Мариэла прекрасно поняла, какие имелись в виду, но нужно было, чтобы журналистка сама их перечислила. Та отреагировала предсказуемо:
— По религии, расовой принадлежности, по способностям к управлению энергополями, по принадлежности к сексуальным меньшинствам. Это основные.
— Что до религии, то она едина для всей планеты, но вдаваться в религиозные вопросы сейчас, думаю, нет времени. Этот вид дискриминации в нашем мире невозможен. Что до способностей к управлению энергополями, то они, как хвост: или они есть, или их нет.
Русскоязычные журналисты сдержанно улыбнулись. Мариэла продолжила:
— Никто, даже моя наставница, не в состоянии наделить человека такими способностями, если их изначально не было. Но их отсутствие не означает невозможность получения высшего образования. В университетах есть специальные факультеты для таких лиц. Я лично знаю человека, у которого способностей не было ни на медяк — и что ж? Он со временем стал выдающимся теоретиком. Наконец, такие лица могут все же управлять энергополями, но не сами по себе, а с помощью специальных приборов. Наиболее дешевые версии вполне доступны по цене даже небогатым. Про драконов не говорю, не припомню ни одного случая рождения дракончика с полным отсутствием таковых способностей. Что до расовой дискриминации — вы об ущемлении прав лиц с темной кожей, не так ли? Это я и подумала. Подобная раса людей просто отсутствует на Маэре, так что тут дискриминация невозможна в принципе. Касательно сексуальных меншинств — простите, я не поняла эту часть вашего вопроса.
Гул в зале стал заметно громче. Журналистка попыталась объяснить нечто для нее очевидное:
— Гомосексуалисты, лесбиянки, бисексуалы, транссексуалы...
Мариэла вскинула руку. Вопрос предвиделся Професом, но линия ответа требовала некоторой игры.
— Прошу разъяснить эти термины. К сожалению, они мне не знакомы.
Шум в зале стал еще громче. Сенсация, похоже, громоздилась на сенсацию.
Кэрен Тумелд добросовестно расписала суть вопроса.
— Понимаю, — любезно улыбнулась в ответ Мариэла. — Что до тех, которых вы назвали бисексуалами, то такое поведение полагается личным делом каждого и как таковое не может быть предметом дискриминации. Гомосексуалисты и лесбиянки у нас крайне редки. По мнению наших ученых, пол целиком определяется набором генов, а не субъективным мнением. Если же человек ощущает противоречие между своим генным полом и субъективными ощущениями, то никто не запрещает обратиться к специалисту, который ликвидирует это расхождение. Не бесплатно, понятное дело. Что же касается смены пола — я о таком не слыхала. Даже если подобное возможно, в чем очень сомневаюсь, то это должно стоить невероятно, немыслимо, запредельно дорого.
Количество поднятых рук возросло, хотя ранее это казалось невозможным.
— Прошу.
Следующая журналистка напоминала русскоговорящей части аудитории тяжелый танк: по размерам, форме и целеустремленности. Все прочие были далеки от подобных политически некорректных сравнений.
— Мэдисон Харгривс, 'Дейли телеграф'. Не считаете ли вы ущемлением гражданских свобод ситуацию, когда человек желает сохранить свое гендерное самосознание, а его заставляют сменить таковое?
Улыбка на лице женщины из иного мира перестала быть любезной.
— Мне кажется, у вас плохо со слухом, сударыня. Могу предложить свои врачебные услуги. Обойдется не так уж дорого, даже если ваша страховка не оплатит вам ни медяка. Я отчетливо сказала: 'Никто не запрещает'. Слова 'обязан' или 'обязана' не были произнесены. Правда, если вы слышите одно, а говорите другое, то тут наша медицина бессильна.
Беда была не в том, что врач из другого мира выразилась и метко, и сильно, а в том, что ни один журналист по большому счету никак не мог навредить чужакам. Смертельно больной человек от всего сердца наплюет на политкорректность. А взгляды... ни в одном из миров они не убивают сами по себе. Наверное, именно по этой причине молодая доктор осталась жива.
И тут Мариэла сделала неожиданный (для аудитории) ход.
— Я хочу дополнить свой ответ на предыдущий вопрос. Как вы, дамы и господа, уже наверняка поняли, мы ничуть не возражаем, если лечение у наших специалистов будет оплачивать страховая компания.
Даже не самые проницательные журналисты догадались, что этими словами чужаки обрели мощных союзников. Вопреки расхожей мудрости, деньги очень даже пахнут. И этот запах может оказаться в высшей степени притягательным.
— Прошу.
— Марина Щеголева, НТВ. Что вы думаете о возможности посещения Маэры группой земных журналистов?
— То, что было мною сказано относительно визита группы палеонтологов, применимо и к журналистам. Ограничения те же самые.
На этом председатель закруглила пресс-конференцию.
Глава 37
Уже после беседы с директором Института кристаллографии подполковник Ким, следуя традициям спецслужб, дал канал связи с собой, сопроводив это дело просьбой 'сообщить, если что интересное откроется'. К его немалому удивлению, каналом воспользовались достаточно скоро.
