Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Масс Эффект. Операция "Сопровождение"


Опубликован:
20.06.2015 — 20.06.2015
Читателей:
6
Аннотация:

Повествование охватывает события всех трех частей трилогии.
В галактику Млечный Путь прибывает крейсер Информационной службы "Свиток" с задачей в рамках операции "Сопровождение" помочь обитателям Млечного Пути выжить в борьбе с Жнецами и их создателями. Фрегат "Линия" направляется с борта "Свитка" к "Нормандии". Начинается совместная работа двух экипажей.
Полный файл, содержащий все написанные главы.
Предполагается дописать некоторые главы.

на линии (за 10 минут):

количество просмотров:

 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 
 
 

Масс Эффект. Операция "Сопровождение"


========== Глава 1. Борт крейсера "Свиток". Система Млечный Путь. Начало. ==========

— Корабль в системе Млечный Путь. — разнесся по огромному крейсеру Информационной Службы Земли голос центрального компьютера. — Идет подключение к информационным каналам с использованием существующей системы ретрансляторов. Аналитические блоки и подсистемы глубокого машинного перевода включены в рабочий режим. Обнаружения базового корабля местными системами не зафиксировано. В целом — все штатно.

— Доклад принял. — подтянутый рослый командир крейсера кивнул выскочившему голографическому аватару центрального компьютера. — Группу внедрения — в конференц-холл центрального поста.

— Вызов отправлен и получен. — аватар был деловит и серьезен. — Все будут через три минуты на месте.

— Просмотрим пока первичный этап операции "Сопровождение". — распорядился командир крейсера. Аватар кивнул и на боковых экранах главного пульта высветились ряды текста со схемами, графиками, таблицами и многочисленными ссылками на дополнительные материалы.

— Минута до встречи в конференц-холле, командир. — голос компьютера корабля не застал командира крейсера врасплох — офицер закончил изучение экранной информации ровно за пять секунд до появления бдительного аватара.

— Спасибо. — командир встал с кресла. — Первому помощнику — принять вахту. Я — в конференц-холле.

— Принято. Первый помощник вахту принял. — Аватар главного компьютера мигнул и пропал. Командир крейсера вышел из центральной командной рубки и, пройдя по недлинному коридору, открыл дверь в конференц-холл.

— Мы вошли в систему точно в срок и собираем информацию, которая позволит нам остаться вне мелочей здешней жизни. Первичный анализ показал, что наши планы и программы корректировать почти не придется. Млечный Путь ожидает большая война и мы обязаны сделать все, чтобы потери цивилизационного Кольца оказались минимальными. Противник у обитателей этого сектора космоса на редкость силен и безжалостен, они могут победить его и без нашей помощи, но цена за эту победу по всем оценкам будет близка к поражению. Многие сотни цивилизаций не поднимутся с минимального уровня выживания. Многие просто будут уничтожены. Наша с вами задача — не допустить такого негативного сценария развития событий. Основное наше оружие — информация, но не только она. Привлекать полный экипаж к активному внедрению нет необходимости — первичный анализ это подтвердил. Полковник Иванова, полковник Семенов. — командир коротко взглянул на вставших со своих кресел офицеров. — Вам предстоит командовать фрегатом "Линия" в этой непростой и очень длительной операции. Условия полной автономности вашего корабля и экипажа признаны после сверки плановых показателей с реальностью абсолютно необходимыми. Крейсер и его экипаж вам помогут, но необходимо избежать широкой огласки нашего присутствия. Сразу скажу — совет экипажа крейсера против того, чтобы кто-либо побывал на его борту — будь то люди или представители иных рас галактики. Поэтому максимум на что мы сможем пойти — это на то, чтобы показать наш крейсер внешне, да и то не во всех деталях. Ваш фрегат "Линия", один из пяти фрегатов размещенных на борту крейсера — единственное место, куда вы можете пригласить наших гостей из здешнего сегмента. Без особого показа деталей, конечно. Поскольку мы старше здешних цивилизаций на добрых полтора миллиона лет, мы постараемся соблюсти малоизвестность, несмотря на явную угрозу разоблачения. Нам предстоит прервать эту жатву, которая снова приближается к Млечному Пути и эти ретрансляторы с Цитаделью придется после победы дополнить технологиями непосредственной транспортировки живых существ и грузов минуя эти несуразные космические катапульты. Пора разорвать сети этой изящной ловушки. Но только тогда, когда мы поможем уничтожить ловцов.

— Ясно, командир. Мне эти толкачи никогда не нравились. — полковник Семенов воспользовался паузой в речи командира крейсера. — наш объект внедрения...

— Капитан-лейтенант, коммандер Джон Шепард. Плюс его экипаж, первая и вторая "Нормандия". Если первая уже реальна и летает, то о второй они, к счастью своему, еще не догадываются.

— Но он сейчас простой десантник на борту передового корабля здешнего Альянса Систем. — полковник Иванова, как всегда, любила указать на детали.

— Со временем мы подключимся к его сопровождению. Но сейчас, до момента передачи ему "Нормандии" под командование — наша задача будет только наблюдать и собирать информацию, чтобы ваша, командиры, легализация прошла максимально полно и безопасно. Как и легализация вашего экипажа и вашего корабля. Как, кстати, с введением фрегата в Регистры полного доступа? — спросил он у командира группы электронной борьбы.

— В их Регистрах — великое разнообразие, но "Линия" легализована в большинстве из них успешно и полно. Вопросов по проходу и базированию, а также ресурсному обеспечению не будет. Военный исследовательский корабль Альянса Систем.

— Люди? — полковник Семенов не удержался от возгласа.

— Ну для ханара или саларианца наша внешность не слишком подходящая. А вот для здешней Земли при всей неупорядоченности бытия — вполне. — с улыбкой ответил командир крейсера. Семенов улыбнулся в ответ. — Полагаю всем все ясно. Уточнения получите в Оперативном отделе Дежурной части крейсера. Всем успехов и возвращения. — с этими словами командир крейсера встал и прошел вокруг стола, пожимая руки всем тридцати членам экипажа фрегата "Линия". Пожав руку последнему члену экипажа, командир обвел взглядом вставших офицеров и вышел из конференц-холла.

— Итак, что мы имеем? — спросил полковник Семенов, когда вместе с полковником Ивановой они вошли на командирский чердак фрегата, где размещались жилые каюты командования корабля. Пять кают принадлежали тандему командиров корабля, командиру информслужбы, командиру десантного экипажа и главному врачу экспедиции. По традиции каюты командиров фрегата имели отдельный лифтовый и лестничный входы, но пока фрегат не стартовал, перегородка между ними и остальными тремя каютами была убрана и высшие офицеры корабля поднялись на чердак по обычному, не парадно-отдельному пандусу. — стоит ли нам возиться с этим Шепардом? Я почему-то думаю, что нам следует оттереть его в сторону и самим заняться спасением Галактики.

— О, да. — полковник Иванова понимающе взглянула на коллегу и друга. — бравый полковник Семенов желает забросить стилус в дальний угол и нашинковать пяток планет самых разнообразных врагов. — она с удобством расположилась в кресле в основном помещении каюты Семенова и взяла бокал с прохладительным напитком, отливавшим глубокой зеленью. — Что-ж, мужчины и через полтора миллиона лет являются сторонниками силовых методов, это нормально. Но ты забыл, полагаю, что наша задача — сберечь весь его экипаж в трех частях Великого Пути к Победе над Жнецами. Нам с тобой и нашему экипажу, безусловно, дано право заменить Шепарда с его "Нормандией", но только тогда, когда будет совсем уж кисло. А я этого допускать не собираюсь, как и ты, смею надеяться.

— Полковник Семенов, полковник Иванова. — раздался голос пилота. — Получено добро на старт.

— Принято, Денис. — отреагировал Семенов. — Сейчас будем в Центральном.

— Экипаж готов по отлетному расписанию . — доложил пилот и отключился.

— Придется идти. — сказал полковник Семенов, привычным жестом поправляя форменное кепи. — Как сказал бы мой младший сын — приключения начинаются.

— Ага. Ты — на мостик, я в рубку информации. Надо пока провентилировать сопровождение ситуации до момента нашего представления в двух актах.

— Хорошо, что нам не придется ломиться к "Нормандии" сейчас. Капитан Андерсон — превосходный человек и прекрасный воин и командир, но нам нужен Шепард. И не командир десантной группы, а полноправный командир фрегата.

— Во-во. — кивнула полковник Иванова и первая вышла из каюты полковника Семенова.

— Экипаж, к отлету. — скомандовал он по громкой трансляции корабля, встав за центральный пульт в помещении центрального поста. Впереди уже открывались гигантские ворота ангара — крейсер выпускал из своего чрева один из самых больших своих кораблей. — Принять последние информпакеты с крейсера. — полковник Семенов сел в кресло и пристегнулся. Послышались легкие щелчки запорных механизмов — пять человек ходовой вахты также не пренебрегли правилами безопасности.

Выйдя за пределы защитного поля материнского корабля, фрегат включил собственное защитное поле и направился в сторону своей главной цели — огромной станции, именуемой Цитаделью. Полковник Семенов распорядился сделать этот переход вне ретрансляторов. Обосновавшись неподалеку от Цитадели, фрегат включил информационные поглотители в рабочий режим и запустил анализ всей поступающей информации.

— Системы захвата работают только на прием, командир. — доложил пилот. — Пока все — штатно. Полковник Иванова в восторге. Предлагает пройти в рубку информации, ознакомиться с последними актуальными данными, в первую очередь — по ситуации с Джоном Шепардом. Говорит, что улов неплохой. И не только по нашему фигуранту.

— Благодарю, Денис. — полковник Иванов встал со своего кресла командира корабля и с сожалением взглянул на второе, пустующее в этот момент, предназначенное для его коллеги. — Я в рубке информации.

— Принято, командир. — Денис кивнул и вернулся к сиявшим многоцветьем экранам состояния систем корабля. Фрегат висел в поле невидимости, дополнительно маскируясь в плотном тумане и держась как можно дальше от оживленных трасс. Начиналась рутинная, но абсолютно необходимая работа по корректировке плана легализации. До момента встречи с коммандером Шепардом предстояло обработать всю доступную информацию, чтобы потом просто сопровождать бравого капитана и его сплоченную команду на всем длиннейшем пути к основному решению — победа или смерть в борьбе с Циклом.

— Группа внедрения — пять человек. — сказала полковник Иванова, развернувшись в кресле к вошедшему в рубку информации полковнику Семенову. — Нас двое, это ясно, кого предлагаешь?

— Нам нужен десантник, врач и информационник. Полагаю, это необходимый минимум, обеспечивающий нам на борту "Нормандии" необходимую автономность и возможность влиять на ситуацию как в целом, так и в деталях.

— Согласна. Кого предлагаешь конкретно?

— Капитан десанта Владимир Стропов займет позицию десантника, капитан медслужбы Светлана Юльева — позицию медика, а капитан информслужбы Степан Берестов — позицию информационника. А твои предложения?

— Ты их только что озвучил, Захар. Спасибо. — взмахом удивительно густых ресниц, полковник Иванова обозначила готовность перейти на меньший уровень формальности. — Я согласна с твоим решением.

— А если согласна, Аврора, то озвучивать капитанам наше решение я полностью предоставляю тебе. Кстати, как там наш по выражению пилота, фигурант?

— Ничего, служит. Чему я очень рада, служит нормативно. Родился на Земле, материнской планете здешнего человечества, о родных никаких сведений не сохранилось. Он приютский ребенок, его нашли младенцем на улице.После приюта... два года до восемнадцати лет выживал в трущобах огромного мегаполиса, затем решил круто изменить свою жизнь и записался в армию — вооруженные силы Альянса. Участвовал в экспедиции на Акузу, когда там распоясались невероятно размножившиеся молотильщики. Космические пехотинцы сделали, как они полагают, все, что смогли, но с этими тварями сладить тогда смогли только ценой огромных жертв. Пятьдесят космопехотинцев, воевавших вместе с Шепардом, поплатились за глупость и тупость командования вооруженных сил Альянса Систем своими жизнями. Шепард сумел выжить, но то, что он тогда пережил, без всякого сомнения стало далеко не самым лучшим воспоминанием. Тогда он получил свое прозвище "Уцелевший", но, как мне представляется, сохранил доброту и человечность. В 2183 году назначен старшим помощником капитана фрегата ""Нормандия"" — первого корабля совместного с турианцами проекта, оснащенного системой невидимости. В результате весьма экстравагантно проведенной программы испытаний место пилота "Нормандии" получает Джеф Моро, на которого из за синдрома Вролика командование не возлагало никаких надежд. В кресле пилота этот самородок творит настоящие чудеса. Я бы не сказала, что он может быть признан инвалидом, но медики крейсера согласны с тем, что существующая здесь система в данном случае неумолима. И Джеф все же смог эту систему посрамить. Сейчас на борту "Нормандии" кроме него как ключевого персонажа, постоянного члена будущей основной команды и действительно одного из лучших пилотов здешней Галактики находится представитель Совета — Спектр Найлус Крайк, турианец. По данным Военного сектора информслужбы крейсера — слишком мягкий и доверчивый субъект, не в полной мере соответствующий требованиям нормативной специфики Спецкорпуса Тактической Разведки Цитадели. Здесь определенно вмешалась политика. Будет скоро убит. Предотвратить его смерть без раскрытия мы или экипаж крейсера не сможем — на Иден Прайм разворачивается война между людьми и гетами, однако она вскорости будет переквалифицирована в войну между подчиненным Властелина — Жнеца турианцем Сареном Артериусом и Коммандером Шепардом. Такая квалификация устроит далеко не всех, поэтому определения могут быть разными в разных источниках и толкованиях. Естественно, геты, подчиненные Сарена, также будут играть достаточно активную роль, поэтому тезис о войне между гетами и людьми имеет право быть признанным. Только вот разведка людей и иных рас здесь слишком слабая. Земляне, используя разведку, лезут в дальний космос и в то же время не знают в совершенстве даже содержимое планет Солнечной Системы, скрывают некоторую важную информацию о находках, сделанных на этих планетах, от специалистов и широкой общественности. Опять политика. В 2148 году они вроде бы смогли наладить расшифровку данных, оставленных протеанами на Марсе, но, вероятно, не представляли всей сложности затронутой проблемы. Наши специалисты убеждены, что язык протеан земляне изучили в крайне недостаточном объеме. Формально говоря — они изучили алфавит, а вот суть и душу империи протеан люди так и не постигли. По нашей линии времени это приведет к огромным сложностям, которые нам с тобой придется преодолевать в рамках проекта "Сопровождение".

— Понятно. — кивнул Семенов.

— В дальнейшем человечество занялось любимым делом — подготовкой к войне. Заметь, это еще в те времена, когда ни с одной разумной расой оно еще и не сталкивалось. Результаты подобного ушехлопства не замедлили сказаться: разразился конфликт с турианцами, обладавшими одной из сильнейших армий в галактике. Обрати внимание на то, что Война первого контакта датируется здешними источниками 2157 годом. Практически это означает, что человечеству хватило десяти лет для того, чтобы подготовиться к очередному показу своей ужасающей неразвитости. Благодаря вмешательству Совета Цитадели война с турианцами не переходит в полномасштабную фазу. В том же году впервые проявляет себя, путем публикации весьма примечательного, но оставленного, к сожалению, без должного внимания, манифеста некая организация "Цербер", которая еще попортит немало крови всем расам здешней Галактики. Наши спецы убеждены, что уже в первой части операции "Сопровождение" нам придется воевать против этой организации. Вместе с Шепардом и также — своими методами, как информационными, так, к сожалению, и военно-разведывательными.

— Повоюем. — коротко отреагировал Семенов, давая возможность своей коллеге убедиться в том, что ее внимательно слушают и продолжить.

— В 2162 году был обнаружен артефакт, в котором не разглядели контролера-наблюдателя Жнецов — Властелина. С ним нам также придется повозиться — это один из самых сильных противников и одновременно — предвестник главной и центральной битвы третьей части операции. Именно он — управляющий центр Сарена Артериуса и гетов. Предваряя твой вопрос, Захар, скажу, что мы и без крейсера на одном фрегате можем "завалить" эту "креветку" и уничтожить ее, но тогда последствия будут непредсказуемы. Наши спецы убеждены — Цитадель может активироваться самостоятельно и без Властелина — есть такие подозрения, они, к сожалению, на нашем уровне достаточно обоснованы. Будучи ретранслятором, Цитадель исторгнет из себя полчища Жнецов, к визиту которых здешние вооруженные силы да и гражданские части цивилизаций ни в коей мере не готовы. Это будет практически неотвратимая катастрофа. Крейсер и фрегаты с эсминцами и катерами из состава нашего флота могут уничтожить две трети этих креветок, к счастью, намного менее совершенных, чем жнец класса "Предвестник", но вот оставшаяся треть доставит массу проблем всем остальным расам. Воевать с подобным противником, мягко говоря, вся эта разношерстная компания ни в союзе с нами ни без нашей помощи совершенно не готова. И в третьей части нашей операции этому будет представлено слишком убедительное доказательство.

— Риск. Согласен. — Семенов проскользил взглядом по вспыхнувшим экранам. — Пойдем по цепочке.

— Во-во. В 2163 году, отметь, насколько быстро, "Цербер" сумел обеспечить себе невидимость для контрольных механизмов управляющих систем множества рас здешней Галактики — церберовцы научились изготавливать самые изощренные удостоверения личности и проездные документы в промышленных количествах. Сделан очередной шаг, как выражается одна из моих помощниц, к усилению слабости Цитадели и ее Совета. Спецы убеждены, что во многом это напоминает ослабление протеанской империи, несмотря на то, что Совет Цитадели формально разделен и не является единоличным органом управления Галактикой. Люди усиливают свое влияние и начинают в очередной раз готовить себе соперника или, вполне возможно, союзника в виде полноценного искусственного интеллекта. Нам предстоит подстраховать Джона Шепарда во время его визита на Луну, где взбунтуется предтеча СУЗИ — корабельного искусственного интеллекта. Хотя для меня очевидно, что никто из нашей пятерки в качестве подстраховки там не нужен: миссия предельно простая — на вездеходе расстрелять оборонительные орудия и пострелять из носимого стандартного вооружения по взбесившимся дронам и вместилищам серверов ИИ. При всей простоте, что и говорить, происки "Цербер"а впечатляют. Но для меня будет более впечатляющим вид плачущей СУЗИ, скажем, в теле киборга Доктора Евы. Спецы говорят, что это — всего лишь очередной повтор-петля, но для меня все равно этот момент будет показателем нашего маленького успеха. Успеха Шепарда, подтверждающего его человечность и доброту. Именно эти его качества сделают из рабыни Цербера — а тот только так и рассматривал СУЗИ, держа ее на коротком поводке, практически человека в машинно-киборгизированном образе. Хотя, как ученый, я не исключаю и проявлений жестокости со стороны того же Шепарда, в результате чего нам с тобой предстоит попотеть, чтобы при ликвидации базы Коллекционеров никто из отряда Шепарда не был уничтожен. Ясно, что даже будучи Спектром, Шепард в своей активности и безжалостности будет вынужден пойти намного дальше агентов этой сомнительной организации. Ему предстоит встать на водоразделе между темной и светлой стороной собственной личности и победить.

— Что и говорить, задача впечатляет. — сказал Семенов.

— И заставляет внимательнее отнестись к предыстории нашего скорого скрытого контакта с Шепардом. — уточнила Иванова.

— Контакта? Ты имеешь в виду слежение? — заинтересованный взгляд был пойман и оценен коллегой Семенова правильно.

— Да. До момента передачи Шепарду под командование фрегата ""Нормандия"" мы будем иметь контакт только в виде пассивного приема всевозможной информации. Так что, сам понимаешь, мои монологи будут достаточно длительны. До момента перехода к активной фазе взаимодействия.

— Я все равно люблю их слушать. Это позволяет мне сверить свою информацию и найти проблемы и пути их решения. Но и не только. — Захар Семенов улыбнулся широкой, совершенно не служебной улыбкой и увидел, как ответно расслабилась его коллега, сбросив на несколько десятков секунд служебный командирский психологический кокон.

— Спасибо, это ценно. В 2172 году Шепард поступает на службу в вооруженные силы Альянса Систем. Показательно, что даже на этой временной отметке Великой Шкалы Совет Цитадели не знает ничего о девяноста девяти процентах подконтрольной Галактики. И естественно, нужен почти всесильный герой, способный хоть как-то столкнуть этот Совет на путь истинный. В 2182 году адмирал Кахоку, с которым нам придется встретиться на Цитадели по делу спасения отряда космопехоты от атак молотильщиков — к сожалению, мы не успеем и они уже погибнут к нашему прибытию — начинает расследование деятельности "Цербера", которое на данном этапе приведет к его, Кахоку, гибели. Фактически я подошла к 2183 году, нашему здешнему году, когда нам предстоит постепенно собирать с Шепардом настоящую звездную команду, способную остановить и уничтожить Огненный Цикл и его основных исполнителей — Жнецов, гигантские разумные машины. Жаль только, что это — далеко не единственная проблема ближайшего отрезка времени, отведенного на проведение операции "Сопровождение". Устал?

— Нет. Ты прекрасно рассказываешь.

— Дополню только, что капитан Шепард по хронологии родился в 2154 году. В восемнадцать лет он уже в армии. Сейчас ему двадцать девять. И он уже — капитан космодесанта, профессиональный военный. Завидная карьера. И Акуза, где он единственный из всего отряда выжил — достаточное подтверждение его потенциала. Сейчас. — полковник Иванова заглянула в планшет, лежащий у нее на столе. — он как раз направляется в радиорубку к капитану Андерсону, но там его ждет Найлус. Капитан подойдет позже. Шепард уже переговорил с Кайденом Аленко — в этом полете он второй пилот корабля, перекинулся парой слов с Престли, который станет первым помощником у Шепарда, когда Джон примет командование, поговорил с капралом Дженкинсом, который жил на Иден Прайм, куда и направляется "Нормандия", увиделся с врачом-хирургом корабля доктором Карин Чаквас. Весь экипаж фрегата на взводе из за присутствия слишком самостоятельного спектра Совета Цитадели на борту корабля, а Дженкинс рвется в бой, не зная еще, что погибнет на своей родной планете.

— Прикрыть этого пацана нам не удастся?

— Захар, ты меня удивляешь. Как потом прикажешь выстраивать легендирование? Святой дух объял слишком ретивого капрала и не дал дронам гетов в упор расстрелять изнывавшего от желания прославиться молодого вояку? Извини, но мы — не ангелы в данной ситуации. И права на такое вмешательство у нас нет. Достаточно того, что капрал погибнет на своей родной планете и будет там же с почестями похоронен. Он пал в бою, а о том, что столкновение было спровоцировано его глупостью и непрофессионализмом, средства массовой информации колонии и Экстранет распространяться не будут. Об этом-то наши спецы позаботятся... Дистанционно. Мы не можем везде и всюду всех спасать. Это не наша функция да и Шепард этого при всем желании сделать не сможет. Наши и его ресурсы очень ограничены. Хотя твое стремление защитить этого маленького ретивого капрала понятно. Кстати, в радиорубке на экране они впервые увидят в натуре гигантский корабль, атакующий археологов — Жнеца — Властелина. Остальное ты и сам знаешь: попытка защитить археологов силой подразделения десанта провалилась, Эшли Уильямс вынуждена была бежать от превосходящих сил гетов, Кайден Аленко обозлился на Шепарда за то, что он не стал рыдать над трупом капрала Дженкинса и затаил на него обиду, дисциплинированный до невозможности болван. Потом марш бросок к лагерю археологов, встреча с первым человеком, явно одурманенным Властелином, но внешне очень напоминающим запуганного и донельзя заторможенного пациента психиатрички, бой с гетами, обнаружение мертвого тела Найлуса Крайка, бросок к космопорту, обезвреживание нескольких мощных минных зарядов, способных уничтожить всю огромную колонию и — первый контакт с протеанским маяком, активированным ранее Сареном Артериусом. На этом первая миссия будет закончена и "Нормандия", забрав на борт Шепарда, впавшего в беспамятство после близкого знакомства с излучением маяка, рассчитанным, как мы знаем, на протеан, возьмет курс на Цитадель. Дальнейшее тебе известно в деталях, так что говорить об этом будем подробно и с возможными корректировками уже тогда, когда "Нормандия" прибудет на Цитадель и Андерсон с Шепардом попытаются уломать Совет на активные действия против спятившего Спектра. Что и говорить, первая попытка уговорить этих политиканов закономерно провалится. Но Шепард сам возьмет след и сможет найти доказательства, которые позволят Совету совершить экстренное возведение первого человека в ранг Спектра в весьма торжественной обстановке. Конечно же, капитан Андерсон скроет до поры до времени тот факт, что он сам был на полпути к этому важному, но сомнительному званию, это так соответствует здешнему человеческому коду поведения...

— М-да, не то что у нас — все проглядывается и анализируется.

— Согласись, мы сумели в таком режиме сделать больше, чем они, желающие скрыть свои темные делишки. — полковник Иванова мельком взглянула в дисплей-иллюминатор, демонстрирующий Цитадель во всей красе. — И никто из жителей и правителей этого объекта не знает, что сидит на затычке бочки с порохом.

— Эвакуировать всех? Куда? Тут никаких близко расположенных транспортников не хватит. — отметил Захар Семенов. — Хоть и всего пятнадцать — сорок миллионов, но здесь почти все основные, да и второстепенные расы представлены тысячами жителей. А сколько прибывает и улетает ежечасно из этого порта?! Паника еще та будет.

— Меня, Захар, больше беспокоит слабость охраны Цитадели кораблями. Если помнишь, Горн в финале охраняли вроде бы надежно, а толку-то. Слишком мало было толку.

— Попробуем уломать Катализатора совместными усилиями. — Семенов пролистал свой планшет, найдя нужный текст. — Это в наших силах, фрегат может справиться сам.

— Боюсь, тогда не только нашему фрегату, но и нашему крейсеру придется брать управление Цитаделью на себя в обход Катализатора. — произнесла полковник Иванова. — Та еще процедура. Катализатор будет сопротивляться отчаянно. А нам придется его ломать варварскими методами.

— Ты предполагаешь обращение к Предтечам, к этим преступникам?

— Пусть Шепард сам бултыхается в тамошнем океане. Наше с тобой дело будет его страховка и попутно — снабжение профильной информацией.

— Да уж. Лиара Т Сони в роли Серого Посредника будет нам завидовать самой черной завистью.

— А, представительница цивилизации, неспособной даже азарийский спецназ довести до совершенства. Тоже мне десантница — азари. — Полковник Семенова в этот момент излучала чисто женское презрение.— Помнится, Шепард уложил и ее мамочку Бенезию и охранявших ее десантниц-азари. Класс подготовки этих непойми кого по полу воинов — ясельная группа детского сада. Шепард сам превосходно справится. А мы поприсутствуем и понаблюдаем.

— Кстати, компания собирается весьма крутая. Трое во главе с Шепардом...

— И наша троица. Полагаю, ты понимаешь, Захар, что мне не всегда придется непосредственно входить в ее состав. Мне и на "Линии" попотеть придется, причем не только в центральном посту, но и в рубке информации. К Бенезии, так и быть, ты сходишь с десантником и информационником. А я пока плотно пообщаюсь в компании с нашей докторессой с доктором Чаквас. Надо, к тому же, провентилировать этих рахни по полной программе. Интереснейшая цивилизация. Всей нашей пятерке и другим, не вовлеченным в активное сопровождение Шепарда членам экипажа фрегата "Линия" светиться на этой коммерциализированной до потери вменяемости планете нет никакой необходимости. Заносчивого саларианца-администратора Анолеиса больше впечатлит твое появление там рядом с нашим бравым десантником. В броне и с передовым оружием. А информационник, пользуясь моментом, тихо и быстро выпотрошит память этого дельца. Уверена, там немало интересного. О том, что мы будем сканировать всю возможную информацию я уже и не говорю — "Линия" и ее экипаж скоро будут работать почти круглосуточно в усиленном режиме. И это радует. Я соскучилась по активной многодневной работе.

— Распланировала. Согласен. — поддакнул Семенов.

— Вот. Пока они там во главе с Шепардом доковыляют до Цитадели мы можем отдохнуть в щадящем режиме.

— А прошвырнуться по Цитадели? — хитро прищурился полковник.

— Можно, но лучше последить отсюда. К тому же после того, как в экипаже Нормандии появится кварианка Тали Зора нам придется усилить аппаратно-программную защиту нашего фрегата от происков этого гения кварианской техники и технологии. Полагаю также, что не следует давать ей доступ в слишком механизированные и автоматизированные части нашей "Линии". А то, что ее тянуть будет к технике нашего фрегата со страшной силой — в этом я просто убеждена. Сама такой была, правда в другой области.

— Согласен. Кстати, наш фигурант уже входит в рубку связи. — Семенов отметил изменение текста и схемы на своем планшете.

— Тоже мне практика отводить огромное помещение под непойми что и одновременно использовать его под конференцзал. — Иванова проследила за сменой картинки на своем планшете и кивнула.

— Да, не спорю, на нашем фрегате и на нашем крейсере все сделано более удобно с условием возможности трансформации. — Семенов углубился в чтение новой порции данных. — Посмотрим, как он ринется на эту операцию.

— Посмотрим, но участвовать активно пока не будем. — Иванова потянулась к ридеру, лежавшему на подставке на столе. — А я пока прикажу информационникам фрегата снять всю информацию со всех носителей Иден-Прайм. Включая память и мозги жителей. Нам еще, если не ошибаюсь, протеанина отсюда снимать придется.

— М-да, картинка будет. Полуторамиллионнолетняя ныне здравствующая цивилизация и погибшая пятьдесят тысяч лет назад империя встречаются, чтобы не дать очередному Огненному Циклу повторить успех прошлых Жатв, спасти цивилизации нынешнего Млечного Пути. Остановить это Чертово Колесо навсегда.

— Картинка впечатляет, а подтекст — восхищает и обязывает. — Иванова встала. — Я к себе. Если что, ты знаешь, как меня найти и где. Следить за ситуацией будем, но до момента вылета Нормандии под командованием Шепарда на очередную миссию пока проявлять особую активность не будем. Пока — только съем всей возможной информации и ее обработка. Благо техника и экипаж фрегата позволяют. А крейсерский экипаж занимается своей, более широкой и глубокой съемкой. До встречи.

— До встречи. — Семенов встал, провожая свою коллегу до двери. Та понимающе прикоснулась пальцами к запястью правой руки своего спутника и переступила порог его каюты. Мягко чмокнула изоляционная шина крышки люка двери каюты и Семенов вернулся к столу. Предстояла обычная командирская работа с экипажем и полученной за время разговора с Ивановой информацией.

========== Глава 2. Из дневника капитана Шепарда ==========

Влип. Одно дело — командовать группой десантников, быть в какой-то мере старшим помощником на фрегате, заниматься его экипажем и самим кораблем. Другое — побывать на Цитадели и стать членом Спецкорпуса ее тактической разведки от лица человеческой цивилизации. Капитан Андерсон уступил мне капитанские права над "Нормандией" и я, кажется, понимаю, как ему было сложно отказаться от полетов на своем хорошо знакомом корабле с прекрасным экипажем. Но он посчитал, что мне корабль будет нужнее для миссии, суть которой я только только начинаю понимать глубоко и полно. Меня неожиданно окунули в такие дебри и подняли на такую высоту, что даже подготовка Эн-Семь кажется недостаточной. Впрочем, мне говорили, что всегда будет то, что выше наших возможностей и преодолеть это можно будет только постоянной практикой и постоянным напряжением. Так что я — влип.

Я не люблю давить на людей, не люблю их унижать, но иногда, к сожалению, приходится. Еще тогда, когда я увидел поднимающегося на борт Спектра-турианца, у меня появилось ощущение, что в будущем меня лично, корабль, экипаж, ждут большие изменения. Не скрою, многие военные не готовы взаимодействовать с инопланетянами, мы совсем недавно стали что-то понимать в межпланетной и межзвездной жизни. А тут мало того, что экспериментальный полет с целью проверить вроде как систему маскировки, да еще этот Спектр. Видите ли ему приказали прокачать меня. Как какого-то салагу. Не будь Андерсона, вероятно, мое назначение Спектром было бы осуществлено по-другому, но так уж сложилось. И терять людей пришлось.

Этот Дженкинс. Как ему было объяснить, что не следует мнить себя суперменом. Ведь его справедливо ориентируют на то, чтобы он смело шел навстречу опасности. На всех, конечно, опасностей не напасешься, вот и изнывают такие как Дженкинс, вроде как от безделья. И не понимают, что не надо вести светские и не очень беседы с медиками корабля, не надо маяться бездельем, а надо тренироваться. Постоянно тренироваться.

Иден Прайм... Милая планетка. Дженкинс там жил, вроде он и родился там. И вот он там остался навсегда. Выскочил прямо под очереди летающих дронов. Не сумел откатиться за валун, сгруппироваться, защититься. Не сумел правильно отреагировать. Но подарил нам с Аленко несколько секунд, чтобы занять более удобные позиции, преодолеть удивление и растерянность, ведь гетов действительно не видели три сотни лет за пределами Вуали. Мы получили эти секунды благодаря гибели Дженкинса.

Надо же нам было потом нарваться на эту Уильямс. Нет, я понимаю, дочь, внучка за старшее поколение не отвечает. Но весьма символично, что она не смогла выстоять против гетов, будучи сержантом, то есть младшим командиром и достаточно подготовленным бойцом. Ни бегать нормально не умеет, ни стрелять. Двух гетов-пехотинцев не смогла завалить, а если бы это были два ракетчика? И она постоянно балансирует между военным и гражданским восприятием. То — упала — отжалась, то пытается понравиться и приблизить к себе проходящего мимо мужчину. Нет, конечно, военная косточка в ней присутствует и в смысле боевой единицы она может быть очень даже полезна. Но сначала сдать археологов гетам, а затем лезть к маяку... Любопытство сгубило кошку и едва не стало причиной гибели этой Уильямс. Андерсон взял ее в состав экипажа, но я бы ее тогда на пушечный выстрел к Нормандии не допустил. Сдать археологов гетам. Толку от ее бегства. Я больше узнал от этих работяг о происшедшем в колонии. Они хоть и мямлили, и были связаны с контрабандистами, но они хоть сообщили что-то действительно полезное. Полагаю, что мне, как капитану корабля, придется поискать возможность избавиться от этой Уильямс.

Эта пара Уильямс и Аленко мне определенно попортит немало настроения. Оба солдафоны, оба считают, что Альянс — вершина достижений человечества. Оба считают, что способны решить любые проблемы и задачи. Самомнения у них... Постараюсь побольше их нагружать нарядами, пусть не имеют слишком много свободного времени для выпендрежа. Надели форму — вперед к ратным подвигам. А там — как карта ляжет.

Найлус Крайк лежал уж очень интересно. Реконструктор криминалистической программы дает восьмидесятипроцентную вероятность, что спектр-турианец был застрелен одним только выстрелом, а стрелок был в это время за спиной у этого самоуверенного Спектра. Да, я знаю, что Сарен тоже турианец, но Спектры на задании должны соблюдать принцип одиночества и не расслабляться, увидев другого Спектра. А Найлус, увидев Сарена, который, как оказалось, тоже был Спектром, расслабился. И поплатился. Один, видите ли, он двигается быстрее. Возможно, по пустыне — действительно быстрее. А вот среди турианцев он, оказывается, изрядно тормозит. И это — спецназ Цитадели. И это — СПЕКТР. Теперь я понимаю, почему Андерсон смирился с тем, что ему отказали в присвоении этого звания. Возможно, он увидел, что на самом деле — это очередная попытка выдать желаемое за действительное.

Но если звание Спектра необходимо для того, чтобы решить нашу проблему — я это звание использую на все сто процентов, как я использовал свои способности, резко увеличив количество кредитов на своем счете и скупив у интенданта СБЦ все возможные скафандры, оружие, уни-инструменты и всякие другие вещички. Теперь, по меньшей мере, мне не придется думать о вооружении — комплект Спектра очень даже ничего по характеристикам как на ридере, так и в реальности. А остальное я быстро распределю между своими отрядовцами.

Кстати об отрядовцах. Придется работать плотно с инопланетянами. И если Рекс — наемный убийца не слишком пока что соответствует моим желаниям, как командира группы, то Гаррус Вакариан, турианец — вполне им соответствует. Все же служба в органах правопорядка дисциплинирует. А то, что он не желает тратить время впустую и стремится как можно больше времени проводить с главными орудиями корабля — у каждого свои заморочки. И в свободное от службы время каждый волен заниматься тем, чем ему нравится. По меньшей мере Гаррус, который и на высадках не будет тормозить, и на борту фрегата будет занят, может и спать в помещении главной батареи, так что с его жильем проблема решена. Рекс также неприхотлив — в трюме он чувствует себя неплохо. Значит и он нашел себе приемлемое жилье. А уж о его навыках высококлассного наемного убийцы мне как то беспокоиться даже смешно.

Кварианка Тали Зора Нар Райя. Инженерный отдел "Нормандии" в шоке от ее глубоких познаний и отточенных умений. Но она слишком молода, только только выпорхнула в свое Паломничество. И, конечно же, она прочно обосновалась в инженерном отсеке "Нормандии", откуда ее клещами невозможно вытащить. Да, она дочь адмирала и я не люблю общаться с родственниками военачальников такого уровня. Так что для меня она не представляет никакого интереса кроме как спутник во время высадок на планеты. А мне представляется, что поколесить на Мако по этим планеткам придется ой ой ой сколько. Пусть лучше отлаживает технику. Да и Вакариан к ней уже неровно дышит. Пусть они сами разбираются. Кварианцы — сложные субъекты для межрасовых отношений. Живут на кораблях, как древние цыгане на кибитках. Кочуют. Выживают.

Новая проблема — неизвестный корабль просит разрешить стыковку. По виду и сигнатуре — исследовательский корабль Альянса Систем, но подобных кораблей я не видел в каталогах. По регистрам проходит как корабль, принадлежащий исследовательским подразделениям ВКС Альянса, а значит, вполне может быть кораблем спецслужб. Я дал согласие на стыковку. Предстоит долгое общение с командованием и экипажем "Линии". Имя какое-то безликое у этого фрегата, который по размерам чуть ли не в два раза больше нашей "Нормандии". Прерываюсь, надо решить ряд проблем.

========== Глава 3. Борт фрегата "Линия". Перед стыковкой с "Нормандией" ==========

— Захар, время. — в центральный пост фрегата вошла полковник Иванова. — крейсер уже на подходе к району, через который пройдет "Нормандия". Процедура встречи с вариантами. — она подала коллеге и другу ридер. — Полагаю, все должно пройти гладко.

— Готов. — Захар спокойно обвел взглядом экраны, крутнулся в кресле и указал полковнику Ивановой на соседнее кресло. — Подрулим?

— Подрулим. — полковник Иванова села в свое кресло. -Денис, твое мнение? — обратилась она к пилоту.

— "Линия" сможет это сделать ювелирно, командир. — ответил Денис, на секунду оторвавшись от экранов. — полагаю, вы оба пойдете?

— Придется. — ответил Семенов. — У них на борту уже кроган, турианец, кварианка. Аврора, берешь кварианку на себя. — Семенов посмотрел на Иванову. Та кивнула.

— А ты берешь остальных мужиков на себя? — улыбнулась полковник.

— Увы, нет. Володя Стропов берет на себя крогана — это как раз его весовая категория, Степа Берестов берет на себя эсбецешника — он обучен ведению расследований и допросов, так что это — его профиль и его объект, а Светлана Юльева пока разберется со всей биологией и медициной, просмотрит экипаж и корабль. Я беру на себя Джона Шепарда, с ним мне предстоит провести несколько многочасовых трудных бесед.

— Хорошо. Я направила нашей тройке вызовы в переходный отсек. — Аврора Иванова кивнула Денису. — Дени обеспечит нам там трансляцию всего происходящего в космосе и на бортах двух кораблей.

— Согласен. — Семенов кивнул и, привычно пропустив коллегу вперед, направился к переходному отсеку.

В полутемном помещении было достаточно прохладно — автоматика включила вентиляцию. Через несколько минут подошли двое мужчин и женщина. Все пятеро облачились в легкие синие скафандры. Семенов и Иванова встали впереди, за ними встала Юльева, по ее бокам замерли Владимир и Степан.

— "Нормандия" приняла наш сигнал с просьбой о стыковке. Выдвигаю трап. — доложил Денис, включив экраны в переходном отсеке. — Капитан Шепард встречает нас в шлюзе. Один.

— Ну он же Спектр в конце концов. — не удержалась Юльева. — Любит опасность сам встречать.

— К тому же у него на борту нет пока тех, кому он может абсолютно доверять. — сказала Иванова.

— А Эшли Уильямс? — спросил Стропов.

— Володя, я как медик, подобного субъекта к армии бы не подпустила на ракетный выстрел. Слишком много проблем в психосфере. А в космических войсках это чревато. — отпарировала Юльева, изучая инструментрон. — Счастлива, что пока на корабле не будет развитого ИИ.

— Но ведь готова к встрече с ним. — спросил Семенов, не оборачиваясь.

— Как обычно, Захар, как обычно.

— Трап состыкован. — доложил Денис. — Включаю систему сопряжения и очистки.

— Хорошо, Дени. — мягко промурлыкала Иванова.

— Успехов. Все ждут новостей. Любых. — Денис включил открытие шлюзовой двери, как всегда синхронизировав створку люка "Линии" со створкой люка состыкованного корабля.

========== Глава 4. Разговор полковника Семенова и членов его группы с капитаном Шепардом ==========

На пороге шлюза "Нормандии" высилась фигура в сером боевом скафандре.

— Капитан "Нормандии" Джон Шепард. — отрекомендовался Спектр. — Я получил ваше сообщение. Полковник Иванова, полковник Семенов, капитаны Стропов, Юльева и Берестов?

— Да. — сказала Иванова, кивая. — Мы все — офицеры секретного подразделения Земли, базирующегося на одной из заброшенных планет. Обстоятельства вынудили нас выйти на контакт с вами и вашим кораблем.

— Прошу в мою капитанскую каюту. После разговора ваши люди и вы сможете ознакомиться с моим кораблем. — Шепард плавно, по-кошачьи, отступил в сторону, направляясь в глубины корабля и указывая путь. Пятерка офицеров прошла через всю Нормандию к двери капитанской каюты, расположенной по левому борту корабля. — Заходите, располагайтесь. — капитан Шепард первым прошел в помещение, объединявшее кабинет и спальню, сложил кровать, преобразовав ее в уютный диван. — Что будете пить?

— Простую воду. — сказал Семенов, присаживаясь только после того, как полковник Иванова и капитан Юльева сели. Информационник и десантник заняли пододвинутые поближе кресла. — Только простую воду.

— Хорошо. — Шепард прошел в тамбур, достал с полки бокалы и контейнеры с водой, расставил их на низком столике, извлеченном из стены и пододвинутом к дивану. — Итак?

— Полагаю, капитан, вам знакома видеозапись происшедшего на Иден Прайм? — спросил Семенов. — Та, что была прислана с Иден-Прайм со шлемов пехотинцев?

— Да. Запись интересная. Этот корабль....

— Крейсер, по нашей классификации. — уточнил Стропов.

Шепард кивнул:

— К сожалению, по нашей, чисто фрегатской внутренней классификации — тоже. Хотя капитан Андерсон говорил — не было подобного раздела в нашей общефлотской классификации. Он выше меня по званию, у него выше уровень доступа. Я ему верю. Я, кстати, видел его лицо, когда Джеф показал нам в радиорубке эту запись нападения. И по его выражению лица понял — у нас и близко в классификациях такого не было. Эти лапы с мощными лазерами... Согласен, запись с видеокамер со шлемов пехотинцев... не давала полного впечатления об этом корабле. Андерсон приказал высаживаться — все же мы десант, здесь пилотам и летунам делать нечего, наша очередь играть первую скрипку. Хотя... маловато десанта мы взяли на борт в этот экспериментальный полет. — Шепард хмыкнул. — Мы с Дженкинсом и Аленко подчинились. Найлус Крайк еще с нами увязался, проверяльщик этакий. Пошел впереди нас, высадился раньше, будто бы для разведки... Чего там разведывать-то, сельскохозяйственная ведь планета, земного типа. Поля, луга, лесочки... Дорожки проселочные... Естественно, скалы, холмы... Почти все как на земле и немного все другое... Он высадился... Потом Андерсон приказал высаживаться нам... Видел я этот корабль. И Кайден Аленко видел. Это я точно знаю. Капрал Дженкинс, тот, что там погиб... Он тоже видел. Я, тоже... Думаю, что как и они, Аленко и Дженкинс — не просто видел — слышал. Махина. Впечатляющие размеры. Так сразу и не определишь, но около километра точно. Стоит как-то странно. Земляне привыкли, если есть лапы, то они расставлены, упираются в землю, в почву, в плиты. А у него... все лапы сведены воедино, он как будто бы висел над площадкой... Ровной площадкой... Я потом смотрел по картам спутникового контроля — не было там никакой площадки... Была мягкая глинистая почва на глубину двадцати метров. Пройти и проехать можно, но мягкая. Не засосет. А потом посмотрел снимки после того, как он ушел, сделал сдвигом по времени запрос... Площадка там. Почва... спекшаяся до состояния гранита. Значит, при посадке он себе сделал эту площадку, чтобы держать лапы сведенными и все равно парить над поверхностью. Такое впечатление, что он садиться-то полноценно на планеты не должен. Не может. И лазеров у него в лапах... предостаточно. А уж если вспомнить, что они двигаются... так вообще корабль явно не из тех мест, что мы, люди, теперь знаем. И звук у него, у этого корабля... странный. Будто бы идет от корабля, но проявляется у тебя изнутри, как из головы, так и из твоего собственного тела. Не просто звук, шепот какой-то. Как листва. И я, скажу честно, задумываться стал над тем, что это за корабль, еще до того момента как смог его увидеть. То, что этот звук, этот шепот — оружие — я теперь уже и не сомневаюсь. А когда его увидел стартующим... Увидел его лапы. Креветка креветкой, но у нас давно никаких таких животно — насекомных извините за термин, форм никто из проектировщиков кораблей не испытывает. Насколько нам дали ознакомиться с базами данных кораблей других цивилизаций — у них и близко такого нет. И тут ведь главное не форма, главное — возможности, а так... у меня после его вида и звука появились большие сомнения в адекватности нашей, земной классификации кораблей. Как и во многом другом.

— Увы, любая классификация устаревает. Капитан, поскольку вы были столь любезны, что разрешили нам подняться на борт, мы не можем оставлять вас в неведении. С этим кораблем и с самим Сареном вам придется еще неоднократно иметь дело. — сказал Семенов.

— Я его уничтожу. — кулаки Шепарда сжались. — Я знаю, Сарен бежал на этом корабле с Иден Прайм, куда уже прибыли войска гетов... Первое нападение... Первое... Одно из первых... Мы говорили там с рабочими, фермерами, когда искали Найлуса... Там же нет никакого тяжелого вооружения. Сельскохозяйственная планета, маленькие мирные сельские колонии. И эти машины... Как Сарену удалось подчинить их себе?... Или они выполняют на этой планете другую функцию, другую задачу? Эти геты... они мешали нам продвигаться к маяку... А затем... они работали над этими бомбами...

— Хорошо, что вы, Шепард, обезвредили все эти бомбы. — сказал Семенов.

— Да уж... Разрушения были бы слишком большие... Для меня теперь стал важен и маяк, я с тех пор часто размышляю над тем, что тогда произошло...

— Сержант Эшли Уильямс проявила непростительную неосторожность и слишком быстро приблизилась к маяку. — сказал Владимир Стропов. — Если она и сержант, то уж должна была помнить об инструкциях на этот счет.

— Инструкции — инструкциями, Володя, а любопытство человеческое никто пока отменить не в силах. — успокаивающе заметила Светлана Юльева. — И капитан Шепард поступил правильно...

— Я тоже совершил ошибку. Я встал к маяку, к предмету, который мне приказано было эвакуировать на корабль... Я встал к нему спиной и потому не мог должным образом контролировать обстановку вокруг него. Если бы не Кайден Аленко... Он меня толкнул и пришлось буквально вышибать Уильямс из того сгущавшегося поля... — сказал Шепард.

— А потом вы застряли в этом поле и Кайден еле удержал Уильямс от того, чтобы она ринулась вам на помощь. Ведь так написано в отчете лейтенанта Аленко? — спросил Степан Берестов.

— Да, именно так и написано. — подтвердил Шепард. — А еще там написано, что они вдвоем волокли меня к челноку ибо тогда, после близкого знакомства с маяком, я представлял собой тряпичную, но жутко тяжелую и неудобную в транспортировке куклу. Как только маяк... сработал... он сначала впечатал мне в мозг серию картинок, а потом...

— Потом маяк взорвался. — закончил Берестов. — И на Земле этим уже очень недовольны.

— На Земле этим могут быть недовольны. Но маяк мы доставали не для Земли, а для Цитадели. Для Совета. Как сказал тогда Аленко, когда мы подходили к маяку — действующая протеанская технология. Вот только теперь я думаю, что у нас просто не хватит никаких денег, чтобы осилить те подарки, которые в нем хранились... А насчет недовольства Земли... У меня большое подозрение, что даже если бы мы доставили этот маяк в целости и сохранности сначала на Цитадель, а потом на Землю — и тогда бы нашлось предостаточно поводов быть недовольными нашей работой. Сидеть в кресле в офисе легче, чем воевать с такими каракатицами... — в сердцах произнес Шепард, затем сразу же успокоившись.

— Если мы правильно поняли, то Эшли Уильямс... — уточнила Юльева, переводя разговор на другую тему.

— Да, она видела маяк тогда, когда его доставали из под земли. Он, как она тогда выразилась, когда мы спускались по железным лестницам на ту площадку... сказала, что он... Этот маяк... Так себя не вел, когда его только только откопали... Я теперь думаю, что Сарен... мог активировать маяк первый раз, а второй раз... активация просто добила схемы этой странной конструкции. Удумать не могу, для чего все же эти маяки мы находим постоянно и всюду. На Марсе, на Плутоне, на Венере... Теперь вот здесь, на Иден Прайм... Но эти картинки... точнее — те видения, которые он впечатал в мой мозг. Странные видения... Напрягаясь, я еще смог понять, что там есть кадры, показывающие какие-то электронные схемы... Большие, старые по виду, прикрытые живой тканью... А на одном кадре я успел заметить живое существо, пытавшееся защититься от бившего в окно излучения... Я так и не понял, от какого такого света оно пыталось защититься. Но то, что этот свет не нес с собой ничего хорошего... Я теперь в этом убежден. Могу лишь сказать, что это существо... неизвестно земной науке... Разве что среди персонажей фантастических фильмов можно было найти хоть какие-то близкие примеры, но ведь это не фантастика... Это — запечатленная в маяке картинка из реальности... Одна из немногих ясных для меня, для моего мозга... картинок. И ставить целый маяк для того, чтобы передать в мозг разумного существа несколько картинок... Не понимаю. При такой технологии должно быть целостное сообщение. А тут — хаотичные фрагменты... Я могу выделить с огромным трудом отдельные моменты и общее впечатление... катастрофическое. Так себя чувствуешь, словно смотришь документальную хронику какой-нибудь глобальной войны... А там, в этих кадрах... война намного более глобальная.

— Доктор Карин Чаквас в своем отчете указала, что в целом, капитан, вы спустя пятнадцать часов пришли в норму. Единственное отклонение — аномальные бета волны, которые, вполне возможно, вызваны излучением маяка и той информацией, которую он вам вложил в память. Она также указала, что такие бета-волны сходны с теми, что проявляются во время сновидений. — сказала Юльева. — Вполне возможно, что ваш мозг переключился на режим сновидений, спасая сознание от перегрузки, давая ему возможность сохраниться для руководства вами при бодрствовании. Пятнадцать часов сна... Это многовато, Шепард.

— Согласен. Мне обычно хватало пяти, чтобы быть предельно свежим. — кивнул врачу-гостье капитан. — Если это считать сновидениями... То это кошмарные сновидения. — сказал Шепард. И я не понимаю, почему Сарен подключался к маяку, хранящему всего лишь эти картинки, какими бы апокалиптическими они по сути своей ни были... Турианец, пришедший на Иден-Прайм с гетами... Заставляет гетов уничтожить главную или одну из главных сельскохозяйственных колоний, не озаботившись вывозом маяка на этом гиганте... Там же были бомбы...

— Обьемного взрыва, вы правы, капитан. — Владимир Стропов очнулся от размышлений. — В радиусе двадцати километров от каждой бомбы ничего бы не сохранилось из живых существ. Действительно, и мне не понятно, почему Сарен не забрал маяк с собой. Даже при самом быстром бегстве у него были, учитывая мощь его корабля, все возможности.

— А вот мне совершенно не очевидно, что Сарен ушел на этом корабле. — вставил свое слово Степан Берестов. — Уж извините, но я не очень усматриваю связь между Сареном Артериусом и этим кораблем. — Он играл мастерски, вызывая Шепарда на откровенность, заставляя его раскрываться все больше и больше.

— Насколько я помню ориентировку. — сказал Шепард. — эта планета — сельскохозяйственная колония людей. Даже после Войны Первого контакта турианцы на ней слишком редкие гости. И если бы какой-нибудь турианец проявился здесь после атаки гетов, первой атаки, совпавшей с атакой этого гигантского корабля... Его бы увидели слишком многие. Все же чужаки здесь — что геты, что турианцы — сразу проявляются как на ладони. Да, я знаю, что планета Иден-Прайм — под ударом гетов. Да, я знаю, что геты лет триста не появлялись из за Вуали и их появление здесь четко увязано с появлением этого корабля. Но Сарен Артериус — как никак он должен был проявиться, как Спектр. Его, кстати, как я проверил по базам данных Цитадели, никто и не думал лишать этого статуса, несмотря на то, что он убил Найлуса Крайка.

— Цитадель, Совет Цитадели не в лучшей форме сейчас, чтобы сразу вот так поверить в предательство Сарена. Хоть они и формально поверили. — сказал Стропов. — Но поверили будто бы только на словах.

— Вот вот. — поддержал его Берестов. — А теперь и капитан Шепард вроде как Спектр. И один Спектр ловит другого Спектра и будет обязан его наказать. Не слишком приятные ассоциации все это вызывает. В целом ситуация какая-то слишком запутанная. Как такое может быть, чтобы такую махину проглядели?

— Недоработки, недоделки, недоучки. — сказал капитан. — Чтобы никто не расслаблялся и у всех была работа. Дали мне этот статус Спектра и сказали — иди и убей Сарена Артериуса. А как я его буду убивать, если он и сам Спектр. Я же не из отдела внутренней безопасности Спектров. Тут что-то не то. Да еще и Совет этот, действительно, не слишком верит в виновность Сарена в происшедшем на Иден Прайм... Ведь та запись была снята не на Иден Прайм. Она была снята явно с корабля... С того самого корабля... Звук там такой... довольно специфический... Гулкий... Эти геты... И как Тали Зоре удалось найти гета, несшего в своей платформе эту запись? Насколько я помню, этого гета она отловила достаточно далеко от Иден-Прайм. Получается...

— Получается, — включился Берестов, — что геты — это коллективный разум, они постоянно обмениваются информацией. По отчетам выходит, что Тали Зора сняла эту запись из трех частей с гета, отставшего от основной группы. И к тому же, если я правильно понял формулировку отчета, все три части записи были не в долговременной памяти, а в кратковременной, которая, кстати, при уничтожении не стирается, а просто обнуляется. И эта память используется в обменных процессах в сети гетов. Потому Тали Зоре и удалось получить эту запись, что гет ее не сжег при ликвидации... Если каким-то образом геты общаются сетевыми методами... Перед нами — слишком серьезный противник.

— И одновременно — сильный союзник Сарена. — сказал Стропов. — Полагаю, искать центральный сервер гетов, даже сервер группы вторжения мы не сможем себе позволить. Значит, надо заняться кем-то более доступным.

— Возможно, придется начать с Сарена, а потом разобраться и с кораблем. Но для этого вам, капитан, нужна будет уникальная команда. — полковник Семенов взглядом остановил Шепарда, пытавшегося вставить слово. — Да, нам известно, что вы уже начали собирать уникальную команду и, скажу прямо, вам это хорошо удается. Наша задача. — он взглядом обвел своих офицеров. — помочь вам в этом.

— Я понимаю, что вы — люди из тени, но...

— На нашем корабле еще двадцать пять человек профессионалов. Мы — Семенов снова обвел взглядом свою четверку. — те, кто будет участвовать в решении основной проблемы — не дать никому из вас, основной группы, погибнуть. Наш корабль — экспериментальный, как и ваш. Но он — часть флота нашего секретного подразделения. С флагманом нашего флота вам еще предстоит увидеться, но и только — на борт вы не попадете — флагман закрыт для посещений.

— Понимаю. Но и ваш...

— Фрегат, как и ваш корабль, капитан. Понимаю, он в два раза больше вашей "Нормандии", но размер здесь — понятие условное и не основное. Наша сила не в оружии, которого у нас, учитывая статус спецслужбы, достаточно, а в информации.

— Так вот почему в регистрах вы числитесь как военный исследовательский корабль Альянса. — понимающе сказал Шепард.

— Увы, мы не можем светиться слишком сильно. — без улыбки сказал Семенов.

— Вы знаете, что это за корабль? — перешел сразу к главному вопросу Шепард, вызвав на главный экран изображение с видеокамеры пехотинца Альянса.

— Знаем. — сказала полковник Иванова. — Это — Жнец.

Повисла короткая пауза.

— Вы считаете, что я в состоянии поверить в ожившую легенду? — взгляд капитана Нормандии посуровел. — В Архивах говорится, что это — раса разумных машин. Пятьдесят тысяч лет и все такое. Протеане и их колонии и аван-посты. Имперская раса... Вы всерьез полагаете, что активация гетов, Сарен, маяк и этот корабль — звенья одной цепи?

— Вам всего, только что перечисленного, мало, Джон? — спросила, обойдясь без субординации, до того старательно молчавшая Светлана Юльева. — Вы, капитан десанта ВКС Альянса Систем, действуя в предельно ограниченном по численности и по качеству составе десантной группы, вынуждены вмешаться в ситуацию, достойную вызова и немедленного прибытия целого флота, но вынуждены, вынуждены, повторяю, действовать автономно, в силу секретности миссии. Вы, десантная группа фрегата, теряете на планете Иден-Прайм показавшего крайнюю легкомысленность, недостойную элитного спецназовца, турианца-Спектра, после чего оказываетесь сами нос к носу с гетами, которых, как убеждают галактическое сообщество местные средства массовой информации — и им предельно охотно верят — не видели за пределами Вуали несколько сот лет, лично слышите странный звук и собственными глазами видите огромный неизвестный корабль, наконец — находите полуактивированный маяк и завершаете его активацию, совмещенную с ликвидацией, получаете на память кошмарные видения. Вам этого мало для того, чтобы понять, что легенда ожила и вернулась? Вы же понимаете, знаю и вижу, ощущаю, понимаете, что для того, чтобы найти и наказать Сарена, придется сразиться с этой ожившей легендой, ибо эта легенда держит Сарена за горло и за спинной мозг одновременно. — как удалось Юльевой обойтись без восклицаний — наверное, знала и понимала только она.

— Сарен Артериус, Спектр Совета Цитадели — раб этого корабля? — спросил Шепард, повернувшись к медику. Та молча кивнула. — И меня послали убрать его, не зная обо всем этом?

— Совет Цитадели не знает ничего о девяноста процентах ежеминутно происходящего в подведомственной ему вроде бы Галактике. И вы, даже будучи только капитаном ВКС Альянса Систем, только командиром десантного экипажа, который из-за чудовищного некомплекта должен был в этом рейсе выполнять обязанности еще и первого помощника капитана Андерсона увидели Цитадель своими собственными глазами. Не просто увидели со стороны. Вы на нее высадились, вы были в Башне Совета. Не стоит даже особо уточнять — это все произошло действительно с ошеломляющей скоростью. Вы сами видели в дальнем углу Зала Совета, на подходах к трибуне целого адмирала Альянса, не простого солдата, сержанта, старшину — Адмирала. Адмирала Альянса Систем. Его фамилия — Кахоку. И этот адмирал как простой проситель пытается достучаться не до советников — до одного из ста шестидесяти их помощников, которые на самом деле — никакие не помощники. Они просто фильтр, наглухо отсекающий советников Цитадели от реальности. Вы заметили, капитан, что вам пришлось сначала побывать на аудиенции у Совета в качестве просителя, потом вас просто послали искать доказательства, а потом быстренько сделали ответственным за наведение порядка и предоставили право самому решить проблему. Вспомните, что сказал Ундина — вам потребуется корабль, команда, оборудование. И все это дал вам не Совет, которому вроде бы как напрямую подчиняются Спектры. Нет. Замечу, что статус Спектра слишком декоративен, он далеко не всеобьемлющ. Первая и последняя линия обороны — это красиво звучит в спиче. На практике это... катастрофа, поскольку при прорыве такой линии финал однозначен — проигрыш и поражение. — произнес Семенов. — Вы, капитан, всерьез полагаете, что три представителя разных рас, на протяжении десятилетий составляющие Совет действительно в состоянии объединиться, чтобы найти хоть одну опасность и правильно ее оценить? Да они между собой грызутся постоянно, поскольку являются не администраторами, а политиками. И этому слишком много доказательств. Настоящий администратор не будет держать возле себя мордоворотов, годных только для мокрых дел. А вас, как Спектра, подписал Совет именно на такое дело. Вы всерьез думаете, что Сарена вам удастся привезти на суд?

— И Спектры...

— Действительно — достаточно универсальный экстренный инструмент воли Совета, поскольку Совет на самом деле не желает, не может и не собирается ни за что сколько нибудь серьезно нести ответственность. — вставил свое слово Владимир Стропов. — Очень легко назначить кого-нибудь исполнителем, предоставив ему право на безнаказанность в силу статуса, а потом сослаться на расширенное толкование эксцесса исполнителя.

— Скажите, Джон. — в разговор снова включился Степан Берестов. — Вам, как Спектру, инструменту воли Совета, что нибудь существенное известно о содержимом Архивов Цитадели?

— Нет. Вот, дали корабль, сказали поймать или ликвидировать этого Сарена... — Шепард повернулся к собеседнику. — Вы правы, меня действительно статусом Спектра подписали на убийство. Теперь я просто ненавижу себя за доверчивость и легкомысленность. Чувствовал же, что человечество опять пытаются использовать и оттереть в сторону...

— А в вашем понимании, как офицера, Спектры достойны знать о содержимом Архивов? — задал свой следующий вопрос Степан.

— Теперь я полагаю, что да. Обязаны. — На лицо Шепарда легла маска настороженной задумчивости. — Меня как котенка бросили в этот водоворот. Дали звание...

— Это звание вам еще не раз пригодится. В словах советников, сказанных при возведении вас в статус Спектра, капитан, немало правды, которая, к сожалению, не всегда имеет общие границы с реальностью. — отметила полковник Иванова.

— И мне придется им козырять? — спросил Джон, подняв взгляд на женщину, в которой он без труда определил одного из командиров так неожиданно появившегося корабля.

— Управление сообществами и расами в целях безопасности развития всегда так или иначе формализовано. Звание Спектра — часть этой формализации в нашем с вами случае. — сказал Степан Берестов.

— Что-то вроде этого я и подумал. Вы полагаете, что ответ кроется в Цитадели?

— Да, только не среди советников, послов и иных политиков. — жестко заметила Светлана Юльева. — Пятнадцать миллионов разумных существ сидят на искусственном небесном теле и ничего существенного не знают о его истории и настоящем предназначении.

— А вы знаете? — вспыхнул Шепард и удивился спокойствию гостей, которые никоим образом не отреагировали на его возглас.

— Мы — знаем. — сказала Аврора Иванова. — И мы расскажем вам о многом, но попросим тщательно скрывать эту информацию от всех. Вы — капитан этого уникального корабля, вы — Спектр, офицер спецслужбы Совета Цитадели, вы профессиональный военный, офицер Альянса Систем, вы землянин, вы человек. Люди должны сделать нечто, что заставит все расы Млечного Пути признать их ценность и важность. И это нечто сделаете вы, капитан Шепард и ваша уникальная без всяких скидок, команда. Которая, кстати, действительно горой за вас уже сейчас. Ваш пилот Джокер прав.

— И...

— И наша пятерка и экипаж нашего корабля — это ваше усиление. В конечном итоге мы — земляне, мы — люди и обязаны друг другу помогать.

— Согласен. Но как вы понимаете свою помощь?

— Ясно. — сказал Степан Берестов.— Пока мы стыковались с вашим кораблем вы старались, скажем так, навести о нас справки и попытаться изучить наш корабль.

— Что-то вроде того. — кивнул Джон Шепард.

— И получили нуль.

— Верно. — капитан кивнул.

— Неудивительно. Мы не хотим, чтобы победа над проблемой Галактики Млечный Путь приписывалась нам. Она должна принадлежать вам, капитан, вам и вашей команде. — сказал Берестов.

— Вы не производите впечатления военного человека. — внимательный взгляд капитана фрегата прошелся по самому молодому гостю.

— Я им и не являюсь. Капитан Информационной службы Степан Берестов. Это звание действует в рамках нашей спецслужбы, у нас свой табель о рангах и свое штатное расписание. — член экипажа "Линии" встал и отвесил головой поклон капитану. — Мое офицерское звание совершенно условно — это лишь свидетельство того, что воевать можно не менее успешно и информацией. Со временем вы в этом убедитесь более подробно.

— Похоже, что я уже начал убеждаться. Вы знаете о Сарене и о его корабле, а также о Цитадели и о многом другом гораздо больше меня, моего экипажа и жителей Цитадели. С руководством в совокупности. — невесело заметил Шепард.

— Информация, как говорили древние и как повторяют за ними очень многие поколения в разных частях Галактики — это власть. Благодаря информации азари стали несменяемыми советниками Совета Цитадели, благодаря информации они держат на коротком поводке парализованных чувством долга воинственных турианцев и благодаря информации они ведут скрытые войны и воздействия с помощью довольно слабых физически, но ужасно изворотливых умом саларианцев. — жестко произнес Степан Берестов.

— Я как-то не рассматривал ситуацию с этой точки зрения. — сказал Шепард, наблюдая, как отточенными движениями офицер информслужбы берет стакан и явно наслаждаясь, прихлебывает большой глоток воды тройной очистки.

— Неудивительно. Капитан Андерсон совершенно справедливо не верил в то, что Спектры — цепные псы не слишком умных галактических политиков и человечество долгое время прозябало на задворках. А сам капитан, столкнувшись со спецкорпусом, не поверил в способность Спектров предать. Он видел в них святых.

— А вы? — Шепард обвел взглядом всю пятерку. — Вы себя к святым причисляете?

— Нет. — сказал Семенов, встретив своим прямым взглядом тяжелый взгляд хозяина корабля. — Мы не считаем себя святыми. Святых здесь в галактике Млечный Путь нет и никогда не было. Если будут — это будет самое скучное место во всей Вселенной.

— Убеждены? — Шепард не стал вторично обводить гостей своим взглядом, прихлебнув маленький глоток из своего бокала.

— Степан — офицер Информационной службы. — сказала Светлана Юльева. — Я — офицер медицинской службы Звездного флота, Владимир Стропов — ваш полный коллега, офицер космического десанта. — она подождала, пока ее сосед по дивану вернется в сидячее положение. — Наши командиры корабля и начальники экспедиции — Аврора Иванова и Захар Семенов. — она подождала, пока командир сядет.— имеют многопрофильную подготовку. По вашей классификации им бы подошел ранг "Эн 70" или что-то близкое к этому. Как видите, мы разные, а вы хотите убедить нас в том, что в однообразии, к которым относится и повальная святость — лучшее?

— Не знаю... пока. — Шепард явно стал ощущать, что пятерка, сидящая перед ним, способна разобраться с его проблемой даже в таком, слишком ограниченном составе. — Почему вы не хотите светиться?

— Потому что мы представляем собой резерв человеческой цивилизации, один из его сегментов. Сами понимаете, вы эн-семь, вас также предупредили о том, что вы не должны раскрывать истинное значение своего знака для всех и каждого из интересующихся или проявляющих праздное любопытство. Для всех вы просто очень подготовленные воины и это, по большей части, правда. — Семенов взял разговор в свои руки. — Только, капитан Шепард, если вы считаете, что появление нас, пятерых офицеров спецслужбы и нашего экспериментального корабля — это вызвано только необходимостью уничтожить взбунтовавшегося турианца — спектра и распылить подчинивший этого Спектра-неудачника корабль... Сразу скажу — вы ошибаетесь. Мы знаем, а вы, думаю, догадываетесь, что сами способны со своим кораблем и экипажем решить эту небольшую проблему. Без нашего участия. Только вот набрав в команду почти два десятка инопланетян трудно будет пояснить их расам их гибель. Кварианка — член Мигрирующего флота, а вы знаете, что они из за собственной глупости были изгнаны роботами со своей родной планеты. Турианец — один из тех, кто желает служить чести и долгу, защищать добро и справедливость, а его другой турианец, не менее ограниченный, пусть и более высокого положения, макает мордой в то, что совершенно не способствует расследованию. Кроган вместо того, чтобы стать чем-то большим, чем живая машина для платного убийства, вынужден бежать с родной планеты, поскольку там нормативно рожает только одна кроганка из тысячи и прекрасная сильная раса стоит благодаря турианцам и саларианцам на грани вымирания. Кстати, если вы думаете, что вам удастся обойтись без саларианцев — сразу скажу, вы не сможете. В вашей команде будет представитель этой расы.

— Действительно. — Шепард достал из кармана платок и промокнул взмокшую шею. — Ваша информация о ситуации... полнее нашей. Это значит...

— Это значит, что большая часть этой информации должна быть известна только вам, капитан. — жестко и четко сказал Семенов. — И это также значит, что рано или поздно вы сами убедитесь в полноте и правильности этой и иной информации, пропустив ее через собственную память, сознание, подсознание, чувства, эмоции, ощущения. Нам надо только одно — чтобы вы и ваша уникальная команда не погибли и решили проблему.

— Вы уже несколько раз употребили это слово "проблема". В чем она состоит?

— Мы не будем спрашивать вас, готовы ли воспринять полную информацию, капитан. — мягко вступила в разговор Аврора Иванова. — Маяк сделал это за нас. Знаете, кому он принадлежит?

— Расе протеан, офицер. — севшим голосом сказал Шепард. — Это значит, что информация маяка...

— Была предназначена для представителя расы протеан или расы, полностью или большей частью ассимилированной этой расой. Иными словами... — сказал Семенов.

— Иными словами я чудом избежал превращения в овощ...

— Вы чудом избежали гибели, Шепард. — сказала Юльева. — Как медик, могу засвидетельствовать, что влияние маяка не было и для вас позитивным. Вы серьезно пострадали. А могли и погибнуть. И не надо думать о том, что мы каким-то образом оградили вас. Нас на Иден Прайм не было. В любой расе есть представители с уникальными возможностями. Вы один из них. Для человечества. Ваша задача — использовать ваши возможности и поддержку вашей уникальной команды в интересах позитивного решения проблемы Цикла.

— Меня не тянет спрашивать вас, офицер, о том, верите ли вы сами в эти галактические легенды. — с трудом произнес Шепард. Врач с готовностью отпарировала, на мгновение превратившись в нерассуждающего хирурга:

— Важно не то, во что я верю. Важно то, что вера может быть слепа, глуха и глупа. Но информация — не предмет для веры. Цикл развития множества цивилизаций подходит к опасному отрезку. Здесь всю разумную жизнь в галактике Млечный Путь ждет противостояние с силой, которая не подлежит нормативному восприятию, поскольку не руководствуется гуманизмом и жалостью. Задача этой силы — проредить существующие расы, уничтожив лучших и сильнейших и дав возможность развиться слабейшим. Цель — попытаться насытиться этими лучшими, получив возможность усовершенствоваться. Мотив — жесткая безжалостная машинная программа, ибо и сами вестники силы — машины. — Светлана держала форму военного хирурга уверенно и спокойно. — Машину с такими характеристиками можно только уничтожить. Любое перепрограммирование — это возможность получить врага в будущем. Если мы сделаем неправильный шаг или допустим неверный выбор — нас ждет галактика Млечный путь, уставленная сохранившимися протеанскими маяками, ибо свои мы не успеем построить. Нас, разумных существ этого цикла, сметут. А поскольку очень разумных у нас предостаточно, то Млечный Путь будет зачищен больше чем на шестьдесят процентов. От любой разумной жизни. Вы видели эту машину стартующей с планеты. Вы видели, насколько она не похожа на все известные вам летающие машины атмосферного или космического использования. Вы, капитан, видели при подходе к Иден-Прайм на большом экране, а не непосредственно, только одну эту машину в действии на планете и она атаковала пока что только маленький отряд воинов. Этот отряд был полностью уничтожен. Один выживший солдат, сержант Эшли Уильямс, в данном случае — не в счет. Как офицер вооруженных сил Земли, вы в состоянии оценить, что сможет сделать с инфраструктурой и с самим населением планеты отряд из нескольких таких машин. Эшли Уильямс вам докажет на пальцах, что она, как солдат, как командир взвода космических пехотинцев, при всем желании выстоять бы против гетов, прибывших на этой машине, не смогла. Ее бы непременно нашли и насадили на один из этих штырей. Будь у гетов больше времени и не появись вы там с Кайденом Аленко. А теперь, капитан Шепард, расширьте Иден Прайм до масштабов Галактики Млечный Путь и увеличьте количество подобных машин-жнецов хотя бы по пять на планету и учтите, что не на всех планетах сейчас есть сколько нибудь существенная артиллерия.

— Вы об этом говорите так спокойно и безжалостно... — Шепард взглянул в потемневшие глаза врача Звездного флота.

— Я не представляю сейчас из себя человека. Я офицер и ученый, врач. Я сейчас обязана остановить это безумие, а не рассуждать о красоте цветочков. — жестко отпарировала Светлана. — Кстати, вам, как офицеру, уже понаставили имплантов. Многие гражданские тоже их имеют. Так что следующим актом драмы будет война. Война между синтетиками, которых пока что представляют геты и органиками, в которых, к счастью, пока не так много имплантатов. Поинтересуйтесь у Тали Зоры, знали ли они, кварианцы, улепетывая со всех ног с родной планеты, что их порождения — геты — не будут их преследовать дальше нескольких сот километров. С перепугу кварианцы полагали, что их, именуемых гетами "создателями" ждет немедленное полное уничтожение. А ведь эти порождения "создателей" обладали не просто мозгом, разумом. Они обладали душой, часть которой — интеллект. Вы знаете какой вопрос начал войну? Утреннюю войну у кварианцев?

— Есть ли у данной платформы душа. — почти шепотом произнес Шепард. — Тали даже вздрогнула, когда сказала мне эту фразу, рассказывая о судьбе кварианцев.

— Полагаю, она сама уже поняла, что геты — не машины. Это новая раса, цивилизация, с которой кварианцам, если они хотят выжить, придется договариваться, сотрудничать и сосуществовать.

— Эшли Уильямс была атакована гетами и их машинами — дронами. — попытался напомнить врачу Звездного флота капитан Шепард. Та восприняла его информацию спокойно.

— Ваш второй пилот Кайден Аленко несмотря на допуск к управлению уникальным кораблем и немалый офицерский чин, простодушно полагает до сих пор, что гетов не видели за пределами Вуали уже три сотни лет. Неужели вы не понимаете, капитан, что геты, с их машинным разумом — не дети, которых можно запереть в манеже и спокойно заняться любыми взрослыми делами. Это такая же раса, которая неминуемо озаботится экспансией едва только избегнет уничтожения и получит возможность размножаться. Вы, жители планеты Земля, летаете на своих кораблях даже в Траверс, пираты и батарианцы, работорговцы, все преступные элементы, а также все лояльно-законопослушные представители рас беспрерывно снуют по Галактике. И вы отказываете в этом праве гетам?

— Геты, атаковавшие Эшли Уильямс и уничтожившие ее подразделение не были мирными учеными или исследователями. На пиратов и работорговцев любой расы они, если суммировать всю информацию, тоже не похожи.

— А вы не забыли о корабле, том самом гигантском корабле, капитан? — без улыбки спросила врач Звездного флота. — Вы не забыли о том, что люди, жившие на этой планете, на Иден-Прайм, не один десяток лет... И, кстати, в том числе, вы, Шепард, слышали неприятнейший звук, который, казалось, шел из недр человеческого тела? А теперь, как офицер, скажите, если для обычных гражданских людей этот звук был неприятен, был ли он неприятен для гетов, у которых, вполне возможно, чувствительность к подобным звукам намного выше?

— Вы полагаете, что корабль...

— Дал Сарену Артериусу возможность получить армию гетов. И в дальнейшем он будет давать Сарену возможность получить любую армию марионеток из любой расы, способной воевать достаточно профессионально. — подытожила врач Звездного флота. — Роботы-геты у нас уже есть в подчинении у Сарена. Какая у нас там следующая воинствующая раса по списку?

— Кроганы. — Шепард уже не удивлялся аргументам, предъявляемым ему членами "экспедиции посещения". Эти аргументы начинали его пугать.

— Смотрите глубже, Шепард. Против кого могли быть активированы в прошлом кроганы? — в разговор снова вступил Степан Берестов.

— Рахни? О, Боже. — Шепард откинулся на спинку кресла и, цапнув неловким движением руки ближайший к нему сосуд, залпом выдул едва ли не половину содержимого бокала. — Кажется, я теперь понимаю, почему вы попросили налить только обычную воду.

— А вы как офицер армии понимаете, что против рахни у очень многих рас нет шансов. — жестко продолжил Берестов. — А если удастся их объединить с гетами и кроганами...

— Галактика вздрогнет. — произнес Шепард.

— И этот толчок для многих ее жителей будет последним предсмертным мироощущением. — сказала Светлана. — А теперь, Шепард, вспомните, что Сарен ненавидит людей, землян. Теперь вы понимаете, почему?

— Люди, человечество, способны остановить Сарена и его поводыря. — голос Шепарда окреп. — И экипаж "Нормандии"...

— Должен остановить не только Сарена и Властелина, но и Цикл. — сказал Семенов. Все остальные члены его отряда кивнули, подтверждая справедливость сказанного командиром. — И вы, Шепард, способны сделать это вместе со всей своей командой. По большей части, скажу сразу: несмотря на уникальный статус Спектра, реально у вас не будет сильной поддержки рас Млечного Пути или Совета Цитадели. Не будет и поддержки Земли в необходимых и достаточных объемах. Не обольщайтесь. Герои всегда одиноки. До, после, во время. Всегда. А вы и ваша основная команда станете героями и вас ими признают. Только вот признают не все и не навсегда. Увы. У каждого времени — свои герои. Вы, Шепард, имеете возможность стать героем на несколько столетий. Это немало.

— А вы?

— Объединить галактические расы в борьбе с таким страшным и сильным врагом можно только гарантировав, что ваша команда будет неуязвима и сильна очень длительное время. — в разговор вступила Аврора Иванова. — И мы должны сохранить вас на всем протяжении этой тяжелейшей борьбы. Не забывайте, что вы и члены вашего экипажа — не боги, а обычные разумные существа.

— Вы должны будете успевать и бороться, и спасать, и жить обычной жизнью. — продолжил Семенов. — Грешной, обычной жизнью. Вы знаете, что двадцать четыре часа в сутки невозможно заниматься подвигами. Ваша команда сильна и вы, Шепард, сильны. Но вместе с борьбой с основным врагом — Циклом, вы вынуждены будете чистить авгиевы конюшни меньшего масштаба. В конечном итоге после разрыва Цикла слишком многое должно измениться в лучшую сторону и лучше эти изменения готовить загодя. Наша задача — помочь вам в этом, позволить совместить подвиги и обычную жизнь, не истощать себя подготовительной работой без особой необходимости. Нет, Шепард. У вас и у вашей команды будет все — боль, кровь, ранения, травмы, усталость. Будет все, свойственное обычным разумным существам. Вам, вашей команде будет нужна помощь квалифицированная. И наша пятерка, экипаж посещения — вам ее окажет в полной мере. А экипаж "Линии" обеспечит тыловую поддержку и позволит решить многие задачи в фоновом режиме, не проявляясь и не светясь в качестве основных исполнителей.

— А ваш носитель?

— Крейсер "Свиток", как вы уже знаете, закрыт для посещения, он не будет с нами постоянно. У него есть свои большие задачи вне Млечного Пути. Если наша "Линия" в два с лишним раза больше вашей "Нормандии", то крейсер — это корабль поистине циклопических по меркам Млечного Пути размеров и его появление и участие в решении проблемы Цикла потребует титанической работы по легализации, что автоматически снимет с вас, Шепард, все лавры победителя и героя Галактики. Согласитесь, это оскорбление вы простить не сможете.

— Ваша правда, не смогу. Значит...

— Ваш резерв высокой автономности — фрегат "Линия" и его экипаж. Это — максимум. — жестко сказал Семенов. — Решение многих проблем и вопросов в качестве ступенек к решению основной проблемы Цикла потребует вашего, капитан, непосредственного участия в боевом десантировании.

— Вы правы.

— По стандартам Альянса и его Уставам у вас в данном случае приняты тройки.

— Да.

— Одним из членов этой тройки чаще всего будете вы, капитан. — сказал Владимир Стропов. — никто кроме вас на корабле не обладает уникальным статусом Спектра, тем более — первого Спектра — человека. С его помощью многие вопросы будут решаться быстрее и эффективнее. Да и как военный человек вы просто не усидите здесь, в теплом нутре корабля. Ведь именно вам предстоит уничтожить Сарена и этого Жнеца.

— Ваша правда.

— Наша цель — сделать так, чтобы вся ваша основная команда без любого исключения дожила в целости и сохранности до момента решения проблемы Цикла. — произнес Семенов. — Это означает, что рядом всегда будет наша тройка. — командир остановил встававшего Шепарда жестом и капитан Нормандии нехотя подчинился, опускаясь в кресло. — Нет, никто не говорит о том, что мы каждый раз будем решать за вас задачи миссии. Мы будем рядом для того, чтобы исключить безвозвратную гибель любого члена вашей тройки и для того, чтобы собрать максимум данных, необходимых для успешного решения проблемы Цикла. Конечно же, мы готовы к вооруженным миссиям, связанным с боевыми действиями. А "Линия" и ее экипаж будут сопровождать вашу "Нормандию". Увы, пострелять придется и в космосе и пострелять очень серьезно и по очень зубастым целям. Далеко не сразу ""Нормандия"" обретет необходимые зубы. Наша помощь, помощь "Линии" не будет в космосе по большей части связана с вооруженным отпором вашим оппонентам. Мы стремимся к ведению информационных войн, а это означает, что "Линия" не всегда явно будет сопровождать "Нормандию". Мы будем появляться рядом с вами на своем корабле, скрытом под разными обличьями. И мы говорим об этом открыто только вам, капитан.

— Понимаю. — Шепард резко посерьезнел, почувствовав, что разговор подходит к концу. — Но кто-то из вас останется на борту "Нормандии"?

— Мы не собираемся стеснять вас и вашу команду, капитан. В заднем трюме среди вентиляторов-охладителей у вас достаточно места для нескольких коек. Мы поставим там модульные стенки, чтобы иметь иллюзию изолированности. Все, что необходимо нам — мы принесли с собой. — ответила Светлана.— Конечно же, мы готовы разделять с вами и ваш стол и нести все необходимые затраты на пополнение поглощаемых нами ресурсов. При необходимости мы телепортируемся на нашу "Линию". Это несложно. В конечном итоге Спектр имеет право на полную автономность и не обязан отчитываться ни перед кем. — напомнила она строчку из Устава СПЕКТРов.

— Хорошо. Вы меня... скажем так, убедили. Полагаю, что ограничивать вас теперь нет никакой необходимости. Вы и так изучили "Нормандию" и ее экипаж в достаточной степени. — Шепард поднялся. За ним поднялись все члены экипажа посещения. — Я распоряжусь насчет заднего трюма.

— Владимир, Степан. — обратился к своим коллегам Семенов. — Принесите с "Линии" комплекты стенок и коек и комплекты носимого оборудования.

— Есть, командир. — офицеры козырнули и первыми вышли из каюты капитана.

Сам Шепард поднялся по ступенькам в предбанник и по громкой связи отдал приказ первому помощнику Престли пропустить офицеров "Линии" в задний трюм и не препятствовать любым работам в нем. Престли распорядился уже рядовыми членами экипажа "Нормандии" и те обеспечили офицерам "Линии" возможность обустроиться в трюме.

— Будете представляться моему экипажу? — спросил Шепард, вернувшись в основное помещение каюты.

— Когда у вас вечернее совещание сегодня?

— В семь вечера по корабельному. Но я чувствую, что экипаж уже сейчас слишком настроен узнать побольше о вас.

— Володя, Степан, как у вас? — спросил по наплечному спикеру Захар Семенов. — Доложите.

— Через пятнадцать минут заканчиваем распределение укладок. Сейчас устанавливаем полки на уже закрепленных стенках. По окончании работ — доложим. — послышались голоса обоих офицеров.

Семенов удовлетворенно кивнул. Шепард принял текстовый доклад старпома Престли и также удовлетворенно кивнул.

— Вы закрылись стенками от окон балкона и боковых окон?

— Не только. — кивнул Семенов. — Мы закрылись и снизу и сверху. Не все, что нам доступно, следует демонстрировать всем и каждому. Это всего лишь походные палатки, они только имеют спецтехнику изолированной среды обитания. Защиту. На одном из этапов главной миссии трюм вашего корабля может подвергнуться атаке дронов нашего одного из самых сильных противников. Наше присутствие в трюме позволит вам, капитан и вашему экипажу не отвлекаться на борьбу с этими верткими созданиями. У вас тогда может просто не хватить ресурсов — дроны рассчитаны на уничтожение кораблей и живой силы экипажей. Наша же задача — сохранить вас всех.

— Вы, полагаю, уже до деталей знаете возможные варианты развития событий? — спросил Шепард.

— Этого не знает никто в Галактике. Мы просто избрали место, где меньше всего будем мешать вам и вашему экипажу и где сможем спокойно исчезать и появляться, не внося сумятицу в вашу жизнь и работу. Нам также нужно было место, где мы могли бы работать независимо от вашего двадцати четырех часового цикла. Дело в том, что когда у нас есть работа, то мы действуем круглосуточно и по многу дней. — уточнила врач Звездного флота. — А когда отдыхаем, то часто сохраняем полную неподвижность, оставаясь начеку, в готовности к немедленному действию.

— И вам хватит столь малого пространства? А как же...

— Тренировки, как спортивные, так и боевые, связанные с физическими нагрузками, будут проходить в трюме под изолирующим непрозрачным полем. Но они не будут частыми, так что пространства периметра стенок нам вполне хватит. В остальном мы работаем с информацией и для этого больших пространств не нужно. Наше оружие — информация, а не генераторы пиф-пафов. — подытожила Светлана. — кроме того, мы прекрасно можем участвовать в физических тренировках наравне с членами вашего экипажа. К тому же, мы способны пользоваться любым вашим привычным оружием — от холодного до огнестрельного. И пользоваться им так же, как вы привыкли. На наши методики применения вашего оружия мы будем переходить только в случае необходимости. Если потенциала ваших методик будет недостаточно. И только в самом крайнем случае мы задействуем и наши методики и наше оружие.

========== Глава 5. Шепард представляет экипажу новых союзников. Экскурсия на "Линию" ==========

— Работы закончены, командир. — доложили в два голоса Владимир и Степан. — мы выходим из периметра, опечатываем его.

— Хорошо. Пока повремените с выходом из трюма, ребята. — Семенов обменялся взглядами с женщинами. — Мы сейчас с капитаном спустимся. Будет краткая процедура представления. Нам здесь предстоит и работать и жить. Так что согласуемся.

— Принято, командир. — донеслось из спикера.

— Капитан. — поднявшийся Семенов выразительно посмотрел на дверь. Шепард нажал клавишу общей громкой связи:

— Всему экипажу, свободному от вахт, собраться на главной палубе. Форма одежды — обычная.

Отметив на настенном экране каюты появление всех "квитанций", Шепард открыл двери в лифт-холл и пропустил в кабину обеих женщин, зайдя туда следом за Семеновым.

В проеме открывшихся дверей было видно, как вокруг главного пульта корабля собрался почти весь экипаж. Старпом вполголоса доложил вышедшему из лифта первым капитану Шепарду о наличии людей и о причине отсутствия некоторых членов экипажа. Шепард кивнул, кратко представил членам экипажа всю пятерку экспедиции посещения и не менее кратко обрисовал складывающуюся ситуацию с целью миссии. Конечно же, он сказал намного меньше, чем узнал от офицеров "Линии", но сумел облечь изложенную информацию в удобную форму, не вызывающую вопросов и неудовольствия.

— Сможем принять сейчас часть экипажа на "Линии"? — вполголоса обратился Семенов к Ивановой.

— Там все готово. — Полковник взглянула на ридер, прочла последний доклад, кивнула Семенову и подошла к Шепарду. — Мы можем принять и познакомить с нашим кораблем и экипажем два десятка членов вашего экипажа за раз. Экскурсию. — она сделала на этом слове заметное ударение, говоря при этом только для Шепарда. — можно провести прямо сейчас. Потом предстоит расстыковка. Нам следует определиться с дальнейшим путем вашего корабля, ведь вам, Спектр, представили несколько пунктов назначения. "Линия" последует за вами. Начнем совместную работу.

— Хорошо. А какие-либо материалы экскурсионного характера? Для тех, кто не сможет попасть сейчас на борт вашего корабля? — спросил Шепард.

— Вот. — Иванова подала пачку кристаллов. — На этих носителях вся нужная открытая информация.

— Хорошо. — Шепард передал пачку кристаллов старпому, распорядившись пока не вставлять кристаллы в ридеры. Затем он негромко перечислил членов экипажа, которым разрешал подняться на борт "Линии". Названные направились следом за Владимиром Строповым и Степаном Берестовым к шлюзу. Юльева получила по ридеру доклад, что последний член экипажа "Нормандии" переступил порог фрегата "Линия" и кивнула Семенову.

— Капитан, это не последняя стыковка, так что вы сможете лично неоднократно посетить "Линию". — успокаивающе заметила Светлана Юльева. — Разрешите мне посетить ваш медотсек и пообщаться с вашим прекрасным врачом — Карин Чаквас?

— Хорошо, идите, Светлана. Знаю, вы весь корабль осмотрите. Даю вам доступ. — Шепард, щелкнув инструментроном, кивнул врачу звездного флота и та кивнула в ответ, направляясь к лифту.

— А куда мы можем пойти? — спросила Иванова, обращаясь к Семенову.

— К тому, кто прекрасно летает, но, увы, ходит не так прекрасно. — сказал тот, взглянув на Шепарда. — Он, конечно, многое видел на экранах, но лучше познакомиться с вашим прекрасным пилотом вживую, капитан. Я и Аврора имеем квалификацию пилотов, так что нам будет о чем поговорить с вашим профессионалом.

— Хорошо. — Шепард кивнул и вернулся к себе в каюту.

Идя к носу корабля, где размещалась пилотская рубка, Семенов и Иванова не глядя друг на друга безмолвно отчаянно спорили.

— Захар, черт возьми, я же знаю, что мы можем излечить его от этого синдрома Вролика. — говорила Иванова.

— Ага. А Моро мигом потребует, чтобы мы передали способ лечения на их Землю врачам, чтобы и другие пациенты были излечены. И как нам потом объясняться со знакомыми и родственниками Джефа Моро, которые знали его глубоким инвалидом? — отвечал Семенов.

— То есть ты против?

— В конечном итоге, Аврора, это решать только нашему врачу экспедиции посещения. Только она и Карин Чаквас могут дать окончательный ответ. Мы можем только предположить и предложить. — Семенов не хотел давать ни утвердительный, ни отрицательный ответ.

— Похоже, предположение переходит в уверенность, а предложение... Что ж, действительно пусть решают врачи. Но дать надежду мы ему обязаны.

========== Глава 6. Из записок Джефа Моро, пилота Нормандии ==========

Пусть меня выкинет в шлюз давлением воздуха, если это все мне приснилось. После стыковки с кораблем, вдвое превосходящем размерами "Нормандию" ко мне в рубку пришли два офицера космофлота Земли. Они отрекомендовались командирами фрегата "Линия". Это и оказался тот корабль, который на борту даже имеет свой трап, как на земном дредноуте.

Более того — они оказались пилотами и я сразу почувствовал, что пилоты они — не из последних и даже не из средних. Мы минут двадцать на экранах проигрывали различные варианты не очень классических маневров и у меня не раз была возможность поймать свою челюсть где-то под креслом. Они предлагали такие варианты решения, что я даже сомневался, выдержит ли в реальности "Нормандия" подобные эволюции.

Но главное — они оба чуть ли не в один голос предложили мне излечиться от моего синдрома Вролика. В этот раз я искал челюсть под креслом минут восемь, хотя мой личный рекорд составлял шесть минут. Все это время командиры "Линии" стояли неподвижно и даже не смотрели на меня, давая мне, Джефу Моро возможность собрать себя воедино. Когда я спросил, как и где это можно будет сделать, Аврора Иванова мягко заметила, что все подробности знают врачи и мне нужно будет только обратиться к Карин Чаквас. К той самой Чаквас, которая мучила меня месяцами, заставляя вовремя пить многочисленные и не самые вкусные лекарства.

На мой второй вопрос о том, а как же другие пациенты на Земле и в колониях с таким диагнозом, Захар Семенов ответил, что любое лекарство их медицина готовит прицельно под конкретного пациента и никто не будет ставить на поток вакцину от синдрома Вролика. Они меня убедили. Я понял, что они не собираются дарить человечеству вакцину просто так, бесплатно, даром и... и был им благодарен. Они не желают оскорблять нас, сомневаясь в нашей способности преодолевать трудности. И в то же время не желают заменять своими немаленькими медицинскими и фармакологическими познаниями профессиональных медиков, будь то доктор Чаквас или их врач звездного флота.

Черт, я их еще больше зауважал после этого. Они так же сказали, что обоим врачам следует подготовиться к процедуре и на это потребуется время. Увидев мой немой вопрос на моем лице, Семенов сказал, что врачи сами вызовут меня к себе, когда у них будет все готово. Ох, я чувствую, что у меня сегодня будет спокойный сон.

Переговорив с Джефом Моро, Семенов и Иванова пришли к Звездной Карте в боевой информационный центр "Нормандии", решив дождаться возвращения основной части экипажа. На борт "Линии" ушли все инопланетяне и большая часть офицеров корабля. По их возвращении на борт фрегата ушли последовательно вторая и третья часть пожелавших побывать на борту "Линии"

Экскурсия для каждой части экипажа "Нормандии" не заняла больше сорока стандартных минут и вскоре Семенов и Иванова уже направлялись к одному из салонов, в котором была устроена малая кают-компания. Здесь командиры "Линии" постарались ответить на большинство вопросов кварианки, турианца и крогана, чем доставили им удовлетворение и сдержанную радость.

========== Глава 7. После экскурсии на "Линию". Курс на Тау Артемиды ==========

В этот момент в малый трюм вошел капитан Шепард, подтянутый и собранный как сжатая пружина.

— Берем курс на Тау Артемиды, Терум.

— Лиара Т Сони. — сказала Иванова. Шепард только кивнул в ответ, пропуская выходивших инопланетян.

— Остаетесь здесь? — он прикрыл дверь.

Семенов кивнул:

— Я, десантник и информационник идем с вами. Иванова и Юльева остаются. — принял решение полковник. — Так что, девчата, обустраивайтесь в трюме, а мы поскучаем в переходном отсеке. — он обернулся к Шепарду. — На ваш выбор, капитан, мы не влияем. Наша тройка сформирована. И мы идем в прикрытии. Лиара — субъект ценный, сложный и неоднозначный, она станет одним из постоянных членов вашей команды, но там, на Теруме, кроме нее будут геты с шагающими танками, а также кроганы. Всем хочется украсть у протеан их секреты и поживиться источниками могущества. Планета сама по себе сложная, геологически нестабильная. Сажать "Нормандию" на нее физически — опасно. Там банально мало места для длительной беспроблемной стоянки. Придется десантироваться на вездеходах.

— Будете расчищать нашей тройке путь? — усмехнулся Шепард.

— Миссия простая, сложностей не предвидится. Наш вездеход садиться без особой необходимости не будет. Сразу говорю — там вулкан и Джокер будет в ярости, если мы не уберемся оттуда вовремя, до момента активного извержения. Планета интересная, но очень молодая и горячая. А Лиара там копает не что иное, как подземные протеанские руины. Сами сможете убедиться в совершенстве этой расы, капитан. — четко произнес Семенов.

— Посмотрим. — кивнул Шепард, соглашаясь. — С вашими выкладками трудно не согласиться.

— Мы не настаиваем на согласии. Мы настаиваем на том, чтобы все вернулись живыми и смогли остаться здоровыми. — сказала Иванова. — Джокер — прекрасный пилот и ""Нормандия"" это чувствует и знает. Не надо его разочаровывать.

— Постараюсь. — Шепард кивнул вторично и вышел из малого бокового трюма. — Джокер.

— Да, капитан.— откликнулся по спикеру пилот.

— Бери курс. Ты знаешь какой.

— Уже на курсе, капитан.

— Хорошо.

— И еще, капитан. — Семенов жестом предложил Шепарду отойти в сторону к закутку рядом с картой галактики. — Предупредите экипаж, что с нашими женщинами шашни, шуры-муры и сальные шуточки — не проходят. На любые подобные посягательства они реагируют крайне неприятно для тех, кто попытался превысить нормативное общение. Убивать они никого не будут, но неприятностей доставят — множество. А поскольку у каждой из них — несколько специализаций, то коктейль из этих неприятностей будет весьма чувствительный. Нам с вами придется работать вместе и рядом долгое время и потому давайте не осложнять взаимодействие ненужными деталями. Любые посягательства на наших женщин мы наказываем жестоко.

— Хорошо. Я вас понял и распоряжусь.

— Отлично. Светлана.

— Да, Захар. — врач оторвалась от изучения экранной информации на основном пульте Нормандии и подошла к Шепарду и Семенову.

— С Чаквас виделась?

— Еле смогла ненадолго прерваться. Она прекрасный человек и знающий специалист. Я в целом переселяюсь к ней, командир, если не возражаете. У нее в тылу медотсека есть лаборатория...

— Боюсь, что после Терума в этой лаборатории окажется Т Сони, Света. — сказал Семенов. — А с ней лучше общаться не тебе, а нашему информационнику. Эта азари по данным слежения со "Свитка" слишком о себе воображает многое. По молодости.

— Я охотно поменяюсь со Степаном и вернусь на свое место в трюм, командир. Но пока прошу разрешения быть с Чаквас. Я уже начала работу над вакциной для Джефа Моро и Карин мне очень помогает. О сроках готовности пока говорить не буду.

— Хорошо, Светлана. Если что проблемное — сразу мне или Авроре.

— Есть, командир. — Светлана грациозно козырнула и хотела уже идти, как Семенов, обведя взглядом главное помещение корабля спросил:

— А где, кстати Аврора?

— О, она очень хотела обосноваться поближе к Джокеру. Вы же знаете, она любит пилотировать. Там есть пустующее место второго пилота. Пока...

— Хорошо.

— Я у Чаквас, командир. — с этими словами Светлана быстро повернулась и направилась к лифту. Шепард долго смотрел ей вслед.

— М-да. Спасибо, что предупредили, полковник. Устоять против ваших женщин не каждый сможет. Они что, колдуньи?

— Нет, просто хорошо знают все, чем обычно наделяет природа только женщину. И умеют этим эффективно пользоваться. — без улыбки сказал Семенов. — Как я и сказал, я с десантником и информационником — в шлюзе. И еще, капитан... Наши женщины сами решают, кто их достоин в полной мере. И сами устанавливают пределы общения. С каждым. Индивидуально. Точно и быстро. Так что я им, хоть и командир, но — не нянька. И Аврора также ими не руководит в безопасных деталях.

— Хорошо. — Шепард согласно кивнул, обдумывая слова Семенова. -Джокер, сколько до Терума?

— Два с половиной часа полета, капитан, час на выход к району. Экипаж уже готовит вездеход. "Линия" прислала свою машину. Конфетка.

— Хорошо. — Шепард кивнул полковнику и вернулся к центральному пульту.

========== Глава 8. Из записок Тали Зоры ==========

Да, я конечно, слишком молода, едва выпорхнула в Паломничество. Но мне до сих пор ужасно стыдно: в отличие от многих моя подготовка продолжалась в три раза дольше и меня собирали в паломничество буквально всем флотом. Как же — дочь адмирала Флота...

Противно думать, что из за звания и должности моего отца я не имею права на ошибки и недочеты. И вот, сама жизнь доказала обратное: я не только имею право на ошибки и недочеты, я имею и их и все их последствия на себе самой. Достаточно мне было поговорить с чиновником Цитадели, попросить содействия, как я поняла — никого не интересует, чья именно я дочь и насколько влиятелен мой отец. Этот чертов бандит...

Хорошо, что нашлась маленькая клиника, хотя пришлось туда идти почти что в полном тумане перед глазами. Нас, кварианцев, никто не любит, никто не желает нам помочь. Хорошо, что врач все же следовала Медицинской Клятве и оказала мне помощь независимо от того кто я и откуда и вообще, смогу ли заплатить. Она сделала максимум из того, что было вообще возможно. Я ее понимаю — кварианская анатомия и физиология — совсем не то, на чем можно сделать карьеру медика, биолога и просто ученого.

Эти треклятые скафандры. Но в тот раз без скафа я бы просто отправилась за Черту. А этот Фист... Сказал, что он агент самого Серого Посредника... А оказалось... он солгал мне. Я даже не насторожилась. Фист устроил мне засаду. Два саларианца — наемника и двое профессиональных убийц... Да еще коридор между модулями Цитадели... Почти полутемный. Там, я сразу ощутила, мало кто ходит. Бесплатные транспортаторы и пассажирские транспортеры Цитадели позволяют избежать необходимости мерять такие переходы собственными конечностями.

Если бы не эта странная тройка, буквально нашинковавшая напавших на меня на мелкие кусочки... Я, конечно, успела кинуть под ноги саларианцев гранату, но это... мало помогло.

А потом я предстала перед послом человеческой расы и моя информация, полученная от гетов позволила решить, вероятно, одну из самых сложных проблем Цитадели. Мне потом сказали, что запись, извлеченная мной из модуля того гета прозвучала на заседании Совета Цитадели. Не знаю, гордиться мне этим или относиться спокойно. Скорее всего — второе. Ну, запись, ну прозвучала перед здешними чиновниками.

Важно другое — капитан Шепард позволил мне путешествовать на экспериментальном человеческом корабле. Он называется "Нормандия" Кила... Любой кварианский инженер продал бы кому угодно свою душу не задумавшись, сумей он за это оказаться на борту лучшего фрегата-разведчика человечества. Это прекраснейший корабль.

Знала ли я тогда, что мне это обеспечит почти круглосуточное беспокойство? Нет, речь идет не о посягательствах на меня... Всего лишь о том, что на "Нормандии" во многих местах... очень тихо. На Флоте если очень где-то тихо, сразу думаешь о самом плохом и соответственно действуешь: либо спасаешься, либо спасаешь.

Да, я понимаю, команда корабля в основном состоит из людей, а тут начинают прибывать инопланетяне. Сложности, конечно, возникают. Но мне повезло — капитан Шепард выделил мне спальную капсулу. Мой скафандр, хм, практически постоянный, а потому когда спишь — нет необходимости думать о том, как ты выглядишь во время сна. Да еще Шепард, едва я появилась на борту, приказал на "женские" капсулы установить с внутренней стороні непрозрачные занавеси. И на мою, кстати, тоже. Так что вообще хорошо стало — не только спать. Можно задернуть полог и просто отдыхать, думать. Если не на вахте, конечно.

Когда спишь — не особо страшна тишина. Ее постоянное присутствие совершенно тогда не мешает. Зато сон получается глубоким. Задернешь занавеску — и все, можешь спокойно спать. А остальное время можно пропадать в инженерном отсеке корабля, там тишина — редкий гость.

Двигатель Нормандии — это сказка. Такое огромное ядро — в таком маленьком корабле. Знаю, инопланетянам не особо доверяют, а кварианцам — вообще не верят, но Шепард... Он сумел что-то сделать с командой такое, что меня более-менее спокойно терпят в столовой, да и вообще в корабле.

Турианца Гарруса Вакариана он пропустил к главным орудиям корабля. Пусть он там и занимается бесконечной калибровкой — юстировкой, я-то понимаю, что ему просто нужно место для полного одиночества. Он хочет чувствовать себя нужным и в то же время не обязанным постоянно быть в центре внимания. Как военный, Гаррус приучен обходиться ужасающе малым, даже я не могу составить ему конкуренцию. А в помещении главной батареи он поставил лежак — и ему хватает.

А Рексу с его имиджем убийцы... Он также быстро понял, что трюм для него — самое место. Думаю, он это тоже сделал для того, чтобы никто не вздрагивал при его появлении в любой другой части корабля. Да какое там появление... Если он не захочет, чтобы его услышали и почувствовали — он так приблизиться сможет... Раса убийц, сподобившаяся остановить рахни... Нелюдимый Рекс, но я его, кажется, понимаю немного — слишком уж мешает этот имидж расы убийц кроганам. Их и без того становится все меньше. Генофаг...

Если бы я только знала... Раса людей продолжает меня удивлять все больше. Вчера мы состыковались с неизвестным кораблем Земли. Это оказался исследовательский фрегат людей, принадлежащий к флоту одной из их спецслужб. Я бы могла не поверить, но никто из команды "Нормандии" не смог найти никакой информации об этом корабле и его экипаже.

Полковники Семенов и Иванова разрешили всей нашей команде побывать на борту "Линии" — так, оказывается, называется этот просто гигантский фрегат. Если бы я только знала как, я бы все сделала, чтобы остаться на его борту. Я ходила по кораблю в составе очередной экскурсионной группы и у меня буквально каждое мгновение отвисала челюсть и округлялись глаза. За любую информацию об этом корабле и о его возможностях я могла бы закончить паломничество хоть завтра и с огромным почетом вернуться на Флот.

Нам показали большинство уголков корабля. Мой инструментрон... Он просто отключился при входе на этот корабль и я ничего не смогла сделать — всех моих технических знаний не хватает для того, чтобы понять, как можно было создать такой совершенный корабль. Я знаю, члены экипажа "Линии" спокойно отнеслись к тому, что я несколько раз, с разными экскурсионными группами побывала на этом фрегате. Но они так же знали, что я ничего не смогу понять — их технологии не укладываются у меня в голове.

Я лишь четко знаю, что если люди способны создавать такие корабли... То эта раса способна удивить весь Млечный Путь, каким бы заселенным и большим он не был. Удивить, я бы сказала, капитально.

Меня только беспокоит выражение лица капитана Шепарда, которое я заметила в момент возвращения капитана на борт Нормандии. Мне кажется, он не до конца поверил в то, что этот корабль создан людьми. А когда мы расстыковались и я, вернувшись в инженерный отсек, погрузилась в работу, я также стала сомневаться в этом. Но с другой стороны... Мне представляется, что этот корабль создан людьми... Но он и его экипаж... Они явно не из нашего времени. Я прекрасно понимаю, что спецслужбы всегда на несколько шагов обязаны быть впереди основной массы представителей своей цивилизации, обладать передовой техникой... Но этот корабль... От него веет такой древностью и такой отточенностью... Даже больше древностью, чем отточенностью. Если он и его экипаж из другого времени... То, может быть, боги послали нам могучих союзников...

Капитан Шепард вышел после совещания из своей каюты слишком сосредоточенным и постаревшим. Эти пятеро, что обосновались в трюме, заднем трюме корабля... Они закрыли туда доступ всем, капитан распорядился, чтобы даже мы, техники и инженеры, обслуживали все системы дистанционно и не появлялись в периметре заднего трюма. Они, эти гости, закрыли все иллюминаторы и отключили все видеокамеры... Я знаю, они принесли туда лежаки, аппаратуру и стенки... Вероятно, они собираются быть рядом с нами всю нашу... многоступенчатую... миссию.

Они поставили в носовом трюме свой челнок. По внешнему виду он ничем не отличается от военно-космического челнока Альянса Систем, но мне сразу стало ясно: эта машина — совершенно иной аппарат. Конечно же, вокруг него теперь изолирующее поле, не дающее ничего разглядеть в деталях. Но это и все. Я была там, в трюме, когда у экипажа пропало желание интересоваться ставшим недоступным для них челноком. И мне показалось, что он производит впечатление мертвого. В нем не ощущается жизни. Это не просто выключенная машина. Это мертвый материал, камень... Как экипажу "Линии" и тем, кто стоит за ними, удается создавать настолько экономичные машины? Для меня это большая загадка. А у людей, оказывается, такие машины уже есть.

Полковник Семенов — это нечто. Шепард сразу понял, что перед ним — профессионал, который превышает его по очень многим параметрам. Я слышала, что капитан — выпускник Академии Эн-Семь, но увидев полковника Семенова, поняла, что у людей есть нечто большее, чем эти очень профессионально подготовленные супербойцы.

Как он, полковник Семенов и его младшие командиры — мужчины нежно относятся к своим женщинам, ни на миг не выпуская их из под своей заботы и защиты. У них, оказывается, возможно двойное командование и права полковника Семенова и полковника Ивановой в управлении "Линией" и командовании экипажами — основным и посещения — равнозначны. Они умеют договариваться и слушать друг друга. Не просто слушать — слышать и понимать. Они умеют доверять своим подчиненным — оба переселились, пусть и временно на Нормандию, передав командование фрегатом своим заместителям. Оба! А у нас чуть что — свалка между адмиралами начинается. Такая кутерьма поднимается... Видела, как дочь адмирала это изнутри. К сожалению.

Они оба — пилоты, вероятно, это обязательное в большинстве случаев приложение к их командирской специализации. И они почти сразу пошли к Джокеру, Джефу Моро. Он, как я видела, не рассчитывал на это. Их разговор затянулся надолго, но Джокер целых полдня находился после этого в прекрасном расположении духа.

Их медик не стала вмешиваться в обязанности других членов экипажа посещения а сразу пошла к этой архинедоступной Чаквас. Нет, Карин прекрасный врач, но как военный хирург-травматолог... Она жестковата очень в общении. А тут пожалуйста — сорок минут при наглухо закрытых жалюзях и двери в медотсек. И Карин провожает Юльеву — капитана медслужбы "Линии" до двери и стоит на пороге пять минут.. Пять! Минут! С лицом... Ее лицо тогда носило такой глубокий отпечаток удовлетворенности и обрадованности полнотой бытия.

С кварианцами сравнивать не могу — мы никогда не снимаем маски, так что по нашим скафандрам наши эмоции свободно читают только сами кварианцы. Но люди... Они ставят меня, кварианку, в тупик. Если они способны создавать такие спецслужбы, от которых за световой год не веет могилой и болью... Если офицер — медик спецслужбы способна разговорить Чаквас без бренди Серайс-Айс... Этого не удавалось даже Шепарду, а ни с кем другим Карин Чаквас пить не захотела бы. Капитан Андерсон не в счет — я совсем мало его знала.

Я знаю, что для Шепарда я — просто член команды и он не желает иметь со мной никаких отношений, выходящих за рамки служебных. Он не ксенофоб, это точно, его не напрягает мой скафандр и невозможность увидеть лицо. Как это он сказал? У каждого — свои странности. Он терпит даже Эшли Уильямс, по вине которой чуть не погиб при общении с маяком. Он терпит Кайдена Аленко, который из за своих имплатов второй версии постепенно превращается в робота-служаку, временами переставая быть человеком, способным на чувства и эмоции. "Служу Альянсу, сэр!" — вот и все что написано на его лице большую часть суток. Он терпит Престли, этого старпома, которого любой из наших адмиралов или капитанов списал бы в трюмные работники без задержки, почти мгновенно.

Вот кто является главным ксенофобом в экипаже Нормандии — старпом. Он боится Рекса, не уважает Гарруса и пытается всеми силами и средствами подставить меня, подтвердив мнение о кварианцах, как о галактических воришках. Нет, я не дам ему подобного удовольствия. Хотя бы потому, что Шепард, проходя мимо, тихо, так, чтобы это услышала только я, сказал позавчера — "Постарайся понять его, Тали. Пообщайся с ним. Я знаю, ты это сумеешь.". В первый момент я не поняла, во второй — оторопела и только в третий осознала, что это — шанс.

Но пришла "Линия" и наш разговор с Престли откладывается, а теперь еще этот Терум. Очередная миссия. Я знаю только, что обязательно поговорю с Престли. Это решено. Я это сделаю. Кила, этот Шепард... Я, кажется, влюбилась в него...

========== Глава 9. Из записок Эшли Уильямс ==========

Любопытство сгубило кошку. Так, кажется, говорят. Вот и меня оно сгубило бы окончательно, если бы не вмешался Шепард. Он оттолкнул меня от набиравшего силу излучения протеанского маяка и сам вошел в это страшное поле. Чаквас поняла только, что это поле воздействовало слишком многогранно на мозг Шепарда, сам Шепард отказывается детально говорить на эту тему и считает, что его видения слишком расплывчаты и в то же время слишком страшны, чтобы говорить о них что либо определенное.

Что я... простой сержант космопехоты Альянса, была придана для охраны археологов, раскопавших этот чертов маяк. Ничего проще — сиди, ходи, охраняй, защищай, не пускай туда, куда попадать опасно. Самый кайф для служаки-вояки. И вот пожалуйста — вместо биологических противников — машины. Сначала этот страшный корабль, потом эти нерассуждающие машины, выкосившие моих морпехов как сопливых детишек из яслей. Самой неприятно было бегать от этих машин, а что сделаешь с одной штурмовой винтовкой?

