А вообще-то у меня есть план Б — Сириус Блэк.
Как только ко мне пришла эта мысль, я поняла, что надо бежать к Августе и предупредить ее.
Я приказала комнате открыть двери на этаже, где находятся апартаменты Августы и на ходу обдумывала план во всех деталях.
Обнаружила я Августу за письменным столом с волшебной палочкой.
— Чем-то занята? — первым делом поинтересовалась я.
— Мелочь, — сказала она, поднимая на меня затуманенный взгляд, который тут же прояснился. Видно, я ее оторвала от напряженных раздумий. — Артефакт, который Дамблдор раздал всем членам Ордена, я решила проверить у специалистов. Буквально только что мне прислали письмо с разъяснением истинных функций этого артефакта.
При приближении я заметила на полированной поверхности стола знакомый медальон Молли Уизли. Только этот был целым и очень старым, будто его только что с гробницы фараона какого-нибудь достали.
— Никогда ничего не бери из рук Альбуса Дамблдора, — продолжила колдунья. — Оказалось, что артефакт при невнимательном осмотре можно принять за защитный амулет, руны защиты сознания очень хорошо выделены, но сердцевина амулета делает его действие полностью противоположным. Он нейтрализует все артефакты для защиты сознания.
— Ты его носила? — поинтересовалась я.
— Нет.
— Хорошо. А кто еще получил такой артефакт?
— Насколько я знаю, все. Причем при мне, — сдвинула седые брови Августа, разглядывая простой овальный камень в ее руке. — Хорошо, что я решила проверить его. Я не понимаю только, зачем ему понадобилось сознательно ослаблять свой Орден перед Сама-Знаешь-Кем. С помощью этого амулета любого члена можно просто вычислить поверхностной легилименцией.
— А может он как раз решил избавиться от нескольких членов Ордена? Или проверить мысли подчиненных? — начала я понимать.
— Вряд ли. Он никогда не сообщал своих собственных планов. Сходите туда, переубедите тех, защитите этих. Хотя после такого смерть Эммелины Вэнс уже не кажется случайной, — знакомые морщины Августы приобрели еще большую четкость: она вновь задумалась.
— Молли Уизли начистила свой артефакт до блеска, — привлекла я внимание. — Под предлогом очистки от грязи она испортила защитные руны на артефакте. Я так понимаю, от этого он стал бесполезен?
— Не знаю, — к моему удивлению, честно ответила Августа. — Я не разбираюсь в этих разделах. Но вероятно это так. Нужно уточнить, — с этими словами она потянулась за чернильницей, пером и пергаментом.
— Кстати, мужу она тоже под этим предлогом артефакт испортила, — сказала я, наблюдая, как Августа выводит буквы. Перо надавило чуть сильнее.
Вообще-то замечательная идея. Уизли Дамблдор, поди, лично предупредил. Опять же, вряд ли прямо сказал, что хочет избавиться от излишков Ордена, а может и прямо, если Уизли поддерживают его идею 'ради общего блага мы готовы на все'. Слишком сложно, правда, проделывать такую авантюру для одного человека... С другой стороны, может и не для одного.
— Я ухожу из Ордена. Теперь наша семья нейтральна, — ошарашила меня Августа, запечатывая пергамент в конверт.
Я чуть было ее не расцеловала от такого заявления. Я чувствовала, как во мне расцветает цветочный сад. Хотелось заорать 'Наконец-то!'
— Теперь я всего лишь преподаватель дополнительных занятий в Хогвартсе. Как только мой контракт на год закончится, я могу покинуть свой пост, — продолжала бабушка.
Вот ведь гад! Августа, получается, подписала магический контракт, раз не может покинуть должность. Ага, а Августа могла подумать летом, что это хорошая гарантия для нас, чтобы получить защиту аж на целый год. Ну, жучара бородатый! Ничего, потерплю я его еще год. Августу ведь не брошу.