В некоторый момент Виктору Семеновичу сообщили, что, дескать, Николай Борисович Бокий хочет с ним поговорить, поскольку нарыл что-то по своей специальности. Последние слова вызвали еще большее удивление. Не часто бывает, что интересы контрразведки и кристаллографической науки пересекаются дважды. Но (опять же традиция) подполковник не стал пренебрегать источником сведений. И не прогадал: разговор получился и в самом деле познавательный.
— Чем новеньким порадуете, Николай Борисович? Вроде образцы кристаллов все еще в пути.
Сказано было шутливым тоном, но академик, видимо, лишился чувства юмора.
— Нет, Виктор Семенович, те кристаллы ни при чем. У меня был разговор с маээрцем по имени Маххмуд. И вот что он среди прочего сообщил.
Ученый сделал паузу, но та была не лекторская; скорее он просто подбирал нужные выражения.
— Прошу прощения, товарищ подполковник, мне придется просветить вас по моей специальности. Во всех странах принято... я хотел сказать, везде на Земле... твердость кристаллов измерять по шкале Мооса. В сущности она проста. Если кристалл одного вида оставляет царапину на кристалле другого вида, то, значит, первый тверже. Шкала простирается от единицы до десяти. Самый твердый — алмаз, он царапает любой другой кристалл. Шкала Мооса имеет эталоны. Например, тальк имеет твердость единицу по этой шкале, его и ногтем процарапать можно. Кварц тоже является эталоном, его твердость по Моосу равна семи. Так вот, Маххмуд сообщил, что у них принято определять твердость кристаллов точно так же. Мало того — и эталоны те же самые. Допустим, это совпадение, поскольку за эталоны приняты не самые редкие минералы. Хотя теория вероятности заставляет усомниться в случайности такового. Но потом тот же Маххмуд между делом обронил, что у них имеется искусственный кристалл фианит.
Судя по реакции Кима, тот если и слыхал термин, то лишь краем уха.
Бокий продолжил:
— В природе этот минерал не встречается. Его синтезируют и растят в виде монокристаллов. Твердость у него почти алмазная, кристаллы прозрачные, а оптические свойства такие, что камни получаются при должной огранке очень красивыми. Вот это совпадение названий резануло слух, а потом оказалось, что и состав почти одинаковый. Ну, тут есть перспективы торговли, поскольку думаю, что в России технология выращивания и огранки доведена до высокого уровня, но не в этом дело. Я не поверил в случайность подобного совпадения.
Подполковник ФСБ сам не поверил в такое, но не подал виду, а спросил небрежным тоном:
— А сами-то вы какой вывод сделали, Николай Борисович?
Академик ответил медленно и раздельно:
— На Маэре живет или жил землянин. Земной специалист, хочу сказать. Он и подсказал технологию получения фианита, поскольку она совсем не очевидна. Ставлю бутылку хорошего коньяка: эта идея не единственная, которой он поделился с тамошними учеными. Уверен, что он разбирается не только в кристаллах. И еще учтите: само слово 'фианит' происходит от Физического института Академии наук, там его впервые синтезировали. Разработка семидесятых. Вывод: родной язык у этого специалиста русский, сам он наш современник и родом из России.
Ким все еще пытался острить, хотя в глазах у него смеха не было ни на копейку:
— Николай Борисович, бросайте вы эту вашу науку, переходите к нам. Ей же, у вас способности аналитика. А что до коньяка, так вашу гипотезу надо проверять, и совсем не факт, что нам дадут это сделать.
Шутка опять пропала втуне.
— Виктор Семенович, любой хороший ученый и есть хороший аналитик. Касательно проверки... как там у вас говорят... ловить на косвенных надо. Так что, принимаете пари?
Подполковник состроил постную мину — насколько таковая вообще была возможной при его корейской физиономии.
— Не имею права, Николай Борисович. По служебным обязанностям я буду подыгрывать или вам, или себе. Нечестно выходит.
Быстрее всех, опередив и правительства, и спецслужбы, отреагировала на сенсационные новости страховая компания 'Этна'. Мы никак не можем это объяснить, но просто обязаны констатировать факт.
Председательствующий — это был финансовый директор — вел совещание с истинно американской энергией и деловитостью.
— Народ, у нас появилась редчайшая возможность, и ею мы обязаны воспользоваться. Филли, составь совместно со своими белыми халатами список смертельно больных, лучше из тех, которые не старше сорока. Крис, тебе лично предстоит связаться с докторами из иного мира, уже имея на руках этот список. С ребятами из Вашингтона я буду контактировать сам... хотя нет, пусть лучше лоббисты делают свою работу, им за это платят. Филли, к концу дня жду от тебя отчет.
К концу дня нашлась та, что Филлис Корнуэлл назвала 'идеальной кандидаткой'. Пациентка девяти лет от роду, рак мозга, четвертая стадия, хирургическое вмешательство исключено. Девочку поставили во главе списка, который включал в себя сорок шесть имен.
