Я остановилась у окна и обернулась к дубовой крепко сколоченной двери.
— А с чего я вообще решила, что Августа пошла на кухню? Ну что ты, Айрли, совсем шарики за ролики заехали? Чтоб Августа тебя сдавать пошла? Ну и бред.
— А почему нет? — спустя минуту спросила себя. — Молодчина ты, конечно. Слова подобрала так замечательно, что вышло со стороны так, будто ты не злишься и не хочешь отомстить за Лонгботтомов. И ты у нас вообще уникум в семье: все рвутся в бой за благие идеи, а ты прячешься по всяким убежищам и темными артефактами балуешься, прогуливаясь с василиском в Тайной комнате.
В панику я не ударилась, наверное, только благодаря успокаивающему зелью, данному Августой в самом начале разговора.
'Надо проверить, действует ли еще тот дурман или нет. И узнать, что это вообще за трава', — решила я. А кто у нас в зельях разбирается лучше всего и сможет быстро сказать, что со мной? Правильно, учитель зельеварения. Но не Снейп.
Забрав Шерлока и оставив на столе записку, что вышла на пять минут в туалет, я пошла в слизеринские подземелья с твердым намерением следить за языком. По подземельям я в буквальном смысле прокрадывалась. Не дай Мерлин, встретить кого-то, время-то послеобеденное, все либо учатся в библиотеке, либо отдыхают. Из-за этого и шла довольно долго.
Слизнорт человек новый и во всех этих игрищах нигде не светился, но я все равно готова была ко всему, стуча к нему в двери.
— Простите за беспокойство, профессор, — почти шепотом сказала я, когда передо мной предстал Слизнорт в нарядной мантии. Похоже, он куда-то собрался. — Мне очень срочно нужна помощь опытного зельевара и просто хорошего понимающего человека.
Как нужно с ним разговаривать, я поняла еще на уроках.
— С вами что-то случилось? — пузатый декан Слизерина изобразил обеспокоенность. — Мисс Лонгботтом, но вы ведь с вашей уважаемой бабушкой отбывали в Мунго на пару дней, не так ли?
— Так, но мы уже вернулись, — медленно выговорила я, стараясь не говорить лишнего. — Понимаете, похоже, кто-то счел забавным чем-то меня отравить, но я даже не уверена, что это так. Подозреваю только, что это был дым от каких-то трав.
— Может, тогда лучше будет наведаться к мадам Помфри? — неуверенно спросил Слизнорт, уже профессиональным взглядом осматривая меня на наличие симптомов.
— Не думаю, что она обладает такими обширными познаниями, как вы, сэр.
— Ну-те-с, тогда входите, входите, — смилостивился Слизнорт, лучась улыбкой. — Присаживайтесь и рассказывайте. Я помогу определить, что это за яд.
Его кабинет был жарко натоплен и переполнен мебелью. Пахло кофе, корицей и свежими булочками. Я присела на мягкое кресло, почти утонув в нем, и проигнорировала пуфик, украшенный кисточками, Слизнорт устроился напротив.
— Единственное, что я знаю — это сильный цветочный запах, похожий на приторные женские духи. После этого я стала слишком болтливой, говорю все подряд, без разбору, стоит только рот открыть, как слово за слово и я озвучиваю все, что хотелось раньше сказать или все, что вертится на языке.
— Вы уверены, что это был кто-то из учеников? — спросил профессор, приподняв брови.
— Это важно? — я прикусила язык. — Я ни в чем не уверена, сэр.
— А запах был похож на аромат лилий?
— Да... кажется, да, — постаралась я припомнить въевшийся аромат дурмана. — Но не только.
— То, что вы рассказываете, очень похоже на один метод, малоизвестный среди волшебников и довольно дорогой сбор специальных трав... И очень опасный... Больше всего улавливается аромат лилий, так как он слишком сильный, остальные приглушены на его фоне. Если я прав, то его действие зависит от того, сколько попало в легкие. И последствия вы уже заметили сами. Очень опасное, непримечательное и, честно говоря, запрещенное, вам повезло, что вы относитесь к себе с таким вниманием, иначе беды не миновать... Из последствий может быть нервозность, доверчивость, болтливость. Не такая сильная, как у обычного зелья Болтливости, но такая же действенная. Вы должны поделиться с кем-то из администрации школы. Они должны знать, что подобная вещь находится у ученика.