— Кстати, я зачем пришла? — вспомнила я. — У меня есть план, как достать кольцо. Называется, отвлекающий маневр. Сейчас я свяжусь с Сириусом Блэком и попрошу его прийти в кабинет Дамблдора и созвать весь Орден. Блэк мне кое-что должен. Пока он будет отвлекать всех, ты заменишь настоящее кольцо на подделку. Чем больше народу, тем легче будет все провернуть. Кольцо лежит на одном из столиков слева от входной двери. Так что тебе придется еще немного побыть в Ордене. Ну как план?
Августа удивленно на меня уставилась, став похожей на филина с вытянутым лицом.
— Ну, Августа, пора уже привыкать, — улыбнулась я.
— Хорошо, — колдунья медленно закрыла глаза и помассировала их пальцами. — Когда ты сможешь связаться с ним?
— Да хоть сейчас. Нужно, как можно быстрее, потому что Блэк может покинуть Гриммо и все испортить.
— Тогда спеши.
Я с трудом нашла в свалке, под названием карманы нужный пергамент (у меня их стало слишком много) и позаимствовав у Августы перо и чернильницу написала Блэку.
'Сириус, ты сейчас где?'
'В доме сижу. Жду'.
Даже за этой короткой строчкой, мне почудилось недовольство Блэка ожиданием, пока Кикимер очистит дом. Хорошо, что за день домовик не успел. А Блэк вообще должен радоваться, что сам этим не занимается, хотя я могла бы заставить.
Я изложила ему свою просьбу и попросила содействовать во всем Августе, но так, чтобы она оставалась вне всеобщего внимания и спасти ее в случае опасности. Ну и оставаться пока в доме. Нам нужно было время для изготовления подделки. Сама Августа, пока я переругивалась с этой королевой драмы, создавала под моими указаниями простенькую иллюзию кольца, чтобы заказать точную копию у ювелира. Тому позже придется выложить хорошую сумму за срочную работу, но слава Моргане, подделку мог сделать и магл. А галлеоны, чую, мне все-таки придется позаимствовать у Блэка. 'За спасение', так сказать.
Время близилось к ночи и нам пришлось разойтись, договорившись, что Августа сообщит мне по зеркалу, когда получит подделку на руки. Мне удалось (должна сказать, с трудом) убедить Августу, чтобы я была посредником между ней и Блэком.
Следующее утро началось для меня с оправданий. Я оправдывалась перед Хелен, что совсем забыла, что сегодня Слизнорт собирает вечеринку и нашу тренировку придется снова отложить. Пришлось ей долго объяснять, что Слизнорт для меня очень важен, но и про тренировку я не забуду и просить объяснить это остальным.
Сразу после завтрака я с Хелен отправила письмо Скитер с просьбой о личной встрече. Я собиралась дать ей неплохой материал для статьи и поговорить об анимагии. Фазу с приемом зелий для улучшения трансформации тела мы уже прошли, оставались постоянные попытки обернуться полностью, а не только одной частью и эта фаза норовила растянуться надолго. Но она хотя бы не требовала постоянного присутствия рядом Скитер, потому что теперь у меня была Хелен, которая могла повернуть трансфигурацию моего тела вспять, если что-то пойдет не так. У Хелен были не такие успехи, как у меня, ведь она начала позже и с высшей трансфигурацией человека была не в ладах, но упорства ей не занимать. Тем более что она настроена серьезно стать лекарем. Журналистка же благополучно отошла от нашего обучения, изредка отвечая на наши вопросы, когда требовалась помощь.
Передвигались из кабинета в кабинет мы с Хелен очень осторожно, ведь мы находились в ожидании действий неугомонного трио. Конечно, Дамблдору нужно время, чтобы дать им нужное ему объяснение ситуации (а может и вовсе без объяснений, а просто дружеский старческий совет с заговорщицким подмигиванием), а также дать время трио на осмысливание полученных указаний и составление плана действий. По моей прикидке, Грейнджер нужен как минимум день, чтобы осмыслить все и уговорить мальчиков, но рисковать с преждевременной встречей мне не хотелось.
