— Идем к тебе, — попросила я.
Августа меня отпустила и подтолкнула к выходу:
— Подожди меня у горгульи. Я сейчас.
— Нет, пошли со мной, — уперлась я, посмотрев ей в глаза.
— Хорошо, — улыбнулась она, как можно мягче. И все равно, что обо мне сейчас подумают. Да, мне было просто страшно оставлять ее здесь.
Попрощавшись с профессорами Августа, спросила меня, выходя со мной из кабинета:
— Как насчет чаю?
— Мне нужно с тобой серьезно поговорить, — ответила я, встретившись с ее обеспокоенным взглядом.
Комментарий к Глава 66
Ух, я осилила это. Жду оценки качества Дамби)
========== Глава 67 ==========
Я держалась до того самого момента, когда Августа меня усадила в кресло в своем кабинете. Затем ко мне вернулась паника.
Августа, видя это, даже не стала меня пока отчитывать, а просто всунула в руки горячую кружку с чаем и поставила передо мной вазочку с шоколадным печеньем.
Пока мы шли по коридорам, на нас оборачивались ученики, у которых шел обычный день по расписанию, а я раздумывала, что сказать дорогой мне волшебнице, но в мгновение голова опустела под бдительным надзором серых глаз.
— Что это? — спросила я внезапно безжизненным голосом, будто не моим, с намеком на то, что подлила Августа в чай.
— Успокоительное.
Я помолчала, принюхалась к жидкости и сделала пару глотков.
— Почему ты веришь Дамблдору? Он сказал мне, довольно прямо, что хочет меня использовать, пользуясь моим отцом, — рассеянно сказала, смотря в кружку. Она тряслась.
Августа обхватила своими ладонями кружку поверх моих и четко с уверенностью проговорила:
— А теперь успокойся. Сейчас мы в безопасности. Я уверена, что бы там ни задумал себе Дамблдор или Барти Крауч, тебя сейчас никто ни к чему не принуждает. Выпей еще, тебе станет легче.
— Он хочет, чтобы я перешла на ту сторону и шпионила. Дамблдор очень убедительно говорил. Не знаю, на какие убеждения он надеялся, но я не хочу этого. Я никогда не стремилась к признанию или славе, тем более к славе шпиона, который всегда оказывается в проигрыше в конце. Он сказал, что вы... — я осеклась, передумав говорить 'не верите', вместо этого сказав, — в опасности. Что это может от чего-то вас спасти...
Августа молчала, и это ее молчание казалось напряженным. Я подняла на нее глаза и удивилась, как Августа умудряется молчать и сдерживать рвущуюся через все щели и щиты ярость.
— Он перешел все пределы, — процедила она. — Он наплевательски отнесся к нашей гордости и жизням. Война войной, и я бы с радостью сразилась с этими грязными Пожирателями Смерти и с самим Тем-Кого-Нельзя-Называть, но такие финты ушами, это вне всяких правил. Такого ни один волшебник не потерпит даже от оплота Светлых сил, — мне показалось, она разговаривает сама с собой, что даже мое словечко употребила.
— Может, ну их с ними сражаться, а? — осторожно спросила я. — Может, мстить и не надо?
Августа уставилась на меня донельзя удивленным взглядом, и я поспешила объясниться:
— Есть шанс, что я смогу вернуть Алису и Фрэнка Лонгботтомов. Я... я действительно держала у себя тот медальон и не только с ним разговаривала, но и немного училась. Дамблдор говорил о моих так называемых природных способностях в ментальных науках, которые, по его мнению, должно быть, проявились, когда я отбилась от легилименции Снейпа, но на самом деле я долго тренировалась под руководством колдуна, заключенного в медальоне. Знаю, в это трудно поверить, но это правда. Колдун был вполне сознательным и много чего знал. Мне удалось уговорить его дать мне пару уроков... ментальных наук. А лекарь Сметвик сказал, что Лонгботтомов может спасти глубокая легилименция двоих магов, действующих вместе. Вот я и подумала, что я с ним могла бы попробовать...