— Разумеется, администрация школы узнает, — с кислой миной согласилась я. — Ведь она так заботится об учениках. И обо мне обязательно позаботятся, я ведь минут пять точно дышала этой гадостью.
— Сейчас-сейчас, не будем терять времени, — покряхтывая, он направился к своему саквояжу, прислоненному к стене. — Нейтрализуется экстракт очень просто. Вот это... нет, вот это зелье очистит кровь и выведет токсины, — он поднял в руке флакончик с грязно-зеленой жидкостью, — он встал и протянул его мне. — Съешьте.
Я с подозрением приняла прозрачную емкость с широким горлышком из его рук. Перевернула его, чтобы выпить, но пришлось потрясти, чтобы тягучая жижа выпала из флакона. Пришлось его, действительно, разжевывать.
— Ну а теперь осталось только немного подождать. Обязательно скажите об этом своему декану.
— Обязательно. А вы не знаете, сколько оно выветривается и сколько выводится?
— Выветривается очень быстро, поэтому оно и вышло из широкого употребления. Достаточно полминуты, чтобы оно развеялось и остается только легкий аромат лилий, что исключает применение его на открытом воздухе. Это зелье выведет его минут за десять, поэтому могу вас пока угостить чаем.
— С удовольствием, — быстро согласилась я, рассудив, что занятые кружкой губы скажут меньше.
Профессор завозился с чайником и чашками, а я присела обратно и осмотрелась более придирчиво. В целом, в покоях Слизнорта было комфортно: везде мягкие подушки, кресла, пуфики, диванчики; и довольно роскошно — хозяин не жалел денег на обустройство своей норки. Только ни одной картины нет. Даже натюрморта. Оно и понятно, учитывая, что портреты переходят из рамки в рамку. Вдруг тут что-то личное происходит, а портреты начнут суфлировать?
Слизнорт вернулся уже с чаем и вазочкой с печеньем. Шерлок выбрался из капюшона, спрыгнул на колени и принюхался. Я еле держала его от прыжка на стол к угощению.
— Простите, он, наверное, сильно проголодался, раз набрасывается даже на печенье. Наверное, Августа не смогла его покормить. Он вообще-то приучен к правилам хорошего тона, — извинилась я, усаживая хорька на колени и стараясь через мысле-связь его пристыдить.
Почему-то мне показался немой укор в черных звериных глазках. 'Значит, сначала уходишь, когда тебе обещают принести еды, а потом ешь тут без меня', — будто спрашивал меня он.
Но декан Слизерина нас рассудил:
— Тогда покормите его, — хохотнул волшебник. — Право, нечестно с нашей стороны есть, когда кто-то рядом очень голоден.
— Голодный сытому не товарищ, — вспомнила я.
— Верно, — улыбнулся профессор. Я взяла два круглых печенья и дала Шерлоку, постаравшись, чтоб накрошил только мне на мантию. Не думаю, что Слизнорт обрадуется, если я натрушу крошки на его мохнатый ковер. Так хоть очистить заклинанием можно.
— Знаете, мисс Лонгботтом...
— Просто Айрли, профессор, если вам удобно. Вы мне только что очень помогли, и я этого не забуду.
— Хорошо, Айрли, — одарил меня дружеской улыбкой Слизнорт. — Я хотел сказать, что у вас замечательный хорек. Я не сомневаюсь в ваших словах, что он очень воспитан, но неужели вы его просто носите с собой без клетки? Он не причиняет неудобств? Кроме того, ваши однокурсники не возражают против его компании за столом или в спальне?
— Да нет, у нас в школе, или все-таки больше в Гриффиндоре, правила приличий особо не соблюдаются, — пожала я плечами. — Некоторые на них внимания не обращают, другие сами не соблюдают и умудряются говорить свое фе, когда кто-то просит их последовать собственному примеру. Но Шерлок — мой фамильяр, так что я не хочу ограничивать его какой-то маленькой клетушкой.