Невилл при мимолетной встрече в гостиной и в коридоре куксился и не решался заговорить. Пусть помаринуется, я не собираюсь извиняться. Мне не за что. Дам ему пару дней собраться с силами. Скитер я все равно пока попридержу, а потом придется идти навстречу.
Благополучно отоспавшись на истории магии, мы с Хелен опять перебежками с оглядыванием отправились на чары. По программе (как я поинтересовалась у Флитвика) мы должны будем изучать Манящие чары до ноября практикуя их от подушек до стульев, а то и после будем практиковать, если не все обучатся. Меня такая система добивала. Манящие чары я знала уже где-то на втором курсе, а Хелен обучила около года назад, как и всех ОСТов, и потратила на все про все полторы недели до безупречного исполнения! Главное мотивация и постоянная домашняя работа, и что очень важно — практическая, а не письменная. А мы уже, считай, месяц мучаем эти чары, а большая часть класса все равно не может.
Чтобы не выглядеть белой вороной, я привычно размахивала палочкой и мотыляла подушкой то от себя Отталкивающим заклинанием, то к себе. Хелен по молчаливой договоренности устроила со мной соревнования, чья подушка быстрее. В общем хаосе летающих подушек в классе наши ухищрения не особенно выделялись. Впрочем, мы умело шифровались — опыт безделья на уроках позволял.
К концу урока Флитвик попросил всех прочитать три книги по Манящим чарам (кто там их хотя бы откроет?), а нас с Хелен остаться и собрать все жертвы... кхм, в смысле подушки. Дело привычное. Мы пожали плечами и с удрученным видом стали призывать к себе подушки Манящими чарами. Флитвик сидел на кипе книг, заменяющих ему стул, и переводил дух. Некоторые особо одаренные ученики умудрились призвать Манящими чарами самого преподавателя, то ли специально, то ли нет — неясно.
— У вас все прекрасно получается! Молодцы! — похвалил он нас. Флитвик никогда не был скуп на похвалу. С опыта прошедших лет, даже скажу, что он нянчился с каждым своим студентом, независимо от факультета, и за все годы не потерял мою симпатию. Что, впрочем, не мешало мне плевать с высокой башни на эссе по чарам, периодически искушая Хелен присоединиться. Она стоически терпела до последнего, но рано или поздно (чаще все-таки поздно) сдавалась. Даже дополнительная литература с разновидностями изучаемых чар не спасала ее стремление к порядочности.
— Можете еще взять из библиотеки книги по этому заклинанию. Вам будет интересно, — Флитвик заторопился, ища пергамент, чтобы записать названия и авторов книг. Хелен взяла пергамент, пробежалась по паре строчек глазами и ответила:
— Я уже просматривала эти книги, профессор. Боюсь, ничего нового мы в них не найдем.
— Да? — удивился Флитвик. Ведь раньше она такого рвения не показывала. Я же прикинулась валенком, будто я здесь не причем и тоже удивленно подняла брови. — Дальше по программе я не могу вам дать что-то к изучению. Мы перейдем к ним чуть позже, а пока вы можете навредить кому-нибудь без преподавательского ока, не в обиду вам сказано будет. Даже самые сильные студенты порой ошибаются. Тогда я посоветую уделить больше внимания другим предметам, ведь СОВ вы будете сдавать не только по чарам.
Хелен покивала расстроенно. Как она объяснила позже, она надеялась отжать что-нибудь. В идеале — дополнительные занятия. Но профессор против программы не попер. А мы поползли на обед, ожидая небольшого перерыва. Хотя скорее времени почитать действительно стоящие вещи. Но этому не суждено было сбыться сегодня. На удивление, мой братец всего за шесть часов набрался смелости и решимости. Сразу видно — растет парень.
— Знаешь, я подумал, что у каждого из нас свои друзья и из-за этого мы не должны ссориться, — начал он, когда мы отошли в сторону, оставив Хелен одну.
