерная реакция и я должна быть к такому готова.
— Меня сейчас занимает только один вопрос... — начала было я.
— Конечно, с радостью отвечу! — воодушевилась Кэрроу, как будто не увидев моего говорящего взгляда в ответ.
— Что там до сих пор делает гробница Дамблдора? — указала я рукой в нужную сторону.
— Это... — прищурилась Кэрроу туда и непроизвольно поморщилась. — Убрали бы еще осенью, но это может поднять ненужные волнения в обществе. Если ее разрушить или хотя бы перенести куда-то в богом забытый угол, то это станет хорошим поводом для организации сопротивления. Ему за заслуги перед школой позволили сделать здесь гробницу. Сейчас власть будто и не сменилась вовсе, поддерживаются все прежние нарративы, внесли пару новых да и только. Эта гробница же словно символ предыдущего правления и я сейчас не про школу.
Да, про похороны писали многие газеты и 'Пророк', конечно, тоже. Там было много известных колдуний и ведьм, а у Дамблдора было множество регалий и занимаемых мест в управлении страны. Уже один Визенгамот чего стоил, а он там — председатель. Наверняка, получив тело Мальчика-который-выжил, он сполна воспользуется его известностью.
Вздохнув, развернулась, направляясь обратно к замку и чувствуя, как Кэрроу решила пойти за мной.
* * *
Связной пергамент, что я оставила в 'Ракушке', прислал уведомление двадцать второго апреля, что у них все готово и они готовы выдвигаться хоть завтра. Я спросила, что насчет облика. Они достали волосы каких-то маглов. Мне придется взглянуть и я сказала, что быстро загляну к ним.
Для такого дела, чтобы не затягивать, решила в этот раз выйти за пределы Хогвартса и позвать Кикимера, который меня и перенес на некотором расстоянии от 'Ракушки'.
— Госпожа, — проскрипел Кикимер, оглянувшись через плечо. — Кикимер хочет просить госпожу не вызывать его больше в лес, — старый домовик глянул на меня нерешительно и тревожно. — Кикимеру не нравится это место. Место не для домового эльфа.
Видно было, что его пугает Запретный лес и даже стоя на песчаном пляже, где не было видно никаких построек или людей в пределах видимости, домовик не чувствовал себя уютно. Конечно, с неудобством домовиков не принято считаться, да они и сами свободно перемещаются по поручениям, но все-таки Запретный лес является магическим лесом, кишащим магическими животными да еще и Владетель леса проснулся. Поэтому я и подходила обычно поближе к Хогсмиду — поблизости к городам домовики чувствуют себя в большей безопасности. И раньше этого было достаточно... Должно быть Владетель леса просыпается к весне.
— Прости, что пришлось вызвать тебя, — сказала я, желая все же сохранить с ним хорошие отношения, пусть домовик не показал бы даже обиды. — Дело срочное, но я все равно позаботилась о безопасности, когда тебя вызвала, так что тебе ничего не могло грозить.
— Кикимер не жалуется, — с достоинством проскрипел домовик, поклонившись. — Кикимер хотел убедиться, что молодая госпожа знает об опасности тех мест. А теперь Кикимер пойдет.
Он выждал пару секунд, когда я кивнула, и исчез. Я еще раз осмотрелась по сторонам. Совсем не хотелось бы, чтобы Кикимера кто-то увидел, хотя если кто-то и наблюдал незаметным издали, то они бы наверняка не признали этого домового.
Риск был небольшой, скорей всего это последний раз, когда я к ним отправляюсь, да и банально времени не было на долгую поездку. И Саманту вместо себя не было желания надолго оставлять. Место я сама выбрала. Кикимер меня перенес на некотором отдалении от 'Ракушки', я задала ему направление в нужную точку и оттуда прошлась пешком.
На этот раз тоже встречали у дома, хотя уже без предисловий пригласили в дом и даже чаю предложили. Я слушала их план и размышляла, походу дела еще раз считывая поверхностой легилименцией.
Даже встретившись с Поттером, Грейнджер и Уизли — троицей, чьими руками продолжал действовать Дамблдор, я не заметила ничего подозрительного. И снитч, где хранится надежно камень с предположительно душой Дамблдора, где-то совсем рядом, но я и виду не могу подать. Скорей всего в том ишачьем мешочке... Из такого при всем желании без владельца не достать. Интересно, может оттуда Дамблдор все видеть и слышать? Проверять я это конечно же не буду, потому что даже если так, во мне он угрозы не видит, как, скорее всего, и Поттер.
А ведь Дамблдор хотел меня включить в их героическую троицу... Пусть я и попала в руки Волдеморту, но по итогу он действительно кое-чему меня обучил, как минимум, управлению обьемами магии Темного лорда или леди. Или причина по которой Дамблдор отправил меня к нему была в том, чтобы я ужаснулась змеемордому? Знал, возможно, что я приду сюда, даже знал, что я захочу помочь проиграть Лорду. Просто потому, что Волдеморт не потерпит никакой конкуренции, а, значит, у меня и выбора не будет. А потом получил бы Поттер-Дамблдор под руками новую Темную леди... Каков старик! Двух пережил, а третьей вообще с младенчества управлял, приказывая куда смотреть и с кем дружить почти без прямых указаний. Ошибки были, но все они теперь ошибки Дамблдора, а не Поттера.