Слова лились сами собой. Хотелось много чего сказать и трудно было привести мысли в относительный порядок. Я вновь посмотрела на Августу: теперь она была потрясена и недоверчива.
— Я хотела попробовать, но медальон уже бесполезен, — неловко себя чувствуя, сказала я. Хотелось вернуться к теме плана Дамблдора, но кто его знает, что решит Августа. Уже ее одно 'хочу сразиться' нагоняет недобрые предчувствия. Ну почему?! Почему никто в этой семье не может просто сбежать? Надо обязательно пойти надрать кому-то задницу и пофиг, что остался один наследник и старая ведьма! Это если меня, конечно, не считать.
— Ты... Это невозможно, — растерялась Августа. — Даже если ты действительно училась этому, это просто невозможно. Фрэнка и Алису не спасти... Как мог помочь этот медальон? — вернулась она к практичному резкому тону. — Этот колдун смог бы сам навести порядок в их сознаниях?
— Не знаю. Медальона я лишилась раньше, чем узнала об этом способе.
Видно было, Августа себя уже корила. Но все еще не верила.
— Дело в том, что есть вероятность существования подобных вещей и их количество очень ограниченное, если не сказать поштучное, — то ли переход к делу, то ли зелье подействовало так, что я смогла частично собрать мысли в кучку. — Я даже не знаю, как они выглядят и где их искать. Был еще дневник, его уничтожили четыре года назад в Тайной комнате Салазара Слизерина. Теперь, когда я увидела золотое кольцо у Дамблдора в кабинете, я думаю, что оно может быть точно таким же. Но... Августа, его нельзя просто попросить или одолжить, — я внимательно всмотрелась в морщинистое уставшее лицо. — Дамблдор очень трепетно относится к этим артефактам и скорее его уничтожит, а потом извинится, чем отдаст.
— Да. Если этот колдун сможет излечить их, я найду способ забрать кольцо и поговорить с ним, — Августа в задумчивости потерла подбородок, уже витая в своих мыслях.
— Августа! — окликнула я ее. — Только ни в коем случае не разговаривай с ним сама и не бери в руки. Пойми, это опасно. Я уже знаю, как он действует и только я должна с ним говорить.
Колдунья посмотрела на меня. Согласилась. Но по глазам вижу — сделает все по-своему.
— Чтобы ты поверила, что я могу больше, чем кажется, я еще кое-что расскажу, — вздохнула я. — Скажем так, я помню свою прошлую жизнь, и тебе раньше могло казаться, что я взрослее, чем положено по возрасту... Просто пойми, я не ребенок. И я могу зайти в Тайную комнату, потому что умею так-сяк говорить на парселтанге, так как меня ему обучали наги, которых мы встретили, когда путешествовали. В общем, я хочу, чтобы ты доверилась мне, и мы все дальше делали вместе. Дамблдор из нас все соки пьет, а теперь он мне не очень непрозрачно сказал, что хочет, чтобы я шпионила для него и для Гарри Поттера. И задницей чувствую, что если я не соглашусь, мне это еще аукнется, а если соглашусь, обернется еще хуже.
Августа смотрела на мое кресло, будто в нем вдруг оказалась не обычная девчонка, а какой-то иномирный дракон с задатками некроманта. То есть ее разум отвергал все сказанное мной. Я помолчала, ожидая, пока она сопоставит все факты, которые до нее доходили, сложит мозаику и вынесет вердикт, что это все — реальность. Да, возможно, стоило рассказать это раньше, но я боялась. Боялась того, что она не поймет. Теперь же все опасения казались пустыми. Сейчас мне хотелось выговориться, тем более тянуть больше нельзя, и рассказ сам собой потек, хоть и слегка запутанно и отрывисто, но я рассказала.
— Я нашла для нас небольшой домик и даже наложила по минимуму защитных чар, — взгляд Августы был рассеян, что казалось ее, ударили чем-то тяжелым по голове. — Ты правильно сделала, что забрала Коби к себе. Я поняла, почему мне не удавалось сделать новый дом полноценным домом Рода. Оказалось, что для этого нужен домовой эльф. Коби пропал.