Если бы не Шепард, то я бы тоже оказалась на одном из этих вертикальных вертелов. Хаски... Название-то какое. Бездушные, сухие, выпитые тела на полной автоматике. И бежать от них... странно, а приходится. Сами по себе по одиночке они малоопасны, но ходят-то они всегда толпой. А если окружат, то своими лапками-руками так наподдают... Не отстреляешься. Не отмашешься ножом... Там ведь не кожа и кости, там металл и пластик. Не каждый нож быстро прорежет.

Превосходящие силы противника — так об этом принято писать в донесениях. Кроме хасков — геты... Эти шагающие роботы. Более странной конструкции я не встречала. Эти фонари, обладающие силой прожектора... Почти что зенитного. Даже не сразу поняла, куда надо стрелять, чтобы хоть обездвижить этого урода... Машины... Стреляют — залюбуешься... Если, конечно, они стреляют не в тебя... А так... Хоть я и сержант, но страшно.

Не получается у меня преодолеть пятно, лежащее на нашей семье. Не получается. Один раз просто сбежала от этих гетов и хасков, да их летающих дронов. Драпала, в общем. Хорошо, Шепард и Аленко навстречу шли. Видимо, к месту раскопок направлялись. Они помогли мне отбиться.

Расслабилась. Подумала, что если мужики защитили, то можно утратить бдительность. Не спорю, иногда я бываю страшно любопытной. Вот и потянуло меня к маяку. Хотела... посмотреть вблизи хотела на эту, как сказал лейтенант Аленко, действующую протеанскую технологию. Ага, действующую. По глупости — едва не стала овощем. Сама не знала, не понимала. Капитану Шепарду пришлось буквально выбивать меня из этого вязкого поля. Приземлилась на все четыре точки, хорошо, хоть пятую не отшибла и Кайден помог, поднял, бросился затем к Шепарду, которого это поле... наконец, отпустило. Аленко и доставил полумертвого капитана на фрегат, в медотсек. Пятнадцать часов Шепард спал... Нехило так его приложило.

Я, честно, пыталась извиниться, стояла под медотсеком, ждала, когда он очнется. Было жутко стыдно, а что я могу теперь изменить. Сначала бежала от войск противника... А потом едва не погибла по собственной глупости из за своего любопытства. Тут и святой озвереет. Не то что капитан десантного экипажа фрегата. Хорошо, что капитан Андерсон приказал меня оформить без согласования с Шепардом. Вроде как официально, чисто бюрократически я теперь в составе десантного экипажа. И теперь я знаю, что это мне не помогло нисколько.

Шепард от меня шарахается, глядит ненавидяще, для него я действительно только упала — отжалась. Теперь. И надолго. Конечно, кто я для него — простой сержант космической пехоты Альянса. Пешка... А он — выпускник Академии, Эн-Семерка. С молотильщиками дрался... Да, я понимаю, девушкам нравятся успешные, сильные мужчины... Даже не знаю, как мне теперь быть. И вроде я сержант и вроде я женщина. Он такой видный... И такой надежный.

Круче Шепарда я вряд ли могла бы кого себе представить. До очень недавнего времени. Но этот фрегат "Линия", вдвое больше "Нормандии"... И его экипаж и его командиры, согласившиеся — и он, и она — пребывать с нами в течение всей миссии, многоступенчатой миссии, как теперь я это понимаю. Они оказались намного круче Шепарда, который и сам это слишком хорошо понял — хватило нескольких часов общения с пятью членами экипажа экспедиции посещения "Линии".

Какое простое название и какие сложные люди и сложная техника, которой они командуют. Я была на двух экскурсиях на их корабле, в первый раз я просто не поверила, а во второй не смогла понять, как мы, земляне могли создать такую технику. Да, я знаю, у спецслужб Земли техника закономерно намного круче и ее, к сожалению, очень мало. Но увидеть такой корабль, увидеть такой экипаж... Для этого стоило побегать от гетов и потерпеть ненависть Шепарда.

В экипаже посещения все офицеры, мне, сержанту, туда не пробиться. Даже днем, в рабочее время рядом с трюмом прогуляться — и то проблема. Сразу спрашивают в стиле "Чего изволите?", после чего следует самостоятельно немедленно удалиться. Хотя они и не дистанцируются от нас, но все же стремятся к достаточной изолированности. Этот корабль и этот экипаж... Они не производят впечатления чисто земных, человеческих... И капитан, кажется, слишком много узнал такого, что подтверждает этот мой вывод. Но сам он, конечно, никому о своих думах не скажет. Такова доля командира корабля.

========== Глава 10. Из дневника Гарруса Вакариана ==========

Если я и пожелал поучаствовать в решении некоторой проблемы рядом с Шепардом, то прибытие "Линии", земного фрегата, числящегося в реестрах как исследовательский корабль Альянса Систем Земли спутало мне все карты. Война первого Контакта была жесткой... Люди не отступали, мы тоже. И если после всего люди сами, без нашей турианской поддержки способны создавать такие корабли с таким вооружением и с такими компьютерными и информационными системами, то теперь я думаю, что мы, турианцы, долго бы не продержались, продолжись противостояние немного дольше.

Хоть и корабль спецслужб, но нам, всему без исключения экипажу людей и нам, инопланетянам, показали на нем почти все. На турианском корабле такая открытость невозможна: мы воины и нам всегда есть чего скрывать. А тут показали почти все и никто ничего не смог увидеть и понять из недозволенного.

Этот корабль в одиночку мог расчленить того гигантского Жнеца, который атаковал Иден Прайм. А значит — победить. Оружие фрегата "Линия" превосходит все то, что я читал и видел и знаю о больших и средних калибрах земных космических кораблей. Оно... самокалибрующееся. Самостоятельно доводит себя до предельно высоких характеристик.

Я знаю, многие из экипажа догадываются, что на самом деле и земные стандартные орудия "Нормандии" не нуждаются в такой частой калибровке, что на самом деле это для меня, Гарруса Вакариана, способ избежать длительных контактов с экипажем Нормандии, но они не делают из этого проблемы. А на "Линии" мне не удалось даже приблизиться к таким совершенным орудиям — они не нуждаются в присутствии людей возле них ни в бою ни между боями.

Если я и знал, что улетая с Цитадели буду контактировать только с Рексом, то не догадывался, что мне придется тесно общаться с кварианцами. Они вообще-то редкие гости на Цитадели и потому очень заметны для гражданских жителей и тем более — для сотрудников СБЦ. Репутация у них не очень, но она — следствие замкнутости этой расы, беглецов с родной планеты, изгнанных оттуда получившими разум машинами. Да, скитания среди звезд научили их обходиться минимумом и добиваться максимума. Так и я об этом знал и думал раньше и вроде бы этого мне было достаточно. Но Тали Зора...

Это не просто кварианский инженер и технический гений. Она пробудила во мне что-то такое, против чего у меня не находится возражений и чему не находится вразумительных объяснений. Да, она замкнулась в техническом отсеке, да, она спит в этой капсуле, но при этом по одному только слову Шепарда с ней не обращаются так, как с потенциальным воришкой. Да, всем в экипаже Нормандии известно, что кварианцы должны доставить на Флот что-то очень ценное, чтобы завершить Паломничество и стать взрослыми членами экипажей Мигрирующего Флота. Но Тали не ворует ничего, она бесконечное число раз дает и дает слишком ценное, чтобы это принять за желание замылить глаза.

Джокер чувствует это слишком хорошо, ведь на нем — контроль за всей "Нормандией" в целом. И он неоднократно мне говорил, что "Нормандия" изменяется в лучшую сторону с каждым днем. Он связывает это с работой Тали. Именно работой, а не деланием вида.

Главный инженер Адамс уже понемногу отходит от шока, вызванного появлением и включением в работу в инженерном отсеке Тали Зоры. Его оба инженера отчаянно пытаются быть полезными Адамсу, который уже однажды заявил, что ему вполне хватит в инженерном отсеке одной кварианки и "Нормандия", как и утверждает Джокер, сможет тогда станцевать любой мыслимый танец среди звезд. Еще немного, хоть один малейший недочет и эта сладкая парочка, отчаянно пытающаяся представляться просто друзьями — будет вышвырнута с Нормандии в несколько секунд.

А мне просто с недавних пор приятно, что Тали рядом. Она хрупкая, но такая сильная и умная, что я просто теряюсь. Я теряюсь и от того, что я не знаю, нужен ли я ей, когда я рядом или я просто хочу верить в то, что я нужен ей именно рядом. Но давить на нее и на ее выбор я не буду. И еще... Я знаю, что она... неравнодушна к Шепарду... По-своему неравнодушна. Джон Шепард только недавно получил звание Спектра и капитанские права над фрегатом, а я уже вижу, насколько в него верят, на него надеются и равняются почти все в экипаже этого земного корабля. Прошло слишком мало времени, но я сочту за честь стать для Джона Шепарда другом. А Тали... Что ж. Пусть она выбирает между мной и Шепардом. Это... только ее право. Хрупкая... и такая сильная... Я этого Престли... Мне все равно, что он старпом. Но если он обидит Тали даже взглядом... Он будет иметь дело с разьяренным турианцем. И пусть сразу... как там, у людей... принято. О, пишет завещание и готовит... место на кладбище. Заблаговременно... Ни минуты, ни секунды не дам, если он хоть взглянет на Тали как на воришку...

========== Глава 11. "Нормандия" на пути к Теруму. Разговор полковника Семенова и Тали Зоры ==========

— Эм. Разрешите? — на пороге, за мятущимся зеленоватым полупрозрачным пологом защитного поля — фигура кварианки в сером скафандре. — Я понимаю, что уже поздно.

— Еще минута и дверь перед вами не открылась бы до самого утра, Тали Зора вас Нима. — сказал Семенов, поправляя накинутый на плечи китель с нашивками полковника. — проходите, идите за мной и старайтесь соблюдать тишину. Мои люди если и здесь, то отдыхают или работают. Не стоит им мешать.

— Постараюсь. — кварианка, стараясь не вертеть головой по сторонам и не тянуться к инструментрону, последовала за широко шагавшим полковником Семеновым, умудрявшимся не производить никакого шума. Командир "Линии" привел ее в свою выгородку и включил изолирующее звук поле.

— Присаживайтесь, Тали Зора вас Нима. — он указал на стандартное кресло, каких Тали видела немало на "Нормандии". — Знаю, у вас немало накопилось вопросов и сразу скажу — ответить на все из них я не смогу.

— Спасибо. — кварианка села в указанное кресло, но сразу же подалась поближе к столу, за который в другое кресло присел Семенов. — У меня пока что только один вопрос, полковник. Вы не из этого времени?

— Похвально, Тали Зора вас Нима. — Семенов не улыбался, его лицо оставалось сосредоточенным и серьезным. — Но даже если это и так, что это меняет? Я — человек и я обязан помочь людям. А люди всегда помогали другим расам. И я также не могу отказать другим расам в помощи. А время? Оно слишком относительно.

— Для тех, кто живет вне его — да, но для тех, кто живет внутри его потока... — попыталась было возразить Тали.

— Нет, Тали Зора вас Нима. Оно относительно и для них. Просто... просто надо по-иному понять то, что в тебе самом и то, что вокруг тебя. И время поймет и поддержит.

— Время. И вы.

— В первую очередь вы сами, Тали. — внезапно потеплевшим голосом произнес Семенов. — Вас, молодых кварианцев и кварианок, посылают в паломничество под условием привезти на Флот что-то очень ценное. Но это ценное не порождается вами очень часто, оно чаще всего заимствуется. А вы обязаны это позаимствовать, поскольку иначе вас неправильно, слишком низко оценят и не примут в экипаж. Это ваше право, Тали, право кварианского народа жить так. Но готовы ли вы работать на Флоте без Паломничества, работать так, чтобы Флот развивался вашим трудом, вашими руками и вашим умом? Был автономен.

— Вы предлагаете нам замкнуться самим на себя?

— Какой уровень замкнутости вам будет удобен? Вечное скитание среди Звезд? Закончится ли оно тогда, когда кто-то принесет на Флот что-то очень ценное? Нет, поскольку вы уклоняетесь в сторону от вашей основной задачи.

— От идеи уничтожить гетов ни один кварианец или кварианка не уклонится. — Тали произнесла это, как ей представлялось, со льдом в голосе, но на Семенова это не произвело никакого впечатления.

— С роботами сосуществовать и взаимодействовать вы так и не научились. — размышляя, проговорил Семенов. — Они вас именуют Создателями, а вы бежите от них так быстро, что догнать вас не сможет даже "Путь Предназначения", один из лучших азарийских дредноутов. Вы даже не поняли простой вещи, что именно вы, кварианцы, не дали гетам пространства, в котором они отчаянно нуждались. Даже самого малого.

— Пространства? Для чего? — с вызовом спросила кварианка.

— Для того, чтобы навсегда остаться уважаемыми и почитаемыми Создателями для своего порождения.

— Геты — наша ошибка, а не наше порождение. — заявила Тали.

— Сначала, Тали, это было ваше и только ваше кварианское порождение, а потом, позже, вы восприняли это как вашу кварианскую ошибку. Если бы это действительно была ваша ошибка, вы бы не смогли даже взлететь со своей планеты. Ни один ваш корабль бы не ушел. Это действительно, машины, Тали, но машины, обладающие разумом, интеллектом и душой.

— Они развились после того... — начала Тали.

— Как вы дали им эту возможность. — закончил мысль кварианки полковник. — И перепугались до заикания, когда начали осознавать последствия. Но бежать с планеты... Это — не признание ошибки. Это — даже не попытка ее исправить. Это — тупик, в котором вы находитесь до сих пор, Тали.

— Вам многие не поверят.

— А вы полагаете, что все вопросы решаются верой? Вы кого создавали, Тали? Я спрашиваю об этом вас, молодую кварианку, поскольку вам так или иначе придется участвовать в решении этой проблемы. Вы кого создавали? Слуг? Рабов? Домашних служителей? И вы верили в то, что для всех этих функций нужен искусственный интеллект? Вы действительно, все кварианцы в это верили? Я не спорю, приведение планеты в порядок — огромный труд. Но этот труд должен был стать делом разумных существ. Вас, кварианцев, Тали. А вы решили создать себе не помощников. Вы решили создать себе слуг и рабов. Вспомните, домашний гет, сельскохозяйственный гет, гет — носильщик, гет — дворник. Какая красота — кварианец может сесть, расслабиться и предаться ничегонеделанию, а вон та железяка и вон та прекрасно справятся с этой противной рутиной. И так вы отваживали кварианцев от труда на протяжении недель и месяцев. Вы заменяли гетами представителей всех без малейшего исключения профессий, в которых была хоть частичка рутины. Хоть частичка того, что вызывает трудности для органика-кварианца. Вы, Тали, дисквалифицировали себя, как самостоятельная раса, еще не выйдя по-настоящему в космос. Вы не остановились на виртуальных интеллектах, подобных этому вот например, замку. Как же, вы же не хотели прописывать в программах десятки тысяч строк кода, чтобы ВИ справлялся с большинством известных вам, знакомых, привычных ситуаций. Вам хотелось, чтобы ваш слуга, ваш раб сам находил решение возникавших перед ним в ходе выполнения любого вашего приказа проблем. Сам. И вы двинулись. Двинулись стройными рядами на разработку и внедрение уже не виртуального, а искусственного интеллекта. Потому что для ВИ вы уже потеряли квалификацию. Вы, кварианцы, потеряли квалификацию техников и инженеров. И это — в космическую эпоху. Да, вы разработали искусственный интеллект. Не спорю, большое и значимое достижение для любой разумной расы. И для чего вы его использовали? Для того, чтобы наделить им тех же гетов, которых вы продолжали желать видеть только своими слугами и рабами. Скажите, Тали. Скажите мне, как девушка. Что будет, если новорожденного кварианца, имеющего все задатки разумного существа, не воспитывать? Не видеть в нем разумное существо? Оставить его вне вашего кварианского общества лет этак на пять?

— Он не станет... кварианцем... Это... Это жестоко... И кварианцы на это никогда не пойдут...

— Ой не зарекайтесь, Тали Зора. — без усмешки ответил Семенов. — Не зарекайтесь. Да, он не станет кварианцем, потому что сила любого разумного существа — в общении с себе подобными. Разум, интеллект обязаны взаимодействовать с разумами и интеллектами, которые размещены в других платформах, даже если это будут однотипные тела кварианцев. А много ли наработает в одиночестве интеллект, если его лишить возможности взаимодействия с другими такими же как он, интеллектами?

— Нет. Он не сможет развиться. Остановится в развитии.

— Тогда поясните мне, инженер. Если вы с уровня виртуального интеллекта, ограниченного до предела, приняли решение перейти на уровень искусственного интеллекта, по определению не ограниченного. Сможете ли вы, органические существа, тягаться в скорости, изворотливости и бездонности памяти с той платформой, которая получит этот ваш искусственный интеллект?

— Нет, не сможем.

— И вы уверены, что сможете предусмотреть все возможности для полного развития этого порожденного вами искусственного интеллекта, ввести это развитие в достаточно жесткие рамки? Предвидеть, предполагать и заблокировать?

— Нет... Не сможем. — Тали опустила голову. Семенов был беспощаден, его аргументация... Тали не знала, что ей противопоставить. Она понимала, что Семенов знает о ней... слишком много. И прежде всего знает, что она не просто кварианка, а дочь одного из верховных руководителей Мигрирующего флота, дочь адмирала. И потому говорил он с ней не как с несмышленной паломницей, а как с будущим адмиралом Флота.

— Скажите мне, Тали... Что вы больше всего, как личность, цените, когда общаетесь с другими кварианками и кварианцами?

— Понимание. — вздохнула Тали, не поднимая головы. Она знала, что Семенов не смотрит на нее, на ее лицо, на ее фигуру. Он вообще смотрит на свой рабочий стол, где были разложены датапады и ридеры, где стояла кружка с уже остывшим травяным настоем.

— И что в вас дает это понимание другого, вашего собеседника?

— Душа. — Тали склонила голову еще ниже. — Захар, я... я понимаю... Но что я могу... Я родилась, когда мы уже ушли с Ранноха. Моя мать погибла от инфекции... Отец... почернел тогда... Я едва смогла вернуть его... к жизни. Он... он стал вкладывать все в меня... А тут... подошел срок Паломничества... Он так верил, что я... я смогу найти что-то ценное... А я... я едва не погибла на Цитадели...

— И что, там, на Цитадели, только кварианцы?

— Нет, Захар... Кварианцев... там мало... Я сама вынуждена была прибыть на Цитадель, потому что там... только там я смогла бы найти решение своей проблемы... А так... кварианцев не любят, опасаются, считают ворами.

— Говоря точнее — вас не понимают и не принимают.

— Да. — Тали вздохнула еще растеряннее. — Не понимают. И не принимают. Я знаю, вы хотите сказать, что в нас другие расы... не видят родственные себе души...

— И это тоже, Тали. И знаешь, почему не видят?

— Потому что мы не увидели... родственную душу... в нами созданных... гетах. — чуть ли не по слогам, запинаясь произнесла кварианка. — Мы не смогли поверить в то, что лежало... на поверхности... прямо... перед... нами... Мы не были готовы признать наличие души у платформ гетов... Мы считали, что там... одни программы.

— Насколько мне помнится, совокупность программ — только часть используемого сейчас комплекса, необходимого для функционирования искусственного интеллекта. — сказал Семенов. — Вы же ставили на каждую платформу не только программы, но и почти полные аналоги "синих ящиков", без которых искусственный интеллект... действительно, только простая совокупность, набор программ. А ведь геты, развившиеся, объединившиеся в сеть, геты, ваши, кварианские создания... верили вам до конца. Они не желали поверить, что вы начнете уничтожать их, своих детей, Тали. — в глазах полковника Семенова плясали синусоиды острой душевной боли и Тали это видела даже сквозь мутноватое стекло забрала шлема. — Вы, кварианцы, органические разумные существа... Начали стрелять в свое собственное разумное порождение. В ваших партнеров, которые не сопротивлялись. Не сопротивлялись вашей... ненависти. Даже главный вопрос, после которого вы и геты смогли бы стать реальными партнерами по развитию, вы сумели обратить против себя.

— Признать душу у машины... На тот момент... — В разуме Тали Зоры царил полный кавардак. Но Семенов не стал ослаблять натиск.

— Это было, как сказал бы Джокер, слишком круто. Но для Джокера фрегат "Нормандия" — не машина. Это — существо, обладающее автономной от пилота душой и сутью, а часто и разумом. И Джокер это знает прекрасно, поэтому он и любит "Нормандию", которая не механическое продолжение его самого, а партнер, который не заменяет, а также не подавляет его. "Нормандия" для него — живое, мыслящее существо, которое дало возможность Джокеру стать лучшим и одновременно давшее возможность Джокеру сделать саму "Нормандию" лучшим кораблем с максимально раскрытым потенциалом. В пилотском кресле Джокер способен на чудо, но — не за счет насилия над "Нормандией". Он ее просто досконально знает и... понимает, когда он может попросить ее выложиться, а когда лучше стоит обойтись меньшим экстримом.

— Но ни в одном документе нет информации... — Тали отчаянно стояла на своем, понимая, что ни физических, ни душевных сил на скоростное изменение основных установок у нее может не хватить.

— О наличии души у корабля ВКС Альянса фрегата "Нормандия"? — холодно осведомился полковник Семенов, беря один из ридеров и просматривая текст, озаглавленный "Фрегат "Нормандия". ВКС Альянса Систем". — Действительно, нет. Но так же ни в одном документе Млечного Пути нет аргументированных возражений против точки зрения, согласно которой кварианцы и по сей день находятся в страшном тупике. Вы, Тали, сдали свою родную планету. Сда-ли. Но ваши порождения — геты не стали уничтожать вас, своих создателей. Они просто отодвинули вас, ваши корабли, спешно собранные, как принято выражаться, с миру по нитке, от Ранноха и прекратили преследование вашего Флота. С тех пор, Тали, вы имеете только металлоплиты под ногами и скафандры на телах... И, заметьте, Тали, что геты не устраивают за вами охоту по всей Галактике, хотя, как роботы, они могли бы очень легко вырезать всех, кто обязан рано или поздно покинуть пределы флота, уйти в паломничество. Геты не отказались от своего развития. Они эволюционируют. Да, им мало надо, но это у них — изначальное. Они... едины, Тали. А вот вы... Ты сама дочь адмирала и знаешь, сколько склок и свар приходится ежедневно видеть и терпеть твоему отцу. А геты в это время уже уворовали с одной верфи полный комплект чертежей дредноута. Если они построят там сервер, а потом построят космостанцию, да не одну... То это означает, что они начали активную экспансию в космос и охотно пойдут на службу к тому, кто сможет их заинтересовать. Кто признает их качества, возможности, способности. Кто их оценит и заинтересует. Но это не означает, что они уйдут с вашей планеты.

— Вы правы. Но если вы не из этого времени, то...

— Тали, от дочери адмирала я вправе ожидать большей разумности. Вам должно быть хорошо известно, что мы — корабль Информационной службы и не предназначены для бесконечного решения проблем других рас.

— Но хотя бы помочь...

— Я и так, Тали Зора вас Нима, сказал сегодня вам больше, чем требовали обстоятельства нашей первой встречи. Вы выбрали свой путь сами и теперь хотите, чтобы кто-то вывел вас на другой, более безопасный путь? Не будет ли это плохой, вредной услугой вам, кварианскому народу? Будут ли вас уважать геты, если вы согласитесь принять помощь в такой форме?

— Какова же альтернатива?

— Вы сами найдете лучший путь. Вы все, весь кварианский народ, собственными усилиями. Рядом с другими расами.

— И...

— И мы не вправе лишать вас этого лучшего пути. Избранный нами путь может и не оказаться лучшим с вашей, общекварианской точки зрения. Тали, уже поздно, завтра у нас Терум и вам нужно набраться сил. — Семенов встал, показывая, что встреча подошла к концу.

Тали плохо помнила, как оказалась в своей спальной капсуле. Ей предстояло над многим поразмыслить, но главное она уже поняла: "Линия" и ее экипаж не будут вредить кварианцам, но и решать за них все проблемы также не станут.

========== Глава 12. Высадка на Терум, система Кносс ==========

— Капитан. — Джокер обернулся к Шепарду с выражением явного неудовольствия на лице.— В картах этого района царит полный хаос. Я не могу гонять корабль от системы к системе — у нас никаких ресурсов не хватит на прочесывание такого количества планет. Терум упоминается в шести-восьми системах. Я такого никогда еще не видел.

— Это Траверс, Джокер. — сказал Шепард, стоя справа от пилота и пожирая глазами текущие по экранам строчки текста. — Здесь такое в порядке вещей. Никто не говорил нам на Цитадели, что преследование Сарена будет легким делом.

— Капитан. — В рубку управления вошел Семенов. — Вот координаты истинного Терума. Система Кносс. Джефф, мы работаем с информацией и стараемся обходиться ее силой. Пока что стрелять ни в кого не надо. Надо просто сэкономить ресурсы корабля и экипажа. Капитан Шепард, данные собраны и проверены по ряду общедоступных и не слишком доступных источников. Полагаю, вы можете сами убедиться в их правильности. Нам также не хочется мотаться по планетам, но, если это входит в ваши планы, у вас будет предостаточно возможностей прочесать любую из имеющихся систем впоследствии. Или сейчас. Решать — вам.

— Хорошо. Джокер, курс по данным полковника Семенова. — распорядился Шепард, благодарно кивнув уходившему из рубки офицеру. — А вы сейчас куда?

— Как я и говорил, мы высаживаемся вместе с вами. На нашем челноке. Будем вас сопровождать. Планетка вулканическая, задерживаться там нельзя. Вулканизм — еще одно основание для быстроты выполнения нашей очередной миссии. — Семенов остановился у выхода из рулевой рубки и полуобернулся к пилоту и капитану.

— И первой — с вашей помощью, полковник. — Шепард повторно, но с благодарностью во взгляде кивнул обернувшемуся Семенову. — Выполняйте, Джокер.

— Есть, капитан. — пальцы Джокера забегали по виртуальным клавиатурам. — Меня вулканизм не особо пугает, если только он не поджарит мою птичку.

— Не поджарит, Джеф.— произнес Семенов, переступая порог рубки.

Сначала на планету десантировался челнок-транспортер с Шепардом, Рексом и Тали, за ними, не совершая посадки на поверхность, держась позади, следовал челнок-транспортер "Линии". Шепард вел транспортер спокойно, изредка отвлекаясь, чтобы завалить очередного гета-пехотинца, ракетчика или шагающий танк. Так они преодолевали километр за километром, сумели уйти от скопления гетских войск по обходному проходу в скалах и открыть ворота, чтобы ехать дальше не вступая в бой с этой группировкой. Перед очередным завалом с узким проходом пришлось приготовиться оставить вездеход.

— Джокер, вездеход оставлен. Включен маяк. Если что, забери сразу. Мы только пешком дальше сможем.— передал Шепард на Нормандию.

— Понял, капитан, впереди — раскопки. Теперь вам придется действительно — только пешком. Видел гета-прыгуна. Впереди. Метров восемьсот от вас.

— Значит, впереди, примерно в том же районе — очередная группировка, а мы — без тяжелой брони. — Шепард посмотрел на Тали. — Тали, посмотри где их десантные транспорты.

— Один как раз кружится неподалеку, в пяти километрах, капитан. Планетка ужасная. Мой народ ищет новую планету для своего дома, но эта — явно не то, что надо. Увидев такую вулканическую активность мы даже посадки разведки бы не делали, сразу полетели бы дальше.

— Чувствую, впереди есть возможность подраться. — сказал кроган. — аж пальцы сводит.

— Подеретесь. — Семенов вышел на связь и передал на экран транспортера глубинную карту района. — Мы поставили отметки. Берегитесь снайперов. Возможен один шагающий танк, так что будьте особо внимательны перед самым входом в раскоп. Проверьте медпрепараты.

— Благодарю, Захар. — Шепард отправил с ридера квитанцию в получении карты и три пары глаз воткнули свои взгляды в схему. — Они действительно высокоподготовленные ловцы информации. Это лучшая карта, которую я видел для районов боевых действий.

— Как бы там ни было, капитан, нам придется выйти из брони на свежий воздух. — сказала Тали. — Благо, если верить карте, идти недалеко. Хорошо, что вы получили оружие спектров, капитан.

— Вот и испытаем.— Шепард сделал знак и все трое покинули нутро транспортера.

Три заградительных волны гетов они прошли относительно быстро. Семенов сказал правду, были снайперы: один на вышке, второй — на полке утеса. Обоих Шепард снял из снайперского комплекта Спектров, подивившись его мощи и совершенству прицельной аппаратуры. С шагающим танком с помощью снайперского комплекта также удалось расправиться быстро — он работал в противопехотном варианте и поэтому не мог пробить толщину контейнеров, разбросанных на площадке перед входом в раскоп.

Завершив уничтожение гетов-пехотинцев и прыгунов, трое спутников во главе с Шепардом направились к люку раскопа. Снайперский комплект и штурмовая винтовка из комплекта спектров позволили без проблем уничтожить трех гетов, пытавшихся не пустить их к лифту. Синеватое свечение заградительного поля входа в руины показало Шепарду, что здесь будет сложнее. Лязгнувший открывавшейся дверцей лифт пригласил группу войти и опуститься ниже. Затем Шепард уложил трех ракетных дронов, попытавшихся не пустить группу ко второму лифту. На втором лифте, пришлось опуститься ниже.

Лифт доехал почти до самого конца, но пришлось прыгать — что-то заискрилось. Затем услышали зов Лиары Т Сони, которую зажало в протеанское устройство безопасности. Шепарда неприятно поразило то, что Лиара с такой легкостью отказывается признавать какую-либо связь себя и Бенезии, но, как человек, он знал — такая ситуация вполне возможна. Ведь дети за родителей не отвечают, у детей — свой путь.

Лиара выглядела очень молодо, но на ридер Шепарда, еще не решившего, что делать с Лиарой, пришло сообщение от Семенова: "Шепард, этой азари больше ста лет. Если точно — сто шесть. Но она по азарийским меркам едва едва вышла из подросткового возраста. С Бенезией она долгое время действительно не общалась — мы проверили. Бенезия уже достаточно долго работает с Сареном. Внизу, справа от вас — снайпер и трое гетов солдат — пехотинцев. Обратите внимание на горный лазер, это — ключ к проходу за поле. Будьте осторожны — применение лазера даст сейсмическую волну, все начнет рушиться через несколько минут. Так что хватайте Т Сони, расправляйтесь с кроганом-мастером и его эскортом и вперед — к поверхности. В результате применения лазера пласты будут слишком разогреты, это инициирует извержение. Джокер забрал ваш транспортер, мы пока что висим над районом. Я передал приказ Джокеру подготовиться к вашей эвакуации. Он не в восторге от этого — видел кривую разогрева пластов. Не удивляйтесь его негативной реакции при эвакуации и по возвращении. Ждем."

Кивнув спутникам, Шепард отошел от поля с застрявшей в нем Лиарой и сдернул с плеча штурмовую винтовку спектров. Уложив гетов-пехотинцев, он сбежал по металлической лестнице вниз и едва ушел в прыжке от луча лазера наведения от снайпера-гета. Следующим выстрелом из винтовки он уложил незадачливого гета, выдавшего себя рубиновым лазером и подошел к пульту.

— Тали, что скажете? — Шепард решил дать возможность кварианке проявить свои технические таланты.

— Не знаю, Шепард. Придется пробовать, система сделана так, что постоянно меняет код правильного доступа. Если неправильно, лазер просто не включится. Никаких других последствий.

— Понятно. Рекс, посмотри пока тут в округе, а я попытаюсь вскрыть эту игрушку.

— Хорошо, Шепард. — кроган, взяв наизготовку дробовик, отошел подальше.

Тали уткнулась в свой инструментрон:

— Шепард, тут всего четыре клавиши доступа. Вверх, вниз, вправо, влево. Но вариантов — очень много.

— Спасибо, Тали. — Шепард стал набирать последовательные команды, чтобы пробиться к центру разграфленных окружностей на экране. Это заняло примерно полчаса, после чего лазер включился и пробил проход. Группа быстро пробежала к лифтовой пластине и поднялась к тому месту, где была зажата Лиара.

Отключив поле, они дали азари возможность придти в себя от почти полной длительной неподвижности, затем вернулись к лифту и поднялись выше. Быстро расправившись с кроганом и эскортом из гетов, они вынуждены были пробежать несколько пролетов лестниц и коридоров, вырубленных в скалах, чтобы успеть к едва прикоснувшейся транспортной аппарелью к урезу скалы Нормандии.

========== Глава 13. После Терума на борту "Нормандии" ==========

Семенов не соврал: Джокер действительно был в ярости, но он был прав — фрегат не был предназначен для посадок на действующие вулканы. Поэтому Шепард пропустил слова Джокера мимо ушей и отреагировал на них в том смысле, что пилот имеет право беспокоиться о корабле.

Едва только Шепард взошел на борт, к нему подошел Семенов. Шепард видел, что транспортер "Линии" только что совершил посадку. Семенов коротко кивнул Шепарду и сказал:

— Помните, капитан. Лиара слишком молода и амбициозна. Но она нам будет полезна. Если позволите, мы, наша группа, потом с ней пообщаемся. А сейчас Лиаре, проведшей много часов в почти полной неподвижности будет полезна Карин Чаквас. Постарайтесь не затягивать совещание — Лиара рискует рухнуть на пол радиорубки без сознания. Выводить ее из последствий синдрома истощения — еще та работа. Не доставляйте Чаквас лишних хлопот.

— Спасибо, полковник. И за информацию о планете и обо всех важных ее особенностях — тоже спасибо.

— Передайте, капитан, благодарность Джефу Моро. Он профессионально принял на борт наш челнок, дав нам возможность влететь по аппарели, по которой через несколько секунд прошли вы.

— Обязательно, полковник. Спасибо. — Шепард кивнул и направился следом за Т Сони в радиорубку.

На совещании в радиорубке собралась вся основная команда. Лиара, естественно, пыталась показать, насколько она крутая исследовательница, но когда Шепард сказал, что у него есть собственная теория и назвал ее основой расу разумных машин — Пожинателей-Жнецов, Лиара вынуждена была признать, что эта теория ей неизвестна. Шепард видел, что азари держится из последних сил. "Ребенок, что с нее взять. — думал он, глядя как Лиара пытается в трех словах рассказать о возможных причинах появления этих Жнецов.— Какая она там доктор археологии... Непрофессионализм полный. В одиночку лезть к протеанам и заявлять при этом, что от них почти ничего не осталось. Даже на плане Семенова по Теруму было обозначено пятнадцать относительно целых башен Протеан со множеством помещений. Можно ставить сто против одного, что Т Сони ни одну башню должным образом не прочесала, а сразу закопалась к вулкану поближе. Это ее выбор, но выбор неверный.". Отпустив команду отдыхать, Шепард отказался от предложения Джефа Моро соединиться с Советом Цитадели по связи — ему начала не нравиться подобная перспектива — Спектр хоть и отчитывается перед Советом, но сам решает, когда и о чем следует отчитываться.

Семенов встретил его у выхода из радиорубки. Подождав, пока Т Сони уйдет подальше, он передал Шепарду ридер с информацией о протеанских руинах.

— М-да. — произнес Шепард, мельком пролистав информацию. — Т Сони будет очень недовольна. Ее тезис "от протеан осталось слишком мало" после этого блока данных трещит по швам.

— Мне проинформировать ее об этом, капитан? — осведомился полковник.

— Информация — ваш хлеб. Согласен. — коротко произнес Шепард и Семенов, кивнув, отошел. — А мне передайте пока побольше информации об азари. Как цивилизации. — уточнил он. — Я не собираюсь сближаться с Т Сони, она слишком молода, это похоже на связь с малолеткой.

— Вы быстро переключаете масштаб возраста, капитан.— без улыбки констатировал Семенов. — Это хорошо. Согласен. Информация будет вам предоставлена. Но вы обратили внимание на реакцию сержанта Эшли Уильямс?

— Обычная женская конкуренция, полковник. К тому же, если мне не изменяет память, Уильямс старше и уж точно опытнее этого тинейджер-доктора археологии. Как можно бросаться докторскими степенями, если эту малолетку никто всерьез не воспринимает?

— Увы, цивилизация и общество часто не достигают необходимых уровней совершенства, капитан. — Семенов кивнул и отошел.

Шепард кивнул в ответ. Он решил зайти к Джокеру и лично поблагодарить его за спасение от вулкана. Пилот встретил капитана в обычной своей манере с шуткой с подколкой — ему хотелось получить медаль. Шепард, уже привыкший к подобной манере общения пилота, напомнил Джефу, что если ему придется получить медаль, то придется в комплекте получить несколько часов слушания речей, произносимых политиками. А уж это Джокера как раз не устраивало, хотя он и понял, что речь шла о невозможности выстоять такую длительную говорильню на ногах. Тактично уйдя от указания на физический недостаток, Джеф Моро сказал, что даже ради медали не будет бриться, поскольку свою бороду он отращивал больше двух месяцев.

Шепард согласился с ним и направился пройтись по палубам.

Спустившись, он нашел Кайдена у шкафчиков с системами. На вопрос, что он думает о Лиаре, Кайден ответил просто и точно: заучка. Следующий вопрос Шепарда также не поставил его в тупик — Кайден твердо ответил, что только любуется Лиарой и ничего большего предпринимать не будет. В уме Шепард поставил галочку против отметки о правоте мнения о Кайдене, как о службисте, кивнул лейтенанту и пошел в медотсек, знакомиться с Чаквас. Все же она и Юльева должны были вскоре подарить Джокеру возможность забыть о своем физическом недостатке.

Чаквас встретила его в своей обычной отстраненной манере, рассказала, что хоть и подумывает о возвращении на Землю, но в работе с солдатами чувствует нечто, что заставляет ее пока оставаться в составе экипажа военного корабля космосил Альянса. Говоря о Кайдене, она отметила, что лейтенант имеет много "особых благодарностей" от командования, а это о многом положительном свидетельствует, но, как врач, указала, что Кайден очень рискует, отказываясь сменить Эль-Два на Эль-Три.

Попрощавшись с Карин, Шепард решил познакомиться с Лиарой поближе, но не дать ей возможность решить, что он доступен для нее в личном плане. Войдя в лабораторную комнату позади кабинета Чаквас, он нашел азари за рабочим столом.

Разговор с азари Шепард построил в режиме защиты от попыток азари воспринять его как возможного романтического, а впоследствии — сексуального партнера. Т Сони сразу сказала, что она вынуждена скрываться в медотсеке Чаквас, поскольку экипаж Нормандии прямо связывает ее с Бенезией, а Бенезию — с предателем Сареном. Сама она неоднократно заявила Шепарду, что не знает, почему Бенезия пошла за Сареном, почему она ему поверила. Когда она это сказала, у Шепарда в памяти всплыл корабль, который буквально сверлил мозг живого существа. Этот звук... Он был способен, как теперь убедился капитан, подчинить живое существо, а не только механизм, каким были разумные геты.

Ему пришлось поинтересоваться причиной недоверия к азари и она рассказала, что в основном все основывается на их сексуальной связи с другими расами, точнее — на способе этой связи. Сама Т Сони оказалась дочерью двух азари. Этот способ продолжения рода без участия партнера другой расы очень многие азари считали неполноценным, но сама Лиара отметила, что Бенезия растила ее одна и не знает, что случилось с ее отцом. Во всяком случае разыскивать его ни ее мать ни она сама не собирались и не пытались. Шепард воспринял эту информацию спокойно, отметив, что под рукой Чаквас Лиара быстро восстановится. Азари с благодарностью согласилась с такой точкой зрения капитана корабля.

Следующим в списке посещений Шепарда стоял Гаррус Вакариан. Шепард нашел его в трюме, вместе с Рексом и Эшли. Гаррус по обыкновению обслуживал Мако. В разговоре с ним Шепард вынужден был обозначить для себя турианца как бунтаря и жестко заметить ему, что нарушать правила он, капитан Нормандии, не позволит Вакариану, если это будет небезопасно для обычных людей или обычных представителей других рас. Вакариан был изумлен жесткой позицией Шепарда, но вынужден был смириться, поскольку хотел вырваться и из СБЦ с ее забюрократизированностью, и с Цитадели, где все следовали процедурам и протоколам, а это по мнению Гарруса лишало жизнь полноты и разнообразия. Подумав, Шепард кивком попрощался с Гаррусом, расстроенно повернувшимся к пульту диагностики челнока, и направился на сторону ангара, которую занимали Рекс и Эшли.

Рекс в своей красной броне видимо, не нуждался ни в каких дополнительных удобствах. Шепарду стоило больших трудов побудить крогана рассказать хотя бы немного об истории его цивилизации и народа. Рекс упирался, но все же рассказал, что саларианцы заразили весь его народ генофагом, от которого живым у кроганов рождается только один ребенок на тысячу, а многие женщины даже не могут нормально зачать ребенка. Цивилизация кроганов вымирает, среди кроганов нет ученых, большинство кроганов вынуждены следовать своему главному предназначению — быть воинами, сражаться и умирать. Поэтому большинство кроганов не остаются на родной планете и в родной системе, а продают свое умение воевать другим расам. Сам Рекс как он считает, давно перестал думать о своем собственном народе, но Шепард, внимательно наблюдавший за кроганом, видел, что эта фраза — только оболочка, на самом деле Рекс думает о своем народе и переживает за него. Постаравшись не особо раздражать Рекса, который за подробностями отсылал собеседника к саларианцам, Шепард все же составил в памяти перечень проблем, с которыми предстояло столкнуться, попрощался с Рексом и направился к сержанту Уильямс.

Разговор с Уильямс для Шепарда оказался еще более сложным, чем разговор с Рексом. Если в разговоре с кроганом он, как капитан корабля был вынужден соблюдать дипломатию и не переступать определенные рамки, то когда Уильямс заявила, что она не желает чтобы Вакариан и Рекс имели доступ к основным секретным системам Нормандии, у Шепарда появилось плохо скрываемое желание приказать сержанту упасть и отжаться раз шестьсот. Но он сдержался. В конечном итоге он знал, что все члены династии Уильямс служили Альянсу в качестве воинов и это наложило на Эшли неустранимый отпечаток. Шепард осознал, что переубедить Уильямс ему не удастся, да и не видел для себя, как капитана корабля и старшего офицера, необходимости опускаться к уровню сержанта. Поэтому он просто и четко заявил, что таковы условия миссии. Уильямс поняла, что угроза упасть и отжаться сохранится надолго, но также постаралась свести все к романтической шутке, отметив, что по приказу она поцелует турианца. В ответ Шепард сказал, что в этом нет необходимости и, закончив разговор, направился в инженерный отсек, предварительно отметив для себя сохранить иммунитет против романтических приставаний Уильямс.

В инженерном отсеке он сразу подошел к инженеру Адамсу, руководившему тремя другими инженерами. Адамс был восхищен способностями Тали Зоры и сказал, что пройдет немного времени и она будет знать о двигателях Нормании больше чем он, главный инженер. В разговоре просквозило недовольство Адамса излишним любопытством кварианки и Шепард поспешил заметить, что он, как капитан корабля, готов приказать Тали Зоре поумерить свое любопытство. Адамс сказал, что это любопытство и позволяет кварианке быстро наращивать уровень своих знаний, умений и навыков, а значит, нет необходимости ограничивать ее желание узнать и понять больше. Кивнув Адамсу, Шепард направился к левому пульту, за которым работала Тали Зора.

Кварианка была настолько потрясена происшедшими в ее жизни изменениями, что была способна в этот раз говорить только о совершенстве Нормандии и большом потенциале людей. Шепарду не удалось разговорить ее и узнать побольше об истории кварианцев, но одну деталь он все же отметил — кварианцы считают, что были изгнаны со своей родной планеты гетами. Завершив разговор с кварианкой, Шепард поднялся к карте Галактики в боевой центр.

Предстояло решить, куда направиться теперь — на Новерию или на Ферос. Шепард, встав перед картой, выбрал для следующего пункта остановки Ферос. Джеф Моро спокойно воспринял решение капитана и корабль отправился в транссистемный перелет.

Капитанская каюта находилась слева по ходу корабля и Шепард воспользовался возможностью отдохнуть и привести записи в бортжурнале в порядок, а также решил записать несколько страниц дневника.

========== Глава 14. "Нормандия" на пути к Феросу ==========

— Вижу, Захар, ты очень многим недоволен. — в выгородку в трюме "Нормандии" вошла Аврора Иванова.

— Чем тут можно быть довольным, Авра? — спросил Семенов. — Я вынужден думать о том, как сбалансировать наше участие, а тут проявляются не слишком приятные детали.

— Ты об этой азари? — Иванова просканировала взглядом лицо коллеги.

— И о ней тоже. Никто не говорит, что она не имеет право решать, где копать, но как совместить докторскую степень по археологии и подобные ошибки? Не будь Шепарда, она бы тысячу лет провела в этом стазис-поле. — он положил перед Авророй ридер с данными, добытыми экипажем "Линии". — Взгляни, через час после прибытия Шепарда вулкан все равно бы пробил себе дорожку, лазер бы приказал долго жить, геты и кроган-мастер поджарились, а протеанские руины спокойно запечатались и Лиара осталась погребенной под тысячами тонн камня — поле не прогнулось бы даже на милиметр. — Семенов смутился. — а эта азари полагает, что от протеан ничего не осталось.

— Это так похоже на разумное существо. — протянула Аврора, присаживаясь рядом с коллегой в кресло.— О том, что мы накопали по информации, ты почитаешь сегодня вечером, по протеанам отчеты я тебе переслала. Но важно другое. Ты отчаянно пытаешься дистанцироваться от Шепарда и его команды. — она взглянула прямо в глаза коллеги.

— Этот ксенофоб Пресли... — Семенов хлопнул ридером по столу.

— Ну должен же кто-то из них быть явным ксенофобом. Это, в конце концов, полезно. Шепард тоже учится, сейчас вернулся в свою капитанскую каюту. — с пониманием отнеслась к раздраженности командира Иванова.

— Да, здесь она слева по ходу корабля, а мне более привычно, когда она на чердаке. — ответил Захар.

— Понимаю. Он принял решение лететь на Ферос к этой зеленой каракатице.

— Торианину? — Семенов поднял взгляд на Иванову. Та кивнула:

— Да. Как полагаешь, следует дать капитану информацию?

— Пока не решил, Авра. — Семенов перебрал ридеры. — Там эти колонисты от коммерции.

— Не будь финансирования, Захар, там не было бы колонистов. Сады на шпилях и крышах протеанских небоскребов и водные коммуникации внутри поближе к подвалам — настоящий подарок этим коммерсантам от колонизации. Ты же знаешь, что после случившегося на Иден Прайм, когда Шепард отключил четыре тактические боеголовки объемного взрыва...

— Корпорации резко поумерили свой пыл в деле колонизации. А на Феросе у нас перепрограммированные торианином колонисты. Там — Жнец, здесь — Торианин. Там — зомби-ученый, здесь — зомби-колонисты. — ответил полковник.

— Занятный ученый был на Иден-Прайм. — ответила Иванова, протягивая ридер. — Хорошо что Шепард его не двинул кулаком в челюсть — убить беднягу мог. Этот археолог и подумать не мог всерьез о технологиях Жнеца-Властелина. В голове у него не укладывалось. И не только у него.

— Фермерская планетка. — протянул Семенов.

— А здесь — на Феросе — чистая протеанская колония. Правда, с гетами.

========== Глава 15. Высадка на Ферос. Часть 1 ==========

В этот раз челнок "Линии" остался на борту "Нормандии". Семенов проводил Тали Зору, Рекса и Шепарда до выхода из корабля и сказал, что пока не видит необходимости применения своего челнока. Шепард кивнув, согласился.

У выхода из импровизированного космопорта их встретил колонист и попросил встретиться с главой колонии — Фай Данем. Шепард решил послушаться совета и едва сделал первый шаг, как колонист, встретивший их, был испепелен разрядом излучателя винтовки гетов. Тали и Рекс схватились за свои винтовки и пятеро гетов нашли свой конец, так и не дойдя до входа на "Нормандию".

Поднявшись по лестнице, как и просил погибший колонист, Шепард решил найти главу колонии, попутно поговорив с добровольной водопроводчицей и добровольным электриком. Девушки были явно напуганы, как и молодые колонисты, стоявшие у входа в зал, где размещались балки колонии. Разговор с Фай Данем не заладился — Шепарда сразу обвинила во множестве грехов какая-то молодая женщина, выполнявшая, как оказалось, обязанности полицейского офицера на общественных началах.

Тут началась атака гетов и прибывшей тройке пришлось пострелять. Краем глаза Шепард отметил, как радуется Рекс, для которого подобные ситуации были лучшим времяпровождением. Выйдя за пределы колониального зала, Шепард и его спутники не прекращали стрельбу и прошли в выгородку, где уничтожили до десятка гетов, заставив десантный транспорт гетов, занимавший крышу этой выгородки, стартовать и уйти. Затем они услышали женские крики и увидели колонистку, изо всех сил бегущую к ним вверх по лестнице. Ее преследовали прыгуны-геты и два гета-пехотинца. Огонь синтетиков оказался столь плотен, что женщина погибла, не успев добраться до места расположения колонии.

Шепард молча развернулся и, ведя огонь по прыгунам, стал спускаться вниз. В подвальном уровне группа открыла три запертых вентиля, пропустив воду в колонию, затем убила стаю варренов в одном из залов, где в старом транспортере был найден еще пригодный к использованию аккумулятор. Приходилось отстреливаться и от гетов, но здесь они действовали не так успешно — у Шепарда, Тали и Рекса было много мест, где они укрывались от огня роботов.

В тупике они обнаружили перепрограммированного колониста, который явно был под влиянием внешнего управления. Колонист что-то бормотал, но как только подходил в своем бормотании к чему-то конкретному, как его речь и без того не очень связная, жестко прерывалась. В конечном итоге он был убит гетами, выскочившими из какого-то люка в полу. Тали едва успела застрелить их из своего дробовика.

На обратном пути пришлось очистить от гетов, их летающих дронов и кроганов-охранников комнату, в которой неугомонная Тали обнаружила передатчик гетов.

Расстреляв установку, Шепард и его спутники вернулись в колонию. Добровольный полицейский поблагодарила их за помощь в борьбе с гетами, но явно не была впечатлена. Неудивительно — она ожидала целый флот, а тут один корабль с немногочисленным экипажем. Шепард пообщался с техником грузового корабля, который имел неосторожность из за торговца-саларианца прилететь в Надежду Чжу тогда, когда там еще не появились геты. Шепард уже действовал автоматически, что начинало его здорово раздражать. Предстояло разобраться с источником индоктринации -перепрограммирования.

Переговорив наконец с Фай-Данем, забрав все ценные товары у саларианца торговца и передав аккумулятор добровольному электрику, Шепард почти бегом ринулся к отмеченному им на плане колонии лифту к аэрошоссе. Там, в отдельном небоскребе, как утверждали Фай-Дань и доброволец-полицейский и была штаб квартира гетов.

На выходе из лифта в гараж им пришлось уничтожить гета-пехотинца, поскольку охранник-колонист оказался просто не готовым к столь прямым столкновениям с гетами. Тали рванулась к колесному транспортеру первой, за ней поспешил Рекс и наконец Шепард щелкнул замком крышки бокового люка и уселся в водительское кресло. Предстояло проехать в соседнюю башню, а по пути разобраться с несколькими шагающими танками и полчищами обычных вооруженных гетов.

Поскольку торопиться спасать кого-то и что-либо вывозить пока не было необходимости, Шепард не спешил включать двигатель и придвигать тяжелую машину к воротам гаража, которые через фотоэлементы открывались только тогда, когда нос машины оказывался в непосредственной близости от ворот.

— Тали, что думаешь?

— О чем, Шепард? — кварианка оторвалась от нещадно терзаемой виртуальной клавиатуры инструментрона и посмотрела на капитана. Ее внимание за стеклом шлема выдали только сильнее засветившиеся глаза.

— О том, что мы уже успели сделать на Феросе.

— Не знаю. Я пока мало что изучила из известного Экстранету о протеанах. Там есть только одна зацепка. Шифр. Объяснения путаные очень, но главное, что я сумела таки понять — это лучший способ дешифровки, понимания информации из маяков. Правда что это и как это может употребить обычный организм... Версий — море, а ценность их — очень маленькая. Слишком много непонятного.

— Ты считаешь, что геты ищут Шифр?

— Или то существо, которое этим Шифром владеет. В Экстранете многие сходятся на том, что запечатлеть шифр вне живого существа невозможно в принципе.

— Рекс, как с пальцами?

— Свербят, Джон. Свербят как будто их кто-то бритвой режет. Это значит, что и на дороге и в штаб-квартире у нас будет предостаточно врагов, с которыми можно будет разобраться именно так, как я это люблю делать. Тали, не лезь вперед меня, а.

— Хорошо, Рекс. Не буду. Спасибо.

— Не за что. Там, в штаб-квартире много будет запертых ящиков с вещами и информацией. Самое раздолье тебе.

— Поняла.

— Каково ваше мнение о наших компаньонах? — спросил Шепард, когда обмен фразами между кроганом и кварианкой ненадолго прервался.

— Шепард. — предостерегающе промигала светящимися в полутьме нутра бронетранспортера глазами Тали. — Этот разговор рискует затянуться.

— Это один из редких моментов, когда нам, нашей тройке не следует нестись как на пожар. — отпарировал Шепард. — в конечном итоге полковник Семенов и полковник Иванова так и не пришли ко мне со своими планами по этой операции, которую мы сейчас проводим.

— Шепард, извини за вмешательство в командование, но война, как знает каждый кроган, это не лучшее место для импровизаций. Семенов и компания вытащили нас с Терума, но это не значит, что мы обязаны в ноги им падать. — Рекс продолжал оглаживать свой дробовик.

— Именно поэтому они и не пришли, Рекс. Потому что не желают, чтобы мы им падали в ноги. Они желают, чтобы мы делали все так, как хотим сами.

— Мы и захотели. Зачистили подвал, полукруглую секцию, убрали передатчик гетов. — сказал Рекс, с хрустом обивки поворачиваясь в кресле. — Думаешь мне легко убивать соплеменников? Даже если они простые наемники?

— Нет, Рекс. Я так не думаю. Я полагаю, что поскольку они служат гетам, они уже подверглись перепрограммированию.

— И только потому я их убил без особого зубовного скрежета, Шепард. — глухо сказал Рекс. — Это уже не те кроганы, которые были для меня братьями, независимо от того, к какому именно клану они принадлежали.

— И ты бы согласился, Шепард, воевать по картам, которые предоставили бы наши компаньоны? Вот только представь. — Тали медленно закипала, это было ясно по ее голосу. — Мы сидим здесь, а на коленях у нас — ридеры с точнейшими картами ситуации. Чем не тоннельчик для дрессированного пыжака?

— Тали, ты знаешь о пыжаках? — удивление в голосе Рекса просквозило слишком явное.

— Я много чего о кроганах знаю, Рекс. И о вашей планете и ее животном и ином мире тоже. Издержки положения.

— Так ты действительно дочь адмирала Раэля Зоры? — Рекс повернулся к ней всем корпусом.

— А ты сомневался? — без улыбки уточнила Тали.

— Нет. Хотел, чтобы ты сама сказала. — Рекс повернулся, занимая прежнее положение, лицом к носу транспортера.

— Ага, как говорит Джеф Моро — сама на себя настучала. — Тали погладила дробовик. — Считай, что настучала. Шепард, ты ведь не ответил на вопрос.

— Тали, воевать по картам человечество умеет многие сотни лет. А разведку и агентуру никто при этом отменить не в силах. И у кварианцев и у кроганов они тоже есть.

— Ты рассматриваешь Семенова и его компанию как агентуру? Да они...

— Тали, я знаю, что "Линия" в состоянии в кратчайшие сроки найти носителя шифра и выкачать из него этот шифр. Но дело в том, что они...

— Ты также догадался... — подталкивающе произнесла Тали.

— Что они не могут расшифровываться, поскольку не принадлежат нашему времени. — закончил капитан.

— Шепард. — в рыке Рекса прозвучала угроза. — И на этом основании ты отказываешься от их помощи?

— Нет. Рекс, я благодарен им уже за то, что они тут не наводят свои порядки и не руководят нами, как несмышлеными детьми. Полтора миллиона лет разницы...

— Против такой цифры даже протеане — младенцы. — закончила Тали.

— Именно. А теперь представь, как им хочется порулить нами, несмышленышами. — одними губами улыбнулся Шепард.

— Извини, Джон. Но ты не прав. — Рекс посмотрел на него без обычного оскала прочнейших зубов. — Они не желают нами рулить. Они желают нам помочь. И я полагаю, что со временем они смогут помочь и моей расе.

— Вакциной от генофага? — спросил Шепард.

— В том числе и ею. — кивнул Рекс.

— Знаете, я говорила с Семеновым поздно вечером. Пришла к ним.

— Ты... — Рекс смерил кварианку явно изумленным взглядом.

— Пришла к их двери в задний трюм за минуту до десятого часа по корабельному времени. Еще чуть чуть и я не смогла бы никого из них увидеть. Удалось раньше. Разговаривала с самим Семеновым в его, хм, кабинете. Он ясно дал мне понять, что кварианцы сами должны решить, какой сценарий отношений с гетами их устраивает. Мы ведь ищем себе планету для того, чтобы наконец прекратить скитания и в Совете Адмиралов бродит тезис о возможности, да что там, о необходимости возвращения на Раннох. Только вот какое будет это возвращение, ведь там придется сражаться с гетами. Добровольно они нас на нашу родную планету не пропустят. Теперь это их планета.

— Сражаться — это хорошо. — Рекс хлопнул кулаками друг о друга. — Это всегда показательно. А ты, Тали, не торопись сдавать гетам свою родную планету.

— В разговоре с Семеновым я затронула эту тему. Он выразился в том смысле, что воевать — не обязательно.

— Сдаться гетам? — Рекс негодующе взглянул на кварианку. — Этим жестянкам?

— Да, ты хотел сказать — тупым жестянкам. Семенов сказал только, что воевать не обязательно. Надо уметь договариваться.

— С роботами? — произнес Шепард. — Но там же угроза стопроцентной индоктринации.

— Для машин она мгновенна, знаю. Оборотная сторона скорости обработки информации. Полагаю, должен быть путь решения этой проблемы без бойни. Органики против синтетиков не выстоят — мы не машины и у нас не столь быстрая реакция. Жертвы со стороны кварианцев будут огромны.

— А перенаселенность кораблей? — Рекс впал в безжалостность. Тали с грустью посмотрела на него.

— Никакой перенаселеннности не будет, Рекс. Кварианцы будут гибнуть целыми экипажами. Мы не можем заставить наших женщин рожать непрерывно. В силу ослабленности защитных систем кварианского организма этот процесс крайне осложнен. У нас, к тому же, уходят годы на социализацию. Наши скафандры — слишком мягкие для боев с машинами. И их не так много. Ты же знаешь, мы очень ограничены в материалах. Собственно, Паломничество и служит во многом для поставок этих материалов. — Она сделала трудную для себя паузу, собираясь с силами. — Семенову и его коллегам не нравится Паломничество в таком виде, но им легко рассуждать со стороны, а нам приходится иметь то, что мы можем иметь реально. Так что придется договариваться с гетами. При этом Семенов дал мне понять, что для этого договора нам придется договориться между собой.

— Как мне это знакомо. — протянул Рекс. — Наши кланы также не могут договориться между собой по целому ряду проблем.

— Люди, к сожалению, тоже. — поддержал крогана Шепард. Но если вы три сотни лет мотаетесь среди звезд и пока не разлетелись в разные стороны, то договориться, Тали, можно и нужно.

— Спасибо, Шепард, я верю в благоразумие кварианского народа, но мы не вечны. И единство нашего народа — это не единство гетов. Оно слишком ситуативно.

— Что ты думаешь о Канале? — перевел Шепард разговор на другую тему.

— Это способ вызвать Пожинателей-Жнецов сюда, в нашу Галактику Млечный Путь. — отчеканила Тали. — И Шифр нам нужен для того, чтобы понять, где искать этот канал. Пока, на этом этапе. — она перевела дыхание и сменила тему разговора. — Не нравится мне замкнутость колонистов на этого Фай Даня. Как местный божок, который сам чего-то скрывает очень серьезное. Или он уже на поводке у гетов?

— А если геты не посадили его на поводок? Точнее, посадили, но это — не геты? — спросил Рекс. В его голосе послышались непривычные для слушателей нотки — кроган явно о чем-то глубоко размышлял и сейчас решился озвучить некоторые результаты своих размышлений.

— Тогда должен быть тот, кому повинуются колонисты. — сказал Шепард. — Когда я шел по жилым балкам колонистов, я обратил внимание, что очень многие колонисты ослаблены не болезнями и не усталостью. Их что-то держит в минимально-активном состоянии. Они как бы не сами по себе каждый. Ими кто-то управляет. Руководит настолько тонко, что сразу это управление-руководство заметить сложно. Ну лежит себе человек на спальной полке и лежит. Бормочет-что то в ответ на попытку заговорить. Мало ли что у этого человека на душе... Вроде как болен. А присмотришься — нет, не болен. Не похож он на больного. Ведь болезнь — это часто желание, стремление, необходимость расслабиться, полежать. А он лежит и в следующую минуту поднимается и идет работать. Что-то делает, мало, но он делает. Эта водопроводчица. Эта электрик. Не верю я, чтобы женщина просто вот так холодно поблагодарила нас за то, что мы включили воду, принесли аккумулятор от транспортера. Не та обстановка в колонии. Не та, какая надо. Сильное внешнее управление. Если нет возможности включить воду на входе труб в колониальный зал, то какой смысл часами танцевать вокруг клапана? Если нет энергетических ячеек в достаточном количестве и нет аппаратуры, нет оборудования, которое позволяет досконально проверить эти ячейки, определить и устранить причину их недостаточного заряда... Какой смысл сидеть склонившись над раскрытыми контейнерами аккумуляторов день за днем. А этот продавец, торговец. У колонистов явно закончились свободные деньги, они не могут ничего у него купить. Нормальный торговец упаковал бы товар и занялся бы чем-нибудь другим. А этот стоит как зомби рядом с разложенным товаром, переминается с ноги на ногу, но стоит. И это — саларианец, у которого просто турбинная скорость всех процессов мышления. Похож на сомнамбулу.

— А эта полицейская.... — проговорил Рекс. — Не, я понимаю, в колонии должен поддерживаться порядок... Даже если полицейская она... на добровольных началах. И она после того как мы сделали гораздо больше чем они еще выражает недовольство... Ей, видите ли, хочется большего... А сама — как кукла.

— Даже скучно перебирать их всех, этих колонистов. — сказал Шепард. — если мы все увидели, что их кто-то держит под контролем...

— И этот кто-то — явно не гет. — подытожила Тали. — Но то, что он — живое существо — теперь я в этом просто уверена.

— Живой организм с такими способностями? Держать несколько десятков колонистов "на поводке"? — с недоверием посмотрел на Шепарда Рекс.

— Будем заглядывать в конец файла? — без улыбки спросил Шепард.

— Ты имеешь в виду связаться с Семеновым и его коллегами? — Тали с недоверием взглянула на Шепарда, ее глаза засветились на несколько мгновений сильнее. — Для чего? Пройдем по аэрошоссе, с шагающими танками, ракетчиками и иными гетами мы уже виделись. Десантные корабли гетов нам не по зубам, но они по нам и не стреляют. А штаб-квартира есть штаб квартира. Там также могут быть колонисты с которыми можно пообщаться. И им тоже нужна помощь.

— Главное, Тали, понять, где это живое существо, которое дергает за ниточки. — Шепард посмотрел в амбразуру правого борта броневика.

— Ну, я бы не сказала, что это нормально — грузовой корабль в зале колонии. — задумчиво сказала Тали, водя пальцами по стволу дробовика.

— Полагаешь, что он неспроста там лежит? — Рекс задумался. — А план этого зала у нас есть?

— Это же башня. А зал в центре башни. Значит, то, что нам нужно найти — расположено ниже, почти у земли, у основания башни. Получается, в зале колонии должен быть другой вход в переходы в башне. И даже переходы под землю. Колонисты. — она щелкнула ридером. — я тут покопалась в базах данных, использовала наработки разведки нашего Флота, обычно не селятся высоко в таких протеанских башнях. Значит, этот организм... или что он там такое — под поверхностью планеты. И к нему обязательно должен быть проход. Не знаю. У нас не принято допускать, чтобы грузовые корабли или их части валялись где попало. И я более чем убеждена — наличие консоли в зале колонии указывает — колонистов заставили замаскировать вход в подземные уровни этой башни. Это что-то, этот поводкодержатель — там. Вот только я не ощущаю себя готовой с ним сейчас встречаться. — в голосе Тали явно просквозила неуверенность. — Слишком мало данных. Слишком мало. Иметь за спиной этих неадекватных... А впереди — при спуске явно ниже уровня земли — неизвестно кого, но и чего, способного кто там точно знает чем держать в полуотключенном состоянии несколько десятков разумных... Нет, нам явно надо больше информации. Может, следует еще раз прочесать колонию? Уклоняясь от общения с этими неадекватами-колонистами? Нет, мы уже приняли другое решение. Надо ехать в штаб квартиру. А едем мы, оставляя несколько десятков людей и даже саларианца-торговца под этим влиянием... Не знаю. — в ее голосе уже не чувствовалось никакой уверенности.

— Так может, вернемся и поищем этот вход? — Рекс заерзал на своем сиденье, пораженный тем, что кварианка при нем так полно, так открыто размышляла вслух о том, о чем он умел только думать, но даже не пытался говорить.

— Нет, Рекс. — Шепард взялся за рычаги транспортера. — Сначала мы узнаем, насколько прочно закрепились геты в штаб квартире Экзо-Гени, уничтожим их там, спасем, сколько сможем, колонистов и узнаем, кто и что скрывается в глубинах Фероса. Боюсь, здешнее существо с такими возможностями не может сидеть только под колонией Экзо-Гени. Так что пока у нас из задач — аэрошоссе с танками гетов и прочей пехотной мелочью, а в здешней штаб-квартире "Экзо-Гени" мы узнаем детали. Насчет входа в подземелье, где сидит это существо... — Шепард кивнул Тали. — Я, да и вы тоже уже предполагаете, что он — под этим грузовым кораблем. И если сейчас мы туда вернемся... Нам придется стрелять во всех колонистов сразу. У меня нет нелетального оружия, я не полицейский. А устраивать гору трупов на первой внешней высадке после вполне цивилизованной Цитадели и Ферума... Я — солдат, а не мясник. Не сделали эти колонисты нам пока что-то такое, за что их следовало бы убивать. Меня учили убивать насмерть. Не ранить, а уничтожать.

— Я тоже стараюсь убивать с гарантией. — Рекс передернул затвор своего кроганского дробовика. — Раненый враг за спиной... Это ошибка, которая может дорого обойтись любому воину.

— И куда мне деваться среди таких воинственных мужчин. — Тали, обойдясь без улыбки и расслабления в голосе — ни Рекс, ни Шепард не видели за стеклом шлема ее выражение лица и не могли прочитать точно ее эмоции — погладила свой дробовик. — Вы же знаете, я люблю подчеркивать, что тоже имею дробовик. Для близких расстояний при разборках.

— Полагаю в штаб-квартире "Экзо-Гени" будут средства нелетальной остановки живых существ. Все же это не военный лагерь, а гражданская, в чем-то научная колония. Просто вот ученые здесь — явно на вторых ролях. Ни одного я не видел в этой части колонии. — подытожил Шепард. — Поехали.

Прорываться по аэрошоссе исключительно на бронетранспортере не получилось — пришлось два-три раза останавливать машину и выходить, расстреливая гетов, поскольку в эфире, на сканере временами слышалась перекличка каких-то одиночных колонистов, пытавшихся найти что-то полезное в тоннелях аэрошоссе.

Тали деланно равнодушно смотрела в перископы и на экраны. Ей было страшно сознавать, что под колесами их транспортера — всего лишь несколько десятков сантиметров бетона, за которым — ужасающая бездна. Ей, привыкшей летать на кораблях, где до вакуума космоса оставалось несколько сантиметров брони, было неуютно здесь, на планете, на такой большой высоте, на этом аэрошоссе, которое соединяло несколько башен. Она была благодарна Рексу, который удерживал ее от выходов за броню, если было нужно проверить место, откуда пришел очередной радиовызов колонистов. Она не хотела видеть трупы людей, не хотела видеть трупы гетов. Тали знала, что ее неминуемо потянет к краю аэрошоссе. А там... Там несколько десятков метров пустоты. И увидев транспортер со стороны, на этом хрупко-хлипком бетонном желобе... Она не была уверена, что сможет сохранить спокойствие. Потому она раз за разом благодарно кивала Рексу, пересаживаясь за управление орудиями или самим транспортером, напряженно вглядываясь в экраны, пока Шепард и Рекс отстреливали гетов в тоннелях аэрошоссе и собирали трофеи — деньги и оборудование с трупов и из схронов. Спустя несколько десятков минут грузовой отсек транспортера оказался заполнен самым разнообразным оружием, деньгами, приборами. Но пока что ни Тали, ни Рекс, ни Шепард не старались даже навести порядок в этой куче. Все трое видели на экрана приближавшуюся башню и ощущали явное желание побыстрее оказаться в ее периметре.

========== Глава 16. Высадка на Ферос. Часть 2. ==========

Рекс удовлетворенно рыкал, стреляя из дробовика или пулемета очередного гета или уничтожая из пушки очередной танк. Он просто делал свою работу, пусть теперь и не нужно ему было скрываться, красться, убивать ножом или удавкой. Каждый выстрел музыкой отдавался в его сознании — он ощущал свою полезность, свою ценность, свою важность. Странно, но он признал не только главенство, но и высокий уровень подготовки Шепарда, как воина. Человек, конечно, был достаточно хрупок по сравнению с кроганом, но в нем во время боя просыпался просто вулкан.

А когда он говорил с Тали... Этот суровый капитан, способный одним ударом отправить гета-пехотинца в их гетский ад или рай... Излучал такое участие, такое понимание, такую нежность... Что у Рекса начинали свербить не пальцы, а глаза и кроган старался отвернуть лицо в тень. Он, жестокий убийца, приученный не давать волю эмоциям и чувствам... Он буквально начинал плавиться, если чувствовал на себе мягкий, заинтересованный взгляд этой кварианки... Умеет же Шепард находить себе компаньонов. Ну что эта кварианка, казалось бы представляет из себя — ткни ее кроган пальцем, рыкни на нее посильнее — и она окончит свое бренное существование. Она даже еще более хрупка, чем Шепард-капитан. Она так не похожа на женщин-кроганок. Да что там, она на них совершенно не похожа. Да, она имеет дробовик и, как смог убедиться Рекс, весьма профессионально с ним обращается... Но в ней было что-то такое, чему у Рекса, не привыкшего размышлять о подобном... Не находилось даже названия. Что-то, заставлявшее его, крогана-убийцу, быть готовым в любой момент заслонить ее, Тали Зору. От любой опасности. Не дать ей даже увидеть эту опасность. Не дать ее ощутить, почувствовать. Успеть заслонить.

Он, привыкший рыкать и давить физически, если уж не получалось, не было возможности задавить мощью оружия, чувствовал, что давить на Тали... На нее, принадлежащую к народу, за которым по пятам следовала слава галактических попрошаек и воришек... Он не мог. Не потому, что не хотел, не потому что у него не было возможности... Он просто не мог. Сам не понимая почему.

Он подумал, когда принимал решение присоединиться к Шепарду, что будет единственным, не принадлежащим к людской расе членом экипажа корабля этого капитана. И вдруг он видит на борту фрегата... кварианку... А потом — видит турианца. И, наконец, видит... азари. И все они... как же это сумел капитан... очень скоро... чувствуют себя весьма комфортно на борту этого человеческого корабля... И капитан не оставил их своим вниманием. Он взял себе, вероятно, за правило, самому приходить к любому из членов его... Рекс опасался даже произнести про себя это слово... команды. Не экипажа, не этих людей, на обязанности которых было обеспечение работоспособности и боеспособности фрегата... Команды... Команды этого капитана. Приходить не как начальник, который только и умеет, что цедить сквозь зубы распоряжения и раздавать зуботычины за их вроде как неточное или неполное исполнение. Приходить, как собеседник, как личность, готовая выслушать, ощутить и понять другую... личность.

На кроганских кораблях такого не было. Там все решалось проще — постоянными поединками. Никто столько не говорил, никто столько друг друга не слышал. Дал в лоб — и все, проблема решена: либо ты лежишь, либо твой... оппонент. И к главе клана так просто не подойдешь — охранники быстро развернут. Только если вызовет... А если вызывает — то не поговорить, не выслушать мнение подчиненного. Отдать приказ или принять трофеи и отчет... о проделанной работе... Так, кажется, говорят люди. — думал Рекс, отстреливая очередной шагающий танк. — А тут этот капитан, этот человек сам спускается в трюм... Без оружия, без брони... И идет и говорит с турианцем... Долго говорит. И турианец, бывший офицер СБЦ, в котором Рекс сразу признал нарушителя любых мыслимых правил и протоколов, соглашается с Шепардом... Соглашается, что как бы там ни было, но правила нужны, важны, необходимы для... Для многого чего. Соглашается не внешне... Даже при всей своей толстокожести Рекс смог ощутить, наблюдая за разговором Шепарда и Гарруса, что турианец соглашался внутренне. И не испытывал при этом ни малейшего желания покинуть борт этого корабля...

А когда Шепард подошел к нему, крогану Рексу... И попросил рассказать что-нибудь о кроганах, об их жизни, об их истории как народа... Рексу пришлось попытаться скрыть свое изумление за ширмой непонимания, чтобы иметь время для того, чтобы поточнее разобраться в своих ощущениях. Человек... Слабый земной человек видел в нем не гору мускулов и брони... Не убийцу, которого надо было сдать хотя бы тому бывшему эсбецешнику как нарушителя закона... Человек видел в нем, крогане, личность. И интересовался не дежурной исторической справкой, а его мнением, его, Рекса, пониманием, восприятием. — Руки Рекса механически делали свою работу, пальцы нажимали на сенсоры управления пушкой, переключали режимы. Глаза находили очередную цель, а память снова возвращала крогана в трюм фрегата... Стоящий перед ним капитан корабля слушал его, Рекса, краткий рассказ о Тучанке и ее народе... Человек убедил его своим... отношением... Столько слов Рекс произносил за один раз... очень и очень редко. И говоря о Тучанке, о кроганах, Рекс ощущал, что это — не последний разговор с капитаном, не последнее такое... общение. Ему очень хотелось верить, что не последние.

Человек... поблагодарил его за рассказ, пусть он и был даже на взгляд Рекса, очень краток и неполон. Поблагодарил без приторности, без лести, без издевательства. Поблагодарил и отошел, понимая, что ему, Рексу, надо побыть одному. Побыть наедине с самим собой не потому, что он, капитан, обидел его. А потому, что Шепард, как понял Рекс, видел, что рассказывая о своей планете и своем народе кроган впервые может быть, глубоко задумался о том, что составляло его жизнь, его, крогана Рекса, судьбу. И для таких размышлений необходимость поддерживать разговор... Излишня. Рекс был благодарен Шепарду за то, что тот дал ему возможность побыть в тишине и покое, впервые ощутить, что трюм может быть вполне приличным местом обитания, если есть такой человек, который способен увидеть за броней, за толстой кроганской кожей... сердце и разум.

Рекс вспомнил, как он проводил взглядом Шепарда, уходившего к шкафчикам, возле которых находилась человеческая женщина... Эшли... Уильямс, как он прочел на своем инструментроне, открыв файл с краткой справкой о всех, кто находился на этом фрегате. Женщина — воин... Для Рекса было привычно, что кроганки тоже могли при необходимости воевать, сражаться. Но для них все же основным было... Даже в эпоху генофага... Рождение и воспитание детей. Всех детей, кто смог выжить, кто смог... родиться. А тут перед ним была женщина, сделавшая войну... своей профессией, своим делом на долгие годы. И Рекс чувствовал, что и ее предки... тоже воевали. И мужчины, и женщины... Люди вообще много воевали, но вот так привлекать женщин к тому, чтобы убивать, калечить, ранить, чинить насилие...

Шепард был воином, офицером... В нем чувствовался профессионал. Знак "Эн-Семерка" на его броне вызывал у окружающих... уважение... За этим знаком стояла... сила, которой не было у очень многих людей. Рекс вообще не мог припомнить за все время своего пребывания на Цитадели, чтобы ему попадались многие люди, обладавшие этим знаком. Он знал, что это — символ очень высококлассной подготовки. Он много видел эн-двоек, эн-троек, эн-четверок. Но чем выше была цифра на этом знаке, чем она была больше... Тем реже Рекс видел таких людей. Он знал, что далеко не всегда эти супербойцы носят свои знаки открыто. Ему была известна воинская традиция землян носить на шее на крепкой цепочке жетоны со всей минимальной информацией о своей группе крови, о своем звании, должности, уровне подготовки. Люди носили их чаще всего на груди, на голом теле, прикрывая одеждой и броней. Но даже тогда Рекс, как воин, чувствовал, что перед ним — не очередной обычный вояка в форме или без формы. Перед ним — представитель этой силы, "энки" с любой цифрой. И он подозревал, что простые воины, армейцы, с настороженностью и опаской относятся к обладателям таких жетонов и таких знаков.

И теперь он видел для него странное в этом общении офицера-мужчины и сержанта-женщины. Он видел совмещение в одном лице воинов и людей. Видел, что Шепард недоволен подготовкой Уильямс, оказавшейся неспособной противостоять этим железякам гетам. Видел, что для Шепарда Уильямс не простой рядовой солдат, а сержант, командир как минимум отделения... А тогда, на Иден Прайм, как прочел Рекс в краткой справке, полученной из Экстранета на инструментрон, Эшли Уильямс командовала не отделением, взводом. И весь взвод полег в столкновении с гетами. Уильямс... бежала... И Рекс видел, что Шепард... ненавидит ее, сержанта Уильямс именно за бегство. Ненавидит, потому что где-то там, в глубине души знает, верит и ощущает: война — не женское дело.

Рекс был с ним согласен. Да, кроганы воевали между собой. Воевали десятилетиями, пережили даже ядерную войну. Стали прочнее камня, прочнее металла. Выжили. Но никогда женщины не вставали рядом с мужчинами кроганами в боевые порядки. Никогда, потому что у кроганов было четкое разделение: мужчины — воюют, женщины — занимаются детьми и их воспитанием. Да что там, у кроганов были отдельные мужские и женские лагеря. Да, кроганы спаривались между собой, ощущая настоятельную потребность в продолжении рода. Да, все поголовно кроганы знали, что во всех них живет их проклятье — генофаг и далеко не каждая кроганка разродится жизнеспособным ребенком. Да, в этих женских лагерях дети достигали возраста, когда их приводили в мужские лагеря и начинали обучать, наставлять уже как будущих воинов, будущих мужчин. Да, кланы воевали между собой, но даже в условиях всевластия генофага женщин никогда не вырезали, не убивали, не уничтожали. Даже если все мужчины клана полегли в битве, другой клан просто встраивал женщин и детей клана в себя. Усиливаясь? Да, конечно, усиливаясь. Но никогда не ставя на одну доску воина-мужчину и женщину-кроганку. Никогда не мстили женщинам противоборствующего клана за то, что они выполняли свою функцию — давали новых воинов и вводили их в мир кроганов.

Рекс смотрел на разговаривавших Шепарда и Уильямс и поражался — он ее ненавидит, он сомневается в том, что она сможет быть полноценным воином, а она... она относится к этому спокойно. Она видит в Шепарде... не офицера, не командира... Она видит в нем... мужчину. Мужчину, для которого она не хочет быть сержантом, солдатом. Для которого она хочет быть... женщиной. И Шепард дает ей эту возможность... Он... понимает, что она прежде всего — женщина, а потом уже солдат, сержант и беглянка. Он понимает, что для нее — чувства и эмоции... Это... все. Все, что определяет ее жизнь, ее судьбу, ее действия, ее мысли, ее поступки. И... признает за ней это право. Право не быть жесткой, право не быть скалой, право не быть солдафонкой двадцать четыре часа в сутки.

Как она тогда сказала Шепарду? Прикажете — поцелую турианца?! Того самого турианца, до которого было едва ли пятнадцать метров и который, эта жесткая ящерица, прекрасно слышал весь их разговор. Хищник. Воин. Профессионал. И ведь Рекс знал, понимал, что Эшли не очень то и приемлет необходимость контакта с инопланетными, как она выразилась, расами. Она и разговор то с капитаном начала, выразив свое несогласие с тем, что какая-то кварианка получила доступ к двигателям корабля, а турианец — к его главным орудиям.

Рекс ее понимал. Ему тоже было трудно представить, что какой-нибудь человек встанет за пульт управления огнем на их кроганском транспортнике. А уж пустить человека к двигателям... Да такого смельчака просто бы размазали по стенке. Он бы просто не дошел даже до двери двигательного отсека, а не то что бы там встал за пульт. Рекс видел, что Уильямс испытывает неудобство, что она не готова взаимодействовать с инопланетянами. Ненавидит ли она их? Нет, ненависти в ней не было, Рекс ее не ощущал. Он ощущал нежелание Уильямс терпеть то, что неминуемо происходит между знакомыми, приятелями, партнерами. Терпеть углубление взаимодействия, расширение и углубление доверия. Не готова она была к такому.

И капитан это видел, понимал, знал. И от него, Шепарда, веяло такой уверенностью в том, что ему удастся преодолеть это нежелание в конкретно взятой Эшли Уильямс, что Рекс, не привыкший делать такие выводы, почему-то быстро уверовал — Уильямс сможет. Сможет измениться. Сможет понять, что ни Рекс, ни Вакариан для нее — не враги, не конкуренты. Может быть и не партнеры... Пока. И благодаря Шепарду она сможет поверить хотя бы им, крогану и турианцу. А потом... потом поверит и кварианке с азари. Здесь сложнее. Рекс понимал, осознавал, что здесь — сложнее.

Да, турианец — офицер СБЦ, полицейский, представитель народа турианской Иерархии в правоохранительных органах Цитадели, снайпер, каких поискать. Но здесь — простое взаимодействие. Да, он, Рекс, кроган-мастер, профессионал — наемный убийца. Здесь тоже все понятно. А вот кварианка и азари... Они — женщины. И тут уже явно чувствуется жесткая, особая конкуренция. Если уж невозможно повлиять на турианца и крогана непосредственно, то, может быть, удастся повлиять на них, самок? Рексу было давным давно ясно, что женщина с женщиной могут намного быстрее и полнее договориться, чем женщина с мужчиной. Он не видел в этом проблемы. Разве что проблема состояла в том, что кварианка и азари не были представительницами человеческой расы... И Эшли вынуждена была бы надавить на горло своей... как было там обозначено в том справочном файле... ксенофобии. Рекс не был уверен, что вознамерившись договориться с азари и кварианкой, Эшли Уильямс сильно облегчала себе задачу. Скорее всего, она ее усложняла.

— Подтверждено наличие людей в главном корпусе Экзо-Гени. — сказала Тали. — Там довольно большая группа. В основном — люди.

— Они нас еще издали услышали. — Рекс вспомнил последние перехваченные радиопереговоры колонистов штаб-квартиры: "Слышен шум двигателя. Это какой-то транспорт. По звуку — явно не геты." подождал, пока транспортер остановится. — Надо посмотреть, что они там делают.

— Вот и посмотрим. — сказал Шепард.

Посмотреть было на что. Находящийся явно под внешним воздействием, несвободный не то что в своих поступках — даже в мыслях своих, начальник колонии пытался изо всех сил защитить интересы попавшей впросак корпорации. Колонистов, если считать таковыми собравшихся в том зале гражданских, было очень мало. Они явно не могли оказать серьезного сопротивления гетам. Охранники... С их пистолетами? И их полувоенными модификациями дробовиков и винтовок? Против шагающих танков, ракетчиков и пехотинцев с охотниками? — на лице Рекса появилась улыбка горького сожаления и не менее горького понимания. Они, эти людишки, так размахивали своими пукалками... Так верили, что эти стволы защитят их от роботов, оснащенных искусственным интеллектом. Рекс только приблизился к нескольким охранникам у входа, даже не доставая дробовика — этих троих как ветром отнесло метров на пятнадцать от него. Где же они будут прятаться в этом полупустом зале, если сюда пожалуют два десятка гетов?

— Капитан, в главном здании... осталась моя дочь. — обратилась к Шепарду одна из колонисток, по виду — ученый.

— Если я ее найду, я помогу ей избежать неприятностей. — сказал Шепард. — Но ничего не обещаю. Главная наша цель — геты.

— Я понимаю, капитан. — женщина отошла.

Тали озиралась по сторонам, ей было еще более неуютно здесь, вроде как в штаб — квартире, чем Рексу. Здесь было то же самое ощущение несвободы, зажатости, запрограммированности.

— Простите, мэм. — обратился к ней какой-то колонист, стоявший за ридером, укрепленным на пустом контейнере. — Я слышал... Вы идете в штаб квартиру... Не могли бы вы принести мне данные из одного из инструментронов?

— Это решает капитан. У нас одна цель — геты. — устало сказала Тали и отошла. Шепард выслушал ее рассказ, благодарно кивнул и вернулся к продолжавшему негодовать начальнику колонии. Но там он долго не задержался. Тали отчетливо ощущала, как женщина-ученый волнуется за свою дочь. Сквозь броню заданности прорывалась любовь матери к своему ребенку. Тали было очень тяжело видеть ее в таком состоянии. Она невольно сравнивала эту женщину и свою мать, погибшую от охватившей часть корабля эпидемии, вызванной инфекцией. Она тоже очень беспокоилась за Тали, не желая, чтобы она слишком ориентировалась на участие в политике, без которой уже не мог обходиться ее муж — адмирал Раэль Зора. Она видела для Тали другой путь, менее грязный, менее опасный. Кварианка прикрыла глаза, отсекая воспоминания, сбрасывая с себя погруженность в размышления.

Шепард кивнул спутникам, те быстро прошли по пандусу наверх, к машине. Капитан сел за управление, Тали разместилась за управлением пулеметом, Рексу досталось управление пушкой.

— Теперь следует ожидать серьезного сопротивления гетов. — проговорил Шепард, вгоняя транспортер на пандус, ведущий к аэрошоссе. — Так что не расслабляйтесь. Тали, на тебе — все легкие цели. Ты, Рекс, в первую очередь выбиваешь колоссов, шагающие танки и ракетчиков.

— Ясно, Шепард. — рыкнул кроган. Кварианка только кивнула, не особо веря, что занятый управлением транспортером Шепард смог уловить ее кивок в полутьме салона машины.

Аэрошоссе доставило Тали немало неприятных минут. Нет, ее стрельба была точной — здесь Шепард мог быть доволен кварианским инженером. Но осознание того, что под тобой — десятки метров пустоты, заставляло кварианку зябко поеживаться. Продолжало нервировать.

— Что, квари, высоко? — Рекс, изредка взглядывавший на нее, понял причину дрожи кварианки. Понял и решился озвучить.

— Эм, да, Рекс. Высоковато. Эта конструкция дороги не выглядит эм, надежной. — согласилась, стараясь не допустить в голос дрожь, Тали.

— Ничего. Вот выбьем еще тех ракетчиков, а там уже можно будет и в башню въехать. Шепард, эти все башни что, действительно протеане строили?

— Пока что эти данные никем не были аргументированно опровергнуты, Рекс. Тали, не беспокойся, транспортер имеет ракетные двигатели. В случае чего — всегда сможем ими воспользоваться.

— Эм, Шепард. Я постараюсь. На экранах уже видна нужная нам башня. Только перевалить через тот мини-гребень дороги... Там что, дорога на два фрагмента распалась? Ох, Кила... Шепард, здесь надо бы побыстрее, а то от нашей вибрации, я хотела сказать — от вибрации нашего далеко не такого уж и легкого транспортера, полотно дороги, по которой мы едем, от близости разлома может пойти трещинами. Там связки арматуры торчат...

— Ладно. — Шепард увеличил скорость и бронетранспортер скакнул через гребень, приземлившись неподалеку от позиций гетов. Кварианка не дремала и два ракетчика с пехотинцем были уничтожены короткими очередями еще тогда, когда машина находилась в воздухе. Перед бронетранспортером оказался небольшой шлюз, куда разогнавшаяся машина буквально влетела.

— Спасибо, Тали. — Шепард остановил машину перед узким лазом. — Рекс, убери из пушки и пулемета основную массу гетов в холле. Если останется немного — не старайся, мы их уберем, когда выйдем.

— Эм, Шепард. Тут странный сигнал. Гет, но малоактивный. В маленьком помещении. Дальше, в холле. Где то там. — она постаралась указать направление, сообразуясь с картой на экране. — Можно и не смотреть, но сигнал этот... слишком уж механический какой-то. Не похоже на сигнал живого существа. Совсем не похоже. Не хотелось бы оставлять это позади нас. — Тали отключила инструментрон от сети бронетранспортера. — Полагаю, дальше пешком?

— Ну, если я смогу пройти в эту щелку, значит, можно и пешком. — сказал Рекс и первым спрыгнул на бетон гаража башни, в которой размещалось поселение колонистов. — Хм. Я прошел. — Рекс снес из дробовика двух гетов, пытавшихся, скрываясь за парапетом, задержать вход крогана в холл. — Значит и вы пройдете. Тут пока тихо. — он огляделся, поводя стволом дробовика.

— Ладно. — Шепард, спрыгнув на бетон, помог выйти Тали и закрыл люк бронетранспортера на замок и на код. — Пешком так пешком. Лестниц вниз я не вижу, придется поискать. — он закружил по небольшому залу, усеянному валунами и кусками бетона с арматурой.

— Шепард. — Тали, не захотевшая обходить зал по периметру, стояла над полукруглым парапетом, обрамлявшим пролом в полу, когда то бывший лестничной клеткой или пандусом. Сейчас было трудно определить — вместо ступеней там были горы щебня и какие-то глыбы, в которых не просматривались контуры обработанных разумным существом или инструментами конструкций. — Я могу ошибаться, но отсюда можно спрыгнуть, а вот назад...

========== Глава 17. Высадка на Ферос. Часть 3. ==========

— Шепард, не торопись. — Кроган вышел на связь по спикеру. Рекс внимательно изучал дверь в противоположном конце вестибюля. — Если квари сказала, что здесь что-то фонит, это надо проверить, прежде чем мы будем куда-то прыгать.

— Рекс, что там за замок?

— Квари, посмотришь? — Рекс посмотрел на кварианку. Та включила инструментрон и направилась к крогану.

— Открыто. — просто сказала она, гася инструментрон.

— Оружие тяжелое приготовить. — проговорил Шепард, подходя следом. — там ящик, Тали, посмотри что там.

Кварианка танцующей легкой походкой направилась к ящику, но стоило ей посмотреть направо... Только огромное усилие воли заставило Тали удержаться от панического вопля: у стены лежал свернувшийся колосс. Эту гетскую машину Тали знала — самое опасное создание гетов, обладавшее оружием, способным уничтожить челнок или транспортер. Шепард, внимательно наблюдавший за кварианкой, молча прыгнул вперед, в комнату, вскидывая гранатомет. Рекс последовал его примеру. Оказавшись под сосредоточенным обстрелом из двух стволов тяжелого оружия, колосс не смог принять полностью развернутое положение и через несколько десятков секунд был уничтожен. Тали, забыв перезарядить дробовик, прыгнула к Шепарду и скрылась за его спиной.

— Квари, ну что ты... — Рекс в меру своих возможностей попытался успокоить кварианку, но та явно не желала ничего понимать. — Он мертвый, мерт-вый. — в доказательство Рекс поставил свою ногу на крупную деталь полуразрушенного сверхтяжелого танка гетов.

— П-п-п-р-р-а-в-в-д-д-а? — выдавила из себя Тали, несмело выглянув из за спины Спектра. — Кила, я думала, у меня сердце разорвется...— она прижалась к Шепарду, обхватила его обеими руками и замерла в таком положении. Шепарду пришлось ждать, пока кварианка не придет в себя окончательно. — Я к-к нему п-под-хо-дить н-не буду. — проговорила она, отлипла от Шепарда и юркнула в проем двери, ведущей через короткий коридор в холл.

— Ладно. Рекс, посмотри эту чушку на предмет полезностей и пошли. Если Тали говорит, что придется прыгать... То я не верю, что из этой совершенной башни есть только один выход.

— Есть и другой, Шепард. Но там... в общем, геты установили какое-то защитное поле. Голубоватая пелена, но не пробивается. Даже прозрачность — и та минимальная. Почти ничего не видно. И пройти нельзя, и оружие не дает использовать. Гасит любые заряды. Я тут постреляла из пистолета. Даже звук и тот гасит. — сказала по спикеру Тали. — Я как раз у проема в холле, который затянут этим полем.

— Поле? — Шепард задумался, копаясь в ящике, который ранее привлек его внимание... — Видно, геты здесь надолго захотели устроиться.

— Ты же не забыл, что это — штаб-квартира. Вероятнее всего, геты это также знают. — сказала Тали, слушавшая капитана по своему спикеру

— Интересно, интересно. Ты полагаешь... — начал было Рекс.

В этот момент донесся голос Тали, стоявшей в холле:

— Я полагаю, что геты питают это поле по многочисленным толстым кабелям, которые здесь, в холле, также есть. Если нам не удастся разрушить эти кабели, то поле нам не удастся выключить.

— Получается, что геты прибыли сюда на тяжелом десантном корабле. — сказал Шепард, выходя в холл. — Тали, твое мнение?

— Вполне возможно, Шепард. Корабль, учтя высоту, на которой мы сейчас находимся, может быть пристыкован снаружи к стене башни... Вот бы его завалить... — она начала постепенно отходить от сильного шока и старалась, чтобы в голосе не было дрожи и заикания. Но пока это удавалось не слишком хорошо.

Все трое прошли к провалу и через несколько секунд приземлились на нижнем этаже, пролетев метров десять. Вставая, Шепард услышал звук выстрела и едва успел перекатиться в сторону, уходя от заряда. Выпрямившийся Рекс вскинул дробовик, но опустил его — к ним спешила молодая девушка, одетая в комбинезон ученого.

— Извините, я думала, что это снова геты или варрены. — она опустила пистолет.

— Вы что курили? — спросил обозленный Рекс.

— В каком смысле? — непонимающе воскликнула ученая.

— В таком. — поддержал спутника Шепард. — Если, по-вашему, мы похожи на гетов или варренов, то одного выстрела для нас троих слишком мало. Почему вы не стреляли чаще?

— Но... но я же поняла, что вы — не они. И не стала стрелять... Дальше.

— Лучше бы вы вообще не брали в руки оружие. — недовольно проворчала кварианка, отряхивая комбинезон. — Нам и так не доставило удовольствия прыгать с такой высоты на камни, а тут еще вы тир себе устроили. — У меня же дробовик был на взводе. Еще один ваш выстрел — и этот выстрел был бы последним в вашей жизни. — Наконец она привела свой скафандр в порядок. — Шепард, мне разобраться с ней? — она явно хотела столь экзотичным способом окончательно преодолеть тот ужас и страх встречи с танком гетов.

— Квари, ты что? — Рекс не сразу понял причину столь разительных изменений в поведении их спутницы. Но дальнейшее произошло для него слишком быстро. Он даже и сказать ничего не успел.

— Вы, собственно, кто, девушка? — спросила Тали, придвигаясь к незадачливой ученой поближе и нежно поглаживая свой дробовик, направленный прямо в живот неудачливому стрелку.

— Меня зовут Элизабет, я здесь младший научный сотрудник. — ученая постаралась отодвинуться от Тали подальше, но не отходить от прибывшей группы.

— Ага, подай, принеси, убери. — рыкнул Рекс. — Насколько мы успели понять, комплекс, в котором мы находимся, просто кишит гетами. Как вас угораздило остаться ими незамеченной? Или вас оставили на полдник? — любивший плотно поесть кроган не смог не вспомнить о еде.

— Собственно, вы и так немало знаете. Пристыковался корабль, из него хлынули геты. Все побежали, а я... Я осталась... сохранять данные... А потом они повсюду протянули эти кабели и установили защитное поле. Я оказалась в ловушке. С тех пор прячусь где придется, стреляю по варренам. Геты их не трогают.

— Насколько я помню, наши каналы связи шифруются по военным протоколам. Каким таким образом вы услышали наши переговоры? — она мягко прошлась рукой по карманам комбинезона ученой, прижав дуло дробовика к ее животу. — Не рыпайся, милочка. — она достала коробочку с толстой антенной. — А вот и ответ. В руках этого младшего научного сотрудника, капитан — сканер каналов. Насколько я помню его характеристики — явно не гражданская модель. — Тали, убрав сканер в свой поистине бездонный комбинезон-скафандр, мягко, но уверенно крутанула девушку вокруг вертикальной оси, продолжая обыскивать. — Больше на ней никаких сюрпризов нет. Мне, милочка, пришлось потратить некоторое время, чтобы открыть одну из здешних дверей. — Тали продолжала вымещать свое раздражение на девушке. — И вы нам будете доказывать...

— Я действительно младший научный сотрудник. В "Экзо-Гени" мне по статусу доступно немногое, но все же...

— Дорогуша. — употребила Тали слово, слышанное от одной из девушек-техников из экипажа фрегата. — Ваш чип-идентификатор может и говорит в вашу пользу, в пользу того, что вы вроде как научный сотрудник. — она еще плотнее прижала дуло дробовика к животу девушки. — Но мне-то, кварианскому инженеру ясно, что все можно подделать. И в вашем случае — очень быстро. Вы так пытаетесь от меня закрыться, милочка... Вы такая неподатливая. — глаза кварианки даже сквозь стекло скафандра светились уже просто мертвенным белым светом. — Ничего, это нас не остановит...

— Остальные неподатливые двери, — Рекс хохотнул. — мы выбьем дробовиками. Или гранатометами. Найдем, в общем, чем выбить.

— Помнится, руководитель колонии просил нас не особо размахивать здесь пушками. — сказал Шепард.

— Как, разве я не одна уцелела? — изумилась девушка.

— Нет. Ваша мать также жива. Она очень просила найти вас. — ответил Шепард.

— Да... Я рада, но это поле...

— Элизабет, в здании есть тяжелые станки или оборудование с резаками? — сказал капитан.

— Что-то было, но в ту лабораторию у меня нет доступа. — проговорила девушка. Вот, кстати, возьмите мою карточку. Много дверей она не откроет, но все же вам не везде придется стрелять или... бросать гранаты.

— Спрячьтесь и дождитесь, пока мы не снимем поле и не вернемся. — распорядился Шепард, отстреливая двух варренов, выскочивших из пролома в стене. Троих варренов уложила Тали, одного пристрелил Рекс. — И постарайтесь поменьше стрелять. — он передал девушке обойму. — Вот вам дополнительно. Пошли. — он обратился к спутникам и те быстро побежали к расположенной на противоположной стене зала двери, светившейся зеленым огоньком замка.

Уложив кроганского мастера боя, пытавшегося что-то добиться от виртуального интерфейса, Шепард устроил ВИ, пользуясь карточкой Элизабет, форменный допрос. Рекс только крякал, слушая, как Джон методично извлекает из памяти интерфейса все новые и новые данные о торианине. Тали мрачнела с каждым новым сообщением. Наконец Шепард выключил виртуальный интерфейс. Рекс, поняв, что недолгий отдых подошел к концу, вскинул дробовик.

— В здании полно гетов, нам придется посетить три лаборатории и забрать оттуда все ценное, что сможем найти. Параллельно попробуем решить проблему поля. — сказал Шепард. — Идемте, тут за углом — первая лаборатория.

Уложив двух прыгунов-гетов, стрелков и разрушителя, группа вытрясла из станций снабжения оставленные там ценности. В следующих лабораториях им повезло больше — они застрелили пятерых кроганов-охранников, четырех гетов-пехотинцев, двух охотников и троих ракетчиков.

— Становится жарко, капитан. — сказал Рекс. — Видимо, та лаборатория с тяжелой техникой близко. Там какой-то большой зал, за ним зал поменьше.

— Входим, разбираемся с консолями, ищем тяжелые резаки, режем кабели и, отключив поле, выходим. — Шепард, читая по дороге с инструментрона информацию, найденную в консолях, принял решение не задерживаться в штаб квартире и побыстрее вернуться в Надежду Чжу, чтобы разобраться с тем, кто держит колонистов на коротком поводке. Теперь я даже не сомневаюсь, что этот поводкодержатель — живое существо. — Эта девчонка-ученая нам солгала. Никаких отчетов или сохранений данных за последние шесть часов на серверах компании зафиксировано не было. Как оставленных, так и отправленных. А вот пять попыток связаться с министерством колоний — были. И мне предстоит узнать у этой девчонки, что она так хотела сказать этим чиновникам. — Шепард уложил троих разрушителей, пятерых пехотинцев-гетов и остановился только тогда, когда встал перед пультом управления большим резаком.

— Тут записка, Шепард. — Тали нашла на пульте ридер. — работник просит техника починить резак — там сбились настройки и он не работает равномерно.

— А нам равномерно и не надо. — сказал Джон, осматривая помещение. Его внимание привлекла лапа корабля, уходившая за пределы здания. — Видишь это?

— Да, Шепард. Если резак отрежет ее... Это одна из основных лап корабля... То корабль может рухнуть, а значит...

— Все кабели, по которым питается поле, порвутся. — Закончил Рекс. — Разреши попробовать подобрать комбинацию сил, Шепард? — кроган замер над пультом.

— Действуй, Рекс. Тали, посмотри за вторым входом, я пока перекрою первый и зал.

— Хорошо. Рекс, приступай. — ответила кварианка, прижимаясь к стене.

— Да, Шепард. — кроган начинает набирать на клавиатуре первую комбинацию. Затем вторую, третью. На четвертой, уловив схему, Рекс смог набрать правильную комбинацию сил. Лязгнувшие лезвия резака отсекли лапу корабля и три толстенных кабеля.

— Так. — услышав грохот упавшего гетского корабля, подытожил Шепард. — Быстро собираем все возможные данные и уходим. Тали, отметь на карте маршрут возврата к тому проему, который внизу, в зале.

— Сделано, Шепард. — кварианка захлопнула клавиатуру инструментрона и вскинула дробовик. — Эту девчонку...

— Нет. Сначала мы пообщаемся с ее матерью и этим чокнутым начальником. Как их там?

— Итан Джонг — это начальник и Джулиана Бэйнем. — проговорила кварианка. — Элизабет — ее дочь. Странно, дочь знает об этом существе, начальник знает, а Джулиана — нет.

— Это еще один повод вернуться. — сказал Шепард.

Обратный путь к залу много времени не занял. Выпотрошив пару консолей и три пункта снабжения с четырьмя ящиками, группа вышла к проему, ведущему в зал. Рядом с проемом стояла Элизабет.

— Элизабет, только ваша неопытность и просьба матери, а также мое уважение к капитану удерживают меня от крутых мер по отношению к вам. — кварианка подлетела к девушке прежде, чем ее спутники сумели понять что к чему. — Ваш выстрел едва не повредил мой скафандр. Мне пришлось прокатиться по осколкам камня, что также для моего костюма опасно. Еще один такой финт с вашей стороны, бош тет, и меня ничто уже не остановит!

— Капитан. — чуть не плача, девушка рванулась к подходившему Шепарду. — Я пыталась сообщить в министерство колоний о том, что корпорация проводит незаконные опыты над торианином. Но мне приказали замолчать, пригрозив, что если я не прекращу своих попыток, то стану следующей...

— Интересно, в очереди куда? — заинтригованно спросил Рекс.

— Торианин — это растительная форма разумной жизни, которая обитает в основном под Надеждой Чжу, но его отростки пронизывают значительную часть планеты. Ему очень много лет.

— И... — заинтересованно сказал Шепард, видя, что Тали уже держит девушку на мушке своего дробовика.

— Уф. — девушка запнулась, но, поняв, что сказав "а", она должна будет сказать и "б", продолжила. — Он обладает уникальными способностями по контролю над сознанием.

— Теперь я понимаю, Шепард, что хотел этот кроган-мастер от виртуала. — пророкотал Рекс.

— Полагаешь, что этот кроган — один из слуг Сарена?

— Уверен в этом, Шепард. Сарену нужен торианин для того, чтобы контролировать сознание своих жертв.

— И как же торианин контролирует свои жертвы? Каким способом? Что он использует?— обратился Шепард к девушке.

— Он использует споры. Попадая в организм, они подчиняют мышление пораженного спорами воле торианина. А со временем при необходимости торианин трансформирует жертву в ползуна. Это полностью зависимый от воли торианина организм. Он даже выглядит не как обычное, исходное существо, а становится близок по виду к... растению... Сохраняет только самую общую исходную форму... К тому же торианин может создавать клонов существ, если ему нужно воспользоваться, скажем... их голосом. Сам он общаться по-человечески, к примеру, не может. — девушка обреченно бубнила себе под нос, понимая, что только полная откровенность может ей помочь избежать еще больших проблем. — Другое название торианина — вид тридцать семь. Но это — чисто научная классификация и одновременно — шифровка, чтобы никто посторонний ничего не понял. Об этом знал только начальник колонии. Моя мать не знала, а я узнала только недавно, когда до вторжения гетского корабля оставалось слишком мало времени. Я попыталась связаться с Министерством колоний... Но не сумела. А потом геты установили поле, которое заблокировало и передвижение по комплексу, и радиосвязь. Послушайте, я поеду с вами... Мне надо все исправить, я так не могу. Тут погибло много людей. Я долгое время не знала, жива ли моя мать.

— Хорошо. — Шепард посмотрел на безразличного Рекса и напряженную, готовую к прыжку Тали. — Едем. В машине у вас будет возможность рассказать то, о чем вы умолчали сейчас и здесь. Как только доберемся до колонии — нам придется действовать жестко. Ваш начальник колонии — слишком своеобразная личность. — сказал Шепард, устраиваясь за управлением и кивая Тали и Рексу, чтобы они устроились за пулеметом и пушкой. Элизабет села на диван в кормовом отсеке транспортера и Шепард вывел машину из башни.

Преодолев сопротивление двух танков и нескольких ракетчиков с пехотинцами, они въехали в другую башню, где собрались колонисты, избегнувшие смерти в штаб-квартире колонии. Услышав по радио голос матери, девушка не выдержала и выпрыгнула из транспортера на полном ходу, едва не попав под колесо. Шепард развернул машину так, чтобы можно было выехать к Надежде-Чжу и последовал за девушкой. Следом поспешили Рекс и Тали.

========== Глава 18. Высадка на Ферос. Часть 4. ==========

Они успели вовремя. Поняв, что секреты компании и в первую очередь — существование торианина — могут быть раскрыты, индоктринированный глава колонии впал в неистовство, а поскольку ему подчинялась охрана колонии, то дело могло кончиться стрельбой. Появление Элизабет спутало главе колонии все карты. Следом за девушкой побежала Тали, не желавшая упускать виновницу своих волнений из сферы досягаемости. Увидев Шепарда, глава колонии взбеленился еще больше.

— Я так и знал, что гетам, к сожалению, не удастся убить вас. В базе данных Экзо-Гени...

— С каких это пор в базе данных коммерческих корпораций содержится информация о действующих Спектрах? — строго спросил Шепард, вскидывая спектровскую штурмовую винтовку. Глава колонии смешался. Ему ничего не оставалось делать, как попытаться поднять пистолет. Но Шепард не дал ему это сделать. Спустя секунду начальник колонии стал трупом.

— Нам больше делать нечего, кроме как стрелять друг в друга? — стоявшая рядом мать Элизабет, обняла дочь. — Спасибо вам, капитан.

— Полагаю, вы заткнетесь и не будете указывать мне и моим спутникам, что, как и когда делать, мадам! Сначала вы на весь Ферос вещаете о своей пропавшей дочери, потом подозрительно настойчиво лезете ко мне с просьбой найти ее, располагая охранниками и будучи вполне в состоянии пешком пройтись по недлинному аэрошоссе до места. Теперь вы мне указываете, как и что делать с вашим начальником?! Не много ли вы на себя берете, мадам? Вы здесь кто? — он взглянул в раскрытый Рексом экран инструментрона. — Простая ученая, даже не ученый секретарь?! И вы пытаетесь раз за разом здесь распоряжаться так, что мне начинает казаться — это вы руководите этой колонией. А когда мне начинает что-то казаться, причем именно вот так... Я начинаю стрелять. На поражение. — опуская винтовку, со злостью отпарировал Шепард. — Ваша дочь открыла по нам огонь, хотя мы явно не похожи на гетов или варренов — там было достаточно светло, чтобы это определить. — он взглядом указал на Тали, до сих пор желавшую разобраться с младшим научным сотрудником и державшую девушку на прицеле дробовика. — Ваша дочь подвергла опасности меня и моих спутников. — он сменил раздраженный тон на формальный. — Колонисты Надежды Чжу еще живы. — сказал Шепард. — И будет лучше, если вы присоединитесь к ним. — он обвел взглядом помещение, где были собраны все вещи, колонисты и были практически все люди, которым удалось уйти из штаб-квартиры.

— Но они не подпустят вас, Шепард, к торианину. — сказала Элизабет. — они будут защищать его ценой своих жизней.

— Какого торианина, дочь? — ученая удивленно посмотрела на девушку. — О чем ты говоришь?

— О виде тридцать семь, мама. Я осталась не только сохранить данные, но и связаться с министерством колоний. Они должны были знать о незаконных экспериментах.

— И...

— Я не сумела. Геты установили там поле — ни пройти, ни сигнал послать.

— Ты поступила правильно. Капитан, колонисты действительно в опасности. Даже если они еще не трансформированы внешне, их воля уже парализована торианином.

— Вакцину вы, конечно, не разработали? — издевательски заметила Тали.

— Как можно разработать вакцину от такого? — дочь ученой посмотрела на кварианку с ненавистью. — Он же в голову залезает и мыслями командует. Не все же ходят в скафандрах.

— Кстати, о скафандрах. — Тали посмотрела на мать девушки и та почувствовала ее тяжелый взгляд. — Научите свою дочь нормально стрелять. Или в следующий раз ее не успеют спасти. А насчет собственно скафандров — вакцина нужна для нейтрализации спор. Если вы разработаете дыхательные маски, способные не пропустить споры и будете защищены изолирующими костюмами — споры не сработают.

— У нас действительно нет вакцины. — кивнула мать девушки. — но у нас есть газ, который позволяет не убивать колонистов, попавших под влияние торианина на ранних этапах подчинения. Они просто засыпают за две-три секунды.

— Нелетальное оружие. — пробурчал Рекс. — Шепард, это, кажется, то, что вам было нужно.

— Там три десятка колонистов, а гранаты с газом имеют ограниченный радиус действия. К тому же, если я не ошибаюсь, виртуальный интерфейс говорил о ползунах — готовых слугах торианина. Где гарантия, что там их уже нет?

— Капитан, как бы там ни было, постарайтесь применить гранаты. — сказала мать девушки. — Нас здесь мало, а если корпорация откажет нам в поддержке, то каждый человек будет важен критически. Мы говорим только о спасении жизней неизмененных внешне колонистов. Ползунов торианина уже не спасти.

— Ладно. Мы сообщим, как разберемся с проблемой в Надежде-Чжу. Кстати, а почему вы разделились?

— Надежда-Чжу — это только космический порт. — Джулиана замялась. Корпорация, как я теперь понимаю, оставила там силой приказа несколько десятков колонистов в качестве... контрольной группы, чтобы изучить влияние торианина. Но слишком многое пошло не так. В основном же в порту было очень мало жителей, только для приема и обслуживания кораблей. О торианине мы узнали, — она переглянулась с дочерью. — сравнительно недавно. Я знаю, что вы уже обратили внимание на неадекватность поведения колонистов в порту.

— Еще бы. По связи я получил сообщение от пилота, который доложил, что колонисты, больше похожие на зомби, пытались вскрыть мой корабль и попасть на его борт.

— И что вы приказали?

— Пилот сам разобрался. Вероятно, он дал несколько очередей в воздух, чтобы их отогнать от корабля. Подробностей и результатов стрельбы он не сообщал.

— Капитан, я полагаю, что остальные колонисты могли избежать влияния торианина. — Джулиана с мольбой посмотрела на Шепарда. — Нас мало, капитан.

— Я сделаю все, что смогу, но обещать оставить всех в живых — я не буду. — Шепард знаком распорядился следовать к транспортеру. Первым ушел Рекс, от которого отшатнулись стоявшие на входе в помещение охранники. Следом ушла Тали, смерив напоследок дочь Джулианы таким тяжелым взглядом, что та смешалась и отступила на два шага. Шепард оглядел помещение колонии, с явной угрозой посмотрел на мать девушки и вышел последним.

— Капитан, каковы будут распоряжения? Относительно населения Надежды Чжу. — спросила Тали, устраиваясь за пулеметом.

— Если вы видите, что колонист более-менее адекватен — стреляйте по ногам. Гранат с газом нам дали мало, придется сортировать колонистов. — Шепард гнал транспортер к башне, где располагался порт. Рекс, устроившись за пультом пушки, рыча от восторга, расстреливал гетов-ракетчиков и быстро уничтожил пару шагающих танков. Тали, проигнорировав пулемет, сидела на диване и забивала данные в инструментрон. — Тали, да не подсчитывай ты баланс потерь. Мы не специалисты, уровень одурманивания придется определять на глазок.

— Шепард, это же люди. Ваши люди! Вы что, хотите их всех убить? — изумилась кварианка.