Поттер, вижу, тоже в Дамблдоре несколько разочаровался. Ноша, которую он на него повесил, оказалась очень тяжелой, книга Скиттер качественно подточила светлый облик и была, как в каноне, смерть Добби, после которой он твердо решил, что не будет больше сомневаться надо ли ему все это. Домовик, как я поняла, пришел за ними и какой-то демон успел его порвать достаточно, что Добби скончался от ран, едва перенес их. Гарри продолжал нести эту ношу уже явно как-то по инерции, потому что деться ему уже некуда. У него нет никаких альтернатив, за ним будут гнаться до самой смерти. Хотя, мне кажется, если вся погоня за крестражами затянется на годы, он окончательно повесит нос.
Все это я могла почувствовать даже просто в эмоциях Гарри, просмотреть на поверхности и сопоставить, да и глубоко лезть не рискнула, опасаясь напороться если не на Дамблдора, так на крестраж со связью прямо в мозг Волдеморту. Мне даже теперь казалось, что именно Дамблдор помогал работать той телескопической трубе в его голове, пусть и доказательств не было.
Не удавалось улучить момент, чтобы пролигиллиментить Грейнджер незаметно поглубже и узнать действительно ли отдавал ей мою магию Дамблдор, а она будто специально стала отворачиваться или отводить глаза, если встречались взглядами со мной. Да и в целом...
Не то, чтобы совсем игнорировали, но и не любили меня там особо. Просто, скорее, терпели с надеждой, что принесу какую-то пользу. И не желали, чтобы я вытащила у них из головы какую-то информацию. Хорошо, что им невдомек о поверхностном виде легилименции и что таким образом я могу кое-что увидеть, пусть и весьма обрывочно.
Рональд... Его мысли и читать было бессмысленно. Смесь недоверия, плохо скрытой злобы в мою сторону, горячего желания полежать в кровати и вкусно покушать, периодически перебиваемое обычными мужскими порывами в сторону Гермионы, и в довесок выстреливающие в мысли голосом его отца Артура или брата Билла ощущение долга, который на себя взяла его семья сразу после желания лежать и ничего не делать. Не единожды я улавливала в его сознании вздыхание по этому поводу. Долга в смысле участия в Ордене Феникса и поддержка лучшего друга Гарри Поттера. В общем-то, ничего особенного, подобных ему, на самом деле, полно. Но он был опорой, связующим звеном для двух других, гораздо сильнее загоняющихся, и, по-моему, они просто на него отвлекались от своих мрачных мыслей.
Как ни странно, у Гермионы были к Рону какие-то чувства, хотя совершенно другие. Она умилялась мелочам, глядя на него вспоминала его знаки внимания и один раз я даже уловила, как она представляла их свадьбу. Прерываемую Пожирателями. Что сказать — реалистка. Ее фантазии не были столь плоскими и она смотрела далеко на перспективу.
— Что мы тянем? — спросила вдруг Грейнджер под чужим обликом, так как очевидно, план они уже пересказали и разговор теперь шел не совсем по делу, а скорее о жизни, откуда я и вылавливала все, задавая наводящие вопросы. — Ты уже успела запомнить вид, который мы примем, но не хочешь говорить подробнее, чем нам поможешь?
— Да ничем она скорей всего не поможет, — протянул Рон уверенным тоном. — Я все думал, Пожиратели нагрянут, но мы уже с час сидим и никого. Кого ждем?
— Думала, будет неплохо побеседовать на дорожку, — вздохнула я, на секунду прикрыв глаза, чтобы сохранять спокойствие и даже не сьязвить в ответ на явную подначку. Луны уже в коттедже не было, переправили куда-то в другое место, так что общество перестало быть хоть сколько-нибудь приятным. Я надеялась, что это никак не связано со мной. — В конце концов, другой такой возможности может не быть. Вы думали, что будет после того, как победите?
Троица переглянулась.
— Что толку сейчас об этом гадать? — задал риторический вопрос Поттер.
— А я задумываюсь. И решила, что хочу, чтобы Крауч, в смысле, мой отец оставался на свободе, — сказала я.
— Гарри прав, — поддержала его Гермиона. — Что толку сейчас об этом говорить?
— Это то, что я хочу за свою помощь, — пояснила я. — Ваши слова, думаю, будут иметь какой-то вес и я хотела бы замолвить слово за пару людей.
— Теперь это пара Пожирателей?! — возмутился Рон.
— То есть по-твоему лучше пусть на пару Пожирателей больше сядет в Азкабан в не случившемся будущем, чем вы сейчас получите помощь, чтобы это будущее осуществить? — процедила я.
Рон явно проглотил слова. Не надо даже было смотреть ему в глаза, чтобы понять, какими были мысли. Поттер тоже сверкал зелеными глазами, а Грейнджер прикусила губу, смотря на парней, то на одного, то на другого. Забавно, что требуется щелкнуть их по носу, чтобы напомнить, благодаря кому у них появился шанс.
Очевидно, им надо было дать время успокоиться, чтобы трезво взглянуть на ситуацию и мою просьбу. Я ведь даже клятвой не могу ее подтвердить, потому что условия слишком неточные. И троица не имеет власти, Поттер будет иметь только имя в обществе, но зато весомое, и вместо освобождения от Азкабана, в обход клятвы могут попросить для Крауча поцелуй дементора, например. И все равно, для них это практически ничего не стоит, но хоть какая-то гарантия моего интереса в успехе. Больше они ничего мне не могли дать. Пока что все держалось на том, как меня достал Волдеморт и, на мой взгляд, для их стороны было бы тоже надежней, если бы у меня был собственный ясный им интерес, а не только торжество добра.