Я уставилась на Августу, выдавившую из себя такое откровение.
— Как пропал?
— На зов не отвечает, в Хогвартсе его не видели с самого утра, если он, конечно, не пропал еще ночью.
Я выпустила воздух из груди и с надеждой уточнила:
— Даже если он мертв, это ведь никак не повлияет на твои планы? Мы ведь можем купить нового?
— Можем, — кивнула она, все так же будто заторможенная. — Но для этого надо идти в Лютный переулок или искать по полям и лесам выгнанных эльфов. Просить я об этом никого не могу.
— Да и гиппогриф с ним. И с домом и с эльфом, — махнула я рукой и осторожно потрясла Августу за плечо. — У меня есть одно место на примете. Очень надежное.
Августа уставилась на меня круглыми, расширившимися до размера блюдечек, глазами. Я улыбнулась как можно более ободряюще. Быстро поменялись мы ролями успокаивающего, очень быстро.
— Что-то еще, Августа? — спросила я на всякий случай.
— Да, — колдунья прокашлялась, приходя в себя. Хотя взгляд все еще ошалелый. — Наверное, я должна тебе об этом рассказать. Сметвик сказал, что ты можешь не дожить до своего совершеннолетия.
— Это не новость, — криво усмехнулась я. — На меня тут с двух сторон две силы давят.
— Нет. Не в этом дело, — она затаила дыхание, смотря прямо мне в глаза и будто в пропасть бросилась. — Твое тело надо регулярно укреплять, иначе на совершеннолетие никакие печати не помогут сдержать магию. Это единственное, что может дать тебе шанс выдержать нагрузку. Надо начать как можно раньше. В Мунго мы вернуться не можем, и остаются только зелья, но я не могу их достать.
— Деньги? — спросила я осипшим голосом.
— И зельевары. Мы можем договориться, чтобы они присылали нам кое-что совами, но некоторые зелья нельзя встряхивать или нужно выпить сразу после окончания варки, иначе они пропадут.
Августа потерла переносицу, ей было очень тяжело справляться со многими проблемами сразу.
— Значит, спрячемся либо в новом доме, либо в моем убежище. Лучше все же в убежище, хоть тот дом и чужой, но у него огромная защита. Деньги где-то достанем. Договоришься с зельеварами с надежной репутацией, будем путешествовать камином или даже портал сможем достать... Остается кольцо и деньги... Ну и... — я помялась, извиняясь, посмотрела на Августу, вжав голову в плечи. — У меня есть карманный василиск, которого нужно либо забрать с собой, либо отправить в Азию.
— Василиск? Нет, я даже не хочу знать, как он у тебя оказался, — махнула она рукой с очень красноречивым выражением лица, ничему уже не удивляясь. — Мерлин! Темная тварь у тебя, — она мотнула подбородком в шоке с налетом осуждения.
— Да все нормально, он меня слушается, как Шерлок. Я же на парселтанге говорю, помнишь? — натужно улыбнувшись, попыталась я сгладить новость. — Так что, когда делаем ноги из Хогвартса?
— Мне нужно время, чтобы придумать, как одолжить кольцо...
— Украсть, будем называть вещи своими именами, — поправила я. Не хотелось, чтобы Августа все еще могла думать, будто сможет просто одолжить его. — А Дамблдор не сможет вытянуть легилименцией этот план из тебя?
Августа вновь на меня уставилась, будто заново увидела.
— Артефакты на мне. Сомневаюсь, что он вообще осмелится применить легилименцию на мне. Прямая легилименция запрещена законом, а от поверхностной могут защитить артефакты. Ты, надеюсь, серьезно относишься к этой легилименции? — нахмурила она строго брови.
— Очень, — кивнула я поубедительней. Августа прищурилась. — Да, я очень осторожна с ней. Все нормально, — не выдержала я ее взгляда следователя.
— Зря ты надеешься на порядочность директора, он сегодня и не такими финтами меня шокировал, — сменила я тему. — В общем, избегай разговоров с ним... И со Снейпом... И с МакГонагалл...