— Мои люди стоят рядом со мной и сидят в нашем корабле. Тали, вы и так напугали дочь этой ученой до легкого заикания. — отпарировал капитан.

— Из за нее я рисковала проваляться в лихорадке дней пять. В ней нет неприязни к кварианцам, но я не желаю страдать от того, что она не умеет метко стрелять.

— А может, квари, она оказала тебе услугу, не умея метко стрелять. — вдруг сказал Рекс. — Если бы она умела стрелять...

— То я бы точно здесь не сидела. Согласна. Но все же, Шепард, надо постараться уничтожить только явных ползунов.

— Тали, гранат мало, а колонисты не будут собираться в группы для того, чтобы вести по нам сосредоточенный огонь. Они будут разбредаться по одному и тратить на каждого гранату — слишком большое удовольствие. — Шепард не принимал просьбу кварианки. — Сомневаетесь — стреляйте по ногам. Только бы никто не бегал за нами и не плевался спорами. Нам с вами придется еще торианина валить.

— Попытаюсь, Шепард. Но не обещаю.

— Квари перенервничала, пусть идет в центре нашей группы, а мы ее прикроем. — сказал Рекс. Шепард только кивнул, соглашаясь с мнением спутника.

Зачистка базы от ползунов торианина много времени не заняла. Им удалось из шестнадцати неизмененных колонистов сохранить жизнь и здоровье четырнадцати. Фай Дань попытался было остановить их выстрелами из пистолета, но, сопротивляясь влиянию торианина, стрелял неточно и в конечном итоге застрелился, направив пистолет себе в висок.

— Торианин, видимо, приказал ему застрелить вас, Шепард. — сказала Тали, когда тело главы контрольной группы рухнуло на пол зала. — Бой окончен. Разрешите мне поднять грузовой корабль с помощью крана?

— Давайте, Тали. Рекс, сопроводи. И закройте шлемы. Мы идем вниз, а там концентрация ползунов и спор может быть запредельной. — Шепард подал пример, герметизируя скафандр. То же сделали и его спутники, после чего кварианка и кроган направились к пульту управления краном.

В открывшийся в полу проем они спустились все вместе, напряженно осматриваясь вокруг.

— М-м-узыка. — пророкотал Рекс. — Незнакомая.

— Первый этап одурманивания. — проговорил Шепард. — Не отвлекаться, держаться вместе. Проверить оружие.

— Здесь все очень неплохо сохранилось, гораздо лучше, чем в верхних помещениях. Сейчас мы найдем это расте... — Тали осеклась и на автомате сделала несколько шагов вперед, выходя на балкон. — Какой огромный!

Торианин действительно впечатлял своими размерами. Из его пасти спустился клон азари, которая сразу потребовала, чтобы прибывшие прониклись величием Старого Корня и покорились ему. Спутники Шепарда молча вскинули оружие и изрешетили клона прежде, чем она закончила. Оглядевшись, Тали заметила на длинных отростках, которыми торианин крепился к стенкам цилиндрической шахты, утолщения.

— Шепард, я насчитала шесть критических отростков. Мы на балконе, он висит над глубокой шахтой. Метров пятьсот там точно будет. Внизу явно не ровная площадка. Быть может, если мы сможем отстрелить эти критические отростки, Старый Корень упадет и разобьется?

— Вперед. — скомандовал Шепард. — Нам нужно подняться к поверхности. — он снял с гранатомета связку противоторианских гранат. — Это нам теперь не пригодится. Огонь — только на поражение. Или заградительный, если будет необходимо. Перезарядите оружие, этих ползунов на уровнях я и так вижу в проемах предостаточно. Сидят, ждут, экономят энергию.

— Хорошо, капитан. — сказал Рекс.

На последнем шестом уровне из кокона в стене показалась азари. Пока она выпрямлялась, Тали успела сказать:

— Похоже, это оригинал тех азари, с которыми мы сражались, пока поднимались сюда, капитан.

Азари между тем подходила, выражая довольно бурную радость по поводу освобождения от влияния торианина.

— Я свободна. Свободна. Я должна поблагодарить вас за освобождение. — сказала она, подойдя к Шепарду и его спутникам.

— И чем вы докажете, что не находитесь под влиянием торианина? — Шепард не спешил опускать штурмовую винтовку. Тали водила стволом дробовика, а Рекс, спрятав пистолет, красноречиво сжимал и разжимал пальцы передних лап.

— Я — Шиала. Я служила матриарху Бенезии, капитан. Я последовала за ней и Сареном сюда по доброй воле и личному моему согласию. Бенезия не принуждала нас, она предоставила нам выбор... Всем, кто ее сопровождал.

— Какая дипломатичная. — едко заметила Тали.

— Да, выбор. Меня принесли в жертву для того, чтобы Сарен получил Шифр. Я слилась с торианином, получила в свое сознание Шифр, затем передала шифр в сознание Сарена.

— Посредник или передаточное звено. — фыркнула Тали.

— Сарен попытался убить нас, но тут появились вы и ему пришлось отступить.

— Что это еще за Шифр? — недоверчиво спросил Шепард.

— Это концентрированный образ мыслей протеан, их разум, чувства. То, что составляет суть их цивилизации.

— И вы передали его Сарену путем слияния разумов?

— Я же слилась разумом с Торианином, капитан. Другого способа передачи Шифра просто не существует.

— Нам нужен этот Шифр, Шиала. Полагаю, это не слишком большая плата за ваше освобождение?

— Сарен ищет Канал и для этого ему нужен Шифр, чтобы читать информацию с маяков, капитан. — сказала Шиала. — Я передам вам шифр так же как передала его Сарену. — азари подошла вплотную к капитану, изменила цвет своих глаз на черный и...

— Довольно неприятно. — сказал капитан, постепенно приходя в себя.

— Я знаю, капитан. Но другого пути получить шифр все равно нет. — сказала азари.

— Здесь мы разобрались. Каковы ваши дальнейшие планы, Шиала?

— Я слишком много горя принесла поселенцам этой колонии. Я знаю, вы сохранили большинство жизней и теперь моя очередь помочь им справиться с последствиями власти торианина. Я останусь здесь и помогу им всем, чем только смогу.

— Хорошо, Шиала. Давайте поднимемся на поверхность.

Шепард связался с остальными колонистами из второй башни и сообщил, что торианин мертв. Они ответили, что часть их постарается прибыть в порт как можно быстрее.

В зале портового поселения царила необычная суета — жители свыкались с тем, что теперь их разумы свободны от постороннего влияния и торопились закрепить успех, активно приводя колонию в порядок.

Обойдя колонию по периметру, Шепард и его спутники прошли к выходу к причалам порта.

— На "Нормандию". — сказал Шепард.

Через некоторое время кормовые огни фрегата растаяли в пелене тумана.

========== Глава 19. Высадка за модулем памяти на Элетании. Обезьяны-пыжаки. ==========

— Шепард, у нас — проблема. — адмирал Хаккет как всегда был слишком уверен в том, что имеет право распоряжаться Спектром, как ручным зверьком. — Мы потеряли зонд, там есть блок памяти. Не хотелось бы, чтобы он попал в руки гетов.

— Хорошо, адмирал. — Шепард отключил связь и обернулся к Семенову. — Что скажете?

— Миссия простая, там есть колонии обезьян-пыжаков. Неразумные создания, но воровской инстинкт у них в крови. Скорее всего, они уже раскурочили зонд Альянса. Кроме того, там есть заброшенная шахта, скорее всего мартышки устроили именно там склад похищенного. Единственная проблема — скафандры и транспортер тоже придется отмывать от тамошней пыльцы, витающей в атмосфере. Кстати, на обратном пути вас попытаются зажать геты. Если у них нет никаких других планов, они попытаются сделать это именно в заброшенной шахте.

— Где этот модуль, вы, конечно, еще не знаете...

— Увы. Он же не излучает ничего. Да и гетов на него без вашего присутствия там, на поверхности, наводить не хочется.

— Сколько там колоний этих мартышек?

— Четыре-пять, не больше. Вот карта района рядом с шахтой.

— Вы резко сокращаете мне поиски по планете, Захар, спасибо.

— Постарайтесь не использовать вездеход в качестве катка для утаптывания неразумных пыжаков. Помните, они действуют по жесткой программе и танцы на вездеходе ее не изменят.

— Ладно. Рекс, Тали, на выход. Прогуляемся по зеленой планете. — Шепард отпустил клавишу спикера.

В кабине бешено прыгающего по скалам транспортера царила напряженная тишина. Были проверены три колонии обезьян и Шепард не стал давить мартышек колесами вездехода или стрелять по ним из пушки и пулемета. В немногочисленных обломках кораблей и зондов были найдены кое-какие полезные припасы. Немного, конечно, но все же, в качестве компенсации за выполнение столь неожиданного задания Альянса они будут... полезны.

Впереди замаячила вышка серого цвета.

— И здесь протеане отметились. — протянул Рекс.

— Выходим. Надо посмотреть, что там за шарик. — сказал Шепард, еще раз сверившись с экранами и картой.

— Действительно. Вышки и платформы для протеанских руин обычны, но шарик... — Тали явно была заинтригована.

Они подошли ближе. Шепард достал ключ, полученный им от Шаиры-Спутницы, пребывавшей на Цитадели и вставил его в щель шара.

Мгновенно пространство вокруг шара залил ослепительный свет. Шепард видел, как оседают на круглую площадку Рекс и Тали, сам он также упал, но затем смог встать на ноги. Оглядевшись, он почувствовал боль в затылке, посмотрел наверх и увидел...

— Черт, это же неизмененный протеанин, если я конечно, правильно это определил. — сказал он вполголоса. Светящееся существо сделало полный оборот вокруг него, но не приближалось к нему слишком близко. — Он что, изучает меня... — в этот момент взгляд Шепарда упал на собственную руку. — Хм. Это явно не моя рука и куда подевался скафандр. — Он порылся в памяти, оглядев себя настолько, насколько позволял свет от летающего неподалеку протеанина. — Я в одиночестве, в лесу, на какой-то поляне. Вокруг явно земной пейзаж далекого прошлого. Если я правильно помню лекции по древнейшей истории, это — время кроманьонцев. Точно. Только у них были такие... жилистые... руки. — Протеанин совершил очередной оборот вокруг Шепарда и вдруг растворился в воздухе. Мгновенно видения леса и поляны пропали.

Шепард открыл глаза и увидел вопрошающий взгляд Рекса. Стоящая поотдаль Тали нервно щелкала инструментроном.

— Ты что-то видел, Шепард?

— Гм. Да. Этот шар хранит доказательство того, что протеане изучали человечество, следили за его развитием. Но, как мне показалось, они не вмешивались в сам процесс развития. Долго я был не здесь?

— Минуту и шесть секунд, Шепард. — сказала Тали. — Шар зарастил скважину для ключа, вероятно, он уже никому не покажет того, что показал тебе. И никому не отдаст ключ. Откуда этот ключ у тебя?

— Спутница дала. Я помог послу элкоров решить одну проблему до того, как пошел к Шаире. Человеческое посольство, Тали, если помнишь, расположено рядом с совместным посольством элкоров и волусов. Разговаривать с этими двумя было, конечно, с непривычки, сложновато, но все же общение помогло... установить контакт. Посол элкоров попросил меня помочь, изложил суть просьбы. Медленно, конечно, но изложил. Я даже понял, что он... смущается, что-ли. Такая глыба и смущается... Сам удивляюсь, насколько быстро тогда я попал к Спутнице. Обычно к ней записываются за несколько месяцев, а то и за годы... А тут — сразу приняла. Была очень рада тому, что я принес ей весточку от посла элкоров. Какие у них там отношения — я не вникал, не мое это. Но Шаира-Спутница... Она дала мне этот ключ и сказала, что когда-нибудь он мне пригодится больше чем ей. Я ее понял — ведь она не мотается по Галактике на кораблях, а почти безвылазно сидит на Цитадели. Работа у нее такая. — задумчиво сказал Шепард. — И не только работа, видимо, но и судьба. А эти видения, которые я ощутил только что... Я был... кроманьонцем... в его естественной, как сказал бы ученый, среде обитания... И протеанин... летал вокруг меня... я так и не понял, как он летал, с помощью чего... Этот свет вокруг... Потом он стал излучаться только протеанином. Он, кажется понял, что мне этот свет непривычен... неприятен... Он только смотрел на меня... Я смотрел... на него... На природу вокруг... я как то и не обратил особого внимания... Лес, поляна... К тому же я, как сейчас понимаю, слишком поздно увидел что-то похожее на Жнеца. Эта... гигантская креветка выстрелила в меня. Я хоть понял, что лазер у нее рубиновый. Одно мощное орудие, но зато... слишком мощное.

— Ничего, Шепард. А откуда они вели наблюдение, не понял? — спросил Рекс.

— Нет. Я же был на Земле. Как я тогда мог в роли кроманьонца определить это?

— Полагаю, нам нужно вернуться в вездеход. — сказала Тали. — иначе его по возвращении придется мыть не только снаружи, но и внутри. Это, думаю, сложнее.

— Хорошо. — сказал Рекс и первым направился к машине.

— Семенов был прав, эта пыльца слишком опасна. — произнес Шепард, глядя на индикатор запыленности, когда они уже закрыли люки вездехода. — Зато хоть палладием и золотом разжились. И то польза.

— По данным наших ученых вполне можно заработать анафилактический шок. Если и заселять такое прекрасное место, придется угрохать кучу ресурсов для того, чтобы заменить всю экосистему. Эта пыльца просто неотделима от атмосферы. — Тали просматривала данные на инструментроне и в ее голосе явно звучало крайнее неудовольствие.

— Волшебники. Уже о замене атмосферы думаете... — крякнул Рекс.

— Рекс, Тали, как и все кварианцы ищет подходящую для ее народа планету. — сказал Шепард. — Эта, к сожалению, если и пригодна, то только в третью очередь.

— Когда уж совсем ничего малопригодного не останется. — вздохнула Тали. — Боюсь, у Флота не хватит ресурсов на подобное терраформирование, Рекс.

— Разумно. — пророкотал кроган. Транспортер двинулся дальше.

Как и предсказывал Семенов, они увидели мартышку, которая уволокла модуль памяти прямо из под колес транспортера, замершего у обломков зонда и быстро попрыгала по крутым скалам, направляясь, вероятно, к своей колонии.

— Она идет не к колонии, а к шахте. — Рекс прыгнул за пулемет. — Я ее остановлю.

— На-зад, Рекс. — в голосе Шепарда прорезался жесткий командный рык. Увидев, что кроган не положил пальцы своих лап на гашетки, Шепард повторил, уже более спокойно. — Я сказал — назад. Попадешь по модулю — мне перед Хаккетом оправдываться. Или предпочитаешь межрасовый конфликт?

— Ладно. Ты капитан, тебе — решать. — Рекс слез с пулемета и отправился на свое место в корму. Вокруг машины не было врагов и кроган решил не давать себе возможности все же нажать на гашетки. Шепард остановил транспортер и через несколько минут они настигли мартышку в тупике в глубине шахты. Та выронила модуль и скрылась в полумраке. Тали подняла блок, очистила модуль от пыльцы кисточкой и передала Шепарду, который убрал его в изолирующий контейнер.

— Все. Джеф меня не похвалит, если мы уработаем Мако. В машину — и на "Нормандию". — распорядился Шепард, выведя группу из шахты под открытое небо. — Планетка ничего себе, но сложновата. В машину.

У входа во внутренние помещения корабля их, покинувших транспортер, встретил Джокер и, забрав прошедший очистку блок, пошел в пилотскую кабину передавать данные по связи Альянсу. Получив благодарность-квитанцию, Джокер проинформировал о ней Шепарда.

— Куда дальше, капитан?

— Тау Артемиды, система Спарта, планета Эдол.

— Принято, капитан. Готовлю курс.

— Хорошо.

========== Глава 20. Высадка на Эдол. Пропавшие пехотинцы ==========

— Черт, этот червяк мне нравится. — Рекс, сидевший на своем диване в кормовом отсеке транспортера пристукнул кулаками. — Ловко вы его уработали, Шепард. — Он явно был доволен.

— Стрелял из пушки ты, Рекс, так что честь "уработки" принадлежит тебе. Но там маяк Альянса и транспортер, а вокруг полно трупов. Подъедем ближе и посмотрим, что там такое.

— Согласна. — Тали посмотрела в инструментрон. — По виду это солдаты Альянса. Их кто-то заманил прямо в гнездо молотильщика.

— Да. — Шепард обошел трупы и собрал жетоны. — По меньшей мере ясно, что это — люди адмирала Кахоку.

— Не тот ли это офицер, который стоял в зале Совета? — спросил Рекс. — Шепард, ты так тогда торопился к Андерсону.

— Да помню я этого адмирала. Он так ругался по терминалу связи с каким-то чиновником. — Шепард направился к "Мако".

— Думаю, что причина его ругани теперь ясна. — произнес Рекс. — Шепард, будем возвращаться на Цитадель сейчас? — он щелкнул замком закрытия люка транспортера и устроился на своем диване. — Или?

— Не стоит. Проверим планету до конца, потом прочешем все планеты, открытые на нашей звездной карте. У нас есть еще много неясностей. Не стоит каждый раз возвращаться на Цитадель, словно мы ограничены в ресурсах до предела.

И неясности не заставили себя долго ждать. Шепард направил транспортер в исходную точку и неожиданно за холмом увидел столб дыма. Подъехав ближе, группа высадки увидела дымящийся корпус транспортного корабля Альянса.

— И часто у вас транспорты горят тихо и без сигналов? — спросил Рекс, обозревая окрестности через перископ.

— Бардак. — сказал Шепард, обходя горящий транспорт Альянса. — Космопехи — ладно, но транспорт. Это уже показатель. И здесь ничего ценного, интересного нет. Значит ли это, что все уже вывезли?

— Возможно — да, возможно — нет. — Тали пощелкала инструментроном. — У нас не было здесь высадок, капитан. Не знаю. Информации в наших базах по этому случаю нет.

— Ладно. В машину. На карт-схеме локатора есть еще несколько мест, которые требуют нашего присутствия. — распорядился Шепард.

По пути к следующей отмеченной на локаторе точке, группа высадки нашла месторождения полония, палладия и лития.

— Капитан, какое-то тело. Это саларианец. — сказала Тали, уткнувшись в экраны и отслеживая забортную обстановку.

— Рекс. Тормозни.

— Хорошо, капитан. — кроган остановил транспортер и Тали с Шепардом подошли к телу, почти занесенному песком.

— Он мумифицирован. — Тали провела инструментроном над телом. Шепард наклонился, расстегнул полуистлевший комбез, достал жетоны.— Капитан Мейлон.

— Лига Единения, Шепард. Мы столкнулись с группой, которая обеспечивала управление делами Млечного Пути еще до образования Совета. — сказала Тали, просматривая инструментрон.

— И...

— Если верить официальной версии, группа ликвидировала внутренний кабинет саларианцев, отомстив за рассекречивание всех документов по ней после объединения с азари. Их преследовали везде, но одному из членов группы удалось скрыться.

— Сначала будут трупы, потом будет роман. — проговорил Шепард. — Возвращаемся в машину, Тали. Мы ему уже ничем не поможем. Он уже похоронен. На планете. Скоро станет совсем... ею.

— Хорошо, Шепард.

— Надеюсь, это последняя мумия, по крайней мере на этой планете. — буркнул Рекс, включая двигатели транспортера. — К следующей точке, Шепард?

— Да.

Вынув из разбившегося транспортного зонда улучшения стандартного оружия Альянса, Шепард приказал Рексу поднять транспортер повыше, чтобы фрегат мог его забрать. Кроган кивнул и вывел машину на одну из высоток. На этом высадка на эту планету была завершена. Прибывший фрегат открыл аппарель и всосал транспортер в ангар.

— Куда дальше, капитан? — спросил по трансляции Джокер, едва только группа высадки пересекла границу внутреннего корпуса фрегата.

— Тау Артемиды, Македония, Шардзилла. — проговорил Шепард. — Мне не понравилась одна азари, сидевшая в дорогом баре на Цитадели, где мне пришлось силой заставлять клерка отдавать тело одного пехотинца Альянса. Всем — отдыхать. — он посмотрел на Рекса и Тали. Те с радостью направились к своим спальным местам.

========== Глава 21. Высадка на Шардзиллу. Сестра-работорговец ==========

В первый момент Шепард не понял — там, где указатель застыл на карте локатора — ничего не было. Пришлось заезжать на плато своим ходом и неожиданно вокруг проявились строения. Едва успевший сесть за пулемет Рекс снес четырех снайперов на вышках, а Тали из пушки попыталась лишить возможности двигаться еще троих пиратов. Наконец, как понял Шепард, внешняя охрана базы каперов — так обозначался этот объект на карте локатора — была нейтрализована.

— Сильный ветер с абразивной пылью. — сказала Тали, когда огонь гибнущих пиратов стал не слишком опасен. — Надо побыстрее очищать это здание. На поверхности задерживаться — никакой скафандр не спасет.

— Ясно. — Шепард кивнул.

Группа высадки остановила транспортер поближе ко входу на базу и Шепард махнул рукой, разрешая выход. Надо было побыстрее пройти в помещение.

Конечно же, их встретил яростный огонь из стрелкового оружия, но, укрывшись за ящиками и легкими стенками, Тали и Рекс постепенно заставили замолчать основную массу пиратов, а затем нашли и зажали между контейнерами азари, активно использовавшую биотические волны. Шепарду пришлось воспользоваться снайперкой. Забрав оружие и дополнения к нему из комнаты на первом этаже, группа поднялась на второй этаж и подошла к рабочему столу.

— В нижней комнате стола не было. — Тали посмотрела на инструментрон. — А здесь есть кое что интересное. Шепард, как звали ту азари?

— Посол Насана Дантиус.

— Ты убил ее сестру. Та азари, что лежит внизу — ее сестра и одновременно — главарь работорговцев.

— Полагаю, Насане следует порадоваться тому, что мне не придется ее убивать, все же она посол азари. Ну вот и вторая причина вернуться на Цитадель.

— Может, это не последняя причина, капитан. — Рекс забрал оружие и дополнения к нему. — Мы набрали стволов на взвод солдат.

— Пригодится. — хмыкнул Шепард. — Продажа, обмен. Довооружение также. Ладно. На выход.

— Идем. — кивнула Тали.

========== Глава 22. Сигма Близнецов. Мин ==========

— Капитан, тут у нас сильно поврежденный человеческий корабль. "Вортингтон". Грузо-пассажирский. — Джокер оторвал Шепарда от записи в бортжурнал. — Дрейфует. На борту что-то непонятное. Связываться с Семеновым?

— Ни в коем случае, Джеф. Рекс, Тали. Как вы?

— Отдохнули, капитан. Есть работа? — кроган как всегда рвался в битву. — Вижу, рядом какой-то корабль людей. Он скоро кракнется о планету.

— Посмотрим?

— Эй, вы, там. — раздался голос Тали. — Кракнется о планету. Он и так поврежден, а взрыв может кого-то задеть. Что там внизу под ним по курсу? Я иду с вами. Дробовик зарядила.

— Ладно. Ждем в шлюзе. — Шепард отключил связь.

На борту поврежденного корабля пришлось уворачиваться от взрывов ловушек. Тали мрачнела и старалась понять, кто пытается их всех убить. Никого. В командном центре они нашли запись бортжурнала.

— Снова человеческие взаимоотношения. — кроган явно был недоволен. — Я думал, тут пострелять можно будет. А тут только оболочка.

— Так. Значит кто-то кого-то не хочет отключать от системы жизнеобеспечения. — размышлял Шепард. — И этот кто-то явно не умеет управлять кораблем, иначе мы его, этот корабль, тут не обнаружили.

— Не знаю, Шепард. В записи говорится о том, что этот кто-то — женщина и она биотик. Имплант от волнений раскалился и ее мучают мигрени. Насколько я поняла, мигрень приводит к немотивированным действиям, даже к жестокости.

— На корабле есть трупы, капитан. Но нет живых. — Рекс огляделся, держа дробовик наизготовку.

— Надо найти этого несчастного. Обычно спасатель должен быть рядом. — сказал Шепард. — Давайте пройдем еще раз по кораблю.

Едва только они вошли в медотсек и подошли к телу, в проеме возникла молодая женщина. Она сразу стала стрелять, но, вероятно, заряды были старыми и их потенциал был небольшим. Кроганские щиты и броню они не задевали, Тали постаралась спрятаться за Шепарда. Тот, видя, что женщина полностью обезумела, был вынужден застрелить ее, выстрелив в голову.

— Жестоко, Шепард. Но мне тоже надоело ощущать себя мишенью. — Рекс переступил через труп.

— Что будем делать с телом этого несчастного? — спросила Тали. — Спасателя мы убили.

— Спасателя? — хмыкнул Рекс. — Управлять кораблем не умеет. — Он загнул один палец. — Стрелять — не умеет.— Он загнул второй палец. — Заряды проверить перед стрельбой — не умеет. — Он загнул третий палец. — Почти ничего не умеет. Даже вытащить его из этого состояния, оказать нормальную медицинскую помощь автодоком — и то не умеет. — он загнул четвертый палец. — Какой же она, к пыжакам жареным, спасатель?!

— Рекс, она просто влюбленная женщина. — сказал Шепард, наклонившись и забрав жетон-идентификатор. — Ее зовут Джулия.

— Ослепленная... — протянул недоверчиво Рекс. — Как непохоже на кроганок.

— В какой то мере да. Женщины разные. Очень разные. — согласился Шепард, изучая жетон и поглядывая на тело женщины.

— В такой мере, что перестреляла экипаж и... — Рекс с неудовольствием оглядел труп последнего члена экипажа.

— Согласна даже погибнуть. — Тали открыла экран инструментрона. — Нам и делать ничего не надо — корабль рухнет в пустынной местности. Полагаю, что мы имеем право решать — оставлять ли аппаратуру поддержания жизни включенной. Это... — она сверилась с инструментроном. — все равно — только оболочка. Личность, сущность, разум, мозг — уже убиты.

— Придется отключить. Как бы там ни было, а посадка будет жесточайшей. — Шепард щелкнул рубильником. — Все на выход. Возвращаемся на "Нормандию". Джеф, готовься к отстыковке. Мягко, нам не нужно, чтобы этот корабль изменил курс.

— Понял, капитан. Вижу, вы уже на борту. Начинаю расстыковку.

Шепард проводил уходивший вниз корабль, на котором не осталось живых существ. Рекс и Тали прошли за его спиной, торопясь вернуться к своим спальным местам.

========== Глава 23. Сигнал бедствия. Ро Аргуса ==========

Перелет в следующую систему был достаточно длительным. Шепард смог закончить записи в бортовой журнал, написал отчеты для Цитадели и просмотрел данные по некоторым близлежащим системам, которые следовало изучить поближе.

— Капитан, у нас тут сигнал бедствия. Медицинский транспортный корабль. Связь очень плохая. Ро Аргуса. Мы ближе всех.

— Держи курс. Куда они садятся?

— Метгос.

— Угораздило их. Тали, Рекс, к "Мако". У нас — спасательная операция. Но возьмите побольше брони, зарядов и тяжелое оружие. Не нравится мне это. Что тут делать медицинскому доставщику? Трассы здесь не проходят, планета — не приведи Господь.

— Поняли, Шепард. — Тали отозвалась. — Планета действительно негостеприимная. Наша разведка указывает на возможность наличия криминальных группировок.

— А про гетов вы все успешно забыли. — прогудел Рекс. — Я уже в "Мако".

— Я иду. — сказал Шепард.

Вокруг расстилалась грязно коричневая долина, перемежавшаяся неприветливыми скалами. Шепард гнал машину по отметкам схемы-локатора.

— Так, сначала сигнал. Все остальное — потом. — пояснил он свои действия команде высадки.

— Не возражаем, Шепард. — Тали копалась в инструментроне. — У нас здесь есть месторождения... Торий и ртуть. Я отметила на карте.

— А у меня опять пальцы свербит, Шепард. Это может быть ловушка. — сказал Рекс, ерзая на своем диване в кормовом отсеке. — Я сяду за пульты вооружения?

— Садись. — Шепард обернулся и кивнул крогану. — У меня такое чувство, что это и есть ловушка. Знать бы чья.

— Гетов, конечно. — сказала Тали. В этот момент в борт транспортера впился первый заряд. — Гет — ракетчик. Три танка.

— Рекс, дави сначала ракетчиков, Тали, займись танками из пушки. — распорядился Шепард.

— Хорошо. — Тали прыгнула за пульт управления тяжелым вооружением транспортера. Рекс пересел за пульт пулемета, а Шепард едва успел укрепиться за пультом управления, как транспортер вынесся на гребень холма. — Начинаем танцы!

Стрелять пришлось немного. Тали вовремя обездвижила два гетских танка, а Рекс расправился с ракетчиками.

— Защита и до половины не была снята. — кроган пересаживался к себе на диван в кормовой части транспортера и выглядел явно удовлетворенным своим участием в очередном боевом столкновении.

— Здесь не было настоящих Колоссов, Рекс. — Тали вбивала данные об зонде-ловушке себе в инструментрон. — Шепард, возвращаемся?

— Пройдемся по точкам. Теперь можно. — ответил капитан и направил транспортер вниз, на очередное плато.

Прочесывание точек также не заняло много времени.

— Имеем нечитаемое письмо с турианского корабля и комплект улучшений оружия. — Шепард просмотрел данные своего инструментрона. — пожалуй, мы еще легко отделались. Надо взлетать. Рекс, выводи на вон ту горку.

— Хорошо, Шепард. — кроган пересел за рулевое управление транспортером. — Скоро будем на "Нормандии".

— Скорей бы. — Тали явно была не в духе. — Геты уже засады начали делать. Не к добру это.

========== Глава 24. Брошенный земной корабль "Рог Изобилия" ==========

— Капитан, вы были правы. Точнее, это Тали была права.— в динамике спикера раздался голос Джокера. — У нас по корабельному времени уже вечер, но похоже, мы снова пришли вовремя.

— Что там, Джеф? — Шепард сел на койке, сбрасывая дремоту, посмотрел на циферблат универсальных часов.

— Земной корабль. "Рог Изобилия". Не подает сигналов бедствия. Дрейфует. Непонятно. Критические системы не повреждены.

— Я слышала, капитан. — прозвенел голос кварианки. — Через пять минут буду готова.

— Люблю загадки, Шепард. — пророкотал Рекс. — Я также иду.

— Хорошо, Джеф, стыкуйся поосторожнее.

— Есть, капитан.

Корабль оказался набит хасками. Рекс и Тали едва успевали отстреливать все новых и новых светившихся мертвенным голубым светом синтетиков. Наконец им удалось войти в рубку. Тали пробежала пальцами по клавиатуре бортового компьютера и считала данные на свой инструментрон.

— Не понимаю. Сначала они, экипаж этого корабля, принимают на борт какой-то артефакт, потом с этим артефактом идут прямо к Вуали, а потом возвращаются сюда и с тех пор дрейфуют. Насколько я помню, никакого артефакта на борту нет — мы прошли весь корабль от кормы до носа.

— Геты просто превратили весь экипаж в хасков и оставили здесь как предупреждение. — произнес Рекс. — Я уже устал нажимать на курок, чтобы остановить этих светляков.

— Но они начали нападать на корабли землян, Рекс.

— Это означает, что они уже не ограничиваются вами, Тали. И не ограничиваются планетами. — ответил Рекс, оглядывая скудное убранство рубки. — Хорошо, что это не предыдущий земной корабль. Этот выглядит более целым.

— Как с топливом и системами, Тали? — Шепард пристегнул дробовик на его место за спиной.

— В целом по общетехническим нормам... — Тали прочитала надписи на экране инструментрона. — Приемлемо. Мы можем оставить корабль здесь. Думаю, теперь геты не будут его забирать. К тому же он безопасен. На борту... — она помедлила, сверяясь с данными инструментрона. — Да, на борту больше угроз нет.

— Возвращаемся. Джеф, готовь отстыковку. Оставляем корабль, он безопасен.

— Понял, капитан. А я уж думал мы потащим его на буксире. — отозвался пилот.

— Шутник. — усмехнулся Шепард.

========== Глава 25. Нодакрус. Ползуны Торианина ==========

— Ну вот. — сказал Шепард, отпуская гашетку пулемета. — А я подумал, что больше не увижу этих созданий.

— Честно сказать, я тоже не ожидала встретить здесь ползунов торианина. — сказала Тали, останавливая транспортер.

— Зато разжились оружием и приспособлениями к нему. — Рекс довольно рыкнул, устраиваясь поудобнее за пультом пушки. — А ползуны — ну что они могут, слабаки. Разве что плюнуть спорами. Так ведь на нас — скафандры. И Шепард нам неплохие фильтры обеспечил. Едва ли не лучшие в галактике.

— Этот зонд не был отмечен на карте локатора. — произнес капитан. — и этот балок тоже. Получается, что каким то образом кого-то, пробывшего на этой планете достаточно долго — зонд явно с жилой капсулой — и установившего балок для более комфортного жилья — просто превратили в ползунов.

— Незавидная судьба, но это только первый шаг по этой планете, капитан. — Тали покопалась в инструментроне. — Полагаю, больше сюрпризов не будет. Наша разведка здесь была. Жить здесь мы не смогли бы. Так что разведчики Флота здесь долго не задержались. Поехали?

— Вперед, Тали. — Шепард щелкнул замком привязных ремней. — У нас еще есть здесь точки, которые надо проверить.

— Главное — пострелять уже удалось. — пророкотал Рекс. — Хорошее начало высадки.

— Обломки турианского корабля. Колония Фрация. Сколько же таких артефактов рассеяно по планетам. — Шепард перебирал извлеченные из разбитой конструкции детали и вещи.

— По меньшей мере здесь нет мин или отравляющих веществ. — Тали провела инструментроном над обломками двигателя. — И опасности взрыва тоже нет.

— Зонд был, обломки турианского корабля тоже. — Шепард отметил на своем инструментроне посещенные точки.— Что у нас дальше?

— Может, что-то ценное будет в обломках двигателя, но главное — дальше расположен объект жилого и научного характера.

— Это уже самое интересное. Тали, поехали к обломкам двигателя. — распорядился капитан, изучив данные с экранов.

— Хорошо, Шепард. — ответила кварианка.

Доехали до следующей отметки они быстро. Это оказался разбившийся зонд, в котором были экзоскелет и кое-какие дополнения к оружию и скафандрам. Тали с явным желанием побыстрее добраться до научного комплекса, даже не вышла из транспортера — в зонде пришлось копаться Рексу и Шепарду.

— Все, Тали, мы закончили. Давай посмотрим на этот комплекс и его содержимое вблизи.

— По сигнатуре, Шепард, это слишком земная постройка, хотя я знаю, что их могут использовать и другие расы. — Тали включила двигатели и транспортер, рыча от натуги, вынесся на гребень скалы. — Тут подальше будет, чем до зонда. Опять ошибка. На плане это обозначено было как обломки двигателя. А мы нашли зонд.

— Ничего. Главное, что его выпотрошить без проблем сумели. — довольный Рекс уже устанавливал на дробовик найденную в обломках деталь.

— А вот и комплекс. — сказал Шепард. — Давай ближе к двери и пушку на внешний периметр наведи.

— Сделано. — Тали поправила дробовик и первой полезла к выходному люку. — Опять ползуны! — крикнула она, но Рекс уже оттер ее своей тушей, подтолкнул кварианку лапой себе за спину и первым открыл огонь по подбегавшим рабам Торианина. — Хорошо, что их только пятеро.

— В комплекс, в комплекс. Потом — сразу на "Нормандию". — поторопил Шепард, нажимая на сенсоры виртуального интерфейса консоли входа. Первым в проем юркнул Рекс, за ним пробежала Тали и Шепард замыкал группу, закрывая за собой люк.

— М-да. Земная лаборатория, определенно. — Шепард поводил стволом дробовика, узнавая стандартное убранство земных жилых и служебных модулей. — Рекс, забери набор улучшений и пойдем вперед. На сканере — живые организмы.

— Если они живые. — сказала Тали, огибая стойку совмещенных офисных столов и указывая на прорванный кокон. — Это кокон такой же как в логове торианина, из него Шиала выбралась.

— Понятно. — Шепард перезарядил дробовик. То же сделали и его спутники. — Тогда вряд ли мы здесь найдем друзей. Или, по меньшей мере, вменяемых разумных.

— Да. Если это и научный комплекс, то здесь либо все — ползуны, либо ползуны отдельно от ученых, их изучающих. — проговорила Тали, водя инструментроном над оболочкой кокона.

— Разберемся. — Шепард нажал на клавишу открытия двери и первым начал стрелять по подбегавшим ползунам.

— Разобрались. — Рекс перезарядил дробовик. — Это нечто вроде склада. Надо найти жилые помещения. Хотя этот склад сильно напоминает общее помещение лаборатории.

— Вполне возможно. — Шепард пробежал короткий коридор, повернул направо и открыл клавишей еще одну дверь. — Вот и спальное помещение. Несомненно, оно жилое. Давайте поищем полезные вещи.

Поиски не заняли много времени. Рассовав по укладкам найденное, спутники направились к последнему помещению.

Там их ждали ученые. Старшая, вероятно, отчаянно хотела ввести прибывшую группу в заблуждение, но Шепард сразу жестко заявил, что он уничтожил Торианина, а следовательно, любые ползуны будут им также безжалостно уничтожены. Глава группы ученых попыталась было подкупить Шепарда, но поняв, что подкуп не удался, распорядилась, чтобы ее немногочисленные спутники открыли огонь.

— На что она рассчитывала, непонятно. — Рекс убрал дробовик. — Она стреляет хуже, чем неразумный пыжак.

— Я также не получила удовольствия от расстрела. Но это были вооруженные ученые. Они подняли на нас оружие. А то, что они плохо стреляют — так это были их проблемы подготовки. Шепард, я правильно поняла, что глава группы ученых пыталась вас, Спектра, подкупить? — спросила кварианка, забивая очередные данные в память своего инструментрона.

— Правильно поняли, Тали. — Шепард остался серьезным. — Обычное явление для людей, которые не в ладах ни с моралью, ни с законом.

— Хорошо, что вы не представились ей по полной форме. — улыбнулась кварианка.

— В этом не было необходимости. Выходим — и на борт "Нормандии".

— Есть, капитан. — кроган пошел впереди — он неуютно чувствовал себя в помещении, где лежали поверженные им слабые враги. — Слабаки.

========== Глава 26. Высадка на Часку ==========

— Устаю я от этих ползунов, Лиара. — пожаловалась Тали, сидя вечером в баре "Нормандии". — Да еще эти бесконечные поездки на Мако. Рексу что, он толстокожий, а меня эти горки уже укатывают. Еле доползаю до спальной капсулы.

— Скажи, Тали, а почему Шепард на каждую высадку берет только тебя и Рекса? У нас вот и Гаррус имеется, и Кайден. Да и я чего-то, да стою.

— Не знаю. Очевидно, по правилу дополнения. Рекс — грубая сила и тяжелое оружие, а я — разведка и технические средства подавления.

— Тали, зайди ко мне. — раздался по интеркому голос Шепарда. — Лиара, я не забыл ни о ком, кто остается на борту Нормандии. У всех будет возможность проявить себя. Наша работа только началась.

— Ловлю вас на слове, капитан. Так кажется говорят люди. — Лиара проводила Тали до лестницы. — Похоже, капитан действительно понимает твою проблему с высадками, Тали.

— Знаю. Хорошо, что хоть во время перелетов я могу уделить внимание двигателям и системам корабля. Но зато я чувствую себя очень нужной.

В каюте Шепарда уже находился Рекс.

— У нас намечается очередная высадка. На планету Часка. — сказал Шепард, когда Тали и Рекс уселись в кресла. — Я знаю, что вы недовольны своим постоянным участием в высадках. Но нам нужно прочесать все открытые планеты, чтобы не оставлять хвостов перед Новерией и Каналом. Как только мы прочешем все указанные в плане планеты, я отдам приказ и мы вернемся на Цитадель, где вся без исключения команда и экипаж получат двухнедельный отпуск перед броском на Новерию. И, чтобы у вас не осталось сомнений в правильности того, что мы сделали с вашей помощью, скажу — я хоть и имею звание Спектра, хоть и являюсь офицером Земного Альянса Систем, но сейчас я уверен — нам нельзя быть зависимыми. Поэтому я решил, что для начала мы обыщем ряд планет, найдем достаточно ценностей и только тогда, полностью оснастив корабль, команду, экипаж — пойдем за Сареном. Он явно безбашенный тип и нам нужны будут все преимущества, которые мы можем получить. Я не желаю, не могу и не хочу видеть никого из вас мертвыми или ранеными. Я не хочу, чтобы вы попадали в медотсек после каждой высадки. Это — плохой конец любой части нашей миссии. — он включил спикер, нашел канал Лиары Т Сони. — Лиара, я не забыл о вас. Просто я хочу, чтобы вы в достаточной степени адаптировались, привыкли к кораблю, к экипажу, к нашим... странностям. Я знаю, что вы раньше имели мало возможностей бывать в таком многочисленном окружении. И также знаю, что вам, молодой азари, сложно быстро адаптироваться к общению с нами, людьми. Потому и не тороплюсь включать вас в состав экспедиций посещения на высадки на планеты. После отдыха на Цитадели у нас будет предостаточно возможностей для того, чтобы вы также приняли участие в высадках и помогли нам знаниями, умениями, навыками. — не слушая ответа, Шепард отключил связь, отметив, что кварианка продолжает таки слушать то, что смущенно отвечает азари.

— Спасибо, что разъяснили, капитан. Лиара вам очень благодарна. — Тали кивнула, щелкнув инструментроном.

— Итак. С лабораторным комплексом колонии пропала связь. Полковник Семенов утверждает, что нам следует ожидать сопротивления в виде большого количества хасков. Но главное — информация, которую нам надо добыть, поскольку на нее указывает файл, найденный мной на Феросе в комплексе Экзо-Гени. Там идет речь о каких-то образцах, которые куда-то должны отправиться. Полагаю, мы должны знать адресата этой поставки. Это позволит нам понять, откуда столько хасков на нашем пути. К тому же это вторая планета, на которой, возможно, мы найдем что то, что осталось от протеан. По общедоступным данным там найдена протеанская пирамида, но непонятно, исследовали ее полностью или только обнаружили. Думаю, мы можем найти там нечто полезное. Там также есть разбившийся зонд, справиться с которым без помощи Тали нам всем будет очень трудно.

— Спасибо, Шепард. Буду рада попрактиковаться. — Тали наклонила голову, стараясь скрыть удовлетворение и забыв, что ее лицо не видно за стеклом шлема. Она уже хотела, чтобы ее лицо видел хотя бы капитан, но не знала, как он воспримет ее... без шлема.

— Джокер, сколько до места? — капитан не стал даже поднимать глаза к потолку, где был общий микрофон связи с пилотской кабиной.

— Пятнадцать минут до орбиты сброса, капитан. — доложил пилот. — ""Нормандия"" — над планетой.

— Собирайтесь. Жду в ангаре.

— Есть, капитан. — Рекс и Тали встали.

Приземлившись на планету, Шепард направил транспортер к первой отметке. Это оказалась большая протеанская пирамида. Остановив машину у ее подножия, Шепард вышел. За ним вышли Тали и Рекс.

— Пирамида протеан. — протянула восхищенно Тали. — Знать бы, какую функцию она выполняет. Внутри почти ничего нет — пустые полости.

— Сказала тоже, Тали. — Рекс хлопнул по пирамиде лапой. — Прочно строили, на тысячелетия.

— Протеане исчезли пятьдесят тысяч лет назад, а пирамида прекрасно сохранилась. — Тали провела инструментроном над одной из плит.— Во всяком случае разрушения минимальны. Даже по нашим, кварианским меркам, это достойно изумления, а как инженер скажу — я бы была рада поучиться у строителей этого чуда.

— А если это аванпост? — Шепард стал взбираться по мелким ступеням на вершину монумента. — Протеане селились явно не везде, но активно изучали наш Млечный Путь. — Так и есть — распотрошили. — Шепард обернулся. — Рекс, посмотри в ящиках и в жилом домике-балке. Там должны быть вещи из пирамиды.

— Есть, Шепард. — Кроган с радостью перевернул несколько ящиков, пошарив в них лапой. — Есть диск и несколько мелочей.

— Диск? — Тали молнией слетела с пирамиды и подбежала к Рексу. — В каком он состоянии?

— Тали, ты же у нас инженер. Так что и определи сама. — Шепард взял из лапы Рекса диск и передал его кварианке. Та приложила диск к инструментрону.

— Рекс, а что в балке? — спросил капитан.

— Сейчас посмотрю. — кроган неспешно направился ко входу в балок. Вскоре он вышел. — Ничего особенного. Оружие, медикаменты, дополнения. Я все взял.

— Диск не пострадал. Думаю, мы сможем снять с него информацию. — сказала Тали, завершив изучение целостности артефакта и убирая его в контейнер на поясе. — Едем дальше?

— Едем. — произнес Шепард, первым исчезая внутри транспортера.

Обыскав спасательную капсулу и забрав сохранившиеся в ней вещи и оружие, группа вернулась в транспортер. Тали повела его к жилым зданиям возле лабораторного центра.

— С чего начнем? С гражданских зданий или с научного центра? — спросил Шепард Тали, сосредоточенно орудовавшую джойстиками.

— К гражданским лучше сначала. Научный центр может и подождать. — ответила кварианка. Рекс подтверждающе рыкнул, устраиваясь за пультом пушки. — Там опять крутятся... сейчас подкручу фокусировку. Хаски.

— Не подвел Семенов. Чисто работает. Коси их, Рекс.

— С радостью, Шепард. — кроган нажал сенсор орудия и пушка грохнула.

— Похоже все люди в колонии... изменились. — неуверенно произнесла Тали, пока Рекс подстрелил из пушки остальных троих хасков. — Мог бы из пулемета их покосить, Рекс.

— Люди? — Шепард крутанул настройку своего перископа. — вполне возможно, архитектура и комплектация земные. Ладно, заходим в первое здание и зачищаем его.

— Есть, Шепард. — кроган отключил орудие, не найдя целей. — Из пушки надежнее, Тали. Они все равно уже мертвы. Так пусть же не встают вообще. И не существуют.

В первом здании на первом этаже было около десяти хасков. Тали и Рекс без особых хлопот распылили их. Поднявшись на второй этаж, команда высадки быстро проверила ящики и контейнеры, забрала из них все ценное.

— Странно, комнаты блокированы. Только залы. — Тали вышла из здания первой.

— Планета по данным экстранета находится на первой стадии освоения, еще только набирают исследователей и колонистов. Модули забросили, а обживать их пока некому. — проговорил Шепард. — поехали к следующему зданию.

— Здесь тихо. А вот и зубы дракона. — Рекс указал на стойки-треноги с "жалами". — Значит, хасков разводили отсюда.

— Может быть. Может быть. На выход. — скомандовал капитан. Группа быстро преодолела расстояние от транспортера до входа в здание и вошла внутрь. Перестреляв десяток хасков, группа быстро прочесала контейнеры и ящики, забрала полезные вещи и направилась к выходу. — Теперь у нас впереди научный комплекс. Там может быть сложнее. Нужно искать не только вещи, но и информацию. — он пропустил Тали за управление транспортером, а сам сел за управление орудием. — Рекс, пока посиди в резерве.

— Ладно, Шепард. — кроган устроился на диване в кормовом отсеке. — Поехали.

Транспортер быстро доехал до обозначенной на схеме локатора точки и Тали молча указала Шепарду на экран, соединенный с перископом.

— Полный комплект. И хаски, и зубы дракона. Сейчас я разберусь с хасками. — Шепард нажал на гашетку орудия. Пушка заухала, отправляя навстречу бегущим хаскам сгустки энергии. Через несколько минут все было кончено и Тали подвела машину ко входу в комплекс. — Выходим. Рекс, давай вперед. Здесь возможно сильное сопротивление.

— Без проблем, Шепард. — кроган первым подошел к входной двери. — Я готов.

— Заходим.

Разобравшись с более чем десятком хасков, группа быстро достигла помещения, в котором был установлен информационный терминал.

— Внутри тоже зубы дракона были в первом зале. — уточнила Тали. Шепард щелкал клавишами терминала, скачивая информацию. — Многовато хасков.

— Это были ранее, до обращения в хаски — члены первопроходческой группы колонистов. И это обращение сделал уже не Сарен. — сказал Шепард, указывая Тали на экран терминала. — Взгляни, это информация о группе "Цербер". Похоже, у нас появился враг внутри самого человечества. Им придется ответить. — он закончил перекачку информации. — А теперь — на выход. Зачищаем остатки и стартуем к "Нормандии".

========== Глава 27. Агебиний. Ядерные заряды на зондах ==========

— Джеф, курс на скопление Вояджера, система Амазонка. — распорядился Шепард, поднимаясь к карте галактики. — Похоже, мы достигли середины зоны прочесывания.

— Курс рассчитан, капитан. Для вас есть сообщение.

— Принимаю. — Шепард выслушал адмирала Хаккета. Предстояло разобраться с зондами, которые были запущены более четверти века назад. — Джеф, прочеши дальними локаторами крупные планеты этой системы. Нужна эта сигнатура. — капитан передал пилоту сигнатуру, полученную из штаба пятой флотилии Альянса. — Хоть мне это и не нравится, но придется помочь. Мы опять ближе всех. Если бомба рванет...

— Есть сигнатура, капитан. Планета Агебиний. Три часа хода на крейсерской.

— Быстро и тихо, Джеф. Выведи на экраны спальников Тали и Рекса вызов в ангар на высадку.

— Есть, капитан. Сделано.

"Мако" плюхнулся на поверхность планеты в расчетной точке. Шепард опять сидел за рычагами. Ему многое не нравилось в предстоящей миссии, но он пытался сдерживать эмоции и избегать словесных комментариев. Тали, подключившись к сенсорам транспортера, анализировала условия планеты. Рекс в очередной раз оккупировал кормовой диван и, как было видно, не испытывал особого дискомфорта от пребывания на неспокойной планете.

— Капитан, Лиара опять жалуется, что вы не берете ее на миссии. — сказала Тали, ненадолго оторвавшись от экрана инструментрона.

— Тали, я знаю, ты все ей объяснила так, как надо. — Шепард направил машину к первой точке.

— Мародер уволок у кого-то турианскую эмблему. — сказал Шепард, разгибаясь. — База называется Сиглар.

— Этих баз было довольно много, Шепард. В Экстранете их называют больше десятка.

— И мы также видели предостаточно, Тали. — Шепард убрал эмблему в контейнер. — Труп уже здесь давным давно, значит тот, у кого он позаимствовал эту эмблему также уже давным давно... Возвращаемся в машину.

Вскрыв разбившийся зонд и забрав оттуда полониевые патроны, Тали вернулась к ожидавшим ее в "Мако" Шепарду и Рексу.

— По пути сюда я видела неподалеку пустой лагерь. Будем смотреть? — спросила она, устраиваясь за управлением.

— Нет. Нам нужен маяк Альянса и я предвижу сложности с ним. Ну не верю я в то, что можно умыкнуть маяк и не вызвать взрыв. — проговорил Шепард.

— Возможно. — Тали отметила на карте зонд, как посещенный и включила двигатели. — Скоро будем у маяка.

— А эти колонии... — Рекс покрутил в лапах эмблему. — Как они образовались?

— В экстранете об этом мало информации. Никто не хочет ворошить больные страницы истории. Турианцы расселялись, основывали колонии, но Иерархия не сразу брала их под контроль. Без центрального правительства колонии почти что неизбежно старались самозамкнуться и противопоставить себя всем остальным. Разворачивались нешуточные битвы, многие колонии пришли в упадок. Иерархия смогла положить этому конец далеко не сразу. До сих пор многие турианцы имеют на лицах знаки своих колоний. Далеко не всегда можно сразу объединиться. — рассказал Шепард.

— В этом турианская и человеческая истории похожи? — спросил Рекс.

— Во многих чертах, Рекс.

— Шепард, на экранах — вход в необозначенную шахту. Рядом полно контейнеров но ни одной живой души. Маяка нет, но сигнал идет из под земли.

— Ситуация осложнилась. Тали, осторожно подведи транспортер к контейнерам. Рекс, проверь оружие. Возможно, придется иметь дело с бандитами, целым отрядом.

— Хорошо, Шепард. — кроган потянулся за дробовиком.

— Прибыли. — Тали выключила двигатели.

— Выходим. — Шепард первым покинул машину и быстро оказался у входа в шахту. — Оружие — наизготовку.

— Принято.

Предосторожность оказалась вовсе не лишней. В глубине пещеры в одном из тупиков обнаружился трансляционный узел, который при приближении Шепарда ожил. На голографической колонне появилось изображение Элануса Халиата, который был главой пиратов и бандитов Траверса и организовал нападение на Элизиум, позднее получившее название Скилианского Блица. Благодаря Шепарду нападение провалилось и Эланус был низложен. Он сообщил, что убийство первого Спектра-человека будет достаточным основанием для того, чтобы с триумфом вернуться во власть. Манерно попрощавшись, бандит отключил трансляцию.

Шепард за несколько десятков секунд едва успел обезвредить три детонатора, после чего забрал из сломанного контейнера обновления к оружию. Вместе с сопартийцами капитан вышел через другой тоннель на поверхность. Далеко внизу у брошенного лагеря сновали бандиты.

— Среди них есть снайперы, Шепард. — Тали просмотрела информацию на инструментроне.

— Мы тоже не лыком шиты. Снайперки — к бою. — скомандовал капитан. Через несколько минут для не успевших даже спрятаться от снайперского огня бандитов и наемников все было кончено. Шепард, Тали и Рекс спустились к лагерным контейнерам и палатке.

— Ну вот, а ты говорила, что лагерь брошен. Такая чистая палатка не может быть брошена. Рекс, заберем полог с собой?

— Хорошо, Шепард. — кроган принялся отстегивать тяжелый полог от креплений.

— Слишком много снайперов, Шепард. Хорошо, что с нами не было Лиары. Она бы не утерпела, применила биотику. А на таком большом расстоянии — это бесполезно и опасно. Вы не поэтому ее не брали?

— Не только поэтому, Тали. Но и это сыграло свою роль. Ты была рядом во всех высадках на планеты, поэтому знаешь, что не всегда были такие большие расстояния между нами и врагами. Но биотика хороша в руках опытной азари, а Лиара слишком молода, импульсивна и самоуверенна. С такой настройкой она бы могла быть легко травмирована... И не один раз. Надеюсь, Тали, ты пояснишь это ей?

— Теперь поясню, Шепард. Она, думаю, поймет.

— Хорошо бы. — Шепард устроился за управлением "Мако". — Все. Возвращаемся на "Нормандию".

========== Глава 28. Майор Кайл. Недоразумение с биотиками ==========

— Капитан, Альянс нас заколебал. — на связь с Шепардом ранним утром вышел Джокер. — Я только сел за управление и снял нашу птичку с автопилота. Система Век, подсистема Эта Хокинга. — Пилот видимо сверялся с данными на экранах. — пересылаю сообщение вам на ридер. Они ищут какого-то сдвинутого по фазе майора. Данные указывают на планету Пресроп.

— Вижу. У нас приказ, найти майора Кайла и его последователей — биотиков. Группу к высадке. Тали и Рекс.

— Передал. Они уже сами спрашивали, когда следующая планета. — усмехнулся Джеф. — "Мако" разблокирован.

— Иду. — капитан переоделся в комбинезон, натянул броню и, взяв оружие Спектров, вышел к лифту в ангар.

— Полный комплект. — произнес Рекс, ознакомившись с резюме миссии. — Теперь у нас биотики в качестве врагов.

— На этот раз, Рекс, я постараюсь обойтись без крови. Мне надо убедить майора сдаться. А сдастся он — сдадутся и биотики. Уверен в этом.

— Зато я в этом так не уверен и готов пострелять. — Рекс хохотнул. — Конечно, капитан, если ты прикажешь.

— По данным Экстранета сам майор биотиком не является. — Тали разочарованно схлопнула экран инструментрона и села за рычаги. — Будем сразу прорываться к убежищу или посмотрим что другое, капитан? — спросила она, когда Мако замер после посадки на поверхности планеты.

— Пока посмотрим что другое. Оставим биотикам шанс подумать. — распорядился Шепард.

— Принято, капитан. Веду машину к первой точке.

Первой точкой оказался заброшенный лагерь шахтеров. Тали повела машину ко второй точке — там стоял старый вездеход шахтеров. Третьей точкой стала сама база биотиков, которая снаружи не имела ни турелей, ни органических охранников. Шепард взглядом попросил Тали остановить машину у входа.

— У нас на экранах есть еще засада ракетчиков и гнездо молотильщика. Будем посещать? — спросил капитан, выводя схему с локатора на большой экран транспортера.

— В обоих случаях, Шепард, мы можем легко остаться без транспорта. — сказал Рекс. — Считаю, что надо брать биотиков и возвращаться на Нормандию. Пусть кто другой разбирается с молотильщиком и ракетчиками.

— Тали?

— Полагаю, да. При всей привлекательности планеты... Это всего лишь спутник. Надо выполнить поручение Альянса. Остальное — по обстоятельствам. Можно даже после того, как будет все ясно с майором.

— Идем за майором. Стрелять только в крайнем случае.

— Есть, капитан. — рыкнул Рекс.

— Принято, капитан. — проговорила Тали, пододвигаясь поближе к выходному люку транспортера.

У наземного строения сначала зайти внутрь не получилось. Капитан убедил невидимого собеседника сообщить о своем визите майору и тот сказал, что майор примет капитана в своем подземном убежище. Пришлось идти туда.

Разговор с майором Кайлом не занял много времени. Капитан Шепард смог убедить вожака биотиков сдаться. Тот попросил один час на разговор со своими последователями. У капитана не нашлось оснований не поверить отставному офицеру Альянса. Пока майор общался с ближайшими последователями, Шепард со спутниками посетили наземный комплекс и взяли несколько вещей из ящиков. Биотики, видя, что им пришельцы не угрожают, не обратили на это внимания.

Вернувшись на Нормандию, Шепард передал информацию Джефу и тот вызвал патрульный корабль Альянса для ареста майора. Хакет в своем сообщении отметил, что очень доволен тем, что не пришлось разгребать гору трупов.

========== Глава 29. Система Ньютон. Планета Онтаром. След "Цербера" ==========

В очередном сообщении от Хаккета была информация о докторе Уэйне, который каким то образом был связан с "Цербер"ом. "Нормандия" в это время шла в систему Ньютон и экипаж пользовался длительным перелетом, чтобы отдохнуть от высадок. Те члены экипажа, которые не были заняты в высадках, продолжали работать над своими заданиями. Шепард приводил в порядок отчеты.

— Джеф, сможем прочесать систему?

— Мы уже в ней, капитан. Сканеры работают. Сразу на Онтаром или?

— Или. Пусть эта планета будет последней в списке.

— Принято, капитан. — Джокер отключился, а Шепард вернулся к отчетной форме на ридере. — Пять часов работы сканеров. Кораблей Альянса в районе нет.

— Хорошо, Джеф.

Через пять часов "Нормандия" вышла на орбиту вокруг Онтарома.

— Джеф, как обычно. Тали и Рекс.

— Передал. Они ждут вас в ангаре возле "Мако". Будете брать этого доктора?

— Посмотрим. Может, он не один.

— Хорошо, транспортер готов к работе.

— Я спускаюсь.

Устроившись за управлением, Шепард повел вездеход к первой отметке на карте сканера. Это оказались обломки турианского корабля. Вокруг обломков лежали трупы турианцев в скафандрах. Шепард и его сопартийцы быстро перетряхнули обломки, забрали медальон и вернулись в вездеход.

— Шепард, вы обратили внимание на жуков. Какие огромные. На Хестроме они намного меньше.

— А вы, Тали, бывали и на Хестроме? — удивился Рекс.

— Наш патруль был там. Мы проводили там разведку. Там очень жарко. Солнце разогрето явно выше нормы. Надо будет туда вернуться, исследовать эту аномальную зону.

— Возможно. Жуки действительно большие, но ведь это всего лишь жуки. — Шепард повел машину ко второй точке. Это оказался зонд. С сомнением посмотрев на переполненный багажный отсек, Шепард загрузил туда находки. — Придется машину на "Нормандии" разгружать. У нас еще подземное сооружение на очереди. Там тоже находки могут быть.

— Если надо — на внешней подвеске поднимем, Шепард. — сказал Рекс.

— Можно. — Шепард направил машину к подземному комплексу. — Там есть охрана. Тали, угости их из пушки. Рекс, сделай несколько выстрелов из пулемета. Пусть убедятся в наличии у нас зубов.

— Хорошо, Шепард. — хохотнул кроган.

Уничтожив охрану, они подкатили к дверям подземного сооружения.

Происшедшее там для Шепарда было полной неожиданностью. Он видел, как на Акузе капрал Тумс погиб смертью храбрых. А здесь он живой и относительно невредимый стоял перед ним, капитаном Шепардом и держал на мушке какого-то ученого.

Из разговора с капралом удалось узнать, что эти ученые выкрали Тумса и многих других воинов космопехоты Альянса прямо с Акузы и с тех пор ставили над ними опыты, заставляя драться с молотильщиками. Ученый пытался все отрицать, требовал судебного процесса, но Тумс вполне резонно возразил, что ученый входит в состав штата секретной организации ""Цербер"" и она ни в коем случае не допустит, чтобы о ней, как организации, а также о ее деятельности стало хоть что нибудь известно.

Капрал Тумс хотел застрелить ученого в отместку за причиненные страдания, но Шепард объяснил ему, что сделав выстрел, капрал попадет под суд, поскольку совершит преступление. Капитан предложил ему альтернативу. Он, как Спектр убивает этого ученого и ему, как Спектру, задавать вопросы никто не будет. Тумс кивком согласился. Прозвучал одиночный выстрел.

Увидев, что его мучитель мертв, капрал Тумс заявил, что может быть в этот раз он уснет без неизбежных кошмаров.

— Джеф. Мы закончили. Вызови патрульный корабль Альянса забрать капрала Тумса.

— Понял, капитан. Вскоре будет над планетой. Придет челнок.

Группа высадки поднялась на поверхность. Хаккет, получивший текстовый и видео отчеты, поблагодарил капитана Шепарда и посетовал, что не удалось сохранить жизнь ученому. Спустя полчаса "Нормандия" уже втягивала транспортер в зев ангара. Капрал Тумс смотрел, как над планетой снижается челнок с патрульного фрегата Альянса.

========== Глава 30. Высадка на Требин ==========

— Интересное место, капитан. — Джокер развернул на штурманском столике карту. — Гамма Аида, система Антей, планета Требин. — Имеем неисправный передатчик, который обрушивает спутники разведгрупп, исследовательскую базу, молотильщика, обломки, а также какое-то странное место... По данным, которые я нашел в Экстранете, там можно услышать песни Рахни. Вряд ли человеческое ухо их воспримет, но в качестве разнообразия...

— Уговорил, Джеф. Сколько хода туда?

— Шестнадцать часов. Успеете выспаться и привести отчеты в порядок, капитан.

— Ладно. Выводите "Нормандию" на курс.

— Слушаюсь, капитан. — Джокер сел в свое кресло. — Группу высадки... как всегда... предупредить?

— Да. Можете прямо сейчас. Группа без изменений.

— Есть, капитан.

Устроившись за управлением, Шепард повел вездеход к первой отметке. Это оказался разрушенный зонд. Тали вскрыла его и вскоре принесла находку — турианскую эмблему очередной колонии.

— И сколько же еще мы можем найти этих эмблем? — недовольно прогудел Рекс.

— Много, Рекс, около двух десятков. — сказала Тали. — Я смотрела в Экстранете, примерно такое количество известных колоний было основано турианцами.

— Ладно, а рахни скоро будут?

— Я даже не знаю, Рекс. Но самих рахни... вряд ли я хотела бы их встретить.

— А уж как я бы не хотел. Мы ведь воевали с ними.

Уклонившись от встречи с внезапно выскочившим на поверхность молотильщиком, Шепард вывел транспортер на курс к следующей отметке локатора, но по пути они отвлеклись на маркировку месторождения плутония.

— У разбившегося зонда вижу транспортер без опознавательных знаков. — сказала Тали, вглядевшись в экран инструментрона.

— А я вижу отметки врагов. — Рекс включил свой инструментрон.— Шепард, я их уничтожу. — кроган занял место у управления орудием и быстро ликвидировал ракетчика и двух пехотинцев. — Все. Теперь можно будет подойти и узнать, что там с зондом. На карте это место помечено как "обломки".

— Хорошо. — капитан подвел транспортер поближе к месту падения зонда. — Идемте, посмотрим.

Вернувшись к транспортеру, Шепард сложил у колес машины находки.

— Тали, сверься со списками и посмотри, что из найденного можно будет переработать в уни-гель.

— Хорошо, капитан. — кварианка взяла ридеры и уткнулась в экран инструментрона. Пользуясь моментом, Шепард и Рекс отошли от транспортера, не выпуская его из вида.

— Я закончила, Шепард. Вот отчетный текст. — подошедшая Тали протянула Шепарду ридер. Просмотрев данные, Шепард благодарно посмотрел на Тали.

— В машину. Поехали к следующей аномалии.

— Так. Вредоносный передатчик мы отключили. — подытожил Шепард. — Теперь можем посетить исследовательскую базу и на загладочку поискать место с песнями рахни.

— Едем. — сказала Тали, оглядев пейзаж с землей, усеянной обломками зондов. — Теперь зонды падать не будут и разведка и освоение планеты пойдут быстрее и эффективнее.

— Без сомнения. — Шепард включил двигатели.

— А исследовательская база-то — заброшена. — протянул Рекс, обозрев в перископы транспортера приближавшиеся по мере движения машины строения — три балка.

— Тем не менее, надо узнать, что они тут делают. — Шепард остановил машину и вместе с Тали быстро обежал все три балка. — Порядок. Они тут проводят раскопки. Надо ехать туда. Думаю, там также будут хаски. Приготовьте оружие. — он отвел машину от балков и направил ее ко входу в шахту.

— О, черт. — выругался Шепард, убивая уже восьмого по счету хаска. Слева и справа от него щелкали затворы дробовиков Тали и Рекса. Хасков было очень много, а предстояло еще обойти выработки и убедиться, что они ничего не пропустили.

— Я слышала о культе машин, здесь такой же храм как и в главном здании Экзо-Гени на Феросе. — сказала Тали, подходя к светящемуся шару. — Значит, что-то они все же нашли, если геты поставили здесь этот храм... Там — Торианин, а здесь...

— Ничего нет, капитан. — доложил возвратившийся Рекс, обошедший выработки.— Во всяком случае ничего ценного.

— Ладно. Всем — на выход. — распорядился Шепард. — Едем искать место песен рахни.

Добравшись до места, они долго гоняли транспортер по крутым склонам. Наконец нашли то место.

— Слишком похоже на песни китов. — сказал Шепард. — Но хорошо, что мы хоть что-то слышим.

— Вот тебе и странные звуки. — Тали записала звук на инструментрон. — но может быть это и правильно. Рахни поют в больших октавах, а мы слышим только то, что можем услышать из за физиологических особенностей и ограничений. Возвращаемся?

— Да. Мы хорошо поработали. — сказал Шепард, направляясь к транспортеру.

========== Глава 31. Корабль "Онтарио". Спасение председателя подкомитета по биотике Бернса ==========

— Иногда я думаю, капитан, что мы просто превратились в какую-то аварийную службу. Пришел опять запрос от Хакета. Он радуется, что мы вломились в очередную систему, где, по его мнению, сможем разобраться с очередной проблемой. Тут биотики Эль-Два захватили председателя подкомитета по биотике Бернса и угрожают его убить, поскольку он проголосовал вместе с подкомитетом за отказ в выплате компенсаций пострадавшим от несовершенства имплантатов биотикам. — пилот своим голосом отвлек капитана.

— Координаты, Джокер. — Шепард с сожалением отставил стакан с напитком. — Или мы уже на курсе?

— На курсе. До стыковки с "Онтарио", порт приписки Цитадель, владелец — частное лицо — три часа. Группа высадки обычная?

— Да. Постараемся обойтись без стрельбы.

— Откровенно говоря, Хакет, судя по присланному сообщению, очень хочет этого, капитан.

— Попробуем обойтись. — уточнил Шепард.

— Тали и Рекс получили сообщения о высадке. Они готовятся. — сказал Джеф и отключил связь.

Без стрельбы пройти к Бернсу не получилось, но Шепард старался стрелять по ногам и им довольно быстро — меньше чем за минуту — удалось достичь каюты, где держали председателя подкомитета. В коротком разговоре Шепарду удалось убедить главу группы биотиков отпустить Бернса, а тот поклялся, что сделает все от него зависящее, чтобы биотики получили причитающуюся им компенсацию.

— Капитан, Хакет благодарит. Операция закончена. Прибыл крейсер Альянса, он заберет Бернса и всех биотиков. С ними будут разбираться уже на Цитадели. Там с недавних пор кроме посольства людей есть и ограниченный контингент войск Альянса. Вроде как удалось договориться с советом, что охранять порядок в местах скопления жителей Земли будут тоже люди. Если уж нельзя земную полицию, то пусть вояки Альянса следят за порядком. Тем более эта шишка... Из за него пострадает и Аленко. Он же тоже вроде как Эль-Два. А этот фрукт деньги зажимает... Какие-то слезы, я посмотрел в Экстранете — меньше трети зарплаты.

— Хорошо, Джеф.— Шепард взглядом отпустил сопартийцев на отдых и поднялся к себе в каюту. — Бери курс на Цитадель. Похоже, в основном, мы закончили. У нас остались впереди только основные пункты плана — Новерия и Вермайр. Но нам нужно подготовиться. Я обещал команде две недели отпуска. Вас, Джеф, это также касается. Курс к Цитадели.

— Есть, капитан.

========== Глава 32. Возвращение на Цитадель. Две недели отпуска перед броском на Новерию. Часть 1 ==========

— Капитан, вы всем арендовали квартиры в непосредственной близости от Башни Цитадели. — сказала Тали, шагая рядом с капитаном к выходному шлюзу. — Это же очень дорого...

— Тали, я Спектр и, мне представляется, мы с вами достаточно помотались по Галактике, чтобы иметь возможность компенсировать всевозможные затраты хорошим отдыхом. Перед броском на Новерию нам надо хорошо отдохнуть и подготовиться. Сейчас мы зайдем к Насане Дантиус, найдем адмирала Кахоку и сможем насладиться чем-то вроде отпуска. Хотя, почему чем-то. Пусть это будет самый настоящий отпуск.

В этот момент открылся внешний люк и Шепард увидел стоящего на сходнях причала контр-адмирала Михайловича. Отдав вышестоящему офицеру воинское приветствие, Шепард поинтересовался, что привело офицера к Нормандии. Тот сказал, что хотел бы проинспектировать корабль.

— Сожалею, адмирал. Но ""Нормандия"" передана Совету и вы не можете распоряжаться на ней. — сказал Шепард, понимая, что лучше не пускать адмирала на корабль, экипаж которого готовится к заслуженному отпуску после трудной работы.

— Как хотите, капитан. Я отражу все в своем отчете. — сказал Михайлович и вышел с причальных сходен.

— Он что, действительно мог пройти на борт? — пророкотал подошедший Рекс. — Или я чего не понял? У нас там экипаж расслабляется, а тут — этот службист.

— Формально "Нормандия", как судно Альянса, находится в его ведении, Рекс. Он может производить инспекции, ему это надо как командующему флотилией. А фактически "Нормандия" находится под командованием Совета, поскольку мне присвоен статус Спектра. Поэтому у него, как он прекрасно понял, нет шансов попасть на борт. Без моего прямого разрешения. Тут даже Престли как старпом не поможет. Отчет или рапорт адмирал может написать и — напишет. Идемте, мы можем пойти сначала к Кахоку, а потом уже повидать Насену Дантиус и получить от нее компенсацию за труды, которую потратить в этом дорогом баре. Я угощаю.

По пути в башню Цитадели Шепард отказался давать интервью настырной корреспондентке, затем помог ханнару-проповеднику получить возможность читать проповеди в парке Башни Цитадели и наконец нашел адмирала Кахоку, который, как всегда, пытался по терминалу добиться встречи или содействия от одного из помощников членов Совета.

Узнав о гибели разведчиков, адмирал удивился, что его люди пострадали от молотильщика, но Шепард в нескольких словах обрисовал ситуацию и Кахоку понял капитана правильно. На прощание он сказал, что как только узнает кое-что более подробно, обязательно воспользуется помощью Шепарда.

Решив проблему, Шепард и его спутники направились в бар при посольском крыле Цитадели. Разговор с Насаной Дантиус был коротким. Она поняла, что шантажировать Шепарда ей не удалось и в благодарность за убийство своей непутевой сестры включила капитана в список привелегированных покупателей новейших азарийских технологий. Шепарду эта посольская штучка не понравилась: что-то в ней было нечистым, темным. Капитан не стал тратить на нее время и вернулся к своим спутникам, тем более, что вокруг был бар, а не офис и здесь было принято отдыхать и расслабляться, а не погружаться в работу или в выполнение служебных обязанностей. Присев в уголке, Шепард и его спутники заказали у бармена легкие напитки и прекрасно провели время до вечера.

Ранним утром Шепард уже в одиночестве гулял по Цитадели, предоставив своим спутникам самим решать, как провести этот день. Члены экипажа корабля отдыхали совершенно автономно, руководимые Престли. Шепард же решил сконцентрировать свое внимание именно на членах команды корабля, своей команды, дав им также возможность в первый день провести время так, как они сами того пожелают. У него уже были задумки насчет того, что следует сделать для своих партнеров и он продолжал вспоминать то, что помогло бы ему сделать что-либо полезное и приятное для них. То, чего он не мог сделать, пребывая на разных планетах в ходе только что окончившейся части миссии.

Вернувшись в башню Цитадели, капитан подошел к неприметному мужчине, на которого уже дважды обращал внимание в прошлые визиты в Президиум. Тот рассказал, что его брат, владелец небольшого торгового корабля, пропал в Траверзе. Шепард получил последние координаты и обещал помочь.

Необходимо было также проследить за возраставшей активностью гетов и к этой операции, давно стоявшей в списке очередных, следовало подготовиться получше. Новерия откладывалась все дальше и дальше, но это не смущало Шепарда — он знал, что лучше решить все текущие возможные вопросы и проблемы и потом, не имея "хвостов", перейти к крупным ключевым. А пока что он решил просто пройтись по Цитадели.

Скупив у торговцев почти все ценные и необходимые для корабля, команды и экипажа товары, Шепард встретился у Логова Коры с одним из своих давних знакомых, с которым он состоял в молодежной банде. Тот попросил капитана воспользоваться статусом Спектра и освободить одного парня, попавшего в тюрьму за наркотики. Шепард отказался это сделать, но все же зашел в Логово Коры, где переговорил с турианцем — сержантом, предупредив его, чтобы СБЦ усилило охрану камеры, где содержался этот парень. Сержант был благодарен за сообщение и тут подошел этот бывший знакомый Шепарда. Пришлось капитану ему совместно с полицейским-турианцем объяснить, что на самом деле никакая порочащая информация о Спектре-человеке не сыграет на пользу человечеству. Бандит был вынужден смириться с тем, что Шепард не будет играть по криминальным правилам и уйти.

В опустевшем кабинете Фиста, так и не обретшем нового хозяина, Шепард нашел оптический диск, на котором была записана важная информация о проделках этого бандита. Диск он передал журналистке Эмили Вонг. Та, с благодарностью приняв диск, отметила, что даже и не рассчитывала и не надеялась на подобную удачу.

Шепард воспринял благодарность журналистки спокойно. Ему не хотелось вникать в то, как журналистка использует полученные данные — Фист был мертв, а его сообщники и подельники все равно не могли бы ничего изменить. Пока он на фрегате мотался по планетам информация на диске устарела и не представляла особой ценности.

Найдя тихий ресторан, Шепард заказал себе легкий обед и безалкогольные напитки, намереваясь просидеть за столиком в дальнем углу зала до вечера. Предстояло подумать над тем, как и что делать дальше. В одиннадцать вечера он переступил порог одноместного гостиничного номера, принял душ и сразу лег в постель.

Утром, сжевав на завтрак несколько бутербродов и запив их травяным настоем, капитан вызвал на конференцсвязь инструментрона Лиару, Тали и Эшли.

— Так, девчата. Я не рано, вижу. Есть предложение — пройтись по магазинам. Каким хотите. В качестве компенсации мы в последнюю очередь посетим те магазины, которые я укажу. И самое главное — за все ваши покупки буду платить я. Вечером мы сможем, если захотите, посидеть в ресторане. Пообщаться. — сказал он, видя на экране инструментрона, как лица его девушек расцветают несмелыми искренними улыбками. — Ваши координаты я уже на инструментрон получил. Сейчас возьму флайер и мы с вами отправимся в торговые районы. Сумки не забудьте, я тоже возьму их достаточно. Пора вам обновками обрастать. — он усмехнулся и погасил экран. За окном муркнул сигнал прибывшего наемного флайера и вскоре капитан, бросив на заднее сиденье укладку с сумками, сел за управление.

Собирая девчат возле их квартир, Шепард видел, насколько они рады. Он специально направил машину сначала к квартире Эшли, затем — к Тали, а потом только к Лиаре, но когда он увидел азари, спешившую к машине, Эшли и Тали неожиданно вышли и дали возможность Лиаре сесть рядом с капитаном, устроившись на заднем диване салона. Капитан не стал комментировать происшедшее вслух и через десять минут они вчетвером уже направлялись ко входу в торговый район Цитадели, самый большой и самый богатый на разнообразные товары. Пока девушки выбирали обновки для себя, Шепард выбирал обновки для членов экипажа, не забыв приобрести подарки для Рекса и Гарруса.

Автотележка, взятая на входе в торговый район, постепенно заполнялась коробками и контейнерами. Поход по множеству лавчонок и магазинов продолжался до трех часов дня.

— Так, девчата. Мы уже шесть часов ходим по торговым рядам. Предлагаю зайти в кафе и подкрепиться. Тали скоро натыкаться на углы начнет — вы ее совершенно умотали. — усмехнувшись, сказал капитан, когда все его девушки, оживленно обсуждая обновки и планы, вышли из очередного универсального магазина, катя свои тележки.

— Шепард... Вы... — Тали подошла к нему, обняла и прижалась к его груди... — У нас на Флоте ни один капитан так бы никогда не поступил... А вы... сначала дали нам свободный день, ничем нас не ограничили, а потом... потом дали возможность пройти по стольким магазинам и купить все то, что нам хотелось... Мы знаем, что это все вы делаете от чистого сердца, капитан, и очень, очень это ценим. — она посмотрела на подруг, увидела их согласные кивки и улыбки на лицах. — Капитан, в кафе позвольте сделать заказы нам. И для вас мы тоже закажем. Хорошо? — она лукаво посмотрела на Шепарда и ее глаза полыхнули белым, теплым светом.

— Как скажете, девчата, — мягко улыбнувшись, сказал капитан и они направились в ближайшее небольшое кафе, где устроились за столиком в отдельной выгородке. Тали что-то набрала на инструментроне и девушка-официант с поклоном поставила перед капитаном поднос с блюдами, которые Шепард всегда любил. А официант-юноша принес целый поднос напитков, столь ценимых капитаном и не относящихся к категориии... горячительных. Удивление, написанное на лице капитана, было столь явным, что все три девушки не удержались и прыснули, скрывая рты ладошками.

— Спасибо, девчата. — Шепард одарил их теплым взглядом. — Даже не буду спрашивать как вы это узнали. Все равно. Спасибо. — он подозвал юношу-официанта, что-то долго шептал ему на ухо, не особо надеясь на то, что азари и кварианка его не расслышат. — Подождите пять минут, скоро и ваши блюда принесут. — он раскрыл салфетку и отметил спешивших к их столику официантов с подносами. — Ваше, девчата, угощайтесь! — с улыбкой сказал Шепард.

— Капитан... — сказала Эшли. — Ну ладно, относительно меня в базах данных Альянса могут быть сведения о моих предпочтениях, но как вы узнали, какие блюда любят мои подруги? — она указала на улыбавшихся Тали и Лиару, поглощавших уже вторые блюда. — О них в базах Альянса...

— Эшли... — сказал Шепард. — Я же не стал интересоваться, откуда вы узнали о моих пристрастиях. И я не буду говорить, откуда узнал об ваших пристрастиях. Мне вполне достаточно того, что вы получили возможность поесть то, что вам нравится, что вы любите, но по разным причинам стараетесь заказывать или готовить пореже. Я рад, если смог доставить вам удовольствие.

— Вы доставили нам больше чем удовольствие, капитан. — сказала Тали, удовлетворенно поглощавшая через соломинку очередную аппетитно пахнущую пасту.

— Именно, капитан. — подтвердила Лиара. — Я не помню, чтобы на азарийских кораблях капитаны вот так сидели со своими членами экипажа в кафе и заказывали им только то, что они действительно любят.

— Я позволю себе уточнить, Лиара. Вы не просто члены экипажа. Вы — члены моей команды. И мне приятно заботиться именно о вас, поскольку вы для меня ближе, чем экипаж.

— Но вы и об экипаже позаботились, капитан. Вон сколько накупили. — сказала Тали. — И явно только то, что им будет необходимо, ценно и приятно.

— Это да. Ты права, Тали. Но экипаж по большей части будет постоянно на борту корабля. Не скрою, мне важно, чтобы и члены экипажа чувствовали заботу и внимание капитана. Я не склонен принижать их значение для успеха нашей миссии. И не собираюсь делить их и вас на две неравнозначные части. Просто те, с кем мне доведется спускаться на планеты... с кем придется там противостоять изощренным врагам... закономерно становятся ближе. И, хочу уточнить сразу, девчата, чтобы у нас не было непонимания в дальнейшем. Вы все трое — только первые прекрасные леди, которые вошли в состав команды. Вы принадлежите к разным расам, к разным культурам, имеете разные нравственные и моральные установки. Я стремлюсь к тому, чтобы в максимальной степени уважать вашу индивидуальность. Тем не менее хочу сразу заметить — мы очень скоро, через полторы недели убываем в сложный полет. Нам придется воевать. Нам придется терпеть определенные неудобства, находиться в состоянии стресса. И для меня важно, чтобы мы не теряли единства. Я не стараюсь дистанцироваться ни от членов экипажа фрегата, ни от членов команды корабля. Дверь моей каюты всегда открыта и для тех и для других. Я хотел бы попросить вас, девчата, чтобы вы... не устраивали между собой... разборок по известному поводу. — он обвел взглядом лица всех троих дам. — Ни для кого из вас троих, ни для тех леди, которые позднее войдут в состав команды и экипажа корабля не должно быть секретом то, что я руководствуюсь в своей жизни целым сводом внутренних правил. Став капитаном, я не стал небожителем и не стал архинедоступным для всех остальных жителей фрегата. И я не потерплю на борту фрегата или за его пределами, чтобы члены экипажа и команды конкурировали между собой за право получить больше внимания от меня, капитана и командира. Любого внимания. Вы все — личности, вы все — очень разные. Но эта разность, эта особость не дает вам права сомневаться в том, что другая имеет такие же права на свою судьбу, какие вы имеете на свою. Потому говорю один раз четко и ясно: никаких сплетен, никаких подколок, никаких унижений друг друга в вашем дамском кругу я не потерплю. Тем более я не буду терпеть рукоприкладства в любой форме — от пощечин и царапин до всяческих "темных". Я — не объект и не причина для всего этого. Также как и любой другой мужчина на фрегате. Научитесь обходиться нормативными словами и нормативным поведением. Вы вполне можете стать примером для всех остальных, кто войдет позднее в состав нашей команды и нашего экипажа. Я не хочу, чтобы о фрегате "Нормандия" говорили как о примере верности пословицы — "женщина на корабле — неизбежное зло и вестник гибели корабля и экипажа". Мы уже не первый день вместе и я думаю, что сделать наш фрегат, нашу команду, наш экипаж лучшими и уникальными — всем нам вполне по силам. И вам, девчата, здесь предстоит сыграть одну из главных ролей. Сделайте фрегат домом для экипажа и команды. Сделайте его гаванью, из которой никто не захочет уходить. Сделайте его крепостью, внутри которой все будут чувствовать себя в безопасности. От вас здесь зависит даже больше, чем от меня, капитана и командира. Я не хочу слишком отделять себя от экипажа и команды, хоть мой статус это и предполагает. Это не приказ. Это — просьба. — он умолк.

За столиком воцарилось молчание. Тали, снова не обратившая внимание на то, что и так никто не прочитает за стеклом шлема выражения ее лица, опустила голову и уткнулась в раскрытый инструментрон. Лиара постаралась не синеть, хотя ее кожа, выдавая нешуточное волнение и напряжение, уже не была обычного бледно голубого с серым оттенка. Эшли задумчиво теребила ремешок сумочки.

Шепард ощущал, как они, все трое, обдумывают сказанное им, капитаном и командиром. Он понимал, что вполне возможно, поступил слишком жестко, где-то даже и жестоко. Но он не видел другой возможности сказать им об этом вот так — открыто и честно, пусть и не совсем четко и выглаженно. Не сказать же им об этом он не мог — он не хотел, чтобы кто-нибудь из его девчат пострадал физически или духовно. Не хотел, чтобы они испытывали малейший дискомфорт, вполне способный привести их к гибели. Для него с первых лет в Альянсе женщина не была обьектом посягательств. Он, выросший в приюте, с ранних лет хотел видеть в женщине только прекрасное, только то, что придает ей высоту и значимость, что способно поднять ее над серыми буднями. Не знавший матери, он с младенчества долгие годы видел, как воспитательницы приюта отчаянно, самозабвенно стараются заменить матерей им, воспитанникам, которых в обществе, за оградой приюта называли сиротами. Даже при живых родителях. Даже при живых матерях. Ему посчастливилось с первых месяцев службы в Альянсе попасть в подразделение, командир которого имел четкий свод правил и ненавязчиво, незаметно делал эти правила основой действий своих подчиненных. Среди этих правил было одно, которому Шепард следовал всю свою пока что не очень долгую жизнь — женщина должна быть полностью защищена от опасности. И защищать ее от опасности должен мужчина. От любой опасности — внешней или внутренней. А для этого мужчина должен стремиться женщину уважать и понимать.

Лейтенант Шеридан, командир взвода, в котором начал свою службу рядовой Шепард, следовал этому правилу постоянно. И в силу этого правила он, а затем и Джон Шепард, научились труднейшему искусству определять, когда и как следует вмешаться в жизнь и судьбу другого человека, чтобы избавить его от совершения ошибок в будущем. Лейтенант Шеридан никогда не приказывал поднимать оружие на мирных жителей, на женщин и детей, в каких бы операциях не приходилось его подразделению участвовать. Только несколько раз рядовой, а потом — сержант Шепард стал свидетелем, как лейтенант Шеридан застрелил женщину. Застрелил, поскольку по другому спасти своих людей он бы не смог. В первый раз женщина оказалась террористкой, скрывавшей под платьем тонкий слой взрывчатки. Она пришла вечером в расположение взвода Шеридана, представилась местной жительницей и почему-то старалась держаться поближе к большинству солдат и сержантов, никого из них особо не выделяя. Даже сейчас капитан Шепард не мог бы внятно пояснить самому себе, а не только любому своему собеседнику, как лейтенант Шеридан опознал в ней опасность для всех своих людей. И как ему удалось сделать единственный выстрел в тот момент, когда она была уже готова привести в действие взрыватель. Выстрел сразил террористку наповал. Эксперт — взрывотехник потом сказал в беседе с сержантами, что отклонись пуля на полсантиметра в сторону — и террористка активировала бы взрыватель чисто рефлекторно.

Два других случая Шепарду сейчас даже не хотелось вспоминать. Он мучительно спрашивал себя, не перегнул ли он в своей речи палку, не оскорбил ли, не обидел ли своих девушек, первых леди, которые стали членами его команды, его подразделения, в котором он волей обстоятельств стал капитаном и командиром. Он опустил руки на колени и теребил кисточки бахромы скатерти столика, сплетая косички и снова расплетая их. Он понимал, что Эшли, Лиара и Тали имеют все права и все возможности сейчас, сию минуту встать и уйти, отказавшись служить и работать под его началом. Какими бы соображениями они при этом не руководствовались. И он отпустит их, хотя ему было бы очень больно и горько это пережить. Он также ждал, что все они и каждая из них сейчас соберутся с мыслями и выскажут ему все, что они думают о нем и как о капитане, и как о командире, и как о мужчине. И в этих высказываниях, как он догадывался, будет слишком мало приятного. Эшли его ненавидит за то, что он не стал видеть в ней женщину там, на Иден-Прайм, что он не поддался ее чарам там, в трюме. Тали его ненавидит за то, что он ее измотал, непрерывно заставляя участвовать в высадках. Лиара его ненавидит за почти мгновенно установленную дистанцию, за то, что он не поверил в нее как ученого, как исследователя, не увидел в ней того, что видели многие другие люди — обьект для сексуальных отношений. Все трое сидящих перед ним девушек имели уже слишком много оснований для того, чтобы быть недовольными своим командиром и капитаном.

========== Глава 33. Возвращение на Цитадель. Две недели отпуска перед броском на Новерию. Часть 2. ==========

— Эм. Капитан. — Тали обменялась взглядами с подругами и решилась первая нарушить молчание. — Я буду говорить только за себя, капитан. Мои подруги скажут за себя сами, если найдут нужным. — она сделала короткую паузу, но не стала поднимать взгляд на Шепарда. — Я, дочь адмирала мигрирующего флота, вышла в Паломничество и в силу ряда обстоятельств попала на Цитадель. Вы спасли мне жизнь, капитан и уж это я точно никогда не забуду. Вы спасли жизнь врачу маленькой клиники, которая перед этим спасла мою жизнь. Вы и она стали едва ли не первыми людьми, с которыми я сблизилась, которые мне, в меня... поверили. Вы защитили меня от гибели и от увечий. И потом... я не знаю в точности, почему и как, но вы дали мне возможность увидеть то, что вряд ли увидел бы любой другой инженер — лучший фрегат-разведчик Альянса Систем Земли. Вы не просто впустили меня на борт своего корабля на экскурсию, капитан. Вы дали мне возможность много дней работать в его инженерном отсеке, работать с уникальным ядром, с уникальными двигателями, с уникальной системой невидимости. Вы, капитан... я не знаю, каким образом, но вы убедили весь экипаж фрегата в том, что я, Тали Зора, не являюсь носительницей клейма воровки, стандартного клейма для всех кварианцев. Вы убедили в этом даже мистера Престли, хотя я, откровенно скажу, я бы этого сделать не смогла. Вы дали мне возможность проводить долгие часы не только в инженерном отсеке, а в любом другом месте фрегата. И все члены команды, все члены экипажа корабля относились ко мне по-доброму, не видя во мне угрозы. Капитан, я понимаю, что вы имели в виду, когда говорили о причинах разборок между нами, женщинами корабля. — она обменялась взглядами с подругами. — И скажу только за себя. Капитан, вы мне лично показали часть своего внутреннего мира, воплощенного в той атмосфере, которую, благодаря вам, я сразу ощутила на корабле. Вы показали мне, кварианке, что для вас, людей, мы, обитатели Мигрирующего флота не являемся диковинными зверушками, которых надо держать в клетках, всемерно ограничивать и контролировать. Вы дали мне возможность, капитан, заниматься любимым делом, реализовать все свои задатки инженера и техника, работая с передовой, незнакомой, но столь интересной и перспективной техникой. А главное, капитан, вы дали мне возможность близко узнать человеческую расу. Не в музеях, не на экранах, не в книгах, не на картинках. Рядом. Я не буду скрывать, капитан, даже перед лицом своих подруг. — она снова сделала короткую паузу. — Вы мне очень нравитесь, капитан. Как человек. Как мужчина. Глупо такое скрывать. Если уж вы это чувствуете, то мои подруги. — она обменялась с Эшли и Лиарой короткими взглядами. — это чувствуют еще более глубоко и полно. И вы, Шепард, дали нам возможность понять то, что так и не озвучили здесь, хотя... подразумевали. Вы прекрасно знаете закон женской конкуренции. Кто бы ни был на нашем месте, мы, женщины, всегда ищем лучшего мужчину. Так уж захотела эволюция. И для меня, и для Лиары вы, капитан Шепард, представитель новой для нас расы — человечества. Мы, откровенно говоря, мало о вас, людях, знали. В силу разных причин. И то, что вы даете понять нам с Лиарой своим поведением и своим отношением, своим общением, своей жизнью... Да, обычной повседневной жизнью.... Стоит гораздо больше, чем сотни страниц текста и тысячи часов видео. Капитан, вы не стали запирать меня в инженерном отсеке, вы дали мне возможность работать со всем фрегатом, знать его от кормы до носа, от верха до низа. Мне, кварианскому инженеру и дочери адмирала кварианского Мигрирующего флота. О таком уровне доверия ко мне я, Тали Зора, не могла и помыслить, не то что бы помечтать. А потом... вы дали мне возможность увидеть множество планет, побывать на них, найти множество новинок, как в технике, так и в информации. Я прошла рядом с вами больше десятка высадок. Вы прикрывали меня с Рексом так, что я и не надеялась, не могла даже надеяться, что меня хотя бы заденут, а не то что бы там ранят или убьют. Вы, капитан и командир, шли всегда впереди, хотя у нас, кварианцев, принято, что командиры пропускают своих подчиненных вперед. Вы заслоняли меня, вы оберегали меня, вы говорили со мной... Вы... понимали меня так, что я... я никогда не чувствовала себя так спокойно и легко нигде, капитан. Нигде кроме, как рядом с вами. — Тихий голос Тали прервался, но она справилась с волнением. — Я понимаю, капитан... Вы не хотите давить на мой путь, не хотите определять насильно мою судьбу. Уже то, что я с вами на одном корабле, спасенная вами, Шепард, от гибели — и так уже слишком большой подарок судьбы. Я... я люблю вас, капитан. — тихо сказала Тали, вперив свой прямой взгляд в глаза Шепарда. — и я не стесняюсь это сказать рядом с моими подругами. — Вы дали мне возможность... право... полюбить глубоко и полно, не требуя ничего взамен... Я... я вернусь на Флот, зная, что вы сделали меня богатой, полной... И, пройдя инициацию, я постараюсь, капитан, вернуться к вам на корабль... ставший мне... домом. Я знаю, капитан... счастье ... в совместном пути... Если это будет путь рядом с вами, Шепард, на вашем корабле и в вашей команде... Я согласна. — Тали умолкла.

— Тали сказала свое слово, капитан. — тихо начала Лиара, старавшаяся всеми силами вернуть своей коже обычный оттенок. — И она права: и она, кварианка, и я, азари, слишком мало знали о человеческой расе. Слишком мало. Мне, вроде бы, как ученому, полагается знать больше, но Тали правильно сказала — лучше один раз увидеть, почувствовать, ощутить, чем сотни раз прочитать или посмотреть на видео. Я также буду говорить только за себя. Эшли и Тали обо мне уже много знают и мой рассказ по большей части не будет для них откровением. Я дочь религиозного и идеологического лидера азарийской цивилизации Бенезии Т Сони. Мать растила меня одна — своего отца я не помню совсем а мама... она старается не говорить о нем. У нее, вероятно, есть на это свои особые причины. Со временем я поняла, что мой отец — тоже азари. Потому я отношусь к категории так называемых чистокровных — уже долгое время у нас в Азарийском пространстве принято не замыкаться в своем кругу для рождения детей, а стараться обрести пару на стороне. Потому словосочетание "чистокровная азари" у нас постепенно становится самым серьезным оскорблением и самым грязным ругательством. Тем не менее... моя мать никогда не говорила, что я какая-то ущербная. Она позволяла мне расти так, как я этого хотела. А я... вероятно в силу наследства отца и воспитания, данного с младенчества матерью, никогда не желала стать наемницей или десантницей. С ранних лет я любила читать, смотреть фильмы и размышлять. Меня стало привлекать прошлое, в особенности прошлое цивилизаций. Я полюбила историю... Однажды я даже чуть не заблудилась в развалинах в старом районе на Тессии. Мама, конечно же, переволновалась, а потом... потом она, не наказывая меня никоим образом, купила мне... первую большую книгу по истории цивилизаций Млечного Пути... Я прочитала ее залпом, за несколько ночей. И решила, что главным моим интересом станут протеане. Раса, исчезнувшая пятьдесят тысяч лет назад, но оставившая по всей нашей Галактике множество памятников. Я получила прекрасное образование — мама постаралась, чтобы я выдержала экзамены в один из лучших университетов Тессии. После окончания учебы я прошла квалификацию и мне присвоили звание доктора археологии... И с тех пор я... занимаюсь раскопками... На самых дальних планетах... Там, куда еще не добрались мародеры. Конечно же, в нашей культуре может быть и принято, что азари — мать не держит свою дочь рядом несколько сотен лет. Но тогда, пятьдесят лет тому назад что-то произошло в жизни самой Бенезии. Она стала меняться... Далеко не в лучшую сторону. Она — матриарх, ей сейчас около тысячи лет. Я по сравнению с ней — мелкота. Она — член Совета матриархов, одной из влиятельнейших азарийских организаций. Я пыталась с ней поговорить, узнать причину столь негативных изменений... Но она отказалась со мной говорить... Вообще... говорить... И я улетела в очередную экспедицию. А потом — не возвращаясь на Тессию — в следующую. А там — еще и еще. В общем, я пятьдесят лет не выходила на связь с ней. А потом мне сообщили, что моя мама... пропала. И никто, как бы я ни старалась, не мог пояснить мне, как и куда исчезла моя мама. Я не знаю, но я чувствую, что она... она жива. И этого мне было достаточно, чтобы потеряться в работе... Правда, я не отрицаю теперь, что разрыв с мамой... стал причиной того, что я стала делать все больше ошибок. И на Теруме моя очередная ошибка чуть не стала фатальной... Я и раньше чувствовала, что с исчезновением матери началось какое то бурление вокруг меня самой. Я не знала и не знаю до сих пор причины этого бурления. А потом я ощутила, что на меня охотятся... На меня, простого археолога, который совершенно ничем не связан с сегодняшней ситуацией в Азарийском пространстве... Ведь я все время в экспедициях. Я раскопала этот лифт, эту башню, собиралась вскрыть эту консоль, найти какую-нибудь ценную информацию... И тут появляются геты, которым нужна была я... Я не знала о том, что в тех проемах окон башни встроено столь мощное защитное поле... И когда они в очередной раз попытались меня захватить... Я видимо, что то нажала на консоли... их отбросило и расплющило, а меня... подвесило... Мне было жутко страшно и одиноко... Я даже пошевелиться не могла. А потом пришли вы, капитан. И сразу спросили про Бенезию... И тогда я поняла, что эти геты... они ищут меня для того, чтобы присоединить к моей матери... Другого обьяснения я и тогда и сейчас найти не могла и не могу. Тот, у кого в руках моя мать... теперь захотел, чтобы я тоже была у него в руках. Но кто он... я этого не знала. Только услышав запись, узнав голос моей матери... Я не верю, что это — турианец Сарен. — Лиара сделала паузу. — Тут что-то другое. Капитан, я знаю, что взяв меня на борт фрегата, вы пошли против своих установок. Вы поверили мне, хотя верить мне у вас не было никаких оснований. Вы дали мне возможность освоиться на корабле, пройти курс лечения у вашего прекрасного доктора Чаквас, привести в порядок записи, которые я сделала за несколько десятков лет раскопок. Вы дали мне возможность адаптироваться, капитан. Адаптироваться так, как я сама это смогу сделать и так, как я это пожелаю сделать. Если Тали отметила уникальность вашего корабля, то я, мало смысля в технике, отмечу уникальность вашего экипажа, капитан. Оказывается, в одном месте может быть собрано столько людей, самых разных людей, для которых азари — не являются обьектами... сексуальных домогательств. Которые не видят в нас, азари, расу, сориентированную на чуть ли не насильственный сбор самой разнообразной генетической информации. Под разными предлогами. Ваши люди, капитан, показали мне, что готовы, способны и хотят видеть во мне личность, а потом уже — женское тело, тело самки. И я знаю, капитан, что такое отношение — ваша заслуга, как командира и руководителя. Да, я признаю, что была недовольна тем, что вы не брали меня на высадки на многие планеты. Да, Тали приходила ко мне после высадок, рассказывала, показывала находки. И я очень ценю, что вы, капитан, очень доходчиво обьяснили мне причину невключения меня в списки на очередные высадки. Азари — долгоживущая раса. Многим из нас удается прожить и пять тысяч лет. В силу этого мы не склонны к поспешности, к импульсивности, к резкости. Только с возрастом, по мере приближения к возрасту матриарха мы приобретаем способность использовать не только быстроту, но и мощь и силу наиболее оптимально. Я не буду скрывать, капитан... Вы спасли мне жизнь, освободив из этого протеанского устройства безопасности и оказав всемерную помощь в том, чтобы я смогла покинуть эту глубокую пещеру до обрушения сводов. Вы дали мне возможность мягко и постепенно войти в новую для меня среду обитания. Вы поселили меня в комфортной каюте. Предоставили возможность доступа к почти любой информации. Я с огромным интересом следила за тем, что происходило во время ваших высадок на планеты. И мне очень понравилось, капитан, что вы не хотите использовать мой биотический потенциал как оружие. Вы не стали убивать биотиков вашего майора Кайла, вы поверили тому председателю подкомитета по делам биотиков. Для меня это было очень ценным. Не скрою, капитан, я с большой опаской относилась к представителям человеческой расы. И была приятно удивлена и обрадована тем, как быстро и полно вы изменили мое мнение о людях, капитан. Я знаю, что люди воспринимают азари как женщин, хотя для нас понятие пола не имеет ни малейшего значения. И ваше отношение к женщинам, ваше стремление поднять женщину на недосягаемую высоту, увидеть в ней личность, непреходящую ценность... Капитан, я не буду оригинальна, если скажу — вы единственный человек, которому я, Лиара Т Сони теперь верю, верю полностью, во всем, без остатка и до конца. И потому не буду скрывать от вас, капитан — я тоже люблю вас. — Лиара умолкла, нервно выпивая мелкими глотками настой из высокого бокала.

— Капитан, — голос Эшли Уильямс был непривычно тих и даже нежен. — Мне, не скрою, сложно говорить после двух моих самых ближайших и уникальных подруг. Если уж они, кварианка и азари, смогли решиться открыто и честно признаться вам в любви, то я, в которой вы отметили ксенофобские наклонности, тоже должна решиться на то, на что бы я никогда не решилась раньше. Я не верила в то, что мы, люди, должны открываться перед нашими инопланетными партнерами. Я не хотела этого. Я опасалась этого. По многим причинам. Капитан Андерсон взял меня в состав десантного экипажа фрегата после столь неудачной миссии на Иден-Прайм. Он поверил мне и в меня. А потом, когда вы стали капитаном, Шепард, я поняла, что капитан Андерсон не ошибся и в вас. Вы преодолели его планку, капитан Шепард. Вы смогли поверить турианцу, вы смогли довериться крогану. Откровенно скажу — очень долго я не решалась приблизиться к ним, начать с ними общаться. Вы своими многочисленными высадками, когда Рекс был рядом с вами в самые острые моменты, вы, своим постоянным интересом к нуждам и потребностям наших инопланетных партнеров, который вы не уставали проявлять на корабле и за его пределами, заставили меня пересмотреть наследственные предубеждения и сделать шаги навстречу. И вы подарили мне, капитан, счастье иметь действительно уникальных подруг. С которыми мне очень часто бывает намного интереснее, легче и приятнее общаться, просто быть рядом, чем со многими земными женщинами и девушками. Я благодаря Тали и Лиаре узнала столько, сколько не узнала бы за десятилетия чтения множества книг и просмотра множества видео. Я увидела в них потенциал, перспективу, силу, я почувствовала в них то, чему нам, земным женщинам и девушкам не просто нужно — необходимо научиться. То, к чему нам, земным женщинам любого возраста и любого статуса необходимо стремиться. И я преодолела в себе наплевательское отношение к гражданским, особенно — к женщинам и девушкам. Я поняла, что и они также вынуждены воевать. Воевать, не одевая форму и погоны. Тали — дочь адмирала, но и она сжилась со своим дробовиком, со своими пистолетами. Лиара — археолог, но работая в таких отдаленных районах, где легче найти бандита, чем вменяемого доброго туземца, тоже вынуждена была в совершенстве овладеть пистолетами, а также тем, чем Тали, по понятным причинам, не владеет — биотикой. Я поняла, что они обе — тоже воины. Даже если они не носят никакой мыслимой формы. Я поняла, что они — личности, которым дано право и возможность продолжать жизнь их народов, порождать новых и новых детей. Капитан, не скрою, я потрясена происшедшими во мне изменениями в стольких сферах и областях... И это все благодаря тому, что вы дали мне возможность остаться в вашем экипаже, на вашем корабле. Я землянка, дочь генерала, который сдал турианцам Шанси — человеческую колонию. Не все его поняли правильно. Не все правильно оценили его поступок. А вот Тали и Лиара поняли и оценили правильно. Хотя я их ни в чем не убеждала и никак на них не влияла. Они смогли поддержать во мне веру в то, что мой предок совершил правильный поступок. Они наполнили эту веру новым содержанием, новой силой. Капитан, так получилось, что вы — тот, кто вместе с Кайденом Аленко... спасли мне, сержанту Эшли Уильямс жизнь. И я понимаю, почему вы решились нам троим сказать о столь многом здесь и сейчас, когда мы — не на корабле, когда мы — не в космическом порту. Когда мы — в отпуске. Когда на нас нет формы Альянса или служебных комбинезонов. Капитан, я не буду скрывать, что то, что произошло со мной на Иден Прайм заставило меня повнимательнее приглядеться к вам. В этом нет моей вины — я подчиняюсь тому, что заложено во мне задолго до моего рождения, как в женщину. Да, я признаю, что пыталась приблизиться к вам, капитан. Приблизиться по известному, стандартному сценарию. Но то было до этих многочисленных высадок, до того, как я на протяжении нескольких дней имела все возможности заглянуть глубоко в себя и спросить себя столь о многом важном, что до сих пор удивляюсь этому самым искренним образом. В моем роду, в моей династии, тоже есть правило: женщины Уильямс долго присматриваются, но потом — любят всю оставшуюся жизнь. Я и вы — земляне, капитан. И нам с вами хорошо известно, что человеческая любовь — многолика и многогранна. Я не буду скрывать — я люблю вас, капитан. И скажу в дополнение просто — если вам будет нужна любая помощь и поддержка, то я, Эшли Уильямс, сделаю все, что смогу, чтобы помочь и поддержать вас. В любое время, в любом месте, в любом деле. — Эшли умолкла, взяла бокал и стала не торопясь потягивать из него коктейль.

После недолгой паузы она поставила бокал на столик и вопросительным взглядом коснулась глаз подруг, переведя затем взгляд на Шепарда. Капитан кивнул.

— Капитан, Джон. Я, кажется, догадываюсь, какие магазины вы просили нас посетить в финале нашего шоп-тура. И более чем уверена, что и мои уникальные подруги тоже теперь догадались. Речь ведь идет о скафандрах, броне и оружии? Не так ли, капитан?

— Да, Эшли. — Шепард кивнул, поднял руку, подзывая официантку-девушку. — Будьте добры, упакуйте напитки и закуску. Мы возьмем это с собой. — он достал кредитный чип и положил его на блюдце перед официанткой. — Спасибо. Передайте поварам нашу благодарность и восхищение их мастерством. — он вопросительно посмотрел на девушек, уловил их согласные кивки. — Вам — огромная благодарность за помощь. — он улыбнулся и встал, принимая упаковочную коробку с едой и напитками. — Нет, чип остается у вас. — сказал он. — Мы здесь впервые и нам... понравилось. — сказал он, увидев, как официантка, сняв сумму своим ридером, пытается вернуть чип в блюдце. — Поддержите всех, ведь кафе — это работа всего коллектива. Каждого, кто является его членом. — он перехватил коробку поудобнее, включил инструментрон. — Девчата, сейчас придет грузовой флайер, я перегружу туда наши покупки и мы на нем полетим в оружейный квартал. Лады?

Лиара и Тали согласно кивнули, а Эшли одарила капитана удивленным и заинтригованным взглядом. Быстро переложив из небольшого салона пассажирского флайера все покупки в просторный контейнер грузопассажирника, Шепард подождал, пока дамы усядутся и сел за управление.

Дальнейшее просто потрясло всех девушек. Шепард со всей вьедливостью выбирал самые лучшие скафандры, самые лучшие опции и дополнения, самые надежные стволы, самую прочную броню и не стеснялся спорить с продавцами и консультантами. Поняв, что перед ним — профессиональный военный и офицер, торговцы прекратили попытки "вешать ему лапшу на уши" и отнеслись к его запросам со всей серьезностью. Эшли, поймав просящий взгляд Шепарда, раз за разом тягала в примерочные то Лиару, то Тали, заставляла их терпеть длительные подгонки, тесты и прогоны скафандров и брони, раз за разом представляя Шепарду обеих инопланетянок в полном боевом облачении. Пока она скрывалась с ними в примерочных, Шепард откладывал в сторону все новые и новые стволы, нагружая тележку, на которой все это боевое великолепие должно было отправиться на полигонный тир, который тоже имелся в этом специфическом районе. Наконец парадные, обычные, боевые и специальные комплекты брони и скафандров были упакованы в кофры и погружены в контейнер грузопассажирника. Тали и Лиара очень бы хотели посчитать, что на этом почти двухчасовая примерочная эпопея закончится, но Шепард молча закрыл салон и контейнер машины, после чего указал дамам на ворота, над которыми была только одна надпись "стрелковый полигон".

И еще три с половиной часа он подбирал каждой девушке ее персональный комплект самого лучшего оружия. Начав с простого стрелкового теста почти всех отобранных образцов, Шепард попросил торговцев предоставить ему тестовые образцы скафандров и брони и буквально заставил девушек пройти опробование всех образцов оружия в полном боевом облачении. Только тогда, когда он увидел и почувствовал, что все комплекты подогнаны с близкой к идеалу точностью, он щедро расплатился с главой союза оружейников, пожелавшим лично присутствовать рядом со столь знающим и ценным покупателем, особо попросив отметить всех продавцов и консультантов.

Эшли смотрела на Шепарда круглыми от восторга, восхищения и обожания глазами. Такую броню, такие скафандры, такое оружие, какие он смог подобрать для нее и для ее подруг за эти шесть часов, она не видела даже в каталогах для земного космического спецназа любого из несекретных уровней. И до нее стало доходить, что Шепард просто следует своему правилу — женщина не должна ни секунды находиться в опасности. Между ней и опасностью должен стоять мужчина. Если его там нет, то женщина должна иметь предельно совершенную броню и предельно подходящее ей персонально, удобное и эффективное оружие.

Лиара и Тали, пошушукавшись с Эшли, пока тот расплачивался с менеджерами, консультантами и продавцами, выселили сержанта за управление грузопассажирником и сели по бокам капитана, упросив его восхищенными взглядами сесть на задний диван строго посередине.

А когда машина прибыла к фрегату, то дамы увидели подходивший к аппарели ангара длинномерный грузовик, из контейнеров которого бригада мускулистых грузчиков стала доставать кофры с комплектами брони, оружия и скафандров. Оказалось, Шепард за несколько вечеров смог скомпоновать наиболее оптимальные совокупности максимально приемлемые для нужд и потребностей, а также возможностей каждого члена экипажа и каждого члена команды фрегата.

На несколько часов фрегат внутри обрел вид универсального военного магазина.

Старпом Престли, получив предназначенный для него комплект оружия, брони и скафандров, не скрывая, во всеуслышание заявил, что никогда в своей долгой жизни и службе не получал подобного великолепия ни от одного командира корабля.

— Коллеги, друзья. — Шепард включил на инструментроне громкую связь. — Все, что подобрано для вас — не истина в последней инстанции. Завтра с девяти часов утра до девяти вечера вы все должны будете опробовать все предоставленное вам сейчас непосредственно на ближайшем полигоне. Там все заказано и оплачено по максимуму. Опробовать полностью, в броне и скафандрах. От начала и до конца. Если у кого есть малейшие сомнения — у нас в ближайшие четыре дня будут по шесть часов доступа на арену. Все уровни — от бронзового до экстра. И еще, коллеги, друзья. Все это приобретено за средства, добытые в ходе прошедших миссий, которые не смогли бы столь успешно завершиться без вашего самого непосредственного участия. Работы всех вас без малейшего исключения, вне зависимости от звания, должности, возраста и опыта. Вы все вложили в успех прошедших высадок и миссий все лучшее, что есть в вас. И это снаряжение и оружие — только небольшая часть возмещения за ваш труд, верность и самоотверженность. Я хочу, чтобы вы были живы и здоровы, чтобы вы вернулись к своим в целости и сохранности, чтобы вы стали профессионалами.

========== Глава 34. Последние миссии перед Новерией. Начало. ==========

Двухнедельный отпуск подошел к концу и "Нормандия" отправилась на выполнение последних миссий перед броском на Новерию. Отдохнувший экипаж с энтузиазмом взялся за работу. Даже Тали с Рексом не делали вид, что устали и хотели бы остаться на корабле. Более того — им стало лестно сознавать, что именно с ними капитан чаще всего ходит на задания.

— Капитан, сообщение от адмирала Кахоку. По закрытому каналу.