Я вновь поняла, что стала говорить лишнее. Ну вот зачем было вспоминать про фамильяра? Я поспешила перевести стрелки, но вышло опять не то.
— Да и я считаю хорьки более чистоплотные, чем крысы. Рон Уизли, к примеру, три года спал в одной кровати с крысой. И крыса притом, совсем не домашняя была, серая, облезлая, будто с ближайшей канавы.
— Ужас просто! — всплеснул руками Слизнорт, подкладывая себе еще кубик сахара в чай.
— Это уже потом оказалось, что крыса на самом деле анимаг Питер Петтигрю, — впервые улыбнулась я.
— Бррр, ужасы какие расскажете на ночь глядя, — картинно махнул на меня рукой Слизнорт, пожурив. — Крыса в постели! Или за столом! Хорошо все-таки, что мне рыбку подарили, а не крысу или собаку.
Как-то так восхищаясь и спрашивая, Слизнорт и вытянул из меня историю Питера Петтигрю и Сириуса Блэка, произошедшую два года назад. Я вроде бы ничего лишнего не сказала. Лаз я обошла стороной и постаралась о нем даже не думать, как и о карте Мародеров. Про мантию-невидимку Поттера проболталась, но тут же попросила о секретности.
А сама себя спросила: если Поттер — главный герой, то какова вероятность, что именно у него подлинная мантия-невидимка, а не дешевая подделка? Как проверить это я себе никак не представляла. Пока.
— Ох, вы так хорошо осведомлены в этих делах! — всплеснул он руками. — Признаться, мне интересны подобные истории, но сам я никогда бы не стал принимать в них участие. Для меня это все слишком опасно, да и годы уже не те, чтобы радоваться новым приключениям... Да вам, Айрли, вообще было одиннадцать? — всполошился он. — Недаром вы на Гриффиндоре. Сей факультет издавна славился смелыми людьми...
— Сорвиголовами, — фыркнула я, отняв чашку ото рта. — Я уже жалею, что выбрала Гриффиндор. Слизерин или Когтевран мне теперь кажутся куда более спокойными и безопасными.
— Забавно, забавно. Значит, Шляпа хотела вас отправить на мой факультет?
— Да. Но я представила, как отреагирует бабушка, и Шляпа закричала 'Гриффиндор', — вновь глотнула я уже остывшего чая.
— Ох, глупые предрассудки, — досадливо поморщился декан Слизерина, взяв печеньку. — Жаль, жаль, что вы не на моем факультете. У нас, знаете, подход к образованию и окружающему обществу другой. Насколько я заметил, не в обиду вам, среди гриффиндорцев мало кто серьезно интересуется учебой. Вам, такой любопытной личности, должно быть, этого не хватает.
— Что вы, профессор, какие обиды? Да, есть такое, да и, тоже никому не в обиду, прежний преподаватель обладал весьма отпугивающей аурой. Тот, кто пережил его метод преподавания и не потерял интерес к предмету, действительно чему-то научится. Книги — хорошие собеседники, а если найти парочку друзей, которых интересует что-то кроме квиддича, то и собеседники найдутся. Все не так уж плохо, — пожала я плечами.
— О, я уже наслышан о профессоре Снейпе, — улыбнулся он. — Я стараюсь непредвзято относиться ко всем ученикам, это не профессионально, уделять внимание только своим студентам. Любой ученик может просить у меня помощи или совета. Я прежде всего преподаватель, а потом уже декан Слизерина, — гордясь собой, вымолвил он. — Кстати, Айрли, вы ведь придете ко мне на званый ужин? Я планировал его послезавтра. Надеюсь, вы свободны?
— Да, я приду, — призадумалась я. А затем поняла, что вроде бы попустило. — Также в шесть, сэр?
— Да. Я приглашу одну свою знакомую. Вам всем будет интересно.
— Не сомневаюсь, — отставила я пустую кружку в сторону. — Простите, что задержала вас так надолго. Вы ведь куда-то собирались?