— Может, мне вообще запереться в своем кабинете? — приподняла она седую бровь. Вот это моя Августа вернулась!
— Нет, конечно, но лучше не рисковать, да? И я хочу забрать с собой еще пару человек, кроме Невилла. Так что это надо учесть. Надо еще, наверное, запастись едой. Я не знаю, как с этим дела в убежище. Сможешь открыть камин, чтобы мы сейчас пошли туда и проверили?
— Стой-стой, — ухватила меня Августа за локоть, когда я встала с кресла, в порыве идти и действовать. — Недельку мы еще можем позволить себе. Поэтому не спеши. Сегодня ты уже никуда не пойдешь. Ты ляжешь и отдохнешь. Все это можно сделать и завтра и послезавтра. Камин может открыть только директор школы, поэтому мы будем аппарировать.
— Директор будет следить за нами, — осенило меня, и я бухнулась обратно в кресло.
Августа снова на меня посмотрела, будто впервые увидела.
— Ну-у-у, — протянула я. — Надеюсь, за эти несколько дней Дамблдор не успеет что-то предпринять или на вас с Невиллом надавить. Я сделаю вид, что послушалась его и покручусь немного вокруг Поттера. Справишься с похищением кольца?
— Справлюсь. Ладно, спи сегодня здесь. Завтра будет легче. Тебе нужно привести себя в порядок. Я попрошу домовиков принести ужин, — поднялась на ноги Августа и, вспомнив, достала из кармана мою палочку и отдала ее. Шерлок сидел все это время в клетке, накрытой темной тканью, и только теперь Августа передала мне его на руки.
Августа ушла за обедом, который я пропустила, а я осталась в кресле наедине со своими мыслями. Итак, я, наконец, рассказала Августе все: и о второй жизни, и о шансе спасти Лонгботтомов, и о василиске, и о втором убежище, и частично о Томе. Шокировала Августу. Узнала, что мне еще грозит. Вся эта катавасия с телом порядком надоела, но ничего не поделаешь. Дали мне силенок в довесок, а удержу ли я их в руках спросить забыли. Честно, больше проблем от нее, чем пользы. Оставался риск, что Дамблдор рискнет и сделает, какой-то акробатический кульбит директорской мысли и узнает все это у Августы.
Я стукнула себя по лбу. Ну, вот что мне стоило скрыть все это? Можно ведь было рассказать про план Дамблдора и рассказать о необходимости наличия у меня этого золотого колечка! Нет, блин, Айрли решила, что хватит водить Августу за нос, а меж тем Августа целыми днями встречается нос к носу с директором, как преподаватель! Надо было рассказать все, когда мы спрячемся на Гриммо! Да и что ты вообще, великий стратег, будешь делать с Каном и Хелен, которые уже засветились в твоей самодеятельности? И их с родителями спрячешь? Уже не три человека, а семь-девять.
Захотелось, как Добби во втором фильме, схватить торшер и хорошо себя ударить, чтоб мозги на место встали.
А вдруг Августа и правда решит, что василиск+парселтанг+Тайная комната+редкие темные артефакты=совсем не ее знакомая с детства Айрли? Да, она меня знает. Смирилась же с моим поведением, когда я выживала из музыкальной школы мымру, оравшую на детей? Но одно дело: детские выходки, а другое — человек, проживающий вторую жизнь. А ну как экзорцистские ритуалы проводить начнет?! Не была бы Августа так уверена во мне — не сбежала бы так быстро на кухню.
Я хорошенько встряхнула головой. Паранойя, штука полезная, но порой очень нервирующая.
А с чего я вообще вдруг рассказала все? Слово за слово и понеслось. Может, действие дурмана директора не прошло?
Я вскочила с кресла, не в силах больше сидеть и быстрыми шагами заходила по комнате. Шерлок соскочил в кресло, перепуганный моим поведением.
— С одной стороны — пережитый стресс, — сказала я себе вслух, пытаясь разобраться с кутерьмой возникшей в голове. — С другой — директор вряд ли в такой подходящий момент окно открыл просто так.