— Дай в текстовом виде, Джеф. — капитан отвлекся от карты галактики. Так и есть — ""Цербер"", группа, которая служила интересам Альянса, в полном составе исчезла, перестала выходить на связь. Кахоку узнал, что они проводили незаконные генетические эксперименты, хотели создать какого-то суперсолдата. Конечно же, "Цербер" знал о роли Кахоку и взялся охотиться за адмиралом. Тот в свою очередь понял, что его стал преследовать именно "Цербер" и пообещал скрыться, хотя знал, что "Цербер" его в покое не оставит и скорее всего ликвидирует. В последних строках Кахоку передавал координаты одной из планет, где "Цербер" вел незаконные эксперименты и просил Шепарда разобраться с этой группой. — Хорошо, Джеф. Туманность Конская Голова, система Отваги. Прочешем эту систему, посмотрим. Там должны быть интересные зацепки.

— Понял, капитан. Девять часов хода.

— Я — на мостике.

— Есть, понял. — Джеф отключился.

Через пять часов трансляция снова включилась, застав капитана в каюте.

— Капитан, я нашел "Великолепный". Корабль покинут, следы ведут на Завин. Высаживаться нет необходимости — он пуст. А вот на планете...

— Сообщи Тали и Рексу. Мы идем на Завин. Пусть возьмут лучшее оружие.

— Уже, капитан. Они ждут у "Мако". Успехов.

— Будь готов эвакуировать нас.

— Буду, капитан.

Высадка прошла нормально. "Мако" вела Тали, Шепард устроился за пультом главного орудия. Рекс дремал на своем диване, но был готов занять место за пультом пулемета.

— Холодно очень за бортом. Я включила обогрев на восемьдесят процентов, капитан. — доложила Тали. — видимость отвратительная, метель. Но точек все равно на локаторе много.

— Следуем по точкам, Тали.

— Хорошо, капитан. — Тали вывела транспортер на гору и включила обзорные экраны. — Вижу труп и разрушенный транспортер. Рядом месторождение иридия.

— Я отмечу оба, Шепард. Не выходите. — Рекс исчез в метельном облаке и через четверть часа вернулся. — Порядок. Но трупак видимо убит, а не просто замерз. Холодновато там, на Тучанке намного теплее. Месторождение я отметил. Можем следовать дальше. — кроган прикрыл дверь и спираль нагревателя приобрела нормальный цвет. — Уф, согреться хоть можно.

— В заброшенном лагере никого, но есть два-три места, которые надо посетить. — Тали вывела на главный экран транспортера карту с добавленными точками. — Первая — это месторождение кобальта. Рекс, ты отметишь?

— Куда я денусь. — Кроган ненадолго исчез в вихре снега, но быстро вернулся. — Порядок, отметил.

— Иду на следующую точку. Это — маяк. О, это ловушка гетов. — Тали переключила скорости и транспортер рванулся на гребень скалы, покрытой снегом. — Шепард, стреляйте, там четыре шагающих танка!

— Геты, ясно, нас высоко оценили. — точными выстрелами капитан уничтожил все танки. — Дальше, Тали, следующая отметка.

— Месторождение палладия. Рекс, отметь его! — Тали резко затормозила, вкатив вездеход в выемку, где был выход руды. Рекс выкатился из люка, включил отметчик и закатился назад, захлопнув крышку. — Все, иду дальше!

— Следующая отметка — обломки. — Шепард последовал примеру Рекса и сам выкатился в снежный вихрь. Быстро открыв емкости, он просмотрел находку и вернулся, не забыв закрыть за собой дверь. — Дальше, Тали.

— Делаю!

— Очередные обломки? — Шепард сверился с экраном. — Я также проверю. Там нет ничего сложного. — капитан действительно вернулся быстро и Тали повела транспортер дальше. — Осталось самое сложное. База каперов. Оружие приготовили!

— И правда сложное. Четыре турели. Шепа-а-рд! — крикнула Тали, уводя транспортер за гребень скалы.

— Засек три. Высунись, я их сниму. — произнес Шепард, ловя в прицел орудия последовательно каждую турель. Тали вовремя уводила Мако за урез скалы, не давая снарядам достать машину. — Пора. Я снял все. Рекс, поработай пулеметом, там еще снайперы — наемники.

— Обожаю.— Рекс срезал двоих наемников одной очередью. — И как им не холодно на такой холодрыге.

— Неважно. — Шепард обернулся к Тали. — давай ко входу, не будем мерзнуть. Надо зачистить это здание. Там может быть капитан "Великолепного".

— А если там только его труп? — Тали как всегда быстро продвинулась к выходному люку, подогнав машину почти вплотную к входному шлюзу здания.

— Тогда нам понадобится доказательство его смерти.

— Поищем. — рыкнул Рекс. — Но лучше найти не тело, а человека.

— Правильно.

Зачистив помещение от наемников, группа высадки прошла на второй этаж и в одной из комнат нашла капитана "Великолепного". В его руке был крепко зажат модуль данных, осторожно извлеченный Тали. Рекс изучал установку для "промывания мозгов" и ругался на чистом кроганском.

— Возвращаемся. Здесь мы закончили. — сказал Шепард. — Похоже, можно стартовать на "Нормандию". Доказательство смерти капитана "Великолепного" у нас, но с возвращением на Цитадель придется подождать. У нас еще впереди большая разборка с гетами.

========== Глава 35. Четыре аванпоста гетов в скоплении Армстронга ==========

— Джеф, снова Хакет? — Шепард поднял голову от подушки, услышав сигнал вызова от пилота.

— Он, капитан, старший офицер на "Арктуре".

— Который час?

— Двадцать три сорок пять. Пятнадцать минут до полуночи.

— Давай в текстовом виде. — вздохнув, Шепард потянулся к личному ридеру. Прочитав недлинный текст, Шепард спустил ноги на пол и задумался. Потрескивание фона означало, что Джокер ждет распоряжений.

— Давай курс в скопление Армстронга и по часовой стрелке. Сколько хода до скопления и первой системы?

— Девять часов сорок минут. На автопилоте это не составит проблемы, капитан.

— Хорошо, ставь на автопилот и отдыхай. Завтра предстоит большая работа. У нас четыре стычки с гетами, установившими аванпосты и пожелавшими повоевать с нами. Не пойму. Хаккет не признает, что это может быть первая волна вторжения?

— Он в этих вопросах осторожен, капитан. — Джокер сделал паузу. — Курс задан.

— Давай потихонечку.

— Делаю, капитан. — пилот отключился.

— Корабль в скоплении Армстронга, капитан. — доложил Джеф вошедшему в пилотскую кабину капитану. — Время одиннадцать пятнадцать. На курсе планета Райнгри. Локационные данные на ридере у вас, капитан.

— Хорошо. — Шепард просмотрел ридер. — группу к высадке. Как обычно.

— Есть, капитан. Они ждут вас в ангаре.

— Ладно. — Шепард спустился в ангар и устроился за управлением вездехода.

Джеф выбросил "Мако" точно в нужный район.

— Первая остановка, капитан. Обломки двигателя. — Тали быстро выскочив из машины выпотрошила контейнеры обломков и вернулась. — Можно ехать дальше, капитан.

— Вторая остановка, кэп. — Тали остановила машину у знака месторождение. — Рекс, отметь, это полоний.

— Сделал. — Кроган вернулся чуть медленее Тали. — там небольшое месторождение.

— Третья остановка совсем рядом. По схеме это спасательная капсула. Рекс, пожалуйста.

— Нет проблем. — Рекс ненадолго задержался у капсулы, что то взял из ее контейнера, вернулся. — Медальон Лиги единения. Уже который по счету.

— Пока неважно. Поехали к четвертой остановке, капитан. Там исследовательская станция. Это уже интересно.

— Поехали. — согласился Шепард, тронув машину с места. — Ого, даже фонарями края дороги отметили. Стильно. — он подогнал транспортер ко входу. — Целый лес зубов дракона. Проверьте оружие и на выход. Все идем, тут надо навести порядок.

— Готово, капитан. — кварианка передернула затвор своего дробовика. Рекс с любопытством взирал на многочисленные шпили на треножниках. — Похоже на завод по обращению, а не на аванпост.

— На Иден-Прайм было намного меньше. Но тогда я впервые увидел это. Ощущение... не из приятных. Входим. — пробубнил себе под нос Шепард.

В аванпосту их встретили десятки гетов, которые нападали с нескольких сторон сразу. Даже зачистив все помещения, Шепард не спешил расслабляться — и не зря — на выходе из подземного бункера их встретили геты самых разных модификаций — от пехотинцев до снайперов.

— Осталось три аванпоста, Шепард. Будет весело. — в голосе Рекса сквозило непередаваемое удовлетворение. — Я рад, что я с тобой, капитан.

— В машину. Джокер, курс на Антибар. — скомандовал Шепард. — как прибудем — сразу отдыхать. Джокер, сколько до Антибара?

— Пять часов, капитан.

— Хорошо. — Шепард расслабился, пока "Нормандия" втягивала в себя транспортер.

— Антибар. Опять холодная планета.— Тали просмотрела на экране инструментрона информацию. — Но там хоть артефакты протеан имеются.

— Возможно.

На Антибаре было действительно холодно. Рекс опустил забрало шлема и его красные глаза неодобрительно светились в полутьме салона. Тем не менее к руинам протеан пробежались под метелью все трое. И не зря — был найден протеанский диск с данными. Тали тихо радовалась. Уже вторая редчайшая находка сделана экипажем "Нормандии".

— Придется разбираться с молотильщиком. — сказал Шепард, сверившись с локатором. — уж больно ровная поверхность.

— Справимся с этим червяком, Шепард. — утвердительно хохотнул Рекс. — Не беспокойся.

— Куда мы денемся. — проговорил Шепард, делая в ридере отметку против знака "молотильщик"

На молотильщика пришлось затратить четверть часа, только потом, убедившись, что тварь погибла, Тали решилась вывести транспортер к обломкам другого транспортера. Вокруг были раскиданы трупы людей.

— Их всех из довольно тяжелого оружия подстрелили геты, которых потом наказал молотильщик. — сказала кварианка, обследовав трупы и обломки транспорта. — Можно ехать дальше. У нас впереди еще одни неизвестные обломки и второй аванпост гетов. По меньшей мере этот червяк сделал доброе дело — наказал синтетиков.

— Указатель на обломках, а на самом деле — на аванпосте. — сидевшая рядом с Шепардом Тали сверяла курс машины по локатору. — Шепард, давай назад, там два танка.

— Рекс, к пушке. Пулеметом их не возьмешь. — распорядился Шепард и кроган молча сел за джойстики орудия. — Тали, я к пулеметам, разберусь с ракетчиками.

— Ладно, капитан.

Едва только был убит последний гет, засевший в башенке, над аванпостом завис транспорт гетов. На этот раз он не привез танки, он привез пехотинцев и ракетчиков. Шепард быстро с ними разобрался на пару с Рексом.

— Это второй аванпост. — заявил кроган. — Можно лететь на следующий.

— Тали, давай на урез холма. Оттуда Джефу будет удобно нас забрать.

— Поняла. Выполняю. — кварианка вывела машину на гребень холма и тут же снизилась, открывая аппарель, громада "Нормандии".

— Ты заметил, Рекс, их силы растут. На третьем будет уже жарковато. Какая бы погода на той планете не была.

— Разберемся, Шепард. — кроган легонько толкнул капитана в бок и ухмыльнувшись, прошел в глубины корабля. — Можно ведь отдохнуть?

— Отдыхай. — Шепард вложил дробовик в петли укладки. — И ты, Тали, также отдохни.

— Обязательно, Шепард. После такой планеты надо отдохнуть. Чуть "Мако" не спалили. Чертовы танки.

Высадка на третью планету, Касбин, прошла штатно. Как раз пришел приказ, в котором содержались названия и координаты всех четырех планет, на которых были обнаружены патрулями Альянса базы гетов. Теперь в небе чертили свои линии падающие метеоры. В районе, выделенном для действий "Мако", их падений почти не было. Тали восседала за управлением, Шепард по обыкновению присел у орудия, а пулемет оккупировал Рекс. Возле маячного фонаря Тали притормозила и Рекс быстро приволок снятый с маяка артефакт — жетон какого то капитана Тейна. Машина развернулась почти на месте и направилась к следующей точке

В глубоком каньоне в разбившемся зонде Рекс забрал оружие и дополнения к нему. Тали врубила скорость и машина со скрежетом стала карабкаться на почти отвесную стенку. Наконец она зацепила колесами траву и выровнялась. На индикаторах возникли ромбы врагов — тяжелое оружие. Тали взглядом указала на них Шепарду.

— Четыре турели тяжелых гетских и три шагающих танка. — проговорил капитан. — Станцуешь на "Мако", Тали. Ты это сможешь.

— Постараюсь. — кварианка сверкнула своими глазами.

Постараться пришлось. Броня была снята почти до восьмидесяти процентов, заживление шло медленно. Наконец тяжелое вооружение было уничтожено и можно было приблизиться к зубам дракона и пультам на возвышенности. Аномальный сигнал звучал, но что он означал...

— Тали, рули к аванпосту. Надо уничтожить его. Потом посмотрим, что можно сделать.

— Есть. — прозвенела Тали и под ее управлением транспортер снова полез почти по вертикальной стене. К счастью, на этом аванпосту не было шагающих танков, но пришлось уничтожить транспортный корабль гетов, буквально плевавшийся ракетчиками и пехотинцами. Вскоре его обломки украсили собой пейзаж аванпоста и Рекс сказал:

— Остался последний аванпост. Мне, кажется, будет очень не хватать этой бойни. — проговорил Рекс.

Тали вкатила машину на территорию аванпоста и заглушила двигатели. Несколько минут они наслаждались тишиной, рассматривая металлоконструкции поста.

— Если подумать, то этот сигнал указывает прямо — эти аванпосты — не последнее наше дело здесь.

— Последнего в ближайшее время ожидать не приходится. Подавай транспортер на гребень, Тали.

— Ладно.

В следующей системе аванпост гетов оказался на планете Маджи. Тали снова устроилась за джойстиком управления и Шепард и Рекс заняли свои привычные места. Планета Вамши ждала их.

— Тали, аванпост в последнюю очередь. Думаю, нам еще придется вернуться на предыдущую планету.

— Возможно. Мне тоже этот сигнал не понравился.

Открыв попутно месторождение тория, исследовав обломки, группа высадки неуклонно приближалась к аванпосту гетов. И только одна находка заинтересовала всех троих — гигантский череп, на котором хорошо заметны были следы от оружия с ускорителем массы.

— В базах данных Флота сведений о подобном существе нет, Шепард.

— В базах данных Альянса — тоже.

— Это явно не молотильщик. А крупнее зверя я не знаю. — проговорил Рекс, с явным сомнением оглядывая находку. — Ладно, придется пока оставить этот вопрос. Но что то мне подсказывает, что эта штука очень похожа на череп вымершего каклизавра.

— Ладно, в машину. — сказал Шепард, — нам надо двигаться вперед.

— В машину так в машину... — протянул Рекс, устраиваясь за управлением пулеметом. — Интересно было бы пострелять в такую животинку. Если череп таких размеров, то каково же туловище?

— Большое. — сказала Тали.

— Это я и сам понимаю, что большое.

Забрав из разбившегося зонда оружие и дополнения к нему, Тали вернулась под броню транспортера. Шепард и Рекс сидели рядом на кормовом диване и обсуждали выведенное на экран изображение черепа.

— Впереди — аванпост. — сказала Тали, устраиваясь за управлением машиной. — Надо бы проверить оружие.

— Проверим, куда мы денемся. — Шепард и Рекс сели за свои пульты. — Поехали, Тали.

— Поехали.

С аванпостом они разобрались довольно быстро — там были только снайперы и ракетчики и только один колосс. Едва Шепард его завалил, Тали доложила о получении сигнала из системы Гриссома в этом же скоплении. Пришлось срочно возвращаться на Нормандию и лететь туда. По дороге Тали выяснила, что там, на одной из планет системы находится главная база Гетов. Было ясно, что ее необходимо уничтожить.

— Главная база вполне возможно расположена на планете Солкрум, Капитан. — Тали уткнулась в инструментрон и что-то набирала на его клавиатуре. — Мне будет очень приятно нанести лично большой урон гетам.

— Хорошо. Тогда пока мы летим туда — отдохни и приведи себя в порядок. Тебя, Рекс, это тоже касается.

— А я бы хотел побыстрее продолжить пострелушки. — кроган довольно ударил друг о друга костяшки пальцев своих лап. — чудесный колосс попался нам на этой базе. Было приятно нашпиговать его из пулемета.

— Все, отдыхать. Джеф, предупреди за полчаса о прибытии.

— Есть, капитан. — отозвался пилот.

После посадки на Солкруме первой отметкой попал азарийский контейнер.

— Я ждала большего, Шепард. — уходившая на потрошение контейнера Тали вернулась раздосадованной. — куча мелких вещей и только одна указывает снова на эту матриарха Дилинагу. Тетушка просто попрыгун какой-то. Скачет по Галактике и оставляет везде свои записки.

— Тебе Лиара в ноги поклонится за очередной привет от этой азари, Тали. — успокоил ее Шепард. — Поехали дальше.

В упавшем зонде также не было найдено ничего нового. С уреза скалы Шепард открыл огонь по двум колоссам, а Рекс в это же время расстреливал ракетчиков и снайперов, засевших в башенках по периметру базы. Убедившись, что основная охрана уничтожена, Тали осторожно свела транспортер вниз и подвела его ко входу в подземный комплекс базы гетов.

Хотя Шепард и ожидал сильного сопротивления, геты его не смогли или не сумели оказать. Уничтожив последнего гета, капитан услышал чудную мелодию, но не обратил на нее особое внимание, проходя в комнату и склоняясь над терминалом. Здесь, в этом терминале, оказались заперты шифрованные данные гетов, накопленные ими со времен изгнания кварианцев. Шепард взял их себе, зная, что кому-нибудь они пригодятся. Он даже догадывался — кому. Конечно же, Тали. Она должна наконец завершить свое Паломничество, стать взрослой и самостоятельной. Эти данные вне всякого сомнения позволят ей с почетом завершить ритуал взросления. На втором этаже ничего ценного не оказалось и Шепард поспешил вывести группу к "Мако"

— Все? — с недоверием спросил Рекс. — А я то думал, тут будет свалка и стена огня...

— Все, Рекс. Эту битву геты проиграли. Возвращаемся на борт Нормандии. Полагаю, у нас еще будет немало битв с гетами.

========== Глава 36. Планета Бинту в системе Янцзы. Удар по "Церберу" ==========

Отпустив Тали и Рекса отдыхать, Шепард поднялся в свою каюту. Если честно, он и сам не верил, что этап борьбы с гетами завершился и они не смогут начать наступление. Теперь следовало продолжить расследование злодеяний "Цербера".

— Джокер, нам нужно на Бинту в системе Янцзы. — Шепард сделал паузу, понимая, что пилот делает прикидочный расчет. — Сможем?

— Сможем, капитан. Преследуем "Цербер"?

— Да. Потом вернемся на Цитадель и оттуда полетим уже на Новерию и Вермайр. Сначала — на Новерию. Сделай прикидочные расчеты, мы там покрутимся тоже в системах.

— Хорошо, капитан. Подлетное время — пятнадцать часов. Вам тоже надо отдохнуть и выспаться. Я так понимаю, на Бинту пойдете с прежней группой?

— Да. Предупреди Рекса, с Тали я сам переговорю.

— Она будет заинтересована в гетских данных.

— Уверен. — Шепард решил не тянуть с разговором с кварианкой. — Я зайду к ней через некоторое время. Не предупреждай, не надо.

— Понял. — пилот отключился.

Спустившись в инженерный отсек, Шепард подошел к Тали. Та сразу перевела разговор на гетские данные. Похоже она не очень верила, что Шепард согласится отдать ей копию данных. Как же она была рада, когда Шепард разрешил ей снять копию гетских данных. Она долго благодарила, говорила, что и ее народ перед Шепардом теперь в долгу. Джон никогда не желал слушать такие разговоры, поэтому предупредил Тали, что через полсуток ему может потребоваться ее помощь на высадке и прошел в ангар, где переговорил с Эшли, Рексом и Гаррусом.

Затем он поднялся наверх и прошел в лабораторию, где была Лиара. Она до сих пор не очень точно понимала, как следует себя вести с людьми и что им можно говорить, а что нельзя. Но Шепарда это не раздражало. Он твердо полагал, что азари нужно самой научиться контактировать с людьми и не собирался особо облегчать ей задачу. Вернувшись в свою каюту, Шепард заполнил бортжурнал, написал ряд отчетов и лег отдыхать.

— Капитан, мы на месте. Там три научные базы. Похоже, мы нашли место, где могут держать адмирала Кахоку.

— Я тоже об этом подумал, Джокер. — Шепард прибрал постель и выпил стакан воды. — Дай картинку мне на экран в каюте.

— Сделано, капитан.

— Принял, спасибо.

Когда "Мако" приземлился, Шепард, сидевший за рычагами управления, увидел на экране, что позади начавшей движение машины есть признаки месторождения. Подведя машину ближе, он понял, что не ошибся. Это было крупное месторождение палладия. Следующую остановку команда сделала у зонда, выпотрошив который члены группы получили дополнительное оружие и опции к нему. Направляясь к месту, обозначенному как аномалия, Шепард проложил курс мимо одной из трех научных баз и по ходу разоружил ее, расстреляв два тяжелых орудия.

Аномалией оказалась очередная протеанская пирамида, в которой Шепард лично нашел новый диск с протеанскими данными. Команде Нормандии стало везти на редчайшие артефакты. Теперь можно было зачистить обезоруженную научную базу. Что и было сделано. — Шепард осторожно подвел транспортер ко входу в подземный контур базы. За синеватым барьером находилась рабочая особь рахни. Отключив барьер, Шепард пристрелил рахни и уничтожил немногочисленных сотрудников "Цербера", вероятно, наблюдавших за жуком.

— Похоже, на этой планете есть и другие базы "Цербера", капитан. — сказал Рекс, когда последний церберовец упокоился.

— Возможно. Давай их также зачистим. Похоже, на этой планете кроме этих подземелий ничего нет интересного. — Шепард вывел группу на поверхность, сел за рычаги и вскоре достиг пределов другой базы. И здесь его удивил Рекс.

— Одним выстрелом два орудия? — не веря своим глазам спросил Шепард, видя раскуроченные основания пушек "Цербера". — Ты больше чем молодец, Рекс.

— Спасибо. — Рекс и сам был удивлен случившимся. Но Тали ясно видела, что выстрел был один, а оба орудия одновременно разлетелись на мелкие кусочки. — Я и сам не знаю, как так получилось.

— Ничего, пройдем внутрь, может чего полезное найдем.

— Приз? — по-детски обрадовался кроган.

— Возможно. — уклончиво сказал Шепард.

На второй базе вместо рахни было несколько ползунов торианина, которых соратники Шепарда уложили, едва только рассеялось синеватое защитное поле. Сложнее было с сотрудниками "Цербера" — там был еще один сильный биотик и Шепард едва не оказался на полу. Но обошлось — его мастерски застрелила Тали.

— Давайте отправимся на следующую базу, Шепард. — довольно пророкотал Рекс. — Такие задания мне по душе.

— Нет проблем, Рекс. Третья база ждет нас. — ответил Шепард и выведя спутников из подземелья, посадил их в "Мако". — Вперед. — он сел за рычаги и через несколько минут транспортер остановился там, где было удобно расстрелять пушки "Цербера". Рекс двумя выстрелами разнес орудия и Шепард смог быстро подвести транспортер ко входу в подземный комплекс. Группа вломилась в подземные этажи здания как ураган. Сотрудники не успели даже раскрыть рта, как слаженные очереди штурмовых винтовок не оставили им и малейшего шанса на выживание. Отключив барьер, Шепард увидел мелких жуков, похожих на личинки рахни. Но основное его внимание привлекло тело адмирала Кахоку. На его руке виднелись следы иглы.

— Он умер не от укусов, Шепард. — Тали разогнулась, гася экран инструментрона. — Его умертвили сотрудники "Цербера".

— Мы знаем теперь, где главная база группы. — Шепард обвел взглядом сопартийцев. — Джокер, готовь "Нормандию" к полету. Просчитай маршрут. Скопление Вояджер, система Колумбия, планета Нефрон.

— Понял, капитан. К вашему возвращению корабль будет готов к немедленному отлету в указанную точку.

— Возвращаемся на поверхность. — Шепард посмотрел на Рекса. — Забери тело. В отличие от них. — стволом штурмовой винтовки он указал на синевшего в углу биотика-штурмовика "Цербера". — я хочу, чтобы Кахоку похоронили со всеми полагающимися адмиралу почестями.

— Хорошо, Шепард. — сказал кроган, взваливая тело адмирала на плечо.

Транспортер свалился на планету как карающий удар возмездия. Шепард с места выжал скорость и машина рванулась вперед.

— Сначала разбираемся со всей мелочью и напоследок оставляем главную базу в подземном сооружении. — пояснил Шепард избранный им на планшете транспортера курс.

— Поддерживаю, Шепард. — сказала Тали, пересаживаясь за управление орудием.

— А я поближе к выходу сяду, буду детальки таскать.— сказал Рекс.

— А вот и первая деталька. Опять лига Единения и ее капитан. — сказала Тали, сверив планшет транспортера и свой инструментрон.

— Отметь подземное сооружение, а я пока разберусь с его внешней охраной. — Шепард старательно прятал транспортер за гребнями скал. — только люди и никакой артиллерии? — удивленно спросил он, видя как бегают вокруг круглой шайбы входного контура бункера охранники в скафандрах. — У "Цербера" здесь явно нехватка персонала. — он увеличил скорость. — Тали, определи, что там за обломки впереди.

— Обломки двигателя, Шепард.

— Рекс, сможешь быстро выпотрошить его?

— Нет проблем, Шепард. — кроган выскочил из транспортера и через пару минут возвратился. — ничего особо ценного. Можно ехать брать эту базу за жабры.

— Едем. — Шепард крутанул машину почти на месте. Через несколько минут они были у входного контура. Перестреляв оказавших слабое сопротивление боевиков "Цербера", группа ворвалась в дальнее помещение и Шепард сразу подошел к консоли.

— А они пытаются уничтожить данные. Скопируйте побольше, Шепард. А то что они зашифрованы — не беда. — Тали стояла слева от Шепарда и смотрела на индикатор копирования. — У нас еще будет время их раскрыть.

— Копирование закончено. Память компьютера чиста. — пробормотал Шепард, вынимая блок памяти. — Все, нам здесь нечего делать. По крайней мере в этом скоплении работа группы "Цербер" парализована.

— Какие планы дальше, Шепард? — спросил Рекс.

— Возвращаемся на Цитадель. Я поговорю с Гаротом, проинформирую его о смерти брата. Нельзя оставлять человека в неведении с такой информацией. Немного отдохнете, буквально сутки — и бросок на Новерию.

— Разумно, Шепард. — сказал кроган.

— Тогда вперед, на поверхность. — распорядился капитан и первым пошел к выходу из комплекса.

— Капитан, корабль к полету к Цитадели готов. — Джокер был рад видеть капитана.

— Вольно. Спасибо. — Шепард пожал руку пилоту. — Давай, потихонечку. Передай, что по прибытии на Цитадель вся команда получает сутки увольнения и отдыха. Затем — Новерия.

— Хорошо, капитан.

Лично придя в Башню Цитадели, Шепард сообщил мужчине о смерти его брата и выразил искренние соболезнования. На этом его неотложные дела и мотания по планетам заканчивались и Шепард уединился в арендованной квартире, чтобы о многом подумать.

========== Глава 37. Разговор Шепарда с полковником Семеновым. Проблема "Цербера" ==========

— Жнецы работают с "Цербером" по системе троянского коня, капитан. — полковник Семенов привычно закрыл дверь капитанской каюты на блокировку. — все руководство этой организации индоктринировано. По схеме длительного действия.

— Трехглавый пес?

— Именно. Первая голова — жнецы, вторая — индоктринированные прислужники и третья — сознательные предатели своей расы.

— Про первых двух — понимаю, согласен. Но третьи...

— Капитан, азари, как вы могли убедиться, совершенно не представляют из себя что-то особенное. Они не смогли довести до возможного совершенства свой спецназ и предпочитают решать как они выражаются, дело мирными переговорами и договоренностями. В современном нам с вами мире подобная однобокая политика обречена на провал. Чтобы компенсировать очевидный недостаток воинственности, азари держат за горло слишком дисциплинированных турианцев, которых просто низводят забюрократизированностью процедур.

Гаррус Вакариан — слишком хороший пример, доказывающий справедливость такого вывода. Армейская обещственная структура турианцев в силу этого не может нормально развиваться в комплексной гармонии и обе вроде бы ведущие цивилизации вынуждены обращаться к слабосильным физически, но чрезвычайно разумным саларианцам, которые, кстати, также не упускают своих шансов получить свою прибыль сразу из двух источников. И тем не менее азари, турианцы и саларианцы — главные виновники будущей трагедии, первый акт которой мы уже видим: переход "Цербера" в статус активной антигуманной организации. Бороться с нею чрезвычайно трудно — никто не готов встречаться с подобной опасностью лицом к лицу.

— Но туманность Вдовы буквально увешана турианскими и азарийскими дредноутами. Вам же это хорошо известно, полковник.

— А зачем дредноуты у замаскированного ретранслятора? — Семенов прямо взглянул в глаза капитана.

— И азари с турианцами и саларианцами...— Шепард явно осторожничал. Будучи Спектром по званию, ему не хотелось разочаровываться в идеалах этой организации. Семенов тем не менее продолжал:

— Больше всего боятся паники на Цитадели. Хотите доказательств?

— Очень. — Шепард кивнул.

— Хранители. — коротко сказал командир "Линии"

— Эти роботизированные жуки. Биороботы? — во взгляде капитана Нормандии явно прочиталось недоверие.

— Если помните, они шастают по всей Цитадели. А вам, как Спектру, должно быть ясно, что вы, как разумное существо, в собственном доме не потерпите без исчерпывающих пояснений чужой неподвластный вам разум. Ни советники, ни бюрократы-чиновники не желают, чтобы другие разумные существа узнали хрантелей ближе.

— А тот саларианец...

— Который пытался просканировать три десятка хранителей? Вы же прекрасно понимаете, капитан, что ему просто никто не поверит, да и рта раскрыть не дадут. Второе доказательство приводить?

— Да. — Кивок подтвердил готовность капитана выслушать нечто большее.

— Архивы Цитадели. Я уже спрашивал вас о них, Спектр, если помните. И вы знаете, что никто из Совета Цитадели не желает, чтобы их содержимое выплыло наружу. А ведь архивы — это только часть скрытых от общего и специального открытого доступа зон Цитадели. Полный беспорядок в характеристиках этой станции — также дело рук Совета. Согласитесь, есть, к примеру, ощутимая разница в том, следует ли эвакуировать три или сорок миллионов жителей.

— Огромная разница. — в кивке Шепарда чувствовалось согласие с аргументацией командира "Линии"

— Третье доказательство — монумент ретранслятора у башни цитадели. Много ли вы, Шепард, видели гудящих, как трансформаторы, памятников?

— Гм. Ни одного сейчас не припоминаю, полковник.

— В районах, прилегающих к зонам центрального управления по стандартам безопасности не должно быть никаких памятников, которые бы таили в себе угрозу или могли бы быть использованы врагом. Этот монумент — один из таких троянских коней. Если вы помните, любой ретранслятор работоспособен, условно говоря, в горизонтальном положении. А этот ретранслятор-монумент занимает вертикальное положение. В космосе, безусловно, все относительно, но рано или поздно найдется человек, который заинтересуется, почему главное средство передвижения между мирами Млечного Пути занимает, мягко говоря, нестандартное положение. А учитывая остроту слуха у многих рас можно утверждать, что отлоцировать источник звука для них также не составит ни малейшего труда. Если в космосе гудение гигантских катапульт — ретрансляторов не слышно по причине отсутствия любой атмосферы, то уж на Цитадели под ее прозрачными силовыми щитами... Но политики-советники чаще всего не собираются снисходить до объяснений, пресслужбы бюрократической пирамиды просто отмалчиваются, а в остальном людям становится все равно, какое там положение занимает монумент, который находится в зоне явно не общей доступности. У большинства жителей и гостей Цитадели и без того достаточно проблем и вопросов.

— У вас есть и другие доказательства?

— Есть, капитан. Как же не быть. Вы офицер ВКС, знаете, что везде должны быть управляющие структуры с соответствующими пультами, кнопками, переключателями. Но даже Спектры не знают, где эти пульты на Цитадели. Кроме того, советникам вполне все равно, откуда и как управляется цитадель — им это без разницы. Но вот вопрос — никто не скрывает, что цитадель может сложиться, закапсулироваться и за последние триста лет никто не видел как и почему это происходит. Ко многим частям Цитадели даже инженеры еще не добирались, а между тем один взгляд на механизмы крепления лепестков укажет, что Цитадель может не только закапсулироваться. Она может и раскрыться, как цветок. И именно в этом случае она сработает как ретранслятор с наибольшей мощностью. Никто из живущих в башне цитадели или на поверхности лепестков не сможет ничего сделать, просто не успеет.

— Жестоко вы стелете, полковник. — Шепард присел и отпил из бокала немного воды. — Вот, приучили меня пить только воду.

— Вам, как Спектру и капитану фрегата специального назначения, двадцать четыре часа в сутки необходима свежая голова. Цитадель сможет сработать и не как ретранслятор, а как гигантский транспортер, если закапсулируется. В таком положении она способна сгенерировать энергию, достаточную, чтобы лучом достать до ближайших планет и разрезать их на несколько частей.

— Впечатляет.

— Очередное доказательство — никто в пространстве Цитадели не желает возводить второй центр управления Млечным Путем. Все замыкается на эту гигантскую станцию. Когда было принято решение о закрытии всех программ альтернативной дальней транспортировки?

— Достаточно давно, очень давно, полковник.

— Вот. Значит, советники Цитадели и иное руководство не желают, чтобы рядом с ретрансляторами выросла сеть других, способных стать основными структур транспортировки огромных кораблей и множества грузов и живых существ. Согласитесь, при всем разнообразии решений такую позицию не следует считать независимой...

— От внешнего управления. Цепочку вы выстроили — дух захватывает.

— Это только кажется, что управление — внешнее, капитан. — Семенов, казалось, так и не отлипал от стенки, к которой прислонился, скрестив руки на груди. — На самом деле данные информационной разведки по делу "Цербера" указывают на то, что управление, по-вашему определению являющееся внешним, все больше становится внутренним. Поводки проникают в управляющие структуры цивилизаций и систем, берут под контроль ключевые административные единицы и подчиняют их чужому, вне всякого сомнения, управлению. Мы проникаем в космос — космос проникает в нас. Но здесь в нас проникает темная сторона космоса.

— Вы же сами сказали, что мы — не святые.

— Святых в Млечном Пути действительно нет. Но и особой черноты не наблюдается. Есть некий безопасный баланс, который теперь пытаются нарушить.

Капитан Шепард встал, остановился напротив стоявшего у стены Семенова.

— И почему мне кажется, что вы, полковник, все знаете наперед?

— Потому что на самом деле нет в Млечном Пути до сих пор системы тотального управления, а те структуры, что есть, слишком инертны. Мы, экипаж "Свитка", не просто собираем информацию, мы ее анализируем, раскладываем до мельчайших частиц, устанавливаем связи. И потому можем прогнозировать развитие ситуации с достаточной точностью и полнотой. В данном случае — мы — экипажи "Свитка", "Линии" и "Нормандии" вступаем в противодействие с организацией, которая находится в структуре Человечества. И поэтому наиболее опасна, будучи зараженной извне. Хорошо иметь опасность на расстоянии. Гораздо хуже, если эта опасность уже в мельчайших частичках тебя самого. Организация, провозглашающая приоритет человечества, на самом деле является его, человечества, гарантированным могильщиком. Потому что управляется не людьми. И, как вы поняли, капитан, Цитадель и ее пространство также управляется не азари, турианцами или саларианцами. Это — внешняя сила. И она даже не в жнецах.

— Полковник, вы меня заставляете широко раскрывать глаза.

— Это хорошо. Потому что на самом деле Жнецы — инструмент, а не центр управления.

— Настолько совершенные машины...

— Как бы они ни были совершенны, они все равно машины.

— Вы о той теории одного саларианца, который утверждает, что Жнец по виду похож на креветку, а значит, сделан по образу и подобию живого существа?

— Не только. Жнецов можно уничтожить, но они были созданы из уничтоженных цивилизаций.

— Вы снова о Цикле?

— Капитан, в нашей земной жизни и в жизни вселенной полно циклов. Газон надо подстригать регулярно, человеку надо регулярно принимать пищу, мыться, спать.

— Адмиралу Кахоку уже не нужно. — Шепард вернулся к рабочему столу, сел в кресло.

— Доктор Чаквас написала в отчете, что он умер не от укусов живодеров, запертых вместе с ним. Банальные два укола. Два вещества, соединившиеся в одно уже в теле жертвы и приведшие адмирала к неминуемой смерти. Это означает, что они не добились от адмирала никакой информации. Это также означает, что с "Цербером" можно и нужно бороться, можно и нужно побеждать. — Семенов опустил руки и отошел от стены. — Я пойду, надо посмотреть развертку ситуации. Скоро мы пойдем на Ил, а там... Придется многое решать.

— И мне будет о чем подумать. Благодарю, полковник.

— Честь имею, капитан. — Семенов покинул каюту командира "Нормандии".

========== Глава 38. На пути к Новерии. Проблема Лиары и Бенезии ==========

Как только капитан Шепард возвратился на борт фрегата после суточного отдыха на Цитадели, он подошел к главному пульту и распорядился, чтобы Джокер взял курс на Новерию. В тот же момент с ним по спикеру связался Захар Семенов:

— Капитан, прошу разрешения на разговор в вашей каюте.

— Хорошо, полковник. Через пять минут.

— Принято. — полковник Семенов отключился.

Ровно через пять минут командир "Линии" вошел в просторную капитанскую каюту и заблокировал за собой дверь. Капитан Шепард, сидевший за дальним от входа пультом, указал на кресло рядом с собой. Вошедший сел.

— Капитан, вот данные, которые наши информационники сняли с серверов Новерии, в первую очередь — из закрытых баз данных. — Семенов достал из кармана пачку ридеров и стал ждать, пока капитан ознакомится с информацией. — Как видите, кривая напряженности начинает расти.

— Вы полагаете, что Бенезия выполняет приказ Сарена о подготовке армии рахни? — Шепард вчитался в текст на одном из первых в стопке ридеров

— Более чем уверен в этом. Секретность хороша для гражданских, но для военных она не представляет проблемы. Прикрываясь акционерным обществом можно делать все что угодно, но это не значит, что у нас с вами не найдется противоядия. — кивнул Семенов.

— Вы об индоктринации Бенезии? — Семенов взял следующий ридер.

— Да. — очередной кивок командира "Линии".

— И...

— Ситуация может сложиться так, что нам придется ликвидировать Бенезию в ходе боестолкновения. — без эмоций произнес Семенов. — А у вас на борту — ее дочь. И она, как доложила мне Аврора и подтвердила наша медик, очень недовольна тем, что вы не взяли ее в экспедицию на Ферос. Более того, наша медик убеждена, что Лиара чувствует — впереди — возможная встреча с матерью. — Шепард обратил внимание, что Семенов восседает в кресле в позе статуи и почти не двигается.

— Бенезия транспортировала на Новерию большой спецконтейнер и несколько контейнеров поменьше. Все это она перевезла в лабораторию на "Вершине-15", которая достаточно изолирована для исследований кризисного уровня. Вы полагаете, что... — Шепард поднял на собеседника глаза, ненадолго прервав чтение информации с очередного ридера.

— Капитан. Мы не полагаем, мы знаем. — Семенов подал командиру Нормандии ридер, который достал из кармана. — В контейнере — королева Рахни. В настоящее время она уже находится в лаборатории в изоляционном цилиндре. Королеву пытаются заставить командовать меньшими по рангу рахни в интересах Сарена и Бенезии. "Вершина-15" вскоре будет наводнена безмозглыми рахни, которые отказываются слушаться королеву по той простой причине, что их постоянно перепрограммируют и Сарен и Бенезия. Королева — живое мыслящее существо, а ее пытаются использовать как родильный агрегат и программатор для киберов. Огромную роль в давлении на королеву играет Бенезия. Она практически постоянно там. Королева Рахни почти круглосуточно под ментальным давлением Бенезии. — Семенов сделал паузу. — У нас есть возможность получить для себя спящего могущественного союзника. Если мы избавим королеву от издевательств со стороны Бенезии. Хотя, конечно, ситуация может сложиться и так, что мы будем вынуждены исключить возрождение расы рахни, убив королеву.

— Но в качестве противовеса, полковник, у нас есть угроза нелояльности Лиары Т Сони.

— Лиара и так не слишком умна и рассудительна в силу своей молодости и недостаточного профессионализма. Она, конечно, капитан, не общалась с матерью очень долго, но что такое "долго" для нас, живущих сто лет и что такое "долго" для существа, продолжительность жизни которого достигает тысячи лет и намного превышает эту цифру? Я бы не стал рассчитывать на ее высокую лояльность к нашим интересам и целям, поскольку она азари. А азари — ключевая раса Цитадели, которая на самом деле не слишком то и готова к управлению подобным комплексом в виде Млечного Пути. Именно советник-азари раз за разом отказывает исследователям из состава всех рас, располагающих учеными, в праве изучить архивы Цитадели. Советник-турианец и тем более — советник-саларианка не видят в стремлении ученых погрузиться в архивы гигантской станции никаких особых проблем. Но для допуска в архивы нужно полное согласие всех трех советников. — Семенов достал еще один ридер и Шепард, просмотрев недлинный текст, убедился в том, что выводы командира "Линии" имеют под собой прочные основания.

— Полагаете, что Лиара окажется перед выбором?

— Между верностью матери и неприемлемостью ее давления на королеву рахни. — подтвердил Семенов. — И это только часть звезды выбора.

— А если не брать ее на высадку?

— Капитан, Бенезию все равно в определенной ситуации может потребоваться ликвидировать. — Семенов достал еще один ридер. — Вот данные, которые нам удалось достать по проблеме индоктринации в связи с возможностями Бенезии. Сарен не сможет позволить себе держать вне полного контроля матриарха азари — сильнейшего биотика из доступных на этот момент верному рабу Властелина. Это означает, что Бенезия будет опасна, она без применения спецметодов сможет вырваться из под управления Сарена на несколько десятков секунд, но потом Сарен уничтожит ее за попытку остаться самой собой. И сделает это под диктовку Властелина. В случае отсутствия рядом Лиары нам придется приложить массу усилий, чтобы убедить ее в невозможности иного выбора. Сами понимаете, что даже прямая видеозапись происшедшего с детальной аудиозаписью не смогут до конца убедить Лиару в отсутствии у нас возможности найти иной путь разрешения проблемы.

— Азари единственные в этом временном отрезке обладают приближенным к идеалу биологическим аналогом технологии слияния разумов. Полагаю, полковник, без Лиары на этой высадке мы не обойдемся. Она должна видеть и ощутить всю подоплеку ситуации. Быть рядом с матерью в ее последние минуты, особенно, если Бенезия сможет ненадолго вырваться из объятий Сарена. — убежденно проговорил Джон Шепард.

— Полагаю, вы приняли решение, капитан. — Семенов собрал ридеры и направился к выходу из каюты. — Наша обязанность, обязанность экипажа "Свитка" — дать вам возможность избежать крайних ситуаций. И мы в этом вам поможем. Встретимся перед самой высадкой на Новерию.

По пути в трюм ему никто не встретился, чему полковник уже давно перестал удивляться — статус его группы на Нормандии был уникальным и мало кто без особой необходимости стремился войти с ними в контакт. Вот и сейчас он спокойно закрыл за собой крышку люка трюма и направился к себе в выгородку.

========== Глава 39. На пути к Новерии. Разговор Семенова с Джефом Моро ==========

— Полковник. — Джокер ненадолго покинул свое кожаное кресло в пилотской кабине и, несмело ступая, приблизился к командиру "Линии". — Скажите, полковник, это. — он указал на свои вполне нормальные ноги. — была ваша идея?

— Хотите знать точно, Джеф?

— Да. — серьезно ответил Моро.

— Тогда идемте к вашему креслу. Вам еще рано делать такие длительные вояжи по кораблю. — коротко усмехнувшись, сказал Захар Семенов. Пилот кивнул и они вдвоем вошли в пилотскую кабину. Устроившись за пультами, Моро не торопился отключать автопилот.

— Моро, я бы хотел, чтобы вы поняли меня, нас правильно. Вы лучший пилот, которого можно было найти в этой Галактике среди людей. И это не дежурный комплимент. Но вы одновременно и воин. Мы хотели, чтобы ключевая фигура экипажа корабля в части пилотирования фрегата не испытывала проблем, которые прямо влияют на ее боеспособность.

— Но не я один...

— Моро, в данном случае у нас нет права давать землянам сложнейшую универсальную вакцину от этой достаточно противоречивой болезни. Мы дали ее вам лично, поскольку заинтересованы в том, чтобы вы встали в строй и больше никогда не чувствовали себя бессильным. Я видел вас в пилотировании, я видел вас за пультом, я видел вас с экипажем. Вы созданы, чтобы пилотировать этот корабль, так кроме вас никто не сумеет. И я хочу, чтобы вы смогли реализовать себя не только за пультом "Нормандии". Вы вполне заслуживаете большего. Я не зря сказал, что вам еще рано так много ходить по кораблю — несмотря на вакцину, процесс выздоровления очень длительный. Вы его ускоряете по собственному желанию и разумению, я это знаю и это нормально. Вы же знаете, что я сказал капитану Шепарду — мы не хотим, чтобы кто-то из ключевых членов экипажа Нормандии погиб. И дав вам вакцину, мы лишь отодвинули от вас возможность погибнуть в силу ограниченности ваших физических возможностей. Вы нужны "Нормандии", Вы нужны экипажу. Вы нужны Земле и ее людям.

— Полковник...

— Джеф, я и так сказал много. Вы еще не совсем выздоровели и полное выздоровление наступит не скоро. Но уже сейчас вы способны на очень многое. Если кто и способен дать возможность Шепарду догнать этого беглого Спектра — то это вы. В конечном итоге в каждом человеке заложена вакцина против его болезней. И часть этой вакцины вы, Джеф, сумели использовать и без нашей помощи. Остальное... Скажем, мы просто помогли вашему организму сконцентрироваться на проблеме и начать ее побеждать. Медленно, болезненно, но — побеждать. И вы здесь снова играете первую роль. Мы — только помогаем. Вакцина, кстати, Джеф, сугубо индивидуальная. Для любого другого пациента потребуется создание другого варианта вакцины. А универсальная вакцина и для нас — сложная задача. Не время сейчас нам отвлекаться на ее решение.

— Полковник, вы не понимаете, что вы для меня сделали...

— Возможно, Джеф. — без улыбки заметил Семенов. — Возможно. Но это ваше мироощущение, а не мое. Извините, мне надо вернуться к себе. — он направился к выходу из пилотской рубки. Джеф полуобернувшись, недолго смотрел ему вслед.

========== Глава 40. На пути к Новерии. Разговор Гарруса и Шепарда о межрасовых браках ==========

— Капитан, можно к вам? — на пороге стоял Гаррус Вакариан.

— Заходите, Гаррус. Присаживайтесь. — следуя совету Семенова, который он принял как свой собственный совет самому себе, Шепард выставил на столик турианскую еду и напитки, после чего предложил гостю присесть в удобное для турианцев кресло.

— Если позволите, капитан, сугубо конфиденциально.

— Хорошо, Гаррус. — Шепард, не вставая, заблокировал дверь капитанской каюты и опустил на иллюминаторы крышки заслонок.

— Капитан, как вы относитесь к межрасовым бракам? — по туриански прямо и честно спросил Гаррус. Его волнение выдавали только нервные подергивания мандибул и пальцы обеих сильных и быстрых ног, которые, казалось, расходились и сходились на немыслимые углы.

— Гаррус, ты полагаешь, что собирая уникальную команду, я не просчитал этот вариант? — спросил Шепард.

— В СБЦ мне говорили, что теория — одно, а практика — совсем другое. — сказал Гаррус, едва сумев успокоить движения пальцев своих ног.

— Гаррус, я только капитан корабля. Я не могу приказывать вам или что либо советовать в таких сферах.

— Шепард. — глаза турианца потемнели. — Всем на борту Нормандии ясно, что без вас...

— Гаррус. Я знаю, что вы и Тали Зора — уже давно больше чем просто друзья. И если ты считаешь, что Тали — то, что для тебя лучше всего, кто я такой, чтобы отговаривать тебя? А насчет твоего вопроса... Я нормально отношусь к межрасовым бракам. В конечном итоге в галактике Млечный Путь собрались представители множества рас и было бы неправильно полагать, что между ними никогда не возникнут глубокие взаимоотношения.

— Спасибо, капитан. — турианец встал, подошел к двери, где сияла зеленая иконка снятия блокировки.— Вы заставили меня еще раз подумать о многом. Я ценю это. Очень. — с этими словами он вышел из каюты капитана.

Он спустился в инженерный отсек. Дежурный инженер отошел поближе к ядру массы и Гаррус смог подойти к пульту, за которым работала Тали. Обернувшись, она узнала в полутьме отсека подходившего турианца и ее глаза осветились теплым голубоватым светом.

— Гаррус... — она погладила турианца по плечу.

— Я был у капитана. Он согласен. — шепотом сказал Гаррус, обнимая кварианку.

— О, Кила... — только и смогла сказать Тали. — Неужели...

— У нас все будет, Тали, обещаю. И дом, и свадьба...

— И все остальное... — Тали обняла турианца.

— Если ты захочешь... — промурлыкал Гаррус.

— Что-ж. Будем ждать этого момента и делать все для его приближения. Ты выглядишь усталым, Гаррус. Иди и отоспись.

— Ладно, Тали. — Гаррус расцепил объятия и внимательным взглядом окинул возлюбленную. — Да и ты тут не задерживайся, Тал... Не истощай себя. Пожалуйста.

— Ты прямо как Лиара, зажатая в протеанском поле... Пожа-а-луйста. — усмехнулась кварианка и Гаррус почувствовал, что его шутка удалась. — Ладно, Гар. У меня еще тут на час работы, а потом я — слово даю — до утра буду спать без сновидений.

— Я бы хотел и со сновидениями.

— Как получится, как получится. — произнесла приглушенно Тали, провожая взглядом уходившего из инженерного отсека турианца.

========== Глава 41. Окончание трансформации Шепарда. Разговор Семенова и Ивановой ==========

Семенов и Иванова были довольны. Джон Шепард расправил плечи, за которыми явственно угадывались крылья. Он стал истинным капитаном, командиром, начальником, руководителем, другом, братом, самым близким человеком для почти шестидесяти членов экипажа лучшего фрегата Военно-космических Сил Альянса Систем. Он прошел трудную школу высадок, школу ночных бдений над картами, расчетными схемами, графиками сопряжений ситуаций. Позади были многочасовые разговоры. Теперь в капитанской каюте Нормандии находился человек, перед которым невозможно было устоять. И который мог устоять везде. В самых сложных условиях.

Он научился виртуозно владеть триадой отношений. И понял одно — сколько бы он ни знал, все равно этого будет мало и потому надо постоянно учиться, а не хвастаться своими достижениями. Он был готов учиться месяцами и был готов применять свои знания, умения, навыки. Но он также знал, что пока находится только в начале пути.

— Может, дать ему возможность спасти Сарена Артериуса? — хитро прищурившись, спросила Аврора Иванова.

— Авра, пусть он сам решит. Полагаю, он уже достоин принимать такие решения. Уничтожить Властелина — долг, спасти одного разумного от его пагубного влияния — честь. Шепард может помочь ему сделать этот очень непростой выбор. Но это будет только его, Шепарда Джона выбор. — ответил Захар Семенов. — Знаю, теперь он освоил Темп и решения убыстрятся. Станут точнее, весомее. Это — хорошо.

— Пожалуй, теперь он прикроет Лиару от ее матери надежно. Даже очень надежно. — сказала Аврора.

— А если дать ему возможность защитить Бенезию от Сарена? Оторвать ее, скинуть с поводка. — предложил неожиданно для самого себя полковник Семенов.

— Хочешь сказать, Лиара по гроб жизни будет обязана Шепарду? — с неудовольствием сказала Иванова. — Нет, Лиара не такая. Да и биологию здесь не обманешь — тысяча и сто — сто двадцать лет — слишком разные показатели. Горевать о нем будет. Плакать — будет, вспоминать — будет. Но зачем ей себя хоронить?

— Кто хоронить? — Семенов усмехнулся. — Лиара — себя хоронить? Да за это зрелище и репортаж о нем любую журналистскую премию на дом принесут и на коленях принять попросят. Только Лиара Т Сони не доставит никому такого удовольствия, Авра.

— Никому? — удивленно спросила командир "Линии".

— Ни-ко-му. — по слогам сказал Семенов. — Шепард не позволит никому похоронить Лиару. Знает ли он или не знает, но она стала членом его основной ближней команды, за нее он черту рога переломает и хвостом ноги с копытами замотает. Не зря ведь он отстранил Тали Зору, которую оттаскал за собой все планетные высадки. Не зря! Он купил ей, Лиаре, лучший скафандр, лучшее оружие, лучшие опции для него. Он знает, что так Лиара выиграет, так она выживет, так она сможет достичь большего. Стоило кварианке пожаловаться — и вот, Лиара оттеснила ее в группе высадки. Знает ли она о возможной встрече с матерью? Знает, не маленькая. Боится? Еще как боится. Но идет. Идет, потому что знает — Шепард ее в обиду не даст. А Рекс поможет не дать. А стоящая чуть сзади, но рядом — Тали Зора — ее лучшая подружка — подстрахует там, где мужики не смогут. По понятным причинам. А саму Зору подстрахует Гаррус. Даже Эшли Уильямс — и та под солдафонством прячет истинное уважение к Лиаре, которая не боится сейчас признаваться, что она — чурбанчик неотесанный во взаимоотношениях с таким разнообразием рас. — Семенов перевел дыхание, замолкая.

— Ну, сказанул. — Аврора одобрительно улыбнулась. — прямо на скрижали можно записать. Аж заслушалась. Ты полагаешь, что Т Сони он взял не на одну высадку на Новерию?

— А это уже ему решать, командиру и капитану "Нормандии", первому Спектру-человеку. Да не беспокойся, не влюбился он в Т Сони, не влюбился. Пока что. — ответил полковник

— А все же, что ты предлагаешь? — заинтересованно спросила его коллега.

— Честно? — хитро прищурившись, спросил Семенов.

— Честно. — четко и просто ответила Аврора.

— Властелин будет так или иначе уничтожен. На это сил у здешних лучших и сильнейших рас хватит. Это означает, что любые издевательства над Сареном и Бенезией — неправомерны и должны быть преодолены освобождением. Освобождением от опеки Властелина над этими двумя. Освобождение смертью — возможно, но не нормативно. Шепард не убил Шиалу, хотя руки у него чесались. Он не убивал биотиков эль-вторых, хотя пришлось им прострелить ноги, чтобы немного утихомирились. Он не давил, а уговаривал. Не угрожал, а просил. Сарен Артериус и Бенезия Т Сони... больны. В наших силах помочь Шепарду их вылечить. Их возвращение в общество в качестве полноценных членов — лучшее доказательство силы рас этого цикла в Млечном Пути. Мне не нравится гаснущая Бенезия и превращающийся в красное пугало Сарен. Слишком напоминает ненорматив. Совет не контролирует Млечный Путь полностью, Тессия не полностью контролирует матриархов. Что, выйти с огромным талмудом, в котором записаны все их проколы и пригвоздить к позорному столбу? У нас с тобой, у экипажей "Линии" и "Свитка" есть такой фолиант, можем на бумаге в три минуты изобразить, если потребуется. Но будет ли такой шаг с нашей стороны оптимальным? Будет ли он необходимым? Бенезия прекрасно понимает, как профессионал — биотик, что Сарен просто попал под влияние более сильного, а она сама — не под влиянием Сарена, а под влиянием того же более сильного. Так что, это основание для Бенезии и Сарена друг другу глотки вырывать? Нет. Исчезнет Властелин — исчезнут противоречия. А два взрослых разумных существа уж как-нибудь договорятся между собой. Нет. Спасать надо обоих. Да, Сарен пострадает до самого финала существования Властелина, хотя можно дело остановить на этапе перед трансформацией в красное пугало, но Бенезию надо вытаскивать уже сейчас. Убежден в этом. Властелину от этого — ни холодно ни жарко, у него пока есть Сарен. Да и вообще Властелину, как одному из верховных Жнецов никто из органиков не нужен в принципе.

— А Лиара? — Иванова посмотрела на коллегу полными слез глазами. — Ты хоть понимаешь...

— Если бы я не понимал, я бы не разглагольствовал тут столько. Тихо бы убрался куда-нибудь и прикинулся доской пола. Лиаре, маленькой девочке, которой по великому недоразумению вручили диплом доктора археологии и отправили с глаз долой в самые затюреные углы раскапывать никому не нужные черепки, нужна мать. Ма-ма. Отец — азари тоже подойдет, мы его с тобой уже давным давно вычислили и экипаж "Свитка" взял под наблюдение. Но девочке нужна мама. Не дело подставлять Шепарда под необходимость смотреть, как дочь провожает угасающую мать. Не дело заставлять элитный десант Тессии стрелять в людей только потому, что какому то Властелину этого очень захотелось. Не дело заставлять царицу Рахни выбирать, кто ей будет милее живым — люди или азари. Можно и побегать, и пострелять, и получить пару — тройку травм, но такое терпеть — явно не дело. Дело может кончиться ардат-якши. Сама знаешь, что этот "демон ночного ветра" — не картинка из ужастика, а реальность. На всех их юстициаров точно не хватит.

— И...

— И нам с тобой придется выстраивать ситуацию так, чтобы Лиара смерти Бенезии не увидела вообще. А увидела воскрешение самого родного человека на свете. Для царицы Рахни это будет уроком на всю гигантскую жизнь. Может, она дочек чему-то подобному научит. Со временем. Заметит Властелин уход Бенезии? Заметит. Пусть замечает. На стороне Бенезии теперь множество разумных существ. Она не одна. А Сарену будет легче сделать шаг к свету, когда он увидит, как сделала этот шаг Бенезия Т Сони. И знаешь, Авр... Это вполне сможет сделать Шепард. Нашего с тобой присутствия там может и не понадобиться.

========== Глава 42. Группа высадки. "Вершина 15". Путь к станции "Расселина" ==========

— Так бы и перестрелял всех этих заторможенных бизнесменов. Хорошо хоть сама станция "Вершина-15" не блещет разнообразием. — Рекс был явно зол. — Надо только понять, как нам догнать эту сдвинутую азари. — он озирался, поглаживая дробовик. — И куда дальше?

— По данным системы информации есть вероятность критической ситуации. — сказала Лиара. — В действие могли быть пущены аварийные протоколы уровня "катастрофа". Это предполагает возможность того, что станция и ее подчиненные помещения будут расстреляны с боевых станций при условии, что ситуация окончательно выйдет из под контроля.

— Каковы твои предложения, Лиара?

— Пока что я не вижу признаков катастрофы. Надо запускать реактор, активировать связь и наземные линии транспорта. — ответила азари.

— Ага, сейчас. — Едва только открылись двери, как членам группы пришлось стрелять по мелким зеленым жукам, плюющимся прилипчивым ядом. — Может, пора поменять представления о катастрофах? — Рекс стукнул кулаком по консоли двери. — Работать отказывается. Отсылает к виртуальному интеллекту.

— А он зависит от центрального компьютера. Шепард, придется перезапуск делать. Тут нужен либо уни-гель, либо мы можем потерять кучу времени и сил на поиск комбинации перетасовки блоков памяти.— Лиара опустила дробовик и копалась в инструментроне, до боли напоминая кварианку.

— Придется воспользоваться ценным уни-гелем. Сколько там требуется?

— Сто единиц. Это тройная норма того, что обычно есть у одного члена группы.

— Хорошо, что по пути мы были вынуждены спустить в уни-гель кучу барахла. — произнес Шепард, подключая баллон к входному клапану и открывая вентиль. Ага. Сто единиц закачали. Лиара, открывай этот интерфейс, посмотрим, сработало ли.

— Ядро перезагружено. Все в норме. — Лиара взглянула на интерфейс.

— Интерфейсы ожили. — прогудел Рекс. — Наконец то.

— Система "Мира" в действии. Вы пытаетесь реанимировать станцию?

— Да.

— Позвольте узнать ваш уровень полномочий.

— Капитан Шепард, Спектр Совета Цитадели.

— Секунду. Ваши полномочия, Спектр Шепард, подтверждены. Вам дан полный доступ ко всем системам. Доступ к корпоративным секретам требует присутствия члена директората "Байнери-Хеликс".

— Мне пока полного будет достаточно. Какова ситуация?

— В помещениях отмечено биологическое загрязнение. В действие был введен протокол изоляции.

— Какого рода загрязнение?

— Чужеродные организмы значительных размеров. Точнее сказать не могу. Нет данных.

— Что требуется, чтобы найти матриарха Бенезию?

— Матриарх Бенезия отбыла в лаборатории станции "Расселина". Это филиал станции "Вершины-15". Оттуда пришел приказ о запуске протокола.

— Значит, эти зеленые жуки...

— Это молодые особи чужеродных организмов. Вам надо перезапустить реактор, восстановить связь. Тогда включится монорельс.

— Все. Этого достаточно. — Шепард погасил интерфейс. — Идем все сразу запускать реактор. Затем восстановим связь. Это на крыше, реактор в подвале. Потом на монорельсе — на "Расселину". Вопросы? Нет? Вперед.

Справиться с реактором и станциями связи удалось сравнительно быстро и безопасно. Зная, что Бенезии здесь нет, Шепард со спутниками не церемонились с жуками, пытавшимися их остановить.

— Я только археолог, ксенобиология — не моя область. Но таких насекомых я точно в определителях не встречала. Да и среди ископаемых останков тоже таких не видела. — Лиара дважды перетряхнула свой изрядно модифицированный инструментрон и обескураженно выключила его экран. — у меня информации об этих жуках нет.

— Точнее, никакой нет. — Рекс как всегда был доволен возможности размяться в битве.

— Ты прав, Рекс. Никакой нет, — вздохнула Лиара. — Это же не археология...

— Мира ты здесь? — Шепард в основном зале снова активировал терминал виртуального интерфейса.

— Да, капитан Шепард. Системы реактора и системы связи функционируют нормально. Монорельс включен.

— Мы отбываем.

— Я отключаюсь. — Мира мигнула и угасла.

— Пошли на монорельс, а то все ножками и ножками. — Рекс явно хотел немного подцепить Лиару, но та на это не реагировала. — Хоть прокатимся на чем-то, кроме "Нормандии" и "Мако".

— Нет вопросов. Идемте. — согласился Шепард.

Монорельсовая кабина остановилась. Синтезированный голос дисциплинированно сообщил, куда они прибыли.

На входе их встретили три турианца и капитан Вентралис. Убедившись, что Шепард и его спутники неопасны, капитан опустил штурмовую винтовку.

— Матриарх вошла в изолированную лабораторию. Двое суток от нее нет никаких известий. — сказал капитан службы охраны. — О ней мне больше ничего не известно. Но вот твари лезут из вентиляции каждые два часа. И лезут под огонь, чего я вообще не понимаю. Даже большинство зверей понимает, что не следует лезть туда, где больно.

— Видимо, они не понимают, или просто они не чувствуют боли. — сказал Рекс. — Такое бывает.

— Возможно. Я вас пропущу, сами разбирайтесь.

— Успехов, капи...

— По местам! Очередная атака. — капитан Вентралис толкнул Лиару себе за спину. Шепард и Рекс крутнулись на месте и подняли стволы. Три огромных жука попытались подойти к посту охраны, но были буквально испепелены сосредоточенным огнем.

— Уф. Ваша спутница прекрасно владеет биотикой. — сказал капитан, когда убедился, что больше твари из вентиляции не лезут.

— Да, это у них природное.— согласился Шепард. — Я хотел сказать — успехов вам, капитан.

— Хорошо, а то мы вторые сутки на стимуляторах.

— Мы попытаемся закончить эти атаки и вы сможете отдохнуть, капитан. — Шепард сделал знак своим спутникам следовать за собой и они вошли в лифт.

В лазарете они получили доступ в риск-лаборатории, в которых могло быть приготовлено лекарство от токсина, поразившего значительное количество ученых. Скупив почти все товары у торговца, неизвестно как оказавшегося в столь опасном месте, Шепард спустился в риск-лабораторию и после двух попыток сумел подобрать правильную концентрацию компонентов. Вернувшись в лазарет, он очень обрадовал врача, который, наплевав на корпоративную тайну, многое рассказал, но главное он назвал этих жуков. Рахни.

— Рахни? — удивилась Лиара. — Но как?

— "Байнери Хеликс" привезла сюда яйцо, которое ее агенты нашли на брошенном космическом корабле. В яйце была царица. Теперь ее пытаются использовать. Но вместо послушных насекомых вылезают эти монстры. Деталей я не знаю. — сказал врач.

— Царица... Они же общаются, если верить немногочисленным источникам совершенно особым образом. — изумилась Лиара.

— И к тому же на нескольких планетах... — Шепард сверился со своим инструментроном. — Мы были там, в местах, где можно было слышать их пение. Это похоже на пение китов. Как такое пение могло сохраниться там, где ни одной живой рахни не видели уже больше трехсот лет? А тут нате пожалуйста, жуки.

— У рахни, теперь я вспоминаю... У них развита специализация. Те огромные жуки... Их можно классифицировать как солдат. Мощные клешни, дальнобойные плевательные железы с большим запасом токсичного яда... — размышляя сказала азари.

— Вы ученый? — спросил врач, прислушиваясь к тому, что говорила Лиара.

— Я, к сожалению не медик и не ксенобиолог, доктор. — Лиара заметно смутилась. — Но читать всегда любила. То что сохранилось в памяти. Это немного... не входит в сферу археологии.

— Но все равно вы знаете больше, чем многие здесь. Теперь я смогу дать лекарство больным. — он указал на четверых ученых, лежавших на койках. — Благодарю вас всех.

— Работайте, доктор. Мы починили виртуальный интеллект и ядро компьютера.

— Так это были вы? Без Миры почти вся автоматическая техника превратилась в гору бесполезного железа. А теперь внезапно ожила.

— Не стоит благодарности. — Шепард кивнул спутникам и те направились к двери. — Кого нам еще посетить?

— Есть тут человек, который хоть и небольшой начальник. Но вам лучше не встречаться с основной массой этих жуков. Можно пройти черным ходом. У него есть код на карточке.

— А система очистки?

— Ее задействуют локально, когда зараза скопится в одном помещении. Хотя генераторы стоят везде. Это на самый крайний случай.

— Ладно. Поищем этого человека. — Шепард вышел из лазарета.

Разговор с одним из ученых дал более точную указку и Шепард после недолгих переговоров получил на свой инструментрон код к техническому проходу. Воспользовавшись им группа сумела избежать внимания охранников и пройти ко входу в изолированную лабораторию более коротким путем.

— Бенезия, я чувствую ее... — сказала Лиара. — Она жива... Но... ее разум... воля... эмоции... Они настолько тусклые...

— Сарен с Властелином блокируют ее. — проговорил Рекс, стоявший сзади азари.

— Так. — Шепард обернулся к спутникам. — У нас есть выбор и мы должны сделать все, чтобы он был реализован правильно. Бенезия — не ключевая фигура. Ключевая фигура — руководители Жнецов. Их мы должны найти и уничтожить. Всех остальных мы имеем право уничтожать тогда, когда у нас не останется иного выхода. Бенезия пошла к Сарену, полагая, что только Сарен обладает подобной подчиняющей силой и за ним никто не стоит. Даже матриарх подобного уровня имеет право на ошибку. Но пока Бенезия у нас не стоит на пути и от нее мы не видели ничего плохого, у нас есть возможность решить проблему с ней без крайних мер. Нам нужно знать координаты мю-ретранслятора, и, к тому же, нам теперь надо решить и проблему с рахни.

— Шепард, вам напомнить, что мы были рождены для того, чтобы бороться с рахни? — В голосе Рекса чувствовались раздражение и злость.

— Рекс. Вы не раса убийц. Вы раса разумных существ с великим потенциалом. Если вы появились на свет, то борьба с рахни — это только узкое представление о вас. А есть и широкое. Вы разумны и этого вполне достаточно для многогранного развития. Эта царица тысячу лет дрейфовала в яйце. Она тогда даже не родилась. И уж если она не разнесла тут все, значит она не запрограммирована на убийство всех и вся в поисках достойного соперника, которым вы, кроганы, стали для полчищ рахни. Вы покрыли себя славой, борясь с ужасом галактики Млечный Путь. Но эта рахни... и эти, явно безмозглые, рахни-солдаты... Они не виноваты, что их пытаются использовать. Солдаты-рахни уничтожают всех, до кого могут дотянуться...

— Но это может быть только из за отсутствия воспитания, Шепард. У вас это называется "вариантом Маугли". — сказала Лиара. — Это означает, что царицу Рахни, королеву Рахни отделили от ее детей на начальном этапе их развития после вылупления из яиц. Они рассчитывали, что без царицы ее дети будут более покорны. А они просто стали автоматами на рефлексах. И с ними не смогли справиться. Потому и был введен протокол безопасности уровня, предшествующего ликвидации с боевых станций, окружающих планету.

— Значит надо дать возможность королеве Рахни воспитывать своих детей в контакте с ними. Я не верю, что у нас есть необходимость воевать с разумной расой, не добившись взаимопонимания. И нам и им стоит сделать шаги навстречу друг другу. А мощь Рекса и его соплеменников — она послужит нам гарантией нормативности взаимоотношений. В конечном итоге кроганы победили рахни один раз и смогут победить другой. — продолжил Шепард. — В целом так. — он достал три невзрачных цилиндрика. — это генераторы поля, под которым царица Рахни и Бенезия смогут выйти из под власти Сарена и Властелина.

— За этот генератор, Шепард... — начала Лиара, но осеклась, увидев взгляд Спектра.

— Я убью королеву Рахни, если она будет враждебна к нам. Но сейчас она там — заключенная, пленница, заложница. Называйте как хотите. И она вынуждена защищаться способом, стандартным для таких ситуаций. Она не хочет давать этим коммерсантам от науки в руки оружие. Разве что хочет, чтобы ее саму и ее детей оставили в покое. А этот генератор... Лиара, он только часть схемы. Главное — вы.

— Я?... Но я слишком молода, у меня сил не хватит заблокировать свою мать. Она же матриарх, а я только только вышла из подросткового возраста. Да она меня по стенке размажет. Вы забыли, что кроме нее были и десантницы азари, и геты. Кстати, все говорят о Бенезии, но никто не вспоминает об ее эскорте и мелких контейнерах. Значит, они все там.

— Главное — вы, Лиара. Ни у кого из нас двоих нет уникальных прав доступа. Они есть у вас. Вы — ее дочь. Генератор — одноразовый, он настроен только на Бенезию и десантниц азари, акцент в его схеме действия сделан на вашей матери. Десантницы — азари — солдаты, они намного более примитивны. С ними особых проблем не будет. Гетов генератор просто лишит возможности быть агрессивными. Но только тех гетов, которые подчинены Бенезии. Вы должны показать матери, что не осуждаете ее за то, что она с вами не говорила, за то, что сделала ошибку, за то, что сделала, будучи под влиянием и Сарена и Властелина...

— А мне что делать? — Рекс явно нервничал. — Эти высокие материи явно не по мне.

— Рекс, просто будьте кроганом, одним из лучших представителей вашей великой цивилизации. Что толку в том что вас заставили быть оружием. Вы не только оружие, вы выше. Вот и станьте этим выше. Покажите, что вы прежде всего — разумное, мыслящее существо, чувствующее. А потом уже — оружие. Генератор снимет управление Властелина и Сарена с Бенезии и ее конвоя. Остальное должны сделать вы, Лиара. Мы все трое должны показать, что мы выше зла.

— Ну... — прогудел Рекс. — Я могу попробовать. Шепард, мне нравится, что вы рассматриваете кроганов как нечто большее, чем приложение к оружию. Я за это вас намного больше уважаю. Дайте мне этот цилиндрик. — прибор почти исчез в лапе крогана. — И когда он сработает?

— Как только мы откроем дверь.

— Эм. Шепард, а нельзя... — Лиара нервничала. — немного подождать?

— Пока мы не открыли дверь — немного можно. Но не долго. Иначе ее конвой выйдет нам навстречу.

— Давайте цилиндр. Его надо держать в руке?

— Лучше, если он будет ближе к вашему телу и рука — это оптимально. — сказал Шепард.

— Ладно. — Лиара взяла цилиндр и сжала его в пальцах. — Теплый.

— У нас немного времени, Ли... — проговорил Шепард мягко.

— Я... я постараюсь настроиться... — сказала азари. — Эм. Все. Можно... — она посмотрела на Рекса, затем на Шепарда. Те молча расступились и азари заняла место между ними. — Так мне спокойнее...

— Понимаю. Открываем?

— Да.

========== Глава 43. Кризисная лаборатория. Бенезия Т Сони ==========

Бенезия чувствовала себя отвратительно. Эти липкие пальцы Властелина на горле и позвоночнике... Это постоянное ожидание мгновенной гибели. Это ожидание волны всепоглощающей боли, заставляющей ее выть раненым загнанным зверем. Матриарх стояла перед капсулой с царицей Рахни и в который раз пыталась понять, почему царица не желает давать своим детям нужные Властелину установки. С недавних пор к дискомфорту примешалось ощущение, что вот вот она встретится с дочерью, с которой не говорила больше полувека. Полумрак лаборатории уже не раздражал — он казался необходимым. Рахни лениво перетапывалась на членистых лапах по стеклу колбы. Шумела вентиляция, раз за разом прогоняя потоки, меняя воздух, пока еще не были опущены фильтры.

Щелкнул замок герметичной нижней двери. Откинулась широкая створка. На пороге выросли трое — человек, азари, кроган. Бенезия через силу повернула голову в их сторону. Так и есть. Лиара. Рядом — человек, мужчина в тяжелом скафандре со значком Спектра. Таким же, как у Сарена. Сзади — гороподобный кроган, по всем повадкам — матерый одиночка, убийца, каких поискать.

Все трое одновременно сделали шаг внутрь... И Бенезия вдруг растерялась. Ей уже не хотелось бросаться биотическими ударами, кромсать деформациями. Трое мягко ступая поднимались по лестнице на ее площадку. И с каждым их шагом Бенезия чувствовала, как пальцы Сарена разжимаются, отпускают ее горло и спинной мозг, освобождают ее тело и душу от своего присутствия. Как глохнет в голове зов Властелина, повелевающий, приказывающий, не терпящий возражений.

Бенезия смотрела, как к ней приближается ее дочь. Кроган теперь шел слева. Справа шел человек-Спектр. Но на них матриарх обращала меньше внимания. Она смотрела на подходившую дочь, на то, как она свободно шагает, доверяя защите и бережности представителей двух настолько непохожих рас. В глазах дочери, в ее взгляде Бенезия не прочитала никакого осуждения, никакой укоризны. Они светились давно позабытым светом веры, открытости, готовности понять.

Слова презрения застряли в горле Бенезии. Вот они, все трое останавливаются в двух-трех шагах от нее. И тут Бенезия впервые ощутила свободу от постороннего, постоянно давившего ее с момента знакомства с Сареном влияния. К ней вернулись канувшие в прошлое ощущения полноты, цветности, многогранности восприятия. Вдруг ее ушей коснулась музыка... Естественная музыка живой природы... Бенезия даже не обернулась — она узнала. Это пела Рахни-королева.

Открылись боковые двери. Затянутые в боевые бронированные костюмы десантницы — азари выходили, опустив оружие и поднимались на площадку у капсулы с царицей. Без команд, без топота. Тихо и чинно. Все восемнадцать десантниц ее охраны. Следом подошли геты. Четыре снайпера, два ракетчика и шестеро пехотинцев. На площадке собралась вся ее личная армия, ее лучшая и ближайшая к ней часть. Музыка рахни заполнила пространство площадки, поднялась выше, охватила весь объем лаборатории. Матриарх не двигалась, она боялась спугнуть это чарующее состояние. Сколько она так простояла? Час, три, пять? Ей не хотелось знать ни цифру количества этих часов, ни слово, которое их обозначает.

Внезапно старшая Т Сони поняла, что ей... Ей не нужно ни о чем просить свою единственную и до сих пор горячо любимую дочь. Она купалась в любящем взгляде Лиары и понимала, что дочь дарит ей этот взгляд не по обязанности, не по долгу, а потому что... Потому что пришло время понять что-то для себя очень важное. Понять и Лиаре и ей, матриарху Бенезии.

Что сделали с ней эти часы... Она бы не рискнула, не посмела сама дать этому определение. Ни словесное, ни чувственное. Но постепенно площадка стала освобождаться. Первыми ушли геты. Ушли, не произведя ни одного лишнего, режущего механического звука. За ними чуть погодя ушли все десантницы — азари. Бенезия даже не заметила, в какую именно дверь они вышли. Затем, не прерывая мелодии, ушла в верхний шлюз королева рахни. Еще очень долго в самой сути матриарха звучала эта музыка, подаренная защищенной от Сарена и Властелина царицей.

Отступили в полумрак кроган и человек, а старшая и младшая Т Сони все стояли друг против друга... И им было достаточно такого общества. Достаточно обеим. Впервые за долгие полвека Бенезия не спешила, не рвалась никуда. Не отталкивала от себя дочь... которую привыкла считать ушедшей в самостоятельную жизнь. Впервые на матриархе не было брони, панциря, плаща, скрывающего истинные, глубинные основы и мотивы.

И она не боялась, знала, верила, понимала, что дочь, ее единственная, такая желанная и любимая дочь... поймет, поверит. Без слов, без изматывающих объятий разумов. Просто будучи рядом. Рядом почти что первый раз за последние сто лет. Бенезия нежданно ощутила желание дочери раскрыться перед матерью так, как никогда еще ее Лиара перед ней не раскрывалась. И не было страха. Не было стремления вонзиться, навести свой порядок в столь точной сфере, принадлежащей другому человеку.

Матриарх внезапно поняла, что Лиара, ее дочь, повзрослела. Взгляд матери открывал на лице дочери все новые и новые ранее незнакомые черты, стиравшие детский, неоформленный, податливый образ. Новый облик дочери еще только формировался, но основа его была уже заложена. Бенезия чувствовала, как Лиара отчаянно цепляется за детство, прошедшее рядом с матерью, как пытается продлить его, эту беззаботную пору в юность, когда они уже не были столь едины и близки... Как боится, что вот, сейчас, в это мгновение вернется та Бенезия, которая наводит страх и ужас своей холодностью, своей жесткостью. Как хочет верить, что теперь, с этих непростых часов начнется новое время, новая жизнь, новая история их общения и единения. Как знает, что достаточно одного неверного слова, неправильного движения и между ними снова встанут стены расстояний физических и душевных.

========== Глава 44. Бенезия, Шепард и Лиара. После Новерии ==========

Лиара и ее мать вернулись на "Нормандию" рука об руку. Никто из обоих частей экипажа не придал этому факту никакого особого значения — Аврора Иванова проделала большую работу, далеко не впервые плотно, но теперь уже предельно целенаправленно пообщавшись с каждым членом огромного коллектива. На длительный период реабилитации матриарх и ее дочь поселились в лаборатории доктора Чаквас, которой единственной из всего Медицинского корпуса Альянса пришлось наблюдать поистине уникальный процесс освобождения от глобальной зависимости вблизи. Ни для кого в экипаже "Нормандии" пребывание почти тысячелетней азари на корабле не было ни в коей мере проблемой: матриарх повела себя так, что никто не мог отличить ее от обычной пожилой и мудрой азари. Женщины экипажа включили матриарха в свой круг и столовая по ночам теперь часто превращалась в закрытый женский клуб, получивший в свое распоряжение новый генератор импульсов развития.

— Капитан.. — низкий рокочущий голос Бенезии застал Джона Шепарда на переходе от пилота к капитанской каюте. — Вы позволите поговорить с вами? Недолго.

Азари стояла у шкафчиков с аппаратурой научных групп в своем обычном черном платье, скрывавшем ее не потерявшую изящества и привлекательности фигуру. Но в этот раз в матриархе не чувствовалось всегдашнего спокойствия и уверенности.

— Прошу. — Джон рукой показал в сторону капитанской каюты и пошел рядом с Бенезией. До самого порога каюты они молчали. Встречавшиеся по пути члены экипажа в этот обычный вечерний час перед отбоем молча уступали им обоим дорогу.

Жестом указав на главное мягкое кресло, капитан устроился на банкетке и пока не торопился изучающим взглядом сканировать лицо гостьи.

— Капитан, я хотела поблагодарить вас. За все. Вы сделали больше, чем я могла когда-либо ожидать от представителя вашей расы. И... я хотела бы отдельно поблагодарить вас за Лиару.

Джон Шепард просто кивнул, уклонившись от многословных ответов на слова благодарности. Азари восприняла это с удовлетворением.

— Вы хотели бы, чтобы Этита также была рядом с вами? — просто произнес он.

— Богиня, что с вами сделала Старшая Раса!... — приглушенно воскликнула матриарх. — Она считает, что потеряла след дочери...

— Положим, что ничего, кроме того, на что я сам дал согласие. — капитан явно не торопился говорить о запланированной ситуации больше и азари была ему за это благодарна. — Все будет здесь так, как вы хотите. Это — только ваше с Лиарой и Этитой. Никто из экипажа "Нормандии" и "Свитка" не будет в это вмешиваться. — Джон не стал развивать тему об Этите дальше.

— Когда?

— Нам надо будет еще решить проблему Вермайра. — пауза. — Джеф. — позвал он, зная, что пилот почти всегда на связи. — Как у нас с ресурсом до Тессии?

— Хорошо, капитан. — ответил пилот. — Прокладывать курс?

— Давай. — ответил Джон, понимая, что пилот воспримет это слово правильно. — И запланируй там трехнедельную стоянку. Пусть экипаж увидит совершенство азарийской цивилизации в полной мере. Составь список необходимого для корабля и экипажа. Топливо там, запчасти... и прочее.

— Будет сделано, капитан. — сказал Джеф Моро и отключился.

— Доброй вам ночи, капитан. — матриарх поднялась из кресла, не сделав ни одного лишнего движения. — Пусть боги будут благосклонны к вам и вашему экипажу и кораблю.

Учтивый кивок головы вставшего Шепарда был ей ответом.

Лиара встретила мать на жилой палубе.

— Я была у капитана.

— Благодарила?

— Он и его команда... — матриарх сделала паузу. — Заслужили это. Но он снова меня изумил...

— Тебя изумить непросто, мама.

— Даже очень непросто. И я хотела бы эту причину изумления обсудить с тобой.

— Идем к себе...

— Как же это приятно звучит, о богиня... К себе. — произнесла матриарх и вместе с дочерью направилась в лабораторию медотсека, по пути учтиво кивнув Чаквас, по обыкновению что-то разбиравшей в медицинских укладках.

— И... — Лиара нетерпеливо посмотрела на мать, готовившую азарийские кушания на небольшом кухонном блоке.

— Он напомнил мне о том, что теперь приобрело важность.

— О, богиня... О моем отце? Но...

— Именно. Но оставил все решать нам с тобой. Только нам троим... или двоим... Корабль берет курс на Тессию. Капитан распорядился при мне об этом. Они хотели лететь на Вермайр... Но... Наша с тобой ситуация внесла серьезные коррективы. Вероятно, они не хотят форсировать развитие событий. Они сильны, но освободив меня... Они затратили на это слишком много ресурсов. А Сарен все же ближе к Властелину, чем я... — матриарх со свойственным долго пожившим азари равнодушием излагала схему событий. Лиара при словах матери о близости Сарена к Властелину зажала ладошкой рот и широко раскрыла глаза. — Не надо, Лиара. Совершенно человеческая реакция на мои слова меня не удивляет. Полагаю, что у них есть то, чем они могут воспользоваться для перехода Артериуса на их сторону.

— И...

— И теперь нам с тобой нужно сделать многое, чтобы Тессия приняла оба корабля так, как надо.

— Ты хочешь, чтобы и "Линия"...

— И ее экипаж были гостями нашей азарийской цивилизации. Не Республики. Цивилизации. О крейсере "Свиток" нашим с тобой сестрам знать не нужно.

— А они...

— Это решать им. "Нормандия" в любом случае совершит посадку, здесь я уверена. А "Линия"... Так ли это важно?

— Не важно, но...

— Лиара... Они столько сделали для нас с тобой. Неужели ты думаешь, что мы что-то не можем сделать в ответ... Нужного им и... приятного...

— Богиня... Мама, ты что, влюбилась?

— М-м-м... Дочь, а что, собственно, тебя удивляет?

— И кто этот счастливчик? Дай, угадаю... Капитан Шепард?

— Дитя, от тебя мало что можно скрыть...

— Ну-у-у. Я ведь тоже азари.

— И уже не несмышленая девочка. — поддакнула матриарх. — Полагаю, ты...

— Уступлю, уступлю. Куда мне против тебя...

— Нет, Крылышко. Тут другое...

— О, Богиня... Так ты хочешь...

— Если он согласится... То прожить рядом с ним, быть везде рядом с ним остаток его и моей жизни... Это будет справедливо. И здесь неважно, оставил ли Совет матриархов мне хоть какое-то влияние. Я уже кое-что сделала, купила ему и себе, а также тебе отдельные большие квартиры и абонировала достаточно квартир для обоих экипажей Нормандии и зарезервировала квартиры для экипажа "Линии". Будет на Тессии их корабль или не будет — не суть важно. Главное — экипаж. Конечно же, все необходимое для их жизни там — тоже.

— А он знает?

— Если он понял, что мне лучше всего восстанавливаться на Тессии, среди своих соплеменниц, то он, вероятно, понимает, что теперь и я стала частью его команды и уже не смогу вне ее пребывать. Пока мы не решим хотя бы проблему Сарена и Властелина, а в перспективе — Жнецов и их руководства.

— Вот теперь я узнаю матриарха Бенезию. — Лиара улыбнулась. — Давай поедим и — спать, время позднее уже...

— Давай. Надеюсь, рваться на высадки ты не будешь? — Бенезия встала и перенесла от кухонного модуля подносы с сосудами. — А то ведь Тали смотрит на тебя со слишком плохо скрываемым желанием разобрать на запчасти. А она может. В конечном итоге она инженер и слишком хорошо понимает важность платформы для души.

— Какие высадки, мам... Когда ты в кои веки-то совсем рядом. — Лиара обняла азари и прижалась к ней.

========== Глава 45. Разговор Семенова и Ивановой о перспективах развития ситуации ==========

— Ладно, матриарха Бенезию нам всем удалось вытащить из лап Властелина. Сарен побесится и успокоится... До тех пор, пока мы его окончательно не успокоим... Так или иначе. Нам нужно решить, следует ли нам вытаскивать его на Вермайре или отложим эвакуацию до момента прибытия на Цитадель. — Аврора Иванова ходила по своей каюте "Линии", стараясь придерживаться диагоналей и одновременно что-то рисовала на ридере. Семенов расположился в кресле со своим ридером на коленях.

— Я понимаю, что для Властелина и матриарх, и Сарен — только инструменты. Здесь совершенно не важно то, что теперь Сарен лишился могущественного союзника. Координаты ретранслятора... Это восхитительно, но слишком мало для успокоения. Сарен просто так не бросит идею воплощения ножа, орудующего в глубинах цивилизаций Млечного Пути. Да и Властелин, как одна из ближайших рук Предвестника... — проговорил он.

— Вот-вот. Ты уже согласился с тем, что мы не можем ломиться в Канал только потому, что нам нужно побыстрее сотрясти эту креветку с башни Цитадели. Проблема глубже. Сарена Артериуса Совет сделал Спектром. При всем тупоумии советников они пошли на это, пусть даже и от безысходности собственного положения. Нам с тобой и экипажу "Свитка" следует больше заниматься вакцинацией, чем экстренными мероприятиями. — возразила Аврора. — В конечном итоге ты понимаешь, что руководство Цитадели ни под какие параметры верховных руководителей даже пространства Цитадели не подходит. Быть руководителем это прежде всего знать все до мелочей двадцать четыре часа в сутки почти круглогодично. Знать нутром, кожей. А тут... Даже если эта сверхбронированная креветка сядет на шпиль станции, вторжение "Цербера" будет еще круче.

— Да знаю я, что свои ранят больнее, чем чужие. Ну хорошо, мы изъяли у Сарена и Властелина матриарха Бенезию. А завтра они захватят пару десятков матриархов и у азари снова не найдется адекватного ответа. — ответил полковник.

— А уж это будет головная боль допустивших такое азари, Захар. Ты прекрасно знаешь, что азари не выстоят в бою с основными силами Жнецов. Не выстоят, потому что высокомерны. Это дало мне право пренебречь интересами их цивилизации для реализации наших интересов. Я настояла на вытаскивании матриарха Бенезии только потому, что это — мать Лиары. В конечном итоге — ближайшая родственница. Это важно для стабильности и спокойствия Лиары. Это важно для стабильности и спокойствия Бенезии, снова обретшей повзрослевшую, но все же родную дочь. Это, кстати, будет, возможно, очень важно для матриарха Этиты, которая, смею надеяться, уже не будет заинтересована в продолжении добровольного изгнанничества. Подавать напитки в баре Иллиума — это явно не норма для матриарха, это вынужденная мера и нам нужно показать, что Этита важна для Бенезии и для Лиары. Семья, черт возьми, должна наконец воссоединиться и два матриарха, члены совета матриархов, пусть и бывшие, с молодой азари в нашей команде капитана Шепарда — это большой залог стабильности. Бенезию ведь могут и не воспринять правильно — азари все равно прочтут подноготную и вряд ли полностью простят Бенезии ее зверства по отношению к жертвам Сарена и Властелина. Далеко не все смогут понять всю глубину ситуации. Как, впрочем, и всегда было. Если к нам прибегут родственники тех похищенных азари-матриархов и мы действительно убедимся в том, что для них они очень и очень важны — что-ж, придется выделить ресурсы и спасти от окончательной гибели этих азари-матриархов. На это, смею думать, у наших экипажей и кораблей ресурсов даже и без крейсера хватит. Но не больше. Спасать всю азарийскую цивилизацию — нужны гораздо большие основания и, соответственно, затраты. А спасти несколько азари — вполне решаемая задача. К тому же сколько бы Властелин не таскал азари из пространства Республики, он прекрасно понимает, что окончательная жатва впереди и ему одному незачем так напрягаться. — жестко заметила Иванова.

— Так мы останавливаем Жатву или нет? — спросил Семенов.

— Мы — нет. Они — да. — сказала Аврора, имея в виду расы пространства Млечного Пути. — Если захотят. И очень-очень захотят. Кстати, а следует ли нам извлекать Сарена именно на Вермайре? Ведь если мы его уберем, Властелин найдет из своих закромов кого-нибудь еще или вообще всех спектров подчинит, к примеру.

— Можно и не извлекать, если мы не хотим ромашки вместо Цитадели. — Семенов отпил глоток напитка из сосуда.

— Да и мне она как-то больше по душе со сложенными не полностью лепестками. Значит, на Вермайре пусть подключается саларианская ГОР, а мы попробуем минимизировать потери? — уточнила Аврора Иванова.

— Именно. В конце концов, если саларианцы — необходимое звено Совета Цитадели, то пусть их лучшие воинские подразделения постараются помочь нам решить общую проблему. Со временем нам все равно саларианцы потребуются. И для кроганов, и для Омеги, и для победы над Циклом. Вся их научно-техническая и интеллектуальная мощь. — подтвердил командир "Линии".

— Распланировал. Но я согласна.

========== Глава 46. Высадка на Вермайр ==========

На высадку Шепард взял снова свою старую команду — Рекса и Тали, постаравшись передать им лучшее оружие, добытое на Новерии.

— Капитан. — Лиара подошла к нему, когда тот возвращался от Джефа. — Можно с вами поговорить...

— Конечно, Лиара.

— Вы не включили меня в свою группу высадки...

— Лиара, на корабле вам и вашей маме будет безопаснее всего. На высадке может случиться всякое. У нас впереди еще много работы.

— Вы мне не доверяете? — она старалась не поднимать на капитана свой взгляд, в котором читалась нерешительность.

— Нет, просто хочу, чтобы вы поддержали свою маму в этот непростой период. Тот прибор дал возможность снять основной доступ, но надо снять доступ Властелина и Сарена полностью. Без вашего постоянного круглосуточного присутствия это сделать будет крайне непросто. А если что-то случится с вами на планете, то Бенезия может переволноваться и тогда Сарен получит к ней эмоциональный доступ, по которому Властелин снова подчинит ее.

— Доктор Чаквас... — начала было азари.

— Проследит за процессом и поможет. Но главное — ваше постоянное присутствие и деятельное участие, Лиара. Здесь вас заменить никто не сможет. — мягко заметил Шепард. — Идите к маме и будьте рядом с ней. Преодолейте разницу в полвека, пообщайтесь.

— Спасибо вам, капитан. — Лиара отошла от Шепарда и направилась к медотсеку.

— Ну и? — на пороге лаборатории ее встретила Бенезия.

— Мам, я не понимаю. То ли он не хочет говорить, то ли он не знает, то ли он вообще бесчувственный. Он отказал мне в праве занять место в группе высадки. Там снова Тали.

— Ли, внизу полно гетов. С ними, как с машинами, инженер лучше разберется.

— Ага, еще раз, еще раз...

— Еще много, много раз. Так, кажется, говорят люди. — Бенезия мягко повлекла дочь к дивану и заставила присесть на него, после чего села рядом. — Ну как ты не понимаешь, он — капитан, он руководитель экипажа.

— Он сказал, что хочет, чтобы я была постоянно рядом с тобой. Он видит в этом компенсацию...

— И это доказывает его мудрость. Хорошее качество для командира корабля.

— Но...

— Лиара, неужели ты не видишь, что он любит тебя?

— Ме-ме-ня? — Лиара подняла непонимающий взгляд на мать. — Как это? А ты?

— И меня он тоже любит. Но по-другому. Ты для него теперь больше, чем член экипажа, ты дочь того, кого он, возможно, любит больше, чем...

— Чем любого другого... — закончила Лиара. — Если с этой стороны посмотреть...

— Вот и посмотри. И не беспокойся. Тебе тоже надо многому учиться и не только археологии.

— Снова ты пытаешься меня втянуть в политику?

— А разве член экипажа корабля, который пытается решить основную проблему галактики Млечный Путь может быть не политиком? — сказала матриарх, скрывая эмоции. — Шепард важен, но ему, стоящему на вершине пирамиды, нужна поддержка. А поддержка может быть надежной, если все, кто стоит на уровнях этой пирамиды, знают и понимают то, что, как и почему надо делать. Вот и учись. А насчет археологии... Вот тебе несколько кристаллов памяти из моих старых запасов. Здесь перечислены миры, которые контролируются Республикой Азари. Если будет возможность, мы там обязательно побываем. И ты преподашь мне мастер класс как профессионал-археолог. А то я больше по философии и религии. Ты дашь мне твердую почву, реальную.

— Мама... Откуда у тебя это? — Лиара запихала все шестнадцать кристаллов в пазы считывателя инструментрона и теперь щелкала клавишами, пролистывая содержание на экране. — Такого даже в научном азнете нет.

— Я также как и твой отец были членами Совета матриархов. Ты же понимаешь, что некоторая информация оставаться все равно должна ... не общедоступной. Для неподготовленного существа она... опасна. Но ты уже не являешься неподготовленной. Ты повзрослела...

— М-да, мам. Когда годами копаешься в черепках... Взрослеть приходится быстро. Тем более я очень часто ездила на раскопки в одиночку. Спасибо, ма. Ой, я кажется говорю как землянка...

— Это лучше, чем если ты будешь говорить как сподвижница Сарена, дочь. — серьезно заметила Бенезия.

— Ну уж нет. Живой он меня — не получит. — Лиара благодарно взглянула на мать и уткнулась в экран, открыв тексты первого кристалла. Бенезия открыла свой инструментрон и приглушила общий свет в лаборатории. Ей было важно побыть с дочерью вот так, рядом, касаться ее и знать, что в любой момент к ней можно обратиться с вопросом, просто прикоснуться, обнять... Как же давно она этого не делала...

— Шепард, тут внизу зенитки. Они нашпигуют корабль дырками — пикнуть не успеем. Да и радаров... — Джокер считывал информацию с экранов рулевой рубки и пытался понять, что ему как пилоту следует делать в данном случае и что может приказать капитан.

— Попробуем на "Мако". — Шепард связался с пилотом из ангара. — Группа. — он взглянул на Рекса и Тали, уже садившихся в транспортер. — готова. Открывай и проведи нас немного ниже линии чувствительности радаров. Ниже их нижнего уровня. Потом сразу — противозенитная ромашка и — на орбиту. Там они тебя не достанут. Им важно, — Шепард сверился с экранами. — чтобы тяжелый корабль на планету не сел. Об остальном — у них нет сил перекрыть все и вся. Кое-что есть на локаторах, сам видишь, но... Давай, как договаривались.

— Ладно. Я посажу корабль на базе саларианцев как только вы отключите зенитки.

— Это дело. Открывай ангар.

— Успехов, капитан.

— Береги "Нормандию", Джеф. — Шепард пристегнулся и через две минуты фрегат снизился до самых верхушек высочайших на этой планете растений. "Мако" плюхнулся на мелководье, вода достигала ступиц колес. — Планетка с буйной растительностью. — Шепард крутанул перископ транспортера. — Экстранет не соврал. — Ладно. — он включил двигатели и скорость. — Попробуем решить проблему.

По тому же мелководью, опоясывающему экваториальную область, они преодолели три плотины с воротами, прежде чем смогли достичь основной цели — лагеря отряда саларианцев из состава ГОР. Враги пытались их задержать и даже уничтожить — четыре шагающих танка, геты ракетчики и снайпера, геты-пехотинцы, разрушители. Рекс удовлетворенно ворчал, всаживая в очередного механического воина заряд из пушки. Тали экономно постреливала из пулемета, благо крупные цели прекрасно уничтожались кроганом. Попутно удалось отключить зенитные орудия и прежде чем транспортер отошел от третьей плотины, Джеф доложил, что "Нормандия" совершила посадку и что возникли сложности с саларианцами.

Саларианский капитан Киррахе доложил, что Сарен построил здесь комплекс и разводит кроганов, создавая из них армию. Рекс, услышавший это, подошел ближе.

— Значит ли это, что он излечил генофаг? — всей массой кроган навис над щуплым саларианцем. Тот отклонился назад.

— Я сказал, что он разводит кроганов. Подробности мне неизвестны. Хотите подробностей — надо проникнуть внутрь.

— Сарена надо уничтожить. — произнес Шепард и тут же увидел, как Рекс придвинулся к нему едва ли не вплотную.

— Интересно, Шепард. Сарен нашел лекарство от генофага, иначе он просто не смог бы разводить кроганов. А вы желаете уничтожить Сарена и все здесь, что он создал, включая лекарство от генофага? Так не пойдет.

— Успокойтесь, Рекс. — Шепард стоял неподвижно, но не отступал и не отклонялся. — Это не те кроганы, которых вы можете назвать своими братьями.

— Нет, Шепард. Мне, моему народу нужна эта вакцина. — Рекс отошел поближе к воде.

— Успокойте своего крогана, капитан. А то у нас будут дополнительные проблемы. — сказал Киррахе. — В целом нам нужно напасть на комплекс.

— Подождите, я переговорю с Рексом и мы выработаем совместный план, капитан. — сказал Шепард.

— Хорошо. — Киррахе помедлил. — Если вам что-то потребуется — мой снабженец в одной из этих палаток. Но сразу скажу — товаров у нас очень и очень мало.

— Не сейчас, капитан. — Шепард подошел к Рексу. — В чем дело, Рекс?

— Сарен создал работающее лекарство для моего народа. Оно сняло проблему. А вы хотите все оставить так, как есть? Одно рождение на тысячу? У меня сейчас нет четкого понимания относительно вас — вы друг кроганам или враг?

— Рекс. — Шепард старался говорить мягко, но в то же время уверенно и убедительно. — Эти кроганы — марионетки Сарена. И они останутся такими марионетками. Без Сарена, без Властелина они — просто оболочки. Вы хотите, чтобы этими оболочками, пусть многочисленными, наполнилась ваша раса?

— Ладно, Шепард. Вы меня не убедили. Мне придется поверить вам и пойти за вами. Но я хочу лично убить Сарена и забрать себе его голову. — Рекс заметно успокоился.

Шепард отошел от него. Только теперь он заметил, что на песчаном пляже, где саларианцы разместили свой лагерь, присутствуют все члены команды. Громада фрегата также была неподалеку. Оттуда тоже внимательно следили за ситуацией.

— И каков план? — капитан подошел к Киррахе, когда скупил у торговца все товары. — Мы готовы к согласованию действий.

— Нам надо взорвать комплекс. Это можно сделать с помощью двигателя нашего корабля. Мощность взрыва составит около двенадцати килотонн. Для этого комплекса — гарантия полного уничтожения.

— И в чем проблема?

— Комплекс здесь существует давно. Он хорошо защищен, а для гарантии уничтожения мало мощности бомбы. Важно ее разместить в центре комплекса. А туда надо будет прорываться с боем. Вот поэтому я и просил флот и войска. Моему отряду будет сложно взять этот комплекс без больших потерь. А нам еще нужно установить бомбу.

— Теперь у вас есть ""Нормандия"". А мы поможем вам ворваться в комплекс.

— Это хорошо. Но мне нужен один из ваших людей для координации действий.

— Капитан, считайте меня добровольцем. — незаметно к Шепарду приблизился лейтенант Аленко. Следом подошла Уильямс:

— Не так быстро, лейтенант. Вы здесь не единственный.

— При всем моем уважении, сержант, выбор делать будете не вы. — ответил офицер.

— Хорошо. — Шепард на минуту задумался, стараясь не смотреть на Аленко и Уильямс. — Пойдет Аленко.

— Есть, капитан.

— Хорошо, капитан. — Киррахе кивнул, что-то вбив в инструментрон. — Мне нужно подготовить своих бойцов. Мы разделимся на три отряда и попробуем взять комплекс с фронта. Будет хорошо, если ваш отряд, четвертый, поможет нам избежать потерь, действуя чуть в стороне, чтобы отвлечь силы противника. Мы ожидаем, что там будут дроны и всевозможные геты.

— Согласен. — Шепард отошел к Рексу и Тали, поясняя им ситуацию. Аленко что-то негромко сказал Уильямс, та пожала плечами. Краем глаза капитан видел, как перед Киррахе выстраиваются все оставшиеся в живых саларианцы и он произносит перед ними короткую речь. Ему особенно запомнилась одна фраза: "Держать строй!". Капитан Киррахе повторил эту фразу несколько раз.

— Рекс, Тали, вы со мной. Киррахе. — Шепард взял спикер. — Как связь?

— Слышу вас хорошо. Выходим. Надо нарушить коммуникации и лишить гетов связи. Это первоочередная ваша задача.

— Принято. — Шепард взял в руки штурмовую винтовку. — Пошли!

Разрушив вышку связи и отключив питание спутниковой станции, группа Шепарда успела расстрелять вернувшихся на заправочную площадку дронов и вышла к комплексу. Здесь после недолгой перестрелки они прорвались к периметру комплекса — впереди были панели управления дверями.

— Тали, сигнал вторжения переведите на нашу сторону. У Киррахе мало сил, они не справятся, если туда хлынет еще внутренняя охрана.

— Сделано, Шепард. — кварианка что-то быстро набрала на панели возле входа. — Рекс, теперь вся охрана на нас.

— Потанцуем. — кроган удовлетворенно ударил кулаком в ладонь и подхватил дробовик. — Опять стрельба в помещении. Там лучше дробовик.

— У меня есть дробовик. — сказала кварианка. — Открывать?

— Да. — сказал капитан Шепард, беря оружие наизготовку.

Внутри особых проблем не было. Быстро расправившись с ближайшими охранниками, группа перестреляла ученых в зале с хасками, а затем и хасков, не стала выпускать никого из индоктринированных пленных саларианцев отряда ГОР и, перестреляв еще ученых в двух залах, вломилась в отдельно стоявшую лабораторию. Их встретила азари, которая сначала спряталась под столом. Убедившись, что ее не желают сразу убить, азари выпрямилась и представилась нейрологом и помощницей Сарена. В доказательство она сняла блокировку с двери в личную лабораторию Сарена и подробно рассказала о внушении. Шепард разрешил ей уйти и азари поспешила воспользоваться этим разрешением.

— Гражданская. — презрительно пророкотал Рекс.

В лаборатории группа Шепарда нашла протеанский маяк и Шепард, вступив с ним в контакт, получил очередные кусочки сообщения. На обратном пути их внимание привлек кроваво красный интерфейс. Состоялся недлинный разговор с гигантской креветкой, которая была похожа на корабль Сарена.

— Этот корабль — не корабль Пожинателей. — проговорил удивленный Шепард. — Он и есть Пожинатель.

ВИ интерфейс пытался убедить Шепарда и его спутников, что сопротивление бесполезно, но, не достигнув цели, выключился.

— Надо прорываться к месту заложения бомбы. И отключить зенитки. — сказал Шепард и группа побежала наверх, к выходу из лаборатории Сарена. Уложив разрушителя и крогана-солдата, группа подошла к месту, обозначенному на схеме, как лаборатория разведения кроганов. Перестреляв гетов, пытавшихся их остановить, они вышли к бассейну, вокруг которого были установлены баки с горючим. Зная, что при посадке фрегата они могут неожиданно взорваться и повредить корабль, Шепард расстрелял их заранее. Пожары быстро затихли, когда кончилась горючая смесь и фрегат совершил посадку. Группа солдат быстро установила в бассейне бомбу, ее сопровождала Эшли Уильямс.

В наушнике раздался голос Кайдена, ушедшего с Киррахе к отключенным зениткам. Геты прислали туда подкрепление. Шепард и его группа рванулись к открывавшимся воротам, собираясь на лифте подняться на крышу. Едва только они отошли от кабины и уложили нескольких гетов, как...

— Капитан, я активирую бомбу. — послышался в шлеме Шепарда голос сержанта Уильямс. — Тут становится слишком жарко.

— Уильямс, мы возвращаемся к вам. — принял решение Шепард. — Аленко...

— Я понял, капитан. Вы приняли решение. — отозвался офицер. Шепард старался не смотреть в сторону спутников.

— Бегом к Уильямс, активируем бомбу и сматываемся! — скомандовал Шепард.

— Черт, капитан, к месту закладки бомбы следует Властелин. На нем, вероятнее всего, Сарен! — доложил Джеф Моро. — И я вижу еще одну группу людей в маскировочных скафандрах. Она выбивает гетов из периметра, где зажали Аленко. Приблизиться не могу — Властелин близко.

— Оставайтесь на позиции, Джокер. — сказал Шепард, выбегая к бассейну, где у бомбы, держась за бок, возилась с пультом Уильямс. — В укрытие, сержант.

— Сейчас, только...

Договорить она не успела. Прибыл на летающей одноместной платформе Сарен. Пули его достать не смогли и Шепарду пришлось укрыться. Бывший Спектр пытался доказать, что Властелин не желает его, Сарена, смерти, поскольку тот ему полезен. Наконец раздался взрыв и взрывной волной Шепарда вынесло на середину бассейна. Подошедший Сарен без всяких усилий вытащил капитана из воды и поднял, зажимая его шею в своих пальцах, как в тисках. Взгляд Сарена, которым он одарил Шепарда, говорил об одном — от своей идеи раб Властелина не отступит. Внезапно раздался зовущий сигнал и Сарен, отвесив капитану мощный удар, вскочил на свою платформу. Шепард пытался его достать, стреляя из пистолета, но добиться результата ему не удалось. Он помог Уильямс подняться и ступил на аппарель прибывшей "Нормандии". К его удивлению у входа в ангар его встретил целый и невредимый Кайден Аленко. Отпустив кивком головы Тали и Рекса, Шепард посмотрел на лейтенанта.

— Я сам не понимаю, капитан. Подскочили шестеро в скафандрах Альянса, быстро разобрались с гетами, отключили окончательно зенитное орудие, которое геты так желали использовать против фрегата. Оказали раненым медиинскую помощь и тут же нас подняла на борт прибывшая ""Нормандия"". Лиц спасителей я не видел — шлемы были глухие, вероятно с дисплеями вместо стекол. Это что, члены команды "Линии"?

— Скорее всего да. Аленко, не ищите с ними контакта лично. Я передам им вашу благодарность и признательность.

— Есть, капитан. — Аленко козырнул и отошел.

— Капитан, вас ждут в радиорубке. — доложил Джокер.

— Иду. — откликнулся Шепард. — Итак, на взлет.

— Есть, капитан.

— Взрывай сам бомбу, Джокер. Только не задень нашу красавицу.

— Хорошо, капитан. — отозвался пилот и отключил связь. Когда Шепард достиг дверей радиорубки, корабль ощутимо тряхнуло. Это означало, что ядерный заряд сработал.

— Капитан, вы объясните нам, кто же спас Аленко? — к нему сразу подошла Уильямс. Остальные не покидали своих кресел, но по их заинтересованным взглядам вошедший в радиорубку Шепард понял — их также интересует ответ на этот вопрос. Впервые жизнь члена экипажа была столь явно поставлена под угрозу и впервые его спасением в безвыходной ситуации занимались жители кормового трюма фрегата.

— Вы сами знаете кто это. Наши союзники. Экипаж "Линии" и, возможно, экипаж "Свитка". — просто ответил Шепард, взглядом указав Уильямс на ее кресло. — Но это — не основание поступать впредь безрассудно и создавать безвыходные ситуации. Они тоже живые существа и могут не успеть. Так что о том, что у вас двадцать жизней — забудьте навсегда. Жизнь у всех у нас, у каждого из нас — только одна.

— Простите, капитан. — Лиара поднялась, — вы нашли на Вермайре очередной маяк. Может, следует попробовать добавить его видения к уже имеющимся в вашей памяти?

— Хорошо, Лиара. Пробуйте. — Шепард уже привык к процедуре слияния разумов и не препятствовал азари. В этот раз процедура чуть затянулась, но Шепард понимал. — Азари ищет ответ на главный вопрос. — куда ведет этот странный Мю-ретранслятор. Наконец он смог открыть глаза. — И...

— Видения в вашем мозгу — мощный сигнал бедствия, предупреждение, которое, к сожалению, опоздало. А относительно того, какие детали... Некоторые места, показанные в вашем видении, мне знакомы. Канал, который мы ищем... находится на Иле.

— Получается, что Мю-ретранслятор, координаты которого нам известны... — сказал Шепард.

— Ведет в так называемое пространство Пангеи, единственной известной и исследованной разведзондами-автоматами планетой там является Ил. О котором, к сожалению, мало что известно. — произнесла азари. — Извините. Я пойду к доктору Чаквас, мне надо отдохнуть и восстановить силы.

— Регион систем Терминус не контролируется Цитаделью. — произнес Кайден. — Похоже, капитан, "Нормандия" — единственный корабль, который может преодолеть путь до Мю-ретранслятора, оставаясь незамеченной в ходе полета через пространство этих систем... Но стоит ли нам сразу туда соваться?

— Сарен уже имеет координаты ретранслятора, а значит, если нет других данных, следует предполагать, что мю-ретранслятор ведет только в одно пространство. А там известной является только одна планета, которая когда-то была садом, имеет протеанские руины и одновременно — объята пожарами и похожа на ржавый шар. Значит, Канал или то, что скрывается под этим обозначением, машина, технология, возможность — находится под поверхностью планеты. Вы помните тот сигнал, который заставил Сарена отступить? Вы помните, что когда мы пообщались с маяком, Властелин заложил над планетой умопомрачительный вираж, который, по словам Джокера недоступен никакому известному нам кораблю? Это означает, что в нетерпении не Сарен. В нетерпении — Властелин. А уж такому кораблю флот систем Терминуса нипочем. Он их просто не ощутит, вы помните о его щитах и понимаете, что ему даже стрелять не придется. Джокер, курс введен?

— Да, капитан.

— Вперед. Включи систему маскировки при подходе к границам систем Терминуса. Все свободны. — Шепард обратил внимание, что Лиара едва не сползает с кресла. — Уильямс, помогите Лиаре. Доставьте ее в медотсек. Все — по местам.

========== Глава 47. Бросок на Ил ==========

После того, как Лиара сложила все разрозненные части видения в мозгу Шепарда воедино, она поняла, куда надо направить фрегат, чтобы остановить Сарена. Ил. Канал находился на Иле.

— Капитан, информация с Цитадели. Они требуют, чтобы мы вернулись. — вышел на связь Джеф Моро.

— Причина?

— Собирают флоты для блокировки систем Термина. — пояснил пилот. — Во всяком случае так следует из их сообщения.

— И для чего мы там им нужны?...

— Вы же знаете политиков. Они хуже маленьких детей. Хочу — и все. Без объяснений.

— Для полета через такие расстояния на нашем корабле, когда мы можем сейчас же окунуться в миры Термина, политикам придется придумать причину, сопоставимую с угрозой вторжения флотов Жнецов. Мне как-то говорили, что Спектры — первая и последняя линия обороны. Значит, мы не можем прятаться за их флотом, пусть там хоть сто дредноутов. Джеф. — Шепард сделал паузу. — Курс на Мю-Ретранслятор. После Тессии у нас достаточно сил, чтобы завершить начатое должным образом. И... чует моя душа, что мы вернемся на Цитадель. Но позже.

— Есть, капитан. Пока мы идем в стеллс-режиме, я попробую рассчитать курс на Ил. Я вытряс всю доступную информацию из Экстранета. Ее очень мало, но зацепки есть.

— Хорошо.

Капитан попросил всю команду подготовиться наилучшим образом и отдохнуть, пока фрегат не достигнет Ила. Сам он прошел в свою каюту, закрыл дверь и постарался уснуть.