Со включением этих пациентов в квоту дело оказалось куда сложнее. Для начала маэрская сторона решительно отказалась предоставить точное число пацинтов, которых они берутся излечить в течение заданного промежутка времени.
— Вы должны нас понять, — журчала Мариэла, — каждый пациент требует индивидуального подхода и, соответственно, индивидуальных затрат времени. Заметьте, я даже не считаю, что для лечения некоторых видов заболеваний, как показал опыт, нужны усилия таких специалистов, которые у нас наперечет. Да, чтоб не ходить далеко: наш предшествующий пациент имел настолько редкий для Маэры диагноз, что для работы с ним мы привлекли наиболее опытного специалиста: кандидата в академики Курата. И это сверх бригады из еще двух, из которых одна была академиком, а другая — доктором. А если речь идет, например, о поврежденных глазах — тут и одной меня хватит, работа не из трудных, по нашим меркам.
Мало того: желающих попасть на излечение оказалось, понятное дело, очень много. Но финдиректор страховой компании 'Этна' оказался прав: именно кандидатура той девочки оказалось первой в очереди на лечение. Тут сыграли роль несколько факторов: и ловкость лоббистов, проталкивавших деловые интересы 'Этны', и несомненный успех в обработке общественного мнения — ребенок в опасном состоянии с раковым заболеванием и с минимальными шансами на излечение средствами земной медицины.
Доктор Мариэла предложила интересный подход:
— Дамы и господа, мы можем сделать вот что. Бригада из наших специалистов проведет диагностику каждого, стоящего в очереди на лечение. Имеются в виду, конечно, и российский, и американский список. Диагностика включает в себя оценку затрат времени на лечение; если потребуются услуги сразу нескольких специалистов, это будет учтено. А потом, когда выяснится, что наши люди уже загружены на год вперед, мы прекращаем запись.
С возражением выступил российский представитель:
— Вижу тут трудность. Даже если полагать возможным лечение четырех пациентов в день — я слышал, что вы в состоянии выделить четыре доктора, по одному пациенту то есть — и тогда в сумме выйдет до тысячи четырехсот пациентов. Столько наши гостиницы не вместят. Да, и прибавьте, что части пациентов понадобятся сопровождающие.
— Сколько же мест вы имеете на данный момент?
— Круглым счетом двести номеров, то есть столько же пациентов, а сопровождающие могут пожить и в одном номере.
— Тогда можно сделать вот как: разрешить прибытие этих двухсот, мы прикинем, сколько времени займет лечение, а решение по следующим в очереди будет приниматься в зависимости от результатов диагностики. Разумеется, количество от каждой страны должно быть одинаковым.
Российский представитель продемонстрировал чудеса изобретательности:
— Доктор, нельзя ли совместить процесс диагностики и начало лечения, хотя бы применительно к самым неотложным случаям. Дело пойдет быстрее.
— Если бы то зависело лишь от меня! Я не против, но это надо обговорить с группой наших специалистов-медиков.
— Сколько вам потребуется времени на эти консультации?
— Четыре дня. За это время я, как надеюсь, получу согласие, также через эти четыре дня прибудут те, которых предстоит диагностировать. За это время вы можете решить все формальности для прибытия сюда самой первой пациентки и сопровождающего ее лица.
Российский представитель не упустил случая выставить свою страну в наивыгоднейшем свете. Он уверил всех, что лично пробьет наискорейшее прохождение двух виз (для американской девочки и сопровождающего ее лица) по инстанциям.
На работе разговаривать на служебные темы не запрещено.
Как раз этим занимались (в служебное время, понятно) два русских физика — именно столько, ибо Михаил Шапиро причислял себя к таковым. Они пытались составить план исследований. Любого ученого раздражает ситуация, когда путь науки пересекает полосатый шлагбаум в положении 'закрыто'. Двое друзей пробовали сделать что-то, дабы устранить это препятствие — полностью или частично.
Первое, что пришло в голову Александру — послать через портал письмо маэрцам с просьбой разрешить им открывать порталы с сугубо исследовательскими целями. Секунды на пропихивание цилиндрика с запиской должно было хватить. Эта часть плана была принята без возражений. Мало того: друзья хором решили, что иномирцы вполне могут на это согласиться.
Следующую часть предложил Михаил.
— По моим прикидкам, совершеннейшая пустышка, но проверить надо, — пояснил он. — Всего и делов: прикинуть зависимость устойчивости портала от количества энергии, поданной по отдельным векторам. Перебрать весь тензор напряженности.
— Нуднейшая работа, — ожидаемо отреагировал Шмелев. — По три точки (а меньше нельзя) на вектор, с учетом длительности расчетов... ты представь, сколько это займет по времени.
— Пра-а-авильно, — нежно пропел Шапиро, — с таким делом надо идти к боссу. И не факт, что он пропустит расход средств с сомнительным дивидендом. Правда, это можно списать с налогов...