'Конечно, ты САМ подумал, — мысленно ответила я. — Если это не точная цитата Августы, то я не я'. А вслух сказала:
— Что правда, то правда. Друзья у нас разные, но раздора в семье из-за этого не должно быть.
— Но почему ты считаешь, что ОД — это пустое место?
Я закатила глаза. А так все хорошо начиналось!
— Я не спорю, — подняла руки в защитном жесте. — Вы там вместе занимались и тренировались, изучали заклинания. Я не считаю ОД пустым местом, мне просто не нравится, во что тебя втягивают.
— Меня никуда не втягивают! — сразу же возразил он. — Я сам решил прийти на помощь другу. По-твоему, я должен был сказать 'Простите, ребята, я вернусь в школу, потому что это может быть опасно', развернуться и уйти?
По правде, я предпочла, чтобы он так и поступил, но на его месте друзей тоже не бросила. Вся загвоздка в том, что в свои друзьях я уверена и уверена, что некий директор их не науськивает.
— Я уже говорила, что не запрещаю с ними разговаривать, избегать их или еще чего подобного. Просто будь настороже и не давай пудрить себе голову. К любым словам относись с сомнением. В первую очередь, думать нужно о себе и своих близких. Только мы с тобой остались у Августы. Не хочешь представить, что почувствовала бы я, если бы ты погиб в битве, то представь, какой удар это будет для бабушки.
Невилл сник, проглотив язык. Я решила, что момент самый подходящий, чтобы рассказать.
— Тем более что ты ее единственный оставшийся кровный родственник.
Молчу и жду, пока спросит. И братец меня не разочаровывает.
— В каком смысле?
— Я совсем недавно узнала, что мой отец — Барти Крауч-младший. Ага, ты правильно понял, тот Пожиратель Смерти, который проник в школу под обликом Грозного Глаза Грюма. Тот, который в розыске.
Невилл шокирован и делает шаг назад. Рот то открывает, то закрывает и все пятится и пятится. Так еще и убежит, не дай Мерлин, и перекрещиваться по пути начнет.
— Ты думаешь, я виновата, что такое произошло? Думаешь, я могла что-то сделать? — поднимаю брови, обращая его внимание на его же отступной маневр. — Я сказала ему, что не считаю его отцом и это все. Вы с Августой моя семья. Просто хочу, чтоб ты знал.
И сделала непринужденный вид. Лишь бы он сейчас не начал сначала свою волынку...
— Я понимаю... — промямлил братец. — Мне нужно подумать над этим.
— Без проблем, — крикнула я ему вслед, так как он уже развернулся спиной.
А мы с Хелен поползли на ЗОТИ к Снейпу. Тоже третью неделю тренировать щитовые чары.
Обновленный кабинет ЗОТИ мог самолично использоваться как иллюстрация к книге о темных искусствах и их воздействии. Куда ни глянь — картины с кричащими, разлагающимися или синими от удушья волшебниками. А то и вовсе красная кашица, обозначавшая то, что осталось от жертвы местного зомби — инфернала. Кто-то из наших еще поинтересовался: 'А Сами-Знаете-Кто применяет инферналов?', на что Снейп ответил, что в прошлую войну он их использовал. 'А демонов?' — спросил кто-то любопытный из Когтеврана. 'Демонов не вызывали после окончания войны с Гриндевальдом. И вряд ли они уже объявятся', — был ответ. Я еще задумалась, а почему тут нет демонологов, как в любом приличном фэнтези? Но как и в тот раз, меня отвлек Снейп, вызвавший в дуэльный круг на демонстрацию щитовых чар.
Последним уроком была трансфигурация. После урока, когда мы успешно превратили курицу в попугая, МакГонагалл попросила меня задержаться. Хелен хотела остаться со мной, но профессор прямо сказала, что хочет поговорить со мной и моей подруге пришлось выйти, бросив обеспокоенный взгляд. Ей любопытно, что мне хотят сказать, но она понимает, что это может даже не касаться учебы.