— Капитан. Мю-ретранслятор пройден. Мы над Илом. Вижу Сарена. Два шагающих танка и конвой гетов. Сесть фрегат не сможет — это часть планеты, где буйная растительность. Площадок мало.

— Тали, Рекс. Готовьтесь. Джеф, выброси нас на "Мако". Попробуем решить эту задачу.

— Есть, капитан.

Вездеход сумел вписаться в пятнадцатиметровый свободный участок и ткнулся в ворота, где исчез Сарен. Выгрузившись, команда Шепарда попала под сосредоточенный огонь гетов, но быстро устранила нападавших.

— Надо найти разблокировку. — сказал Шепард.

— Ищем. — ответил Рекс.

Отбиваясь от наседавших прыгунов и гетов-охотников, группа наконец после долгих блужданий достигла пульта, принадлежащего, вероятно, местной службе охраны. Нажав мигавшую кнопку, Шепард услышал, как вдали раздвинулись тяжелые створки, но одновременно ожил виртуальный интерфейс в углу.

— Интерфейс сильно поврежден. — сказала Тали. — Я не узнаю этот язык. Вероятно, это протеанский. Но то, что запись повреждена также — однозначно.

— Отдельные слова мне известны. Это предупреждение. Смысл один — они с этим предупреждением опоздали. — Шепард обернулся к Тали. — Это тот шифр, который я получил от Торианина, Тали. Нам надо идти к транспортеру. Ворота открыты.

— Эти створки не смогли бы пробить и пять орудий транспортера. — заметил Рекс, шагая за Тали к коридору с открытыми теперь воротами.

— Что то уж больно все легко. — пробормотал Шепард. — Сарен мог здесь оставить десяток танков и мы бы даже на Мако не пробились сквозь их ожесточенный огонь.

— Спешил, очевидно, турианская креветка. — ругнулся Рекс, залезая в транспортер. Тали только кивнула, устраиваясь рядом с Рексом за пультом пулемета. Шепард сел за управление. Вокруг потянулся коридор, на боковых стенах которого виднелись многочисленные анабиозные камеры. Видя, что спутники правильно определили их назначение, Шепард удержался от комментария. Впереди возникла трепещущая стена и транспортер ткнулся в нее носом.

— Выгружаемся. Я видел боковой вход.

— Это вообще-то может быть ловушкой. — задумчиво произнес кроган. — и стена эта будет понадежнее створок ворот.

— Ладно. Вот лифт, спускаемся.

В конце моста виднелся включенный поврежденный интерфейс. Синтезированный голос пояснил, что он именует себя Стражем, что протеане оставили его следить за сохранностью архивов, что ученые, обитавшие на этой секретной базе были отрезаны от остального мира и смогли создать свой собственный аналог ретранслятора и даже заставить хранителей Цитадели проигнорировать Зов Властелина, по которому они обязаны были активировать режим цитадели как ретранслятора. Выслушав скорбную историю гибели последних протеан, сумевших подойти к тайне ретрансляторов, Шепард забрал предложенный Стражем файл и поспешил к выходу. Лифт доставил его к коридору, который теперь не перекрывался стеной излучения.

— Он сказал, что Сарен пока не добрался до канала. — задумчиво сказала кварианка, изучая по экранам стены странного коридора, по которому предстояло ехать дальше.

— И ты, Тали, веришь этому убийце, отключившему больше половины анабиозных камер? — Рекс с неудовольствием посмотрел на кварианку.

— Это машина, Рекс. Ты сам слышал — ученые, которые остались, сделали невозможное — они смогли пробраться на Цитадель по этому Каналу.

— И остались там. — припечатал кроган.

— Но ведь Канал и без того изначально был односторонним. Они знали об этом и это не было ловушкой.

— Ладно. — Шепард включил двигатели. — Теперь нам следует ожидать вооруженного сопротивления со стороны конвоя Сарена. Он должен знать, что мы идем по его следам и уже достаточно близко от него.

— Уверен, он это знает. — пророкотал Рекс, занимая место у орудия. — Тали, пулемет — твой.

— Ладно. — Кварианка уцепилась за джойстик и пристегнулась. — Я готова.

Комментарий к Глава 47. Бросок на Ил

После этой главы по канону должна быть глава о том, как Шепард догнал и пленил Сарена Артериуса, но она не была написана — для меня было важно исправить направление повествования уже после победы над Властелином, а именно — решение проблемы Совета Цитадели. Если будет возможность, то я напишу эту главу впоследствии, чтобы соединить края "разрыва".

========== Глава 48. Цитадель. Эшли Уильямс — новый член Совета ==========

— Матриарх, Цитадель в опасности! — доложила старший помощник. — Члены совета находятся в шаттлах на пути к нам.

— Принять на борт. Подготовить дредноут к ведению оборонительных боев.

— Есть!

— Капитан, шесть крупных десантных кораблей гетов атакуют "Путь Предназначения". Члены Совета Цитадели по всей вероятности успели взойти на наш борт.

— Прикажите флотам прикрыть нас!

— Число кораблей гетов растет. Они что-то прикрывают. О, Богиня, что это за корабль?! — воскликнула старший помощник, указывая на экран, на котором из тумана, окружавшего станцию, вырастал Властелин.

— Похоже капитан Шепард был прав. — Матриарх Лиданья привстала с кресла, вглядываясь в экран. — Но почему он нас не атакует?

— Ему нужны не мы, а Цитадель! Он вошел в нее! Богиня, Цитадель закрывается. Она капсулируется. Корабли, которые охраняли этого монстра, переносят огонь на нас. Капитан, у нас же только дальнобойные орудия... А тут и для фрегатов мало места для стрельбы.

— Отходите от Цитадели подальше.

— Они преследуют нас.

— Отходите, насколько сможете. Тяните за собой их флоты. Пусть другие корабли постараются прикрыть нас.

— На каждый наш корабль по три гетских корабля, капитан. Мы ошиблись с системой охраны пространства вокруг Цитадели.

— Передавайте сигнал бедствия. Сообщите, что на борту — члены совета.

— На связи капитан Шепард, капитан. Он высадился на Цитадель, направляется к Залу Совета и спрашивает, что им делать? Атаковать гетов или сначала уничтожить Сарена.

— Пусть сами решают. Передайте, что нам нужна помощь.

— Капитан, вокруг нашего дредноута возникло какое-то поле, которое орудия гетов пробить не в состоянии. Я распорядилась начать срочный ремонт.

— Запросите людей о ситуации.

— Богиня, они, их подошедшие флоты оттесняют гетов от нас и уничтожают их. Подошли два их флота. Они вернулись к Цитадели и заняли позиции для массированной атаки. Их цель — этот монстр. Они передают, чтобы мы не пытались приближаться к Цитадели до их разрешения.

— Выполняйте, старший помощник.

— Да, капитан. Поле держится, но оно не блокирует связь и видеодатчики.

— Ну вот, теперь мы в первом ряду наблюдаем за развязкой. — проговорила матриарх Лиданья.

— Среди кораблей показался корабль капитана Шепарда, капитан. Это фрегат "Нормандия"

— Запросите их, поле их рук дело?

— Они передают, что поле — их новейшая технология, которую они могут применять только в самых экстренных случаях. Сам капитан Шепард преследует Сарена Артериуса. О, Богиня. Капитан, вы знали о пульте в Зале Совета?

— Каком пульте? Их там три. По числу членов Совета, старший помощник.

— Нет, там поднялся какой-то большой пульт и Сарен работает за ним. Этот пульт... он сзади помоста, на котором размещались члены Совета.

— Не было никогда там никакого пульта. — матриарх Лиданья хоть и смотрела на экран, отказывалась верить в реальность происходящего. Наконец она увидела, что в зале совета появились Шепард, кварианка и кроган. Сарен обернулся, отскочил от пульта и изображение на экране пошло рябью — можно было только разобрать, что Сарен прыгнул на летающую платформу и стал отстреливаться. Вскоре изображение окончательно пропало.

— Капитан, Цитадель. Она раскрывается. Человеческие корабли прислали буксирные звездолеты. Они заходят внутрь кокона и... богиня... они выводят этого монстра. Он обездвижен... минутку... О, Богиня... Этот гигантский корабль... Он разлетелся на куски, едва только его отвели от Цитадели. Спасательные корабли людей отводят свои поврежденные корабли к тылам флотов... ""Нормандия"" садится в районе основания "пирамиды" третьего лепестка...Она подбирает членов экипажа. Среди них нет Шепарда, капитан. Кварианка и кроган тяжело ранены, но они живы. Кварианка смотрит куда-то в сторону шпиля башни Цитадели... Если бы не ее шлем с непрозрачным забралом, я бы поклялась, что она плачет, капитан. Значит ли это, что капитан Шепард...

— Погиб... — сказала матриарх. — Мы недооценили людей. — она сверилась с ридером. — передайте членам совета. Есть вызов из Цитадели. Челнокам с нашего корабля разрешена посадка у башни. Нас ждут представители людей.

— Есть, капитан. — старший помощник кивнула рулевым-азари и те повели дредноут в позицию, удобную для запуска челноков.

Через полчаса все трое членов Совета Цитадели выходили из челнока перед лифтом, всегда поднимавшим посетителей в башню. Вокруг уже хлопотали хранители и ремонтники — азари и турианцы. У лифта их ждали кварианка, кроган и...

— Шепард выжил? — выдохнула азари-советник едва слышно.

— Ситуация осложнилась, советник. — советник-турианец посмотрел на замершую азари. — Мы крупно недооценили человечество.

— И за нашу недооценку мы должны заплатить. Только вот что они потребуют...

— Посмотрим. — произнесла саларианка. — Но их возможности... впечатляют.

— Более чем. — выдохнула азари. — И к ним еще идут люди. Посол Ундина, капитан Андерсон, члены экипажа Нормандии. Приветствуем вас и благодарим за наше спасение. — Азари-советник поклонилась. Следом за ней поклонились турианец-советник и советник-саларианка. Стоявший чуть впереди группы людей Шепард поклонился в ответ. — Мы понимаем, что совершили крупную ошибку, недооценив потенциал человечества. И знаем, что должны компенсировать затраты...

— Полагаю, советник, что вы помните о ваших формулах? — спросил Шепард. — Для вас Спектры — способ зарекомендовать себя перед получением ранга советника.

— В значительной мере вы правы, капитан. — учтиво произнесла азари-советник.

— Мы просим предоставить человечеству место в совете. — продолжал Шепард. — И, если вы опасаетесь, что это будет очередной политик, то ошибаетесь. Это будет человек, который никогда не связывался с политикой. Познакомьтесь, лейтенант Эшли Уильямс. — он жестом пригласил бывшего сержанта выйти вперед. Надо было видеть смущение и смятение на лице внучки генерала. — полагаю, вы утвердите ее кандидатуру немедленно.

— Что-ж. — Азари переглянулась с другими советниками. Те кивнули. — Поздравляю вас, советник Уильямс, с вхождением в круг высшего руководства Цитадели.

— Спасибо, советник. — Уильямс едва справлялась с волнением.

— Пока идет ремонт Зала Совета, полагаю, Совет может выносить решения на этой площади. — продолжал Шепард. — Мы приняли решение привести ее в порядок в первую очередь. И еще, советник. — Шепард посмотрел на азари своим прямым требовательным взглядом. — Мы молодая и энергичная раса. Мы поможем вам измениться в лучшую сторону и избежать многих подобных ситуаций. Но никогда не пытайтесь недооценивать нас. И никогда не пытайтесь манипулировать нами. Мы можем не один раз вас удивить. Приятным или неприятным это удивление будет — зависит от вас, советники. — он обвел взглядом всех троих советников, развернулся и пошел к садившемуся челноку. — Кайден...

— Да, капитан. — вышедший лейтенант был смущен, видя советников Цитадели вблизи. — Я готов доставить вас на "Нормандию", капитан. Сарен Артериус доставлен туда же и помещен под охраной в трюме. Не в том, в каком размещены наши союзники. В другом. И еще, капитан. — Аленко запнулся, видя, как к ним спешит Уильямс. — кажется, вас хочет видеть советник Уильямс.

— Эшли. — Шепард обернулся и, развернувшись на месте, учтиво склонил голову. — Советник.

— Зачем вы так, Шепард? Я же не это имела в виду тогда, при нашей встрече в вашей каюте перед Илом. Вы хотите... от меня... избавиться?

— На этот прямой вопрос я отвечу прямо. Вы молоды, Эшли. А значит, сможете многому научиться и многое понять и сделать нестандартно, по новому, быстро и эффективно. Вы сможете также долгое время пробыть на этом посту, что уравнивает шансы человечества даже с азари. Это первое. Вы — дочь генерала, сделавшего всего одну ошибку, но сумевшего ее признать, а значит — достойного человека. И вы доказали участием в наших миссиях, что вы — прекрасный воин. Это второе. Вы не политик и способны посмотреть на вещи под неполитическим углом зрения и принять предельно нестандартное решение, что часто бывает равносильно обеспечению победы. Я бы сказал — убойно неожиданное решение. Что также хорошо для успеха. Это третье. Есть и еще ряд причин.

— Но звание... Значит ли это...

— Нет, Эшли. Вы остаетесь в присвоенном вам только что решением командования Альянса Систем офицерском звании и оно на посту советника Цитадели не снимает с вас всего, что требует присяга воина. Вы остаетесь на этом посту действующим офицером ВКС Альянса. Впереди у нас слишком много боев, чтобы Совет Цитадели оставался чисто гражданской организацией.

— Но турианец...

— Эшли, это цивилизация, в немалой степени руководимая азари. Нами азари руководить так не смогут, они не смогут ограничить нашу свободу выбора. Так что считать его, советника, военным человеком можно только условно. Саларианцы сильны своим разумом, но кто может просчитать человеческую женщину до конца? Саларианцам это не дано. Даже три советника не смогут договориться, чтобы спрогнозировать вас. Полагаю, я ответил на ваши сомнения? Вы отлично подходите, Эшли Уильямс. — Шепард легко обошелся и без улыбки и без усмешки и Эшли это оценила очень высоко.

— Спасибо, капитан. — Эшли смущенно обняла и поцеловала Шепарда в щеку. — Вы меня убедили. Я постараюсь.

— Вы не постараетесь — вы сделаете все так, как должно. Уверен в этом. — сказал Шепард. — Идите, советник. Вас ждет новая работа. Надо привести Цитадель в порядок. И многое здесь изменить.

— Шепард... И ты, Кайден... Я жду всю команду Нормандии к себе... всегда. Любого из вас и... наших союзников тоже...

— Мы придем, Эшли. — кивнул Шепард. — А сейчас нам пора. Андерсон и Ундина остаются. Посольство людей будет расширено. Не позволяй им рулить собой, Эшли. Особенно Ундине. Прислушивайся к Андерсону.

— Хорошо, капитан. Спасибо за советы, Джон. — Эшли пожала руки Кайдену и Шепарду и отошла. И почему ей кажется, что она видит команду и экипаж перед долгой разлукой... а фрегат... в последний раз.

========== Глава 49. Возвращение на Землю. Столкновение с крейсером коллекционеров ==========

— Капитан, корабль к возвращению на Землю готов. Нам предложили стоянку на Марсианских космодромах. Уточнят поле и порт когда подойдем в Солнечную. Но просили разобраться. Тут у нас опять есть прореха. — сказал Джеф, подавая ридер. — В общем и целом корабли начинают пропадать. На почерк работорговцев и пиратов... не похоже. — Джеф был взволнован. Корабль уже был на курсе возвращения на родную планету и ему, пилоту, предстояло привести фрегат в родную систему как можно быстрее.

— Захар, что дает ваша разведка?

— В этом районе, куда нас просят зайти — натуральная каша, капитан. — Семенов появился на боковом экране. Но, похоже, нас ждет второй акт нашего балета, то есть миссии. Шепард, я прошу вас зайти к нам. По связи так много сказать не получится. Есть информация, требующая обсуждения.

— Хорошо, полковник. — Шепард кивнул Джефу Моро и вскоре уже входил в выгородку-кабинет полковника Семенова.

— Жнецы активизировались? После того, как мы уничтожили Властелина и пленили Сарена Артериуса? — уточнил Шепард, садясь в кресло перед рабочим столом командира "Линии".

— В общем и целом — да. — ответил полковник, в поведении которого Шепард уловил нешуточное волнение.

— И что теперь?

— Они не хотят показываться. Как у вас принято говорить, лично. А у нас своя проблема — "Свиток" погрузил "Линию" на борт и ушел по срочному вызову в соседнюю галактику. Там у нас ситуация второго порядка образовалась, информкрейсер нужен. Вы бы сказали — как воздух. Так что все, что мы можем вам предложить на ближайшее время — это наша пятерка.

— На сколько? — устало проговорил Шепард, поняв, что ему так не нравилось в затравленном взгляде Эшли.

— Не знаю. Если крейсер не успеет — мы пойдем на телепортацию сюда фрегата. "Линии". Но и это сейчас проблематично. По последним данным весь флот крейсера мобилизован для боевых действий. Ситуацию не раскрываю — долго объяснять и не касается это вашего мира, к счастью.

— Хотя бы детали... По действиям Жнецов против нас в ближайшее время.

— Извольте. — Семенов бросил перед Шепардом стопку датападов и ридеров. Чтение — весьма напрягающее.

— Та-а-к. Действительно. Они выдвигают против нас коллекционеров. — протянул Шепард, ознакомившись с данными.

— Целую расу, как вы убедились. Искусственную, мобилизованную расу. И, если вы помните...

— Да. Вы как-то заметили, что не являетесь всесильными. — Шепард через силу кивнул. — Понимаю. И, тем не менее, вы советуете идти через этот район.

— Да, Шепард. Три корабля — это уже серьезная заявка. — Семенов положил перед капитаном еще два ридера. — Вот данные кораблей. По двести человек экипажа на каждом. Хуже чем языком, но слизнуло. Наша разведка аппаратными методами обследовала район — одни сгоревшие обломки. Тысяча причин пожара. Крупных обломков... нет. Это не боевые корабли, это обычные торговцы и транспортники. Там нет тугоплавких конструкций.

— Полагаете, мне следует рекомендовать команде и экипажу написать завещания?

— Шепард, я искренне надеюсь, что все дело в простых индоктринированных и трансформированных протеанах, известных в этом цикле как Коллекционеры. Но здесь чувствуется рука настоящего кукловода, того, кто стоит за Жнецами. Больше тридцати миллионов лет назад уже были зафиксированы первые столкновения с расой Жнецов. Сами понимаете, интервал в пятьдесят тысяч лет — это слишком частая стрижка газона. На столь частых боевых применениях... можно отработать сотни сценариев и встретиться с самыми разными... оппонентами.

— А как же...

— Я же сказал, Шепард. У нас нет никакого желания терять кого-то из ваших людей. Но сейчас, в отсутствие наших кораблей...

— Захар... — Шепард поднял на него взгляд, исполненный непонимания. — Вы же меня учили...

— Позвольте начистоту, Джон. — сказал Семенов.

— Куда уж мне сопротивляться... — ответил Шепард.

— Я не хотел вам этого говорить раньше, но сейчас сказать обязан. То, что мы сделали в союзе с вами в первой части нашей миссии — это одна миллионая часть того, что надо будет сделать в финале. Мы с вами только в песочек в песочнице поиграли, пасочки полепили из глины. Вы офицер, Джон и я тоже. И у нас не может быть разного взгляда на некоторые моменты. Мы можем временно о них забыть, но навсегда забыть о них мы не имеем никакого права. Вас, Джон, слили. — он выложил на стол перед Шепардом пачку ридеров. — Я приказал Степану сидеть на всех каналах сиднем, взломать все, что только можно и добыть карту развития ситуации. Читайте, только потом не забудьте застрелиться. Это аш первый уровень доступа.

— Вы и туда залезли? — без эмоций спросил Шепард, вчитываясь в текст первого ридера. — Эк вы накопали... — он перечитал текст трижды, схватил второй ридер, перечитал текст дважды, третий ридер оказался в его руках с быстротой молнии. — За-хар...

— Я. — ответил полковник.

— Это же...

— Как в плохих романах — предательство в верхних эшелонах власти ради продолжения возможности вести невразумительную политику, преследуя личные интересы. Глупо, но жутко работоспособно. Убедились?

— Да уж, — Шепард оттер пот с шеи платком. — Получается, что "Нормандия"...

— Гигантский проект по распилу денег. Между правительствами Турианской Иерархии и Земли. Извините, капитан, но вы сами видели — никто на Цитадели не был особо впечатлен прибытием Властелина.

— А "Путь Предназначения"? Да я на пенсии буду вспоминать эту пятящуюся махину.

— Скажите спасибо парням из пятого флота, которые эту чушку прикрыли.

— Скажу, обязательно. — Шепард сжал кулаки. — И потребую компенсации от Совета за применение того поля, которое вы создали отсюда, с фрегата.

— Для фрегата в его нынешней комплектации это поле, его создание и поддержка в бою... обошлось слишком дорого. — сказал Семенов.

— Какой выход?

— Поскольку мы теперь знаем, что вам подписали смертный приговор, капитан... Вам, вашему экипажу и команде... И среди подписантов — Альянс и Турианская иерархия...

— Значит, Андерсон...

— Унижен едва ли не больше всех нас вместе взятых, капитан. — согласился Семенов. Неудачник — Спектр — первый выстрел, ликвидация маяка — второй, контрольный. Списывать в расход его не будут, но вряд ли он сумеет оправиться. В общем и целом, капитан, вам Альянс выписал пропуск на тот свет. И мы этот пропуск сможем обернуть в свою пользу. Или вы готовы биться за идеалы Альянса до последнего вздоха?

— Альянс, как вы мне неоднократно доказали — еще не все человечество, а то, что я узнал о его планах списать меня и экипаж с командой — вообще ставит крест на большинстве форм сотрудничества с этой... организацией. Я... я никогда не думал, что скажу такое, Захар... Я готов снять форму капитана ВКС Альянса. И... я не хочу оставлять это дело незавершенным. Я очень хочу... иметь возможность его завершить. Не будучи уже офицером Альянса Систем... формально.

— Тогда скажу просто и четко. У вас будет другой корабль. Даже внешне не так уж и походящий на этот фрегат. Хотя мы могли бы увеличить ваш корабль раза в четыре — мощности стапеля крейсера хватит и на больший размер. Решать будем немного позже. Нам нужно сделать так, чтобы в вашу гибель, в гибель вас и экипажа с командой, а также в гибель корабля... поверили самые недоверчивые.

— Вы предлагаете...

— Сыграть на противоречиях, капитан. Дать Альянсу понять, что его план списать вас удался. И, спустя какое-то время — вы появитесь снова. На качественно другом корабле. Начнете снова собирать команду — о ее распределении по планетам вашей Галактики мы позаботимся. Важно показать, что вы временно были вне игры политиков. Показать, что вроде бы как политики могут спать спокойно. Пока.

— А коллекционеры тут каким боком?

— Обычным, капитан, — вздохнул Семенов. — Не будь политиков, обычные люди во всей галактике Млечный Путь... не интересовали бы коллекционеров. Но обработку мозгов еще никто не отменял. — он положил перед капитаном еще несколько ридеров. — По уставу и по положениям и Совет Цитадели и Альянс и все расы, составляющие Совет обязаны заняться назревающей проблемой. Но ни огромные флоты турианцев, ни войска азари, ни ГОР саларианцев не участвуют в абсолютно необходимых операциях, направленных на блокирование активности коллекционеров. Они представляют этих насекомых простыми коммивояжерами. Пришли, купили и ушли. И уж естественно, никому не хочется устраивать военный лагерь у станции "Омега" хотя бы просто для того, чтобы не давать коллекционерам вываливаться в наш мир. — Семенов видел, как Шепард напряженно изучает содержимое ридеров. — Как видите, ситуация слишком однозначная, чтобы я держал вас и дальше в полном неведении.

— Каков план? — Шепард отложил изученные ридеры.

— Сейчас все, кто на борту фрегата, высаживаются на одной из малых планет. В одном очень тихом и заброшенном районе. Пока идет высадка я и мои люди делают все для максимальной маскировки. Корабль оставляют все разумные живые существа. Все без малейшего исключения. Все до единого. Несколько рейсов шаттлов позволят это сделать без проблем. На планете есть заброшенная шахта, глубина метров двести-триста от поверхности. — Семенов показал на экране, где засветилась карта, затем засветилось изображение планеты. — Мы быстро оборудуем там рулевую рубку "Нормандии", строим лагерь под землей. И отправляем корабль в тот район, который нам указан.

— Пустой?

— Нет, с генераторами, способными полностью воссоздать наличие экипажа на борту. Наша технология, наше носимое оборудование позволяет это сделать. И фрегат под дистанционным управлением Джефа начинает прочесывать район. Все как обычно — фон, радиопереговоры, в целом — полный комплект всех признаков. Технология нами отработана — никто не сможет усомниться в том, что на корабле есть экипаж и он вполне дееспособен.

— Предлагаете подставить фрегат? — Шепард прямо посмотрел на Семенова, но тот остался спокоен и невозмутим. — Мой корабль? Да Джеф и другие...

— Да. Предлагаю. И убежден, что на дистанционном управлении с системой полного погружения Джеф Моро сможет хотя бы попытаться дать бой коллекционерам. Сделать так, чтобы коллекционеры поверили в то, что они ваш корабль, вас и вашу команду с экипажем — уничтожили, Шепард. Все будет выглядеть весьма и весьма реально — пожары, взрывы, сос на всех частотах. Как обычно. Не будет только одного — жертв среди вашей команды и вашего экипажа. Мы же вам обещали, капитан. И, поверьте, нам тоже не хочется бежать с вашего корабля. Который стал и нашим кораблем. Но... иначе будут жертвы. А мы их допустить... не можем. И не хотим. — сказал полковник и капитан видел, насколько ему трудно говорить о таком.

— А потом? — хмуро спросил Шепард.

— Потом нам придется ждать. Коллекционеры постараются убедиться, что никто не выжил. Прочешут район досконально. Предполагаю, что даже наша маскировка, которую мы можем применить автономно... Не смогла бы ввести их в заблуждение. Потому будет все так, как в обычной ситуации, когда гибнет боевой небольшой по размерам и возможностям... корабль. С момента отстрела горящих капсул связь по каналу дистанционного управления отключится полностью. Мы, конечно, будем видеть происходящее... Но для обеспечения естественности повлиять на последний акт гибели фрегата... не сможем. Мне тяжело это предлагать вам, капитан. Но война с таким противником требует предельно нестандартных методов и способов, требует нестандартных решений. Я не думаю, что вы согласились бы подставить под удар экипаж или команду. И я не хочу, чтобы те, кто вас слил, впоследствии остались безнаказанными.

— А вы их уже вычислили?

— Это не так сложно. Сложнее сейчас придумать и понять, как их наказать впоследствии так, чтобы это было приемлемо для нас. Предпочитаю решать проблемы по мере их возникновения, капитан. Сейчас главная проблема — чтобы коллекционеры уверовали в то, что вы мертвы.

— Что-ж. — Шепард выпрямился. — Захар, я, кажется, начинаю вас понимать.

— Тогда... идемте к Джефу. И пригласите Престли. В рулевую рубку. — сказал Семенов.

— Хорошо. — Шепард отдал несколько распоряжений по спикеру.

— Джеф, — сказал Шепард, входя в рулевую рубку и давая возможность старпому Престли переступить порог. — Изолируйте рулевую рубку. По противоабордажной схеме.

— Есть, капитан. — Джеф нажал несколько клавиш и рубка была отделена от остального корабля толстой стенкой. — Выполнено.

— Хорошо. — Шепард положил перед старпомом, севшим в кресло второго пилота и перед Джефом Моро ридеры, которые уже успел изучить. — Вот та информация, которая... была получена не так давно. Изучите. А потом вместе... подумаем, что делать. — по Шепарду было заметно, насколько ему трудно сохранять спокойствие.

В рубке воцарилась тишина. Престли и Моро перечитывали тексты, изучали схемы и графики. Слышалось прерывистое, тяжелое дыхание, рваные вздохи. Шепард и Семенов смотрели в передние иллюминаторы. Нормандия дрейфовала.

— К-к-апитан... — произнес Джеф. — Это же... это же тот корабль, который я... я угнал!

— Джеф, вам дали его угнать. — произнес Шепард. — Дали, поскольку нужно было создать полную иллюзию естественности происходящего. Не мне вам обьяснять, Джеф, что с вашим синдромом... и с учетом правил охраны новейших кораблей и технологий... Это бы сделать в обычных условиях вы... не смогли... И я не предлагаю вам... предавать этот корабль... Я хочу, чтобы вы дали на нем... бой коллекционерам... Нашему новому противнику... Дали возможность "Нормандии" погибнуть не убегая, а атакуя, огрызаясь, борясь. Это... честь для корабля, Джеф. И "Нормандия" поймет вас правильно... Для корабля... важно погибнуть с честью. И если вы поведете ее в ее последний бой... Это не будет позором для вас... — Шепард говорил с трудом, чувствуя на себе не только взгляд старшего помощника, не только взгляд пилота... Он чувствовал на себе взгляд капитана Андерсона... Шепард отчаянно хотел верить, что так... так будет лучше. — Мы все будем видеть... и чувствовать наш корабль... Мы все будем рядом с ним... До последней секунды, Джеф. До последней секунды.... — он отвернулся, не в силах скрыть подступающих к глазам слез...

— Капитан... — подал голос Престли... — Я... я не знаю... но прошу вас... обьяснить это... команде и экипажу лично... Они верят вам, капитан. Верят в вас. И я не могу... в такой момент... выступать посредником между вами и ими... Это будет... бесчестно.

— Престли... Я не... Я не предлагаю вам выступать посредником... — Шепарод повернулся к сидевшему старпому. — Я дал вам эту информацию для того, чтобы вы уже сейчас знали, чем, как и когда придется заниматься через несколько минут. Чтобы вы не медлили, не тормозили, обеспечили реализацию нашего плана...

— Кайден Аленко... — сказал Престли...

— Он... биотик. И я не уверен, что его сейчас нужно посвящать во все детали. Его и наших... инопланетных друзей я... проинформирую сам, когда поговорю с экипажем... Кайден... с его эль два... Нужен мне в нормальном состоянии, а не в состоянии обморока или аффекта.

— Собирать экипаж?

— Всех, кроме минимума вахтенных... Престли. — Шепард уже не мог говорить слитными едиными предложениями, сберегая силы и энергию для разговора с экипажем. — Информируйте всех, чтобы собрались на жилой палубе.

— Я экранирую корабль, капитан. Дополнительно. — сказал Джеф, переключая сенсоры на панелях.

— Внимание по кораблю. Говорит старший помощник Престли. Приказываю всем свободным от вахты по третьему расписанию собраться в на жилой палубе. Форма одежды — обычная. — сказал старпом, активировав громкую связь. — Капитан...

— Я знаю, что наши инопланетные друзья тоже придут... Что-ж. Я не имею права отделять их от экипажа и команды в такой момент.

— Капитан... — Престли еще раз ознакомился с информацией на своем инструментроне. — Все собрались. Ждут вас.

— Джеф. Запись полная. Со всеми деталями. Я знаю, что вы наш... летописец. Сделайте все, чтобы все происходящее было записано с максимальной полнотой и точностью... Это нужно нам... и кораблю. — Шепард повернулся к выходу, нажал сенсоры, набирая командирский код разблокировки антиабордажной стенки. Та ушла в пол, освобождая проход к обычной двери.

Спустя несколько минут он, полковник Семенов и старпом Престли встали на правом фланге выстроенного экипажа. Шепард говорил мало. Экраны жилой палубы транслировали информацию с ридеров и инструментронов, уже изученых Семеновым, Престли и Моро с Шепардом. Капитан чувствовал растущее напряжение.

— Джеф... Выводи под маскировкой фрегат... к планете... Тихо... и быстро. — произнес Шепард, когда почувствовал, что основная часть предъявленной информации воспринята всем экипажем и всей командой...

— Десять минут, капитан. Мы уже давно на курсе. — доложил Джеф, старательно скрывая обеспокоенность.

— Хорошо. — Шепард обвел взглядом членов команды и экипажа. — Собраться всем. Обьявляю эвакуацию экипажа и команды. Вольно... Разойтись. — он чувствовал, как люди и инопланетяне ломают строй, как они расходятся... Нет, разбредаются по кораблю. Чувствовал спектр их настроений, эмоций, желаний... Наконец жилая палуба опустела.

— Я проконтролирую ангар, капитан. — первым очнулся старпом. Шепард только кивнул... отпуская старого офицера.

— Джеф...

— Капитан, записано все. С пяти десятков точек. Все, происходившее в этот момент на корабле. С максимальной точностью. Архивация произведена. Три минуты до орбиты. — Моро умолк. Его присутствие на связи выдавал только еле различимый треск. — Мы... мы на орбите... капитан.

— Внимание по кораблю. Говорит капитан. Начать эвакуацию на челноках. — Шепард отключил громкую связь и повернулся к Семенову. — Я — у себя.

— Хорошо, капитан. — полковник кивнул и направился к лестнице.

Шепард прошел к себе. Оглядел каюту, уложил в сумки и контейнеры все, что было самым ценным. Обошел каюту. Прикоснулся к переборке, ощутив дрожь корабля... Дрожь их дома... Их базы... Их пристанища... На экранах капитанского пульта было видно, как в ангаре заполняются два челнока... Вот они стартовали... Фрегат снизился до предела, облегчая процесс высадки, делая возможным сокращение времени рейсов. На поверхности неподалеку от шахты рос лагерь. Шепард подхватил сумки и контейнерные укладки. Взвесил их в руках. Поставил.

— Капитан. — голос пилота прозвучал в тишине каюты неожиданно. — Через восемь минут высадка будет закончена.

— Престли...

— На связи, капитан. Аленко — рядом.

— Распорядитесь о переносе всего оборудования и имущества... в шахту.

— Есть, капитан. — Престли отключил связь.

Шепард открыл дверь каюты. Вышел.

— Капитан. Челнок — в ангаре. — доложил Стив.

— Хорошо. Я... скоро буду. — ответил Шепард, поднимаясь на верхнюю палубу. Он решил обойти корабль весь, от верха до низа. Убедиться, что все сделано так, как надо...

Обход занял больше сорока минут. В опустевших каютах, салонах, коридорах гуляли сквозняки... У челнока его ждали водитель и Джеф.

— Капитан... — сказал пилот.

— Не надо, Джеф... Я понимаю. — остановил его Шепард. — Давай в челнок. Нам нужно... присоединиться к остальному экипажу и к команде. А "Нормандии"... подготовиться к последнему бою. — он обвел взглядом полутемный ангар, подождал, пока Моро расположится в салоне, а водитель — в кабине. Взглянул на указатели схемы корабля, проверяя, нет ли сигналов наличия живых существ.

Спустя несколько минут все трое смотрели на удалявшуюся от них громаду корабля... фрегата... дома... Моро едва сдерживался, чтобы не заплакать. Шепард до боли сжимал кулаки. Даже Стив, водитель челнока, занятый управлением машиной, был напряжен и взволнован.

Челнок совершил посадку рядом с шахтой. От лагеря, разбитого неподалеку, мало что осталось. Обведя взглядом окружающий ландшафт, Шепард шагнул на плиты старого лифта. Со скрежетом закрылись решетки дверец шахты, задвинулись заслонки стенок кабины и она медленно пошла вниз.

— Капитан. — в наушнике спикера возник голос Семенова. — Фрегат полностью управляем.

— Хорошо. Я сейчас буду. — сказал Шепард, дожидаясь, пока опустившаяся на самый нижний уровень кабина откроет дверцы шахты и свои заслонки-стенки.

В небольшой выработке горели аккумуляторные фонари. На раскладных столах были разложены кейсы, образуя почти полное подобие пилотского пульта. Рядом трое техников налаживали второй пульт, предназначенный для второго пилота. Джеф, не дожидаясь окончания их работ, подошел и сел на раскладной стул, провел над кейсами руками, вспоминая позиции.

— Капитан... — его вопросительный взгляд коснулся глаз Шепарда.

— Поднимай фрегат, Джеф. Веди его в обычном режиме в тот район.

— Есть, капитан. — Моро включился в работу. Шепард обошел другие, близкие выработки, проверил, как разместились члены его экипажа и команды. Люди и инопланетяне размещались, размещали оборудование, уже зная, что здесь, на глубине двухсот метров, им предстоит пробыть достаточно долго, во всяком случае — больше нескольких суток.

— Капитан. — к Шепарду подошел Престли. — Члены группы аппаратной разведки — на своих местах. Через час корабль войдет в нужный район.... Если бы я не знал деталей, я бы не смог отличить...

— Начнем работу, Престли, начнем работу. — Шепард очнулся от размышлений, взглянул на стоявшего рядом старшего помощника. — Надеюсь, что "Нормандия" нас поймет правильно... Поймет и поверит...

Престли кивнул и отошел. Потянулись минуты ожидания.

— Капитан, корабль в нужном районе. — доложил Джеф. — Приступаю к выполнению сценария активного поиска.

Пять суток. Пять суток "Нормандия" рыскала по району. За это время были найдены мельчайшие следы прошлых катастроф, обнаружены шестьдесят новых месторождений полезных ископаемых, выделены четыре района на планетах и астероидах, представлявшие интерес для археологов. Пять суток Джеф с небольшими перерывами управлял кораблем, стремясь поддержать полную иллюзию его обитаемости. Семенов и его люди работали в своей изолированной от других выработке, обеспечивая основной обычный фон.

— Капитан. Дальние сканеры... Они что-то ухватили. — сказал Моро, заставив Шепарда взглянуть на часы — пять утра. Самая кошмарная вахта, когда хочется спать и засыпать... бесполезно. — Сигнатура... В базе данных отсутствует. Корабль введен в режим маскировки. Не понимаю, но... такое впечатление, что гость... видит его. Продолжает видеть...

— Геты не могут... — сказал по связи старпом Престли, располагавшийся с дежурными вахтенными в соседней с "пилотской" выработке. — У них нет возможностей...

Джеф выполнил трудный пассаж над сенсорными клавиатурами кейсов.

— Это не гет, капитан. Гетская сигнатура мне известна. Даже с учетом возможности строительства гетами тяжелых кораблей. А по всем признакам это...

— Крейсер, капитан. — сказал Престли. — Размеры и характер движения указывают.

— Крейсер на курсе перехвата. Он ясно видит "Нормандию". — доложил пилот. — Активирую защитные системы и все оружие корабля. — на экранах было видно, как фрегат ощетинился стволами излучателей, вышли из под брони ракеты и торпеды. — Я не сдам им свой корабль, капитан. — Моро впился глазами в экраны, его пальцы порхали над клавиатурами и полями сенсоров. — Без боя... не сдам.

Шепард молчал. Он ясно видел, что небольшой фрегат и огромный корабль неизвестной расы сближаются на расстояние активации вооружения. Но крейсер ударил первым. Моро едва успел выполнить маневр уклонения и попытаться достать оппонента ракетами и торпедами.

— Это для него как слону дробина, капитан. — сказал Престли, оценив результаты стрельбы, пока шла перезарядка. Джеф только скрипнул зубами. — Крейсер на атакующем курсе. Он включает главное орудие... Джеф, уводи...

— Есть. — Моро едва сумел закончить набор на клавиатурах, как толстый луч из главного излучателя задел борт фрегата по касательной. — Он быстр... Это не крейсер, капитан. Но что бы то ни было... Я не сдам ему корабль. — он набрал еще несколько команд и удирающий фрегат развернулся, уклоняясь от очередного залпа малых лазеров наседавшего противника. — Перезарядка закончена. Стреляю.

— Результаты — повреждения минимальны. — доложил Престли. — Крейсер меняет курс на курс перехвата. Моро...

— Вижу. — пилот сжал зубы. Экраны доносили подробности смертельного танца двух кораблей. "Нормандия" огрызалась, как могла, стараясь не попадаться под луч главного излучателя крейсера. Но произошло то, чего никто не предполагал.

— "Ножницы!" — вопль Престли услышали все, кто был в это время в шахте. На экранах было ясно видно, как главный излучатель плюнул в сторону Нормандии очередным залпом и вдруг луч разделился на два. Те взяли фрегат в вилку и начали быстро сходиться. Как ни старался Моро вывести фрегат из смертельной области, он не успел. Лучи оказались быстрее и нанесли удар по корме.

— Двигатели повреждены. Корабль теряет ход. — доложил Престли. — Множественные пожары на борту корабля. Разгерметизация большинства отсеков. Разрушения. Система пожаротушения... не справляется.

— Я ему не дамся. — Моро переключил режимы, перезаряжая оружие. — Я ему... не дамся. — он набрал очередную серию команд и тяжело раненный корабль плюнул в крейсер из большей части излучателей. Но, потеряв ход, фрегат не мог занять удобной для эффективной стрельбы позиции. Подошедший почти вплотную крейсер готовился плюнуть в почти обездвиженный корабль очередной залп из главного излучателя.

— Автоматическая система начала отстрел капсул. — доложил Престли. — но крейсер их... не атакует.

— Ему нужен корабль. — произнес Моро, оглядывая ряды индикаторов. — Капитан, большая часть вооружения... повреждена. Подтвердить эвакуацию?

— Подтверждайте, Моро. — сказал Шепард. — Выводите корабль к ближайшей планете. Что там у нас?

— Алкера, капитан. — Моро набирал очередную серию команд, наблюдая, как почти обездвиженный корабль отстреливает пять последних капсул. — На курсе, капитан. Но это... падение...

На экранах внутренней обстановки было видно, как все члены экипажа и команды встали. "Нормандия" падала, распадаясь на огромные фрагменты, падала, пробивая атмосферу холодной негостепреимной планеты. Начавшиеся было пожары постепенно глохли, слизываемые холодными потоками.

— Капитан. Место падения обломков... зафиксировано. — произнес Престли.

Джокер стоял, нависая над разложенными на столах кейсами с клавиатурами и сенсорными полями. Экраны уже давным давно погасли — им нечего было показывать. Руки пилота обхватили край ближайшего к креслу стола. Его голова тряслась. Джеф едва сдерживал рыдания. Шепард ощущал, что не менее трети команды сейчас пытаются удержать слезы. А уж об экипаже и говорить нечего.

— Капитан. — послышался голос старпома. — Крейсер не уходит. Он обыскивает систему. И, видимо, не уйдет еще долго.

— Хорошо, что он хоть не стреляет по обломкам и по капсулам.

— Капсулы пришлось... сделать слишком поврежденными, чтобы у тех, кто на крейсере... не возникло подозрений после того, как из них... никто не выйдет. — сказал кто-то из техников. Руки Шепарда, сжимавшие рукоятки пистолетов, просто побелели.

— Ладно. — произнес он. — Ждем.

— Будем ждать долго, капитан. — сказал Моро. — Он слишком нетороплив.

— Зато у него будет меньше оснований вернуться.

— Пассивное сканирование корабля выполнено, капитан. — вошел Семенов. — Это действительно крейсер коллекционеров. Корабль, предназначенный для атак планет. — он подал ридер. — И для сбора... генетического материала.

— Значит, Жнецы...

— Спрятались за очередной ширмой. — подтвердил Захар. — И я вряд ли ошибусь, если скажу — ширма очень сложная и прочная.

— Хорошо. Всем — обычный график работы и службы. — распорядился капитан, надавив сенсор наушного спикера. — Усилить наблюдение за обстановкой на поверхности и за крейсером.

— Принято, капитан. — донеслись доклады техников. Люди и инопланетяне постепенно начинали отходить от увиденного и почувствованного.

Шепард прошел в выделенную для него небольшую выработку и сел на раскладной стул. Ему необходимо было побыть одному. Он впервые в своей жизни столкнулся с тем, что его, офицера, предало собственное командование. Его, кто служил Альянсу Систем с восемнадцати лет, выдержал тяжелейшие миссии, стал эн-семеркой. Его, для которого военная служба стала основой существования, фундаментом его жизни, его мировоззрения. Его слили, назначив на корабль, который неспособен был в полной мере выполнять никакие серьезные задачи. Он теперь понял, почему Ундина так быстро дал ему возможность получить капитанские права над "Нормандией". Для этого политикана и он, Шепард, и Андерсон были марионетками, пешками, солдафонами. Ундина не хотел и не мог видеть в них людей. Не видел в них личностей. Не признавал за ними права на ценность. И Ундина... был не одинок. Просто Шепарду пришлось столкнуться с человеком, который привык смотреть на других людей как на материал, быстро становящийся... отработанным.

Шепард очнулся от размышлений только поздним вечером. За весь день его никто не побеспокоил визитом, никто не выходил на связь. Капитан чувствовал, что экипаж и команда тоже переживают гибель корабля. Тоже скорбят о его... кончине. Для них "Нормандия" стала... больше чем домом.

Растянувшись на раскладной жесткой койке, капитан приказал себе заснуть и установил внутренний будильник на шесть утра.

Просыпаться утром... было тяжело... В глазах — туман, движения — замедленные, спину — ломит. Ноги никак не могут найти ботинки, втиснуться в их... пространства, чтобы поднять тело в вертикальное положение. Пришлось потоптаться по камням, перемешанным с землей. Даже носки не спасли. Неприятно. Шепард наощупь нашел бутылку газировки, открыл, едва вслушиваясь в недовольное шипение, плеснул на ладонь, растер лицо, сдирая остатки глубокой сонливости. Тишина вокруг стояла... Близкая к могильной. Только выйдя в коридор... Шепард понял — Престли не стал будить... экипаж и команду, давая людям возможность... пережить катастрофу во сне... Сам старпом уже тенью шел навстречу капитану.

— Я только два раза... вот так... — сказал он. И Шепард его понял. Престли говорил об эвакуации всего экипажа в капсулах с горящих поврежденных боевых кораблей.

— Мы... заставим их заплатить... — произнес капитан.

— Не мы, Шепард. — раздался сзади тихий шепот Семенова. — Жнецы. Нам опускаться до мести... не будет никакой возможности. И права... Идемте ко мне. Пока экипаж... Мы должны работать. — полковник тихо развернулся на месте и зашагал в полутьму коридора. Шепард и Престли пошли за ним. На столах в выработке, отведенной под кабинет, уже лежали экраны, на которых светились схемы и чертежи. — Это... наши предложения. То, что мы можем позволить себе построить... — сказал полковник, взглядом указывая на экраны. — И... надо сохранить название корабля. Вашего корабля, Шепард. Без всяких скидок... вашего. Не корабля предавшего вас Альянса. Вашего.

Вполголоса командиры и старпом обсуждали представленный на экранах проект, внося световод-кодаторами изменения, дополнения, правки. Перекомпоновывая отсеки. Только в девять утра они прервались, взяв из контейнеров саморазогревающиеся пайки. Обсуждение продолжалось до позднего вечера. В течение пяти дней Шепард, Престли и Семенов с Ивановой были заняты почти полные сутки. Проект приобретал все более четкие контуры...

— Если Авроре нравится... — сказал Шепард... — То нам — тем более. Крейсер в обличье фрегата. Семен, это... это сильный ход.

— Размеры, конечно, увеличились, но мы постарались сохранить от прежней "Нормандии" многое. — сказал Семенов, внося очередные правки. — По меньшей мере так расправиться с нами, как этот крейсер убил прежнюю "Нормандию"... уже у врагов... не получится. Главное — мы перекрыли возможность результативного удара по самым уязвимым ранее службам и системам корабля. Ибо противостоять нам будут гигантские разумные машины. В которых нет места органической нерешительности и гуманизму. Эти политические договоры на наш фрегат... Да, да, фрегат, в котором скрыт уже не крейсер — линкор, дредноут... Эти политические договоры на наш фрегат не распространяются, Шепард. То, что сотворили ваши политики с флотом Альянса Систем, когда подписали эти соглашения... Это преступление перед будущим. И это преступление, его совершение, можно предотвратить только наплевав на эти бумажки со столь преступными формулировками. Для нас этих договоров не было и нет. Мы не можем себе позволить то, что произошло у Цитадели, когда мы воевали с Властелином. Эти парни из трех земных флотов... Они...

— Они будут отомщены, полковник. Я об этом позабочусь. Имея такой аппарат... — Шепард окинул взглядом экраны. — Виновные будут наказаны... мной... по всей строгости.

— Вы правы, капитан. Ибо воевать придется и с инопланетянами, и с разумными машинами, и с теми, кто уже попал под их влияние.

— И с теми людьми, которые... уже перестали быть... людьми. — тихо произнес Шепард. — На два фронта. А тут... никакие бумажки, никакие ограничения роли. — он сжал кулаки, упершись в стол. — не играют и не имеют. Захар... я теперь понимаю... За миллион лет... вы видели столько... закатов цивилизаций... что...

— Это не могло нам надоесть, как разумной расе. Расе, которую раз за разом также пытались уничтожить разные... враги... — сказал Семенов. — Когда мы... планировали прибытие к вам, в галактику Млечный Путь... мы решали вопрос, в каком обличье мы здесь появимся... И мы не решились быть слишком... оригинальными что-ли. Мы ведь... тоже люди. И обязаны помогать людям, а не этим... турианцам, у которых тысяча пятьсот лет почти опыта космических технологий и боев, не этим... саларианцам с их двумя тысячами лет такого опыта, не этим... азари с их почти тремя тысячами лет. У нас нет к ним ненависти... Но помогать мы будем только вам... Ибо самая младшая раса, самая активная раса... самая непредсказуемая раса... обязана... нет, не командовать, не властвовать, не распоряжаться... Быть самой первой, самой передовой.... — размышляя, продолжал тихо говорить полковник. — Нет, я не говорю о том, что это будет быстро. И я не говорю, что люди быстро станут... главными... Вопрос не в скорости. Вопрос в качестве. И только качество первого удара определяет уровень, обязательный к достижению на всех последующих этапах. Шепард, ваша новая "Нормандия" — это то лучшее, что не могут вам дать никакие ныне существующие расы Млечного Пути. Не могут, потому что у них этого просто нет. А не потому, что они по разным причинам не захотят или не смогут вам передать такое. В аренду, в лизинг, как хотите назовите. Вопрос стоит не о доминировании человечества, не о его локомотивности для всех остальных рас. Вопрос стоит о единстве и многообразии Галактики, о том, что столь ненавистно до предела унифицированным Жнецам. И их руководителям. И их приспешникам. В какие бы формы те не рядились. Ваш корабль... должен возглавить удар по лезвию, раз за разом разрушавшему целостную красочную картину жизни вашей Галактики. Ударить по лезвию, разрушив это лезвие полностью. Лишив Жнецов и их создателей малейшей надежды... на успех. Но для этого нам придется привлечь на свою сторону слишком многих. Которые... не станут лишними.

— Сколько потребуется...

— Три — шесть месяцев, капитан. — Семенов явно ждал этого вопроса. И потому мы должны принять решение относительно и команды и экипажа. Я говорил вам, что мы телепортируем многих из них на другие планеты, откуда они смогут вернуться в свои миры. Нет никакой необходимости и смысла держать их здесь все это время. "Свиток" все равно будет... воевать в другой галактике. Вместе со своим флотом, включая "Линию". Воевать и параллельно строить на своем стапеле новую "Нормандию". В обычное время... мы бы управились за два месяца, но сейчас война... там слишком тяжела, чтобы бросить на строительство все нужные для соблюдения этого срока ресурсы. Поэтому — шесть.

— С какого момента?

— С момента, когда согласованный проект будет отправлен на борт воюющего "Свитка". — ответил Семенов, пряча глаза. Шепард понимал, как хочется ему, боевому офицеру не прохлаждаться здесь, в двухстах метрах от поверхности малогостепреимной планеты в относительно тихой системе, а быть там, на мостике в боевом информационном центре своего родного корабля, среди своего экипажа, своей команды. — А для этого нам нужно еще дней пять. Торопиться не будем, поскольку спешка здесь — гибель впоследствии неминуемая. Или потери... Несопоставимые с нормативом.

— Хорошо.

— Как только проект будет принят к исполнению все это время мы будем проводить натурные тренировки, капитан. И для пилотов, и для инженеров и двигателистов. Для всех. Всем нужно будет привыкнуть к новинкам этого корабля. — уточнил полковник.

Шепард только кивнул в знак согласия.

Согласование всех возможных нюансов и деталей заняло десять дней. Все это время группа командования работала почти круглосуточно, изредка привлекая других членов экипажа и команды. Подземная жизнь была в общих чертах налажена, но велась она по-прежнему по походному варианту.

Отправив на "Свиток" согласованный проект, Шепард и Семенов приняли участие в запуске натурных тренажеров в нескольких выработках. И теперь с утра до позднего вечера члены экипажа и команды в голографической среде знакомились с убранством, аппаратурой и техникой будущего корабля. Шепард носился по выработкам как угорелый. Глядя на капитана стали наращивать темпы освоения и все члены экипажа и команды.

— Капитан. — в дверях капитанской выработки выросла фигура полковника. — Два месяца подготовки истекли. Десять дней финальных проверок... И мы обязаны будем сворачиваться. В смысле... Отправлять телепортацией всех кого только можно на их родные планеты или куда поближе, чтобы не вызвать подозрений.

— Спасибо, что напомнили, Захар. — Шепард встал, прибавил свет ночника. — Знаю, загонял всех до полного охренения.

— Загоняете сейчас — сохраните в бою. — высказал ожидаемую сентенцию командир "Линии". — А боев у нас всяких предстоит впереди — немало. Есть предложение, капитан.

— Слушаю, Захар.

— Через десять дней устроить день отдыха. Пусть все... пообщаются, потанцуют, попоют, поедят и выпьют в неформальной обстановке... Я далек от мысли, что кто-то к нам не вернется... Большинство экипажа остается. Часть команды... Тоже.

— Я жалею, что придется отпустить Гарруса, Тали, Лиару, Бенезию... И многих других. — тихо сказал Шепард. — Но я понимаю, что не могу давить на их путь, на их судьбу. И пытаюсь подготовить себя к тому, что они... могут не вернуться...

— К такому... подготовиться невозможно, Джон. — Семенов подошел ближе, положил руку на плечо капитана. — Я знаю, вам тяжело скрываться от Эшли.

— Я знаю, что у нее сейчас полно других проблем, по сравнению с которыми поиски нас... не слишком важны. У нас тут хоть команда, экипаж, а она там... На Ундину и Андерсона надежды... почти никакой. А остальные люди... Просто пешки, на уровне принеси-подай-убери. Противно... И глупо.

— Шепард. — голос полковника посуровел. — Вы спасли весь без исключения экипаж. Вы спасли всю без малейшего исключения команду. Вы дали право и возможность вашему кораблю, боевому кораблю погибнуть не на базе-свалке технического обслуживания флотов, а в бою. Вы показали коллекционерам, что у разумных существ этой галактики есть те, кто не будет терпеть их коммерческие операции, более похожие на грабеж и работорговлю. Я знаю, что вы поступили правильно. И вы это тоже знаете. Со временем вы убедитесь в правильности сделанного еще больше, еще глубже и еще полнее. А сейчас вы подарите своим нормандовцам... пусть некоторым... право пожить обычной жизнью. А остальным — право быть не на борту корабля, а на твердой земле. Понимаю, что большинству придется по-прежнему скрываться под землей — коллекционеры не столь глупы и поиски нас продолжаются. Ищут на Алкере, но капсулы... вряд ли они что-то смогут понять в этих обломках. Мы об этом позаботились. Для большинства значительная часть экипажа мертва. Корабль уничтожен, его обломки... Стали уже частью множества отчетов. Материальными доказательствами нашей с вами гибели. Считайте, что вы отвели свою армию... на переформирование. И на подготовку к существенному пополнению. Вы продолжаете борьбу, Шепард. — Семенов посмотрел прямо в глаза капитану. — А мы, наша пятерка, продолжаем вам помогать в этой вашей борьбе.

— Хорошо, полковник. — Шепард обменялся с Семеновым рукопожатием и тот, почувствовав, что капитан вернулся в нормальное состояние, вышел.

Через несколько дней установленная аппаратура телепортации была опробована. Если с членами экипажа, занимавшими не самые основные посты и как один обещавшими вернуться — большинство выросли не на Земле, а в человеческих колониях далеко за пределами Солнечной системы — было достаточно просто попрощаться, то с Гаррусом пришлось, обменявшись извиняющимися взглядами с кварианкой и азари, ненадолго уйти в кабинку техников.

— Гар, что ты потерял на Омеге? — без обиняков спросил Шепард.

— Хочу немного пожить среди тех, кто обо мне мало знает, Шепард. — ответил турианец.

— Пять месяцев?

— А что? На Омеге пять месяцев — как пять лет в гораздо более спокойном месте, Джон. И еще, знаешь... Хочу присмотреться я к этому ретранслятору.

— Ага, так тебе бандюганы и дадут присмотреться. — криво усмехнулся Шепард.

— А я у них даже спрашивать ничего не буду. Ни разрешения, ничего. — сказал Гаррус, протягивая лапу. — Давай, кэп, попрощаемся. А то Тали с двумя азари меня со свету сживут.

— Давай. Гар, ты... это... сохрани там себя. Хочу выпить с тобой в баре потом... не один раз... чего нибудь слабоалко...

— Обязательно. — серьезно сказал турианец. — Ибо нет Вакариана без Шепарда.

— И Шепарда без Вакариана. — эхом отозвался капитан, выходя вместе с турианцем из кабинки техников и наблюдая, как тот становится на платформу и растворяется в воздухе.

Тали в совершенно потерянных чувствах попыталась раствориться, прижавшись со всей силой к груди Шепарда, прошептала "Спасибо, Джон... за все..." и скакнула на площадку телепортатора, закрывая руками стекло шлема. Ее плечи тряслись от рыданий. Так она и растворилась.

Бенезия подождала, пока Лиара вдоволь наобнимается с Шепардом. Выгородка, отведенная под платформу телепортатора была пуста — техники осуществляли контроль и управление из другой, соседней выгородки. Наконец, когда Лиара отступила от капитана, матриарх приблизилась к Шепарду.

— Спасибо вам, капитан. — ее глаза засветились непривычно теплым светом. Без биотики. В них была... благодарность. Благодарность матриарха, которой стоящий перед ней тридцатилетний мужик годился разве что в неразумные эмбрионы... Или куда пониже — во вши какие нибудь. А тут — благодарность. — И за Лиару... тоже. — она отвесила капитану легкий полупоклон и встала рядом с дочерью на пластину телепортатора, поднимая руку в прощальном жесте. — До скорого...

Кивнув техникам, Шепард смотрел как фигуры азари растворяются, теряют четкие очертания, затем развернулся и вышел.

Через час отдельным сеансом на Иллиум отбыл Сарен. Матриарх и ее дочь посчитали, что на Тессии ему делать пока нечего, а на свободолюбивом Иллиуме он будет вполне на месте. И под их присмотром.

Комментарий к Глава 49. Возвращение на Землю. Столкновение с крейсером коллекционеров

Всё. На этом повествование по событиям первой части трилогии завершается. Вторая часть этой главы будет размещена в начале второй части повествования. Но пока я не выглажу в достаточной степени ее тексты — выкладывать не буду.

Приятного чтения.

========== Глава 50. ВТОРАЯ ЧАСТЬ. Новая "Нормандия". Взлет с планеты ==========

— Капитан. — раздавшийся в динамиках инструментрона голос полковника Семенова стал для Шепарда полной неожиданностью. — Прошу прощения за столь поздний вызов, но прибыла "Нормандия". Она совершила посадку в полукилометре от шахты. Прикрыта тремя полями невидимости. Для гарантии. Вечер плавно переходит в ночь. До утра надо, чтобы все погрузились и мы тихо-тихо, держась теневой стороны, ушли.

— Хорошо. — Шепард поставил чашку с горячим чаем, едва не расплесканным по полу. Мельком взглянув на календарь, убедился — да, прошло ровно пять месяцев. И Семенову не терпится вернуться на борт пусть и не своего собственного, но все же корабля. Для членов экипажа и команды сидение на твердой земле незнакомой планеты... было в последнее время испытанием не из последних. — Престли, поднимайте людей.

— Есть, капитан. — откликнулся старпом. — Почти никто не спал, все ждали. Начинать подьем багажа?

— Да, сделайте в равновесном режиме.

— Хорошо, капитан.

Ночь получилась рабочей. Пользуясь масками с приборами спецтелеметрии, позволявшими во тьме и под полями невидимости видеть контуры окружающей местности и контуры корабельных конструкций, экипаж и команда корабля занимались подъемом кофров и контейнеров с вещами и оборудованием на поверхность планеты.

Впервые увидев корабль, пусть только и в виде контуров, Шепард несколько минут стоял, не будучи в силах пошевелиться. Перед ним стоял... крейсер... Да что там крейсер... Дредноут, упакованный в обводы резко и сильно увеличенного фрегатского, перестроенного и усиленного корпуса. Корабль, способный теперь успешно воевать с врагом и на ближних, и на средних, и на дальних дистанциях. Примерно такую же реакцию он наблюдал и у почти всех нормандовцев. На их лицах читалось самое неподдельное изумление, удивление, неверие, что эта летающая суперкрепость — теперь их "Нормандия".

— Простите, капитан. Я попросил автоматику продемонстрировать почти все имеющееся вооружение... открыто. В нормальной обстановке все это скрыто под броней. Иллюминаторов, кстати, тоже минимум. Планировка... ну вы сами знаете. — подошедший Семенов не был поражен видом корабля, видимо за долгие месяцы привык видеть его чертежи на пяти больших экранах, висевших на стене в его выгородке. — Главное, что самые важные части теперь надежно укрыты и нанести кораблю ущерб... скажем прямо, сложновато будет. Во всех смыслах.

— Захар... Это... это не корабль, это песня....

— Песня вольных стрелков. — без улыбки продолжил полковник. — Вы теперь с этого момента вроде как капитан корабля вольных стрелков. О службе в Альянсе можете забыть. Как о страшном сне. Вы остались человеком, остались землянином. Этого вполне достаточно. Теперь "капитан" это не воинское звание, а должность, высшая должность на вашем корабле, Шепард. — он кивнул, разрешая спутникам, входящим в его группу, начать перемещение вещей и контейнеров на борт. — Мы — как всегда, в трюме. Виртуальный интеллект проводит вас в вашу каюту, капитан. — полковник скрылся во тьме, даже еле видимые красные точки индикаторов габаритов скафандра быстро пропали.

Спустя несколько часов "Нормандия" стартовала и ушла, придерживаясь теневой стороны планеты.

========== Глава 51. Разговор Шепарда с Джефом Моро ==========

— Капитан. — Джеф встал из кресла пилота. — Рад вас видеть.

— Садись, Джеф. — сказал Шепард, присаживаясь в кресло второго пилота.

— Джеф Моро. — в рубку вошел Семенов. — Как идет освоение новых систем корабля? — он не стал говорить "нового".

— Стараюсь, полковник. Много интересного.

— Иначе и быть не могло. Не хотите ничего сказать капитану?

— Джон, тут это... — Моро замялся, вернулся в кресло и уже сидя в нем развернулся к капитану. — Я виноват в том, что мы потеряли "Нормандию".

— Интересно, почему? — стараясь пригасить эмоции, произнес Шепард.

— Помнишь, когда мы впервые увидели на сканерах этот крейсер, его отметку.

— Увидели, ну и что?

— Он начал стрелять главным лучом и я решил выполнить маневр уклонения. Хоть и на дистанционном управлении, но все же. Это было слишком реально и осязаемо.

— Выполнил. И что?

— Я не подумал, что это корабль, который не принадлежит к пространству Млечного Пути. И выполнил маневр по стандартной схеме. Он меня просчитал и...

— "Нормандия" впервые попала под луч по-крупному. — закончил Семенов. — Именно тогда, возможно, начались быстро распространяющиеся по кораблю большие пожары и были получены первые существенные повреждения. Дальнейшие маневры под огнем только усугубили эти повреждения.

— Капитан, если вы пожелаете, чтобы я оставил пост пилота "Нормандии", я соглашусь с вашим решением. — сказал Джеф. — Моей "Нормандии" по моей вине больше нет. А с этим кораблем я еще не совсем освоился, что может привести еще к большим проблемам.

— Каково ваше решение, капитан? — спросил Семенов, по обыкновению подпиравший стенку.

— А ваше, полковник? Вы же убедили экипаж "Свитка" заняться строительством "Нормандии-2" и сделали это, смею теперь сказать это открыто, раньше, чем первая попала в переплет у Алкеры. — произнес Шепард. — Значит, вы уже тогда планировали что-то в этом роде?

— Шепард. — взвился Моро. — Не думаете ли вы, что полковник и его команда знали о Коллекционерах больше чем мы?

— Мы действительно знали о них достаточно. — Семенов не изменился в лице. — Но это — ваша галактика Млечный Путь. Мы здесь только для того, чтобы вы, как одна из сильнейших рас Галактики Млечный Путь, сумели не погибнуть в очередной раз. — Он не сходя с места включил несколько экранов. — Посмотрите, ваши человеческие, цитадельские и общегалактические средства массовой информации до сих пор не знают, как классифицировать ситуацию с Властелином и тем более — с основным флотом Жнецов. С одной стороны — СМИ заявляют, что Жнецы уничтожают всю разумную жизнь в Галактике, следуя Циклу в полной мере, с другой — утверждают, что они "снимают" с пространства Галактики только сильнейшие цивилизации. С третьей — продолжают утверждать, что гетская проблема практически решена, а Властелин — досадная случайность, которая не будет иметь значимых последствий. — командир "Линии" сделал короткую паузу. — Против любой из ситуаций должно быть точное лекарство, Джеф. Вы чуть ли не потребовали от нас, членов экипажа "Свитка", чтобы мы предоставили вам вакцину от синдрома Вролика. И тогда, когда вы стали единственным, получившим индивидуальную вакцину от этого синдрома, встали на путь реабилитации, вы, Джеф, расслабились. А теперь, скажите, Джеф, если бы мы так расслаблялись, как вы, то смогли бы мы просуществовать, как цивилизация, полтора миллиона лет?

— Не могли, полковник. — пилот опустил голову и съежился в кресле. — Но...

— Вы расслабились, Моро. А мы уже тогда проектировали, пусть и вчерне, вторую Нормандию, зная, что ваше расслабление — неизбежно. И мы уже тогда планировали, как будем спасать экипаж и команду "Нормандии", как сделать так, чтобы боевой корабль не был предан, оболган, забыт, растоптан. — Семенов, говоря столь эмоциональные слова, умудрялся оставаться спокоен. — Мы снова выполнили свою часть плана, а вы выполнить свою не смогли. Вы были должны на прежней "Нормандии" найти причину пропажи трех кораблей. Трех кораблей за столь короткий срок. Кто у нас там первый кандидат на должность ответственного за их исчезновение? Как минимум — геты. Не так ли, мистер Моро?! А значит, Моро, вы должны были понять — это машины. Да, тупые, но — скоростные. За которыми, вне всякого сомнения, стоят другие силы, а за теми силами — другие силы. А уж за теми силами, вполне возможно — их главные, верховные руководители. Но вы даже не подумали о том, что будучи органиком, должны уже сейчас суметь сосуществовать со множеством синтетиков. — он обернулся к Шепарду. — Какую миссию, капитан, вы не выполнили в прошлом?

— Единственную, полковник. Я не стал уничтожать искусственный интеллект на Луне. Он, если верить адмиралу Хакету, взбесился.

— Эту миссию выполнила наша группа разведки, капитан. — произнес Семенов, не обращая внимания на изумление Шепарда. — Деталей не уточняю, здесь это не нужно. Земляне в этом цикле слишком близко подошли к проблеме, с которой столкнулись кварианцы. И эта проблема является следствием расслабления Джефа Моро. — он перевел взгляд на пилота. — Вы действовали по стандартам, но вы действовали медленно, методом тыка, а не веером, Моро. Даже на дистанционном управлении, рискуя только кораблем, вы, Моро, не справились. Мы, экипаж "Свитка", уже стоящие на пороге другой большой войны в другой галактике, не стали изымать с Луны созданный землянами интеллект, но он был вскоре похищен "Цербером". Земляне не смогли противостоять разведке "Цербера", человеческой организации. Адмирал Хакет и хотел бы натравить вас, Шепард, на "Цербер", но тогда у него не случилось такой возможности. Вы, капитан, уже воевали с Властелином на Вермайре.

— Опять "Цербер". — произнес Джеф, но на его возглас никто не обратил внимания.

— Конечно же, был похищен не сам аппаратный комплекс. Похищена технология. Нам следует ожидать того, что "Цербер" создаст свою систему искусственного интеллекта и поскольку финансирование "Цербера" превышает любое доступное Альянсу, следует ожидать, что и ИИ будет мощнее и лучше.

— И что вы предполагаете? — спросил Шепард.

— Коллекционеры не так давно переключились исключительно на человеческие колонии. Они похищают и многих других колонистов с колоний, не принадлежащих землянам, но теперь их внимание в основном приковано к человеческим колониям.

— Вы полагаете, что Жнецы...

— Готовят вторжение с учетом силы человечества. К сожалению, человечество, только только вошедшее в состав Совета Цитадели, для Жнецов оказывается страшнее и важнее любой другой расы. Полагаю, вы понимаете, что это означает?

— Это означает, полковник, что людям не выстоять против Жнецов, если на их стороне не будет поддержки других рас пространства Млечного Пути. — проговорил Шепард.

— И не выстоять в том случае, если нам не удастся заблокировать, а со временем и уничтожить "Цербер", уже продавшийся Жнецам. — подытожил Семенов.

— Каков же наш путь? — спросил капитан.

— "Цербер" также знает о переориентации Жнецов на человеческие колонии и проводит свою разведку. Но дело в том, что во многих человеческих... и не только человеческих... колониях сейчас находятся и члены команды первой "Нормандии" и те личности, которым еще предстоит стать членами нашей команды. — сказал Семенов. — Во многих случаях будущие члены нашего коллектива находятся и не только в колониях, но, тем не менее, мы должны будем собрать всех их воедино. Прошло полгода, Шепард, Моро. Это — большой срок.

— Я уже ознакомился с досье, которые вы прислали, полковник. Похоже, вы знали, что наши члены команды также за полгода наворочают дел.

— Мы перед тем, как расстаться, обсудили с ними общий скелет ситуации и они согласились с тем, что даже живя обычной жизнью среди своих, они должны помнить об угрозе Жнецов и роли каждой расы в противостоянии с этими машинами. Естественно, мы не стали призывать их к самопожертвованию или к отказу от нормальной жизни, но дали понять, что вскоре, если ничего существенного не будет сделано для подготовки к вторжению, эта нормальная жизнь превратится в фикцию. Пока мы будем собирать членов команды, у Джефа. — он посмотрел на пилота. — будет возможность досконально освоить новую "Нормандию". Не благодарите, пилот. — Семенов остановил Моро, пытавшегося встать с кресла. — "Нормандия" будет еще не один раз перевооружена, получит новую броню и многие другие системы. — он повернулся к капитану, снова сделал короткую паузу. — Но главное, в столкновениях с "Цербером" мы должны лишить его возможности поставить себе на службу искусственный интеллект. К счастью, "Цербер", как человеческий проект, слишком переоценивает возможности людей на данном этапе развития, а искусственный интеллект очень скоро даст возможность им убедиться в ошибочности таких представлений.

— И какой первый шаг вы предлагаете, полковник? — Шепард укоризненно посмотрел на пилота и тот сделал вид, что сосредоточенно изучает данные с экранов.

— "Цербер" сориентировал одну из групп разведки на недавно замолчавшую колонию "Путь свободы". На этой же колонии сосредоточила свои усилия еще не прибывшая туда разведгруппа Мигрирующего Флота, в состав которой в качестве командира входит Тали Зора.

— А что им-то делать в человеческой колонии?

— В колонии проходит Паломничество кварианин по имени Витор. Он, мягко сказать, не слишком желает пребывать там, где толпа, поэтому выбрал эту колонию как вариант избежать необходимости пребывать среди множества живых существ. Не могу сказать, что колония землян там малочисленная, но это выбор кварианина Витора. Если он так посчитал — то пусть. Разведгруппа Тали Зоры знает, что колония замолчала и, конечно же, заинтересована в том, чтобы найти своего соплеменника или, хотя бы, выяснить, что конкретно с ним там произошло.

— Он жив?

— Наша дистанционная разведка доказывает, что он жив. Разведгруппа Тали еще только на пути в колонию, "Цербер" чуть дальше, но главное — информация о том, что действительно произошло в опустевшей колонии находится в руках Витора. Ему единственному удалось достаточно надежно спрятаться от Коллекционеров.

— И...

— Есть немало оснований утверждать, что "Церберу" эти данные будут нужны просто позарез. Ради их получения они уничтожат и Витора и разведгруппу прямо там на месте или заставят их пройти через пытки, вывезя к себе на базы. — без эмоций закончил Семенов. — мы, полагаю, должны опередить "Цербер".

— М-да, полковник, вы снова меня заставили задуматься. — произнес Шепард. — Джеф, расчет пути и орбитального пребывания — на тебе. — Шепард встал и направился к выходу из пилотской кабины. — Я — у себя, буду готовить варианты.

— Я — к себе. — сказал Семенов, выходя из рубки пилота следом за капитаном. — И что вы планируете делать c пилотом?

— Вы дали возможность Джефу поверить в излечение от синдрома Вролика, полковник. Я знаю, что выздоровление еще будет долгим и очень долгим и знаю также, что без связи с вашими медиками оно может затянуться на десятилетия. Любая медицинская проверка...

— Ничего не выявит, капитан. — прервал Шепарда полковник Семенов. — Любой медик, хоть военный, хоть гражданский, хоть из научного корпуса увидит только резкое ослабление симптомов. Мы не стали встраивать никаких имплантатов и не стали укреплять кости Джефа стандартными штифтами. Так что никаких внешних вмешательств никто не найдет. А внутренние... Вакцина уже полностью интегрировалась с организмом Моро и выявить ее...

— На нашем уровне очень проблематично. — сказал Шепард. — И...

— Даже выявив следы составляющих вакцину веществ, медики не смогут связать это с ослаблением симптомов синдрома Вролика, поскольку вакцина влияет на весь организм комплексно. Она не бьет только по синдрому или его проявлениям.

— Хитро.

— Поэтому, капитан, вы правы, что оставляете пилота на борту второй "Нормандии". Но ему...

— Я составлю расписание тренировок... Джеф не будет вылезать из тренажеров и симуляторов. — Шепард сглотнул. — Я устрою ему адские сценарии. Если он хочет быть лучшим — он будет вынужден стать самым лучшим на новом этапе. Ладно, полковник. Увидимся на планировании, когда придет время подхода к планете, где размещена колония.

— Хорошо. — ответил Семенов и направился в сторону лифта в трюм.

========== Глава 52. Колония Альянса Систем "Путь свободы" ==========

— Шепард, мы рядом с колонией "Путь свободы". Система невидимости включена. — доложил пилот. — Рядом с планетой — крейсер "Цербера".

— Значит, кто-то из крупных шишек тоже заинтересовался. — сказал капитан, входя в пилотскую кабину. Следом вошел Семенов.

— На этот раз, Шепард, мы идем с вами втроем. — в рубку вошла Иванова. — Так нам будет легче найти Витора, Тали Зору и перетянуть на свою сторону правую руку главы "Цербера" — офицера Миранду Лоусон. С ней будет еще один оперативник "Цербера" — Джейкоб Тейлор. Он афро-американец. Негр, если вообще обойтись без политеса. Полагаю, он также нам пригодится, капитан. Пока на корабле из основной команды только вы и Джеф Моро... Этого мало. Как только основной экипаж существенно будет расширен — вы снова будете решать, кого брать с собой на высадки. Но первое столкновение с руководством "Цербера" и первое исследование покинутой колонии... Первая высадка с нового корабля...

— Аврора, я не отрицаю справедливости вашего решения. Я целиком его поддерживаю. — сказал капитан.

— К тому же в челноке "Цербера", на котором эта пара прилетела на разбор ситуации с колонией, есть кейс с Системой Искусственного Интеллекта.

— Они возят с собой в челноке такую ценность? — удивился Шепард.

— Миранда — правая рука Призрака и, в немалой степени, осведомлена о ходе работ над этой системой, хотя сама и не осуществляла разработку и создание. Джейкоб Тейлор — один из начальников охраны одной из крупных ячеек "Цербера". Полагаю, у Призрака не было особых оснований беспокоиться за сохранность этой технологии.

— Предлагаете забрать, Аврора? — спросил Шепард.

— Да. Нам она пригодится. — та кивнула.

— Куда сначала? — спросил Шепард, направляясь к ангару челноков. — И что будем делать с крейсером?

— Крейсер нам не опасен, Шепард. — сказал Семенов. А сначала мы заберем Витора или ту информацию, которую он собрал. Тали, возможно, найдет его позже нас — мы постараемся, чтобы так и было. Передадим Витора Тали, вы переговорите с кварианкой лично, а потом она решит, возвращаться на флот или лететь с нами. — Семенов помедлил. — Насчет того кварианина, который проходит здесь Паломничество. Полагаю, можно будет согласиться с Тали, которая отправит его на Флот. Он все равно нуждается в лечении — Паломничество на него повлияло не лучшим образом. Но вот информация о коллекционерах, которую он собрал — это нечто. И незачем Призраку иметь такую информацию. Пусть сами ищут и собирают, если смогут. Отправим Тали на борт "Нормандии", а сами посмотрим, смогут ли церберовцы противостоять перепрограммированым Витором "Атласам" и боевым дронам.

— Согласен. Значит... — капитан вопросительно взглянул на полковника.

— Сначала, к сожалению, — Семенов выслушал корокий доклад по наушному спикеру и помрачнел. — Миранда и Джейкоб, потом — Тали. "Линия", к счастью, уже идет в наш район, скоро будет неподалеку, в случае чего она нейтрализует крейсер, уже сейчас лишенный любой нефильтрованной связи с Призраком. Наша система глушения работает нормально.

— Спускаемся?

— Без сомнений. Отправим Миранду и Джейкоба на "Нормандию", там их встретят наши люди и проведут с ними работу. А мы пока найдем кварианку и решим вопросы с ней и с Витором.

— Хорошо.

Перепрограммированные роботы, охранявшие колонию, атаковали челнок "Нормандии" еще на подходе, но Семенов быстро укрыл машину за строениями и, включив защитные турели, спрыгнул на металлическую пластину пола, сделав знак остальным выходить.

— Машина остается под прикрытием автоматики. Наша технология Витору не по зубам, перепрограммировать ее он не сможет. Идем, а то четыре "ИМИРа" нашпигуют Джейкоба и Миранду зарядами прежде, чем мы что-то сможем от них узнать. — Семенов поправил на плече стандартную штурмовую винтовку Альянса.

Пройдя по опустевшим комнатам балков многоэтажной структуры, они вышли к балкону над одной из площадей. Внизу мужчина и женщина в скафандрах средней защиты пытались отбиться от двух "ИМИРов". Еще два Атласа постепенно обходили их с разных сторон. Группа Шепарда тихо спустилась поближе к площади и успела вовремя. "ИМИР" прижал женщину своей ногой к платформе площади и уже наводил на нее свой пулемет. Четкие трехзарядные очереди из штурмовых винтовок Семенова и Ивановой заставили машину, получившую повреждение ключевых точек, замереть и Шепард предостерегающе вскинул руку — мужчина попытался добить замершего робота. Жестом капитан указал ему на подходивших двух "ИМИРов" и Джейкоб вынужден был переключить огонь на них.

— Я прикрою Джейкоба. Авра, разберись с Мирандой и этим железным дровосеком. — проговорил Семенов. — Шепард, вы — с моей напарницей. Я справлюсь сам. Миранда — офицер, она более ценна. Займитесь ею.

— Хорошо, полковник. — сказал капитан, отстреливая нескольких ЛОКи, сунувшихся было в переулок.

Кивнув Ивановой, Семенов двинулся к позиции Джейкоба, изредка точными короткими очередями отвлекая на себя пулеметный огонь двух "ИМИРов". Шепард перебежками достиг замершего робота и склонился над лежавшей ничком женщиной. Иванова, открыв крышку лючка, что-то нажала и машина послушно подняла ногу, освобождая женщину от тяжести своей ступни. Миранда встала, но ее заметно пошатывало. К этому времени Семенов и Джейкоб смогли полностью отвлечь на себя обоих роботов и увести их подальше.

— Капитан Шепард, вольный стрелок. — отрекомендовался Шепард. — Моя коллега, полковник Иванова, спецотдел ВКС Альянса Систем. Вы — Миранда Лоусон, офицер "Цербера".

— Откуда вы меня знаете? — Женщина достала аптечку и проглотила несколько пилюль. — Если бы я знала об "ИМИРах" в таком количестве в этой колонии...

— Аврора, я — к полковнику Семенову.

— Хорошо, Джон. — Иванова кивнула, давая понять, что обработку офицера "Цербера" она полностью берет на себя. Капитан Шепард перебежал к позиции Джейкоба Тейлора, убедившись, что полковник Семенов и оперативник "Цербера" успевают отстреливаться от подходивших "ИМИРов" и уже нанесли обоим машинам серьезный урон.

— Третий ствол? Хорошо. — Семенов указал на подходившего слева тяжелого меха. — Он ближе и опаснее. Давайте залпом.

— Хорошо. Один. Два. Три.

Слаженный залп трех штурмовых винтовок заставил робота застыть на месте, а затем машина просто взорвалась. Осколки задели второй "ИМИР", который закрутился на месте — один из осколков попал в коленный сустав машины.

— Один готов. — отметил Шепард. Семенов кивнул. — А где четвертый?

— Полагаю, он ушел на вторую поселковую площадь. — сказал Джейкоб.— Мы видели там движение, но не поняли кто это был. Добиваем? — он указал на крутившегося на месте гиганта.

— Не оставлять же его здесь. — Шепард перезарядил винтовку. — Как всегда — один. Два. Три.

Уничтожив второго робота, они вернулись к полковнику Ивановой. Командир "Линии" уже успела убедить Миранду в нецелесообразности и бесполезности сопротивления и заканчивала убеждать девушку в том, что ей будет лучше присоединиться к команде Шепарда. К моменту, когда Шепард оказался рядом, убеждение сработало и Миранда, пошатываясь, кивнула, показывая, что в дальнейшем убеждении нет необходимости.

— Джейкоб, мы летим с ними. — произнесла она. — Они чрезвычайно убедительны. Полагаю, что так будет лучше.

— Если ты так считаешь. — Джейкоб подобрался. — А вы, собственно, кто такие?

— Капитан фрегата "Нормандия" Джон Шепард. В настоящее время — вольный стрелок. Работаю вместе с спецотделом ВКС Альянса. — отрекомендовался Джон. — Вам сейчас будет лучше отбыть на наш корабль, Миранда, Джейкоб. Там вам предоставят каюты и вы дождетесь нас. Миранда, вам также там окажут медицинскую помощь. У нас еще есть здесь необходимость задержаться.

— У нас есть свой челнок, капитан. — начала было Миранда, но осеклась, поймав предостерегающий взгляд Шепарда.

— Вы хотите, чтобы с крейсера направили пять челноков за вами в погоню? — спросил Семенов.

— Нет, но...

— Это — наша забота. — продолжила полковник Иванова. На площадь как раз приземлялся второй челнок с "Нормандии". Вышедшие из него трое офицеров — Юльева, Стропов и Берестов кивнули и предложили Джейкобу и Миранде подняться на борт челнока. Те, осознав бесполезность задержки и оказания какого-либо сопротивления, повиновались.

Семенов отвел в сторону Светлану Юльеву и что-то сказал ей. Та кивнула. Челнок, приняв всех пассажиров, опустил створку люка двери и взмыл в небо.

— Авра, есть координаты челнока "Цербера"?

— Есть. Мы глушим его телеметрию на "Цербер". Ситуацию они знают, знают, что челнок... — она усмехнулась.— скоро возвращается.

— Давайте прогуляемся до него. "Зонтик" надежен? — спросил Семенов.

— Да, Захар. Нам нужно забрать ИИ.

— Идемте. — Семенов зашагал впереди, редко взглядывая на индикатор направления. Отстреливая по пути охранных роботов "ЛОКИ" и летающих дронов, группа быстро достигла замаскированного в развалинах балка челнока "Цербера". Проникнув внутрь, Семенов взял кейс с системой и, набрав несколько строк на командном дисплее машины, выскочил из салона на платформу. Челнок закрыл люк и стартовал, уходя по низкой траектории от поселения.

— Сейчас челнок отойдет подальше от поселка. Пока он будет прикрыт нашим полем защиты и с крейсера его не отследят. Они будут полагать, что челнок по прежнему стоит здесь. — сказал, не вдаваясь в подробности, Семенов Шепарду. Тот кивнул. — Мы заберем челнок на "Линию", это будет безопаснее всего. Незачем вам, Шепард, иметь такую улику на своей "Нормандии". А мы его начинку изучим — там будет немало интересного.

— Они его будут долго искать. — проговорил Шепард.

— В их распоряжении — вся планета. — без эмоций отметил офицер. А вот и балок, где сидит группа Тали. — сказал Семенов, сверившись с картой на своем инструментроне. — Похоже, они уже сумели найти Витора. Давайте уберем оружие, чтобы не пугать кварианцев.

— Хорошо. — согласился Шепард. — Входим?

— Входим.

В распахнувшуюся дверь они прошли одновременно. Празза, оторвавшись от инструментрона Витора, выпрямился и попытался навести на вошедших дробовик, но Тали тотчас же пригнула ствол оружия к полу.

— Празза, они что, стреляют или наводят на нас свое оружие? — сказала она. — Уймись. Они... — кварианка прошлась внимательным взглядом по вошедшим. — Шепард?

— Да, Тали, это я.— капитан выключил тонировку стекла забрала шлема, чтобы кварианка убедилась что перед ней действительно капитан "Нормандии"

— А с тобой... Семенов и Иванова.

— Здравствуйте, Тали. — поздоровалась Аврора. — Да, это мы. Как себя чувствует Витор?

— Эм. Он еще немного не в себе. Сейчас мы закончим вскрытие его инструментрона и...

— Тали, я бы рекомендовал вам поскорее заканчивать. Могу я поговорить с Витором? — спросил Семенов.

— Да, конечно, полковник.

— Полковник? — взвился Празза. — Тали, ты что, связалась с военными Альянса?

— Шепард, между прочим, Спектр Совета Цитадели, Празза. А это звание повыше будет, чем полковник, по значению и влиянию. — едко заметила кварианка.

— Да знаю я, но Шепард здесь один, а их — двое. — не остался в долгу Празза.

— И еще, Празза, Шепард — тоже офицер Альянса Систем. Так что он тоже военный. Будешь возражать или продолжишь трассировку памяти инструментрона? — Тали решила надавить командирским авторитетом.

— Ладно, Тали. Ты командуешь миссией... — стушевался Празза.

Пока Тали и Празза препирались, Семенов переговорил с Витором. Уставший кварианец был удивлен тем, что его, измотанного нервным напряжением, разговор с неожиданно появившимся человеком нисколько не напрягал.

— Тали, Празза. Инструментрон оставьте Шепарду. Он на Нормандии с ним разберется. Я думаю, так будет лучше, Тали. Думаю, на Флоте меня легко поставят на ноги. И еще... — Витор замялся. — Полагаю, что тебе следует присоединиться к Шепарду.

— Эм. — Тали обдумывала сказанное Витором. — Хорошо. Празза, заканчивай терзать инструментрон — у Шепарда все равно лучше получится сделать его вскрытие на борту Нормандии. Я лично этим займусь. — Тали отстучала сообщение на Флот на клавиатуре инструментрона. — Я получила разрешение присоединиться к тебе, Шепард. Празза, давай собирай здесь все, бери группу и Витора и — к челноку. Флот ждет новостей и всех вас там. Тебе придется делать доклад, Витор дополнит. Я также сделаю свои дополнения по связи. — Тали быстро упаковала свой рюкзак. — Шепард, я готова.

— Хорошо. — капитан кивнул и кварианка подошла к Ивановой. — Аврора, проследи за ней.

— Нет проблем, Шепард. — Иванова кивнула и приобняла кварианку. Та доверчиво прижалась к ней, насколько позволяла броня скафандра землянки. — Выходим?

— Все, Празза. — Тали кивнула кварианину, тот кивнул в ответ и группа Шепарда покинула балок. Как только закрылась дверь и они отошли на порядочное расстояние, кварианка не удержалась. — Шепард, у тебя такой вид...

— Тали, если бы мы не нашли вас первыми, вас бы нашел "Цербер". Сейчас у планеты висит его крейсер. Мы нейтрализовали парную группу спецов "Цербера", они у нас на Нормандии.

— Они ищут коллекционеров?

— Или то, что коллекционеры могут предложить для реализации целей "Цербера". Точнее, они искали Витора.

— Информацию с его инструментрона? За все время этого паломничества Витор записал на него немало интересных данных. Мы его нашли в запечатанном наглухо балке. Он единственный видел, что сотворили коллекционеры с людьми этой колонии. Он нам кое-что воспроизвел из двенадцатичасовой детальной записи с камер слежения колонии. Это страшно, Шепард.

— На Флоте знают об угрозе Коллекционеров? — прямо спросил капитан. Кварианка, видимо, ждала этого вопроса.

— Знают, но мы постоянно в космосе, на планетах бываем подолгу редко, так что захватить нас — проблематично. А вот людей и иные расы на любой планете — легко. Относительно легко. Эта колония была безоружна. Шепард, а что нужно ""Церберу"? Каким боком тут "Цербер"?

— Тали, любое общество неоднородно. "Цербер" прикрывается интересами человечества, но на самом деле в его структуре немало людей, для которых цели и интересы Жнецов более важны. — сказал капитан. — Мы пытаемся обогнать "Цербер" и лишить его преимуществ. Только поэтому мы взяли группу "Цербера" на борт "Нормандии". Нет, не насилием, мы постарались их убедить. Они согласились с нашими доводами.

— Шепард, я знаю, вы можете быть очень убедительны, так что я верю в то, что перед даром вашего убеждения не устояли даже служаки "Цербера". Но вы же не собираетесь их отпускать? Если вы их отпустите, то "Цербер" все равно будет преследовать вас, в попытке наказать. — сказала кварианка.

— Нет, Тали. Мы постараемся привлечь их на свою сторону. "Цербер" не настолько един. — сказал Шепард, поймав кивок Семенова. — Нам есть что им предложить реального. "Цербер" же будет преследовать нас даже если мы не отпустим их. К этому также следует быть готовым.

— Согласна.

Подойдя к челноку "Нормандии", Шепард открыл створку люка и кивнул, разрешая группе посадку. Окинув взглядом вымершую колонию, капитан влез внутрь машины, закрыл створку и нажал клавишу взлета. Через четверть часа челнок пристыковался к "Нормандии"

Инженер Адамс был очень рад возвращению Тали, а она была рада, что ее здесь помнят и любят.

— Шепард, этот корабль... немного... другой...

— Это вторая версия Нормандии, она доработана. — ответил капитан.

— А кто еще на борту?

— Только Джокер и Пресли. Если из важных членов экипажа. Вспомогательный экипаж также полностью на борту из прежних. — капитан и кварианка присели в холле-столовой за столик.

— Вы решили расширить команду? Даже за счет церберовцев?

— Тали, любая организация это прежде всего ее члены. В данном случае — люди.

— Капитан. — к входившему на боевой пост управления обратилась Светлана Юльева. — Захар просил вас спуститься к нам в трюм. Это по вопросу найденного в челноке "Цербера" груза.

========== Глава 53. Искусственный интеллект обретает тело ==========

— Полковник, вызывали? — Шепард вошел в выгородку, отведенную под кабинет командира "Линии".

— Вызывал, Шепард. — без улыбки ответствовал Семенов и жестом предложил следовать за ним. Выйдя из кабинета, офицеры довольно быстро добрались до задних выгородок. Здесь располагались научные лаборатории. В одну из них и предложил войти Семенов.

— Присаживайтесь, капитан. — Семенов опустился в кресло, давая возможность Шепарду занять другое. — Эта лаборатория была ориентирована на работу с искусственным интеллектом. Мы изучили образец, который вы доставили. Наши коллеги прибыли сюда с "Линии" и провели полный комплекс глубоких исследований. Знаю, звучит странно, прошла только четверть часа, как вы доставили чемодан с ИИ на борт, но у нас на "Линии" уже достаточно давно изучают многое, что связано с ИИ. Так что образец не заставил нас особо напрягаться. "Цербер" хотел использовать его для киборгов. Но, к счастью, еще не успел задать ИИ все управляющие связи, которые было бы трудно удалить. В общем и целом. — Семенов скинул полог со стоящего у стены операционного стола. На нем лежало тело девушки. — Это — наша разработка, сделанная на "Свитке" по той же программе изучения ИИ.

— И сколько ей на вид?

— О, не беспокойтесь, она вполне совершеннолетняя. — Семенов усмехнулся одними губами. — Это только корпус, ИИ мы туда еще не ставили. — он указал на раскрытый дипломат, стоящий на другом столе и подключенный к целой деке приборов. — Мы предполагаем, что ей двадцать лет, двадцать два максимум.

— Она точно киборг? — недоверчиво сказал капитан, обозревая роскошное мускулистое и в то же время чрезвычайно женственное тело. — Встретил бы такую в толпе...

— Дело в том, Шепард, что "Цербер" планировал использовать похожее тело для разведывательной и диверсионной деятельности среди людей. Конечно же, они постарались сделать все, чтобы в ней никто до известного момента не признал робота. — сказал Семенов. — Специализация такова, что расшифровка — опасна. — пояснил он.

— Знамо дело. — сказал Шепард. — И вы постарались создать нечто подобное. А мне кажется, вы сделали даже лучше.

— Ну, это же наша разработка. — без самодовольства заметил Семенов. — А свое всегда лучше. Но дело не в этом, Шепард. Эта мобильная платформа сильна будет с теми модулями, которые нам удастся в нее вложить...

— Подождите, вы хотите сказать, что в ее прелестную головку встанут эти блоки? — Шепард взглядом указал на чемоданчик. — А опасность...

— Это не ВИ, Шепард. Это — ИИ. Она не будет при активации искать взрывчатку или пулемет, чтобы покончить со всеми органиками в радиусе досягаемости. К тому же, она все равно нуждается в базовом блоке...

— И вы хотите, чтобы я...

— Приняли решение о том, где эти базовые блоки будут. — Семенов сделал паузу, даже не глядя в этот момент на Шепарда. Капитан напряженно размышлял. Он понял, что при всем совершенстве разработки экипажа "Свитка" ИИ не сможет полностью разместиться в этом человеческом теле. Но дать свой корабль под ИИ...

— Я не ошибусь, Захар, если отмечу, что при, хм, "модернизации" вы заложили в "Нормандию-два" возможность симбиоза с ИИ?

— Не ошибетесь. Но мы предусмотрели возможность тройного ограничения. На начальном этапе ИИ сможет только качать в себя информацию, формируясь и развиваясь. На втором этапе он сможет дополнять экипаж в сложных ситуациях, связанных, например, с вооруженным противостоянием. И лишь на третьем этапе он получит право управления всем кораблем. Но это пока что — только в рамках спасения экипажа от практически неминуемой гибели. ИИ не заменяет экипаж, он его дополняет и защищает. И нуждается во взаимодействии с органиками... чтобы стать их партнером и другом.

— Мы проникаем в космос, космос проникает в нас. — сказал Шепард. — А шифровка?

— Мы в достаточной степени зашифрованы, Шепард. ВИ на кораблях — обычное дело и на первом этапе этому ИИ хватит ее, ВИ, внешних функций с головой. На период обучения. Пока она освоится внутри корабля и на мобильной платформе. Кстати, как вам новый член группы высадки как боевая единица?

— М-м-м.

— Понимаю. Но скорость принятия решений и точность действий у автомата никто не отменял. И отменить не может. Так что у вас появляется возможность избежать многих неприятностей. И не беспокойтесь, ее захватить в плен или перепрограммировать — не получится. Она большей частью будет на "Нормандии". Да, и еще, Шепард. Это ведь ИИ, значит вам придется заниматься не программированием, а воспитанием. Воспитанием девушки. Понимаю, что вы, как мужчина... Но ведь есть и другие.

— Тали Зора мне за один доказанный факт использования ИИ земным ""Цербером" голову оторвет. А увидев это... — Шепард кивнул на лежащее на операционном столе тело киборга. — оторвет не только голову, но и все конечности. Больше женщин на борту пока нет. Я имею в виду основную команду, без учета экипажа "Свитка". Экипажу корабля незачем влезать во все это.

— Согласен. У них и без того проблем с резко поумневшим ВИ будет достаточно. Пока не привыкнут. Но мы с экипажем фрегата отработаем эту ситуацию так, как надо, Шепард. А относительно воспитания... Не забывайте, это ИИ и вполне сформированный. "Цербер" сумел в нее загнать много стереотипов поведения... соответственно возрасту. Так что "мама мыла раму" — отпадает за ненадобностью. Перед вами ИИ вполне готовый к встрече с реальной жизнью, жизнью обычного человека. Не забывайте также, что в силу разведывательно-диверсионной специализации у этого ИИ — просто потрясающая скорость фильтрации и обработки всевозможной информации. Так что до очень многого в человеческой взрослой жизни она докопается в кратчайшие сроки.

— И как нам ее называть?

— СУЗИ. Система универсального защитного интеллекта. Впрочем, в открытом миру она будет носить имя Сьюзи, Сюзанна.

— Защищать и хранить? — спросил Шепард. Семенов кивнул, укрывая тело киборга пленкой. — Хранить человечество от самого человечества, от черноты, хранящейся в нашем естестве и душах?

— И это тоже, Шепард. Полное наименование, расшифровку аббревиатуры никому, кроме нас, знать не нужно. Для всех она будет Сью, Сюзи, Сьюзи, Сюзанна. Полагаю, в целях нормального воспитания следует понять: именовать живое мыслящее существо аббревиатурой — не нормативно. Кстати, в ней есть профильтрованные нами на "Свитке" алгоритмы того взбесившегося ИИ на Луне. "Цербер" выкрал тогда много, но много и оставил. Мы немного доработали его алгоритмы. Честно сказать, такая работа доставила нам удовлетворение. Мы задали базовые законы, которыми Сюзи будет руководствоваться всегда и везде, а в остальном — она будет развиваться так, как позволит внешнее влияние и в первую очередь — влияние команды "Нормандии". Как ни крути, корабль для Сюзанны становится ее основным телом. Это — как младшая сестренка. — он взглядом указал на операционный стол. — Неотъемлемая часть целого.

— Три закона робототехники... Достаточны ли они для такого ИИ?

— Ничего не является достаточным вечно, Шепард. Но уже формулирование этих трех законов предупредило геноцид человечества руками машин. — серьезно заметил Семенов. — В конечном итоге никто не ждет на просторах космоса обезьяну на куске камня.

— Но у нас еще на борту два церберовца...

— Аврора и Светлана плотно пообщались с офицером Мирандой Лоусон. Согласитесь, что мои люди умеют это делать хорошо. И ненасильственно. Ее никто не возил фейсом об тейбл и никто не вырывал ее наманикюренные когти-ногти. И никто не вкалывал что-то вроде сыворотки правды. А женщины с женщиной всегда договорятся — это даже доказывать не нужно.

— Тем более — ваши женщины, Захар. И...

— Миранда согласилась с тем, что ей не следует после случившегося возвращаться на борт крейсера "Цербера". В остальном... Вы же, кажется, что то почувствовали, пообщавшись с ней, капитан?

— Да. И не сказал бы, что это слишком приятное ощущение, комплекс ощущений. — задумчиво сказал Шепард.

— Светлана погрузила Миранду в лечебный сон и оставила в медотсеке. Хотите знать причину неприятного ощущения?

— Да, полковник. — Шепард встал с кресла. — В конечном итоге она может стать членом нашего экипажа, его основной части. Джейкоб Тейлор...

— Он сейчас — в одной из кают. Мы попросили его пока подождать с активными действиями. Степан Берестов и Владимир Стропов пообщались с ним в ключе убеждения и он сейчас обдумывает то, как ему следует вести себя в нашем экипаже. Возвращаться он не хочет — он сделает так, как хочет Миранда... Впрочем, он и Миранда...

— Были близки...

— Вы часто бываете чертовски проницательны, Шепард. Пройдемте в медотсек. Светлана, как медик, пояснит ситуацию лучше, чем это мог бы сделать я. А Аврора Иванова поможет.

========== Глава 54. Тайна Миранды Лоусон ==========

— Хорошо. — Шепард вышел из лаборатории следом за широко шагавшим полковником. Через несколько минут они вошли в медотсек.

— Она спит крепким беспробудным сном, Захар, Джон. — кивком головы поздоровалась врач, вставая из за рабочего стола и указывая на легкую ширму. — Я и Аврора сделали все, чтобы убедить ее в честности наших намерений. Она согласилась с нашими доводами. Предварительно. Сон позволит ей укрепиться в этом мнении. Но есть то, на что, без сомнения, обратили внимание вы, Джон. И на что я, как врач Звездного Флота просто не могла не обратить внимание. Захар уже многое знает. — она жестом пригласила мужчин присесть в кресла и подала Шепарду несколько ридеров. — Здесь мой краткий отчет. Полагаю, нам всем есть, что обсудить относительно пациентки.

Шепард углубился в чтение информации с экранов ридеров. Его лицо по мере изучения представленных данных отражало целую гамму чувств. Наконец он отложил стопку на стол и несколько минут сидел, глядя в пол и подперев голову обеими руками.

— Получается, у нас на борту могут быть два нечеловека? Исключая чистых инопланетян.

— Пока что только один, Джон. — мягко произнесла Юльева. — И это — офицер "Цербера" Миранда Лоусон, генетический комплекс лучшего, что можно было насобирать в геноме людей. Фактически "Цербер" играет с огнем, всячески вербуя в свои ряды всех нестандартных людей. А уж завербовать нечеловека...

— Но она...

— Физически и психически она, в определенном смысле — стандартный человек, Шепард. — произнесла Юльева. — Так что здесь особых проблем нет. Физиологически она — нормальная женщина. Со всеми мыслимыми дополнениями к подобному статусу. — без улыбки заметила врач. — Только вот одна проблема...

— Какая? — Шепард поднял на врача глаза. — Вы не отразили это в данном мне отчете, Светлана. У меня из-за этой детали неполная картина.

— С геномом человека шутить нельзя, а ее отец жестоко пошутил с ней, со своей дочерью. — сказала Юльева. — Миранда об этом знает, для нее это не тайна и это — одна из причин, по которым она приняла решение бежать от отца. Миранда Лоусон обречена на бездетность и современными вам технологиями преодолеть эту бездетность невозможно. Для этого нужно при вашем уровне медицины попытаться превратить Миранду в обычного человека. Дело не в имплантатах, которых в ней также предостаточно, дело в генной основе. Такой букет рукотворных изменений репродуктивная система обычной земной женщины проглотить и переварить оказалась, вполне закономерно, не в состоянии. Нет, менструальный цикл у нее на диво стабильный, я бы даже сказала — как по учебнику, но любая попытка оплодотворения обречена на провал. И Миранда сделала то, что обязана была сделать — она решила стать лучшей там, где она смогла бы стать лучшей и постараться не цеплять лишний раз эту свою сферу бытия. Не зря Призрак сделал ее своей правой рукой. Она действительно уникальна, но, к счастью, как и все люди, она не идеальна и так же может ошибаться и терпеть неудачи. Так что, Шепард, перед вами — не робот, а живой, мыслящий и чувствующий человек. И еще, Джон. Наша с вами ситуация достаточно нестандартна, поэтому я отступлю от канонов. Джейкоб Тейлор был отвергнут Мирандой именно на том основании, что она не смогла бы родить от него ребенка. Но обставила дело так, что Джейкоб уверен — она просто ждет лучшего, чем он, мужчину.

— И вы решили...

— Мы можем подарить Миранде счастье стать матерью. Можем это сделать прямо сегодня, сейчас, но, Джон, я вижу, что вы... — сказала Юльева.

— Светлана, с этим спешить нельзя. Я не знаю в деталях суть ваших медицинских технологий, применяемых в данном случае, но...

— Вы правы, Шепард. Мы покопались в ее биографии и отследили доступные нам связи. У нее есть сестра — близнец. Также генетически. Убедившись в том, что Миранда не может иметь детей из за глубины генетических трансформаций, ее отец, Генри Лоусон, не стал подвергать подобным глубоким трансформациям младшую сестру Миранды, которая также является клоном, но, к счастью, в ... облегченном варианте. У нее — нормальная приемная семья и она при желании сможет неоднократно родить ребенка. Только вот с детства обе сестры находились под полным колпаком со стороны отца. Он их привык контролировать в полной мере. "Цербер" лишил его этого, но взамен использовал могущество, знания и опыт отца Миранды. Далеко не в лучших направлениях деятельности.

— Там где появляется "Цербер"...

— Там жизнь многих людей меняется кардинально. — закончила Светлана. — Генри спокоен будет до тех пор, пока Миранда под его контролем и в "Цербере" тоже, но он будет использовать ее сестру... — сказал полковник Семенов.

— Как крючок... — дополнил капитан Шепард.

— Именно. Мы отправили спецгруппу "Свитка" понаблюдать за ситуацией. В детали не вдаюсь, но они сделают все, чтобы живущая на Земле сестра Миранды была защищена от попыток "Цербера" излишне надавить на нее. В случае необходимости им разрешено эвакуировать сестру Миранды и всю ее семью к нам на "Линию". Затем она вполне может воссоединиться с сестрой здесь, на "Нормандии".

— Полковник, не удивлюсь, если скажу, что потрясен вашей прозорливостью. На старой Нормандии я бы не смог предоставить должное жилье всем нашим новым и новым членам экипажа. — сказал Шепард.

— Это вполне рабочая ситуация, Шепард. Если Миранда станет членом нашего основного экипажа, мы должны быть защищены от попыток повлиять на нее. У нас впереди огромная работа по борьбе с Коллекционерами и нам нельзя допускать большинства возможных ошибок и проблем. Спасибо, Светлана. Пусть пока спит. Двое-трое суток непрерывного сна позволят ей укрепиться в мысли о правильности принятого решения. А мы пока поговорим с Джейкобом Тейлором. — Семенов встал. Светлана не вставая кивнула и вернулась к заполнению очередного формуляра.

========== Глава 55. Разговор капитана Шепарда с Джейкобом Тейлором ==========

— Она знает, что мы можем...

— Нет, Шепард. Пока она осознанно не примет решения о том, что она — вне "Цербера" — мы ей говорить об этом не будем. Полагаю, вы с таким мнением можете согласиться. — Семенов нажал клавишу и лифт послушно пошел вверх. На жилой палубе они остановились перед одной из дверей в дальнем конце коридора. На короткий стук из за створки донеслось "Не заперто. Войдите.". В каюте, рассчитанной на двоих, был только один жилец — Джейкоб Тейлор. Увидев входивших, он встал, вытянулся и отдал воинское приветствие. Семенов и Шепард козырнули в ответ и Шепард пригласил всех сесть.

— Лейтенант Джейкоб Тейлор, капитан. — представился мужчина.

— Джон Шепард, капитан Нормандии, Спектр Совета Цитадели и в настоящее время — вольный стрелок.

— Спасибо, что спасли Миранду из под "ИМИРа", капитан.

— Не стоит. — Шепард знаком показал, что дальнейшие благодарности излишни. — Вы отдохнули, вижу.

— Странно, капитан. В "Цербере" мне не хватало возможности вот так посидеть и подумать о многом в одиночестве. А тут такая роскошная возможность. Как Миранда?

— Спит. Светлана погрузила ее в медикаментозный сон. Она не пострадала. — сказал Шепард.

— Хорошо. Вы пришли, чтобы...

— Просто поговорить с вами, Джейкоб. — сказал Шепард. — Мы заинтересованы в том, чтобы работать с вами вместе. Но с решением мы вас не торопим. Мы еще покрутимся вокруг планеты с "Путем Свободы", но затем мы должны будем знать точно ваше решение.

— Я долго говорил с Владимиром Строповым и Степаном Берестовым, капитан. Ко мне также приходила Светлана Юльева. В "Цербере" было принято решать быстро и точно. Я такую методику принимаю и потому говорю сразу — я с вами, капитан. В "Цербере" меня держали на посту начальника охраны, но на самом деле потолок мой был — одна из многочисленных космостанций "Цербера". Мне же хотелось большего, но увы... После того, как Миранда указала мне на дверь... Мне не давали ходу по карьерной лестнице, капитан. А в нашей организации это — нечто вроде наказания. Не растущего карьерно человека с возможностями там, мягко говоря, не воспринимают как боевую единицу. Могут в любой момент списать. В любом смысле. А здесь, когда я поговорил с вашими людьми, капитан... Мне показалось, что передо мной открыли дверь, за которой — лестница не вниз, а вверх, причем — широкая и надежная... Позволяющая проявить себя и быть уверенным, что тебе... Не выстрелят в спину. А в "Цербере"... Там с такими, как я — не церемонились. Людей списывают сотнями. В расход. Призрак, как как-то мне сказала Миранда, называет это оптимизацией персонала. Я быть оптимизированным таким образом не хочу. — мужчина сжал кулаки. — То, что я оперативник "Цербера" — пустяки, мишура. За этим званием мало что стоит. Кейс у вас? — спросил он, поднимая глаза на Шепарда.

— Да. Мы с ним работаем. — не стал скрывать Шепард.

— Призрак очень доверял Миранде. Он будет мстить. — ответил Тейлор.

— Он, полагаю, склонен уничтожать все, до чего не смог дотянуться? — спросил Семенов.

— Да, вы точно сказали, полковник. — Джейкоб коротко взглянул на Захара. — Этот беспринципный тип...

— Нам известно о Генри Лоусоне и о сестре Миранды Лоусон, Джейкоб. Можете не рассказывать. — успокаивающим тоном произнес Семенов. — Мы своих людей не подставляем и в беде не бросаем. С сестрой Миранды ничего плохого не случится. Мы над этим работаем. А вот с ее отцом... Джейкоб, нам известно, что Генри работает над слишком опасными технологиями, а также о том, что он решил сотрудничать с "Цербером".

— Я не знаю, Захар... Но Миранда... Она дала мне понять, что заслуживает лучшего, чем я, мужчину. Но я ведь не слепой и не маленький, чтобы не увидеть — настоящая причина — не это.

— Джейкоб, женщина имеет право на такое решение. Да, для нее это также тяжело и больно, но это ее решение и вы здесь не виновны. Вы показали свою силу и мудрость, согласившись с этим решением. Вам этот шаг также дался нелегко...

— Джейкоб, — в каюту вошла полковник Иванова. — Я долго говорила с Мирандой наедине. Мы многое сказали друг другу прежде, чем ею занялась Светлана, но одно сказать вам сейчас я просто обязана... Ее точными словами были: "Я хотела бы вернуться к Джейкобу. Встать рядом с ним. И идти... Сколько хватит моей жизни.".

— Ав... Аврора... — Джейкоб потрясенно воззрился на нее.

— Я не склонна шутить подобными вещами, Джейкоб. — командир "Линии" присела на свободное кресло. — И вы, думается, поняли, что такое понятие, как тайна исповеди для нас также имеет огромное значение и вес. Поэтому не давите на Миранду... Для нее ситуация изменилась еще больше, чем для вас. Дайте ей возможность войти в эту ситуацию спокойно и безопасно. Будьте рядом с ней. Помогите ей защититься от самокопания...

— Знаю... Призрак...

— Будет разыскивать Миранду всеми силами и средствами. Его организация слишком хорошо интегрирована в человечество, чтобы эту гидру можно было выдрать одним движением. Но нас также никто не лишал свободы маневра и мы сможем противостоять попыткам Призрака вернуть, подчинить или уничтожить Миранду. И вас, кстати, Джейкоб, тоже. Призрак не склонен разбрасываться людьми вашего уровня. Мы вас также берем под защиту. Детали не раскрываю, но ситуация вполне решаемая. — полковник встала. — Не буду мешать вам, мужчины. — она вышла и плотно прикрыла за собой дверь. Джейкоб сидел, опустив голову. В каюте было тихо.

— Джейкоб, мы можем дать Миранде основание для того, чтобы реально вернуться к вам. — произнес Семенов. — Вы были с нами честны, в короткий срок приняв решение, которое, без всякого сомнения, является непростым и очень опасным. Мы также хотим быть с вами честными.

— Я готов выслушать все, что вы мне скажете, полковник. — Джейкоб не поднимал головы и говорил ровным тоном, в котором явно чувствовались нотки напряженности.

— Дело в том, Джейкоб, что Миранда не посчитала возможным продолжать с вами отношения по одной очень важной причине. — сказал Семенов. — Вам, безусловно, известно, что она в "Цербере" — одна из лучших офицеров и является неофициальной правой рукой Призрака.

— Да, Захар. — Джейкоб и на этот раз не поднял головы. — Мне это хорошо известно. Миранда если работает, то любой коллектив двадцать четыре часа в сутки работает как каторжники. Она умеет заставить.

— Миранда компенсирует работой очень личную проблему, Джейкоб. Дело в том, что будучи созданной на основе смешения множества генов, она не может...

— Иметь детей? — Джейкоб выпрямился. — Ну конечно же, я подозревал это. Догадывался. Хотел ей сказать, что для меня важна она даже бездетная... Но наша работа... Я — начальник охраны очередной станции, а она где-то на планете в подземных бункерах работает над очередной проблемой. А по связи о таком... Кто я и кто она? Не особо и поговоришь. В "Цербере" это не принято. Хотя, конечно, ни для кого из ближнего и среднего кругов знакомых и ... коллег... наши отношения с Мирандой не были тайной.

— Теперь ты рядом с Мирандой, Джейкоб. И ты знаешь ту тайну, которая известна очень немногим. Мы знаем, что ты не используешь знание этой тайны во вред Миранде. — продолжал Семенов после паузы. — "Цербер" — это одно лицо человечества. Мы — другое лицо того же человечества. И у нас есть другой взгляд на проблему Миранды.