— Ничего страшного. Всего лишь выпить кружку сливочного пива в 'Трех метлах', — вновь махнул рукой профессор. — Как вы себя чувствуете? Зелье должно было уже подействовать, — посмотрел он на настенные часы.
— Такое, конечно, сложно отследить, но вроде бы лучше. Спросите меня что-нибудь, о чем можно говорить часами, — попросила я.
— Какие у вас планы на будущее? После СОВ в следующем году придется выбрать направление и желательно будущую профессию.
— Честно говоря, я даже еще не думала об этом, — коротко ответила я.
— Может, у вас есть интерес к определенным наукам?
— К некоторым есть, — улыбнулась я, подумав о легилименции, ритуальной магии и артефакторике. В двух из трех я все еще была профаном. А попробовать хотелось. — Мне нравятся чары, ЗОТИ, когда преподаватель хороший, в зельях я не очень хороша, но пытаюсь совершенствоваться, — и не без удовольствия замолчала.
— Может, научная деятельность или Министерство? У вас есть стремление к лучшему и хорошие шансы занять высокую должность, если вы, конечно, будете и дальше посещать собрания Клуба Слизней, — хитро улыбнулся он.
— Я не слишком люблю, когда мной командуют, так что начинать карьеру с клерка — это не мое, — так же хитро ответила я. — Но мне нравится что-то изучать и не только теоретически.
— Отдел тайн, а? — засмеялся Слизнорт моей попытке выбить что получше. — Тайны и загадки?
Я пожала плечами, улыбаясь.
Поблагодарив еще раз Слизнорта, я попрощалась и вернулась обратно в кабинет Августы. Шла я так же долго, стараясь никому не попасться по пути и выбирая тайные ходы, поэтому встретила меня рассерженная колдунья. Пришлось сочинять на ходу, что мне хотелось побыть одной, так как не было меня около часа. На столе меня уже ждал поднос с едой и вместе с Шерлоком взялась его уничтожать, наблюдая за Августой. Теперь я ощущала всесильное спокойствие, которое с самого начала должно было мне подарить Успокаивающее зелье, и всерьез осмысленно стала просчитывать реакцию Августы.
Палочку и Шерлока она мне отдала перед тем, как уйти. Значит, врагом меня не считает. Это плюс.
Про проблемы с деньгами, наконец, призналась. Рассказала про зелья и новую опасность моей скорой смерти. И про Коби не испугалась рассказать. Такая уж Августа: проблемы будет от нас с Невиллом скрывать до последнего, чтоб не шокировать, наверное. В этом мы похожи. Может, кстати, она тоже успела отравиться дурманом с запахом лилий? Тогда совсем чуть-чуть и сейчас, вот, сидит, проверяет какие-то пергаменты, а не рассказывает мне все подряд.
В план похищения кольца надо все-таки вмешаться, чтоб быть в курсе. Августа много чего умеет и годы мыслить здраво позволяют, но она не тот человек. Она не привычна к таким делам. О, а я привычна? Мне же еще надо мантию у Поттера проверить и придется красть ее, если она оригинал... А красть не хочется. Внутри что-то этому очень противится и говорит, что я буду не лучше Джинни. С другой стороны, это вопрос первостепенной важности для меня, а Поттеру полезно будет поизучать дезиллюминационные заклинания. Я ведь не просто так в сундук к Поттеру полезу, а за конкретной вещью. Если попрошу, ведь не отдаст. Насколько я помню, это вещь его отца. Да и если возьму, то вряд ли верну...
========== Глава 68 ==========
Вернувшись в гостиную Гриффиндора утром, я с удивлением встретилась с множеством направленных взглядов. Постаравшись не обращать на них внимания, направилась к лестнице наверх. И как, спрашивается, они могли узнать об инциденте в Мунго?
Только я повернулась спиной, гостиная зашумела шепотками. Рука сама собой потянулась к палочке, но усилием воли, сжав зубы, я опустила ее. Эллис и Мэри, шушукаясь, покинули общую спальню, когда я зашла. Хелен сидела молча, наблюдая пока я прохожу к кровати и заваливаюсь на покрывало, а затем, когда я начала методично дырявить полог Режущим заклинанием, заговорила.