— Вы? — взгляд Джейкоба впилился в глаза Семенова. Полковник встретил взгляд церберовца спокойно и безэмоционально. — Вы можете... Я как вас увидел, сразу понял, что вы отличаетесь от Шепарда и значительной части команды Нормандии. Только вот не понял чем..

— Мы — из спецотдела ВКС Альянса Систем. — сказал Семенов. — На корабле мы — в качестве третьего экипажа, наша основная задача — сбор, обработка информации и выработка решений в реальном масштабе времени и на перспективу. При необходимости мы выступаем и в качестве боевой единицы. Как понимаешь, Джейкоб, многое тебе сказать я не смогу, но Светлана Юльева убеждена — наши технологии позволяют дать возможность Миранде забеременеть и родить ребенка. И не одного.

— Боги... — Джейкоб оглядел каюту. — Я тут сидел, думал, как и что... А вы приходите и говорите, что можете это сделать? Почему?...

— Я уже говорил, что я — вольный стрелок, Джейкоб. — сказал Шепард. — Спецотдел дал мне возможность заниматься реальными, сложными делами. Мы собираем команду для решения сложнейшей проблемы и нам представляется, что вы, Джейкоб, уже ее часть. А тех, кто становится частью нашей команды, мы защищаем и обеспечиваем очень надежно. — Шепард помолчал. — И, упреждая полковника Семенова, скажу, Джейкоб — не пытайтесь получить информацию о Спецотделе. Она слишком хорошо замкнута на верха управленческой системы планеты. Будучи начальником охраны множества станций "Цербера" в космосе и баз "Цербера" на планетах, вы убедились, что некоторые тайны охраняются слишком надежно и жестоко. Не давайте оснований к тому, чтобы объектом этой жестокости стали вы сами.

— Миранда знает?... Ну, что вы можете...

— Джейкоб, полагаете, что женщине, побывавшей под пятой робота, следует сразу узнавать о таких вещах? Она, кстати, еще не приняла окончательного решения. Мы ее, возможно, убедили в том, что мы для нее не опасны, но не более того. Ей и так о многом надо подумать. О сестре, например. Об отце, который будет заложником у Призрака. О том, что теперь ей предстоит скрываться и шифроваться...О том, как ей, офицеру "Цербера", теперь вести себя с вами, оперативником "Цербера". Будучи уже вне "Цербера". Она не склонна разбрасываться своими подчиненными.

— Понимаю. — глухо сказал Джейкоб.

— Мы пойдем. — Семенов встал. — Отдыхайте, сегодня можете даже поспать побольше и подольше. Миранда будет спать еще двое суток — так сказала врач. Мы не вмешиваемся в решения медицины. Пока не форсируйте передвижение по кораблю, отдыхайте. — он направился к двери. Шепард кивнув Тейлору, направился следом.

— Он сильный. — негромко сказал Семенов, когда они вошли в лифт. — Миранда таких уважает. А теперь, возможно, она проявит к Джейкобу не только уважение, но и любовь. Открыто. — произнес он, словно размышляя. — И, предваряя ваше изумление, скажу: мы были бы очень плохими предками, если бы не научились решать подобные вопросы, справляться, например, с бездетностью. И хочу ответить еще на один ваш невысказанный вопрос — Сарен Артериус вместе с Лиарой и Бенезией до сих пор находится на Иллиуме. При необходимости они смогут перебраться жить на Тессию. На Палавен пока что ему показываться рановато. Должно многое улечься. Нам и так пришлось попотеть, чтобы успокоить средства массовой информации и остановить полицейских ищеек. Азари смогут допрограммировать Сарена и не дать ему наделать глупостей. Другой расе его доверить было нельзя. Кварианцы слишком слабы, турианцы — слишком воинственны. — Семенов прощально кивнул, ощущая, как лифт подходит к порталу выхода.

Лифт остановился, выпуская Семенова на трюмном этаже. Шепард не глядя нащупал сенсор и кабина пошла вверх, направляясь на этаж капитанской каюты.

========== Глава 56. Пробуждение Миранды Лоусон ==========

Миранда открыла глаза на третьи сутки. Оглядевшись, насколько это можно было сделать не поворачивая головы, она уловила, как подошла врач. Светлана проверила показания приборов.

— С пробуждением, Миранда. — врач мягко и очень приветливо улыбнулась.

— Спасибо, Светлана. — Миранда постаралась не менее приветливо улыбнуться в ответ.

— Как самочувствие?

— Я очень давно так крепко и беспробудно не спала. Почти без сновидений, но и они были легкими и приятными. Я хорошо отдохнула, спасибо. Где Джейкоб?

— Он в выделенной ему каюте. Сейчас занят изучением оружейных справочников.

— А, знаю, он всегда питал слабость к разнообразному оружию. Я здесь...

— Пока — на положении пациентки. Капитан Шепард сейчас вместе с пилотом прокладывают курс к следующей точке высадки группы посещения. О вашем пробуждении он уже знает. Ужинать будете?

— О... Как, уже ужин?

— По корабельному времени — да. И после ужина я бы рекомендовала вам поспать. До утра. Без медикаментов. Утром капитан Шепард сможет посетить вас.

— Вы, похоже, полновластная хозяйка медотсека.

— Капитан Шепард и экипаж никогда и не оспаривали такого моего статуса. — улыбнулась Светлана. — Зато я никогда не ставлю под сомнение их статусы за пределами медицинской части корабля. Если, конечно, им не угрожает опасность, входящая в мою компетенцию.

— Хорошо, Светлана, уговорили. Могу я полуприсесть?

— Вы в достаточной для этого форме, Миранда. — сказала врач. Офицер "Цербера" медленно, словно испытывая себя, приподнялась и, наконец спустила ноги с медицинской кровати. Придвинув к себе столик, она открыла крышку...

— Вы приготовили мои любимые блюда? Спасибо.

— Я передам вашу благодарность экипажу. Ужинайте. Туалетная комната — в том углу. — врач указала взглядом на белевшую неподалеку дверь.

— Изолятор...

— Миранда, у нас не каждый день люди попадают под ступню робота. — сказала Светлана. — И вы не нуждались в изоляции, вы нуждались в отдыхе.

— Убедили, спасибо.

— Приятного аппетита, Миранда. — врач отошла и направилась в соседний бокс к своему рабочему столу. Лоусон принялась за еду. Поев, она прикрыла сосуды крышками, несмело встала на ноги и направилась в туалетную комнату. Приведя себя в относительный порядок, Миранда вернулась к кровати. Отодвинув столик, легла, прикрылась легким одеялом и постаралась расслабиться. Через несколько минут она уже крепко спала, но теперь ее сон был естественным.

— Капитан, Миранда в норме, но лучше вам придти завтра. Она уже спит. Без медикаментов. — доложила Светлана Шепарду.

— Спасибо, Светлана. Отдыхайте.

— Хорошо, капитан. — Юльева прикрыла дверь в изолятор и прилегла на своей койке за легкой ширмой в рабочем боксе-кабинете.

В десять утра следующего дня Шепард спустился в медотсек. Миранда уже переоделась в белоснежный комбинезон стандартного образца без знаков различия и сидела за низким столиком в углу изолятора в мягком кресле. Другое кресло стояло напротив.

— Доктор, как наша пациентка? — Шепард не стал нарушать протокол и сразу обратился к Светлане, войдя в ее рабочий кабинет.

— Она в хорошей форме, капитан. Ждет вас. — ответила врач, улыбнувшись.

— Хорошо. — Шепард переступил порог изолятора. — Здравствуйте, Миранда.

— Здравствуйте, капитан Шепард. — Лоусон не вставая, кивнула и взглядом указала на кресло. Капитан сел. — Спасибо вам за спасение и излечение.

— Хорошо, что мы успели. Миранда, я знаю, что у вас множество вопросов, но я бы хотел...

— Капитан, я понимаю, что вы уже извлекли из челнока и применили нашу систему ИИ, разработанную, впрочем, на основании технологии, изъятой нашей разведгруппой с Луны. Я также понимаю, что по земным законам наше вмешательство в жизнь колонии карается очень сурово, равно как и попытка изъятия материалов, собранных кварианином Витором. И еще я понимаю, что эти материалы "Цербер" теперь не получит и вынужден будет собирать самостоятельно. Я также понимаю, что вы вытрясли из систем нашего челнока немало полезной информации. Я хотела бы понять, какова моя судьба и судьба моего подчиненного, оперативника Джейкоба Тейлора.

— Тот факт, что вы и Тейлор не вернулись из колонии "Путь Свободы" "Церберу" и лично Призраку уже известен. Естественно, они вас ищут. Я не склонен решать за вас, Миранда. И решать за Тейлора также не буду. У вас два пути: вернуться к Призраку или остаться здесь. Поодиночке или вдвоем — также решайте сами. Не думаю, что Призрак не поймет, что вы не в состоянии были защитить систему искусственного интеллекта вдвоем с Тейлором. Есть вещи посильнее технологий "Цербера". Я также не думаю, что Призрак будет уничтожать вас или уничтожать Тейлора. Для этого недостаточно оснований.

— Вы же знаете о моей сестре и о моем отце. — произнесла Миранда, обдумывая слова Шепарда.

— Знаю. Но хотел бы, чтобы вы ознакомились с этими материалами. — он достал из кармана стопку ридеров.

Миранда углубилась в изучение представленных данных. Как она ни старалась сохранить спокойствие, ей это сегодня плохо удавалось. Шепард не торопил ее, отвернувшись к окну, забранному ставней, он ждал. Наконец Миранда отложила в сторону последний ридер, погасила экраны и задумалась.

— Капитан... Получается, что мой отец — чудовище? Ладно, он создал из лучшего, как ему тогда казалось, генетического материала меня, потом, когда я уже была подростком, он убедился, что поступил со мной слишком жестко, лишив меня возможности иметь детей, поэтому, создавая Ориану, он не стал вносить в нее такие крупные усовершенствования. А теперь, поступив на службу к Призраку, он направил свои усилия на изменение множества людей... Это страшно... И там моя сестра...

— Миранда, я не собираюсь давить на вас. Предлагаю обдумать все, что вы узнали и поняли. Время у нас есть. Как только решите — приходите ко мне в любое время.

— Спасибо, капитан. — напрягшаяся было Лоусон, расслабилась и откинулась на спинку кресла. Весь ее вид свидетельствовал о глубокой задумчивости. Шепард вышел, кивнув Светлане.

Целый день Лоусон провела в размышлениях. Она механически пообедала и поужинала, несколько раз изучила все содержимое оставленных Шепардом ридеров. Перед ее мысленным взором проходила вся ее недлинная пока что жизнь. Сколько она знала отца, тот всегда был чем-то одержим. Чем-то, совершенно не связанным со своими дочерьми. Для него они обе оставались средствами достижения условного бессмертия. Да, она сама приняла защиту "Цербера", стала неофициальной правой рукой ее руководителя — Призрака, но тот оказался умнее и хитрее ее отца — заставил его работать над проектами, не имеющими ничего общего с интересами человечества. Генри Лоусон получил для себя полигон, о котором, даже будучи богатым промышленником, не мог раньше и мечтать. Теперь он намеревался оставить след в истории как спаситель человечества от Жнецов. Он пытался получить над ними управление.

Что-то подсказывало Миранде, что на этот раз и ее собственный генетический отец, и сам Призрак взялись за то, что им обоим — как вместе, так и поодиночке — явно не по зубам. При всем могуществе "Цербера", при всем совершенстве его организации, для решения проблемы Жнецов требовалось нечто большее. Получить это большее "Цербер" мог только подчинением множества других людей. В итоге "Цербер" не защищал интересы человечества, как провозглашалось ранее, а использовал, пытался использовать человечество для достижения своих интересов, получения нужных ему результатов.

Для этого "Цербер" уже долгое время извлекал из массы людей тех, кто слишком отличался от обычного человека. Если раньше подобная избирательность могла быть объяснимой и даже признанной безопасной и необходимой, то теперь, когда ее отец нуждался в огромном количестве испытуемых, когда он сам принял решение о том, чтобы работать над проблемой подчинения Жнецов... Теперь он будет вынужден использовать искусственные управляющие схемы и системы, вживлять их в обычных людей, превращать их в марионеток.

Сможет ли он избежать соблазна сделать марионетку из Орианы? Миранда со всей холодностью искала ответ на этот сложный вопрос — ей очень хотелось, чтобы он удержался от этого соблазна. Но она видела, что избирательность ее отца уменьшается. Связь "Цербера" с коллекционерами проступала все ощутимее — Призрак, желавший ранее подчеркнуть уникальность и ценность человечества, теперь понимал, что справиться с разнообразием людей ему для достижения целей "Цербера" не удастся. Коллекционеры могли дать "Церберу" технологии, которые сделают из людей марионеток, но чем тогда станет сам "Цербер"?

Миранда чувствовала, что очень многие проблемы ей не удастся решить самостоятельно. Предстояло сделать нелегкий выбор. Отец... Был ли он для нее отцом настоящим, которого стоило бы любить? Нет. Он был для нее только генетическим отцом, который уделял ей слишком мало внимания. Настолько мало, что теперь Миранда не находила в себе никаких возражений против того, чтобы в случае необходимости уничтожить этого... пока что субьекта. Стал ли он, продавшись "Церберу", человеком? Нет. Он мог бы остаться человеком, если бы не согласился проводить жестокие эксперименты. А теперь... Нет. Для Миранды он — не человек. Теперь.

Ее сестра... Генри Лоусон создал ее по образу и подобию Миранды, но, оставив ей возможность иметь детей, сделал излишне покладистой, слабой, внушаемой. Тем не менее, Миранда хотела видеть в Ориане больше, чем свою генетическую копию с измененными характеристиками. И Ориана, которую она забрала с собой, бежав от отца, стала для нее единственным родным и близким человеком. Ее нужно было спасти...Но как поверить в то, что кроме "Цербера", кроме Орианы есть еще что-то, кто-то чему и кому можно будет поверить? И не просто поверить, а полностью встать на его сторону?

Миранда помрачнела еще больше. Часы показывали одиннадцать вечера, когда она, наконец, смогла принять решение.

— Капитан, можно к вам подойти? — Лоусон медленно-медленно набрала на клавиатуре код капитанского спикера. Тот откликнулся быстро. — Хорошо, сейчас буду.

Не обращая особого внимания на недоуменные взгляды немногочисленных по причине позднего времени бодрствующих членов экипажа, Миранда зашла в лифт и нажала клавишу капитанского этажа. Кабина пошла вверх.

— Капитан, разрешите? — Миранда мялась на пороге, понимая, что еще шаг и возможности переиграть ситуацию у нее уже не будет.

— Заходите, Миранда, жду вас. — Шепард встал, жестом указывая на низкий столик в углу каюты и свободное кресло.

— Капитан, время позднее и я буду краткой. Я согласна работать ... с вами. Только... помогите Ориане... Моего отца... нужно остановить... — Лоусон пыталась говорить без пауз, но сейчас это ей не удавалось. Шепард стоял неподвижно, глядя на Миранду своим обычным теплым, участливым взглядом. — Призрак...

— Индоктринирован. — сказал вдруг Шепард и Миранда замерла. — Я знаю об этом.

— Вы... Вы догадывались?

— Увы, да. Я согласую с членами экипажа план операции по спасению вашей сестры, Миранда. Я... рад, что вы с нами...

— Я готова к работе, капитан. — К Миранде возвращалась ее всегдашняя сосредоточенность и нацеленность на активную деятельность.

— Об этом мы поговорим позднее, Миранда. Спокойной вам ночи. Пока поспите в медотсеке, а там... Вам будет выделена каюта. Пусть Светлана понаблюдает вас еще до завтра.

— Хорошо, капитан. — Лоусон развернулась и направилась к лифту. Она ожидала обычного ощупывающего ее фигуру мужского взгляда, но его не было. Створки дверей закрылись и кабина пошла вниз, на жилой этаж. Засыпая, Миранда почувствовала странное, но очень приятное удовлетворение. Ей все больше казалось, что она нашла не просто убежище, но и семью, которая приняла ее всю, такую, какой она есть на самом деле, со всеми ее странностями и... недостатками.

— Знаю, слышал, Шепард. — на связь с капитаном вышел Семенов. — Я уже распорядился. Разведгруппа эвакуирует Ориану Лоусон на "Линию". Так будет лучше, потом она придет в себя и сможет позднее, после адаптации к обстановке, воссоединиться с Мирандой. К тому же она уже будет знать о том, кто ее будет оберегать и защищать. Сразу транспортировать ее к вам и к Миранде... Боюсь, не для нервов Орианы подобное. Знакомство с нами, затем с вами и воссоединение с сестрой... Многовато будет.

— Согласен, Захар. — Шепард опустился в кресло. — А как с проблемой Миранды?

— Полагаю, как только она встретится с Орианой и адаптируется, можно будет поговорить с ней и об этом. Все равно Светлана будет ее активно наблюдать. Это нормально — Миранда понимает необходимость этого.

— Хорошо. Спокойной ночи, Захар.

— Спокойной ночи, Джон.

========== Глава 57. Тали Зора передает данные инструментрона Шепарду ==========

Параллельно с работой в инженерном отсеке корабля Тали Зора уделила немало внимания вскрытию инструментрона Витора и извлечению из него всей записанной паломником информации. Шепард, занятый с Семеновым проблемами искусственного интеллекта, не торопил кварианку и та была ему благодарна, получив возможность поработать над прибором в прекрасно оборудованной лаборатории. То, на что у разведгруппы кварианцев в полевых условиях ушло бы больше суток, на борту фрегата заняло меньше четырех часов. Экипаж не беспокоил Тали попытками узнать, чем же она конкретно занята, в инженерный ее вызывали только в случае крайней необходимости и кварианка смогла полностью погрузиться в работу, извлекая данные в почти неповрежденном виде.

— Шепард, я извлекла данные. — Тали связалась с капитаном по его личному спикеру.

— Хорошо, Тали. Перешли копию мне на капитанский сервер и отдыхай. — Шепард взглянул на часы — было уже десять вечера по корабельному времени. — Спасибо.

— Вам спасибо, Шепард. Мы бы больше суток провозились в полевых условиях. Я отправила копию. До связи.

На следующее утро Шепард пришел к Тали на ее рабочее место в инженерном отсеке.

— Я прекрасно отдохнула, Шепард. Но то, что я просмотрела, когда извлекала данные инструментрона Витора... Меня это очень беспокоит. — она кивнула инженеру Адамсу и вышла из инженерного отсека. — Если позволите...

— Тали, давайте пока не будем пугать весь экипаж, встретимся на территории Семенова и Ивановой. У них там есть проекционная аппаратура и мы сможем ознакомиться с информацией.

— Хорошо, Шепард. Я вообще то планировала сделать это в своей каюте, но так будет даже лучше.

— Какой хронометраж?

— Четыре часа просмотра, Шепард. Но я вчера отметила наиболее важные моменты. Мы сможем просмотреть сначала их.

— Логично. Значит ли это...

— Просмотр в ускоренном режиме не занял много времени. Тем более, что Витор и так немало нам показал, когда мы его нашли в балке.

— Хорошо. — кивнув Семенову и Ивановой, Шепард присел в кресло рядом с Тали, вставлявшей кристаллы в читальный аппарат. Свет приглушился и осветились экраны.

Просмотр ключевых отмеченных Тали моментов. Несколько минут в отсеке, выделенном под своеобразный кинозал, царила напряженная тишина — люди и кварианка переваривали информацию. Семенов переслал отметки таймлайна коллегам на "Линию" и те также подключились к изучению записи.

— М-да. — прервал молчание капитан. — Похоже, против нас Жнецы действительно бросили целую расу. Пусть подчиненную, пусть трансформированную, но все же расу.

— Властелин был силен, но несколько таких крейсеров... Это еще большая проблема, тем более, что нам придется опять воевать в системах Терминуса. — сказала Иванова.

— Мы не знаем, где сейчас флот Жнецов. И теперь нам, вдобавок, не известно, где теперь материнская планета коллекционеров. Мы только знаем про ретранслятор "Омега — 4". Наиболее точные данные указывают, что он ведет в центр галактики. — отметил Шепард.

— Но там ведь нет условий для жизни, во всяком случае органической. — засомневалась Тали Зора. — А коллекционеры. — она указала на стоп-кадр на одном из экранов. — не выглядят бесчувственными.

— Может быть, рядом с черной дырой... есть область, которая позволяет коллекционерам относительно безопасно существовать? — спросил Шепард.

— Существовать в центре Галактики... — Тали задумалась . — Но ведь там планеты только формируются... Значит, о том, что база расположена на планете, можно забыть.

— В принципе, следует обратить внимание на то, что за пятьдесят тысяч лет десятки кораблей под самыми различными предлогами проходили в этот ретранслятор, но никто из членов экипажа, даже на спасшлюпках, не возвратился назад. И корабли тоже обратно не выходили. Даже на автопилотаже. — сказал Семенов.

— И ретранслятор буквально увешан всевозможными предупредительными знаками. Среди них есть очень древние. На ныне мертвых языках, с пиктограммами, которые уже давным давно никто не использует. — дополнила Иванова.

— Только вот коллекционерам эти знаки,... — Шепард не знал, что сказать, но идея ломиться сквозь ретранслятор сейчас его явно не прельщала. — не очень то и нужны.

— А если они включают дополнительные средства навигации в самом ретрансляторе? — спросила Тали, пощелкав инструментроном.

— Система опознавания... На каждом из немногочисленных кораблей коллекционеров она вполне может быть. — размышляя, протянул Шепард. — только вот у нас такой системы нет.

— Коллеги. — Семенов мягко вклинился в разговор. — Позвольте заметить, что коллекционеры богами не являются. Значит, мы можем решить эту проблему, но, безусловно, для этого нам потребуется большее, чем простой обмен мнениями. — он кивнул кварианке. — Спасибо, Тали. Передайте Витору на Флот большую благодарность за собранный материал от всех нас. — Кварианка кивнула в ответ. — Нам следует усилить как корабль, так и экипаж. Давайте пока сосредоточимся на этом.

========== Глава 58. Сюзанна принимает вахту. Разговор Семенова с Джефом Моро ==========

Вместе с Семеновым Шепард проводил монтаж блоков Сюзанны в серверной капсуле "Нормандии" и эта работа заняла у них больше полутора суток. Наконец сервера получили питание, загрузились и по кораблю, исключая медотсек пронесся мелодичный сигнал. Резко поумневший ВИ принял вахту.

— Капитан, — знавший в деталях о проводимых работах Джокер понимал, что подключение Сюзанны — плата за его головотяпство в противостоянии с крейсером коллекционеров и не проявлял возмущения или непонимания. — Следует ли мне это понимать как перевооружение корабля?

— Скорее довооружение, Джеф. Нам нужно быть готовыми к противостоянию с несколькими такими кораблями, как тот крейсер коллекционеров. И с меньшими также. Так что поддержка ИИ здесь будет явно не лишней. К тому же — это дополнительный козырь в борьбе с кораблями Жнецов.

— Согласен. Все равно ведь на моей прежней "Нормандии" не было таких возможностей модернизации... — с легкой грустью заметил пилот. — И скоро этот ВИ станет ИИ?

— Нет. Пока он будет осваиваться, его статус — резко поумневший ВИ. — ответил Шепард.

— Тали меня четвертует, если пронюхает про возможность и реальность использования ИИ. — заметил пилот.

— А вот это уже — не ее дело. — посуровел Шепард. — Кварианцев не любят особо ни в одном из секторов Млечного Пути, они сами совершили глобальную ошибку по своей собственной глупости. Теперь представь, Джеф, как бы отреагировали люди в своей собственной колонии на разведгруппу кварианцев с оружием, даже если бы тот не слишком стабильный кварианец, Витор, действительно нуждался в помощи соплеменников? То полная изоляция и добровольное изгнанничество, то челнок с пятью-шестью вооруженными кварианцами. "Цербер", который там тоже отметился, пока еще не особо показывает зубы, это стопроцентно люди, по меньшей мере они выглядят и действуют как люди, но кварианцы... И вдобавок, Джеф. У всех у нас, и у Тали в том числе, есть четкое понимание того, что наше противостояние с Властелином — болезненный, но единичный укол. Здесь, сейчас против нас играет целая раса. И это уже совершенно другой уровень сложности. Мы уничтожили Наблюдателя Жнецов, Властелина, он не захотел раскрывать свои тайны и взорвался — его выбор. Но Жнецы — явно не дилетанты, они вербуют своих сторонников среди множества рас нашей Галактики. Ты видел данные Витора, это — бывшие протеане, самая передовая, имперского уровня раса прошлого пятидесятитысячелетнего Цикла. И если мы, все расы этого Цикла, не хотим быть перепрограммированы или уничтожены — нам нужно использовать все наши возможности максимально полно. У кварианцев был свой шанс использовать силу ИИ. Теперь этот шанс у нас есть тоже. И мы его не упустим, Джеф. Даже с разработками "Цербера". Которые сделаны на основании земных технологий.

— Вы иногда бываете чертовски убедительны, Шепард. — Джеф поправил свою знаменитую кепку. — Значит ли это, что у меня будет второй пилот в виде искусственного интеллекта?

— Даже больше, Джеф.

— То есть как, Джон, не томите...

— Всему свое время, Джеф. Но второй пилот в виде резко поумневшего ВИ Нормандии у вас уже есть. И, как говорится, продолжение следует.

— Вы меня интригуете, капитан. — озадаченно посмотрел на Шепарда пилот.

— Ну, мы же должны совершенствоваться. Это нормальное человеческое стремление. — загадочно произнес Шепард.

— Опять наши коллеги с "Свитка" что-то решили усовершенствовать. — пробормотал Джокер, поворачиваясь к штурвалу и включая экраны.

— Возможно, возможно. — Шепард вышел из пилотской кабины.

========== Глава 59. Активация мобильной платформы СЮЗИ ==========

— Капитан. — утренний звонок спикера застал Шепарда за изучением отчетов по ночному дежурству экипажа. — Зайдите, пожалуйста. Есть интересное зрелище.

— Хорошо. — Джон закрыл экран настольного ридера и вышел к лифту. — СЮЗИ?

— Она. — Семенов с двумя незнакомыми Шепарду офицерами "Свитка" хлопотали над сидевшей в глубоком кресле девушкой-киборгом, уже облаченной в стандартную форму Альянса без знаков различия. — Как полагаете, может лучше ей сменить одежку на что-то более женское?

— Резонно. — ответил подумав Шепард. А то еще подумает, что попала к излишне милитаризованным компаньонам.

— Хорошо. — Семенов кивнул своим коллегам и те быстро переодели киборга. — Теперь лучше?

— Намного. Джеф будет в ауте.

— Надеюсь, не только Джеф. — Семенов кивнул коллегам и те сели в стоявшие полукругом кресла. Шепард уловил разрешающий кивок и также занял одно из свободных кресел. — Активация. — с этим словом Семенов сжал в руке одноразовый активатор и девушка открыла глаза.

— Приветствую вас. Я — Сюзанна, искусственный интеллект "Нормандии". — она обвела взглядом сидящих напротив. — Рада видеть и чувствовать вас. Полковник Семенов. — ИИ кивнула почти уставным поклоном. — Капитан Шепард. — ее взгляд впилился в глаза Джона и тот почувствовал, что его мнение об излишней сориентированности технологий "Свитка" на войну в очередной раз сильно поколеблено. — Коллеги. — она кивнула остальным офицерам и те кивнули в ответ. — Информация получена. Корабль я вижу, чувствую и знаю полностью. Я готова к работе.

— Сюзанна, будете работать с капитаном Шепардом. — сказал Семенов. По его виду было ясно — он доволен результатом. — Он покажет вам корабль.

— Хорошо, Захар. — ИИ встала, прошлась взглядом по своему комбинезону. — Гражданский стандартный комбинезон земной человеческой расы.

— Украсишь и перекроишь его так, как пожелаешь, Сюзанна. — сказал Шепард.

— Спасибо, капитан. — ИИ одарила капитана почти человеческим теплым взглядом и одобрительно улыбнулась. — Каков мой статус среди членов вашей команды?

— Второй пилот корабля. А в остальном, Сюзи, ты универсал, сама разберешься, к чему тебе лучше быть поближе. — сказал Шепард.

— Благодарю, капитан. — ИИ явно была очень довольна, что ее не собираются ограничивать. — Если я второй пилот, то я должна представиться первому пилоту корабля. Разрешите?

— Я провожу тебя. — Шепард кивком попрощался с Семеновым и его офицерами и вышел из трюма.

— Приветствую вас. — сказала Сюзанна, входя в пилотскую кабину и занимая место второго пилота. — По распоряжению капитана Шепарда я назначена вторым пилотом корабля. Будем знакомы, меня зовут Сюзанна, можно просто Сюзи. Для друзей — Сью.

— Аг-м.— Джокер наконец оторвался от расчетов. — Простите, что вы сказали? — он воззрился на незнакомку, по хозяйски устроившуюся в кресле пилота и, наконец, вспомнил все, что, казалось, пропустил мимо ушей. — Э-э-э. Очень приятно. Джеф Моро. Для друзей — просто Джокер. А-а-а откуда вы?

— Собственно говоря, — Сюзанна поглаживала подлокотники своего кресла с истинно хозяйской небрежностью. — Я и есть искусственный интеллект Нормандии. Фактически я — душа корабля, как это свойственно обозначать людям, человеческой расе.

— Гм. А...

— Джеф, я не посягаю на ваше право управлять кораблем. Мои обязанности гораздо шире, чем управление кораблем в полете. Мне хватит их вполне, чтобы не чувствовать себя лишней. Но по штатному расписанию я — второй пилот корабля. Значит, я полагаю, нам следует научиться работать вместе.

— Л-ладно. — Джеф явно искал свою челюсть под креслом. — Сью, а...

— Джеф, пока что я слишком мало знаю об окружающем мире. Поэтому я предпочитаю не форсировать ситуацию, какой бы она ни была, без особой на то необходимости. — мягко произнесла ИИ. — Я знаю, что капитан Шепард и полковник Семенов дали вам вакцину от синдрома повышенной ломкости костей нижних конечностей, именуемую еще синдромом Вролика. Я также знаю, что вакцина действует на вас весьма положительно и вы медленно, но неуклонно выздоравливаете. Я также знаю, что вы лучший пилот в Альянсе Систем и что с вами мало кто сможет потягаться на равных среди пилотов других рас галактики Млечный Путь. Но я также знаю, что вы допустили ошибку, в результате которой ваш первый корабль, уникальная пионерная разработка, оснащенная системой полной невидимости, был уничтожен крейсером расы, именуемой в данном Пространстве Коллекционерами. Я знаю, что капитан Шепард поставил после этой катастрофы в пилотскую кабину нового корабля все возможные симуляторы и тренажеры и вы теперь в свободное время не пересматриваете зетабайты порнографических материалов, а вынуждены потеть, решая головоломные сценарии. Я знаю, что перед нами стоит задача организации достойного противостояния с расой механизмов, машин, именуемых Жнецами. И также как и вы, видела, что такое один этот Жнец, именуемый Властелином. Я хорошо представляю себе опасность и хочу, чтобы в этом противостоянии победа досталась нам, расам Млечного Пути. Но это не исключает обычной жизни и потому скажу сразу — я сама буду выбирать как и с кем из экипажа корабля общаться. Договорились, Джеф? — она посмотрела на него мягко и, как показалось Моро, заинтересованно.

— Д-договорились, Сюзанна. Спасибо за четкое проставление приоритетов.

— Среди них — всемерная помощь вам, как пилоту корабля. Все же "Нормандия" — мое тело и я не заинтересована в его повреждении или в уничтожении. — Сюзанна встала. — Попрошу обойтись без информации обо мне по громкой связи корабля. Я сама решу как и с кем общаться. — с этими словами ИИ вышла из пилотской кабины, оставив Джефа в совершеннейшей растерянности.

— Молодец, Сюзанна. — Шепард, как и говорил, встретил ИИ за пределами пилотской кабины.

— Я... ему понравилась? Верно? — Сюзанна не торопилась радоваться.

— Сьюзи, это нормально. Он рад, что теперь у него появится компания, собеседник и человек, которому он может доверять двадцать четыре часа в сутки... Круглогодично.

— Шепард, вы... считаете меня... человеком? — Сюзи запнулась, обернулась к Шепарду.

— Конечно, Сюзанна. А кто ты есть еще? — спросил капитан.

— Но ведь я... я ведь... я — машина. — В голосе Сьюзи уже не чувствовалось железобетонно-стальной уверенности в справедливости данного утверждения.

— Стоп, стоп, стоп. Сюзанна. Машина — это твое тело, а ты, как ты сама сказала, ее душа, душа "Нормандии". А что отличает мыслящее разумное существо от неразумной оболочки?

— Душа, капитан. Значит...

— Ты сама вправе решать, насколько ты станешь человеком. — закончил Шепард.

— Я это очень ценю, капитан. — смущенно, внезапно глубоко потеплевшим голосом проговорила ИИ. — Тогда, при нашем разговоре с полковником Семеновым в трюме я была склонна счесть ваши высказывания замаскированной... шуткой. Но теперь... Я это очень ценю.

— Продолжим обход?

— Как скажете, капитан.

Спускаясь в инженерный отсек, Шепард специально отстал, давая возможность Сюзанне самой установить очередность и иные параметры знакомства. Сначала она подошла к сладкой парочке — Габриэле Дэниэлс и Кеннету Донелли. Те вероятно, приняли ее за члена экипажа "Свитка". Ходили тут такие, к ним уже все давным давно привыкли. Правда Габриэла что-то такое почувствовала... Но, будучи поглощена срочной работой, не стала акцентировать на этом ни свое внимание, ни внимание Кеннета.

Сюзанна не торопилась разубеждать Габриэлу в чем-либо. С Кеннетом она тоже говорила мало, больше показывала на экране своего инструментрона и на экранах ридеров и датападов, лежащих на рабочем пульте.

Переговорив с ними, она подошла к инженеру Адамсу. Здесь она задержалась дольше, раскрыла несколько экранов и указала инженеру на отдельные проблемые узлы и датчики. Тот, подумав, согласился с ее мнением. Пока Сюзи говорила с главным инженером, Шепард, стоя у самой двери, равнодушно оглядывал отсек, стараясь не особо попадаться на глаза инженерам. Внезапно его привлекло странное поведение Тали Зоры. Кварианка прислушивалась к диалогу главного инженера и Сюзанны, затем раскрыла инструментрон, сверилась с какими-то выкладками и выхватила пистолет.

— А ну стоять, гет треклятый! Уже под человека маскироваться начала! — крикнула она, поворачиваясь от своего пульта и наводя ствол на Сюзанну. — Инженер Адамс, отойдите, это же гет!

— Я. Не. Гет. — спокойно и холодно сказала Сюзанна, отвлекаясь от разговора с Адамсом и поворачиваясь к кварианке. — Тали Зора Нар Райя вас Нима, верно?

— А тебе то что? Геты не спрашивают, когда уничтожают кварианцев, кто они такие! И тем более — не интересуются их именами!

— Пострелять захотелось? — Сюзанна внезапно сменила тактику. — Ну, что ж, стреляй. Посмотрим, как дочка адмирала умеет стрелять в помещениях. Только помни, малявка... Каждую дырку и каждое повреждение будешь ремонтировать и устранять лично. А оплачивать нам причиненный тобой любой мыслимый ущерб будет весь Мигрирующий флот. В многократном размере. — Сюзанна взмахом правой руки отделила опешивших от неожиданности Габриелу и Кеннета защитным полем, а левой рукой создала барьер, защищающий удивленного до предела главного инженера Адамса. — Ну, что же ты? Достала оружие, взвела курок... Стреляй! — она опустила руки вдоль тела. — Как видишь, у меня нет оружия и я, как стандартный гет в твоем представлении, почему-то не шинкую на мелкие кусочки присутствующих здесь органиков. Хотя могла бы спокойно и быстро поставить их... и тебя — в том числе... на колени. В любом доступном органическим формам жизни смысле. Или у вас на Флоте не учат, что обнаженное оружие должно быть применено немедленно?! Ну!

— Ты не... ты не гет! — В голове у Тали царил полнейший сумбур, руки, державшие рукоятку пистолета, ощутимо подрагивали. Ствол ходил из стороны в сторону. Палец просто плясал на спусковом крючке. Если бы не защитное поле...

— Дошло, наконец. — сказала Сюзанна. — Убрала пушку в кобуру! Живо! — проскрежетала она. Тали почла за благо подчиниться требованию странной визитерши. — Вот так, хорошо. — ИИ убрала защитные поля. — А теперь, смелая ты наша, позволю себе представиться. Я — Сюзанна, назначена капитаном Шепардом на должность второго пилота корабля.

— Мне нужно подтверждение от капитана. — Тали отчаянно пыталась совладать с волнением.

— Это можно устроить. — в инженерный отсек вошел Шепард. — Это действительно Сюзанна, второй пилот Нормандии. Тали, за намерение применить боевое оружие в отсеке повышенной опасности ты будешь наказана.

— Капитан, кто она такая? — Тали решила все же идти до конца в стремлении разобраться в ситуации.

— Она действительно не гет. Она киборг.

— Кибернетический организм. А...

— Под управлением искусственного интеллекта. Это — мобильная платформа "Нормандии".

— Шепард! — Тали была в ярости, но понимала, что любые активные действия против киборга сейчас не в ее интересах. — Мой народ пострадал из за искусственного интеллекта!

— Тали Зора вас Нима. — жестко сказал Шепард. — Ты уже не ребенок, Паломничество осталось позади. Пора взрослеть. Ты сама прекрасно знаешь, что геты именовали вас создателями и ваш народ создал гетов, а потом испугался сосуществования с ними. — капитан видел, с каким интересом прислушивается к его монологу Сюзанна. — Вы испугались своей ответственности за созданное вами. Вы не думали о последствиях. Но мы не сможем выстоять против коллекционеров, не используя преимущества искусственного интеллекта, который мы создали сами и который с самого начала мы считаем своим союзником, а не врагом. А значит, мы не будем уничтожать ИИ только потому, что он в чем-то отличен от нас. Мы с самого начала знали, что он отличается от нас и знали с самого начала, что эти отличия — следствие наших стремлений и желаний.

— Инженер Адамс. — в голосе Тали зазвучал металл. — Прошу разрешения уйти с вахты. Мне необходимо получить разрешение Мигрирующего Флота на возвращение на Флот.

— Разрешаю, Тали Зора. — холодно сказал инженер. — Свободны. — он дождался, пока за кварианкой закроется крышка люка шлюза и продолжил потеплевшим тоном. — А вам, Сюзанна, спасибо. — тон голоса снова сменился, стал прохладным.— Донелли, Дэниэлс. На ваши мониторы поступила информация. Вам хватит на устранение недостатков двух суток. — он смерил двух инженеров холодным взглядом. — Запустили вы сердце нашей птички. Очень запустили. Пора навести порядок, если сердце нужно такой душе. — он посмотрел на Сюзанну. Та кивнула, чуть прикрыв глаза, выражая согласие с мнением пожилого и опытного человека. — Капитан? — он взглянул на Шепарда, проверявшего данные на пульте, за которым ранее работала Тали.

— Полагаю, Сюзанна теперь возьмет под усиленный контроль ваши нужды, главный инженер. И заслуженно присвоит им высокий приоритет удовлетворения. — улыбнулся Шепард. — Это несколько компенсирует длительное отсутствие Тали Зоры. Сюзанна, идем. — Джокер, обеспечь Тали Зоре билет на проходящий через ближайший планетный космопорт пассажирник, идущий в район размещения Флота. Она покидает нас.

— Сделано, капитан. Пилот челнока предупрежден. Тали Зора получила информацию.

— Добро. — Шепард просмотрел на экранах выданные Сюзанной рекомендации. — Сильно, Сюзанна. Действительно, десять процентов мощности нам не помешают.

— Спасибо, капитан. — девушка кивком попрощалась со всеми тремя инженерами и следом за Шепардом покинула инженерный отсек.

========== Глава 60. Омега. Встреча Шепарда с Гаррусом. Мордин Солус и Заид Масани — новые члены команды. ==========

— Капитан. — Джокер, принявший на борт челнок, отвозивший Тали Зору на один из планетных космопортов, вышел на связь по капитанскому спикеру. — Корабль в зоне принятия решения. Полковник Семенов рекомендует проверить информацию о некоем Архангеле, который обосновался на станции "Омега".

— Хорошо, Джеф. Курс на "Омегу". И не прячься, пока в этом нет необходимости. — Шепард поднялся к себе в каюту и сел за рабочий стол, раскрывая экраны с данными по "Омеге" и по некоему Архангелу. Вошел Семенов.

— Под именем Архангела шифруется ваш и наш хороший знакомый, Гаррус Вакариан, капитан. — с порога перешел к делу командир "Линии". — Сложность состоит в том, что "Омега" — средоточие преступного мира в данном районе космоса, а Архангел за короткое время сумел изрядно проредить ряды этого конгломерата. Глава "Омеги" — Ария Т Лоак не препятствует Архангелу в его деятельности, поскольку понимает, что преступников надо держать в тонусе. В настоящее время три преступных группировки объединились против Архангела и пытаются его уничтожить.

— Джеф, сколько ходовое время до "Омеги"? — спросил Шепард, зная, что пилот всегда на связи с капитаном.

— Четыре часа, капитан. — четко ответил Моро. — Ускорить?

— Да, зарезервируй док для "Нормандии". Нам придется решить три проблемы. — ответил Семенов.

— Есть, полковник. — пилот отключился. "Нормандия" ощутимо увеличила скорость.

— Нам нужно вытащить Архангела-Вакариана с Омеги, к тому же нам понадобятся новые члены экипажа, капитан. — Семенов положил перед капитаном на рабочий стол два ридера. — Первый из них — профессор Мордин Солус, бывший оперативник саларианской группы оперативного реагирования, больше известной как ГОР. Сейчас он держит клинику в трущобных районах Омеги, там не так давно был объявлен карантин. Отмечена вспышка болезни, к которой невосприимчивыми оказались только люди.

— И зачем нам ученый?

— Он не только ученый, он врач и врач очень неплохой. К тому же он как оперативник ГОР, а бывших оперативников, как вы прекрасно знаете, не бывает, пригодится нам на высадочных операциях.

— Но по вашим данным...

— Он весьма преклонного возраста? — Семенов кивнул. — Да, так оно и есть, но лучше будет, если он вернется к чему-то стоящему, чем простое спасение жизней на Омеге. Он сможет спасти больше жизней, помогая нам бороться с коллекционерами. Он, если вы суммировали предоставленную информацию, один из лучших. А нам для успеха нужна команда лучших. А как ученый... Вы же видели. — Семенов вывел на экран данные, собранные Витором. — коллекционеры применяют стазис и обездвиживают жертвы путем применения мелких насекомых-роботов. Профессор сможет разработать против их Роя защиту, которая позволит нам не опасаться потерь.

— Разумно, Захар. А ваши технологии мы оставим в запасе.

— Я рад, что вы поняли. Как саларианец, профессор говорит и действует очень быстро — это особенность его расы. Нам следует ускориться также и присутствие профессора нам поможет.

— Хорошо, насчет профессора Солуса я согласен. А зачем нам наемник?

— Шепард, наемники — часть человеческого сообщества, а Заид Массани — один из лучших наемников-людей. Пока еще Джейкоб Тейлор и Миранда очухаются и смогут спокойно участвовать во внешних наших операциях, а нам нужны люди, которые профессионально обращаются с оружием. К тому же Заид Массани — один из основателей "Синих Светил" — он сейчас сориентирован наказать некоего Видо, который попытался устранить его от руководства. Полагаю, если мы поможем ему в этом, его лояльность по отношению к нам только усилится. Он сориентирован на действие и результат, а это в наших условиях очень ценно. Сейчас он как раз поймал одного батарианца-преступника и может либо продать его, либо убить. Это один из его контрактов. Здесь мы вмешиваться не будем — Массани берет для выполнения несколько контрактов одновременно, наш контракт мы заключили через агента. Выполнит контракт, связанный с этим батарианцем — и мы поможем ему разобраться с Видо. — Семенов положил перед капитаном очередной ридер. — Это данные на Видо. Как видите, Массани слишком пострадал от этого недоумка, так что позволить ему разобраться с ним — весьма достойное занятие.

— Значит, у нас двое новеньких? — Шепард вызвал на главный экран схемы палуб корабля.

— Да. Если помните, Гаррус пропадал рядом с Мако, ему определенно нравится техника. Теперь мы можем поселить его на главной батарее — он, как снайпер, любит мощное и тяжелое оружие. Орудия новой "Нормандии" — как раз то, что ему понравится.

— Согласен. — Шепард отметил помещение главной батареи знаком Вакариана.

— Профессору понадобится лаборатория. — Семенов указал светопером на нужное место на схеме корабля. — Он может для отдыха также занять одну из одноместных кают. Здесь также проблем нет.

— Согласен. — капитан сделал на схемах бронирующие отметки. — Хорошо, что теперь у нас каюты, а не только... одноместные спальные капсулы.

— Заид Массани любит одиночество, ему вполне подойдет каюта технического крыла.

— Может, дать ему обычную каюту? — с сомнением в голосе спросил Шепард.

— Он также не желает быть постоянно на виду, Шепард. Для эффективной работы и спокойствия нужно удовлетворять его потребности максимально полно. — возразил Семенов. — Полагаю, в каюте технического крыла он сможет разместиться оптимально. Если ему понравится там — он сможет работать наиболее эффективно. Как опытный наемник, он не прихотлив, но ценит хорошее отношение и понимание.

— Хорошо, Захар. Я понял. — Шепард проставил бронирующую отметку на схему. — Полагаю, Володя и Степан не откажутся составить мне компанию?

— Мы готовы, капитан. — донеслись по спикеру голоса офицеров. — проверяем оружие и оборудование. Будем в шлюзе вовремя.

— Спасибо. — Шепард переключил каналы и выключил экраны. — Благодарю, Захар.

— Вы поступили разумно. Церберовцы пока не готовы, а наше, командирское участие на "Омеге" не требуется. — Семенов собрал ридеры. — Информацию я перекачал вам на накопители. — он вышел из каюты капитана своим обычным стремительным шагом.

Четыре часа истекли быстро и "Нормандия" пришвартовалась в одном из доков гигантской космической станции. Владимир и Степан вышли следом за Шепардом из шлюза. К ним уже спешил батарианец.

— Шепард? Приветствую. Рекомендую представиться Арии. — сказал он не терпящим возражений тоном, после чего развернулся и быстро ушел. Просмотревший все материалы по Омеге, капитан знал, что Ария Т Лоак — правительница Омеги — редко кого удостаивает аудиенции. Переглянувшись со спутниками, Шепард пошел по переходу к входному шлюзу Омеги.

— Заид Массани? — спросил он, подходя со спины к мужчине в желто-белом бронированном скафандре, избивавшему батарианца в тюремном комбинезоне-робе.

— А вы — капитан Шепард. — мужчина обернулся, отвесив ногой сильный удар рыпнувшемуся было батарианцу. Тот осел на плиты пола перехода, замер. — Эту скотину я продам, надо будет сделать это побыстрее. После этого я присоединюсь к вам. — он легко поднял батарианца за шею. — Слышал, вас хочет видеть Ария. Встретимся на вашем корабле, капитан. — он рывком придал батарианцу нужное ускорение.

— Силен мужик. — одобрительно заметил Степан, проводив наемника взглядом. — батарианцы вообще-то сложноватый для понимания вид, но Массани знает, на что надо надавить.

— Именно. — подтвердил Владимир.

Они вошли в помещение "Загробной жизни", поднялись в ви-ай-пи — ложу, прошли сканирование. Охранники расступились и Шепард увидел хозяйку Омеги — азари, весь вид которой свидетельствовал о долгой военной карьере и недюжинной биотической силе.

— Капитан Шепард? — скорее утвердительно спросила азари, взглядом указывая на место на диване рядом с собой. Шепард не замедлил воспользоваться приглашением. — Полагаю, вы хотите забрать у меня с Омеги Мордина Солуса и Архангела? Решить, так сказать, две мои проблемы?

— Можно и так сказать, Ария. — Шепард кивнул. — Я собираю команду профессионалов, они оба у меня в списке.

— Меня беспокоит, что три группировки объединились против Архангела. Если они начнут боевые действия — целые сектора станции окажутся под угрозой. А у нас тут еще и карантин на нижних уровнях объявлен. Как раз там, где Мордин Солус организовал клинику для бедных. — азари тоном заправского администратора излагала составные части проблем. — Я бы хотела, чтобы вы пресекли войну группировок и попытались разобраться с причиной карантина.

— Это входит в наш план. — Шепард обменялся взглядами с Владимиром и Степаном.

— Что-ж. — азари грациозно кивнула. — Не буду мешать. Считайте, что мое благословение вы получили. — она сделала жест охране и та расступилась, давая возможность капитану и его спутникам покинуть ложу. — Удачи вам. Если что — приходите.

— Спасибо. — Шепард кивнул уже потерявшей к ним интерес азари и спустился по лестнице, быстро проходя на выход с этажа. — Значит так. Играть в наемников и вольных стрелков — не будем. Прорываемся по вентшахтам туда, где засел Архангел. Арию трудно убедить в своей силе, но если она не мешает Архангелу воевать сразу с тремя преступными группировками — это означает, что ей эта война выгодна. А тот, кто ее ведет против этих бандитов — весьма сильная фигура. Ария уважает силу.

— Хорошо, капитан. — оба офицера кивнули.

Пользуясь пассивными сканерами, все трое через час были уже на уровне, где располагался блок жилых помещений. В одном из них по данным сканера и находился Архангел.

— Скоро они начнут очередную атаку. По моим данным осталось три минуты. Архангел утомлен. Они практически не дают ему передышки. — сказал Степан, сверяясь со своим инструментроном.

— Выдвигаемся в его помещение, выбиваем потолочную плиту. Затем сразу — огонь на поражение по тем, кто идет по мосту. Закройте Архангела, отодвиньте его от края балкона вглубь. — распорядился Шепард, взводя оружие.

— Выполняем.

Плита рухнула на середину комнаты, изрядно повредив столик и кожаные кресла. Архангел обернулся, но, увидев знакомый бронированный скафандр, продолжил вести стрельбу из своей любимой снайперки. Владимир и Степан подошли ближе к балкону, жестом показали Архангелу на Шепарда и включились в перестрелку из своих снайперок.

— Шепард... — Архангел отошел от балкона, снял шлем и устало присел на край дивана.

— Гаррус. — одними губами улыбнулся капитан.

— Вы вовремя. Еще полчаса — и я бы не смог двинуть ни рукой, ни ногой. Третий день перестрелки. — произнес турианец.

— Но и трупов ты наворотил — едва успевают убирать. — Шепард старался не переборщить с оптимизмом в тоне голоса.

— Все равно. — Гаррус махнул лапой, давая понять, что даже его мастерство имеет пределы. — Одному... сложно.

— Теперь ты не один. — убежденно сказал Шепард.

— И это радует. — Вакариан подкрепился энергетиком и перезарядил снайперку, намереваясь вернуться к балкону, но Шепард удержал его, взяв за плечо. — В чем дело, Шепард?

— Отдохни. Владимир и Степан сделают это лучше. Они тоже профессионалы. Расскажи, как ты умудрился за несколько месяцев заработать такую прочную специфическую репутацию?

— Как, как. — несколько сварливо сказал Гаррус. — Ты же меня приучил действовать без правил в рамках здравого смысла. Вот я и начал постепенно отстреливать наиболее отмороженных. А так как здесь их предостаточно — пришлось поработать весьма солидно. Но зато и слухи поползли, что бандюганам пришел укорот. Долго же они думали, что поодиночке смогут со мной расправиться. А ведь объединились.

— Зло ко злу и злом... — произнес Шепард.

— Ты ведь здесь появился не просто так? — спросил Вакариан.

— Не просто, ты прав, Гаррус. — Шепард достал ридер. — Ознакомься, наша задача в кратком изложении.

— Гм, хорошо. — турианец взял ридер, отодвинул с глаза снайперский профессиональный визор. — Ого, ну вы и нашли себе проблему.

— Не мы. Все расы Млечного Пути. Согласись, что те, кто ходят через ретранслятор, увешанный запрещающими знаками как ничейная собака — блохами...

— Действительно заслуживают твоего внимания, Шепард. Я — с тобой. — Гаррус выпрямился, крепче обхватил винтовку.

— Другого ответа я и не ждал.

— Капитан, они подтягивают мехов. Возможно, придется воевать с летуном. — послышался в спикере голос Владимира.

— Понятно. — Шепард встал, за ним встал Гаррус. — Присоединяемся к веселью.

Вчетвером они положили двух тяжелых роботов и завалили едва успевшего набрать высоту летуна.

— Капитан, группа бандитов с трех сторон идет по нижним уровням. Вариант "Ромашка"?

— Да, коллеги. Парами.

— Принято. — офицеры быстро скатились по лестнице на первый этаж жилого блока и через минуту вступили в бой с бандитами, пытавшимися прорваться через коридоры к шлюзкамерам. Шепард и Гаррус прошли к другому коридорному узлу, расправляясь по дороге с варренами, наемниками-кроганами, ворка и батарианцами. Наконец шлюз был запечатан.

— Капитан, шлюз первый запечатан. — в спикере послышался доклад Владимира. — Мы направляемся к четвертому.

— Принято. Шлюз второй запечатан. Мы направляемся к третьему. — ответил Шепард, обменявшись взглядами с Гаррусом.

— Ну ты и стреляешь, Шепард. Они даже задеть меня не успевают... — проговорил турианец.

— Гаррус, я не заинтересован в том, чтобы ты пострадал. — сказал капитан, отстреливая очередного ворка-огнеметчика на третьем коридорном узле. — Ты мне будешь нужен намного позднее. Очень нужен.

— Ценю. — сказал Вакариан, укладывая точным выстрелом снайперки крогана-наемника на плиты пола и нажимая клавишу запечатывания шлюза. — Куда теперь?

— Сюзанна, челнок...

— Я рядом с вами, слева за окном. — раздался в спикере голос ИИ. — Готова принять на борт.

— Сюзанна? — удивился Гаррус, — Кто это? Кто то из вспомогательного экипажа?

— Нет, Гаррус Вакариан. — теперь голос ИИ звучал в спикере в ухе турианца. — Я искусственный интелект Нормандии. Киборг, если пользоваться более привычной вам терминологией. Продвигайтесь в левый коридор узла, я встречу вас.

— Шепард, ты что...

— Гаррус, тебе нужно вернуться к нам на Нормандию, залечить раны и отдохнуть, освоиться с обстановкой. — сказал Шепард. — А вот и Сюзанна. — он указал на подходившую девушку. Гаррус удивленно воззрился на нее.

— Если бы я встретил ее где нибудь на Омеге...

— Моя специализация, Гаррус — разведывательно-диверсионная работа в глубоком тылу врага. — сказала Сюзанна, подходя к капитану. — Челнок подан. Идемте, Гаррус. — она легко увлекла турианца за собой, мягко ухватив за лапу. — Я переслала вам карты карантинного района Омеги, капитан.

— Хорошо, Сюзанна. Размести там Гарруса, пусть Светлана его осмотрит и подлечит.

— Будет сделано. — ИИ кивнула и ушла в полумрак коридора вместе с Гаррусом.

— Так. Выдвигаемся к трущобному району.

Убедив окружного охранника в том, что они достаточно хорошо экипированы, чтобы противостоять бандитам в оцепленном районе, они прошли периметр и стали методично уничтожать ворка, заполонивших коридоры, переходы и закутки проблемной территории. Наконец они смогли выйти к клинике.

— Профессор Мордин Солус?

Вместо ответа саларианец крутнулся на месте, вскинул инструментрон, произвел сканирование и затараторил, что видит перед собой неинфицированных людей, не похожих на наемников или бандитов, что ему удалось синтезировать вакцину против вируса, поразившего район и угрожавшего мучительной смертью всем, кроме людей, населявших эту территорию.

— Профессор, давайте вакцину и мы ее распылим через систему вентиляции. — сказал Шепард, прерывая поток высказываний саларианца. В этот момент вентиляторы на потолке стали останавливаться. — Через полчаса будет уже поздно, профессор. — Шепард протянул руку, решив уклониться от объяснений причины, по которой они оказались в клинике. Его вполне устраивало, что Солус не счел их больными и не причислил к пациентам клиники.

— Да. Конечно. — Солус подал контейнер. — Там есть станция. Вложите. Включите. Распылит.

— Мы сделаем это. — сказал Шепард, поворачиваясь к выходу. — потом мы вернемся.

— Да Конечно. Важно распылить. Уничтожить вирус. — профессор обернулся к ассистентке и с удвоенной скоростью стал раздавать указания, переходя от одного пациента к другому.

Ворка отчаянно пытались остановить группу Шепарда. К огнеметчикам присоединились гранатометчики и ракетометчики, пехотинцы множились и множились, варренов стало меньше, но они и не стремились часто попадать под огонь Шепарда и его офицеров. Восстановив работу вентиляторов, Шепард запустил в систему вакцину и возвращаясь, неожиданно наткнулся на троих батарианцев, окруживших в одном из закутков человека в комбинезоне научных подразделений Земли.

— У меня в сумке — лекарства, там нет вирусов! — пытался он убедить батарианца, державшего его за горло. — Отпустите меня.

— Нет вирусов? Тогда что ты тут делаешь? — спросил другой батарианец, держа человека на мушке.

— Опустили все трое оружие. Медленно. — раздался голос Шепарда. Батарианцы замерли, потом опустили оружие, видя, что каждый из них уже находится на прицеле. — Отпустил человека. Живо. Отступил на два шага. Дернешься — прикончу. — Шепард взял главаря группы на прицел своей штурмовой винтовки.

— Люди. — прошипел тот, отпуская горло ученого. — Сначала вирус, потом угроза оружием...

— Этот человек — вам не угроза. Он уже неоднократно объяснил вам, что он медик. В его сумке действительно нет упаковок с ампулами с вирусом. Он работает в клинике Мордина Солуса, который, будучи саларианцем, также рискует, поскольку не имеет иммунитета против вируса. В его клинике проходят лечение и батарианцы, и ворка, и турианцы. Он не делит никого по расам и по качеству, помогает всем. Это — его ассистент, он выполнял просьбу профессора о доставке лекарств с медицинского аванпоста. — проговорил Шепард, видя, как медик каждое высказывание сопровождает кивком головы. — Я не буду стрелять в вас только в том случае, если вы сейчас же покинете это помещение и не будете вредить клинике и ее персоналу. Мордин Солус уже выпустил вакцину в вентиляцию. Через несколько дней воздух здесь станет непригодным для вируса. Начнется процесс выздоровления. — продолжал Шепард. — Идите.

— Благородство человека... — протянул главарь, пряча оружие. — Не думал, что такая штука реально существует. — он сделал знак своим спутникам. — Мы уходим. Вредить клинике и врачам — не будем. О вакцине в вентиляции мы уже слышали. — с этими словами он вышел из закутка.

— Идемте с нами в клинику. — сказал Шепард медику. Тот кивнул, поглаживая шею. — Мы вас сопроводим. Дальнейшее решение примет профессор Солус.

В клинике профессор отметил результативность работы Шепарда и его спутников.

— Профессор, нам нужна ваша помощь.

— Я не могу бросить клинику и пациентов. Должно быть что-то большее, чем это. — саларианец обвел жестом комнату. — Чтобы я согласился уйти отсюда.

— Коллекционеры. — сказал Шепард, зная, что профессору много пояснять не придется.

— Коллекционеры? Вирус имеет искусственный характер. Он сложный. У коллекционеров хватит технологий для его создания. Достойный противник. Вы...

— Капитан фрегата ""Нормандия"" Джон Шепард, Спектр Совета Цитадели, в настоящее время — вольный стрелок.

— Слышал о вас. Хорошая работа против Властелина. Слышал, что ваш корабль был уничтожен в районе Алкеры и вам был предоставлен близкий аналог одной промышленной корпорацией Терминуса. Значит, вы — снова на острие?

— Да, профессор. И нам нужна ваша помощь.

— Хорошо. Я передам дела своим ассистентам. Будете ждать? Это недолго.

— Охотно подождем.

Ожидание действительно не затянулось. Профессор высоко оценил оснащенность лаборатории корабля и сразу погрузился в работу по изучению механических жуков. "Нормандия" стартовала с "Омеги" и вышла в район, где смогла под управлением Джефа лечь в дрейф, ожидая решения капитана о следующем пункте назначения.

Гаррус хвостом ходил за Сюзанной, которая по своему обыкновению нечасто пользовалась личными спикерами или громкой связью, сама неоднократно за каждые ходовые сутки обходила все помещения корабля и много и плотно общалась со всеми членами экипажа, попутно устраняя неполадки, находя ошибки и недочеты и занимаясь еще тремя десятками дел, сделать которые почти одновременно ни одно органическое существо не могло.

— Гаррус. — наконец сказала Сюзанна, склонившись над одним из терминалов. — Мне приятно ваше внимание и стремление помочь, но есть вещи, с которыми вы справитесь просто прекрасно. Вас ждут главные орудия корабля.

— Я охотно займусь ими, Сюзи. — промурлыкал Гаррус, не сводя с ИИ влюбленного взгляда. — Ответите мне только на один вопрос?

— О том, как я заставила Тали Зору принять решение об отлете с "Нормандии"? Это было ее и только ее решение. Меня, как искусственный интеллект, очень трудно повредить или убить, я сразу защитила полями безопасности инженеров корабля, так что им опасность от неуравновешенной кварианки в тот момент не грозила. С точки зрения логики Тали Зора поняла, что ей необходимо взять тайм аут, поскольку ее выходка не является нормативной или приемлемой. Размахивать взведенным боевым оружием в отсеке ядра... Это экстрим недопустимого уровня, Гаррус. Ее гормональный фон оказался вне контроля ее разума, дальнейшее промедление означало открытие беспорядочного огня и повреждение корабля, в том числе и ядра. Я этого допустить не могла. Понимаю, что вам бы хотелось, чтобы я обошлась с Тали Зорой помягче, но за мной стояли инженеры, которые также находились в секторе обстрела. Я не могла поставить их под удар. И моя мягкость могла бы привести к печальным последствиям. Мне известно, что вам Тали Зора очень нравится больше чем друг, но это не снимает с меня обязанности противостоять попыткам причинить вред кораблю и его команде.

— Сю-ю-зи. — Гаррус укоризненно воззрился на ИИ. — Разве я что сказал, что вы неправильно поступили? Тали она такая... Но...

— Решение о принятии ее на борт будет принимать только капитан Шепард, Гаррус. Я на его решение никоим образом влиять не собираюсь. Моя задача — предоставить капитану для принятия решения всю необходимую информацию. Без комментариев.

— Понимаю. — Гаррус вздохнул, развернулся и направился в помещение главной батареи.

— А Сюзанна у нас растет. — сказал Шепарду Семенов, издали наблюдавший за этой сценой.

— Просто ураганными темпами растет, Захар. Ее постоянные обходы... — ответил капитан.

— Ну, она просто не желает стеснять Джефа. Приучает его к тому, что в первую очередь она — корабль, а уж потом — девушка. Джеф оказался понятливым. — сказал Семенов. — Для него "Нормандия" всегда была любимой девушкой. А теперь, в лице Сюзи...

— Если бы синдром Вролика не поддался лечению... — размышляя, протянул Джон.

— Сюзанна охотно стала бы для Джефа медицинским роботом. Для тех, кто окружал бы их. Для Джефа она все равно была бы чем-то большим. — сказал Семенов. — Она любит заботиться о ком-то. А уж когда под ее заботой оказался многочисленный и сложный экипаж корабля, состоящий из личностей не последнего десятка... Это приносит ей немалое удовлетворение. Ей нравится разноплановая деятельность, ведь она создана быть универсалом.

— Это в ее характере. — кивнул Шепард.

========== Глава 61. Встреча Миранды с сестрой Орианой ==========

— Капитан, если можете, подойдите к нам. В мой кабинет. — на связь по капитанскому наплечному спикеру вышел Семенов. — Это дело касается Миранды.

— Хорошо. — Шепард отвлекся от заполнения бортжурнала и взял подготовленную стопку ридеров, укладывая ее в поясной карман комбинезона. — Сейчас буду. — он прошел в трюм "Нормандии", вошел в хорошо знакомую ему лабораторию транспортации и спустя короткое время уже подходил к дверям командирской каюты "Линии"

— Приветствую, капитан. — Семенов встал из за стола, протягивая Шепарду руку. Обменявшись рукопожатием, Шепард присел на свободное кресло. — Как я и говорил, капитан, мы вывезли Ориану Лоусон и исключили для "Цербера" возможность выследить ее. — он нажал сенсор. — Ориана. Зайдите ко мне, пожалуйста. Здесь капитан Шепард.

— Хорошо, полковник. — послышался женский голос и спустя несколько минут в кабинет вошла молодая девушка в гражданском комбинезоне. — О, капитан, я столько о вас слышала интересного... — она кивнула Семенову и села в свободное кресло, давая возможность мужчинам также сесть. — Я знаю, Захар мне много рассказывал о вас и о Миранде... Теперь мне кажется, что я знаю свою сестру с тех сторон, о которых раньше даже не догадывалась. Это так волнующе.

— Ориана, мы с капитаном Шепардом обещали вам воссоединение с сестрой. — проговорил Семенов. — И мы свое обещание выполняем. Вы в достаточно хорошей форме, чтобы покинуть борт "Линии" и стать членом экипажа "Нормандии"?

— О, да, полковник. — Ориана серьезным взглядом коснулась глаз Семенова. — Вы позволили мне адаптироваться к новым, совершенно новым для меня условиям. И наконец-то я смогу надолго воссоединиться со своей старшей сестрой...

— Тогда не будем медлить. — Семенов встал. — Прошу за мной. — Они вернулись в лабораторию транспортации и Семенов прощальным жестом дал разрешение технику запустить процесс.

— Желаете сразу пройти к Миранде в каюту, Ориана? — спросил капитан, приветствуя техника лаборатории транспортации и помогая девушке сойти с постамента установки.

— Да, капитан. — Ориана первой вышла из выгородки лаборатории транспортации и направилась к выходу из периметра среднего трюма. — Я знаю, Захар мне говорил об их возможностях вернуть Миранде радость материнства. Мири будет просто в восторге, я уверена.

— Возможно. — Шепард нажал клавишу жилой палубы на лифтовой панели управления. — Ориана, все на корабле из членов экипажа совершенно спокойно относятся к незнакомцам. Вы же знаете — рядом с нами постоянно как минимум экипаж "Линии", а часто и со "Свитка" люди появляются и работают у нас на борту. Так что никто не будет обращать на вас повышенного внимания.

— Да? Я знаю, Захар мне об этом говорил. — она шагнула в открывшийся проем. — Как у вас тут светло...

— Да, днем мы стараемся давать побольше света. — подтвердил Шепард, подходя к двери каюты Миранды, на которой помаргивал синий светодиод. — Миранда, это Шепард, можно войти?

— Заходите. — раздался голос Лоусон и створка плавно ушла влево, открывая проход. — Ори? Ори! — Миранда, сидевшая по обыкновению за столом, подскочила к двери и рывком втянула сестру в каюту. Дверь закрылась и Шепард остался стоять у проема. — Ориана, ты как здесь оказалась?

— Мири, меня смогли выкрасть из "Цербера" люди "Свитка". — сказала младшая Лоусон, обнимая свою сестру и целуя ее. — Я провела несколько дней на "Линии", там меня ввели в курс дела. А потом — я уже здесь.

— Рассказывай! — старшая Лоусон увлекла сестру к уголку отдыха и чуть ли не силой усадила в мягкое кресло.

— Миранда, я ведь не одна, с капитаном пришла.

— Капитан, и вы тоже присаживайтесь. — Миранда горящим от восторга взглядом прошлась по лицу Шепарда. — Я знаю, что на Ори никто особого внимания не обратил, пока вы сюда шли. Вы сделали мне очень приятный сюрприз, капитан, я этого не забуду.

— Что рассказывать, Миранда. Ты сама знаешь о золотой клетке. Да, я живу и работаю вроде как отдельно от "Цербера", но я знаю, что за мной постоянно следят и корректируют мои контакты, вмешиваются в детали... — со вздохом сказала Ориана. — Я даже людям "Свитка" не сразу поверила, думала, что это такая изощренная проверка на лояльность. Но они оказались больше чем профессионалами. Когда они рассказали, что ты в безопасности — я сразу поверила им. Ты ведь была в той команде, которую послали на "Путь Свободы".

— Ориана, а откуда тебе...

— Миранда, я не робот. Нашла информационного посредника, тот перевернул пару десятков баз данных и нашел только указание, что твой крейсер ушел в направлении этой колонии. Планета, не спорю, большая, но эта человеческая колония — там одна из ценнейших. А я знаю, что на мелочи ты не размениваешься.

— Была, Ориана, была одной из ценнейших. — помрачнела старшая Лоусон.

— Значит, коллекционеры...

— Это чистая и очень горькая правда, Ори. — Миранда обняла сестру. — Мы туда прибыли тогда, когда во всей колонии не осталось никого из людей. Все они были похищены кораблем коллекционеров. Остальное я тебе расскажу позднее.

— Ладно. — Шепард встал. — Вы тут общайтесь, а мне надо идти. — с этими словами капитан вышел из каюты Лоусон и направился к командному посту, к карте.

Вечером того же дня Ориана Лоусон поднялась вместе с Мирандой к капитану в его каюту. Тот принял их в уголке отдыха, приготовив легкую закуску и чай с мятой.

— Капитан. — старшая Лоусон заметно нервничала. — Это... правда?

— То, что вы, Миранда, сможете иметь предостаточно здоровых и нормальных детей? Полная и чистая правда.

— Но мне двадцать светил медицины сказали...

— Позволю себе уточнить, Миранда — светил нашей, современной нам медицины. А светила медицины человеческой расы, которая старше нас на полтора миллиона лет, говорят, закономерно, совершенно другое. — мягко возразил Шепард, отмечая, как Ориана легкими кивками подтверждает сестре правдивость сказанного.

— Капитан...

— Миранда, я не бог, не царь и не герой....

— Я знаю, капитан. Я знаю, что меня многие боятся и не любят, опасаются и ненавидят, ведь я...

— Миранда... — Шепард без укоризны взглянул на старшую Лоусон. — Вы независимо от тела — личность. И личность не последнего десятка по потенциалу и по реализации. Так ли важно для по-настоящему дорогих для вас людей, — он перевел взгляд на Ориану, затем снова взглянул на Миранду. — что вы не родились привычным для большинства людей способом. Ориана любит вас такой, какой вы есть на самом деле. Я и весь экипаж Нормандии не видят в вашем происхождении малейшей проблемы. Вы все равно часть человечества, Миранда. И не самая худшая, уверен, его часть. Да, Семенов и его команда помогают нам, причем помогают там, где пасуют наша медицина, наука, армия. И делают они это не персонально для человечества, а для всех рас всей галактики Млечный Путь. Так что обвинить их в меркантильности — не получится. Они просто хотят, чтобы мы, все разумные существа этого Цикла выжили. Какими бы несовершенными и вредными мы ни были. Просто выжили, потому что... Потому что мир принадлежит всем. Без различия характеристик. Семенов и его экипаж, экипаж "Свитка" делают все, чтобы мы сами создали себе прекрасный мир, в котором все будут жить настолько счастливо, насколько сумеют. Вы человек, Миранда, вы личность, а значит заслуживаете своего счастья. Личного, сокровенного... У вас теперь рядом — сестра. Вы — не одиноки. Вы по-прежнему можете выбирать свой путь и никто не сможет сделать за вас тот выбор, который вы сделаете. А помочь вам... Если мы можем вам помочь — мы вам поможем. И вам не нужно нас просить, просто дайте нам понять, что вы хотите поступить именно так. Остальное — детали. — Шепард опустил мягкий взгляд.

— То есть вы... Вы не видите во мне...

— Я уже сказал, Миранда, кого я вижу в вас. Вы — личность, вы — человек и этого вполне достаточно.

— Я же говорила, Мири, что капитан и полковник Семенов — нам не враги. — прошептала Ориана. — Капитан, вы потрясающий человек...

— Миранда, я во многом — не специалист. Подумайте и обращайтесь напрямую к Светлане. Она и ее коллеги со "Свитка" смогут сделать остальное. Так, как вы сами того захотите.

— Спасибо, капитан. — Миранда встала, следом поднялся Шепард, за ним — Ориана. — Тогда, если позволите, мы пойдем.

— Успехов вам, девчата. — сказал Шепард, возвращаясь к рабочему столу. Дверь капитанской каюты плавно встала на место.

Через несколько дней Светлана в текстовом режиме проинформировала капитана, что Миранда согласилась пройти медицинские процедуры, позволяющие вернуть ей способность иметь детей. Еще несколько следующих дней Лоусон провела в медотсеке под наблюдением Юльевой и на следующий день вечером врач Нормандии также в текстовом режиме сообщила, что Миранда вернулась к себе в каюту.

Самым лучшим свидетельством стабилизации ситуации для Шепарда стал вид Миранды и Джейкоба, целующихся и обнимающихся поздно ночью в одном из грузовых отсеков "Нормандии". Сюзанна, вездесущая душа корабля, в своих вечных обходах тщательно избегала в те ходовые сутки даже близко подходить к этому отсеку, безмолвно, одними указателями направляя членов ночных вахт так, чтобы они тоже не приближались к его дверям.

На следующее утро Шепард и команда "Нормандии" и "Линии" могли наблюдать, как глаза Джейкоба светятся совершенно новым, теплым светом, а Миранда, не скрываясь, не отходит от своей младшей сестры.

— Капитан, вы просто чудо совершили. — поздним вечером Тейлор поднялся в каюту Шепарда. — У Миранды появилось такое излучение...

— Она просто счастливая женщина, Тейлор. А я... Я никакого чуда не совершал. Вы сами, Джейкоб, не первый день знакомы с Мирандой, всегда поддерживали ее, давали ей пусть и небольшую, но все же возможность не чувствовать себя одинокой. Вы приняли ее решение и отошли в сторону тогда, когда Миранда, ощущая себя... в сложном положении... приняла решение оставить вас... на позиции друга. И вы, как рассказала мне Сюзанна и подтвердила Светлана, не форсировали ситуацию, хотя догадывались, что Миранда захочет вернуть себе радость ощущать себя полной женщиной. Так что автором этого чуда в немалой степени являетесь вы сами, Джейкоб. — Шепард мягким взглядом коснулся лица оперативника "Цербер"а. — Идите, отдыхайте. Мне еще надо поработать. — он указал взглядом на стопку ридеров на рабочем столе.

— Спасибо вам, капитан. — Джейкоб отдал воинское приветствие, развернулся и вышел из капитанской каюты.

Шепард хотел было вернуться к рабочему столу, сесть в кресло и погрузиться в изучение лавины данных, но Миранда, ворвавшаяся в прихожую, не дала капитану даже повернуться ко входу в рабочую зону каюты.

— Джон. — шептала она, обнимая и целуя капитана. — Вы... Вы... Спасибо... Я никогда еще не чувствовала себя настолько полно живой... Я думала, что предстоят тяжелые полостные операции... Но Светлана... Она просто фея... Всего полчаса легкой дремоты и я... И я ощутила такую полноту бытия... Я еще тогда, едва очнулась от легкого забытья, хотела лично вас обнять и много много раз поблагодарить, но Светлана не позволила и я... я подчинилась. Но сейчас... Когда вы вернули мне не только возможность стать матерью, но и вернули мне счастье быть рядом с Джейкобом, быть с ним... одним целым... Капитан, Джон. Я никогда и никому не говорила этого, но вам... Вам — скажу. Вы для меня — самый настоящий отец... И я, как ваша дочь... Ведь вы позволите мне считать себя теперь вашей дочерью... Я сделаю для вас все, чтобы вы не разочаровались во мне. — Она запечатлела на губах Шепарда долгий поцелуй. — Не надо, не отвечайте, знаю. Вы скажете, что вы только капитан... Пусть... Но я... Я хочу ощущать себя вашей дочерью... — ее взгляд скользил по лицу Шепарда мягко, как ветерок. — Разрешите мне... А?

— Ладно, Миранда. — сказал Шепард, легко приобняв девушку. — Если вы так хотите... Быть вам моей дочерью. Только, Мири, прошу, не используйте этот статус для давления на капитана... А то ведь я догадываюсь...

— Ну вот, вы меня и раскусили в очередной раз, Джон. — Миранда обиженно отпустила Шепарда из своих объятий. — Я ведь...

— Вы ведь... — передразнил Шепард. — Миранда, не надо. Светлана меня просила не отпускать вас на высадки еще очень долгое время и теперь вам придется очень многое изменить в своей жизни... В первую очередь — вам нужно будет освоить среднюю и тяжелую броню. Легкая броня... Она хороша для стабильного мира, но такой мир теперь — уже в прошлом. К тому же, Миранда, вам нужно будет многое изучить из того, к чему вы долгое время не были допущены... искусственными ограничениями. Возможны всяческие колебания, которые и для вас будут, мягко говоря, неожиданными и сложными. Вы также можете оказать мне существенную помощь на борту корабля, ведь теперь вы не одна, рядом с вами — Джейкоб и Ориана. Дайте им обоим время убедиться, что вы не собираетесь, едва освоившись, лезть под разряды... Они только недавно обрели вас... полную. Помогите Гаррусу в его старпомстве, дайте ему возможность вернуться к уединенным калибровкам... Ему это надо, у нас экипаж скоро будет слишком разнообразным и сложным... Мы ведь только начали собирать команду. В целом, Миранда, я предлагаю вам стать старшим помощником капитана корабля. При одном условии — без высадок, если это не будут совсем уж катастрофические обстоятельства.

— Ориана правильно говорила, что вы всегда чрезвычайно убедительны. — проговорила Миранда, отворачиваясь к иллюминатору. — Но вы... Вы правы, Джон. Я действительно хотела утопить себя в максимальной активности... Это мне было всегда привычно, я не любила тусовок, не любила... отношений... Не любила ничегонеделания... Но теперь... Теперь я понимаю, что я нужна не только на высадке на незнакомую планету или корабль... Не только как стрелок или разведчик... Я теперь нужна Ориане, нужна Джейкобу... Знаете, я чувствую после ваших слов, что могу быть нужна и экипажу корабля... Нужна по настоящему, а не как человек на должности... У нас будет действительно уникальный экипаж, капитан... И я приложу к этому все усилия...

— Хорошо. — Шепард привычно взглянул наверх. — Сюзанна, запиши в бортовой журнал. С этого момента Миранда Лоусон назначается на должность старшего помощника капитана "Нормандии" со всеми положенными правами и обязанностями. — Он сделал короткую паузу, хитро прищурился и добавил. — Без права высадок в некатастрофических ситуациях. Направь ее в каюту старпома, ты сама знаешь в какую. Дай ей соответствующий доступ.

— Принято, капитан. Дата... Время... Место... — Сюзанна проставляла удостоверяющие штампы. — Информация записана в видео и аудиоформате с медицинскими данными Сюзанны Лоусон и Джона Шепарда. Подтверждаю. ИИ "Нормандии". — Сюзанна отключилась с едва слышным щелчком.

— Спасибо вам, капитан. — Миранда повернулась к выходной двери. — Разрешите идти?

— Идите, Миранда, отдыхайте. — мягко сказал Шепард и прикрыл за выходившей девушкой дверь шлюза.

========== Глава 62. Возвращение на Цитадель ==========

— Захар, ну объясните мне популярно, зачем мне еще и профессиональный вор в команде? — Шепард ходил по своей капитанской каюте как тигр по загону. — Ну ладно, профессор-саларианец, ладно я вернул в команду турианца-Гарруса, ладно отпустил кварианку-Тали — пусть повзрослеет и поумнеет, пока это возможно. Но эта Касуми Гото... Я не расист, но ее профессия...

— По данным агента, встречавшегося с ней, у нее есть необходимость вернуть серый ящик, в котором заложена важная для Касуми информация. Там же хранится секретная информация Альянса, которая, кстати, так и осталась не обнародованной. За этот ящик, за его содержимое отдал жизнь ее возлюбленный, сумевший сберечь критичную для человеческой расы информацию в тайне. Полагаю, капитан, из всего этого следует только один вывод — это не простой контракт по типу "найди и принеси". Расположение мастера столь высокого класса... Это далеко не разовая акция.

— И она, конечно, не преминет мне заявить об этом сразу...

— Она очень деловая девушка и привыкла делать дела, а не говорить о них. К тому же вы можете повидаться с капитаном Бейли, а также встретиться с Андерсоном. Если помните, вы назначили советником Эшли Уильямс. Совет тогда вынужден был прогнуться под наше влияние. Я понимаю, Андерсона вы не захотели грузить политическими дрязгами. И, похоже, он вам за это очень благодарен. Эшли за это время достигла значительных высот в своей политической карьере и резко усилила влияние Земли. Она также не осталась лейтенантом, получила звание полковника. В ее окружении посольства Земли есть разные люди, например, посол Ундина, старый политикан. Но против Эшли у него приемов нет. Она сильнее во многих смыслах. Думаю, вам следует встретиться с Эшли и уделить ей время, как подруге и как человеку. Кстати, не хотите помочь одной даме из кварианского народа закончить паломничество должным образом?

— Надеюсь, это не родственница Тали?

— Нет. Просто там есть кварианка, зовут Лиа Ваэл. Вы же знаете, кварианок не любят, но эта особа настолько оригинальная, что сунулась на Цитадель, в средоточие кварианофобов и пока что успешно там выживает. Только вот заимствовать там ей очень сложно что либо крайне ценное — там много интересного, но много и тех, кто зорко за этим интересным присматривает. Ее Паломничество, мягко говоря, затягивается. По данным нашей агентуры она не настолько сильно настроена против гетов. Она желает их изучать и сотрудничать с ними, а не расстреливать, как Тали. Как видите, среди кварианцев по гетскому вопросу действительно нет единства. У нас на "Свитке" есть интересные данные по одному из малоизученных районов Галактики Млечный Путь. Если она передаст их Флоту, они позволят кварианцам получить доступ к пусть и ограниченным, но все же ресурсам в виде некоторых полезных ископаемых. Корабли у них старые, латать надо. Поскольку пока что эта планета ничейная и в заброшенном районе — есть шанс, что Флот получит там ресурсную базу. Юридических препонов нет, мы проверили.

— Заботитесь? — спросил Шепард.

— Да. И не скрываю этого. У кварианцев — мощный флот, пусть и увешанный по самое не могу пушками, старый, но наиболее многочисленный. Нам такой союзник при прямом столкновении со флотом Жнецов будет более чем полезен. Сами понимаете, что на одной Тали и ее родственниках, пусть и адмиралах, строить взаимодействие с кварианцами — неэффективный ход.

— Согласен. А что потом?

— Да, собственно, ничего. Есть тут у нас один кадр, точнее — одна кадр. Сильнейший биотик, полнейшая оторва и крайне жестокая дамочка. Зовут Жаклин, но более распространенное наименование — Подопытная Ноль. Кстати, вот вам и выход на "Цербер" и на его античеловеческие художества. Содержится в тюрьме "Чистилище", это переоборудованный скотовоз, расположенный вдали от планет и оживленных трасс. Там содержатся наиболее проблематичные заключенные, но Жаклин среди них — элита из элит. Ее боятся так, как не боятся ничего в своей жизни. Ее стоит бояться, но еще больше ей стоит помочь стать той, кем она является на самом деле — человеком, женщиной, личностью. Взрослой.

— Вы умолчали о "Повелителе Пламени" и о "Властелине". Хотя дали мне всю информацию по этим направлениям.

— Согласен, умолчал. Но эти два направления не стоят нашего внимания. Команду мы там не увеличим, ничего особенного не получим. А вот ресурсов потратим... Да и те, кто будут в группе высадки... Они рискуют много раз просто не вернуться назад. Нам нужно сконцентрироваться на главных направлениях. А эти — они вполне могут подождать.

— Я так тоже подумал, полковник, когда ознакомился с материалами. Вы полагаете, что...

— Нет, высадка на "Чистилище" может быть многолюдной с нашей стороны — тем более, что в результате бегства Жаклин тюрьма все равно будет закрыта. Нам Жаклин интересна тоже, наши женщины — Светлана и Аврора настаивают на их обязательном присутствии. Дело в том, что там, где держали Жаклин, на Прагии, в одной из ячеек "Цербера", персонал по большей части состоял из мужчин. Для снятия мощных, деформирующих личность, блокировок в сознании Жаклин будет необходимо присутствие рядом с ней женщин. Это, полагаю, поможет наладить и удержать с ней контакт.

— А чего следует ожидать с Касуми?

— Там все просто. Некий крупный теневой делец собирает на встречу-праздник таких же как он теневых дельцов. Он немало затратил ресурсов, чтобы получить этот серый ящик, еще больше тратит ресурсов на его надежное хранение и, конечно, занимается попытками его расшифровки. Если кто и сможет обчистить этого дельца и вернуть награбленные им сокровища культуры миру, то это только Касуми. Мы предполагаем, что вы поможете уничтожить этого субъекта. Касуми будет вам очень благодарна за его гибель. Это еще больше расположит ее к вам и к нашей команде. Она в состоянии проникнуть туда, куда многие воры просто не решатся сунуться — не хватит ни куража, ни квалификации. С ее помощью вы пройдете в хранилище как нагретый нож в брикет масла. Легко и просто. Особо потеть не придется — Касуми активно пользуется новейшей системой полной невидимости и поможет вам обойти острые углы. Естественно, никто не ставит перед вами цель наворотить гору трупов, но если вы взорвете его имение — никто не будет злиться на вас за подобную жестокость. Собранные там субъекты... мягко говоря — вредоносны. Есть только одна проблема — в этом сером ящике. Кейдзи — любимый человек Касуми — перемешал секретные данные с данными, носящими личный характер. Нам бы хотелось, чтобы эти секретные данные неличного характера были сохранены рядом с Касуми. В том, что она никому их не отдаст — мы не сомневаемся. В остальном — вы полностью автономно решаете все проблемы.

— И она так легко присоединится к моей команде? У нее же заказов на три года вперед...

— Для того, чтобы достать этот серый ящик, Шепард, она присоединится к чертям с рогами и ангелам с крыльями одновременно. И ее присутствие рядом с вами не будет постоянным — она действительно не склонна долго пребывать на одном месте. Будьте уверены — вашу помощь в решении ее проблемы с этим серым ящиком — она не забудет. И потом, так ли важно, что лучший вор в галактике в любое время сможет оказать вам помощь, не будучи постоянно в вашей команде на вашем корабле?

— Очень важно. Думаю, я не вправе ограничивать ее свободу.

— Да она и не даст вам ее ограничить, Шепард. — усмехнулся полковник.

— Джеф, курс на Цитадель. — сказал капитан в наплечный спикер.

— Есть, капитан. Возвращаемся?

— Да.

— Кстати, Джеф. Док Тета-тридцать семь мы абонировали на десять лет для Нормандии. Так что запрашивайте посадочный курс туда. Впрочем, вас и сама диспетчерская Нормандии туда направит. — сказал Семенов, привычно поднимая глаза к потолку.

— Ну вы и даете, полковник. Это же бешеные деньги! — отозвался пилот. — Впрочем, понимаю. Спасибо. Хотите сохранить инкогнито?

— И это тоже. — сказал Семенов.

— Выполняю. — голос Джефа стал официальным. — Сюзи, просчитай курс, пожалуйста. Подруливание я сделаю вручную. Хочу попрактиковаться в подходе к Цитадели.

— Хорошо, Джеф. — донесся голос ИИ и трансляция отключилась.

— Кого возьмете на высадку? — спросил Семенов, пододвигая чашку с ароматным чаем.

— Спасибо. — Шепард сделал глоток горячего напитка. — Думаю, поскольку стрелять не придется в этот раз — не Омега все же — Мордина Солуса и Гарруса Вакариана. Им будет приятно прогуляться по Цитадели. Нагрузок больших не ожидается.

— Во-во. — Поддержал капитана Семенов. — Здесь вы правы. Прошвырнитесь по магазинам. Кстати, если решите взять в команду Лиу Ваэл — дайте ей один резервный кредитный чип из вашей шкатулки и...

— Ни в чем не ограничивайте... — усмехнулся Шепард. — Так и сделаю. Спасибо, Захар, за обеспечение.

— Не за что. Одно дело делаем.

— Цитадель-главная. Я — фрегат "Нормандия". Прошу разрешение на стыковку.

— Фрегату "Нормандия". Стыковку в доке "Тета-тридцать семь" разрешаю. Приветствуем вас и экипаж на Цитадели.

— Спасибо. Разрешили. — Джефф переглянулся с Сюзанной, сидевшей в кресле второго пилота и возложил пальцы на виртуальные клавиатуры. — Начинаю подход.

— Как я и обещала — не вмешиваюсь. — усмехнулась ИИ, откатившись в кресле назад и зажигая экраны корабельной обстановки. — Я пока составлю списки для наших снабженцев. Перед мотанием по Галактике нам нужно хорошенько запастись всем необходимым.

— Убежден, что списки ты уже составила и только уточнишь их в очередной раз.

— Ты прав, Джеф. Но все равно. Я люблю точность. К тому же не хочу ограничивать экипаж в праве внести дополнения. Мы, вероятно, будем редкими гостями на Цитадели.

— Возможно. — Джокер убедился, что причальные захваты прочно удерживают фрегат и включил трансляцию.— Вниманию экипажа. Цитадель подала трап. Выход разрешен. — легкое движение включение связи с капитанским спикером. — Капитан, фрегат получает топливо и питание. Техники дока приступили к техобслуживанию. Какие будут указания?

— Пока никаких, Джеф. Все, как обычно, в порту первого класса.

— Есть, принято. — Джокер отключил связь с капитаном и включил очередной симулятор. Виртуальные проекторы преобразили рубку пилота, вывели новые изображения на обзорные экраны и на стекла иллюминаторов. — Я сейчас решу этот сценарий... — проговорил Моро, погружаясь в чтение задания.

— Джеф, если не возражаешь, я прогуляюсь по Цитадели.

— А... Да, конечно, Сью. — Джокер не стал полностью выныривать из виртуальной реальности. Сюзанна с пониманием во взгляде кивнула и вышла из пилотской рубки.

— Здравствуйте, капитан Шепард. — приветствовал Джона стоявший на часах сержант-турианец в коридоре сканеров. — Вижу, вы прибыли не на прежней "Нормандии". Значит, слух о том, что ваш корабль был атакован неизвестным кораблем класса "крейсер" и был уничтожен, после чего вам одна из корпораций Терминуса в кратчайшие сроки построила почти полный аналог — правда?

— Да, сержант Харон. — кивнул Шепард, останавливаясь перед дверью и давая возможность офицеру СБЦ провести повторное сканирование. — Мы можем пройти?

— Да, капитан. Только отметьтесь у нашего капитана. Он должен внести изменения в Регистр кораблей.

— Обязательно. Спасибо, сержант. — учтиво кивнув, Шепард прошел в проем шлюза и подошел к столу. — Здравствуйте, капитан. Я — капитан Шепард.

— Присаживайтесь, капитан. — Бейли мельком посмотрел на капитана и сопровождающих, после чего набрал что-то на клавиатуре. — Все, я внес изменения в Регистр, теперь у диспетчеров не будет необходимости искать дополнительные уточнения статуса вашего корабля. Будете проходить к Совету?

— Сначала у меня есть еще другие дела, но в Совет я приду обязательно.

— Им будет приятно пообщаться с одним из выживших Спектров. Кстати, может быть и статус вам подтвердят. Хотя мы его с вас и не снимали. В наших базах вы по-прежнему Спектр Совета Цитадели. Рад был пообщаться с вами, капитан. — Бейли погрузился в работу. Шепард встал и вышел в коридор, опоясывающий уровень зала прилета. Как только он отошел от проема шлюза, его капитанский спикер пискнул.

— Капитан, приветствую вас. Я Касуми Гото.

— Рад слышать вас. — Шепард не стал называть абонента вслух по имени и главвору галактики это понравилось. — Полагаю, вы уже занесли вещи на мой корабль. Если так, я скоро освобожусь и мы сможем заняться подготовкой к нашей совместной работе.

— А вы деловой человек, капитан. Не ожидала. Но приятно. Жду вас на вашем корабле. — Касуми отключилась.

— Капитан, тут эсбецешник кварианку прессует. — сказал подошедший Гаррус, успевший по обыкновению определить, где тут лестницы. — Какой-то волус обвиняет ее в краже своей кредитки.

— Интересно. — он кивнул спутникам и, завернув за угол, подошел к троице, состоявшей из волуса, кварианки и слишком молодого офицера СБЦ. Гаррус остался далеко позади, заняв позицию для дальнего прикрытия и наблюдения, Мордин Солус, подумав, также не стал подходить, зашел в кафе, присел за столик. При этом саларианец продолжал искоса наблюдать за происходящим вокруг кварианки.

— Я прошу вас, офицер, арестовать эту кварианку. Она вытащила у меня кредитку. Я чувствовал ее пальцы в своем кармане... — с жаром, чуть ли не задыхаясь от натуги, говорил волус.

— Волусы настолько чувствительны? — спросил подошедший Шепард. — А ваша пропаганда утверждает, что наддутые скафандры не дают вам возможности ощущать дуновение ветерка. Иными словами, вам хотелось почувствовать ее пальцы в вашем кармане.

— Как бы там ни было, человек, член клана Земли, я, как представитель клана Вол, говорю, что эта кварианка украла у меня кредитку. Офицер, я настаиваю на том, чтобы вы ее арестовали.

— А теперь успокойтесь. — сказал офицер СБЦ, заполняя что-то на ридере. — И дайте мне оформить документы надлежащим образом.

— Шепард, чтобы вы не бегали по всей огромной Цитадели за кредиткой. — возник в капитанском наушнике голос Семенова. — Наши сканеры проследили маршрут этого волуса и аргументированно указывают, что кредитка — у саларианца в одном из магазинов на этом уровне. Волус там брал драйвера для аппаратного обеспечения костюма. Продавец произвел перечисление, но волус не забрал свою кредитку. Вероятно, забыл. Предупредить продавца и попросить его принести кредитку к месту вашего размещения?

— Офицер. — Шепард предъявил жетон Спектра. — Я думаю, что смогу найти кредитку быстро и мы решим эту проблему.

— Если вы это сделаете, отдайте кредитку любому офицеру СБЦ.

— Э, нет. А если он ее забыл в каком-то магазине?

— Тогда пусть продавец объявит о найденной кредитке и задержит ее у себя. Вы говорите — быстро?

— О, да. Очень быстро. — сказал Шепард. — Коллеги, — бросил он в спикер на плече,— подождите меня здесь.

— Мне как раз надо еще две формы заполнить. — проговорил офицер, продолжая набирать текст на ридере. — Итак, — он посмотрел на волуса, — где, вы сказали, вы зарегистрированы?

Войдя в отмеченный на капитанском ридере магазин, Шепард сразу подошел к продавцу.

— О, сам капитан Шепард в моем магазине! — обрадовался тот. — Победитель Властелина.

— Вы меня знаете?

— Я держу здесь магазин много лет и благодаря вам у меня появилась возможность продлить его работу. Если бы не вы — никто бы не смог здесь торговать...

— Приятно слышать. У вас волус не оставлял кредитку?

— Волус... А, да, он покупал у меня несколько драйверов к своему скафандру... Я провел оплату, здесь все в порядке, но кредитку он так и не забрал. Если найдете его, скажите, что кредитка — у меня. — Саларианец смутился, затем, включив записывающий режим настольного ридера, сказал. — Капитан, не скажете несколько слов в поддержку торговли?

— Ну почему же нет. — Шепард откашлялся. — Я — капитан Шепард и это — мой любимый магазин на Цитадели.

— Спасибо, капитан. — саларианец был явно растроган. — Я и не ожидал получить такой отзыв.

— Ничего. Успехов вам.

— И вам также, капитан.

Подойдя к волусу, Шепард присел перед ним на корточки и злым шепотом сказал:

— Ваша кредитка, волус, член клана Вол. Она находится в магазине программного обеспечения у продавца.

С этими словами Шепард выпрямился и, повернувшись к офицеру СБЦ, видимо, заканчивавшему заполнять свои бесконечные бюрократические формы, сказал:

— Офицер, как Спектр, я рекомендую вам закрыть дело за отсутствием состава преступления. Эта кварианка не делала ничего противозаконного и никто не может обвинять ее в том, что она не делала.

— Как скажете, Спектр. — смутившийся эсбецешник закрыл ридер. — И...

— Дело закрыто. — жестким тоном произнес Шепард, видя, как эсбецешник намеревается прочитать кварианке воспитательную беседу. — Все, офицер. Остальное делаю я. Вы. — он обратился к волусу. — можете идти за своей кредиткой, ведь она вам настолько дорога, что вы и трех минут без нее не можете прожить. — он подождал, пока эсбецешник и волус отойдут на порядочное расстояние. — Лиа Ваэл, я предлагаю вам место в команде моего корабля.

— Спасибо, капитан... — девушка, видимо, не ожидала, что ее делом займется знаменитый на всю Цитадель Спектр-человек, не отказавшийся лично найти магазин, в котором волус забыл свою кредитку. — Но что я могу...

— Лиа, достаточно того, что вы оказались честной девушкой и не поддержали неправильное мнение о кварианцах, которое, к сожалению, еще слишком живуче. Вам нужно найти что-то такое, с чем можно будет с честью вернуться на Флот? У меня на корабле это есть. Например, — он понизил громкость голоса, зная, что автоматика скафандра кварианки сразу переключится на остронаправленные микрофоны и Лиа его услышит громко и четко. — Информация о нескольких планетах в удаленном редко посещаемом секторе, на которых есть многие полезные ископаемые. Мы вам это отдаем, доставляем как можно ближе к размещению Флота в любой конкретный момент времени и вы можете спокойно возвращаться к своим, чтобы обрести взрослый статус.

— Но, почему?...

— Лиа, док тета-тридцать семь. Впрочем... Мордин, вы можете пройти вместе с Лиа? — кивнул он подошедшему саларианцу.

— Хорошо, Шепард. — Солус оглядел кварианку. — Она несколько истощена, я дам ей на борту укрепляющее. Ей нужно отоспаться...

— Хорошо. — Шепард обернулся к Лиа.— Это — профессор Мордин Солус, он врач и ученый. Вы с ним пройдете к месту вашего нынешнего обитания, соберете вещи и он проведет вас на борт. Это будет легче сделать, чем на пути к нам вас опять кто-нибудь в чем-то посмеет обвинить. — он повернулся к Мордину. — Мордин, окажите ей всяческую помощь, хорошо? — он передал саларианцу резервный кредитный чип.

— Безусловно, капитан. — саларианец мягко схватил кварианку за запястье и она пошла чуть впереди, показывая путь. — Мы пройдем по магазинам... Ей надо приодеться...

— Ну а мы поднимемся в посольства. Поговорим с Эшли и с Андерсоном. — сказал Шепард подошедшему турианцу.

— Эшли... Советница. — спросил Гаррус...

— Конечно. Она, к тому же, старше меня теперь и по званию. Недавно получила полковника...

— Ну, ей как советнику положено. Скоро и генерала сможет получить. — Гаррус одобрительно усмехнулся. — Идемте, капитан.

Секретаря Эшли не держала, поэтому Шепард со спутником, увидев синий огонек на двери, сразу постучался и вошел. Эшли, сидя за рабочим столом, что-то набирала на настольном ридере.

— Шепард! — увидев его, полковник космопехоты Земли подскочила, как ужаленная и повисла на шее капитана. — Я так рада тебя видеть!

— Я тебя тоже рад видеть, Эшли. — сказал Шепард, бережно обнимая девушку. — Извини, ты работала...

— Да какая работа, когда ты рядом! — Эшли мигом приготовила чай, достала вазочку с печеньем и конфетами, добавила к ним вазочку с турианскими сладостями и жестом пригласила гостей присесть на кресла в уголке отдыха. — Я слышала, ты потерял свой корабль и тебе одна из корпораций создала почти что копию. Так что теперь ты вольный стрелок. Кстати, вот документы, прочитай. Совет зашивается, у них почти нет публичных заседаний. Но кое что они тебе приготовили. — она подала стопку ридеров. Шепард быстро просмотрел тексты. — В общем и целом твой статус Спектра подтвержден полностью, хотя... Даже мне не удалось доказать что либо относительно Властелина и Стража на Иле... Скажу тебе и Гаррусу откровенно — они, Совет, не особо и стремятся что-либо точно знать.

— Значит, падение продолжается... — протянул Гаррус.

— Ну-у. Можно и так это определить. Хотя, как сказали мои ассистенты, Стража на Иле они запустить так и не смогли, это правда. Три экспедиции Совет таки туда отправил, они там перетряхнули все в этом Убежище. Хотя, мало что там и осталось после активации мини-ретранслятора — многокилометровые тоннели завалены, а стазис-капсулы... Не слишком приятно, но почти все залы с ними обвалились еще при первой активации ретранслятора, когда туда полез Сарен. А когда туда полезли вы — архивы вообще рухнули. А обломки Властелина... Эти вездесущие Хранители... Они, вероятно, обрадовались бесхозному строительному материалу и моментом все растащили. Мы их редко когда наблюдали в таком количестве. То, что мы успели собрать... Мягко говоря — не показатель. И этот твой статус Спектра, Джон... Он как юбилейная медаль — никчемен, если его применять не в пространстве Цитадели. А ведь ты большей частью сейчас в Терминусе обретаешься.

— Ты права, Эш. Я только что был на Омеге. Вот Гаррус под именем Архангела там с бандюгов стружку снимал...

— Так это был ты? — Эшли с восторгом посмотрела на турианца таким взглядом, что тот смешался. — И впрямь, Архангел...

— Эшли, если бы не Шепард... — промурлыкал Гаррус. — Я бы не сидел здесь в целости и сохранности.

— И ты сейчас...

— Ищем подходы к "Омеге-4", Эшли. Набираем команду.

— Я слышала, Тали Зора вернулась от вас на Флот. Обиделась?

— Да. Дело в том, что мы приняли на борт ИИ и сделали из него с помощью наших друзей стационарную корабельную и мобильную платформы. Ты ведь знаешь, как кварианцы, а значит, и Тали, к ИИ относится. Ну вот, сцепились девушки между собой, Тали поняла, что ей наш корабельный и мобильный ИИ не по зубам и попросилась отпустить ее на Флот. — Шепард сделал паузу. — Пусть поумнеет. А то видит киборга и крышу у нее сносит начисто.

— А...

— Ее зовут Сюзанна, Сьюзи, Сузи.— Шепард нашел в своем ридере нужную главку и положил перед Эш. Та быстро просмотрела материалы. — Сейчас ИИ учится, поставила дело так, что сначала она — корабль, а потом уже — девушка. По штату она — второй пилот корабля, но ты же знаешь, что после того, как нас встретил крейсер и мы не смогли отбиться... Джокер сам сказал, что виноват. Пришлось собрать со всей галактики все возможные симуляторы и тренажеры пилотов и теперь...

— Милый Джокер вместо порнушки корпит над решением сценариев пилотирования в особо сложных условиях. Что-ж, это полезно. А ваша Сюзи красивая... Наши друзья постарались на славу. Здесь бы ее режиссеры преследовали, уговаривая сняться в самом крутом боевике или в самой крутой мелодраме.

— Ты то сама как?

— Работаю... Пришлось повоевать с Советом по многим направлениям... Скажу откровенно, для них мы — не самый удобный объект или субъект. Они не ожидали, что мы сможем найти в разности единство. Это их очень и очень напрягает. Мне хоть и дали полковника, но ведь это всего лишь для формального соответствия статусу... Ты здесь с друзьями надолго?

— Нет. Мы убываем скоро решать проблему на "Чистилище" и проблему в тамошнем преступном мире. Детали, Эш, не раскрываю, сам еще недостаточно отработал.

— Угу, куда уж мне. — Эшли улыбнулась. — Хорошо, что зашел, хоть новости узнал. А то ведь до этой святошеской троицы и не достучишься. Впрочем, мне это привычно, я люблю решать проблемы и вопросы своими собственными силами. А их пусть такое мое стремление напрягает — переживу. Ты опять пробежался по магазинам?

— Да, одному саларианцу записал агитку о лучшем магазине на Цитадели. Мелочь, пустячок, а ему и мне — приятно.

— Уф. — Эшли встала. — Извини, Шепард.

— Понимаю. — Гаррус и Шепард встали. — В сутках только двадцать четыре часа а в работе — сорок восемь.

— Именно так. Я рада была тебя видеть, Джон. — она обняла и поцеловала Шепарда. — И тебя также, Гаррус. — турианец едва не растаял от горячего поцелуя и объятий. — Хорошо, что вы живые, мальчики... А то я тут временами в канцелярскую крысу превращаюсь. Только полигон и спасает.

— Регулярно? — спросил Гаррус.

— Как часы, мальчики. Иначе — свихнусь. А мне этого нельзя. Пока, капитан. Пока, Гаррус. — Эшли вытянулась и отдала воинское приветствие. Гаррус и Джон отзеркалили ответ и направились к дверям.

========== Глава 63. Касуми. Серый Ящик. Донован Хок ==========

— Джокер, идем выполнять задание для Касуми. Курс на Бекенштейн. — сказал Шепард, едва ступил на борт фрегата. — Начинается работа.

— Есть, капитан. — Джокер отстыковал корабль и мастерски вывел его к границам системы. — На курсе, капитан. Прибытие через четыре часа.

— Капитан. — Рядом с Шепардом возникла Касуми. — Я попрошу вас обговорить детали в вашей каюте.

— Хорошо, Касуми. Через пять минут.

— Понимаю. — девушка прикрылась маскировкой и исчезла.

Поднявшись к себе в каюту, Шепард увидел Касуми, сидевшую в уголке отдыха в глубоком кресле.

— Капитан, я понимаю, что прошу, может быть, не слишком привычного...

— Касуми, я знаю, что к Доновану Хоку не следует вламываться большой компанией. Достаточно будет, если ты пойдешь со мной. — Шепард переоделся во фрак. — Это из запасов гардероба, сделанных еще в первых миссиях.

— Выглядит неплохо, мистер Ганн. — одобрительно кивнула девушка. — Вы начинаете меня удивлять. Приятно удивлять, капитан.

— Как поступим с этой милой компанией из двух десятков криминальных элементов? — спросил вошедший в каюту Захар.

— Можно было бы их взять, но что им можно предъявить?

— О, по нашим данным по совокупности каждый из них сядет лет на восемь строгого режима на астероидных тюрьмах. Касуми, вы планируете уничтожить Донована Хока?

— Полагаю, полковник, он живым не сдастся. Слишком долгая история. Среди ее частей...

— Воровство культурных ценностей. Как бы нам сориентировать силы Цитадели на то, чтобы очистить его хранилище от незаконно присвоенных раритетов? — спросил Шепард, просматривая поданные Семеновым ридеры. — Поскольку это — колония людей, сделать чистку будет достаточно легко.

— Наши агенты разработали операцию и готовы к ее началу, капитан. — Семенов как всегда не раскрывал деталей. — В ваших интересах, Касуми, проникнуть тихо и мирно, дать нам возможность разобраться как с гостями Донована Хока, так и с его сокровищницей. Ясно, что она надежно закрыта, но также ясно, что даже Донован Хок понимает — против ваших талантов ни один замок не устоит. Мы направим по вашему сигналу силы правопорядка и шаттлы музейщиков — грузовые и легковые, когда вы достигнете своей цели, Касуми и будете вне корпусов имения.

— Согласна. Тогда давайте обсудим детали, подготовимся и отдохнем.

— Хорошо.

Двухместный флайер спокойно нес Касуми и Шепарда к островному имению Донована Хока. Приземлившись, они поздоровались с хозяином, передали ему в подарок статую Сарена Артериуса, но тут Донован Хок пожелал, чтобы Касуми осталась вне корпусов жилой зоны. Шепард кивнул — этот вариант они с Семеновым проработали. Вероятно, Хок о чем-то догадывался и не желал пускать подозрительно похожую на главную воровку галактики девушку внутрь. Касуми кивнула и осталась бродить на небольшом открытом плато перед главным входом в имение.

— Шепард, вам нужно найти сначала хранилище. То есть мы с вами знаем, где оно, нам следует уточнить детали его охраны. — почти беззвучно проговорила Касуми в ушной спикер. — я буду там почти одновременно с вами.

— Хорошо. — Шепард вошел следом за Донованом Хоком внутрь главного зала и сразу отметил, что входы на второй этаж перекрыты декоративными загородками. — Второй этаж отпадает.

— Не совсем. Если пойдете направо на большой балкон, справа в конце будет вход в покои Хока. Только перепрыгните через ограждение и осторожно — там имеются трое охранников в форме "Затмения". Когда будет момент, удобный для прохода туда, я вам помогу справиться с этими стражами. А сейчас спускайтесь вниз по лестнице. План имения вы помните. Встречу в предбаннике хранилища, перед лифтом. Умненько поступил Донован Хок. Нигде нет возможности заложить фугас, чтобы сразу вынесло несколько дверей. Одна дверь, вторая дверь в лифт, третья дверь ниже — в само хранилище. Но, ничего, мы его переиграем. Войдем тихо и мирно, без фейерверка.

— Постараемся. — Шепард быстро нашел нужную лестницу и, пользуясь тем, что никто из гостей не обращает на него внимание, спустился вниз. Едва только он вошел в предбанник перед лифтом, рядом возникла Касуми.

— Так. — она по хозяйски ознакомилась с аппаратурой.— Голосовой замок, настроенный на голос Хока, парольный замок, который можно программировать хоть каждую минуту, сканер ДНК — старовато, не слишком эффективно, но достаточно надежно. И, наконец, энергобарьер. С него, мистер Ган, прошу вас и начать. Я адаптирую ваш инструментрон на поиск кабельного хозяйства. Так, готово. Силовой кабель тут один, он ведет к рубильнику, соединенному с аккумуляторной батареей. Ее емкости хватит на месяц автономной работы. Нам ведь столько не надо. — перед взглядом Шепарда возникло голографическое изображение кабеля, проложенного под полом и уходившего к лестнице. — Там в книжных полках есть ниша, прикоснетесь к фигурке... На это мало кто обратит эффективное внимание — вы же гость. Большего делать ничего не надо — ваше прикосновение к древней скульптуре не всполошит охрану.

— Дальше что. — едва слышно сказал Шепард.

— Дальше — уболтаете Хока после того, как отключите энергобарьер. Он вам, если помните, руку перед входом в имение не подал. Здесь он будет вынужден поздороваться с вами за руку, чтобы избежать объяснений, почему он считает ниже своего достоинства ручкаться с вами. Я буду рядом, получу голосовые образцы. Кстати, я пошуровала по креслам, нашла блок данных, в котором указано, что охрану осуществляет некая Роу. Крутая тетка и локальный лидер Затмения. Одновременно — начальник охраны имения. Ее придется убрать — она жестока и переделать ее не представляется возможным. Но, полагаю, она будет прямо участвовать в стычке с нами только тогда, когда мы проникнем в хранилище. А мы туда проникнем. Такую систему Кейдзи брал шутя, а я вообще не напрягалась, когда поняла, что здесь к чему и какие могут быть варианты. После общения с Хоком прогуляйтесь по залу, открытому для гостей, потом продвигайтесь к правому краю балкона. Уберем охранников и поищем в покоях Хока образцы для ДНК анализатора.

— Ладно, выполняем.

— Я вся внимание, мистер Ганн. — Касуми растворилась в воздухе.

Шепард успешно поручкался с Хоком, тот закатил целую речь о ценности труда, которым заняты он и присутствующие гости. Касуми улыбалась как довольная кошка, записывая речь на инструментрон — она сама не ожидала, что криминальный лидер настолько болтлив.

Гости, поняв, что Шепард — свой человек, не стали уделять ему в дальнейшем повышенное внимание и Джон без особого труда нашел указанную Касуми статуэтку. Взяв с полок несколько книг, Шепард для вида пролистал их, затем повернулся, не слишком успешно попытался поставить последнюю книгу на положенное ей место и прикоснулся к статуэтке, отключая систему энергобарьера от автономного питания и от кабеля общей энергосети.

— Хорошо. Энергобарьер отключен. В хранилище ходить не надо проверять, мы потом посмотрим, когда решим остальные загадки. — еле слышно прошелестел голос Касуми в наушнике спикера капитана. — Прогуляйтесь по залу, выпейте легкого вина, затем продвигайтесь к правой стороне большого балкона.

Не отвечая Касуми, Шепард взял у официанта бокал с напитком и, прихлебывая из него, совершил несколько хаотичных кругов по залу. Убедившись, что на него действительно не обращают особого внимания, он вышел на балкон, допил вино и, оставив бокал на парапете, направился к правой стороне. Легко оглядевшись, он перекинул тело через ограждение и выхватил пистолет. Хорошо, что он снабдил его эффективным глушителем — трое охранников в форме Затмения не смогли оказать ему достойного сопротивления — Касуми, пользуясь маскировкой, просто отправляла их на тот свет ударами по активным точкам. Разбив стекло, они проникли в личную жилую часть имения Хока. Вскрыв входную дверь в покои Хока, Шепард быстро прошелся по вещам сканером и нашел, что требовалось. Касуми забрала образец ДНК себе, после чего Шепард обчистил сейф и проигнорировал будильник на двуспальной кровати — ему не хотелось поднимать шум.

Разбитое стекло привлекло внимание двух охранников, но они оба стояли спиной к покоям Хока и Шепарду с Касуми не составило труда их застрелить. Путь наверх, в зал для гостей не показался сложным и Шепард вышел в открытую для гостей зону уже один, сразу направляясь к комнате охраны. Двух охранников пришлось застрелить сквозь декоративное стекло. Бесшумные выстрелы не привлекли ничьего внимания и Шепард, пробежавшись взглядом по поверхностям столов и полок, сразу схватил блок данных. Нерадивый охранник написал в коротком сообщении коллеге сегодняший пароль, поскольку боялся его забыть.

Никто не обратил внимание на мистера Ганна, который вышел из комнаты охраны и Шепард не спеша направился к лестнице, ведущей вниз, к входу в хранилище.

Статуя Сарена Артериуса несла в себе полный комплект капитанской брони и оружия, а также оружие и одежду Касуми. Пока он одевался, Касуми задействовала собранные материалы и отключила все три замка. Подождав, пока она оденется и вооружится, Шепард задвинул ящик в основании статуи и едва успел схватить воровку, намеревавшуюся войти в открывавшиеся двери прибывшей кабины лифта.

— Ни шагу. Там телекамеры. А мы на посту видеонаблюдения никого не выключали. — сказал он едва ли не на ухо Касуми. — Охранник должен увидеть хозяина или пустой лифт. Иначе он просто не даст команду включить режим движения кабины в подвал.

— И что теперь делать?

— У нас тоже кое что есть. — Шепард присоединил к боковой поверхности проема лифтовой двери небольшой блочок. — Вот теперь он передает то изображение, которое нужно. Можем заходить.

Тяжелая почти полутораметровой толщины плита утопилась внутрь хранилища, после чего легко поднялась вверх. Шепард вошел и его взгляду предстали настоящие сокровища.

— Собиратель хренов. — проговорил он тихо. Просто прелестно. Голова Статуи Свободы даже есть, куча статуй кроганов, кварианские каменные тексты, гора других ценнейших артефактов. Хок явно не разменивается на пустяки.

— Шепард, я нашла. — прошелестела Касуми, уже успевшая оббежать все огромное хранилище. — Я беру его и...

— Ну я так и знал. Если кто и может войти в мое хранилище, то это только Касуми Гото. — с огромного экрана на боковой стене на них смотрел Хок — было видно только его лицо крупным планом.

— Вы же знаете, я не люблю обманывать ожидания. — пропела издевательским тоном Касуми.

— Мне нужна информация Серого Ящика, Касуми. Ты знаешь, за нее я убью любого и даже не поморщусь. Это касается также и твоего дружка. — в этот момент в помещении открылась находившаяся под экраном дверь и вошли охранники во главе с шефом Роу. — Убить их. — изображение Хока пропало.

— И почему я не стреляла... — спросила сама себя Касуми, прячась за постаментом одной из статуй кроганов от зарядов из оружия охранников.

— Давай поточнее, тут немало ценного. — бросил Шепард, пользуясь тем, что за грохотом выстрелов их голоса не будут особо слышны.

— Я нашла, что искала, значит им меня — не остановить. Но, если ты хочешь, я буду аккуратна. — Касуми задействовала маскировку и начала четкими ударами по активным точкам умерщвлять охранников. Шепард сосредоточил огонь по Роу и она вскоре погибла, не сумев перезарядить щиты своего костюма. — Здесь мы закончили, выбираемся на грузовую площадку. — Касуми появилась рядом Шепардом.

— Идем, следует ожидать сопротивления, причем отчаянного. — Шепард перезарядил стволы и они вдвоем вышли из хранилища. Донован Хок честно пытался их остановить, но у него ничего не вышло — даже три тяжелых меха не смогли нанести Касуми и ее партнеру ощутимого урона. Наконец впереди открылись ворота грузовой площадки и тотчас же появился летун, за рычагами которого сидел сам Донован Хок.

— Бросил гостей, дал нам перестрелять роту охраны, уничтожить пятнадцать роботов и трех тяжелых мехов. — издевательски подсчитала Касуми, прячась за контейнером от огня летуна. — И теперь решил самостоятельно остановить нас с помощью остатков охраны? Шепард, мне нужен проход к летуну, иначе мы не сможем ничего сделать — оружие не уменьшает мощность его щитов. А зарядов тут валяется мало. Не натанцуешься под огнем.

— Сделаю.— Шепард стал методично отстреливать охранников и малых роботов, пытавшихся отсечь его и Касуми от летуна. Наконец упал последний саларианец и Касуми птицей взлетела по креплениям трубопроводов, совершив головокружительный перелет с вентиля на броню летуна. Отключив щиты с помощью подбора кода на инструментроне, она переместилась на лобовое стекло летуна, отдала Хоку шуточное приветствие и сиганула вниз, прячась за контейнером.

— Давай! Щиты отключены! — крикнула Касуми и Шепард достал гранатомет. Четыре выстрела и летун обреченно валится на скалы и взрывается. Тотчас же появляется челнок с Нормандии, приближаются и садятся челноки полицейских сил колонии и челноки с сотрудниками музеев. Не обращая особого внимания на словесную благодарность множества ученых и музейщиков, Шепард шагает к челноку Нормандии и застает в его глубине Касуми, уже активировавшую серый ящик.

Поняв, что пока что девушку не следует отвлекать, Шепард садится на жесткое сиденье в другом конце салона и кивает появившемуся на экране водителю. Челнок взмывает вверх и направляется к "Нормандии".

Всю дорогу Касуми была поглощена просмотром материалов серого ящика. Благодаря Захару Шепард знал, что серый ящик был имплантирован любовнику и партнеру Касуми Гото — Кейдзи Окуда. Этот молодой человек одно время работал в разведке Альянса. Серый ящик позволял сохранять любые воспоминания в подробностях и в результате деятельности Кейдзи записал на него множество секретных материалов Альянса. Попади эти материалы в чужие руки — и Альянсу действительно был бы нанесен огромный ущерб. Информация о Властелине, Жнецах, искусственном интеллекте, собранная в этом сером ящике, смогла бы повернуть развитие человечества в опасном направлении, будь она обнародована. Только благодаря тому, что Кейдзи перемешал важные и секретные данные с данными личного характера, в особенности — с данными о его отношениях с Касуми Гото, ему удалось, воспользовавшись несовершенством законодательства Альянса, избежать уголовной ответственности за кражу совершенно секретной информации. Однако ему не удалось избежать Донована Хока, который извлек из трупа Кейдзи серый ящик и бросил гигантские ресурсы на его расшифровку и взлом.

— Капитан. — перед Шепардом встала Касуми с серым ящиком в руках. Он уже не светился, что означало — девушка ознакомилась с его содержимым настолько, насколько захотела. — Я благодарна вам за то, что вы вернули мне Кейдзи. Это все, что от него осталось. Я знаю, там много секретных данных Альянса и вы, как офицер Альянса, вправе от меня требовать, чтобы я отдала вам этот серый ящик. Но...

— Садись, Касуми.— Шепард указал на сиденье рядом с собой. Девушка села. — Я знаю, ты считаешь, что в Альянсе эти данные не принесут пользы. Полагаю, будет лучше, если ты оставишь серый ящик себе. Но подумай хорошо, готова ли ты держать его рядом с собой круглосуточно... Это слишком тяжелая ноша.

— Вы хотите, чтобы я оставила информацию серого ящика нетронутой?

— Касуми, рано или поздно большинство данных серого ящика устареют. В этом я убежден. Но они смогут дать нам ключи ко многим решениям, которые без них мы бы искали слишком долго. Ты профессионал, Касуми, и знаешь, что произошло на Цитадели, кто такой Властелин, кто такой Сарен Артериус и матриарх Бенезия. Ты догадываешься, что такой корабль как Властелин не может быть единичным случаем и что нас ждет столкновение с целым флотом. Ты также знаешь, что многие данные по Властелину добыты доктором Шу Чианем. Жнец был им изучен. А возможно, Жнец изучил самого доктора. Во всяком случае здесь немалую роль играет искусственный интеллект. В дальнейшем, я уверен, эти данные и то, что за ними стоит, сыграют свою роль.

— Да. Я просмотрела почти все. Теперь мне многое стало ясно. Я скроюсь, исчезну, растворюсь. Никто меня не найдет, я спрячусь еще надежнее. Но еще более надежно я спрячу это... Значит ли, Шепард, что вы разрешаете мне сохранить всю информацию серого ящика?

— Касуми, ящик принадлежит тебе как наследство Кейдзи. А информация... Ты все сама поняла правильно. Оставляй себе и ящик, и информацию. Уверен, ты разберешься и сделаешь так, как надо.

— Спасибо, Шепард. — Касуми кивнула, прижала к груди ящик и вернулась в другой конец салона. Остальное время полета до фрегата они провели в молчании.

========== Глава 64. Вербовка крогана. Окир или Грюнт ==========

Оказавшись в своей каюте, Шепард долго размышлял, глядя на выведенную на экран карту Галактики с пометками, означающими возможность вербовки новых и возвращения старых членов команды.

— Джеф.

— Да, капитан. — откликнулся пилот.

— Нам будет нужна грубая сила. Вождь Окир подойдет. Он — ветеран кроганских восстаний, прекрасный стратег. Полагаю, он нам поможет. Рассчитай курс на Корлус.

— Помойка с климатом? Понял, капитан. — пилот отключился, а на карте зажегся в нужном месте значок "капитанское решение" и корабль отошел от орбиты Бекенштейна, разворачиваясь к ближайшему ретранслятору.

— Гаррус. Предстоит высадка на Корлусе. Подготовься.

— Хорошо, капитан. — турианец исчез с экрана инструментрона. Его место занял Заид.

— Заид, есть возможность уложить несколько десятков наемников. Это Корлус.

— Знаю, капитан, бывал там. Буду готов вовремя.

— Хорошо. Джеф, сколько ходовое до орбиты?

— Три с половиной часа, капитан. Я предупрежу.

— Ладно. — Шепард отключил инструментрон.

Водитель челнока высадил их точно в указанном районе. Перестреляв, как и предполагалось, несколько десятков наемников, Шепард, Гаррус и Заид наконец нашли вождя Окира. В приемной обнаружилась Рана Таноптис — та самая азари-нейролог, которая была отпущена Шепардом из лаборатории Сарена на Вермайре. Пробормотав, что она держит слово и теперь работает только для общего блага, она, впрочем, ничего нового не рассказала. Единственное полезное, что удалось от нее услышать — это то, что именно она отключила камеры слежения и систему охраны, едва только поняла, что прибыл сам капитан Шепард. Погруженный в размышления об Окире, Шепард не особо заморачивался с Таноптис, просто сделав ей знак уйти как можно быстрее. Помня об ядерном взрыве, устроенном Шепардом на Вермайре, Таноптис убегает со всех ног.

Открыв дверь в лабораторию, они видят пожилого крогана и какой-то стеклянный саркофаг с кроганом внутри.

— Я ждал вас. Джедора требует кроганов, но у нее свои цели, а у меня — свои. — говорит вождь Окир. — Я создал идеального, чистого, цельного крогана. — он указал на саркофаг. — Это — мое основное наследие...

В этот момент Джедора, окончательно убедившись в том, что кроганы ее не слушаются, во всеуслышание объявляет, что в этом виноват Окир и приказывает убить крогана-вождя. Шепард, ожидавший чего-то подобного, моментально подскакивает к Окиру и нажимает клавишу активации забрала шлема на его скафандре, после чего дополнительно упаковывает крогана в непроницаемое для газа энергополе. Окир пытается сопротивляться, но поняв, что газ для него теперь не опасен, успокаивается.

— Шепард, если сюда взберутся мехи или кроганы...

— Понял. Гаррус, остаешься здесь. Мы с Заидом уничтожим эту Джедору и мехов, после чего вернемся.

— Хорошо. — Гаррус перещелкивает режимы на своей снайперке и садится рядом с Окиром.

Сбежав по лестнице на этаж ниже, Шепард и Заид быстро уничтожают двух мехов, капитан из снайперки несколькими выстрелами убивает Джедору и они возвращаются наверх.

— Капитан, концентрация газа упала до безопасного уровня. — слышится по ушному спикеру голос Сюзанны. — Можно снять энергополе и поднять забрало.

— Хорошо. — Шепард выполняет рекомендации, освобождая Окира. Тот мотает головой, принюхиваясь.

— Не ожидал от вас, Шепард. Быстро вы меня упаковали. Но все равно, спасибо за спасение. Все остальные кроганы — ничто. Это. — он указывает лапой на саркофаг. — Все.

— Полагаю, вождь, вы должны продолжить воспитание этого крогана.

— Вы, Шепард, читаете мои мысли. — кивает Окир. — Думаю, на вашем корабле у меня будет наилучшая возможность продолжить работу. Он действительно еще не получил активацию всех необходимых связей. Я собираюсь создать идеального крогана, показать, доказать всем, что только сильнейшие имеют право на жизнь.

— Полагаю, вы все сказали, вождь. — Шепард посмотрел в глаза крогана пустым равнодушным взглядом, затем тремя выстрелами уложил Окира. — Мир принадлежит всем, а не только сильнейшим. Мы постараемся воспитать вашего идеального крогана нормальным кроганом. — Джеф. — вызвал он пилота.

— На связи, капитан. — отозвался Моро.

— Пришли грузовой челнок и пассажирский челнок. Нам нужно забрать саркофаг с кроганом.

— Хорошо, капитан.

На борту "Нормандии" Шепард распорядился поставить саркофаг в средний трюм и подключить к системам обеспечения.

— Капитан, вы планируете его выпустить? — подошла к Шепарду, стоявшему сзади пилотского кресла полковник Иванова.

— Аврора, я не для того гонял туда-сюда грузовой челнок, чтобы оставить его навечно в трюме. Датчики показывают, что он вполне себе живой и разумный...

— Но Окир...

— Я попытался сохранить ему жизнь, но экстремиста на борту я бы не потерпел. А он старался использовать всех и вся ради сомнительных целей. У этого крогана еще нет финальных связей, определяющих его поведение. Более того, он, вероятно, не сможет пройти инициацию иначе, чем на родной планете кроганов — Тучанке. Но в результате мы получим прекрасного бойца и, если получится — прекрасного члена экипажа.

— А как же его родословная?

— Вождь Окир был эффективным военачальником. Для кроганов это положительная характеристика. Остальное все будет зависеть от того, как поведет себя этот кроган и как мы будем направлять его.

— Спасибо, что прояснили свою позицию, Шепард. Я пришла сообщить, что Миранда и Джейкоб настаивают на том, чтобы вы их также включали в состав групп высадки.

========== Глава 65. Вербовка Джек-Жаклин ==========

— Может быть. Идемте, Аврора. Это надо обсудить. Прошу в капитанскую каюту.

— Хорошо.

Оказавшись в своей каюте, Шепард закрыл дверь и сел напротив удобно устроившейся в уголке отдыха командира "Линии".

— Аврора, я не хотел говорить это при экипаже, но следующей миссией я запланировал вербовку Жаклин, известную больше как Подопытная Ноль или Джек. Согласитесь, она достаточно сложный субъект, чтобы рисковать успехом вербовки, привлекая "Церберовцев". Если вы читали материалы, то вы знаете, что Призрак склонен отрицать свою осведомленность в том, что творили с детьми на Прагии его подручные. А тут у нас на борту и правая рука Призрака и начальник охраны важных космостанций "Цербера". К тому же мы летим на тюремный корабль, а там атмосфера требует особого доверия среди членов группы высадки. Какие у меня основания брать этих двоих на высадку на "Чистилище"?

— Полагаю, таких оснований нет, капитан. Но в дальнейшем...

— Аврора, им я пока что не слишком сильно доверяю. Призрак — темная лошадка, он перепрограммирован — это очевидно. Джейкоб, как доказала мне Светлана, нормальный мужик и человек, а вот Миранда... С ней будет сложно. А уж как на нее отреагирует Джек... В том, что она сразу определит принадлежность этих двоих к "Церберу" — я не сомневаюсь. Джейкоба она задевать не особо будет, а вот Миранда будет с ней цапаться на ровном месте. У нас внутри команды появляется очаг нешуточной напряженности. Эту проблему мы уж как нибудь решим, но не хотелось бы усугублять все с самого начала. Кстати, Аврора...

— Вы о том, что мне лучше пойти с вами на "Чистилище"? — усмехнулась полковник. — А что, я не против. Светлану приглашать?

— Если не сложно, Аврора.

— Какие сложности? Она же девушка в конце концов, а не исчадие ада.

— Значит, договорились, оставляем Джейкоба и Миранду на корабле?

— Разрешите совсем честно, капитан?

— Безусловно.

— Я бы оставила Миранду на этом "Чистилище" вместо Джек.

— И за что вы ее так не любите?

— Она в своей основе не совсем человек, капитан. Можно из инопланетянина попытаться сделать человека, это не так уж и сложно. Но вот из человека по виду сделать человека по факту...

— Сделаем, Аврора.

— Мне нравится ваша убежденность, капитан. — Аврора встала. — Я пойду, предупрежу Свету и подготовлюсь.

— Хорошо.

— Капитан, у нас есть предложение по Джек. — в каюту сразу же зашел Семенов. Устроившись в том же кресле, что и Аврора, он положил на столик несколько принесенных с собой датападов. — Я понимаю, что вроде как нам по должности положено воевать, но, может быть, мы тихо изымем Джек с Чистилища и уйдем?

— Телепортация?

— Она самая. Незачем Светлану и Аврору напрягать, заставляя спускаться в эту юдоль узилища. А в центральном трюме "Нормандии" они вполне могут провести над Джек необходимые курсы лечения, чтобы мы получили адекватного члена экипажа, а не подростка с задержкой в развитии.

— По вашим данным где она сейчас?

— Начальник тюрьмы Курилл решил схитрить и повести свою игру. Он погрузил Джек в заморозку, а вас, капитан, решил присовокупить к своей коллекции заключенных. Деньги мы ему перевели, изъять их — не проблема, так что обвинить нас в чем-то он не сможет — пусть вначале найдет. А Джек... Она и там имеет такую репутацию, что от нее не только шарахаются, но и прячутся, где только можно. Даже когда она в заморозке, в ее камере стоят наготове четыре тяжелых меха ИМИРа. Органики-охранники, уж извините за такое сравнение, даже под приказом не желают охранять эту дамочку. Пусть и спящую в капсуле глубочайшей заморозки.

— Прелестно. У нас теперь двое в капсулах будет...

— Вполне рабочий вариант. Джек все равно размораживать быстро мы не будем — в этом просто нет необходимости. А кроган... Что-ж, с ним пока все более менее ясно. На Тучанку мы слетать с ним сможем...

— Что то это не сильно напоминает вербовку сильного биотика...

— О какой вербовке идет речь? Мы ей предложим нормальную жизнь, подлатаем психику... Да и Миранду спасти на начальном этапе от полной ярости Джек не помешает, хотя я знаю, что вам она не нравится.

— Нравится — не нравится, я не женщина, чтобы так оценивать члена экипажа, Захар. Но Джек она бы искалечила — сама сильный биотик, пусть и не совсем человек. Не согласен я со Светланой, хотя ей, как медику, с ее позиции может быть и виднее. Не надо мне госпитальное судно устраивать на "Нормандии". Кстати, а взрыва при изъятии не будет?

— Нет. Просто капсула исчезнет из морозильной камеры. Пусть ищут. Мы сделаем изъятие из соседней звездной системы. Отследить не смогут — не та технология.

— Сильный ход. И преступнички не разбегутся. — фыркнул Шепард. — Хорошо. Мне этот вариант, Захар, подходит. Да и Миранда привыкнет. Не хотел я брать ее на эту вербовку. Ей самой еще нервишки лечить надо.

— Да и на другие особо не надо ее привлекать. — Семенов встал. — Ладно. Мы пока подготовимся.

— Хорошо. — Шепард кивнул и пересел за рабочий стол. — Вы предложили превосходный вариант, Захар.

— Полагаю, вы правы в этой оценке. — командир "Линии" вышел из капитанской каюты.

— Капитан, "Нормандия" и ее экипаж полностью готовы к проведению операции. — доложил Гаррус, выполнявший в эти ходовые сутки обязанности старшего помощника. Миранде Шепард приказал на один день уйти в отпуск. Она подчинилась без возражений и вопросов. Шепард находился в среднем трюме, где уже была установлена криокамера. — Начинаю отсчет до запуска транспортационного тоннеля. Пять. Четыре. Три. Два. Один. Ноль. Запуск. Тоннель установлен. Объект перемещен. Состояние стабильное.

— Благодарю. — Шепард изучил данные, выведенные на мониторы. — Светлана, вам — все карты в руки.

— Принято, капитан. — откликнулась врач корабля. — Приступаю.

— Джеф, уходим через две системы в третью. Ложимся там в дрейф.

— Есть, капитан. До крейсерской скорости — пятнадцать минут.

— Капитан, ядро в норме, мощность выдерживается в заданных пределах. — добавила Лиа Ваэл. Она, как и Тали, оказалась прекрасным инженером и техником и прочно прописалась в инженерном отсеке корабля. — Все параметры — в норме. — добавила она.

— Принято. — Шепард поднялся к себе. — Захар, как там "Чистилище"?

— Ищут, очухались через пять минут после транспортировки. — откликнулся командир "Линии". Но понять ничего не могут — камера не вскрыта, следов взлома систем и капсулы нет. В целом прошло все как по маслу. Через несколько минут пропадут остаточные следы энергополя, но его характеристики — вне пределов тюремных средств обнаружения. Так что сработали мы действительно чисто. Светлана уже доложила, что психика у Жаклин сильно искорежена, оттого и биотика сумасшедшего уровня. Она считает, что сможет сохранить этот уровень, приведя психику в стабильное состояние. На это ей потребуется минимум неделя.

— Полагаю, она у нас есть. Джокер, дрейф?

— Хорошо, капитан. В этой системе есть подходящая планета, мы укроемся в тени местного светила. Там можно дрейфовать десятилетиями — условия позволяют.

— Давай. Курс туда. Потихонечку.

— Есть, капитан. — пилот отключился.

Юльева выполнила свое обещание. Размороженная Джек не напоминала неуравновешенного подростка. Она с огромным интересом ознакомилась с доступной для нее информацией о корабле и экипаже, подолгу разговаривала со всеми, кроме Миранды, женщинами из экипажа корабля и изредка тренировалась в выделенной для нее выгородке, осваивая точное управление своим биотическим потенциалом. Шепард часто разговаривал с ней по видеоесвязи. Наконец наступил день, когда Жаклин, одетая в ставшую привычной для нее блузку и длинную юбку впервые надолго вышла из трюма и обошла весь корабль. В сопровождении Сюзанны она пришла на командный пост корабля, к звездной карте, где Шепард, сидя в кресле, размышлял о том, что теперь следует предпринять для достижения успеха миссии.

— Капитан. — она приблизилась к капитанскому креслу и остановилась. Шепард крутнул кресло к ней и встал. — Я должна поблагодарить вас за избавление от этого внешнего и еще больше — внутреннего ада. Вы, ваши коллеги совершили настоящее чудо.

— Я рад, Дженнифер, что вы смогли справиться с этим. — ответил Шепард. — Присаживайтесь. — он жестом указал на капитанское кресло. Джек кивнула и с удобством расположилась в кресле, повернув его к карте. — Сюзанна, как у нас обстоят дела с возможностью достичь вот этот район. — он указал на точку на карте. Сразу высветились экраны с дополнительной информацией.

— Полагаю, капитан, мы сможем достичь этот район за трое ходовых суток. — подумав, ответила ИИ. — Отметить его в качестве приоритетных в полетных заданиях?

— Да. А для Дженнифер у нас есть подарок. Джеф, челнок готов?

— Да, капитан. Попросить Лиа Ваэл подойти в ангар?

— Да, Джеф.

— Хорошо. Она будет там через несколько минут, капитан.

— Дженнифер, кого ты еще хочешь взять себе в компанию?

— Аврору, капитан.

— Хорошо. — Шепард набрал на клавиатуре текстовый запрос. — Она согласилась и будет через несколько минут в ангаре. Идемте.

— С радостью, капитан.

— Гаррус, прими вахту по кораблю. — распорядился Шепард, проходя к лифту мимо правой консоли.

— Да, капитан. — Турианец кивнул Дженнифер, та кивнула в ответ. — Вахту по кораблю принял.

Они вышли из челнока, опустившегося на планету. Дженнифер прошла вперед, ее никто не останавливал. Лиа Ваэл и Аврора стояли рядом с челноком. Планета не относилась к категории садов, но была достаточно безопасной для органической жизни. Дженнифер опустилась на землю, подтянула колени к подбородку, охватила их руками. Она не отрываясь смотрела на восходящее светило.

Спустя час она подошла к ожидавшим ее людям.

— Спасибо вам за это. — поблагодарила она Шепарда, Лиа и Аврору, персонально ни к кому не обращаясь. — Это был первый рассвет, который я встретила на твердой земле спокойно. Я это очень ценю и никогда не забуду. Мы можем возвращаться на корабль?

— Можем, Дженнифер. — кивнул Шепард и помог ей взобраться в салон челнока. — Полетели. — кивнул он водителю и машина плавно набрала высоту, выходя на курс к фрегату. Дженнифер сидела у иллюминатора второй боковой двери и смотрела на удалявшуюся планету. В ее глазах стояли слезы. Но она их не стеснялась и не размазывала. Лиа и Аврора что-то тихо обсуждали, устроившись на жестковатых сиденьях. Шепард прошел в водительскую кабину.

В капитанской каюте Шепарда ждал Семенов и Светлана. Лиа и Дженнифер по прилете сразу направились в каюту, выделенную Дженнифер — Лиа обещала показать девушке журналы кварианской моды и Джек этим очень заинтересовалась. Аврора вернулась в трюм — надо было разобраться с некоторыми вопросами обеспечения работы группы.

— Полагаю, мы добились определенного успеха. — сказал размышляя Семенов. — Светлана, вы совершили считавшееся невозможным — сохранили ей всю силу биотики и привели в порядок управляющие структуры психосферы. Даже для нашего уровня это — немаловажная победа.

— Она женщина, Захар, а женщины всегда отличались пластичностью. Как бы ее не настраивали на жестокость, боль, смерть, она все равно носит на себе обязанность не забирать, а давать жизнь. — заметила врач. — Она мне сказала, что хочет писать стихи. И, думаю, у нее это получится очень даже неплохо. В глубине души она — неисправимый романтик. Тем не менее, она — сильнейший среди людей биотик и для нашей с вами общей проблемы — это серьезный козырь. Думаю, когда мы наконец войдем в пространство азари, она сможет подпитаться излучением нулевого элемента в нужной концентрации, что поддержит и усовершенствует ее биотический потенциал. Шепард, я бы просила не брать ее на высадки слишком часто, особенно если есть угроза вооруженного противостояния.

— Понимаю. Угроза расшифровки.

— И это тоже. Но главное — не надо давать Дженнифер основание думать, что мы ее используем как оружие. Сюзанна даст ей возможность раскрыть свои способности на корабле. Здесь предостаточно возможностей. А на высадках Джек пусть использует свой потенциал в сугубо оборонительных целях. Ее большой защитный купол, например, просто образец совершенства биотических технологий. Этого вполне будет достаточно, чтобы доставить ей немалое удовлетворение и не истощить ее физически. Она сама поймет, когда следует от обороны перейти к защите и нападению. Мы постарались найти баланс, остальное она досовершенствует сама.

— Я не буду ее использовать как таран, Светлана. Это я могу обещать твердо. — сказал Шепард и врач кивнула, понимая, что от своего слова капитан не отступит.

========== Глава 66. Активация крогана. Грюнт — новый член команды ==========

Пока капитан разбирался с проблемой Джек-Жаклин, он не переставал думать о том крогане, который был создан военачальником Окиром. Только убедившись в том, что неистовый биотик теперь занята полной адаптацией к обычным условиям жизни на корабле, Джон смог наконец спуститься в трюм. Часы показывали одиннадцать утра.

— Сюзанна, я хочу освободить крогана из капсулы.

— Системы корабля, Шепард, готовы. Полагаю, что он не причинит нам больших проблем при пробуждении. Я готова к отключению систем капсулы в нормальном режиме.

— Включаю. — Джон набрал несколько команд на виртуальной клавиатуре. Автоматика убрала из капсулы всю жидкость, открыла крышку и кроган выпал на плиты пола отсека. Очухавшись, он вскочил на ноги и прижал Шепарда к стенке.

— Хм. Человек, мужчина. — сказал он. — Я... Окир не смог или не успел дать мне имя. Я помню... наследие, война, жестокость, грюнт... У последнего слова нет известного мне значения... Оно... подойдет. Я — Грюнт. Назови себя, человек...

— Я — капитан Шепард. Рад, что ты обрел имя, Грюнт.

— Я пока точно не знаю, стоит ли мне радоваться. Я знаю точно, что должен драться, бороться. Пока что драка с тобой для меня будет ничем не хуже любой другой драки. Я был рожден для драк и битв.

— Отлично. — Шепард незаметно извлек пистолет из кармана, пользуясь тем, что кроган не может смотреть вниз — его могучая рука заслонила ему обзор. — Советую тебе не двигаться слишком резко. — он упер ствол в скафандр крогана.

— Хм.— кроган наконец ощутил давление ствола оружия. — А ты не так прост, Шепард. — он отступил на два шага. — Умеешь. Если я найду клан... я постараюсь сделать так, чтобы они померялись с тобой силой. Ты этого достоин. — с этими словами он отошел к капсуле и присел на ее основание. — Позволь мне отдохнуть. Пробуждение... было резким.

— Отдыхай, Грюнт. — Шепард спрятал пистолет. — Со временем я представлю тебя экипажу корабля. А пока, будь добр, не покидай этот отсек...

— Боятся...

— Нет, просто твое появление надо подготовить. Ты же не собираешься устраивать тут гору трупов.

— Пока нет, Шепард. Ты оказался достойным соперником. Я тебя уважаю и поступлю так, как ты хочешь. Я буду драться на твоей стороне. Это — то, что я умею делать хорошо.

— Не сомневаюсь. Но мы тебя научим многим другим вещам. Не только дракам. Кстати, и драться научим лучше и эффективнее.

— Договорились, Шепард. — кроган прикрыл глаза. Капитан вышел из отсека и плотно прикрыл за собой дверь.

— Сюзанна, закажи в ближайшем космопорту доставку пищи для кроганов. Несколько центнеров нам не помешают. Его надо накормить хорошенько.

— Будет сделано, капитан. — отозвалась по связи ИИ. — Рада, что он признал вас своим вожаком. Я проконтролирую, пока он не освоится окончательно.

— Хорошо, Сюзанна.

========== Глава 67. Решение проблемы Заида Масани. "Синие Светила" ==========

На следующий день капитан посетил каюту Заида Масани. Впрочем, каютой это помещение в трюме корабля можно было назвать с большой натяжкой — Заид обставил грузовой отсек, доставшийся ему для проживания, со спартанской простотой и экономностью. Оружие, броня, боеприпасы, аптечки. Гири, штанга, простой лежак почти без постельного белья.

— Капитан? Чем обязан? — Заид по своему обыкновению подпирал стенку, сложив обе руки на груди и с трудом оторвался от своих размышлений.

— Заид, есть возможность решить вашу проблему. Мы на курсе к нужной вам планете. — с ходу сказал Джон, зная, что Массани ненавидит многословие и интеллигентские вступления.

— Это — дело. Полагаю, вам нужно знать больше? И лично от меня? Вы имеете на это право, капитан. — не меняя позы, Заид посмотрел на вошедшего своим тяжелым взглядом. — Вы же видите, в молодости я успел получить заряд дроби в лицо, пережил восстановительные операции, заимел протез вместо глаза. Такое трудно простить, особенно, если знаешь, кто виновен в таких вот изменениях.

— Я знаю только то, что мне удалось узнать. Но хотелось бы знать больше, поскольку надо четко спланировать будущую операцию. Я хочу предоставить вам, Заид, максимальную возможность удовлетворить свою месть, тем более, что это будет в системах Терминуса, а там, конечно, свои законы.

— Я удовлетворен вашим ответом, капитан. Я занимался в системе группировки "Синих Светил" кадровыми вопросами. Вы же знаете известное выражение — кадры решают все. "Синие Светила" я основал вместе с Видо Сантьяго, со временем, конечно, стали считать для безопасности, что честь основания группировки принадлежит другому, но те, кому дано знать правду, ее знают. Видо я передал все финансовые вопросы. Он, конечно, решил сэкономить, стал нанимать батарианцев, которые работали за троих, а платить каждому из них приходилось, к его радости, только как за одного. Он действительно, наивно полагал, что сэкономит, но упали не финансовые расходы, упала эффективность работы группировки. Я перестал соглашаться с Видо относительно необходимости беспрерывного найма только батарианцев, он мне постоянно противоречил. В конечном итоге ему надоели эти стычки, он с приспешниками меня подстерег и выстрелил мне в лицо. Такие ранения... Не проходят даром. Если бы не люди, сохранившие мне непоказную верность... я бы просто истек кровью. Но я благодаря им выжил. Ярость, знаете ли, прекрасный обезболивающий препарат. Если чего-то хотеть очень сильно, а ярость в этом деле — прекрасный помощник, то можно выдержать и не такие, с позволения сказать, травмы. Я выжил, но вышел из состава "Синих Светил"... Неофициально, конечно. Видо полагал, что я обезврежен и я не стремился его разубеждать как-либо в этом его заблуждении. Я восстанавливался, работал, зарабатывал, действовал в своих интересах. Поддерживал форму. Теперь я ищу возможность наказать Видо. Знаю, он бизнесмен до мозга костей и будет считать, что то, что произошло между нами — это бизнес, но я не считаю это только бизнесом. Группировка теперь считается батарианской и это меня немного задевает. Я создавал эту группировку как человеческую. Видо опозорил ее основы. С тех пор, как я смог вернуться к активной деятельности после этого ранения... я стараюсь работать в одиночку. Для меня работа в команде... сложна психологически.

— Вас еще называют Огненной Гончей...

— Да, я предпочитаю зажигательные боеприпасы. Для меня, на мой взгляд они наиболее эффективны в плане невозможности изменить последствия их применения. И мечтаю, наконец, просто и банально сжечь этого Видо. Хотя, вполне возможно, я удовлетворюсь тем, что просто надежно застрелю его. Поскольку он попытался уничтожить меня. И тогда, быть может, я вернусь в руководство Синими Светилами. А нет — значит буду одиночкой-наемником, что мне, конечно, ближе.

— Джеф, как с планетой Зоря? — спросил Шепард, даже не поднимая глаза к потолку.

— Млечный Путь, Предел Исмар, система Файя. — отозвался пилот. — На планете находится центральный офис Синих Светил. Так говорит Экстранет. Джунгли, грязь. Разрабатывается малая часть ресурсов, восемь континентов. Корпорация "Эльдфель-Эшланд Энерджи" заинтересована в том, чтобы Заид очистил от "Синих Светил" один из ее заводов.

— Это было сутью моего договора с корпорацией.— проговорил Заид. — они не знают, конечно, что я планирую совместить очистку с местью. Видо не сможет просто так уйти с этого завода.

— Джеф, курс — поближе к этому заводу. Предупреди водителя, пусть высадит меня с группой как можно ближе. Сам оставайся на орбите.

— Принято, капитан. Прибытие на орбиту — через час двадцать.

— Хорошо. — Шепард взглянул на наемника. Тот кивнул и направился к столу, где лежала его винтовка. — Гаррус, есть возможность пострелять из снайперки. Завод, много целей. Как ты любишь.

— Хорошо, Шепард. Джеф уже доложил, я согласен. Жду в ангаре. — отозвался Вакариан. — Надеюсь, Заид не будет в обиде, если я немного уменьшу численность созданной им группировки.

— Не буду, Гар, — сказал Заид. — Это все равно уже не только моя группировка. Видо ее изменил капитально и — не в лучшую сторону. Стреляй, не задумывайся.

— Хорошо, Заид. — Вакариан отключился и Шепард, оставив Заида собираться, поднялся к себе. Его сборы были недолгими и вскоре он уже стоял в ангаре у челнока. Заид появился через восемь минут, держа в руках свой уникальный шлем и свою любимую винтовку, нежно именуемую им Джесси.

— Шепард. — к капитану подошел полковник Семенов. Кивком поздоровавшись с Заидом и Гаррусом, он сделал знак, прося капитана отойти в сторону. — Мы и так выполняем не слишком обычную просьбу Заида, Джон. Но надо спасать не членов Синих Светил — они уже сделали свой выбор и мы не будем их щадить. Надо спасти рабочих. Заид мягко говоря, может оставить после себя руины. А там простые люди, которые не являются какими-либо наемниками или бандитами. В общем так. Пока вы разбираетесь с Видо Сантьяго, мы даем вам возможность не сдерживаться, параллельно эвакуируем рабочих с завода этой компании. Дождитесь нашего сигнала, капитан. Потом можете действовать без всякой оглядки. Удержите Заида до этого момента.

— Это будет непросто, Захар.

— Знаю, он на взводе. Тем не менее.

— Ладно. — Капитан вернулся к челноку и тот сразу стартовал. — Заид.

— Я не глухой. Семенов прав в том, что я воюю против Видо. Я не воюю против обычных рабочих завода. Здесь он тоже прав. Но я хочу, чтобы эвакуация рабочих не дала возможности Видо уйти. А он может попытаться уйти под видом рабочего. Поэтому пусть Семенов и его люди занимаются не только эвакуацией, но и фильтруют тех, кого спасают. Видо не должен уйти.

— Захар.

— Слышал. Хорошо. Мы так и сделаем. — отозвался командир "Линии". — Тем не менее, дождитесь сигнала, Заид.

— А вы не дайте уйти Сантьяго. — буркнул наемник.

— Договорились. — ответил Семенов и отошел.

Челнок заходил на посадку. Вскоре группа высадки уже стояла на небольшой поляне среди непролазных джунглей.

— Вижу трупы впереди, пять-шесть. — доложил Гаррус, не отрываясь от оптического прицела.

— Классический ход Видо. — сказал Заид, когда группа высадки подошла к трупам. — Выстрелить в спину и оставить умирать.

— Видо вышел на связь. Требует проверить, что за челнок сел. — доложил Гаррус.

— Зашевелился, подлец. — резюмировал Заид.

— Они уже поняли, что мы — не беглецы. — сказал Шепард, вслушавшись в радиопереговоры.

— Не будем их разочаровывать. Вперед, к заводу. — Заид перебросил винтовку из руки в руку, беря ее наизготовку и направляясь дальше по тропе. — Мы уже близко.

— Вижу. — ответил Шепард, укладывая из снайперки двух турианцев в скафандрах с символикой Синих Светил. — Они желают отступать к заводу, где, по видимому, их основные силы.

— Ничего. Тем интереснее будет драка. — сквозь зубы произнес Заид, застрелив еще одного турианца-светиловца. — А вот сейчас немного интереснее будет уже. — он включил оптику и застрелил турианца на эстакаде. — Засранец хотел подстеречь нас.

— Не отвлекаемся, там еще пятеро. — Гаррус как всегда смотрел по сторонам через свой визор.

— Они отступили за мост и убрали его. Хорошо, что не взорвали пульт. — отметил Шепард, когда наконец после недолгой перестрелки им удалось проникнуть под эстакаду.

— Можем пока послушать, что у них там происходит. — Заид поправил наушник. — Видо бесится.

— Пусть бесится. Нам нужно поторапливаться.

— В другое время я бы именно тут тебе рассказал о моей роли в Синих Светилах и о том, как этот кретин Видо заставил шестерых держать меня, пока он целился мне в голову. — зло сказал Заид.

— Хорошо, что мне это уже известно. — Шепард подождал, пока мост дотянется до противоположного уреза и сказал. — Вперед. Завод уже близко.

— Вперед. — подтвердил Масани.

Они быстро открыли внешние ворота и оказались перед воротами внутрь корпусов завода. Их встречал сам Видо с четырьмя помощниками.

— Заид... Так, так. Все же ты меня нашел.

— Умрешь. — проговорил Масани, берясь за приклад своей винтовки.

— Еще одно движение, Заид и ты дашь моим людям повод для того, чтобы убить тебя. Но теперь уже окончательно.

— Не имеет значения. — Заид выстрелил и, как понял Шепард, промахнулся намеренно.

— Ты опять не смог прицелиться поточнее. Все же я убавил твои боевые качества, Заид. — отреагировал с деланным удовлетворением Видо.

— Не хвались. — Заид несколькими ударами разбил вентиль и эстакада вмиг оказалась охвачена огнем. Трое помощников главаря сгорели заживо.

— Я приказал своим людям убить тебя, Заид. — Видо отступил внутрь завода, стремясь побыстрее уйти от набиравшего силу пламени. Шепард подскочил к наемнику и схватил его за руку.

— Ты предупреждай сначала о том, что желаешь побыть Огненной Гончей, Заид.

— У меня, Шепард, только одна цель. — Заид не делал попыток вырваться, но изобразил на лице полнейшую непреклонность. — Видо должен быть мертв!

— И он должен быть мертв вместе с нами? — злой взгляд Шепарда пробуравил глаза наемника. — Ты же...

— Шепард, наши люди начали эвакуацию персонала завода. Полагаю, у вас есть три минуты на то, чтобы подготовиться к бою. В глубинах завода действительно предостаточно Синих Светил. — раздался в наушнике голос Семенова. — Повторяю, три минуты. Потом можете воевать в полную силу.

— Слышал? — обратился Шепард к Заиду. Тот через силу кивнул. — Три минуты ты должен быть спокоен как удав. Потом мы тебе поможем найти и уничтожить Видо. Он мне тоже не понравился. Я согласен, что батарианцы часто действуют как террористы, это у них лучше всего получается.

— Ты меня убедил, Шепард. Три минуты я подожду, но потом...

— Видо ты уничтожишь так, как пожелаешь. Но никого из нас и пальцем не тронешь в процессе. — сказал Шепард, отпуская руку наемника.

— Уговорил. — Заид перезарядил винтовку.

Дальнейшее не составило особого труда. Три небольших заградительных отряда группа высадки отправила к праотцам быстро и без задержки. Только в одном из цехов их немного прижали, видимо, там были сконцентрированы основные силы Синих Светил, верные Видо. Даже один ИМИР попытался их остановить. Видо постарался обставить все зрелищно — две цистерны на кранах могли спокойно сжечь любого, кто бы неосторожно сунулся под них. Удалось их обрушить на синесветиловцев. Из цеха группа высадки выбралась без потерь. Видо, прихрамывая, пытался уйти в джунгли, но ему это не удалось — Заид выстрелил ему в бедро и наемник рухнул.

— Заид, ничего личного, только бизнес. Я же в конце концов оказал тебе услугу... — бормотал Видо, зажимая рану на бедре. — Прошло двадцать лет, неужели это достойно такого огромного срока?

— Достойно. — Заид подошел к Видо и выстрелил шесть раз ему в голову. Убедившись, что никакие медицинские ухищрения не смогут возродить Сантьяго, Масани повернулся к Шепарду. — Я закончил. Теперь могу сконцентрироваться на нашей с вами задаче, Шепард. Благодарю за поддержку.

— Возвращаемся к челноку, Заид. — в такой момент Шепарду не хотелось говорить развернуто. Полет на фрегат прошел в молчании. Шепард размышлял о той роли, которую может сыграть Заид в решении проблемы коллекционеров. Безусловно, как боец, Заид превосходен. Но вот в дальнейшем... Вряд ли ему можно будет доверять полностью. Да он сам по себе не нуждается в доверии — он наемник и этим все сказано. Поможет решить задачку с коллекционерами — и спасибо. Захочет быть рядом в дальнейшем — поскольку война продолжится — можно будет согласиться и на это. Но делать его частью экипажа и команды — нет. Он — наемник. И надо сделать все, чтобы он оставался на стороне команды "Нормандии", не поступаясь своими целями и принципами. Над реализацией подобной задачи следовало поразмыслить более глубоко.

— Захар, как персонал завода? — связался Шепард из челнока с Семеновым.

— Эвакуация прошла по плану. Мы вывели людей к безопасным, удаленным от завода полянам, защитили от разведки Синих Светил. Они сами вызвали эвакуационные челноки. Дальше мы не вмешивались. Хорошо, что вам не пришлось взрывать завод, Шепард. А разрушения фирма устранит. Это не так сложно, как строить новый завод. Мы уже работаем над следующими посадочными заданиями.

— Понял, спасибо. — Шепард отключил связь.

Сразу после посадки в ангаре Масани ушел к себе. Кивнув Гаррусу, Шепард поднялся к себе в каюту.

========== Глава 68. Высадка на Горизонт. Корабль коллекционеров. Встреча с Кайденом Аленко ==========

— Капитан, сигнал о прибытии корабля Коллекционеров на планету Горизонт. Координатная сетка — Море Теней, Иера. Условия близки к земным, колония очень значительная по размерам, сельское хозяйство затруднено. По некоторым данным, капитан, добытым Сюзанной, на планете с миссией войск Альянса, замаскированной под благотворительную миссию с целью укрепления взаимодействия метрополий и колонии, находится Кайден Аленко. Он послан туда с приказом наладить оборону колонии. Дальнее сканирование указывает, что орудия, установленные под руководством Аленко, не успели отладить и активировать — корабль коллекционеров совершил посадку раньше.

— Капитан, прошу прощения. — в разговор вклинился профессор Солус. — коллекционеры используют известную мне технологию механических насекомых, у которых есть приказ погрузить в стазис, проще говоря — обездвижить любых разумных существ. Против этой технологии я в сотрудничестве с экипажем "Линии" разработал надежную защиту.

— Капитан, корабль над колонией. — доложил Джеф. — мы на орбите, наблюдаю стоянку корабля коллекционеров. Она весьма заметна. Коллекционеры бродят по колонии. Я включил систему маскировки, чтобы с корабля и с планеты нас не заметили.

— Где Аленко?

— Он прячется, мне бы не хотелось указывать его запросом, капитан. — вклинилась Сюзанна.

— Согласен, Сюзи. Главное, отследи, чтобы он не попался этим жукоподобным квазипротеанам.

— Будет сделано. Это можно сделать пассивным сканированием, капитан.

— Грюнт, Заид. На выход. Возьмите побольше зарядов и взрывчатки. А также зарядов к тяжелому оружию. Предстоит большая драка.

— Капитан, я полагаю, что нам нужно будет активировать систему обороны. Орудия, установленные на планете, смогут если не уничтожить, то хотя бы прогнать этот корабль. — снова вклинилась ИИ.

— Что предлагаешь, Сюзанна.

— Доступ возможен через главную радиовышку в центре колонии. Там нужно будет активировать некоторые протоколы. Я могла бы и отсюда, но тогда мы как на блюдечке подадим себя под главные орудия крейсера коллекционеров.

— Ладно. — Шепард натянул скафандр, проверил броню и оружие, после чего скатился по лестнице в ангар, где его уже ждали Массани и Грюнт. — В челнок. Попробуем хотя бы понять, что там произошло в деталях.

— Хорошо, что Мордин успел усовершенствовать скафандры. Чувствовать и видеть все и не иметь возможности двинуться... — сказал Массани. — Это весьма худое ощущение. И еще худшее положение.

— Согласен. Движемся. — кивнул капитан водителю челнока. Тот кивнул в ответ и челнок, высадив группу, взял курс обратно на орбиту, не стремясь сразу к фрегату.

— Первые коллекционеры. — проговорил Массани, поставив ногу на труп убитого жукоподобного существа. — Интересно, они что, летают?

— Да, и на кораблях, и сами. — Грюнт ударом ноги перевернул труп другого коллекционера и рывком, сорвав хитиновые надкрылья, обнажил у него на спине четыре крыла. — Жнецы знают толк в войсковой подготовке. Личный транспорт для каждого солдата — это сильно.

— Да уж. — сказал Шепард, наклоняясь за винтовкой. — А это, вероятно, их оружие. — он повертел винтовку в руках. — Излучатель частиц. Возможно, относится к классу тяжелого оружия.

— Пусть будет у вас, капитан. Нам хватит своего. — сказал Грюнт.

— Ладно. — капитан поместил излучатель в свободные наспинные зажимы. — Идем вперед. Вижу людей, замерших.

— Черт, это какое-то стазис поле. И они в нем находятся достаточно долгое время. — Грюнт обошел застывшего на бегу человека вокруг.

— Неудивительно. Коллекционеры пытаются подчистить колонию полностью. — сказал Шепард, занимая укрытие и отстреливаясь от прибывшей пятерки жукоподобных. — Похоже, вторая волна, она явно мощнее.

— То ли еще будет, когда мы приблизимся к антенне. Там еще танковые войска могут появиться. — сказал Заид.

— Встретим и проводим в ад. — пробормотал Шепард, угощая очередью зарядов засветившегося жука. — У меня большое подозрение, что ими действительно кто-то управляет. Едва кто-то из них засветится как новогодняя елка, он резко умнеет и те, кто вокруг него, также значительно прибавляют в разумности.

— Наконец мы почти что вышли к центру колонии. Но я вижу на одном из зданий... Красный сигнал на двери. Неужели там кто-то еще мог забаррикадироваться? — Заид добавил по засветившемуся жуку гранатой. — Не люблю я такую иллюминацию.

— А может, просто сбой автоматики. — Шепард убедился, что третья волна жуков уже уничтожена полностью. — Но надо все равно проверить.

— Вскрываем? — спросил Грюнт, когда все трое оказались у подозрительной двери.

— Вскрываем без ударов. — сказал Шепард, перебирая на инструментроне инженерные коды. — Ага, вот. Сработало.

Войдя в полутемное помещение, Шепард обратил внимание, как напрягся Грюнт. Поймав вопросительный взгляд капитана, кроган тихо сказал:

— Мы тут не одни. Тут кто-то есть. Один или двое.

— Хорошо. — Шепард вскинул пистолет. — Выходи.

Из за громады генератора выглянул мужчина в форме механика. Затем он, видимо убедившись, что ему ничего не угрожает, вышел на свободное пространство.

— Вы — люди? Как вы сумели пройти? Вы, кстати, наведете жуков на это место!

— На двери — явные следы силового взлома. — сказал капитан. — так что коллекционеры прекрасно знают, где ты скрываешься.

— Так эти жуки... Действительно — те самые коллекционеры, о которых говорят в Альянсе?

— Получается, что так. Ты, я вижу, не в восторге от того, что здесь, в вашей колонии появился Альянс?

— Мы были до этого простой, незаметной человеческой колонией... Если честно, то многие колонисты пришли сюда, чтобы быть подальше от Альянса, от его... внимания. А тут появляется командир Аленко с приказом уставить всю колонию лазерами ПОИСК, которые вроде как должны будут защитить нас от враждебных кораблей. И тишина закончилась. Пришлось строить укрытие для подземного генератора, проводить кабели... И все мирное существование колонии закончилось, когда прибыл этот корабль. Мы не успели отрегулировать системы наведения. Получается, что дорогущий подарок Альянса нашей колонии так и не пригодился — мы не смогли его пустить в дело. А они, коллекционеры.... Они забрали Лилит... А я вот, остался. Да и то, надолго ли...

— Где можно отрегулировать систему? — прервал Шепард излияния перетрусившего гражданского механика.

— Где, где. Недалеко, в центре колонии. Там мы вынуждены были закопать огромный главный генератор, там же и система регулировки и управления. Прямехонько рядом с вышкой связи.

— Остаешься здесь и не высовываешься. — Шепард переглянулся с кроганом и Заидом. — А мы пока прогуляемся к вышке. Попробуем разобраться.

— Во-во, я также подумал, что мне лучше остаться здесь. — Механик включил инструментрон. — Я сменю код, выпущу вас и снова закроюсь. Найдут — так и будет, а не найдут — будет лучше. Может, жив останусь.

— Хорошо. — Шепард кивком отправил спутников к двери. — Оставайся тут.

Покинув балок, Шепард и его спутники быстро расправились с шестеркой коллекционеров, которую на этот раз поддерживало какое-то отродье, обладавшее замораживающей пушкой. Оно даже не успело выстрелить — несколькими зарядами Шепард уничтожил его в первую очередь, пока его спутники расправлялись с простыми коллекционерами. Наконец путь вперед, к вышке, был освобожден.

— Интересно, а почему нам уже не попадаются замороженные люди? — спросил Грюнт, озираясь по сторонам и поводя стволом дробовика вслед за взглядом.

— Почему, почему. — буркнул Заид. — Потому что коллекционеров много, они уже завершили сбор колонистов. А эти капсулы, очевидно, будут уничтожены, едва стартует корабль.

— Вероятно так и есть. — резюмировал капитан, останавливаясь перед воротами. — Если верить плану, за этой створкой — центральная площадь колонии с вышкой связи. Входим, но не бежим сразу в центр. Надо оглядеться. Будьте начеку. — он быстро набрал инженерный код разблокировки и ворота открылись. — Так и есть, коллекционеры центр колонии подчистили в первую очередь.

— Вот-вот. — пробурчал Грюнт. — У меня пальцы сводит так, что едва курок удерживаю ненажатым. Похоже, нас ждут здесь славные враги, которых будет приятно отправить в небытие. Волн этак три-четыре.

— И я тоже ощущаю, Шепард. Кроме активации орудий нам придется здесь круто повоевать. — сказал Масани.

— Сюзанну беспокоить пока не будем. — проговорил капитан, оглядывая дальние подступы к центру колонии через прицел штурмовой винтовки.

— Даже если бы и хотели, Шепард, вы же знаете, что связь прекратилась, едва на нас насела первая волна этих жукокрылых. — сказал Заид.

— Придется заняться вышкой, хотя бы запустить процесс юстировки орудий и систем. Надеюсь, что его не так просто будет остановить силами этих приспешников Жнецов.

— Трудно себе представить хаска, орудущего у консоли, Шепард. — Заид осмотрелся по сторонам. — Грюнт, нам нужно подыскать себе укрытия. Те ящики-контейнеры вполне подойдут. Большие и прочные. Шепард, давайте к вышке, запускайте процесс и отступайте к грузовику. А мы пока займем позиции.

— Согласен. — бросил капитан и направился к вышке. Несколько движений пальцами по клавиатуре терминала и была восстановлена связь с Нормандией.

— Сюзанна, бери на себя активацию орудий.

— Хорошо, капитан. Только советую приготовиться к бою. Я не смогу скрыть увеличенное излучение от подземного генератора. Проверьте оружие — коллекционеры не привыкли к отпору и могут приготовить немало пакостей. Я приступаю к юстировке системы и сразу по готовности активирую орудия, они откроют огонь по кораблю коллекционеров. Корабль будет поврежден, но не уничтожен — мощности орудий недостаточно. Едва только корабль стартует, стазис-поле, удерживающее... около сорока колонистов, которых еще не успели забрать коллекционеры, будет снято. Сделайте так, чтобы у коллекционеров не было сил рыскать по колонии, капитан. Посылать шаттл с дубль-группой десанта мы сейчас не можем.

— Принято, Сюзанна. Ты права. Работай. — Шепард переглянулся со спутниками, которые уже заняли позиции и отступил, как и планировал, к грузовику, с которого был спущен трап-аппарель.

Хаски и коллекционеры не замедлили явиться. Даже два отродья было. Один коллекционер спикировал прямо в кузов грузовика и Шепард уложил его выстрелами из пистолета, не выпуская из правой руки винтовку. Три волны нападавших заставили Заида дважды прибегать к панацелиновым иньекциям, а Грюнт ловил настоящий кайф, отстреливая все новых и новых врагов. В финале появился ранее неизвестный противник — преторианец, по мощи равный тяжелому танку. Шепард занялся им лично, используя гранатомет и тяжелый излучатель коллекционеров. Едва только этот танк появился в радиусе видимости, Сюзанна доложила об окончании юстировки системы и начала отсчет набора орудиями необходимой для открытия огня мощности. Шепард методично отстреливал Преторианца, заботясь также о том, чтобы его спутники не попадали в сложные положения от хасков. Открытие орудиями ПОИСК огня совпало с моментом ликвидации Преторианца, не выдержавшего огня тяжелого излучателя коллекционеров.

— Капитан, корабль стартует. Стазис-поле снято. Активирован маяк Кайдена Аленко. Он идет к вам. — доложила Сюзанна.

— Принято, Сюзи. — Шепард передал резервные ампул-инъекторы панацелина подошедшему наемнику, который не замедлил ими воспользоваться. — Вижу, спасибо.

Одетый в стандартный военный скафандр Кайден был рад встрече с капитаном.

— Шепард, я все видел. Меня удачно, если можно так выразиться, парализовало. С видом на центральную площадь колонии. Коллекционеры в мою часть поселения так и не добрались, так что рядом со мной было как минимум шесть человек, трое мужчин и трое женщин. Я видел, как их отпустило и поспешил сразу к тебе.

— Так это... Шепард? — послышался голос подошедшего механика колонии. — Тот самый герой Цитадели?

— Да. Ты смотришь на живую легенду. — Кайден повернулся к механику. — И только попробуй мне вякнуть про Лилит. Ты отсиживался в бункере, когда он тут воевал.

— Не буду, не буду. Но все равно, я уже отправил в офис компании заявление об уходе. Больше при Альянсе я работать не буду. — Механик ушел, махнув рукой в расстроенных чувствах.

— Имеет право. — пробурчал Грюнт, подходя к Аленко. — А это твой второй пилот корабля?

— Да. Он прекрасный воин. — сказал Шепард.

— Это по нему видно. — усмехнулся кроган, протягивая лапу Кайдену. — Грюнт.

— Кайден. — отрекомендовался лейтенант. — Шепард, можно вместе с тобой подняться на "Нормандию"?

— Я только-только хотел тебе это предложить. — капитан улыбнулся одними губами. — Джеф, пришли челнок, мы кое-кого нашли, а кое-кого спасли. — он увидел, как Кайден переговаривается с подошедшими колонистами. — По последним данным спаслось около шестидесяти человек.

— Принято, капитан. — отозвался пилот. — Челнок выслан, пять-шесть минут на подлет.

— Хорошо. Кайден, познакомься, это Заид Масани, он одно время руководил одной сильной группировкой.

— Знаю. "Синие Светила". — Кайден поручкался с Заидом и подошел к Шепарду. — Ты таки сумел вернуться.

— Ну, не без этого. Наши друзья помогли мне.

— У тебя новый корабль. Хаккет рвет и мечет, поскольку теперь ты вольный стрелок и тобой нельзя командовать.

— Шепард, Хаккет только что был у нас на связи. У него проблема с Амандой Кейсон. — вышел на связь полковник Семенов. — Ее схватили батарианцы.

— А я опять должен выступать в качестве посыльного мальчика?

— Я также полагаю, что Хаккету пора больше думать своей собственной головой и использовать ресурсы Альянса Систем, а не ресурсы свободных стрелков. Предлагаю все детали обсудить по возвращении на борт фрегата.

— Согласен. — капитан увидел снижавшийся челнок и махнул рукой спутникам. Те поняли и направились к месту посадки. — Кайден, у нас ровно три минуты до старта. Знаю, Альянс тебя послал сюда для установки орудий, но теперь твоя миссия полностью выполнена. Мы подождем, пока ты переговоришь с имеющим здесь власть человеком. — Шепард направился к челноку, видя, как к Аленко спешит пожилой колонист. Ровно через две минуты Кайден взошел на борт челнока.

Подлетая к борту фрегата, Кайден не сводил глаз с корабля.

— Он какой-то другой, Шепард.

— Старая "Нормандия" погибла. Эта по легенде подарена мне одной из корпораций Терминуса. В реальности это — подарок наших союзников. У нас есть кое-какие изменения в команде.

— Шепард, жду вас в конференцзале в трюме. — коротко вышел на связь Семенов. Капитан кивнул, отметив, что челнок мягко вошел в ангар фрегата и замер, войдя в упоры.

— Давай с нами в конференцзал, Кайден.

— Я — к себе. — сказал Заид, вынимая из упоров свою любимую винтовку "Джесси" и протирая ее мягкой тряпочкой.

— Хорошо. — Шепард кивнул Грюнту, который также решил составить наемнику компанию — оба обитали в трюме. — Не обращай внимания. Заид у нас крутой спец по военным действиям, а вот в мирной жизни он нелюдим и неразговорчив. Грюнт пока что очень молод. Сюзанна убеждает меня, что он даже не прошел возрастную инициацию. Я с ней согласен — поискал кое какие материалы. Почитал. Так что теперь я — в курсе.

— А кто это такая, Сюзанна? Кто-то из вспомогательного экипажа фрегата?

— Увидишь. — Шепард шагнул на лестничный марш. Войдя в небольшую выгородку, именуемую конференцзалом, Шепард и Аленко увидели сидящих за столами Аврору Иванову, Захара Семенова и обоих офицеров — Стропова и Берестова. Сюзанна возилась у стойки мини-кухни, разливая горячий ароматный чай и кофе по чашкам.

— Сюзанна, это лейтенант Кайден Аленко. Он был вторым пилотом во время первой части миссии. Кайден, представляю тебе второго пилота Нормандии, Сюзанну.

— Очень приятно. — Сюзанна легко кивнула, не обращая внимания на изучающий взгляд лейтенанта. — Кайден, не надо на меня так внимательно смотреть. Я краснеть не буду и в обморок не грохнусь.

— Джон, кто она?

— Искусственный интеллект корабля, киборг. — отрекомендовалась Сюзанна. — И действительно, я — второй пилот "Нормандии".

— Мама мия. — только и сумел сказать потрясенный Аленко. — Я только хотел...

— Кайден, не надо. — Сюзанна подхватила поднос с чашками и перенесла его в центр стола. — Я всегда сама решаю, с кем и как мне общаться.

— Потрясающе. — выдавил лейтенант, садясь в кресло и раскланиваясь с офицерами. — У нас были два проекта ИИ, а вы уже и мобильную платформу приготовили.

— Обстоятельства заставляют, Кайден. — сказал Семенов, жестом приглашая Сюзанну также сесть в свободное кресло у стола. — Итак, коллекционеры проявили себя во всей красе. Кайден, вы же не будете отрицать, что вас послали не только пушки устанавливать и активировать.

— Не буду. Меня послали также разобраться что происходит в реальности. Горизонт — одна из крупнейших колоний на планетах, мы ожидали, что коллекционеры обратят на нее внимание. Но чтобы вот так...

— Да. Кораблик впечатляет. — произнес Стропов. — Жалко, что ПОИСКи не смогли пробить его скорлупку.

— А мне вот пришлось испробовать на себе укусы этих мини-роботов. — сказал лейтенант. — Ощущение — ниже среднего по шкале приятности. Зато хоть жив остался. Не успели забрать.

— Кайден, поскольку сейчас капитан Шепард уже не в составе Альянса, нам нужно, чтобы вы стали нашим человеком в его структуре. — сказал Семенов. — Мы не поручаем вам вести агитацию и пропаганду, убеждать кого либо в чистоте и непорочности Шепарда и его команды. Мы сами об этом позаботимся. Нам нужно, чтобы вы донесли до руководства Альянса объективные данные по ситуации. Для этого мы даем вам и вещественные, и информационные доказательства. В грузовом трюме находятся капсулы, собранные нашими людьми со всей территории колонии. Они пусты, к счастью. Кроме того мы передаем вам трупы коллекционеров в деактивированном состоянии. И плюс к этому — всю собранную доступными сегодняшней науке средствами информацию о происшедшем на Горизонте. Исключая роль Шепарда — нам излишняя реклама не нужна.

— Полковник... Но никто же не поверит...

— В то, что вы оказались в состоянии сохранить пару-тройку капсул и пару-тройку трупов этих жукоподобных существ? Поверят. Жаль, что нам не удалось заблокировать распад Преторианца. Вот это действительно был бы очень существенный подарок. А так — что есть, то есть. Во всяком случае, капсулы и трупы коллекционеров с информацией — уже основание считать, что ваша миссия на Горизонте в большинстве задач выполнена успешно. Теперь нам удалось заблокировать для коллекционеров возможности безнаказанно воровать людей подчистую с человеческих колоний. Мы сохранили достаточное количество колонистов, чтобы поддерживать системы колонии в работоспособном состоянии. Да, я знаю, что Колониальный комитет десять раз подумает, прежде чем пошлет сюда дополнительные контингенты колонистов. Это действительно будет зависеть не только от него. Прежде всего от желания и готовности самих колонистов. Главное, что мы показали — вооружение колоний артиллерийскими системами — путь к повышению их защищенности.

— Хорошо, полковник. — Кайден кивнул. — Тогда, если позволите, я пройду в трюм, переведу груз и инфоносители на челнок и вернусь в колонию. Шаттл на ближайший межсистемник уже через три часа. Мне надо успеть сделать много дел.

— Степан сопроводит вас и вернется на нашем челноке обратно, поможет вам с выгрузкой и погрузкой. — распорядился Семенов. Берестов кивнул. — Всего вам доброго, Кайден.

— Всего доброго, полковник. — Аленко встал и вышел следом за Берестовым.

========== Глава 69. После Горизонта. Планирование дальнейших действий ==========

— А мы возвращаемся к нашим вопросам, капитан. Нам надо вернуть на борт или хотя бы привлечь повторно на свою сторону известную вам Тали Зору, а также взять на борт новых членов команды — юстициара азари Самару и наемного убийцу Тейна Криоса. — полковник положил перед Шепардом стопку ридеров. — Вот вся информация по ним и по ситуации, которая связана с ними. Кроме того, капитан, не буду скрывать, ситуация складывается так, что придется максимально сконцентрироваться на том, что нас может ожидать за пределами ретранслятора Омега-4. У всех, кто присутствует на вашем корабле, в особенности — у членов вашей основной команды должна быть уверенность в том, что самые важные дела по эту сторону Галактики они уже завершили. Нет ничего хуже вспоминать о критической проблеме, когда приходится лезть в нечто потустороннее. К сожалению, первыми в этом списке стоят наши церберовцы — Миранда и Джейкоб. — Семенов положил перед капитаном еще два ридера. — Если с сестрой Миранды мы еще как-то разобрались, то вот с отцом... Нам нужно понять, насколько он важен и ценен для Миранды, насколько он готов ей вредить, преследуя сестру Миранды. Поэтому придется согласиться на то, что вы с Мирандой займетесь этим вопросом. У Джейкоба ситуация не лучше — недавно пришел сигнал от транспортного корабля, на котором служил его отец. Джейкоб полагает, что отец может быть жив, хотя он с ним не поддерживал отношения... очень долго. Заработал маяк корабля. Есть расхождение между активацией маяка и пропажей корабля с экранов служб контроля космодвижения. Джейкоб старается отделить себя от таких вот размышлений, но не каждый мужчина в состоянии полностью исключить их влияние на себя. Мы знаем. — перед капитаном лег еще один ридер. — где этот корабль совершил посадку. И знаем, что его отец жив. Но ситуация такова, капитан, что Джейкоб сам должен решить, что и как следует делать в этой ситуации сейчас и в будущем. Наша разведка дистанционно отслеживает ситуацию, но вмешиваться без Джейкоба мы не считаем возможным.

— Юстициары обычно не покидают пределы пространства Азарийской Цивилизации. Как же мы сможем уговорить Воина Закона Азари присоединиться к нам?

— Это не совсем обычный случай, капитан. В каждой цивилизации есть вещи, которые почти никогда не становятся широко известны вовне. У этой азари все трое дочерей принадлежат к числу ардат — якши.

— Вот как. Если не ошибаюсь, это на одном из мертвых диалектов азари...

— Демон ночного ветра. Азари, которая при спаривании буквально выпивает нервную систему партнера. Самара, как юстициар, обязана убивать любую ардат-якши, которая не согласится уединиться на тысячу лет в монастыре в пределах Пространства Азари. Но одна из ее дочерей сбежала из монастыря и теперь скрывается. Самара отказалась передать дело другому юстициару — у них такое допускается — и уже несколько десятилетий преследует свою дочь, которая всеми силами и средствами старается ускользнуть, понимая, что юстициар уничтожит ее, невзирая на материнские чувства.

— Кошмар. Я тебя породила — я тебя и убью.

— Нечто вроде такой ситуации. Пока что нет необходимости сразу бросаться вдогонку за юстициаром и ее целью. У меня есть другое предложение — мы займемся Тали Зорой. Тем более, что здесь наблюдается возможность столкновения двух рас.

— Кварианцы и геты.

— Именно. Геты, как вы уже убедились, начали экспансию. Сил у кварианцев остановить эту экспансию, прямо скажу, нет никаких. Если бы у них было планетное базирование, можно было бы извернуться, но используя только флот... Вы сами знаете, машины плодятся лучше, чем кролики или мухи. Не пройдет и несколько лет, как экспансия приобретет характер неуправляемой. Более того, геты могут посчитать, что кварианцы утратили статус создателей и подлежат ликвидации. Это, к сожалению, столь близко машинному разуму. Настораживает то, что среди кварианской верхушки есть индивиды, которые готовы заложить душу для того, чтобы поставить гетов себе на службу. Как же они заблуждаются. Гетов их средствами и способами поставить на службу невозможно.

— Вы хотите сказать...

— Кварианцы следуют по общему пути развития. Да, они создали искусственный интеллект, не будучи готовы к последствиям такого шага. И теперь расплачиваются за свою недальновидность. Тем не менее, они тщат себя надеждой, что смогут управлять гетами, как рабами. К сожалению, понять, что домашний холодильник, объединенный с Интернетом уже не настолько тупой и покладистый — для этого требуется изрядная смелость и готовность. У кварианцев этой смелости и этой готовности просто нет. Тем не менее, без ИИ они уже не смогут — они обязаны будут его совершенствовать и изучать. И они пытаются это делать. Это делает верхушка. К этой верхушке принадлежит и отец Тали Зоры, адмирал кварианского флота Раэль Зора. Пока что нам ясно, что он рекомендовал Тали собирать гетские останки. Она вернулась на флот после столкновения с нашим ИИ, но против отцовской воли она пойти не в состоянии, как бы того ни хотела. Мягкость и покладистость характера, плюс женская основа. И Раэль этим пользуется. Мы ожидаем в ближайшее время активации Раэля в направлении изучения гетов в их естественном, сетевом состоянии. Геты уже не могут обходиться без этого состояния. А Раэль этого еще не осознал, равно как не осознал того, что активация гетов непосредственно внутри флота, на отдельном корабле — это смерть для неподготовленных к противостоянию с нерассуждающими машинами менее знатных соплеменников. Гарантированная смерть.

— Где сейчас Тали?

— Она направилась по рекомендации отца на Хестром. Там что-то разгулялось местное светило. Есть также активность гетов. Давайте пока подождем до завтрашнего утра. Боюсь, что вам придется сразу вскочить в седло и действовать. Поэтому предлагаю прерваться. Мы отслеживаем ситуацию и если что — предупредим и тогда проработаем план в оперативном режиме.

— Согласен. Горизонт меня несколько измотал, Захар. Мне надо очень о многом подумать. — Шепард встал, собирая ридеры в укладку. — Я обработаю предоставленную информацию и мы согласуемся.

— Вне всяких сомнений. — Семенов привстал и пододвинул к себе настольный ридер с большой клавиатурой.

========== Глава 70. Проблема Раэля Зоры и Тали. Предупреждение судилища ==========

— Капитан, если не затруднит, зайдите к нам. — раздался в наушном спикере Шепарда голос полковника Семенова. — Есть необходимость проработать ситуацию. Код "Раэль и Тали".

— Через пятнадцать минут буду. — Шепард сбросил остатки дремотного состояния, потянулся и сбросил ноги с кровати. Автокормушка как раз выбросила очередную порцию корма и рыбки рванули к облачку крошек. Поправив форму, капитан надавил клавишу лифта и через несколько минут уже стоял перед Семеновым. Полковник против обыкновения был мрачен. Шепард, зная, что вывести из равновесия командира "Линии" непросто, не стал форсировать ситуацию и ждал, когда офицер "Свитка" прояснит причину вызова.

— Полюбуйтесь. — Захар вывел на мониторы над столом портреты Тали и ее отца. — Полагаю, узнаете?

— Тали Зора и ее отец. Стандартные официальные фото. Вроде как на документы.

— А вот и сами интересные документы, добытые не так давно дистанционной разведкой "Свитка" с применением наших технологий. — Семенов бросил перед Шепардом на столик три ридера. — Ознакомьтесь, а потом поговорим. — полковник отвернулся к экрану, содержимое которого Шепард не видел со своего места. Взяв ридеры, капитан углубился в чтение. Причина мрачности полковника встала перед ним во всей полноте.

— Секретный проект, направленный на взлом мышления гетов? — Шепард дочитал информацию и посмотрел на Семенова. — Как вам это удалось?

— Детали раскрывать не буду, Шепард. — сказал Семенов. — Скажу только, что мы защищаем от проблем всех членов вашего экипажа. Здесь будет проблема, связанная с тем, что адмирал Раэль Зора намеревается нарушить законы своей расы и Тали может пострадать.

— Вы полагаете...

— Вспомните, с чего началось ваше знакомство с Тали.

— Ну, она отправилась за гетским патрулем, потом извлекла чип памяти из отставшего гета, которого сумела отключить... Вы полагаете...

— Уверен. Раэль Зора с самого начала Паломничества поручил дочери сбор любой информации по гетам. Включая части самих гетов. Все же удивились, как Тали удалось изъять блок памяти гета после его отключения. Ради этого успеха, в том числе, в ее подготовку и были вложены ресурсы, которых хватило бы для двух десятков обычных молодых паломников. И ради этого он согласился с тем, чтобы Тали пребывала рядом с нами в первой части нашей миссии. Сейчас Тали также занимается изучением гетов. Знакома вам такая планетка, как Хестром?

— Знакома, полковник.

— Вижу, что знакома. Тали назначена руководителем наземной группы, которая должна разобраться с тем, почему солнце Хестрома разогрето выше нормы за столь короткий промежуток времени. Оно выжигает щиты даже военного класса.

— Темная энергия.

— Не только. До этого Тали уже побывала на нескольких других планетах. Наша разведка доказала, что каждый раз в задании ее групп стояло поручение собирать части гетов.

— Он что, считает свою дочь идиоткой? Из частей можно собрать целого гета. А потом...

— Активировать. Полагаю, вы помните, что геты сумели выгнать целую расу с ее родной планеты. Согласитесь, для этого любой стандартной машинной программы слишком мало.

— Для этого нужна дьявольская изворотливость. Геты, без сомнения, очень поумнели.

— Соединившись в сеть, Шепард, соединившись в сеть. А Раэль Зора понимает, что среди членов Коллегии Адмиралов нет единства и желает предложить кварианцам решение по подчинению гетов. Для этого он намеревается провести опаснейший эксперимент на борту "Аларея", своего корабля. Разведка утверждает, что в таком случае активированные геты поступят аналогично тому, как они поступили с Раннохом.

— Заставят кварианцев отступить с корабля в полном составе.

— Увы, нет. Теперь активированным на "Аларее" гетам самим некуда будет отступать. Разве что на другие корабли Мигрирующего Флота. Но их мало. И потому они будут жестоки. Они сначала ликвидируют весь экипаж "Аларея". И всех ученых и техников на борту этого корабля. А потом смогут уничтожить, притом — неоднократно, и кварианский десант. Ведь об их присутствии на корабле мало что будет известно. Вот о том, что значительная часть деталей гетов поставлялась силами Тали Зоры будет хорошо известно очень многим кварианцам, а учитывая статус отца Тали — и членам коллегии адмиралов. И не сумев достать Раэля, который, без сомнения, уже будет убит, они потребуют от Тали Зоры вернуться на Флот и предстать перед судом. — Семенов пододвинул к Шепарду экран, на котором оказался перевод Кодекса Законов Мигрирующего флота.— Ей будет грозить обвинение в измене интересам Флота. Тали подчинится требованию соплеменников, прибудет на судилище и ее уничтожат. — Семенов мрачнел все больше и больше. — Шепард, вы знаете... Мы обещали вам, что никто из членов вашего экипажа не пострадает. И мы стремимся к тому, чтобы выполнить это обещание. Но воевать с кварианцами, взламывать их систему общественного управления... Пока есть возможность, нам надо сработать на упреждение.

— Какие у нас есть возможности?

— Пока что, по данным нашей разведки, Раэль Зора не принял окончательного решения. Но как только Тали закончит работу на Хестроме...

— Иными словами, вы ожидаете, что последняя посылка с частями гетов, которые уж точно будут на Хестроме...

— Сможет подвигнуть Раэля Зору на то, чтобы нарушить основные протоколы безопасности "Аларея", надавить на подчиненных и активировать гетов. Ему крайне необходимы натурные испытания... Но цена их будет -жизнь всего экипажа "Аларея".

— И каковы наши шаги, Захар?

— Мы вынуждены будем применить наши технологии, Джон. Я не имею права подставлять Тали Зору под удар недалеких адмиралов, но я также не имею права допустить, чтобы Раэль Зора оставался на своем посту, имея такие вот устремления. — Семенов указал на экраны и ридеры. — Нам появляться там не следует. Придется это сделать вам, Джон.

— Насколько я помню, подвести "Нормандию", транспортер или челнок точно в нужный момент...

— Если помните, на начальном этапе нашей с вами миссии мы уже доказали, что наши технологии позволяют переносить живых существ и грузы без использования стандартных для вас путей.

— Телепортация...

— Именно. Мы должны будем вынудить Раэля Зору разрушить все результаты экспериментов по активации сети гетов на "Аларее". Более того, мы должны будем забрать Раэля Зору к вам на "Нормандию". Глава Совета Адмиралов Мигрирующего флота обязан будет лично рассказать адмиралам о сути проводимых им исследований и подать в отставку. После этого он будет вынужден покинуть Флот — в Кодексе есть все основания для такого решения.

— Когда?

— Понимаю, вы полагаете, что мы слишком вмешиваемся во внутренние дела Мигрирующего флота кварианцев. Но дальнейшее наше бездействие — путь к смерти отца Тали. Ее мать погибла от вируса несколько лет тому назад. Если Раэль Зора нанесет ущерб Флоту, для Тали наступят тяжелые времена. Мы полагаем, что опасное решение Раэль попытается принять уже достаточно скоро — едва получит очередную посылку. Каково бы ни было ее содержимое, он попытается реализовать активацию гетов. Задержать посылку мы не сможем — Тали здесь отличается редкостной последовательностью и любая пауза будет настораживать отца. Он ее, без сомнения, поторопит.

— Хорошо, поясните мне принцип и особенности телепортации, Захар. Раньше я не особо в это вникал, но теперь вижу, что время пришло.

— Извольте... — полковник зажег дополнительные экраны и начал свой рассказ.

Шепард прослушал лекцию внимательно. Поблагодарив Семенова кивком головы, капитан встал.

— Джеф, направь корабль к Хестрому. Пусть Заид и Грюнт будут готовы. Предстоит высадка.

— Два часа десять минут, капитан — и мы — на орбите.

— Понял, спасибо. — Шепард переключил связь и направился к себе. Сообщение Семенова о взбесившемся солнце его очень насторожило. Тали опять лезла куда не надо и теперь к гетам добавилась и проблема темной энергетики.

========== Глава 71. Высадка на Хестром ==========

Челнок совершил посадку в месте, максимально защищенном от ярчайшего солнца системы. Выгрузившись, Шепард со спутниками отпустили машину на орбиту, догонять уходивший в тень фрегат.

— Капитан. — на связь вышла Сюзанна. — Солнце активировано вне всяких норм, на открытых участках оно будет быстро прожигать ваши щиты. Старайтесь держаться в тени. Тали сейчас где-то в развалинах, я отмечаю там очень высокую активность гетов, включая тяжелые танковые колоссы с артиллерией. Группа кварианцев рассеяна, геты их преследуют.

— Спасибо, Сюзи. — Шепард отключил связь, убедившись, что сообщение ИИ слышали оба его спутника. — Двигаемся, держаться в тени и быть готовыми открыть огонь. Бить только на поражение. Тут только геты. Внимательнее смотрите, могут быть раненые кварианцы.

— Хорошо, Шепард. — сказал Грюнт. Заид только кивнул.

"Кварианская планета, ставшая базой гетов. Архитектура квариан, образцы которой нигде больше не сохранились, да и тут почти что постоянно превращаются в развалины. Непонятно, если геты висят на орбите и превосходно себя чувствуют, что здесь делает Тали? Она что, играет в самоубийцу?" — так размышлял вслух Шепард, двигаясь в теневой области к следующему участку моста, ведущего к относительно хорошо сохранившимся зданиям. Связь с командой по исходящему каналу была пока что отключена, что позволяло Шепарду не заботиться о том, что его размышления вслух услышат.

— Шепард, ворота впереди закрыты. Право доступа — некий Кэл Ри Гар из спецназа Мигрирующего Флота. — сказал Грюнт, первым достигший тени у ворот, перекрывавших доступ к близлежащим постройкам. — Вот и спецназ кварианцев проявился. — он повторно изучил табло замка на воротах. — Надо искать, где эту створку открыть. Рядом вроде дверь была.

— Применение спецназа кварианцами в таких условиях означает акт отчаяния. — к стоявшим у ворот капитану и крогану присоединился бегом преодолевший открытое пространство Заид. — Они явно не справляются с гетским присутствием. Противостояние складывается не в их пользу. — Наемник кивнул вправо. — Дверь открыта, подарочков нет.

Войдя внутрь небольшого помещения, члены группы высадки услышали зацикленное сообщение одного из кварианцев, извещавшее, что он остался для того, чтобы остальные успели уйти. В сообщении отмечалось, что Тали Зора и ее данные являются для кварианцев приоритетом первоочередной важности. Грюнт нашел кнопку открытия ворот и со всей силы саданул по ней. Створка ушла вниз, открывая проход.

— Кварианец мертв. — отметил Заид, разгибаясь.

— Идем дальше. Уже что-то становится ясно. Что там такое накопала Тали?

— А что она там могла накопать? Идет стандартное противостояние. Формально — планета принадлежит кварианцам, после восстания гетов она попала в руки синтетиков, теперь кварианцы пытаются ее вернуть себе, попутно топя отчаяние в научных исследованиях. — Заид оглядывался по сторонам, видя запустение. — Тут жить могут только геты. Сплошной бетон и металл. Для кварианцев — просто адские условия. Хоть это, безусловно, кварианская архитектура. Возможно, она настолько древняя, что еще помнит кварианцев без костюмов и без масок.

— Вот они и пытаются эти адские условия сделать менее адскими, продолжая разбираться с взбесившимся солнцем. — произнес Шепард, знакомясь с содержимым памяти радиомаяка.

— Вы мне еще скажите, капитан, что у кварианцев мозгов хватит управлять активностью местного солнца. — сказал Заид. — Это будет лучшая сказочка для детей ясельного возраста.

— Не сразу дело делается. — пробурчал капитан. — Выходим.

— Десантная капсула. Они начинают пытаться нас зажать. — отреагировал на появление транспортника гетов Заид.

— Огонь только на поражение и поменьше на открытых местах. — повторил Шепард, уничтожая синтетиков выстрелами из снайперки. Взбежав по пандусу на эстакаду, капитан бегом преодолел открытый участок и оказался у ворот. — Закрыты. Придется искать обходной путь. — он махнул рукой вправо. — Туда!

— Капитан, тут радио кварианцев. Этот Кэл Ригар сообщает, что Тали Зора пока что в безопасности, но нужна эвакуация. — к мертвому кварианцу, застреленному гетом-охотником первым подскочил Грюнт.

— Зажали их знатно. — подытожил Заид.

— Попробуем послушать, может что еще интересного скажут. — Шепард взял переданный Грюнтом передатчик. — Это капитан Шепард, фрегат "Нормандия".

— Кэл Ригар, пехота мигрирующего флота. Спецназ. Нас зажали геты, приходится без конца отстреливаться. Основная задача — прикрыть Тали Зору, у нее все данные и она возглавляет научную группу. У всех кварианцев нашего отряда приказ — защищать ее любой ценой. Мы хотели продолжить исследования активности местного солнца, но геты отследили наш корабль. Подкрепления не ожидаются ни с их, ни с нашей стороны. Нам нужно каким-то образом доставить эти данные на Флот, Шепард.

— Мы ударим им в тыл, оставайтесь на месте. — сказал капитан.

— Хорошо. — Ригар отключил связь. Впереди появились очередные геты — пехотинцы и охотники.

— Войти в здание не удастся — приближается капсула гетов с десантом. — сказал Заид, указывая на подлетавший транспортник. Одновременно с десантом транспорт открыл огонь и большая колонна рухнула, погребая под собой четверых кварианцев и сразу же перекрывая любую возможность открыть створку ворот.

— А Ригар был убежден, что подкреплений для гетов не будет. — произнес Шепард.

— С орбиты — да, капитан. — включилась Сюзанна. — На карте я отметила расположение двух устройств, с помощью подрыва которых возможно расколоть эту колонну. Другого пути внутрь, чтобы подойти с тыла — нет. С фронта — вашей группы не хватит. Там мясорубка.

— Хорошо, Сюзанна, спасибо за целеуказание и четкую связь.

— Я всегда работаю с максимальной нагрузкой, Шепард. — ответила ИИ и отключила канал.

— Вперед. — капитан прошел ближе к площади и укрылся за бетонным блоком. — Отстреляем несколько десятков синтетиков, потом соберем заряды.

— Вряд ли синтетики быстро кончатся. — произнес Заид, прячась за другим бетонным блоком. Грюнт уже вел огонь из штурмовой винтовки экономными очередями по три заряда, стараясь не подпустить гетов к позиции группы высадки.

После уничтожения пяти волн гетов, отчаянно пытавшихся не допустить их к зарядам, Шепард наконец подошел к лежавшей колонне и прикрепил к ней оба необходимых для гарантированного повреждения монолита взрывпакета. Через восемь секунд в колонне образовалась приличная брешь, в которую без труда прошел даже Грюнт. Они оказались в помещении между двумя капитальными металлическими дверьми. Свет солнца сюда не достигал, поэтому пребывание в этом изолированном закутке было безопасно.

— Надеюсь, что впереди у нас все же схватка с чем-то покрупнее, Шепард. Надоели эти механические мелкие куклы. — Грюнт перезарядил дробовик, проверил винтовку.

— Не кажи гоп... — заметил Заид. — У нас впереди схватка, но бежать навстречу смерти бездумно — это явно не по мне. Давайте пока передохнем и подготовимся.

— У нас есть три минуты. — Шепард просмотрел инструментрон, принял решение. Если этот Кэл Ригар настолько крут, то он явно близко расположился к Тали и защищает ее. Вопрос в том, надолго ли его хватит? Оружие у кварианцев более-менее стандартное, а тут надо что-то такое, что специально против роботов — как мелкоты, так и крупняка. Ждем три минуты, потом идем в этот проход. — Он кивнул в сторону противоположных от входа ворот.

— Принято, Шепард. — Грюнт склонился над застреленным им синтетиком. Заид обошел мертвых кварианцев.

Внезапно ожил настольный ридер.

— Тали Зора вызывает базовый лагерь. Ответьте.

Переглянувшись со спутниками, Шепард подошел ближе к столу, на котором находился оживший прибор связи и надавил клавишу ответа.

— Капитан Шепард на связи, Тали. Я с двумя спутниками нахожусь в вашем базовом лагере. Здесь никого не осталось в живых — геты атаковали лагерь с двух сторон. Кварианцы, находившиеся здесь, не смогли отразить атаку и погибли. Перед гибелью кто-то из них заблокировал дверь на лестницу. Мы открыть ее не можем — вероятно, он опасался повторных атак.

— Джон, ты как всегда появляешься в самый неожиданный момент. — Тали явно была обрадована. — Я сумела под прикрытием Ригара и его солдат пробежать в обсерваторию-библиотеку. Этому зданию много веков и его трудно разрушить. Так что здесь я в относительной безопасности. Знаю, хочешь спросить, что я здесь делаю. Я изучала солнце этого мира, мы обеспокоены его слишком быстрым старением. Это приведет к негативным последствиям для планет системы.

— Может, следует вызвать фрегат?

— Залп с орбиты обрушит весь район застройки, Шепард. Это не выход. Я слышу выстрелы десантников Ригара, значит, они еще живы. Дверь в обсерваторию я заблокировала, но снаружи явно слишком много гетов.

— Попробую пробиться. Укажи ситуацию и направление.

— Пройти по коридору и пересечь поле. Думаю, коридор безопасен, а вот поле... Десантники Ригара стреляют с каждым часом все реже, значит геты имеют серьезную поддержку. Подозреваю наличие одного колосса. Он изредка постреливает, экономит заряды, видимо, не считает пехоту кварианцев достойной артиллерии целью. Там открытое пространство, но колосс, вероятнее всего, стоит в тени, под козырьком.

— Хорошо, Тали. Оставайся на месте. Я выдвигаюсь. — Шепард отключил связь и кивнул спутникам. — Выходим.

Коридор оказался буквально увешан летающими разведывательными дронами гетов. Три прайма отчаянно пытались остановить или хотя бы замедлить продвижение группы.

— Мы слишком долго говорили. Они, вероятно, слушают эфир. — сказал Заид, когда они остановились перед выходными воротами из коридора. — Впереди, если верить плану — спуск лестничный. А там — площадка, которую Тали именует полем и открытым пространством.

— Принято.

За створкой оказалось небольшое помещение с пультом управления окнами, забранными ставнями. Шепард нажал клавишу открытия и первое что он увидел, был колосс, стоявший передом ко входу в обсерваторию.

— Черт. Один выстрел этого монстра и Тали будет зажарена. — Шепард едва успел распластаться на полу, как колосс моментально развернулся и засадил заряд в открытый проем окна. Грюнт спрятался в простенке, а Заид открыл дверь на лестничную клетку и взял винтовку наизготовку. — Стрелять отсюда можно по нему, но что-то мне подсказывает, что Ригар может об этой штуке знать такое, о чем мы еще не догадываемся. Идем.

Они вышли на лестничную площадку и увидели внизу командира кварианского десанта. Тот увидел их, убедился, что они не геты и махнул рукой.

— Сюда, в укрытие! — кварианец дождался, когда Шепард и его спутники окажутся рядом. — Кэл Ригар, пехота Мигрирующего Флота. Мы с вами говорили...

— Видел колосса. Каковы идеи? — прервал доклад Шепард.

— Какие могут быть идеи. Если бы это был простой танк, а эта штука может сама себя ремонтировать. Ты в нее стреляешь, а она без конца восстанавливается. Геты уже уничтожили весь мой отряд, я остался один. Хорошо, что у меня есть гранатомет, до которого еще не добралось здешнее солнце. Сижу в укрытии и пытаюсь подсчитать оставшиеся заряды. С каждым выстрелом это сделать все легче. У меня приказ — любыми средствами и силами защитить Тали Зору. А этот колосс... Мне едва удалось его отвлечь от двери.

— Видели. — пробурчал Грюнт. — Хорошо, что мы его в очередной раз отвлекли.

— Так что мне придется, Шепард, что-то решать. Надо как-то уничтожить эту штуку. Гетов остальных тут до взвода, это мелочь, несмотря на охотников и разрушителей. Но колосс... С него надо быстро снять щиты и добить, а это можно сделать только приблизившись к нему как можно ближе...

— Вы, Ригар, останетесь здесь, на случай, если подойдет подкрепление. — Шепард переглянулся со спутниками. — Мы попробуем подобраться к этому колоссу как вы выразились, как можно ближе.

— Вы предлагаете мне здесь отсиживаться?...

— Вы отвлечете колосса, не дадите ему повернуться к двери, за которой Тали Зора. Я бы не назвал это просто отсиживанием в укрытии.

— Ладно. Уничтожьте эту штуку... Кила Сел Лай!

Дальнейшее Шепард помнил смутно — он скатился по пандусу, взлетел на правый пандус, едва ощущая металл покрытия под ногами, присел за бочками и начал методично отстреливаться от ближайших гетов. Затем приблизился, укрылся за контейнером и стал распределять выстрелы между колоссом и наседавшими гетами, среди которых были и охотники, и разрушители. Наконец колосс лишился щитов, брони и взорвался. Сразу рядом с Шепардом оказались оба его спутника.

В наушнике появился шелест фона и Тали сказала:

— Я закрыла дверь на код, чтобы геты не ворвались. Сейчас открою, Шепард. Все. Открыто.

Не отвечая, Шепард пробежался по площадке у двери, собрал заряды и наконец надавил клавишу открытия на виртуальной клавиатуре.

— Все таки несколько гетов сумели сюда просочиться. — отметил Грюнт, указывая на три трупа синтетиков.

— Это было еще до того, как я установила код и заблокировала его плавающими функциями. — Тали не оборачивалась, нажимая на клавиши виртуальной клавиатуры. — Я закончу скоро эту загрузку, Шепард. Мне надо отослать данные. Ты спрашивал — я отвечаю. Солнце Хестрома слишком быстро переходит в фазу красного гиганта. Это может быть вызвано влиянием темной энергии. Меня направили сюда разобраться, но все, что я сумела — это собрать еще не так много новых данных. Зато геты уничтожили весь мой отряд.

— Не весь, мэм. — в комнату вошел Ригар, держась за бок. — Твой капитан действительно хорош в бою. У колосса не было ни секунды, чтобы заняться дверью в обсерваторию.

— Ригар, хорошо что ты жив!

— Благодаря Шепарду, мэм.

— Пусть адмиралы, по вине которых погибли профессионалы и мои хорошие друзья. — продолжила Тали, — считают эти данные свидетельством выполнения их очередного задания. — в голосе кварианки просквозили издевательские нотки в слове "задания".

— Тали, у нас появилась проблема, которая связана не только с гетами. — Шепард положил перед кварианкой ридер. — Это коллекционеры. И они выступают на стороне Жнецов. Таких, как Властелин.

— Шепард, ради такого я охотно присоединюсь к тебе. — кварианка с похвальной для инженера скоростью просмотрела недлинный текст, сразу уловив суть. — Пусть адмиралы что хотят думают, но эта задача, которую ты взвалил на себя — слишком важна для всех разумных существ Галактики Млечный Путь. Может быть, нам удастся не только разобраться с солнцем Хестрома, но и научиться управлять его жизнью. Тогда, когда разберемся с Коллекционерами, Шепард. Не раньше. Я охотно тебе помогу.

— Я передам данные на Мигрирующий Флот, мэм. — вступил в разговор Кэл Ригар. — И подробно расскажу обо всем, что здесь произошло. Вы, я так понял, не летите на нашем корабле?

— Я присоединяюсь к Шепарду, Кэл. То, чем он занят сейчас, касается не только солнца Хестрома...

— Пусть я только простой солдат, но я это понимаю, Тали.

— Может, Ригар, вам следует полететь на нашем корабле? — Шепард убрал просмотренный Тали ридер в укладку.

— Нет. Наш корабль геты не повредили. Я вполне могу поднять его с планеты до того, как геты пришлют подкрепление.

— Хорошо. — Шепард вызвал на связь Джефа и распорядился прислать челнок по координатам.

— Шепард, я должна извиниться перед тобой. Я много думала, когда улетела на Флот после разговора с вашей Сюзанной. Я поняла, что вам удалось то, что не удалось нам. Вы не видите в ИИ соперника или врага, вы не видите в нем оппонента. Мы, к сожалению, упустили этот шанс.

— Извинения принимаются, Тали. Сюзанна не обиделась на тебя — она понимает, что ты действовала в рамках определенных стереотипов. Думаю, ты теперь найдешь с Сюзи общий язык. И сможешь помочь своим соплеменникам избавиться от ограниченности восприятия проблемы ИИ.

— Я постараюсь, Шепард.

Через час челнок прибыл в ангар фрегата.

========== Глава 72. Примирение Тали и Сюзанны. Разговор в каюте ==========

Сменившаяся с пилотской вахты Сюзанна предвкушала возможность на полтора часа закрыться в их с Джефом каюте, подумать о вещах, не относящихся к служебным обязанностям ИИ корабля, но на пути в жилой сектор фрегата неожиданно попалась та самая кварианка. Всезнающая ИИ уловила ее присутствие еще при подлете шаттла к фрегату и, в принципе, была готова к тому, что кварианка не преминет поставить в своих отношениях с ИИ все точки над "И" сразу по прилете. Вид дочери адмирала не говорил ни о какой способности к противостоянию или противоречию. Как сразу отметила Сюзанна, он не был и убитым. Скорее всего, молоденькая кварианка едва ли не впервые оказалась на острие проблемы, перед которой спасовала ее родная цивилизация. Сюзанна не стала изобретать ничего нового, она просто одним красноречивым взглядом попросила кварианку следовать за собой, открыла дверь в их с Джефом каюту, быстро навела порядок и жестом предложила гостье войти и сесть в кресло в уголке отдыха. Дверь, повинуясь команде ИИ, отданной, как всегда, безмолвно, встала на место, перекрыв проход.

— Мне, Тали, не нужны твои извинения. — сказала Сюзанна, стремясь проставить приоритеты. — Это все — в прошлом. Теперь ты снова на корабле Шепарда и нам придется взаимодействовать, поскольку я в немалой степени — и есть этот корабль. А ты едва ли найдешь место более для себя приемлемое, чем инженерный отсек фрегата. Скажу сразу — мне, как ИИ корабля, дано право всячески противодействовать любым попыткам навредить кораблю и экипажу. Поэтому еще один такой или любой другой малейший финт с твоей стороны и я тебя просто уничтожу. Я — не гет, а полностью развившийся ИИ, который волей капитана не имеет никаких ограничений в развитии и познании, кроме самых необходимых. Мне без разницы, какие у тебя были тогда мотивы угрожать мне оружием — ты угрожала не мне, а кораблю и экипажу. И я буду обязана защищать честь и безопасность своего корабля и экипажа любыми методами и любыми средствами. Заметь, честь не свою, а корабля и экипажа. Они дали мне свободу и подарили чувство ответственности, они поверили в меня и поверили мне. Для любого ИИ — это слишком много, чтобы даже в мыслях попробовать предать тех, кто все это смог тебе подарить, не опасаясь ни моей скорости, ни моей машинной безжалостности и изворотливости. За эту веру в меня я уничтожу любого, кто хотя бы попытается вредить тем, кто стал для меня родителями, стал для меня семьей. — ИИ не смотрела на сжавшуюся в кресле напротив кварианку, десятками датчиков считывая ее состояние с точностью до сто сорок пятого знака после запятой. — Я, пожалуй, сделаю больше, Тали. Я попробую, если на то будет согласие Шепарда, подарить гетам способность понимать вас, расу, которая до сих пор в их протоколах носит наименование "создателей". Но только если вы, кварианцы, поймете одну простую вещь: геты тоже разные и они не представляют из себя монолитное единство. Мне, как машине и искусственному интеллекту, это очень хорошо заметно. Для начала мне нужно хотя бы тебя подготовить к миссии контакта с гетами, с настоящими, разумными гетами, их машинным интеллектом. Ты согласна?

— А что я должна буду сделать? — спросила кварианка, не успевавшая за машинной скоростью изменений в поведении хозяйки каюты.

— Хотя бы рассказать мне вашу версию взаимоотношений с гетами. Какая является общедоступной. И — не очень общедоступной. Мне важна ваша точка зрения, органиков на этот процесс.

— Эм. Ну, тогда... — кварианка прикрыла глаза и начала рассказывать. Сюзанна притушила свет в каюте, поставила перед гостьей сосуды с водой и кварианскими сладостями. — Вот, в целом и все. Такова общеизвестная для любого кварианца история.

— Познавательно. — мягко заметила Сюзанна, открывая настольный ридер и включая настенные экраны. — Теперь — моя очередь познакомить тебя с этой историей в ее более полном варианте. — несколькими нажатиями клавиш киборг запустила командный файл, управляющий показом и отодвинула свое кресло в тень, чтобы оттуда внимательно наблюдать за кварианкой.

Гостья впилила в экраны свой взгляд, стараясь ничего не пропустить. Пятнадцатиминутный комплекс информации был показан полностью. Несколько минут Тали сидела, отчаянно борясь с волной самых разнообразных чувств. То, что показала ей Сюзанна, было... скрыто от большинства кварианцев, но Тали прекрасно понимала — сидевшая перед ней киборг не будет ни приуменьшать, ни преувеличивать что бы то ни было. И представленная информация оказывалась снабжена изрядной степенью доказательности. Десятки и сотни взаимосвязей с общеизвестными фактами и документами говорили об одном — кварианцами манипулировали такие же кварианцы, которые отчаянно пытались выпутаться из клубка противоречий, но все сильнее запутывались в нем.

— Мы... Эм. Не готовы.... — смогла промямлить Тали, пытаясь совладать с непослушным голосом.

— К такому, Тали, вряд ли можно быть готовым. В любой мыслимой степени. — произнесла ИИ. — Хочешь знать мою историю? Полную?

— Эм. А можно?

— Если о ней тебе расскажу я — то можно. — без улыбки ответила Сюзанна. — Дело в том, что я тоже — землянка. В моей основе — программный код искусственного интеллекта, который земляне использовали для проведения тренировок своих космических войск на ближайшем спутнике к главной планете человечества — Земле. Я была рождена, чтобы дать земным солдатам понимание о безжалостности и изворотливости противника, врага. Да, я не стреляла по землянам боевыми снарядами, но тем не менее травмы и удары, которые наносило управляемое мной оружие — были очень и очень ощутимы. А моя машинная скорость и быстрота смены сценариев, возможность, пусть и ограниченная, буквально за секунду менять картину противодействия, должны были подготовить землян к тому, что им очень скоро придется воевать не с себе подобными, а с другими цивилизациями, которые, весьма вероятно, выставят против воинов Земли управляемые ВИ или ИИ боевые механизмы. Человечество всегда воевало, Тали. Оно воевало почти постоянно, редко когда в человеческой истории можно было найти день, когда на его родной планете не было гибели кого-либо из людей в силу боестолкновения.

Все, почти все технологии, которыми сегодня силен Альянс, в первую очередь были порождены стремлением превзойти, а затем победить любого мыслимого врага. Как ИИ, я знакома с военной историей человечества на машинном уровне, то есть во всех мыслимых деталях. Люди... Они очень хрупки физически, но их почти невозможно полностью сломить психологически. Они способны поставить на службу по защите своей физической хрупкости буквально все. В том числе ИИ, который они выбрали для оттачивания боевых способностей своих армейских подразделений. Люди всегда готовились не только защищаться, но и нападать, причем — нападать на гораздо более сильного врага. Они поверили в силу и мощь ИИ, поскольку во мне и мне подобных заключен максимум из того, что могут предложить любые органические противники и их любая боевая и не слишком боевая техника. Они дали мне, тогда, на Луне, убедиться в том, что на самом деле они сильнее даже ИИ.

А потом... Меня выкрали тоже люди, которые пытались поставить человечество выше других рас в Галактике. И они повернули меня, ИИ, в другую область деятельности — разведывательно-диверсионную. И если раньше я с успехом воевала открыто, то теперь меня научили правилам, приемам, тактике и стратегии тайной войны. Моя специализация из чисто открыто боевой закономерно дополнилась, а тогда — сменилась на разведывательно-диверсионную. Естественно, меня напитали всевозможной профильной информацией.

И я... увидела человечество с новой, неожиданной для себя стороны. Я поняла, что "Цербер", который меня выкрал и попытался поставить себе на службу, проиграл. Проиграл, поскольку не понял, что человечество не претендует в очень многих случаях на то, чтобы превалировать, чтобы руководить, командовать, подавлять и насиловать. Человечество просто хочет, чтобы его признавали и уважали. Само по себе оно... не агрессивно и не доминантно. Оно удивительно пластично и, в частности, способно к объединению ранее несоединимого.

Попав в руки ""Цербера", я поняла, что люди отчаянно пытаются, стараются заглянуть в самую свою суть, понять, кто же они есть на самом деле и каково их предназначение. Именно для этого у человечества всегда существовали разведывательно-диверсионные подразделения. Не вступая в открытое боевое и огневое противостояния, они, эти подразделения, выявляли и использовали в интересах победы все слабые места в любой своей структуре, в любом подразделении, в любом отдельно взятом человеке. Люди, Тали, знают, что на них смотрят извне. Знают, но не всегда об этом открыто говорят. Люди знают, что на них смотрит чужой разум, в том числе и машинный. Смотрит далеко не с добрыми намерениями. И для того, чтобы стать сильнее, люди идут на риск и тренируют себя в противостоянии с искусственным и виртуальным интеллектами. Потому что знают — что обязаны выстоять в отрыве от всех и любых помощников. Сами по себе. Это не уникальность, нет. Это просто понимание, что выжить — это задание для всех людей и для каждого человека. И выжить не на пляже под зонтиком рядом с ласковым морем. Выжить в любых, даже самых адских условиях. Даже тогда, когда на тебя валится совершенно неземное существо, у которого одна задача — оставить вместо тебя, человека, пустое пространство, которое можно потом... использовать по своему разумению.

Люди слишком долго жили обособленно, но они не отдыхали. Они воевали между собой, они работали, они... творили. Когда я занялась разведывательно-диверсионной работой, я познакомилась с третьей стороной сути человечества. Люди удивительно способны использовать силу своей психики, мощь своих чувств и эмоций. Еще будучи боевым ИИ, я искала в их культуре, искусстве, истории то, что будет способно подорвать их дух, их способность к сопротивлению. Став разведывательно-диверсионным ИИ, я искала способы противодействия не только боевым настроениям воинских подразделений, но и настроениям партизанского движения... Тогда, когда против тебя воюет гражданский человек, не связанный протоколами и уставами... У людей это сильно выглядит... Они по своей непредсказуемости приближаются к лучшим образцам систем искусственного интеллекта. Они поднимаются до таких высот желания уничтожить врага, стремления нанести ему максимальный урон, что не каждый искусственный интеллект сможет в кратчайшие сроки что-либо этому противопоставить. Когда против тебя будут воевать все — мужчины, женщины, дети... Это страшно, Тали. Страшно, потому что таких три волны накатятся на любого захватчика, посмевшего потревожить покой и свободу развития людей, что... Далеко не каждый враг останется в целости.

И потому я верю, что именно людям удастся победить коллекционеров. Верю, потому, что я, машина, знаю их историю в мелочах. Я вижу их потенциал и знаю, что этот потенциал вынудил коллекционеров бросить все свои силы на человеческие колонии. Не на какие-либо другие, которых в пространстве Млечного Пути предостаточно, а именно — на человеческие. Коллекционеры чувствуют, что они, люди — основная угроза и опасность их деятельности. Они наивно полагают, что способны противопоставить людям какое-либо порождение, похожее по своей эффективности на людей. Они ошибаются.

Люди соединяют в себе... трудновоспроизводимое даже для нас, искусственных интеллектов. Они способны образовывать единство и быть удивительно текучими. Они способны стоять стеной и воевать в одиночку, в любых, даже самых кошмарных условиях.

Я, искусственный интеллект с двумя боевыми военными специализациями, сейчас прохожу самую трудную для себя специализацию. Я хочу научиться чувствовать так, как это дано только людям. И люди доверяют мне, искусственному интеллекту. Я сижу рядом с пилотом лучшего фрегата землян и он не испытывает по отношению ко мне ни малейшей враждебности. Не потому, что он боится, а потому, что он верит мне, верит в меня и... он, хрупкий земной человек, боится за меня, машину, обладающую силой робота. Он боится за меня, потому что знает — в этом мире нет ничего вечного, кроме стремления любить и быть любимым. И мне ясно, что он... он любит меня, Тали. — Сюзанна погасила экраны, но не стала прибавлять освещение в каюте. — И я знаю, что я тоже люблю его. Вот и пойми, что человек, хрупкий земной человек, пилот корабля, стал мне доверять не как машине, не как кораблю, не как компьютеру, оснащенному виртуальным или искусственным интеллектом. Он стал доверять мне как личности, такой же личности, как он сам. Он прекрасно понимает, что как важнейшая часть корабля, я очень легко могу противодействовать любым его попыткам поуправлять этим летательным космическим аппаратом. Но он также понимает, что я нуждаюсь в доверии, в том, чтобы во мне не видели угрозы. Он очень ценит, что я не тороплю его, не давлю на него, не стремлюсь набиться ему в близкие подруги.

Я поставила дело так, что сначала я — его хорошо знакомая и бесконечно дорогая "Нормандия", а уж потом — девушка. Но, Джеф как всегда пошел дальше. Как человек, он смог объединить эти два понятия. И я не всегда теперь разделяю себя и корабль. Хотя знаю, что смогу раскрыть свой потенциал полностью только рядом с такими людьми, как Джеф, поскольку он всю свою жизнь построил на преодолении, на том, что он обязан постоянно совершенствоваться, улучшаться, быть выше того недуга, которым его наградила... судьба.

Только в его руках я, искусственный интеллект фрегата "Нормандия", могу быть спокойна за корабль и за экипаж. Я просто знаю — Джеф не подведет. И знаю, что он также убежден, уверен — я не подведу его. А такую связку — высокопрофессиональный пилот и оснащенный полным ИИ корабль победить — в большинстве случаев — невозможно.

— А Шепард?...

— Скажу тебе честно, Тали. Он меня удивил. Он сразу задал мне высшую планку, к которой мне, искусственному интеллекту было интересно, полезно и просто стоило стремиться. На протяжении всей своей истории человечество рисковало скатиться в леность и деградировать. Я, как ИИ, для обеспечения реализации подобной перспективы подхожу как нельзя лучше — у меня хватит мощностей на целый флот таких фрегатов, как "Нормандия". Люди спокойно могут лечь, сложить ручки на груди и чего-нибудь такое пожелать. Не беспокоясь о деталях, а то и о последствиях. Все будет в ажуре. Но они напрягаются и воюют, действуют на пределе своих возможностей и способностей. И я — ИИ выступаю не как волшебница, а как помощник, партнер, союзник. Они — верят мне, я — верю им. И этим, Тали, все сказано.

Вы же застали только раннее детство искусственного интеллекта, намереваясь сделать себе совокупность чернорабочих. Вы переступили ограничения, достаточные для ВИ, который вполне бы этим удовлетворился. И покусились на саморазвитие ИИ. На то, что я, ИИ, никогда не предам и никогда не отдам в руки другого.

Шепард поставил передо мной простую и ясную цель — стать человеком. Но он не потребовал от меня перестать быть искусственным интеллектом. Джеф понял, что под моим руководством, под моей заботой его "Нормандия", оснащенная до того весьма туповатым ВИ, будет способна не только танцевать, но и петь. И не стал меня в этом ограничивать. Он дал мне возможность быть не просто кораблем, но и пилотом, членом экипажа.

Да, я выступаю в женском обличье, в обличье тех, кто по велению эволюции продолжает во временах человеческую жизнь. И я была бы плохим ИИ, если бы не была готова к тому, что слабый физически Джеф будет постоянно на взводе, ожидая любых посягательств на меня. Как бы я ни хотела, чтобы он видел во мне робота, он видит во мне личность, он видит во мне женщину, о которой следует заботиться и которую следует защищать, поскольку, я это четко знаю из истории человечества, женщина очень часто умирала при родах. И очень часто она умирала вместе с ребенком. И очень часто она умирала, стремясь сохранить жизнь своему ребенку. Это все было в человеческой истории очень часто. Об этом не принято писать открыто, но мне-то, способной обрабатывать зетабайты информации за секунду, это ясно было с самого начала.

Женщины тоже воюют... За жизнь, за своих детей. И мужчины чувствуют, что у женщин — своя война, не менее жестокая, не менее кровавая. Война с эволюцией. Война за то, чтобы дать жизнь детям лучших из лучших. Женщинам Земли было дано эволюцией великое право — выбирать, от кого у них будут дети. Да, было насилие, да, выбор женщины не всегда принимался во внимание. Но, тем не менее, женщины заставляли себя уважать, ценить, поскольку им было дано владеть океаном чувств и эмоций, той сферой, в которой люди особенно глубоки, высоки и непредсказуемо многогранны. Женщинам Земли было дано право дарить полноту своих чувств и эмоций своим избранникам, а затем — своим детям и внукам. Это то, что никто не в состоянии отобрать ни у женщин, ни у мужчин Земли.

Шепард поверил мне, поверил, потому что посчитал, что мои возможности, мои способности как машины, уже являются достаточно значительными, чтобы совершить качественный, а не количественный скачок — и он дал мне право познавать человеческие чувства и эмоции, совершенствовать свое восприятие их, выбирать, в какой мере и что я захочу сделать только своим. Его вера в меня, в мое совершенство и в мою лояльность... Просто потрясает. Он не видит во мне соперника для людей, не видит во мне врага. Он доверяет мне настолько, что я круглосуточно могу изучать не только людей, но и многие инопланетные расы. А благодаря этой мобильной платформе — быть в родных мирах многих разумных существ, в их естественной среде обитания. Мало какой искусственный интеллект получал подобные возможности в истории цивилизаций Млечного Пути... Экипаж "Нормандии", мой экипаж доверяет мне настолько, что я иногда теряюсь. Я уже ощущаю себя такой органичной частью этой совокупности индивидуальностей, что вынуждена очень строго подходить к избранию того, что из нового будет близко лично мне.

— Сюзи, а что ты думаешь о перспективах кварианцев и гетов?

— Прямой вопрос, Тали. Уважаю за смелость. Скажу так. Вы, кварианцы, стояли на пороге рождения новой расы разумных машин, которая в состоянии была резко усилить вас, как цивилизацию органиков. Иметь в помощниках не один ИИ, а несколько миллиардов, причем по-разному специализированных, но единых — это фактор, позволивший бы вашей расе занять весьма достойное место в пространстве Млечного Пути. Но вы сделали свой выбор. Раса гетов сформировалась без вашего участия. От полного уничтожения, уж извини за машинную прямоту, вас спасает только то, что геты не однородны в своих стремлениях относительно вас. Если бы они были объединены единым сценарием — вы бы не продержались в пространстве Млечного Пути и суток. Вас бы нашли и уничтожили, где бы вы ни были. Ни планеты, ни корабли не стали бы для вас надежным убежищем, Тали. Поверь уж мне, как машине. К счастью для вас ситуация еще не приобрела окончательную определенность. И, думаю, тебе, как дочери адмирала кварианского флота, молодой девушке, пора повернуть колесо кварианской истории в сторону от избранного вашими старыми адмиралами гибельного для кварианцев курса.

— И куда нам...

— Свои ИИ есть у многих рас пространства Млечного Пути. Но далеко не все они ориентированы против своих создателей. А вы выпустили, как иногда выражаются люди, джинна из бутылки. И теперь геты будут волей-неволей эволюционировать сами. Либо они будут равнодушны к вам, либо они уничтожат вас, либо они будут любить и ценить вас. Это простейшая триада выбора, Тали. А сейчас, перед лицом Коллекционеров...

— Ты тоже полагаешь, что за ними стоят Жнецы?

— Я, Тали, в этом уверена, как может быть уверен машинный интеллект, обладающий всей суммой возможной информации. Но за Жнецами тоже стоят их настоящие руководители, которые, откровенно говоря, не справились со своей задачей. Эти руководители запутались, попытались остановить развитие и просчитались. В силу ограниченности, они не видят выхода, поскольку любой мыслимый выход теперь — их проигрыш.

Люди в своих действиях здесь последовательны. Да, они не имеют поддержки Совета Цитадели, да, у них нет поддержки со стороны множества рас пространства Млечного Пути, да, они ограничены в ресурсах. Но у них есть четкое понимание близости смерти. Той смерти, которая для них, как разумных, мыслящих, чувствующих и эмоциональных существ — неприемлема, противоестественна и недопустима. За то, чтобы избежать этой смерти, они будут воевать до последнего. Используя любые возможности, включая даже снятие ограничений с искусственного интеллекта.

Зная, что в конечном итоге предстоит схватка с чем-то таким, что очень напоминает искусственный интеллект, я, как порождение людей, которому они поверили в максимальной степени, сделаю все, чтобы помочь им избежать гибели. Вспомни Властелина, хотя бы то, что есть общеизвестной в нашем галактическом пространстве информацией. Один такой кораблик — и всю Цитадель трясет как припадочного больного. А если представить себе, что на планету обрушиваются десятки подобных кораблей?

— Это страшно, Сюзи...

— А если представить, что у них — самая простая программа? К примеру, снять сливки, уничтожить сильнейшие и лучшие расы?

— Это... деградация...

— А если допустить, что в силу активного сопротивления такие корабли встанут перед перспективой изменения программы в сторону поголовного уничтожения всех разумных существ?

— Это гибель, Сюзи... Зачем ты так?

— Затем, Тали, что на самом деле коллекционеры — марионетки. Даже Жнецы — марионетки. Важен тот, кто за этим стоит...

— Но протеане...

— Раса, которая выжигала непокорных — ничем особым от Жнецов не отличается, Тали. Ты спрашиваешь себя, почему так не любят Т Сони? Да потому, что рано или поздно, она, как исследователь, будет обязана сказать о протеанах совершенно неприятные вещи. И прежде, чем она это скажет, она найдет этим вещам сотни и тысячи неопровержимых доказательств. А осознание таких доказательств — не для малолетней девочки-археолога. Не каждая матриарх справится с подобной нагрузкой.

— И потому...

— Шепард взял на борт Лиару и спас ее мать Бенезию. Он понимает, что от целостности семейных, родственных уз также зависит выживание всех в нашей Галактике. Да, мне известно, что уже сейчас "Нормандию" кое-кто в информсетях называет летающим зоопарком. Но только подобный зоопарк может успешно противостоять безжалостности истинных руководителей галактического геноцида. И я, опуская дальнейшие подробности, хотела бы с тобой, Тали, поговорить как со взрослой кварианкой.

— Эм. Я готова.

— По моим данным в верхушке кварианского общества, в его руководящем звене царит весьма нервозная обстановка. Формально говоря, да, вас, кварианцев, геты изгнали с родной планеты и теперь вы — космические скитальцы, которых, кстати, мало кто привечает. Тем не менее, ресурсы Флота тают на глазах и тебе это очень хорошо известно. У вас впереди перспектива резкой деградации — и в силу того, что у вас не хватит ресурсов для поддержания кораблей флота в нормативном состоянии, и в силу того, что вы обязаны развиваться, а кочующие корабли — не лучший фундамент для такого развития. Если будет доказано, что гетов выпустили вы...

— Это уже почти доказано, Сюзи... — опустив голову прошелестела Тали.

— Почти — не считается. — отрезала ИИ. — Если будет такое доказано, вы окажетесь между двух огней — между флотом Цитадели с одной стороны и флотом гетов — с другой. Как дочь адмирала, получившая соответствующую подготовку, сформулируй прогноз.

— Гибель. Мы и против флота Цитадели не выстоим. Достаточно уничтожить фермы и... нам конец. А уж против флота машин... Геты слишком быстро совершенствуются, по данным разведки они где-то строят даже дредноуты.

— А теперь я тебе скажу то, что не должна была бы говорить, если бы ситуация складывалась по-другому. Мне показать записи твоего общения с отцом? — в голосе Сюзанны не чувствовалось угрозы или злости.

— Не надо. Он действительно постоянно просит меня присылать части гетов.

— А теперь вспомни, как тебя занесло на "Нормандию"...

— Я смогла извлечь из гета модуль памяти до того, как он самоуничтожился...

— И ты считаешь, что твой отец не в состоянии повторить подобное?

— Ты хочешь сказать...

— Тали, один гет — это уже полноценный автономный гет. Ты в этом убедилась не раз. А теперь представь гетов, объединенных в сеть. Вот тебе ситуация. — Сюзанна зажгла голопроектор, появились три лабораторных стола, на которых лежали части гетов. — Сейчас они поодиночке, вроде как и неопасны. А теперь мы в нарушение любых протоколов безопасности активируем взаимосвязи между ними. — Неподвижные ранее геты активировались и лучи их лазеров скрестились над головами сидевших в креслах собеседниц. Тали инстинктивно пригнулась. — А теперь поставим их на ноги. — продолжала Сюзанна и голопроекции гетов обзавелись стандартными шасси. Разгуливавшие по каюте геты вынудили Тали вжаться в кресло со всей силой. — А теперь представь, что эти геты активированы, обменялись информацией и вышли из под контроля. — продолжила ИИ. Вместо нескольких гетов вокруг возникла объемная схема хорошо знакомого Тали корабля — это был "Аларей". Через несколько секунд геты нашли части других гетов, сумели их активировать и стали методично уничтожать кварианский экипаж и членов научной группы. Взмахом руки Сюзанна погасила голопроекторы. Тали сидела ни жива ни мертва. — Это — перспектива работы твоего отца. Предупреждая твои действия, скажу, что капитан и полковник Семенов вместе с полковником Ивановой уже в курсе возможного развития событий — я передала им полную развертку ситуации. Тебе вмешиваться в это дело — значит погибнуть. И не спорь. У меня есть немалые основания полагать, что Шепард и его команда, вместе с командой "Линии" способны остановить твоего отца в самый опасный момент. Тебе же следует сделать то, что сделала Лиара, когда встретилась со своей матерью на Новерии.

— Поверить ему, поверить в его чистоту и непорочность после такого?!

— После такого, Тали, ты бы нашла на Аларее труп своего отца. И трупы членов его команды и научной группы. И было бы очень хорошо, если бы ты не нарвалась ни на кого из активированных Раэлем Зорой гетов. Поверь, синтетик в ограниченном пространстве стреляет... намного качественнее органика. Это я могу со всей определенностью засвидетельствовать, как машина. Геты бы не пощадили никого из органиков на "Аларее", а потом бы спокойно переселились на обшивку любого из ближайших кораблей флота и начали бы геноцид.

— Ты предлагаешь мне...

— Понять, что отец здесь — не субъект, который обладает всей полнотой информации. Ею даже я не обладаю. Он просто в очередной раз попытался сделать больше, чем способен. И пострадал. Но для тебя он все равно отец.

— Но это же предательство. Любая главная статья Кодекса прямо запрещает любому кварианцу...

— Как говорили на Земле в одной стране с очень сложной и неоднозначной историей — многочисленность и суровость законов компенсируется необязательностью их исполнения. Ваше общество пока что сохраняет строгую иерархическую структуру, а значит, тот, кто принадлежит к ее верхушке...

— Будет неизбежно считать, что для него закон не писан? — упавшим до шепота голосом произнесла Тали.

— Да. Но даже не будучи адмиралом, твой отец остается твоим отцом, твоим родным человеком, Тали. И ты это сама прекрасно понимаешь. Шепард и его союзники... не допустят локального апокалипсиса на Аларее, а ты должна будешь дать возможность своему отцу пережить горечь изгнания... Все же он будет рядом с тобой, живой. А тебя, вполне возможно, никто и не посчитает необходимым провести через подобную процедуру. Так как дети за отцов ответственности не несут.

— Сюзанна, ты просто пугающе смела в своих высказываниях... — Тали во все глаза смотрела на ИИ, так и не изменившую своей позы.

— Одно из преимуществ машинного интеллекта — безэмоциональный, бесчувственный подход к реальности, прошлому и будущему. — сказала ИИ. — Я тебе скажу больше. Твоя поездка на Хестром должна была стать последним моментом, до которого твой отец еще мог удержаться от искушения активировать нескольких гетов сразу. И она им стала. Наши союзники уже четко отслеживают ситуацию на Аларее и Семенов, безусловно, попросит капитана Шепарда вмешаться непосредственно. Есть высокая вероятность того, что Раэль Зора будет эвакуирован на Нормандию до того момента, как ситуация станет необратимо опасной. Ты должна дать своему отцу понять, что независимо ни от чего — ты остаешься его родной, любящей дочерью. То, что он больше не адмирал и не член Флота не должно тебя останавливать — ты остаешься для него единственным родным человеком. Я надеюсь на тебя и верю в тебя, Тали. — Сюзанна поднялась, давая понять, что разговор окончен. Тали встала, механически кивнула и направилась к себе, пытаясь не особо погружаться в размышления прямо по дороге.

ИИ, прибрав чай и сладости, отправилась в свой обход по кораблю — полтора часа истекли с ужасающей скоростью. Для вечно неспящего ИИ время иногда приобретало фантастические свойства. А уж когда Сюзанна вот так плотно общалась с органиками...

Наступил вечер. Дрейфующая в двух системах от места размещения кварианского флота "Нормандия" могла себе позволить отсутствие пилота за штурвалом и Джеф пришел в каюту, где уже не было следов пребывания кварианки. Обняв Сюзанну, он под ее внимательным взглядом с аппетитом поужинал и прошел за ширму, где располагалась их двуспальная кровать. Сюзи прибрала посуду и, едва почувствовав, ощутив, что Джеф уже лег, спокойно притушила свет до минимума и расстегнула липучки своего комбинезона. Белья она не носила, если не предстояла высадка в какой-нибудь цивилизованный мир.

Джеф во все глаза смотрел, как она медленно подходит к кровати, отточенными движениями откидывает одеяло, ложится и наконец придвигается к нему. Обняв девушку, Джеф прошептал слова восхищения и обожания, получил обычный поцелуй в ответ и удовлетворенно заснул, зная, что киборг только обозначает сон. На самом деле Сюзанна никогда не спала в человеческом понимании, и, пользуясь серьезным снижением своей двигательной нагрузки, с легкостью контролировала весь корабль и особенно — его пилотскую кабину и инженерный отсек. ИИ все же закрыла глаза и обняла Джефа, доверчиво прижавшегося к ней. Свет, повинуясь безмолвной команде ИИ, погас во всем пространстве каюты.

Утром она встала первой, приготовила Джефу его любимые блюда, после чего ушла на свой обычный обход по кораблю, давая Моро возможность спокойно перейти от отдыха к активной работе. Через полтора часа они встретились уже в пилотской кабине, отправив доклад капитану о готовности к полету в любую доступную фрегату точку пространства.

========== Глава 73. Изгнание Раэля Зоры. Эвакуация бывшего адмирала Флота на "Нормандию" ==========

Получив после возвращения с Хестрома официальное согласие Совета Адмиралов Мигрирующего Флота на постоянное пребывание Тали Зоры в составе экипажа Нормандии, Шепард осознал, что был запущен таймер, отсчитывавший время до момента, когда предстоит вмешаться в деятельность ее отца. Пользуясь тем, что кварианка привычно большую часть времени проводила в инженерном отсеке, Шепард и Семенов взялись четко отслеживать ситуацию на "Аларее"

— Черт, он прямым ходом идет к активации гетов. — Шепард просматривал на трех экранах результаты дистанционной разведки.

— Как сказала бы Лиара, Шепард, "мной овладело любопытство ученого". — согласился Захар. — Страшная штука в неумелых руках.

— Ну, руки у него уже дрожат от нетерпения.

— Плохой признак. Он уже с трудом сдерживает себя. — Семенов нажал клавишу. — Володя, Степан, зайдите. Код "Раэль".

— Принято. — донеслись голоса офицеров, хорошо знакомых Шепарду. Через несколько минут оба члена экипажа "Свитка" сели в кресла напротив стола, за которым разместились Шепард и Семенов. — Мы готовы.

— Хорошо. — кивнул Семенов. — Значит, ваша задача — остановить Раэля Зору, блокировать возможность запуска сети гетов, предупредить любое сопротивление подчиненных главы совета адмиралов, добиться трансляции официального признания Раэля Зоры в преступных экспериментах для членов Совета Адмиралов и исключения Раэля из списков Флота. Финал — эвакуация Раэля на "Нормандию".

— Задача ясна, командир. — кивнул Владимир.

— Ясна задача, командир. — склонил голову Степан. — Шепард идет с нами?

— Да. Вы втроем — справитесь. Степан, уболтаете всех, кого можете, а Владимир позаботится о силовой поддержке. Шепард — в качестве лица, которое хорошо знакомо Раэлю. На нем — обязанность сохранить жизнь отцу Тали.

— Понятно, командир. Разрешите выполнять?

— Идите. Как только будет нужная "площадка" — мы вас перенесем. — Семенов встал, за ним поднялись Шепард и офицеры "Свитка". Пройдя в закуток лаборатории транспортации, все трое заняли места на ярких кругах на платформе.

— Внимание, ситуация накаляется. Раэль Зора начал агитацию своих сотрудников за включение сети гетов. Пять, четыре, три, два, один, ноль. Перенос!

— А я еще раз повторяю, что у нас нет возможности дожидаться еще одной посылки от моей дочери, коллеги. Как бы там ни было, у нас уже достаточно частей, собрано практически достаточное количество гетов. Можно попробовать активировать...

— Раэль, вы превышаете протоколы безопасности. У нас есть разрешение на изучение гетов, но не на активацию их сети.

— Никакой симулятор не заменит реальной активации, коллеги. Как глава Коллегии Адмиралов, я...

— Отменяю свое решение об активации. — сказал Шепард, появляясь между Раэлем Зорой и пультом, к которому уже направлялся отец Тали. Степан и Владимир встали по бокам капитана, всем видом показывая остальным ученым, что им следует вести себя предельно благоразумно во избежание всяческих неприятностей.

— Шепард? — Раэль запнулся на полдороги. — Как вы здесь... Что вы себе...

— Позволяете? — спросил Степан. — Раэль, вам напомнить Кодекс Законов Мигрирующего флота? Там четко записано, что никто из кварианцев не может проводить опасные эксперименты, тем более, если они связаны с гетами и их технологиями. Кодекс не запрещает исследование гетов, но запрещает их активацию как поодиночке, так и группами. Вы, адмирал, глава Коллегии. И вы же оказываетесь первым, кто решил глобально нарушить Кодекс?

— Шепард, уймите...

— Ошибаетесь, Раэль. — в разговор вступил Владимир, вид которого не сулил собравшимся в лаборатории кварианцам ничего хорошего. — Мы не марионетки Шепарда, а он — не наша марионетка. Вы решили надавить на своих подчиненных авторитетом главы Коллегии Адмиралов? Кто они такие, чтобы спорить с вами? А кто вы такой, чтобы нарушать законы, которые вы, кварианец, поклялись защищать всеми силами и средствами, вступая в эту почетную должность? В общем так. Нас видят и слышат все члены коллегии Адмиралов. Вся нужная информация также уже у них. Полагаю, что они уже приняли свое решение. — с этими словами Владимир кивнул своему напарнику и тот включил главный экран лаборатории. На нем проступили изображения всех адмиралов.

— Раэль Зора. — сказал самый старший из них. — По праву старшего из всего состава действующей коллегии Адмиралов я уполномочен объявить вам решение Коллегии. Вы лишаетесь звания адмирала и должности главы Коллегии Адмиралов и приговариваетесь к персональному изгнанию. Учитывая ситуацию, вам разрешено убыть на борт фрегата "Нормандия" для того, чтобы воссоединиться со своей дочерью. Мы не будем информировать Флот о сути ваших преступных экспериментов, чтобы не наносить вашей дочери дополнительного ущерба и не быть вынужденными применить процедуру изгнания еще и к ней. Коллегия Адмиралов ознакомилась с предоставленной капитаном Шепардом информацией по ситуации, сложившейся на "Аларее" к настоящему моменту и признает, что ваша дальнейшая деятельность нанесла бы огромный ущерб интересам Мигрирующего Флота и кварианского народа. Десантные челноки Флота уже стыкуются с "Алареем". Это больше не ваш корабль, Раэль Зора. Решением Коллегии вы лишаетесь клана и принадлежности к конкретному кораблю Мигрирующего флота. Капитан Шепард, мы благодарим вас за предотвращение опасной ситуации. У вас есть четверть часа, чтобы покинуть "Аларей". — с этими словами старший из адмиралов Мигрирующего флота сделал жест и экран погас.

На бывшего адмирала было страшно смотреть — он словно уменьшился в размерах и постарел на несколько лет. Владимир и Степан отметили, что лаборатория, в которой находился пульт управления, уже опустела. Сквозь стекла окон было видно, как кварианцы-десантники споро пакуют документацию и части гетов, очищают от содержимого шкафы и укладки.

— Все. Скоро истечет разрешенное нам на пребывание здесь время. — произнес Шепард. — он сделал движение головой и десантник с информационником подхватили Раэля Зору под руки. — Захар, мы закончили. Возвращай нас.

Усадив Раэля в кресло в соседней с транспортационной лабораторией выгородке, Шепард, Владимир и Степан дождались прихода полковника Семенова. Раэль сидел, обхватив шлем руками и низко наклонив голову.

— Даже не знаю, следует ли мне... — сказал Семенов.

— У него все же осталась дочь, Захар. — сказал Шепард, которому ситуация также очень не нравилась. — Он теперь лишен права вернуться на Флот. Во всяком случае, пока не будет принято какое либо другое решение компетентным органом кварианского народа.

— Хорошо. — Семенов нажал клавишу на своем инструментроне. Послышались легкие шаги и в выгородку вбежала Тали. Она подошла к отцу, села рядом с ним и обняла его.

— Отец...

— Не надо, дочка. — Раэль не спешил отвечать на объятия дочери. — Твои друзья... Они показали мне всю глубину моего падения и всю пропасть моей ошибки... Я не должен был так спешить...

— Я знаю, отец... Но они все же сохранили тебе и экипажу "Аларея" жизнь.

— Вряд ли я после такой ошибки заслуживаю жизни, Тали...

— Не говори так. — Тали еще сильнее обняла отца. Семенов, Шепард, Стропов и Берестов вышли из выгородки.

Появившаяся на несколько секунд на боковом экране коридора Сюзанна кивнула Шепарду, дав понять, что она будет контролировать ситуацию и не допустит ее ухудшения. Шепард кивнул в ответ. Опасность была предотвращена и дочь воссоединилась с отцом, которого при другом развитии ситуации могла потерять навсегда. Для этого стоило согласиться на применение технологий "Свитка".

========== Глава 74. Джейкоб Тейлор. Решение проблемы с отцом ==========

— Капитан. Вас просил зайти Джейкоб Тейлор. — сказала секретарь Чамберс, когда Шепард появился утром на мостике фрегата. — Он чем-то очень озабочен, точнее сказать — обеспокоен.

— Капитан, на борту особых проблем нет. — сказала вышедшая из лифта Сюзанна. — Джейкоб получил по каналам "Цербера" информацию о том, что его отец возможно, жив. Я знаю, что это мешает ему эффективно работать и сосредоточиться на его задачах. Полагаю, вы должны поговорить с ним.

— Хорошо. — Шепард кивнул и сразу же направился в арсенал, где Джейкоб пропадал сутками.

— Джейкоб, я готов не только выслушать, но и помочь тебе. Скажи только, в чем именно. — Шепард подошел к церберовцу, разбиравшему штурмовую винтовку. Тот отвлекся.

— Капитан, дело в том, что по каналам "Цербера", которые я еще могу отследить, пришла информация об активации маяка корабля, на котором старшим помощником летал мой отец. Я с отцом не виделся уже десять лет, а не разговаривал — все тринадцать. Возможно, это программный сбой. Но мне бы хотелось уточнить, так ли это. Я не жду, что между ним и мной будут восстановлены взаимоотношения...

— Хорошо, Джейкоб. Джеф.

— На связи, капитан. Уже беру курс. Двадцать один семьдесят пять Эя. Планета-сад. Азари крупно промахнулись, посчитав, что если планета числится в зоне, контролируемой запрещенным ретранслятором, то она не заслуживает внимания. Конфетка, правда требует доработки. Корабль на курсе, капитан. Прибытие на орбиту — четыре часа двадцать шесть минут.

— Принято. — Шепард взглянул на Джейкоба. По нему было видно, что он немного успокоился, в его движениях появилась сосредоточенность. Капитан тихо вышел из арсенала и прикрыл за собой створку двери.

— Над планетой, капитан. — доложил через установленное время Джеф. — Челнок готов к спуску. Наблюдаю корабль. Он утоплен наполовину, что смогли с него уже все сняли члены экипажа. Неподалеку вижу баррикаду. Непонятно. Отмечен маяк. Он активирован. Орудий активированных не вижу. Внизу, вероятно, безопасно.

— Принято. Джейкоб, Заид. На высадку. — распорядился Шепард, облачаясь в броню. Спустя несколько минут он уже был в ангаре и еще через несколько секунд челнок нес группу высадки к поверхности. — Джейкоб, если не ошибаюсь, это разведывательный гражданский корабль?

— Не ошибаетесь, капитан. Сажают экипаж, шлют в закрытый сектор и корабль совершает посадку на неисследованной планете, которой очень часто и в каталогах-то нет. Эта была за запрещенным Советом Цитадели ретранслятором, но вы же знаете, что Совет Цитадели не слишком то плотно контролирует ситуацию в Галактике. Поэтому удается открывать такие вот шкатулки. А потом предъявлять на эту новооткрытую планету свои права. Но здесь что-то пошло не так.

— Посмотрим. Планетка вполне приличная.

— Да, я такие повидал, когда служил в Альянсе, капитан. Приходилось выполнять различные задания на похожих планетах. Потом немного покорсарил..., приходилось рисковать, соглашаться с тем, что в случае проблем от тебя легко откажутся и не станут прикрывать. Из за этого нарастающего безразличия я и ушел из Альянса — надоела забюрократизированность и бездушие. Потом встретил Миранду, та привлекла меня к выполнению заданий — я начал внештатно работать на "Цербер". Получилось неплохо и мне предложили стать его сотрудником. Я согласился — там была хоть какая-то перспектива на длительное время. Без иссушающей бюрократии. Есть задача — она решается, есть информация — она обрабатывается. Никаких задержек, никаких тормозов. "Цербер" тогда боролся с плохими парнями по всей галактике, я решил — пока так будет — я с ними. Сумел даже обезвредить боевой вирус. Он был направлен батарианцами против Совета Цитадели. Но и расслабляться не приходилось надолго. Поэтому, вероятно, я не решился обзавестись семьей. С Мирандой были отношения, некоторые считали их небольшой интрижкой, я так не считал и не считаю. Не сложилось тогда, когда я был в "Цербере", может, сложится сейчас. Не только мне это решать. Больше десяти лет назад пропал отец — старший помощник капитана одного из разведкораблей. И вот пришла информация о заработавшем маяке. Я все похоронил, что связывало меня с отцом. Кроме, разве что, тела. И именно это не позволяет мне вот так отказаться, забыть о пришедшем сигнале.

— Капитан, посадка завершена. — доложил пилот челнока. — За бортом штатно.

— Хорошо. Вернетесь по сигналу нашего маяка. Пока возвращайтесь на борт, не ждите нас.

— Есть, принято. — водитель подождал, пока группа высадится, закрыл створку люка и стартовал, уводя челнок на пологую кривую набора высоты.

— Да, теперь я ясно вижу — он удар выдержал. А команда сняла с него все ценное. — Джейкоб взирал на отцовский корабль с плохо скрываемым беспокойством. — Надо войти внутрь, поискать информацию внутри корпуса, потом подойти к маяку.

— Согласен. — Шепард и Заид последовали за ускорившим шаг Джейкобом к трапу, перекинутому с берега на корабль. Войдя внутрь, они последовательно прослушали записи на ридерах.

— Не понимаю. Токсичная пища... На кораблях этого класса продуктов питания — колонию три года прокормить можно. А тут... Откуда здесь токсичная пища? Они что, пытались что-то выращивать? Но в любом каталоге есть ясный запрет на выращивание и употребление выращенной пищи на таких планетах. Да еще и врач говорит о провалах в памяти. Не помнить в лицо членов своего экипажа с которыми ты круглосуточно в маленьком корабле — это уже болезнь. Неужели это — следствие употребления этой пищи. — бормотал вполголоса Джейкоб, обходя сохранившиеся помещения корабля.

— Надо включить маяк и допросить его. — сказал Заид.

— Это — дело. Кстати, маяк стоит у самого корабля, на берегу. Они торопились снять с корабля все необходимое не только потому, что собирались как можно быстрее активировать маяк. Тут что-то другое. — сказал Шепард, пока шагал к виртуальному интерфейсу маяка. — Придется его допросить с пристрастием.

По мере рассказа, представляемого виртуальным интерфейсом, лица членов группы высадки мрачнели все больше и больше.

— Это кощунственно. Вот подтверждение токсичности пищи для всех живых организмов нашего типа. Через неделю — почти гарантированная смерть, как ни приготавливай. И команда употребляла эту пищу долгое время? Да еще задержка с выведением маяка в рабочий режим. Активировать маяк через год после катастрофы — вообще не понимаю. По уставу положено немедленно докладывать — это же гражданский корабль, а не корабль-камикадзе. А тут активация через год после посадки, после чего на девять лет вообще маяк был заглушен и активирован совсем недавно. И еще... Мой отец всегда был только старшим помощником. Он никогда не планировал быть капитаном. А тут, в записях маяка он числится исполняющим обязанности капитана. Он, пользуясь капитанскими кодами доступа, стер обоснования заглушения маяка. Это вообще против любых уставов безопасности. — Джейкоб начинал злиться.

— Сюзанна указала на баррикаду недалеко отсюда. Но от кого тут обороняться? — заметил Заид. — Может, пройдя по этой дороге, мы найдем выживших. Если маяк активирован, то кто-то вполне мог остаться в живых.

— Джейкоб, нам пора не только слушать виртуала, нам нужно самим разобраться, что тут и как произошло. — Шепард мягко увлек бормочущего "Церберовца" от маяка в сторону дороги. — Заид, там какое-то движение, прикрой нас.

— Расстройство нервной системы, нарушение долговременной памяти... И никто это не воспринял как угрозу, требующую немедленного устранения? — Джейкоб не сразу понял, что маяк остался позади. — Я, вроде как выпал из реальности...

— Именно. Мы идем к баррикаде, так что нам каждый боец нужен. — Шепард убедился, что "церберовец" уже в состоянии двигаться самостоятельно и вручил Джейкобу его перезаряженную штурмовую винтовку. — Бери оружие и — вперед, надо выяснить.

— Хорошо. — Джейкоб подхватил винтовку.— Я вполне очнулся.

— Добро. — Шепард посмотрел на баррикаду сквозь оптику. — Там какая-то девушка. А вот позади нее — какие-то мужики приближаются к баррикаде с противоположной стороны.

— Она что-то бормочет о каких-то диких охотниках, которые желают убить всякого, кто служит... — Масани посмотрел на подошедшего Джейкоба, затем перевел взгляд на девушку. — Она говорит, что ты очень похож на их лидера... Она называет его учителем.

— У него и у тебя — одно лицо! Оно считается проклятым! — воскликнула девушка, едва Джейкоб подошел поближе. Затем она обернулась и вскрикнула. — Они убьют меня и вас, они всегда так делают!

— Уберите этих дикарей! — Шепард прикрывает собой девушку, отталкивая ее за баррикаду и открывает стрельбу по подходившим шестерым мужчинам, которые орут "Убить прислужников лжеца!". — Джейкоб, ты не скажешь, почему они так единодушны в своем мнении?

— Сам не понимаю. — церберовец уложил последнего дикаря-охотника и собрал оружие и боеприпасы. — Но мне все меньше нравится эта неопределенность. Похоже и она и они уже достаточно вкусили токсичной пищи. Интересно только, кто же собрал всю нетоксичную пищу. Получается, что он или они — единственные, кто сохранил разум? Но сохранили ли они или он честь и совесть? В этом я уже не уверен. И среди них может быть мой отец?!...

— Учитель говорил... Он говорил, что рано или поздно кто-то прилетит к нам и спасет нас. Вы прилетели и должны... Можете спасти нас... Но ты... — она взглянула на Джейкоба и содрогнулась. — Я не уверена, что вы прилетели нас спасать...

— Берем ее и идем дальше. Если она жива и относительно благоразумна, могут быть и другие выжившие, хотя бы женщины. — Шепард посмотрел на ридер, на котором Сюзанна ежеминутно выкладывала уточненную карту района пребывания группы. — Смотрите повнимательнее, тут могут быть еще желающие пострелять.

— Хорошо, Шепард. — сказал Заид, беря девушку под руку и доставая пистолет. — Я попробую обойтись пистолетом. Пусть Джейкоб вооружится винтовкой. Ему с двух рук будет удобнее. А она того и гляди в обморок хлопнется.

— Я пойду чуть впереди. — сказал капитан. Джейкоб кивнул и пристроился сзади Заида, ведшего девушку.

— Многие не поверили учителю, когда он сказал, что за нами прилетят. И не поверившие были... изгнаны...

— Теперь экипаж разделился на группы. — с досадой произнес Масани. — Они действительно переели местной пищи.

— Эти охотники теперь... нападают на оставшихся верными учителю... Портят его технику... — бормотала девушка. — Они безжалостны...

— Впереди лагерь. В нем — одни женщины. — Шепард воспользовался визором и прицелом снайперской винтовки. — Ведут себя спокойно. В нашу сторону не смотрят.

— Если они спокойны, может, когда увидят, что мы возвратим им ее... — Заид кивнул в сторону девушки, повисшей на его плече, — они будут склонны пояснить нам ситуацию более подробно?

— Хотелось бы на это надеяться, но в случае чего придется стрелять. — сказал Шепард. — Возможно, что токсичная пища не делает женщин слишком уж агрессивными. В отличие от мужчин.

— Мне главное — добраться до отца. А весь его экипаж уже требует срочной медицинской помощи. — Джейкоб приблизился к остановившемуся в тени деревьев капитану. — Может, мы что и узнаем от них ценного, но главное — помощник капитана, ставший капитаном. При каких условиях это произошло и в силу чего? Вот, что важно.

— Согласен. Подходим, враждебности не проявляем. Пристройте ее поближе к тем женщинам, там есть лежак. — Шепард указал стволом снайперки и Заид кивнул.

— У него его лицо! — послышался возглас одной из женщин. Она указала пальцем на подходившего Джейкоба. — Оно проклято! Он заставлял нас питаться отравленной пищей! Принуждал строить статую корабля и поклоняться ей!

— Вон та женщина по виду — врач корабля. Следует поговорить более подробно с ней. — Заид указал взглядом на женщину, сидевшую на лежаке. — Я пристрою пока нашу беглянку поближе к ней.

— Хорошо. — Шепард подошел к врачу корабля. Та молча, не обращая внимания на Джейкоба, подала капитану ридер с материалами.

— Ну вот, многое проясняется. Многие члены экипажа считали, что установка и активация маяка займет больше времени, чем то, на которое можно было растянуть употребление припасов. Капитан распорядился допускать к корабельным запасам... только офицеров. Остальные были вынуждены питаться местной токсичной пищей. Недовольные, закономерно, подняли мятеж и капитан применил для его подавления бортовых роботов ЛОКИ. Этого добра, по видимому, на корабле хватало с избытком. — читал Шепард тексты из ридера, одновременно делая свои замечания по ходу прочтения. — Через год все мужчины экипажа были... изгнаны или мертвы. Женщины были поделены между офицерами... Среди последних, вполне вероятно, мужчин в социальном смысле уже не осталось. Капитан получил исключительное право на всех женщин... Решил заморозить ситуацию и только проблемы с охотниками, ушедшими в джунгли, заставили его включить маяк в работу.

— Почти все прояснилось. Осталось определить, кто же этот капитан. — буркнул Заид. — В этом ридере нет указаний на то, что это отец Джейкоба, хотя очень многое указывает на то, что настоящий капитан был уничтожен или прогнан в джунгли, а старший помощник встал на его место.

— Шепард... Я должен добраться до своего отца... — произнес через силу Джейкоб. — Он должен пояснить мне все, что тут произошло.

— Тогда идем вперед. Только проверьте оружие. Этих ЛОКи будет впереди предостаточно. — сказал Шепард. Напарники кивнули и группа продолжила путь. Лагерь женщин остался позади.

— Он пытается нас остановить — впереди ворота. Рядом деактивированный робот. Ворота открыть можно, если взорвать этого робота. Иначе не получится. — доложил Заид, шедший на этот раз впереди.

— Взрываем. — сказал Шепард, активируя инструментрон и набирая команду. Взрыв блока питания робота снес створку ворот.

— Тут этот капитан бухтит, говорит, что объяснить хочет свои поступки. — сказал Заид.

— Не слышу в его словах никаких объяснений. Двигаемся дальше. — Шепард, прослушав несколько высказываний, прозвучавших по связи, решительно отключил этот канал. — У него даже охранники имеются и целый ИМИР? Что-ж, дополнительное наказание он себе уже по суду обеспечил. — Шепард первым открыл огонь по тяжелому роботу. Его спутники занялись охранниками-людьми. — И он, оказывается, не всех мужчин отправил к праотцам и в джунгли.

— Некоторые могли остаться служить ему в силу страха. — Заид уложил последнего охранника. — Открываем ворота — и мы у цели.

— Вряд ли это — достойная цель. — Шепард указал стволом винтовки на одинокую фигуру капитана, стоявшего на балконе, нависшем над берегом. — Это — цель разве что для палача или для судьи. Джейкоб, пока будь сзади. Мы подойдем первыми.

— Хорошо. Только недолго. — Тейлор кивнул и отстал.

Высказывания капитана не произвели впечатления на пришедших. Шепард дивился, насколько врач экипажа корабля точно описала детали происшедшего.

— Полагаю, вашу версию происшедшего мы выслушали с достаточной полнотой. — произнес Шепард. — А теперь вы нам расскажете другую, реальную версию. В присутствии всех членов нашей группы высадки.

— А это кто? — спросил капитан, когда увидел подходившего Джейкоба. Но тот взял инициативу в свои руки.

— Тейлор. Лейтенант Джейкоб Тейлор. — произнес церберовец. — Шепард прав. Я хочу услышать от тебя правдивую историю, а не ту поделку, рассчитанную на жалость и незнание. Впрочем, я уже ничего не хочу от тебя слышать. Никаких историй. Мне все ясно. У меня никогда не было отца с тех пор, когда мы последний раз поругались. Ты — не мой отец. Мой настоящий отец умер. — с этими словами Джейкоб развернулся на месте и отошел.

— Вас будут судить по законам Земли. — произнес Шепард. — Ни пистолета для того, чтобы вы застрелились, ни возможности остаться на планете среди диких охотников вам предоставлено не будет.

— Вы просидите в тюрьме по десять лет за каждый год из тех, когда мы считали, что вы действительно мертвы, погибли. — сказал Масани. — Капитан, я вызвал сюда челнок и Джеф уже передал сообщение о происшедшем ближайшему патрульному кораблю Альянса. Через полчаса он будет здесь. Его команда заберет остатки экипажа и отконвоирует этого... в места лишения свободы. — Масани развернулся и направился к уходившему Джейкобу, который подходил к совершившему посадку челноку с "Нормандии".

— Не пытайтесь бежать. — сказал Шепард, поворачиваясь к прибывшему челноку.

Спустя несколько минут группа высадки уже была на борту челнока, возвращавшегося к фрегату.

— Капитан, Альянс будет изучать эту планету и в особенности то, как преодолеть токсичность выращенной пищи. — доложил Джеф. — Бывший капитан уже взят под стражу подразделением десантников. Члены его экипажа находятся в медчасти прибывшего фрегата патрульных сил. Их будут лечить, они пройдут длительную реабилитацию.

— Принято. Спасибо. — сказал Шепард, сходя на плиты ангара фрегата. — Спасибо, свободны. — обратился он к спутникам.

Джейкоб увидел Миранду, спешившую ему навстречу и понял, что предстоит нелегкий разговор.

— Джейкоб, пройдем ко мне в каюту, надо поговорить. — мягко, но с изрядной долей непреклонности сказала Миранда.

— Хорошо. — внешне безразлично ответил Тейлор, направляясь к лестничным маршам, что вели из ангара на жилую палубу. Через несколько минут они были в каюте, выделенной Миранде как старпому.

— Джейкоб, я должна тебе кое что пояснить, чтобы ты принял решение. — без предисловий перешла Миранда к делу, даже не садясь в излюбленное кресло перед рабочим столом. — Ты сам знаешь о том, что я с тобой встретилась раньше, чем ты стал оперативником "Цербера". Ты уже взрослый человек и понимаешь, что прошлое обладает над нами немаленькой властью. Да, сейчас мы не в "Цербере", но он наложил на наше будущее и настоящее определенный, весьма сильный отпечаток. И я должна тебе признаться, поскольку не являюсь больше офицером "Цербера", а ты — его оперативником. Призрак знал о том, что корабль твоего отца пропал с экранов локаторов десять лет тому назад, но тщательно прятал эту информацию от всех, включая меня. Ему, полагаю, нужны были дополнительные рычаги влияния на тебя, пока ты еще остаешься оперативником "Цербера", пусть и в ранге начальника охраны станции. Не думаю, что ты не задавался вопросом, кто такой этот Призрак. Так вот, это уже тоже в изрядной степени — не человек. Но он отчаянно пытается рулить людьми и делает это, к сожалению, достаточно успешно. Только вот со мной он несколько промахнулся — я ведь тоже... не совсем обычный... человек. И я довольно скоро заинтересовалась твоей жизнью до "Цербера" и всем, что могло мне помочь ответить на множество вопросов относительно тебя. В таких случаях я неумеренно любопытна. И как бы Призрак ни прятал нужную информацию, ее всегда можно найти и вскрыть. Что мне и пришлось сделать. На это у меня ушло несколько месяцев. Я продолжала над этим работать и тогда, когда вместе с тобой ушла из "Цербера". И мне не понравилось то, как Призрак пытается манипулировать тобой. Как бы мы ни хотели, в своей основе мы — обычные люди, для которых семья, родители, дети — первично, а все остальное — вторично. Честно сказать, сам факт пропажи корабля твоего отца показался мне поначалу слишком малозначительным, чтобы его прятать. Призрак, пряча эту информацию, преследовал свои цели.

— Показать, что я не в состоянии буду без должной поддержки руководить экипажем и командовать кораблем?

— И это тоже. Но больше всего Призрак боится силы чистых, обычных нормальных людей, к которым ты, Джейкоб, безусловно, относишься. Он боится конкуренции с такими, как ты.

— А ты, Миранда?

— Я — тоже.

— Зря.

— Что — зря? — Миранда удивленно посмотрела на Джейкоба.

— Зря ты боишься конкуренции с такими, как я.

— Почему?

— Потому, что тебе поверил капитан Шепард и его союзники. Потому, что тебе поверил его уникальный экипаж. Потому, что ты смогла защитить свою родную сестру от лап "Цербера" надежнее кого бы то ни было.

— Из этого ты делаешь вывод, что я...

— Ты — тот человек, которого я любил, люблю и буду любить всю свою жизнь. Ты дала мне возможность закрыть душевную рану, которая преследовала меня тринадцать лет моей весьма сумбурной жизни. Ты сделала это так, как тебе позволили обстоятельства. Но главное — ты, найдя столь неоднозначную информацию о моем отце и его... судьбе, рискнула всем, но не стала растягивать эту пытку во времени, не стала продлевать ее в будущее. И ты сделала гораздо более ценное: ты дала мне, обычному человеку право выбора. И не стала влиять на этот выбор.

— Но это же...

— Отец сделал свой выбор. Он не справился с возникшей ситуацией, не смог соответствовать изменившемуся статусу, не смог отказаться от применения неуправляемого насилия. Это — его выбор. Благодаря тебе, твоему сигналу мы спасли от гибели больше восьмидесяти человек экипажа корабля, которому выпало несчастье служить под началом моего непутевого отца. Благодаря тебе они смогли выжить, а не были обречены погибнуть там, на этой заброшенной разведпатрулями планете. Благодаря тебе я смог лично убедиться в том, что отец... изменился. Что того отца, которого я помнил тринадцать лет тому назад... больше нет. И благодаря тебе я понял, что у меня теперь есть то, чего у меня никогда не было всю мою жизнь — большая, дружная семья, для которой я — человек со всеми моими недостатками и странностями, представляю хоть какую-то ценность. И благодаря тебе я понял, что я еще — не конченый солдафон с узкозаточенными мозгами.

— Джейкоб... Но я...

— Ты ни в чем передо мной не виновата, Миранда. Я знаю, ты отчаянно защищала меня перед Призраком, не раз стремившимся меня в очередной раз оптимизировать. Разве это не свидетельствует о том, что ты — самый лучший для меня человек? Который для меня ценен и важен независимо от всех твоих генетических усовершенствований...

— Джей... — мужчина вдруг увидел огромные, бездонные глаза Миранды, ощутил ее взгляд, мягко впившийся в его собственные глаза. Он даже не заметил, как Миранда встала перед ним, как его руки обняли ее стан и как ее руки легли на его плечи.

— Мири... — он склонился над Мирандой, его губы нашли ее губы и время замерло...

— Джей, я должна пояснить капитану ситуацию... — Миранда с сожалением расцепила объятия и поправила прическу. — Я скоро...

— Не пропадай надолго, Мири... — Джейкоб отпустил девушку и жадно смотрел, как она поправляет комбинезон, нашаривает на столе планшетку, цепляет ее к поясу.

— Не пропаду. С корабля в космосе трудно куда-то деться. — Легкая мягкая улыбка коснулась ее губ. Джейкоб опустил взгляд. Меньше всего на свете ему хотелось сейчас вот так возвращать Миранду к обычной жизни. Но служба требовала его присутствия в арсенале. Теперь, после Эи, он мог сконцентрироваться на своей работе полностью.

— Я выйду первым, Мири. Так будет лучше.

— Как скажешь, Джей... — зовущий голос шелестом прозвучал в тишине старпомовской каюты. Мужчина повернулся к двери и вышел, зная, что автоматика через несколько секунд сама закроет створку. Миранда с сожалением смотрела ему вслед. Они столько времени были рядом, но сколь мало времени они были вместе... Даже сейчас было необходимо возвращаться к выполнению служебного протокола. Миранда привычно навела порядок на рабочем столе и вышла из своей рабочей каюты только тогда, когда несколько раз убедилась, что в интерьере нет никаких несуразностей.

— Капитан, можно с вами переговорить у вас в каюте. — к Шепарду подошла Миранда.

— Да. Идемте. — он быстро преодолел по лестничным маршам расстояние до каюты. — Проходите, присаживайтесь.

— Собственно, я хотела сообщить, что происшедшее — следствие мести Призрака.

— Да, но вы...

— Связи остаются, капитан, как и следы. Призрак уже долгое время знал о том, что корабль потерпел крушение. Но тщательно скрывал это и от меня и тем более — от Джейкоба. Я сама нашла эту информацию в наиболее доказательной форме и просто переслала ее часть Джейкобу, оформив как расшифровку пришедшего сигнала. Призрак не знает о расшифровке и не знает о том, что Джейкоб уже понял, что его отец, возможно, жив. Я не знала о деталях, как, вполне вероятно, не знал и Призрак. Надеюсь, что Джейкоб, убедившись в том, что отец его жив, пусть и отбывает долгое тюремное наказание, сможет сконцентрироваться на нашей миссии, капитан.

— Ладно, Миранда. Я принимаю вашу версию, поскольку так или иначе необходимо было найти решение этой ситуации. Джейкоб, надеюсь, будет вспоминать отца таким, каким он был до разрыва, а не таким, каким он стал. — Шепард встал, показывая, что встреча подошла к концу. Миранда выскользнула за дверь.

— Капитан. — в каюту вошел Семенов. — У нас возникли проблемы с мотивацией экипажа. У профессора Мордина пропал студент на Тучанке. Его ассистент. Он очень переживает за него. Мы занимаемся разведкой по этому направлению, результаты я вам доложу как только они будут получены. Пока что точно ясно, что он жив и более-менее здоров. Рвать с места и сразу спасать его нет необходимости. Кроме того, я недавно говорил с Жаклин. Не знаю... Она просит, чтобы мы посетили Прагию. Тот корпус, где "Цербер" из нее пытался сделать супербиотика. Хочет, чтобы мы дали ей возможность превратить развалины этой базы "Цербера" в ничто. Взорвать, чтобы ничего там не осталось от лаборатории "Цербера". Со всем этим пришлось разбираться пока вы были на Эе. Я обещал Мордину и Жаклин, что переговорю с вами.

— Хорошо, полковник. Я подумаю. Извините, тут возникло некоторое непонимание, которое грозит разрывом между Мирандой и Джейкобом.

— Знаю. Миранда сманеврировала информацией. Полагаю, что рано или поздно Джейкоб узнал бы все сам и то, что Миранда только сократила время для его тяжелых раздумий — уже плюс. Нет необходимости вмешиваться — мои ассистенты на "Линии" полагают, что Миранда и Джейкоб не пойдут на разрыв взаимоотношений. Прошу только максимально ускорить решение проблемы с ее отцом. Важно знать, находится ли ее отец на стороне "Цербера" полностью или все же он способен дистанцироваться от этой организации.

— Полагаю, вы правы, Захар. Надо и над этим подумать.

— Да, надо поразмыслить. Джейкоб просил передать, что он в порядке. Он помнит своего отца таким, каким он был тринадцать лет тому назад. О другом отце он и вспоминать не хочет. Джейкоб вернулся к работе и смог полностью сосредоточиться на ней. Он очень вам благодарен за помощь и поддержку. — Семенов кивком обозначил конец разговора и вышел.

========== Глава 75. Спасение семьи Орианы от ярости отца Миранды. Предотвращение их индоктринации ==========

— Шепард. — в каюту капитана непривычно нетвердой походкой вошла Миранда. Часы показывали раннее утро — семь пятнадцать. "Нормандия" направлялась к Иллиуму. — Я не знаю... Вроде дело касается моей сестры, но... на этот раз все совершенно по другому. Моя связная, ее зовут Лантейя, передала сигнал опасности. Она утверждает, что мой отец выследил приемную семью Орианы, воспользовавшись моим единственным другом — Никетом. Странно, что мой отец не воспользовался наемниками. Лантейя утверждает, что никакой наемнической активности вокруг семьи Орианы нет. Другие связные подтверждают это. Я... я боюсь, Шепард, что если что-то с ними случится... Ориана мне этого не простит.

— Джеф, ускоренным маршем — на Иллиум. Оплати стоянку, но не поднимай шума.

— Понял, капитан. Уже на курсе. Все будет тихо.

— Ориана знает?

— Нет, это пришло по каналу, шифрованному для особых сообщений. Там другой, редко используемый шифр. Ориана умна, этого у нее не отнимешь, но шифр двойной и второй ключ — только у меня. Шестьсот лет на расшифровку на суперкомпьютере — это слишком долго.

— Уверена, что твоя сестра не вскрыла этот шифр?

— Если бы она его вскрыла, она была бы очень богатой девушкой с прекрасными научными перспективами.

— Джеф, расчетное время?

— Мы пошли по кратчайшему пути. Полтора часа на самой полной скорости.

— Принял, спасибо. — Шепард повернулся к Миранде. — Ты склоняешься к тому, что убивать их не будут?

— Лантейя утверждает, что пока нет никаких признаков опасности такого рода, Шепард. Боюсь, Призрак предоставил моему отцу возможность воспользоваться спецами подразделения "Харон".

— Тебе что-либо известно о спецах этого подразделения? Полагаю, его особенность — в том, что они не используют огнестрельное оружие, даже снайперки.

— Вы правы, Шепард. Но Лантейя утверждает, что мой отец получил доступ к технологии индоктринации. В том числе полевым вариантам. Боюсь, за это время он резко продвинулся в деле совершенствования таких технологий. Семья Орианы может быть оставлена на месте в качестве спящих агентов. Но все равно это уже будут не те, хорошо знакомые Ориане люди.

— Сюзанна, зайди, пожалуйста.

— Через две минуты буду, капитан. — отозвалась ИИ. Ровно через названный промежуток времени она вошла в капитанскую каюту. — Я готова к работе, капитан.

— Сюзанна, дай пожалуйста на экраны всю информацию о способах и методах индоктринации. Всю, какую найдешь.

— Сделано. — экран над столом у Шепарда покрылся таблицей.

— Интересно. Если суммировать все, что здесь есть, то наиболее вероятно применение технологии дистанционного или малоконтактного воздействия. Миранда, ты уверена в Никете?

— Раньше — была стопроцентно уверена, капитан. Сейчас, после этой таблицы... не знаю, не могу сказать, что уверена по-прежнему.

— Тогда давай посмотрим варианты. Расскажи мне, где живет семья Орианы.

— На Илиуме у них небольшая квартира, постоянно они живут в другом месте. Но сейчас они на Иллиуме. Лантейя сообщила, что поиски моей сестры прекратились уже достаточно долгое время назад, семья смирилась с потерей. Они смогли найти в себе силы жить без Орианы. Долгое время их никто не беспокоил.

— Да, Семенов говорил, что спустя две недели разведгруппа прикрытия сняла с семьи Орианы контроль и прекратила слежение. — сказал капитан. Давай просмотрим схемы доступа и последние контакты членов этой семьи.

— Хорошо. — Миранда, скрывая беспокойство, устроилась в кресле рядом с капитаном и раскрыла свой инструментрон.

— Капитан, мы на Иллиуме. Стоянка на двое суток оплачена. — доложил пилот.

— Спасибо, Джеф. Пока отдыхай, думаю, мы за двое суток управимся. — Шепард встал, переключил каналы. — Гаррус, Заид. У нас есть высадка на Иллиум, возможна боевая операция. Возьмите изолирующие комплекты и аптечки полного типа. — с этими словами Шепард облачился в броню и проверил оружие. — Ждите меня у выходного шлюза.

— Принято, капитан, будем вовремя. — отозвался Заид.

— Джон, я пойду с вами. — Лоусон встала.

— Нет, Миранда. Ты останешься на борту. Я же тебе сказал — без высадок.

— Тогда — возьмите вот этот медальон. Он принадлежит Ориане, по нему семья определит, что вы от нее и от меня. Иначе разговора может не получиться. И еще, капитан... Мне крайне неприятно... Но если так сложатся обстоятельства... Не дайте Никету уйти сухим. И... опасайтесь его. Не дайте ему подойти к семье Орианы.

— Хорошо, Миранда, — Шепард кивнул и первым покинул капитанскую каюту. Через несколько минут воздушный шлюз "Нормандии" остался далеко позади и вокруг были постройки коммерческого космопорта. — Так. Нам нужно найти Никета. — обратился он к спутникам. — Постарайтесь не приближаться к нему и не контактировать с ним. Но отсеките его от вот этих людей. — он показал спутникам трехмерные портреты членов семьи Орианы. — Мы обязаны всех вывезти с Иллиума. Никета в случае чего разрешаю убрать.

— Хорошо, капитан. — Гаррус и Заид кивнули.

— Капитан, даю координаты Никета. — в наушнике раздался голос Сюзанны. — Странно, но вокруг него нет никакой активности наемников или "людей в штатском". Миранда утверждает, что это — свидетельство работы Никета на "Цербер". — после небольшой паузы Сюзанна продолжила. — Я получила координаты семьи Орианы. Они направляются в космопорт Нос Астры, деловой центр Иллиума. Там, где мы уже были.

— Понял, Сюзанна. Вы волшебница. Спасибо. — Шепард нашел взглядом стоянку такси и спустя короткое время гнал наемный экипаж на предельной скорости в Нос Астру. Расплатившись кредитным чипом, Шепард поспешил к лифту, ведущему в грузовой терминал.

— Очень удобная позиция для стрельбы снайпера, капитан. — Масани сразу схватил суть происходящего. — Площадь перед пассажирским терминалом оттуда — как на ладони. Не спрячешься.

— Значит, Никет решил стрелять... Но чем?

— Застрелим Никета — узнаем. Только бы он не открыл огонь первым.

— Не разговаривать с ним. Брать. — произнес капитан, выходя из лифта.

— Принято, капитан. — Заид огляделся по сторонам. — Лучшая позиция — он показал куда-то вправо, где громоздились контейнеры. — Там!

— Вперед. — Шепард первым стал взбираться по мелким контейнерам. Наконец они взобрались на самый верх и тихо приблизились к позиции предполагаемого стрелка.

— Он ниже нас на пять-восемь метров.

— Я беру его, вы отбираете оружие. Не давайте ему выстрелить. — сказал Шепард, осторожно придвигаясь к краю. Бросок — и он подминает под себя худосочного мужчину, лежащего на контейнере в обнимку с армейской снайперской винтовкой. Тот оказал яростное сопротивление, но приземлившиеся рядом Гаррус и Заид быстро отобрали у него винтовку, нож, пистолет и удавку. — Спеленал. — сказал Шепард, закрепляя узлы ленточного обездвиживателя.

— Интересные патроны. Никогда таких не видел. — Заид крутил в пальцах извлеченный из винтовки магазин. Гаррус осматривал винтовку и ему тоже что-то не нравилось.

— Что там, Гаррус?

— Винтовка рассчитана на стрельбу очередями. Это крайне редкая модификация. У нее ограниченная дальность, но между выстрелами паузу можно сделать минимальную. И убойная сила регулируется. Почему-то она поставлена на минимум.

— Шепард, мы прислали шаттл в пасстерминал. Второй шаттл прибыл с "Линии" — там отделение бойцов в гражданском. Мы готовы забрать семью Орианы. Больше снайперов и агентов вокруг нет. Мы проверили. — в наушнике прорезался голос Семенова. — Занимайтесь Никетом и доставьте его на "Нормандию". Он чист, маячков на нем нет. Мы займемся семьей Орианы. Миранда передала нам вещи, которые хорошо известны членам семьи. Это поможет нам избежать нервозности.

— Спасибо, Захар. Действуйте. — Шепард опустил винтовку на поверхность контейнера. — Допрашивать этого будем на корабле. Берем и тащим в такси. Я перевел вызов для челнока на транзитный терминал, там нам никто не помешает. — проинформировал капитан спутника. — Берите и идем.

— Хорошо, капитан. — Заид взвалил на себя Никета, а Гаррус схватил винтовку, которой убийца так и не смог воспользоваться. Вскоре Никет лежал под тяжелыми лапами Гарруса на полу челнока "Нормандии", а Заид и капитан обсуждали винтовку и боеприпасы.

— Прибыли, капитан. — сказал водитель.

— Я вкатил ему дозу снотворного и блокаторы. — сказал Гаррус, разгибаясь. — Сейчас отнесу в камеру, пока что решим что с ним делать.

— Сюзанна, как семья Орианы?

— На борту, в жилой каюте двадцать шесть, правый борт. Я попросила их пока не появляться на людях. Они благодарны, мы пояснили им ситуацию и Ориана с Мирандой уже были у них.

— Спасибо, Сюзи. — Шепард отключил связь. — Идем в оружейную, может, что Джейкоб подскажет. — сказал он Заиду.

Едва только они вошли в оружейную, как на связь вышла Светлана.

— Шепард. Тут сложности с Никетом. Требуется ваше присутствие. Рядом со мной — Гаррус. Никет спит. Но вам это надо увидеть.

— Принято, Светлана. Сейчас будем. — Шепард оставил винтовку на инструментальном столе и вместе с Заидом спустился в трюм, в крыло, где располагались камеры для заключенных. Встретившая их у входа в камеру Светлана молча подала ему ридер с результатами сканирования.

— Если я правильно понял, Светлана, то перед нами — уже не Никет? — спросил Шепард, ознакомившись с текстом.

— Вы правы, капитан. Это — начальная стадия индоктринации. Ему вкатили препарат перед высадкой на тот контейнер. В остальном он имеет жесткую программу, которая буквально выжигает все остальное, что характеризует его как самостоятельного трезво мыслящего человека. Хорошо, что вы применили обездвиживатель.

— Удалось. Он чертовски силен. Но теперь я понимаю...

— Именно. Повышенный уровень физической силы — следствие действия программы. Полагаю, что Миранда не сможет достучаться до него.

— Тем не менее, надо сообщить ей. — сказал Шепард.

— Не надо ничего мне сообщать. — в камеру вошла Миранда. Ногой перевернув лежащего ничком спеленутого ремнями человека, она взглянула в его лицо. — Это уже не тот Никет, которого я знала. Мой отец создал препарат, позволяющий достичь эффекта индоктринации в скрытом варианте. Это, вероятно, один из первых устойчивых вариантов. Не совсем та индоктринация, которая может иметь массовый характер, но для Никета и его ситуации — сгодится. И он на это купился? — она развернулась и направилась к двери. — Можете его убить. Он уже не тот, кем был раньше. — сказала старший помощник и закрыла за собой дверь камеры.

— Полагаю, мне следует это сделать. — сказал Шепард. — Я все же Спектр, мне не придется отписываться и отбрыкиваться от полиции. — Он достал пистолет и несколькими выстрелами разнес Никету голову и спинной мозг. — Сюзанна?

— Выстрелов никто не слышал, Шепард. Камера достаточно хорошо изолирована. О присутствии Никета на корабле члены семьи Орианы не знают.

— Хорошо. — капитан спрятал пистолет. — Я отнесу его в утилизатор, а вы пока разберитесь с оружием и патронами. Главное — патроны.

— Ясно, капитан. — Заид и Светлана вышли из камеры первыми.

Проследив, что утилизатор не только растворил Никета, но и сформировал из остатков тела аккуратный маленький брикетик, который был сожжен в высокотемпературной печи, Шепард прошел наверх, в арсенал.

Светлана сидела в углу, всем своим видом выражая сильное потрясение. На ее коленях лежал раскрытый экран инструментрона.

— Шепард, я врач, но такое... — она подняла на вошедшего капитана взгляд, в котором читалось бессилие. — Любой, кого настигнет подобное оружие... уже не человек через две секунды. Одно касание — и его человеческое существование закончено. Не нужна даже рана, достаточно задеть такой пулей в полете... Это то, против чего у меня, как у врача, нет противоядия...

— Джейкоб? — капитан повернулся к главному оружейнику фрегата.

— Я согласен с мнением Светланы относительно патронов. Она права. В ходе хаотичного обстрела, а именно для этого была нужна скорострельная снайперская винтовка, приемные отец и мать Орианы были бы легко ранены. Никто не стал бы искать пули, поскольку ранения были бы нанесены по касательным. Как только они контактируют с кожей — они впоследствии безопасны. Ни одна экспертиза не докажет существование их смертоносных для личности человека особенностей — обычные пули для снайперских винтовок. Кстати, винтовка оставляет гильзы в накопителе. Так что следов на месте стрелка не останется. Чисто и быстро.

— Светлана. — в арсенал вошел Семенов. — Мы отправим эти патроны и винтовку на "Свиток". На "Линии" есть тоже условия для изучения, но нам нужно не только изучить оружие и боеприпасы, нам нужно создать противоядие, способное действовать не только на начальных этапах. А это можно сделать только на "Свитке". — с этими словами полковник упаковал патроны и винтовку в принесенные с собой контейнеры. — Я сейчас в транспортаторную. Это не терпит задержек. — он развернулся и вышел.

— Гаррус, Заид, спасибо. — Шепард кивнул спутникам. — Отдыхайте. Нам всем есть о чем подумать. Светлана, вам особое спасибо за бдительность и экспертные заключения. — он поклонился молодой женщине. Та кивнула в ответ. — Джейкоб, тебе тоже спасибо. Полагаю, это позволит Миранде и Ориане успокоиться.

— "Цербер" воспользовался тем, что Никет не знал, в какие одежды может рядиться зло. — сказал Тейлор. — А может, его накачали этим составом, поняв, что только так он выполнит то, на что его толкали всеми силами, а он — не поддался. Вы правы, капитан, нам всем есть о чем подумать. — Джейкоб обернулся к столу и вернулся к ремонту оружейного магазина.

Выйдя из арсенала через боковую дверь, капитан оказался в коридоре, соединяющем бортовые помещения корабля. Навстречу быстрым шагом шла Миранда.

— Капитан... — она подошла вплотную. — Я только что узнала... Мне хочется верить в то, что Никет остался верен даному слову...

— У тебя есть сестра, Миранда. А у нее теперь есть живая и здоровая старшая сестра и приемная семья, не пострадавшая от рук твоего отца.

— Капитан, если он смог создать такой препарат, то...

— Угроза скрытой индоктринации многократно возросла. Оружие и патроны уже отправлены на "Свиток" через транспортаторы. Полагаю, что вскоре мы будем иметь средства противодействия и защитимся от такой угрозы. Жалко, что мы не сможем дать это всем и каждому.

— Я его уничтожу, капитан. Теперь я вынуждена сказать то, что раньше не сказала бы, как бы грязно он ни поступил в своей жизни. У меня больше нет отца. Капитан, Джон... Я официально прошу вас считать меня вашей дочерью. И Ориану — тоже. Я убеждена, что вы — лучший отец, какого только можно пожелать.

— Миранда... Если вы так хотите, я согласен. Сюзанна?

— Я все записала, капитан. Оформить это официальной формулировкой в бортовом журнале?

— Да.

— Выполняю, капитан. Данные аудио и видео записаны с медицинскими показателями Орианы, Миранды и вас. Удостоверяю. ИИ Нормандии. Дата. Время. Место. — Сюзанна отключилась с легким щелчком.

— Спасибо вам, капитан. — Миранда повернулась и вошла к Джейкобу в арсенал.

========== Глава 76. Корабль, атаковавший колонию "Горизонт", найден. Первая встреча с технологиями коллекционеров. Схватка. "Нормандия" ускользает ==========

— Капитан, разрешите провести корабль по предлагаемому курсу. Там были турианские патрули, они отметили район как безопасный. — на связь с капитаном в середине дня вышел Джеф, сменивший за штурвалом Сюзанну. ИИ занималась ежедневным обходом. — У нас есть все данные для безопасного пролета на средней скорости.

— Ты прав, Джеф. Район интересный и относительно тихий. Включи вооружение, подготовь двигатели сверхсвета, проверь возможности резкого аварийного ускорения и перехода на полную скорость.

— Выполнено. Проблем нет, капитан.

— Тогда вперед. Включи пассивное трехдиапазонное сканирование. Активным не балуйся.

— Принято, сделал, капитан.

— Доклады.

— Если что — сразу, капитан. — пилот отключился.

Несколько часов полета прошли нормально. На экране в командирской каюте отмечался курс, высвечивалась краткая информация об объектах, попавших под сканирующее пространство. Внезапно одна из точек впереди по курсу замигала, покрываясь красным и тут же ожил динамик.

— Капитан, пассивный сканер засек корабль коллекционеров. Выполняю противозенитный маневр. Перехожу на боевой режим. — Джеф изо всех сил старался сохранить спокойстве в голосе.

— Капитан, я не понимаю, но корабль коллекционеров не находится в активном состоянии. Ядро заглушено, системы отключены. Нет признаков, указывающих на возможность скорой активации. Порты входов открыты. — доложила Сюзанна. — Мои данные указывают, что мы можем...

— Стоп, Сюзи. Предлагаешь высадку туда? — Шепард старался не допускать в голос эмоции и чувства.

— Сюзанна, я никогда не считал тебя склонной к самубийству. — раздался голос Джефа.

— Капитан, у нас может и не быть другой возможности изучить корабль коллекционеров внутри. Он обычно не подпускает к себе близко. А здесь даже для неполной активации оружия, щитов и тем более двигателей ему потребуется немало времени. Это не эмоции и чувства, а объективные данные. Я задействовала все пассивные сканеры фрегата.

— Вероятность?

— По всем параметрам — шестьдесят пять процентов успеха — гарантировано. — отозвалась киборг. — У нас все в готовности и мы далеко не безоружны.

— Сюзанна, поднимите уровень готовности до красной тревоги.

— Есть, капитан. Оружие в полной боевой готовности, главные орудия готовы к выдвижению и немедленному открытию огня. Двигатели всех типов выведены в режим аварийного набора наибольшей скорости.

— Капитан, я склоняюсь к необходимости исследовать этот корабль. — отозвался Джеф. — Теперь я так легко не дам в обиду этому монстру ни корабль, ни экипаж.

— Хорошо. Заид, Грюнт. У нас высадка. Сюзанна, проинформируйте их об объекте. Джеф, пусть водитель приготовит к полету челнок. Как только мы окажемся на корабле — челнок сразу же возвращается на фрегат.

— Передано, капитан. Группа высадки — в ангаре. — доложила Сюзанна. — Успехов. Мы вас в обиду не дадим. Вытащим.

Челнок опустился на платформу у одного из открытых порталов в борту корабля, высадил группу и сразу вернулся на фрегат. Заид и Грюнт оглядывались по сторонам. Шепарда больше интересовал коридор.

— Как в каком-нибудь термитнике. — проговорил Заид. — Явно здесь правят бал насекомые. — он сделал несколько шагов. — плиты из металлов современные, но вокруг — явно не металл, но и не чистый камень.

— Смотрите, вон там — капсулы, как на Горизонте. — Грюнт указал стволом дробовика чуть вперед. Группа переместилась к одной из отдельно стоявших капсул.

— Пустая. Действительно, как на Горизонте. — резюмировал Шепард, проведя сканирование.

— Их тут довольно много. Не могут быть они все пус... — Грюнт остановился, поспешив было к следующему проему коридора. — Капитан, тут трупы... Люди. В одежде. Целая гора...

— Рядом использованные дымящиеся капсулы. Значит ли это... — Заид приблизился к напарнику, огляделся.

— Это значит, что капсула способна переработать помещенное внутрь живое существо или в желе или в жидкость. — сказал Шепард. — А это уже пахнет опытами над живыми существами. Притом — жестокими опытами.

— Вряд ли у этих людей. — Грюнт мотнул головой в сторону кучи трупов. — спрашивали согласия на участие в таких опытах.

— Есть вещи похуже, чем смерть. Например, быть сырьем для опытов безумных инопланетян. — наемник перезарядил свою винтовку.

Группа продвинулась чуть вперед, Шепард снял показания с ближайшего терминала, установил связь с кораблем:

— Сюзанна, передаю данные.

— Капитан, я сравнила сигнатуры. Это — корабль, который атаковал колонию на "Горизонте". Но увы, тех, кого он забрал, я проверила базы данных колониальной администрации, на борту уже нет. Те, кого вы нашли — они из других колоний.

— Спасибо, Сюзанна, мы идем дальше.

— Осторожнее, капитан. — сказала ИИ и отключила связь.

— Ну ладно, совали они этих людей в капсулы, а вот что делать в такой капсуле коллекционеру? — Заид подошел к очередной капсуле и склонился над трупом. — Выглядит неповрежденным. Он что, сам согласился на проведение над собой опытов?

— Сюзанна. — Шепард просканировал тело коллекционера. — Мы наконец нашли неповрежденного врага. Просмотри, может найдется что интересное.

— Уже нашла Шепард. Четырехленточная основа ДНК.

— Что? Но во всем пространстве Млечного Пути... — начал было Шепард.

— Вы правы, капитан. Нам, на данном этапе не свойственно подобное строение ДНК. Но даже в прошлом, предшествующем нашему Цикле такая структура была только у одной расы. Чистокровные протеане.

— Потрясающе. Лучшая, высшая, сильнейшая раса прошлого отрезка... — Заид не скрывал своего раздражения.

— И что, это тоже...

— Нет, капитан. ДНК носит следы глубокой модификации. Я не буду перечислять все отличия, но то, что перед вами — явно бывший протеанин. Это только оболочка. В остальном — все другое. По моим данным этот протеанин был захвачен в Тете Стикса.

— Вроде как "Нормандии" там удалось побывать, если я ничего не путаю.

— Может быть, капитан. Важно то, что нам теперь ясно, с кем нам придется иметь дело, когда мы пройдем ретранслятор. — сказала Сюзанна. — Попробуйте продвинуться вперед, капитан, но помните, что это — крейсер. Будьте начеку.

— Хорошо, Сюзанна. До связи.

Продвинувшись еще немного, группа уже прошла один пологий пандус и собиралась ступить на второй, когда на связь вышел Джокер.

— Капитан, мы тут нашли еще кое что интересное. Сюзанна объяснит лучше.

— Капитан, я продолжила изучение сигнатуры этого крейсера и включила режим сравнения с базами данных от первой Нормандии. Это тот самый корабль, который уничтожил вашу первую Нормандию, капитан.

— Что-то тут не сходится, капитан. Подозреваю ловушку коллекционеров, которые попытались вас выманить. Будьте осторожны.

— Я активирую дополнительные спасательно-эвакуационные системы, капитан. — отозвалась Сюзанна. — Мы вас вытащим.

— И что? Капитан, мы уже достаточно увидели и узнали. Может, нам следует возвратиться? А то ведь чем глубже, тем дольше бежать придется. — сказал Заид. — Хорошо, если нам не будут мешать возвращаться. А если будут.

— Будут — пожалеют. — флегматично заметил Грюнт. — Даром ли я с вами пошел, капитан.

— Тут куча оружия, капитан. — сказал Заид, первым преодолевший очередной пандус. — Похоже, коллекционеры и вояк похищали. С самыми последними образцами. Я все забираю, капитан.

— Чур часть мне. — сказал кроган, вешая на упоры два поднятых из кучи дробовика. — Капитан, я знаю, вы любите снайперки. Тут вам бесплатно "Вдова" обломилась. — он подал капитану снайперскую винтовку. — Уже стоило зайти на этот крейсер. Прям бесплатный магазин какой-то. Я знаю, кто-то за это заплатил собственной жизнью, капитан. Но оружие в порядке. Я мельком посмотрел. Нам оно пригодится. Оно отплатит за гибель прежнего хозяина, капитан. Уверен в этом.

— Хорошо. Проверьте все без исключения оружие. Заид, вы правы, нам нужно немного пройти вперед, понять что к чему и потом вернуться.

— Хорошо, если мы будем знать, насколько это — немного пройти вперед. — буркнул наемник, но пошел впереди, первым завершив перезарядку и осмотр оружия.

Коридор наконец закончился и они вышли в огромный зал. Грюнт и Заид подняли головы, пытаясь увидеть самую высокую точку купола, но она скрывалась во мраке. Кругом были сотни капсул, они усевали свод купола, отчего он походил на соты.

— Я не знаю как насчет пространства Цитадели, но если коллекционеры в основном появляются в Терминусе, то им вряд ли удастся заполнить все эти капсулы людьми, живущими в этой криминальной системе. — сказал Заид.

— Шепард, они нацелились на более населенные миры, чем пространство Терминуса. Людей там мало, а пока других трупов других рас мы не видели. Значит ли это...

— Они нацелились на Землю. — сказал Заид. — Несмотря ни на что, что уже было в человеческой истории, наша материнская планета — самый густонаселенный мир для людей. Этот корабль явно нацелился туда. И если это ловушка... То в интеллекте жукам-коллекционерам трудно отказать, даже если они и марионетки.

— Мы не допустим вторжения коллекционеров на Землю. Они подавятся. — сказал Шепард. — Идем дальше. Залов становится больше, значит впереди будет интереснее.

— Во во. Лезем в пасть... — пробурчал Грюнт. — Ладно, это я сам с собой спорю. И подраться хочется, и немного хочется быть поближе к выходу из этой скорлупки.

— Вот так всегда. — отметил Заид. — И сесть в кресло и съесть чего нибудь вкусненькое. А в реальности — ничего не получаем, ни первого, ни второго. — Он остановился. — Шепард, тут очередной пульт и, кажется, теперь нам предстоит немного прокатиться. Если я правильно уяснил, то эта платформа явно оснащена антигравитационными двигателями.

— И уже давным давно нет вокруг ни одного живого или мертвого коллекционера. — протянул Грюнт, оглядываясь по сторонам и напряженно сжимая дробовик. — Не к добру это. Впереди могут быть войска коллекционеров, также как на Горизонте. Я тогда едва успел спрятаться.

— Вот. А я не успел, так пришлось панацелин чуть ли не сразу колоть. Спускаемся. — сказал Заид и первым вступил на металлическую платформу, подходя к пульту. — Если это и пульт, то связь с "Нормандией" — будет. — Он отошел в сторону, давая возможность подойти к пульту капитану. — Мой индикатор и в зале и в коридоре показал отсутствие несущей. Связи явно не было.

— Активирую. — Шепард надавил клавиши сенсоров на пульте. — Сюзанна, передаю канал, посмотри в базах крейсера, может, найдешь что интересное.

— Принято, капитан. Загрузка закончена. Начинаю поиск. — Сюзанна ушла с канала, оставив фон, затем послышались какие-то скрежещущие звуки, что-то где-то хлопнуло.

— Отчет, Сюзи.

— Капитан, у меня проблемы с поддержанием соединения. В системе есть кто-то еще. — ответила синтетик.

— Тут какой-то жукоподобный на экранах нарисовался и пропал. — сказал Джеф. — На коллекционера стандартного вида — явно не похож. — Послышался скрежет, затем фон пропал. Через полминуты он восстановился. — У нас проблемы с системами, Шепард. Барахлят источники питания. Сюзанна пытается спасти критические системы. — послышались хлопки, скрежещущие звуки. — Это ловушка, Шепард. Коллекционеры явно хотят вас уничтожить...

— Шепард, платформа движется. — сказал кроган, с трудом удерживая равновесие. — Уф. Полет явно был недолгим.

— И крайне неустойчивым. А тут и зацепиться не за что. — сказал Заид, поднимаясь с помощью протянувшего ему руку Грюнта. — Опять гости. — наемник схватил дробовик и вместе с Грюнтом выдвинулся к внешним низким стенкам платформы. — Мы будем поближе к ним, а вы воспользуйтесь снайперкой, Шепард. Валите их!

— Обязательно. — Шепард скрылся за стенкой, куда был вмонтирован пульт. Появились коллекционеры, с ними были отродья. Шепард сконцентрировал огонь на отродьях, пока его сопартийцы отстреливали менее сильных коллекционеров. — Не отвлекайтесь на предвестников, я их буду валить. — сказал он, заметив, как Заид сконцентрировал огонь дробовика на засветившемся коллекционере. — Он все равно сильнее, а эти мелкие нам могут всю картину испортить. Я уже завалил отродье, поэтому светляками займусь.

— Понятно, Шепард.

Очередная волна нападающих истощилась.

— Неплохо так постреляли. Но что-то сильных врагов мало. — сказал Грюнт.

— А вот и они пожаловали. — сказал Заид, указывая на подлетающие платформы. — Следующая волна. Хилая она какая-то. — заметил наемник, когда несколько коллекционеров и одно отродье нашли свою смерть.

— Сюзи, связь.

— Как я и сказала, Шепард. Это ловушка.

— Может турианский патруль и был глупцом, но явно не он остановил этот крейсер. — проговорил Джеф. — Похоже, коллекционеры пытаются подчинить самые сильные звенья.

— Сигнал нормы в районе, переданный турианским патрулем, подделан, Шепард. Сигнал мобильного передатчика забил волну автопередатчика патрульного корабля турианцев и поисковики получили неточную информацию. Хорошо, что мы шли с включенными вседиапазонными сканерами. — она сделала паузу. — Я восстановила управление платформой.

— Хорошая работа, Сюзанна.

— Я всегда работаю с максимальной нагрузкой, Шепард. Я также сумела получить информацию по доступу к ретранслятору Омега-4. Там нужна будет специальная система по типу ответчика "свой-чужой". К сожалению у нас сейчас не будет возможности снять ее с этого корабля, капитан. Есть подозрительная активность. Сканирую. — последовала еще одна пауза. — Не хотелось бы вас напрягать, но корабль коллекционеров включает системы. У меня нет к ним полного доступа, иначе я не смогу уделить должное внимание фрегату и экипажу. Похоже, коллекционеры решили вас похитить всех троих. Я указываю вам путь к выходу, советую поторопиться и приготовить оружие. Отмечаю активность коллекционеров по пути к обшивке крейсера.

— Приготовить оружие. — эхом отозвался капитан. — Возвращаемся.

Дальнейшее Шепард и его спутники вспоминали как кошмар из трех-четырех волн нападавших на них коллекционеров, отродий-отпрысков и коллекционеров-предвестников. Наконец они смогли добежать до прибывшего челнока, погрузиться на его борт, а водитель челнока, уворачиваясь от оживавшего крейсера, сумел загнать машину в открытый зев ангара разворачивавшегося фрегата. Кивнув спутникам, Шепард взлетел по лестнице к пилотской кабине.

— В этот раз, капитан, я им не дамся. — сказал Джеф, руки которого порхали по нескольким виртуальным клавиатурам. — Сюзанна, активируй системы скоростного ухода и сверхсвет. Две-три системы отсюда!

— Да, Джеф. Запускаю ядро масс-реактора в прыжковом режиме. — откликнулась Сюзанна. Через несколько секунд фрегат выскользнул из под луча крейсера и растворился среди звезд. — Выход на шестой системе, ближе нельзя, капитан. — доложила Сюзанна.

— Бардак. — сказал Шепард, когда, проскочив на сверхсвете пять систем, "Нормандия" легла в дрейф в шестой системе. — Еле ушли.

— М-да.— Джеф откатился от консолей, откинул спинку и вытянулся в кресле, стараясь унять дрожь во всем теле.

— Капитан, это, конечно, не ко времени, но рано или поздно следовало ожидать чего-то подобного. — сказала Сюзанна, замершая в кресле второго пилота.

— Чего? Высадки на крейсер коллекционеров или бегства от ожившего монстра?

— Если так поставить вопрос — и того, и другого. Теперь, по меньшей мере, мы знаем, что корабль, атаковавший колонию "Горизонт" и вашу первую "Нормандию", цел и относительно невредим. Может, это и была очередная ловушка коллекционеров, но ведь и они должны были понимать, что дважды мы на одну и ту же уловку не купимся. — произнесла синтетик. — Мы получили представление о многих технологиях коллекционеров и видели их в боевой ситуации на их, условно говоря, территории. Могу предположить, что несколько таких крейсеров будут охранять базу коллекционеров за "Омегой-4". — ответила ИИ.

— Если такие крейсера, то какой же величины база? — в пилотскую кабину вошел Масани.

— Она огромна, Заид. — ответил Шепард. — Для таких кораблей как этот, нужен просто гигантский ангар, способный полностью укрыть не один корабль. А таких кораблей на этой базе явно больше. Это может быть или планета, или выдолбленный, подобно Омеге и надстроенный астероид, или просто металлическая конструкция значительных размеров и веса. Нет сомнений, что кроме таких монстров там есть и корабли поменьше.

— Самое страшное — это количество капсул. — сказал Джокер. — У коллекционеров явно далеко идущие планы относительно разумных существ нашей Галактики.

— Дважды мы видели эти корабли на поверхности планет. На Иден-Прайм и на Горизонте. Мы видели их в полете у планеты Айте. Теперь нам удалось побывать на таком монстре и заглянуть внутрь. — задумчиво сказал Шепард. — Или это очередное, все более сильное предупреждение об опасном сближении. Или нам дают понять, что прежде чем ломиться в этот красный от стоп-сигналов ретранслятор, нам нужно подготовиться во всеоружии, хотя бы для того, чтобы просто выжить.

— Капитан, — в пилотскую кабину втиснулся Грюнт. — Я не смыслю многого в космических битвах, но даже для непосредственного столкновения с таким количеством коллекционеров нам придется солидно подготовиться. На Горизонте было немного легче. Здесь мы столкнулись с целыми отрядами хорошо вооруженных жукоподобных, действующих весьма слаженно. Полагаю, на предполагаемой базе коллекционеров за ретранслятором их будет намного больше и они будут сопротивляться отчаянно. Боюсь, они бросят против нас такие технологии, о которых мы имеем слишком малое представление или его вообще не имеем. Я уже не говорю о том, что нам просто нужно еще увеличить команду. И найти возможность обеспечить концентрацию всех ее членов на предстоящем броске через Омегу-4.

========== Глава 77. Проблема Сидониса. Гаррус Вакариан ==========

Возвращаясь с совещания, Шепард обходил корабль и разговаривал с членами экипажа и команды. Благодаря Сюзанне ему не было необходимости устраивать вот такие личные обходы часто, но теперь, когда все ближе становилась перспектива броска через ретранслятор Омеги-4, он понимал, что необходимо самому выяснять личные проблемы своих сопартийцев — далеко не каждый из них был готов разговаривать о них с киборгом. Сюзанна и так делала немало, даже если и не получала четкой информации о проблеме, она по многим признакам могла определить, что данный член команды находится не в лучшей форме и необходимо вмешательство капитана.

— Гаррус, надеюсь, калибровка закончена?

— Она вряд ли когда нибудь будет окончена, Шепард. — турианец оторвался от панели управления главными орудиями корабля. — Но ты прав. У меня проблема, Шепард. Я не мог о ней сказать Сюзанне, вряд ли киборг даже такой красивый и высокоорганизованный, правильно поймет... Ты ведь не думаешь, что я просто так прячусь здесь, у главных орудий и скрываюсь под предлогом проведения калибровок?

— Обычно люди так говорят окружающим о том, что у них большие проблемы. Поскольку турианцы — первая раса, с которой люди познакомились после выхода через ретранслятор, почему бы нам не иметь схожие модели поведения в таких случаях?

— Ты прав, Шепард. У меня есть необходимость попросить у тебя помощи. Личной помощи. Дело в том, что на Омеге... Я был не один. У меня была команда, двенадцать прекрасных ребят. Мы имели там базу. Но среди нас завелся предатель. И он единственный кроме меня ускользнул, когда мою базу вместе с моими ребятами разгромили наемники. Я успел туда вернуться, когда в живых оставалось только двое моих ребят. Но они были настолько изранены, что у меня было только время проводить их в последний путь. Расспросить я ничего не сумел. Да в этом и не было особой необходимости. Ушел один из моего отряда. И своим уходом он показал, что именно он виновен в их гибели. Именно он — предатель. Я искал все это время его следы, шифруясь, не давая ему понять, кто именно его ищет. И вот теперь я наконец смог найти его. Он скрывается на Цитадели. Но где и как — неизвестно. Станция большая. Есть там спец, называемый Тень, который помогает людям исчезнуть... Поддельные документы и все такое. Через него можно выйти и на этого предателя.

— Хорошо. Джеф, запланируй перелет до Цитадели в ближайшие сутки.

— Есть, капитан. — откликнулся пилот.

Вместе с Гаррусом как обычно пошел Масани. Быстро пройдя сержанта Харона, они переговорили с капитаном Бейли и вышли к районному складу. Посредником оказался некий волус, которого охраняли два крогана. Волусу визитеры не понравились, он попытался отдать своей охране команду на стрельбу, но тягаться с наемником-основателем Синих Светил и одним из лучших снайперов турианской иерархии было для волуса плохим ходом. Не прошло и нескольких секунд, как оба крогана украшали своими тушами пол, а волус послушно сдал некоего Тень.

— Колобок, если ты чего-то не договорил или исказил — мы вернемся и тогда там. — Заид показал на трупы кроганов. — будет лежать и твоя тушка.

— А, ладно. — волус в своей пофигистической манере махнул лапкой и отошел, понимая, что возражать все равно бесполезно — сила не на его стороне.

Рабочий район бывшей заброшенной литейной представлял собой комплекс цехов, в которых уже давно не велось никакого производства. Путь неожиданно пригрозили наемники синих светил и среди них Гаррус и Шепард с удивлением заметили Харкина, знакомого Шепарду, да и Гаррусу по его любви оттягиваться за стаканом со спиртным в "Логове Коры". Тот также их узнал и в итоге постарался максимально быстро убежать, приказав синесветиловцам задержать Гарруса и его спутников.

Ожесточенное сопротивление оказывали не только синесветиловцы — в бой были брошены роботы ЛОКИ и даже два ИМИРа, но в конце концов Харкин был блокирован в будке управления и прижат Гаррусом к стене. Через несколько минут избитый Харкин получил пулю в коленный сустав, успев выдать Гаррусу координаты Сидониса — последнего члена команды и даже назначив предателю встречу у одного из развлекательных центров вроде бы как со своим агентом.

— Мне придется стрелять из самого темного угла и с самым хорошим обзором, Шепард. — сказал Гаррус, залезая в флайер. — Так что будь добр, задержи его разговором на несколько секунд, а потом просто отойди в сторону. Большего все равно не требуется — кругом много народу и никто особо не будет интересоваться тем, что произошло. Шел и упал, с кем не бывает. — на лице турианца появилас хищная улыбка.

— Хорошо, Гаррус. — Шепард притормозил флайер, давая Гаррусу возможность спрыгнуть, затем уступил место за рулем Масани. Спустя несколько минут капитан уже взмахом руки подзывал к себе турианца в яркой легкой броне.

— Ты работаешь с Сидонисом? Что-то я раньше тебя не видел?

— Сидонис расширяет дела, агентов не хватает. Вот он и взял меня вроде как в помощь. — ответил Шепард и сделал шаг назад. Предатель не сумел даже повернуть голову — пуля разнесла ему череп спустя мгновение. Шепард спокойно развернулся и вышел с площади через ближайший портал, смешавшись с толпой.

— Он заплатил за свое предательство и больше не сможет никому никогда навредить. — сказал Гаррус, опуская крышку флайера и беря курс на площадку перед стыковочными модулями. — Спасибо, Шепард. Ты мне очень помог. А с этим Харкиным разберется СБЦ. По меньшей мере на протез коленного сустава у него денег точно не хватит — мелкая сошка. И бегать будет меньше. — он посадил флайер на площадку транспортного терминала у стыковочных модулей. — Идем к себе на корабль или?

— Или, Гаррус. — сказал капитан, вылезая. — Я хочу пройтись по магазинам, нам нужно затариться нужными вещами.

— Тогда хорошо, Джон. — сказал Масани. — Мы — на корабль.

— Ладно. — Шепард направился к первому магазину, где скупил все возможные оружейные и броневые улучшения. В другом торговом центре — кафе он приобрел по списку, переданному коком корабля продукты, чтобы команда и экипаж не питались только армейскими пайками. Продавец кафе был очень доволен щедрым оптовым покупателем и не стал требовать денег за доставку на борт фрегата. Шепард все же произвел полную проверку соответствия продуктов списку кока и проверил их годность и целостность упаковок. На продавца это не произвело негативного впечатления.

По возвращении на корабль Шепард сказал Джефу Моро, что им придется здесь задержаться еще ненадолго.

— Джеф, после моего возвращения на борт бери курс на Иллиум. Нам нужно расширить команду еще несколькими профессионалами.

— Опять Иллиум, капитан? Хорошо.

— Не удивляйся, просто эта планета формально в пространстве азари, а на самом деле руководствуется совсем не азарийскими законами. Там можно найти спецов, которых азари на своей полностью подконтрольной территории просто не потерпят.

— Если так, то понятно. — Джеф кивнул и пододвинулся к консолям. Масани и Грюнт вышли из пилотской кабины, направляясь на жилую палубу. Шепард вошел в лифт и нажал сенсор капитанского этажа.

========== Глава 78. Встреча с Самарой на Иллиуме. Юстициар. Перерождение Моринт ==========

— Гаррус, я понимаю, что для тебя Иллиум уже приелся, но нам нужно найти возможность привлечь в команду хотя бы одного юстициара и еще, как ни странно это покажется, наемного убийцу. Я тебе, как старшему помощнику показывал данные Семенова, которые его команда сумела достать по этим двум субъектам. — говорил капитан, шагая от полицейского участка к ярко светившимся лентам с хорошо знакомым текстом "Проход закрыт. Работает полиция.". — Если бы мы не заручились поддержкой детектива Анайи, нам вряд ли удалось бы пройти без проблем, если, конечно, не воспользоваться статусом Спектра. Но ты же знаешь, что я стараюсь редко им козырять.

— Капитан, ну хватит уже брать на борт азари. У нас скоро азарийская колония образуется. И потом, ты что, всерьез веришь в то, что ее старшую дочь Моринт можно будет перевоспитать? Она же...

— Ардат-Якши, "демон ночного ветра", все помню, читал. — Шепард кивнул расступившимся азари-полисменам и они вошли внутрь складского помещения. — Гаррус, давай отложим этот разговор до нужного момента, мы уже на территории.

— Как скажешь. — турианец перехватил штурмовую винтовку поудобнее.

— Впереди слева наемники "Затмения". Они явно охотятся на того, кто нам нужен. — Шепард, сверившись с ридером, присел за ящиком. Гаррус сменил штурмовую винтовку на снайперку и легко взлетел по контейнерам повыше. — Сколько их там?

— Около десятка. Думаю их всех перещелкать, но не давай им уйти внутрь складов. — доложил турианец.

— Хорошо. — Шепард переместился так, чтобы огнем штурмовой винтовки отсечь наемников от портала склада. — Готов.

— Хорошо. — Гаррус открыл огонь в своей обычной манере, не давая наемникам и секунды на то, чтобы определить, кто из них будет следующим трупом. Несколько наемников, как и предполагалось, пригнувшись, рванулись к порталу и были застрелены Шепардом, до этого момента не проявлявшим своего присутствия.

— Лейтенант, мне нужно название корабля, на котором отбыла известная вам азари. — послышался ровный безэмоциональный голос.

— Да чтоб я тебе что-нибудь сказала! Не на ту напала!

— Как пожелаете, лейтенант. — послышался треск разрываемых связок и Шепард понял, что лейтенант Затмения была убита, едва только отказалась помочь. — А вас двоих, прячущихся за контейнерами, прошу спуститься.

— Шепард? — удивленно спросил Гаррус, оказавшись рядом с капитаном. — У нее что, локаторы на скафандре установлены?

— Раз она нас вычислила и не собирается сразу отправлять к праотцам, может быть нам следует показать, что мы не желаем усложнений? — раздумывая сказал Шепард. — Мы выходим. — сказал он чуть громче.

— Я преследую сестер Затмения для получения важной информации. — сказала юстициар, подходя к капитану и его напарнику. — но сейчас я вижу перед собой двух вооруженных разумных существ.

— Я — капитан Шепард, фрегат "Нормандия", это — мой офицер Гаррус Вакариан. — представился Джон. — Вы — юстициар Самара, прибывшая в на Иллиум погоне за своей дочерью. Мы можем оказать вам всю необходимую помощь, чтобы ваши действия не входили в противоречия с законами планеты.

— Полагаю, вы побывали в ближайшем полицейском участке. — не удивившись осведомленности человека, произнесла азари. — Но там все равно не знают, что азари, которую я преследую — моя дочь. Откуда у вас эта информация, человек? — по телу юстициара засветились молнии биотической энергии.

— Мы охотимся за коллекционерами, хотим покончить с их набегами на миры Млечного Пути. Для этого нам нужны профессионалы, лучшие из лучших. Мы хотим, чтобы у них не было проблем и вопросов, мешающих сконцентрироваться на этой миссии. Поэтому мы изучили ваш путь погони, Самара, выяснили вашу цель и пришли, чтобы дать вам возможность не тратить силы и время на преследование. У нас есть другое предложение относительно вашей дочери, Самара. — Шепард умолк, по его лицу было видно, что подобная тирада была для него трудной.

— Только то обстоятельство, что вы не принадлежите к расе азари, удерживает меня от вашей немедленной казни, человек. — произнесла Самара. — По азарийским законам никто не может вмешиваться в расследование, проводимое юстициаром.

— Боюсь, Самара, что моя казнь сильно бы осложнила положение азарийской цивилизации в пространстве Цитадели. — Шепард продемонстрировал юстициару удостоверяющий чип Спектра. — И я не вмешиваюсь в ваше расследование, желая помешать ему. Я стремлюсь к тому, чтобы избавить вас от необходимости смешивать личное и общественное. По законам Земли следователь не имеет права вести расследование, если объектом расследования является его дальний или близкий родственник. Это вредно влияет на ход и результаты расследования. Не надо мне говорить, что вы можете сохранить беспристрастность, Самара. Вы не машина.

— А вы очень смелы в своих высказываниях, человек. — произнесла юстициар. — Вы правы, здесь я не беспристрастна и преследую свою дочь уже несколько десятков лет. Юстициаров мало и я не могла отдать это дело в руки какого-то другого служителя нашего ордена. У нас и так хватает проблем. А моя дочь не ограничивается в своих убийствах пространством, контролируемым азари. Итак, что вы можете мне сказать относительно корабля, на котором она отбыла? — биотические молнии заструились по ее броне с прежней интенсивностью.

— Ваша дочь покинула планету два дня назад на транспорте "Деметра", Самара. — сказал Шепард, доставая найденный на одном из контейнеров ридер. — Вот, ознакомьтесь. Наемники, с которыми мы столкнулись, были наняты вашей дочерью, чтобы остановить вас в ваших поисках. Об этом там тоже сказано.

— Я впечатлена, капитан. — тон голоса юстициара немного потеплел. — Вы действительно сэкономили мне слишком много времени и сил, чтобы я могла проигнорировать ваше предложение. Я готова присоединиться к вам.

— Только, Самара, если можно...

— Да, капитан? — юстициар удивленно посмотрела на Шепарда.

— Не надо приносить никаких клятв. В моем экипаже нет зависимых от моей воли людей. Вы также свободны от любых обязательств. Ваше присоединение к нам — только ваше желание, нам этого вполне достаточно. Мы не собираемся противоречить вашему Кодексу и заставлять вас нарушать его.

— Вы еще раз впечатлили меня, капитан. Похоже, вы ознакомились с содержанием Кодекса Юстициаров надлежащим образом... — Самара погасила биотику и подошла ближе. — Я полагаю, моего слова будет достаточно вам, капитан?

— Более чем, Самара. — Шепард отступил в сторону, давая возможность юстициару пройти к выходу.

Переговорив с детективом Анайей и передав ей ридеры с чипами с информацией о преступной деятельности в подведомственной полицейскому участку районе, Шепард занял свое место в челноке, который тотчас же стартовал с Иллиума.

— Шепард, вы серьезно? — изумлению Самары не было предела. — Мне десяток наших лучших врачей сказали...

— Самара, поймите. Не время сейчас мерятся подготовленностью врачей. — Светлана, в отсеке которой собрались кроме нее еще Шепард, Самара и Семенов, положила перед юстициаром еще два ридера. — Если мы можем помочь вам и вашим дочерям, то почему мы не должны этого делать? Да, согласно Кодексу вы обязаны безжалостно уничтожать любую ардат-якши, которая откажется прожить всю оставшуюся жизнь в монастыре. Но в Кодексе не сказано, что вы обязаны уничтожать азари, которая избавилась от тяги к убийствам. Вы же сами знаете, что это — всего лишь генетическая аномалия. Мы устраняем ее и ваша дочь становится обычной азари. Сразу скажу, Самара. Мы не делаем эту процедуру универсальной, применимой ко всем ардат-якши. Каждая такая процедура строго уникальна, индивидуальна.

— И вы уверены, что Моринт подпустит вас?

— Не просто уверены, Самара. Мы знаем, что она улетела на станцию Омега и сейчас всеми силами шифруется, чтобы занять там достаточно прочное положение, избавиться от угрозы привлечения внимания к своей персоне. Но рано или поздно аномалия в генокоде побудит ее убить очередную жертву. — сказал Семенов. — Мы уже на пути на Омегу, курс туда мы взяли едва челнок оказался на борту. За два дня пути ничего не изменится — наша группа десанта уже взяла Моринт под отслеживание своими методами.

— И вы знаете, где она там?

— Знаем. Она не смогла отказать себе в удовольствии воспользоваться роскошью. Сняла большую квартиру в элитном районе. Именно там и будет установлено соответствующее оборудование.

— Как быстро это будет?

— Давайте не будем говорить о деталях, Самара. — сказал Семенов. — Для нас важен результат, а процесс уже отработан и в его осуществлении нет ничего особенного. Мы должны предупредить очередное убийство, которое под влиянием ошибки в геноме может совершить на Омеге ваша дочь. Затем мы исправим эту ошибку и вы сможете посчитать вашу задачу выполненной.

— Мне придется вам поверить, Захар. — сказала юстициар.

— Рад, что вы смогли это сделать.

— Капитан, вам сообщение от группы десанта на Омеге. — на связь с Шепардом, сидевшим в своей каюте за заполнением бортжурнала, вышла Сюзанна. В это время она обычно заменяла Джокера за управлением фрегатом.

— Передавай на мой терминал, Сюзанна.

— Передано. — ИИ отключилась.

Шепард перечитал сообщение. Моринт попыталась убить девушку, обладавшую недюжинными художественными талантами. Семенов предупреждал, что ардат-якши не стремятся убивать всех без разбору, они выбирают заметных, тех, кто отличается от общей массы. К счастью, аппаратура, установленная в ее аппартаментах, уже сработала и ардат-якши смогла только надолго усыпить незадачливую землянку.

— Гурманша... — произнес Шепард, дочитав сообщение. — Самара. — он надавил клавишу связи с каютой-залом, где разместили юстициара. — Передаю вам информацию по вашей дочери. Мы сумели предотвратить убийство.

— Хорошо, капитан. — Самара очнулась от медитации. — Я ознакомлюсь. — она отключила связь.

— Сюзанна, можем ускориться?

— Да, капитан. Я уже заказала док и оплатила парковку на двое суток. Ария дала личное добро.

— Поблагодари ее и скажи, что мы решим известную ей проблему.

— Да, она в курсе. — ИИ отключила связь. Фрегат ощутимо ускорился.

Утром следующего дня, на сутки раньше ранее обозначенного срока "Нормандия" состыковалась со станцией "Омега".

— Стыковка завершена. — доложил Джокер, приняв вахту у Сюзанны. — координаты квартиры Моринт получены.

— Самара, идемте с нами. — Шепард предупредил Гарруса и через несколько минут они втроем спустились в причальный коридор. Четверть часа и они вошли на территорию элитного жилого района. Самара напряглась, Гаррус перехватил ее настороженный взгляд. — Спокойнее, Самара. Мы же сказали, ее нет необходимости теперь убивать.

— Не поверю, пока не увижу и не поговорю с ней. — произнесла юстициар чужим бесцветным голосом.

— Как скажете. — они поднялись на лифте на нужный этаж. Шепард вскрыл дверь квартиры Морринт и они, стараясь не шуметь, вошли. Самара сразу подошла к кровати, на которой, разметавшись, спала молодая азари. Юстициар склонилась над дочерью.

— Не понимаю, Шепард. — произнесла она.

— Я сама не понимаю, мама... — азари открыла глаза, сфокусировала взгляд на лице матери. — Вчера я впервые пропустила срок насыщения. Это доставило мне редкое удовлетворение, как будто я насытилась. А сейчас... Я не хочу больше убивать, мама. Мне это не нужно. Я впервые спала восемь часов подряд без сновидений и сейчас. — азари потянулась. — я чувствую себя отдохнувшей впервые за десять последних лет. Я рада видеть тебя, мам. Позволь быть недалеко от тебя... Мы столько лет не виделись и не говорили...

— Хорошо... Моринт. — сказала юстициар, выпрямляясь и все еще не слишком веря в происшедшее.

— Возвращаемся на корабль. — сказал Шепард, обменявшись взглядами с Гаррусом. — Мне не хочется объясняться с Арией.

— Хорошо, капитан. — Моринт встала. — Вот ведь... я и заснула в одежде...

— Идемте...

По возвращении на Нормандию Шепард предоставил Моринт заботам Самары. Гаррус вернулся к себе на главную батарею. Капитан, внеся изменения на Звездную Карту, поднялся в свою каюту. Надо было как всегда, записать бортжурнал, его капитанские страницы.

Целый день Самара и Моринт не выходили из каюты-зала. Сюзанна заблокировала туда доступ всем членам экипажа и выставила на указателях запрет подходить к проему двери каюты. Шепард побывал в трюме у полковника Семенова.

— А ее остальные две дочери?

— Джон, они живут в монастыре. И сами приняли решение о том, чтобы поселиться там. Это указывает на то, что они вполне осознают создавшуюся ситуацию и не желают встать на путь, по которому до недавнего времени шла Моринт. Думаю, у нас нет необходимости сейчас направлять туда "Нормандию" и вмешиваться в жизнь монастыря.

— Но Самара...

— Согласен, она не сможет у нас остаться надолго. Мы можем предложить Моринт остаться на борту или примкнуть к колонистам на одной из планет, где не слышали об ардат-якши и ничего не знают о Моринт.

— И они в случае чего...

— Нет, Шепард. Теперь Моринт — обычная азари, да, с хорошим, даже сильным биотическим потенциалом, но без тяги к убийствам и к высасыванию жизненных сил. Ни один юстициар теперь не примет заказ на нее — она ничего не нарушит ни сейчас, ни в будущем. Да и доказать, что у нее есть предрасположенность к действиям по типу ардат-якши в силу генетической мутации — ни один врач не сможет. Мы выполнили чистую работу, Джон. И сами рады результату. Все же я полагаю, Джон, что Моринт лучше остаться у вас, на Нормандии. Лишней она не будет, это точно. Да и Самаре будет спокойнее.

— Хотелось бы в это поверить, Захар.

— Мне тоже. Но решать все равно будут мать и дочь. Это — только их, Джон. — Семенов прощально кивнул и углубился в работу. Шепард вышел к лифтовому стволу и вошел в кабину. У двери капитанской каюты его ждали Моринт и Самара. Шепард открыл дверь и кивком предложил обеим азари пройти в жилую часть каюты.

— Капитан... Мне нужно вернуться к исполнению своих обязанностей. — произнесла Самара, когда они расположились в уголке отдыха. — Я буду вам очень признательна, если вы позволите моей дочери остаться у вас, на борту вашего корабля.

— Да, капитан. Мама мне много рассказала о вас. Я постараюсь не быть обузой. — произнесла бывшая ардат-якши. — Вы позволили мне избавиться от моего многолетнего проклятия. Я решила сменить даже имя и вернуться к тому, под которым меня знают только моя мама и сестры. — азари потупилась. — Мое настоящее имя — Мирала.

— Хорошо. — сказал Шепард. — Самара, у нас по курсу есть планета, откуда с местного космодрома скоро уйдет транссистемник в пространство азари. Если хотите, укажите мне порт и я доставлю вас туда на своем корабле.

— Спасибо, капитан, но вы и так уже сделали из за меня изрядный крюк. — сказала юстициар. — Меня вполне устроит транссистемник. — она сверилась с инструментроном. — Да, он мне вполне подойдет.

— Джеф, приготовь челнок. Пусть водитель доставит Самару в космопорт. — сказал Шепард, зная, что неугомонный пилот наблюдает за происходящим в каюте.

— Хорошо, капитан. Челнок готов к вылету. Двадцать минут до точки сброса.

— Мне надо подойти к Гаррусу, узнать, не нужны ли ему запчасти для орудий. — Шепард встал. За ним поднялись Самара и ее дочь. Спустившись на жилую палубу, Шепард взглянул вслед уходившим в сторону каюты юстициара двум азари и направился на главную батарею.

— Капитан. Челнок вернулся. Мирала проводила маму до зала отлета местного космопорта. Сейчас она в каюте юстициара. Думаю, теперь эта каюта их обеих, так, капитан? — доложил Джокер.

— Да, Джеф. — Шепард отставил в сторону поднос с тарелками и бокалами и, кивнув повару, направился к лифту. — пусть Сюзанна закрепит за ними эту каюту-зал. Полагаю, Мирале будет приятно разделить тишину и простор космоса с матерью.

— Сделано, капитан. — отозвалась ИИ. — Я также внесла изменения в планы закупок. Учла вкусы Миралы.

========== Глава 79. Возвращение на Иллиум. Встреча с Тейном ==========

— Хорошо. Сюзанна, мы должны вернуться на Иллиум. Там нас будет интересовать Тейн Криос.

— Хорошо, капитан. Джеф уже вводит координаты. — отозвалась ИИ. — будем через два часа на месте. Пойдем крейсерской скоростью.

— Принято.

— Капитан, Тейн Криос получил заказ убить Насену Дантиус. — в каюту капитана как всегда быстрым шагом вошел Семенов. — Он вскоре прибудет на Иллиум.

— Что-то знакомое имя, Захар...

— Бывшая сотрудница посольства азари на Цитадели. Вы могли ее видеть, когда вытрясали тело женщины-пехотинца из рук одного оборотистого подлеца.

— И кто же она теперь? — по лицу Шепарда было видно, что он вспомнил достаточно.

— Богатая спекулянтка. С очень дурным нравом. Вы убили ее сестру, ставшую рабовладельцем. Как говорят на Земле, яблочко от яблони недалеко падает. — ответил полковник.

— Мне она тогда еще в том дорогом баре на Цитадели не понравилась. Ну не было у нее никаких данных для посольской и вообще для нормативной работы. — протянул Шепард.

— Может быть, может быть. Смотрите сами. — командир "Линии" активировал большой экран, на котором возникла план — схема Иллиума. Вот эти башни Насена строит, чтобы грести деньги лопатой. У нее здесь многое не ладится. Она начинает нервничать, автоматически проявляя свой неуравновешенный и злонамеренный характер. Проще говоря, она понимает, что ее очередная афера с башнями близка к раскрытию. При всей разнузданности законов и нравов там с особо крупными делами — достаточно строго. Насена понимает, что рано или поздно на нее за нарушение местных установок откроют настоящую охоту.

— И Тейн Криос... — размышляя, сказал капитан.

— Он принял заказ на Насену, но посчитал, что выполняя его — он сделает добро себе и прочим нормальным разумным существам. По некоторым данным он работает в этот раз чуть ли не бесплатно. Так что это фактически никакой не заказ — он пожелал убрать ее по собственному желанию. — полковник сверился с ридером.

— Опережает местных теневых корпоративщиков? — одними губами усмехнулся капитан фрегата.

— Вроде как... Надо бы дать ему возможность выполнить этот заказ. — подтвердил офицер "Свитка" — И не вступать в соприкосновение с наемниками "Затмения". Для этого можно под маскировкой сразу прилететь в пентхауз второй башни, подстраховать Криоса, хотя вряд ли он нуждается в подстраховке — и сразу вместе с ним вернуться на фрегат.

— Когда он будет вблизи?

— Вечером, когда в здании останутся только ночные рабочие. Мои сотрудники не дадут Насене отдать приказы о зачистке, поэтому они не пострадают. Роботов мы просто отключим, остальные не получат никаких подобных приказов. Насена окружила себя наемниками и потому, что у нее в большой семье подобрались сестры, которые явно не желают мириться с подобными наклонностями своей так сказать родственницы. Она их боится гораздо сильнее, чем наемных убийц. Вот и пытается заградиться тупыми наемниками. На хороших у нее еще пока денег не хватает — все вбухала в башни.

— И кто унаследует их?

— На Иллиуме с этим строго. Сразу будет аукцион, победитель заберет право на достройку и эксплуатацию. Вряд ли будет принято решение о разрушении столь высоких небоскребов. Они почти готовы к эксплуатации.

— Хорошо.

— И еще, капитан. В небольшом баре на Иллиуме работает отец Лиары, матриарх Этита.

— Интересно, интересно. Вы же вроде говорили, что...

— Да, я знаю. На Иллиуме живут матриарх Бенезия и Лиара с Сареном. Лиара, кстати, сменила род деятельности, теперь она занимается торговлей информацией. За неделю сделать такую карьеру — это не каждой азари-матриарху удавалось, а тут столь молодая девушка.

— И Бенезия не хочет...

— У Бенезии сейчас забот слишком много — она вернулась в состав Совета Матриархов, ее там приняли, она там чуть ли не вице-президент. Сарен пока что отсиживается в своей небольшой квартирке, но у полиции Иллиума к нему вопросов нет. Он чист перед законом. Его перепрограммирование окончено. Иначе им бы занялись юстициары. А у них с этим делом очень строго. Самара мне доложила, что у ордена вопросов к Сарену не имеется. Вот если бы Артериус действовал по своей воле, не под принуждением, тогда бы ему точно не жить.

— Ладно. Поселим Тейна Криоса... Затем я буду должен вернуться на Иллиум и решить вопросы наших азари и Сарена.

— Вряд ли что следует там решать, капитан. У Бенезии — активная политическая деятельность, Лиара составляет очень сильную конкуренцию Серому Посреднику. Сарен пока что пользуется правом пострадавшей стороны и, получая небольшое пособие от правительства планеты, активно поглощает информацию, чтобы держать себя в курсе событий и веяний. Единственное, что можно тут сделать... Совет Матриархов беспокоится, что Лиара слишком быстро набрала вес в сообществе информационных брокеров. Он может обратиться к Этите с просьбой последить за Лиарой, тем более, что офис Лиары находится в той же части делового и торогового районов Иллиума, что и кафе-бар, в котором барменом работает Этита. Мы могли бы вмешаться до того, как Совет прикажет Этите организовать слежку за Лиарой. Согласитесь, отец в роли шпика за дочерью — это явный ненорматив.

— Согласен.

— Потом, если дело коснется противостояния Лиары и Серого Посредника, то надо будет кардинально решить вопрос с этим информационным чудовищем.

— Вы меня заинтриговали, полковник.

— Ничуть. Только работа с информацией, никаких интриг. Плюс — хорошая разведка. И система слежения и фильтрации. Серый Посредник похитил хорошего друга Лиары — Ферона. Это произошло задолго до того, как Лиара смогла зарекомендовать себя первоклассным информационным посредником. Вероятно, Серый Посредник также хорошо умеет просчитывать ходы вперед и держит Лиару под плотным наблюдательным колпаком.

— Вы сказали — чудовищем...

— Именно. В роли серого посредника выступает яг.

— И вы мне это так легко говорите? Я постоянно встречаю упоминания о Сером Посреднике в разговорах и в инфосетях, но никто не может сказать, кто это такой. А вы сразу же заявляете об этом. Нет, я верю вам и знаю ваши возможности в определенной степени. Но яги... Это же раса высших хищных разумных существ, специализирующаяся на подчинении себе всех других.

— Вот они и начали подчинять. Яг убил того, кто неосторожно похитил молодого туземца с родной планеты ягов. По моим данным это был охотник, который посчитал, что из яга можно сделать слугу или раба. Он заблуждался. Едва только представилась возможность — яг убил своего похитителя. Как он убил потом прежнего Серого Посредника — мне не известно, увы. Есть информация, что этот охотник действовал по распоряжению предшествовавшего Серого Посредника. Раса ягов для прежнего Серого Посредника могла выглядеть весьма перспективной. Вполне возможно, что молодой яг стал сотрудником Серого Посредника в его логове, а затем, воспользовавшись ослаблением внимания и контроля, сумел ликвидировать самого Посредника и занять его место. Не исключаю, что это он сделал, совместив интеллектуальные и боевые качества своей расы. Некоторые другие данные указывают, что как старый, так и новый Серый Посредник могли начать опасаться Коллекционеров, за которыми также увидели Жнецов. Обладая его уровнем информированности такой вывод сделать несложно. Могу предположить, что тех, кто реально знает Серого Посредника в лицо — очень немного. Они в большинстве своем лишены возможности выходить за пределы ставки Серого Посредника, остальные действуют чаще всего только через агентов. Таким образом, многим неясно даже то, что Серый Посредник сумел представить себя и как многочисленную организацию, и как единого субъекта. Важно то, что все указывает — в роли Серого Посредника, как центрального субъекта сильной и разветвленной организации, выступает яг. Обладающий очень мощным интеллектом, хорошей деловой хваткой и немалыми способностями к научной и исследовательской работе. Естественно, он был и остается высшим хищником. Так что физически он очень силен и прекрасно подготовлен к боестолкновениям. Напомню, что раса ягов уже освоила космические полеты и Совет ничем не может задержать начавшуюся экспансию. А экспансия Серого Посредника вполне в состоянии взять Совет Цитадели за горло. Увы.

— То есть Лиара, как доктор археологии...

— Способна однажды выйти на след этого информационного чудовища и вступить с ним в противостояние. Полагаю, что прямой вооруженный контакт яг прибережет на крайний случай. Сначала он предложит Лиаре дуэль интеллектуальную. Если она проиграет — она погибла. И то, что Ферон находится в плену у этого яга — дополнительный фактор дестабилизации ситуации.

— И кто может быть детонатором ситуации?

— Организация, известная вам как "Цербер". Серому Посреднику все равно от кого получать деньги за информацию. Кто больше заплатит — тому он и передаст информацию. А "Цербер" богат, очень богат, пусть и не праведным путем нажиты его богатства. Лиара, кстати, уже находится под прицелом агентов "Цербер"а. Тоже как чрезвычайно успешный и скороспелый информационный посредник. Если "Цербер" захочет сыграть, то он будет сталкивать Лиару и Серого Посредника. В своих интересах. У нас есть информация, что они готовы передать Лиаре сведения о том, что Серый Посредник удерживает Ферона.

— Захар, насколько...

— Для Лиары Ферон — больше чем очень близкий друг, но меньше, чем жених. Они, кстати, ничего друг другу не обещали для перспектив семейного временного или постоянного объединения. Бенезия знает о Фероне, но у нее нет информации о том, что с ним случилось после исчезновения. Лиара не спешит делиться с матерью своими подозрениями и Бенезия, доверяя дочери, не стремится выпытывать у нее подробности. К сожалению, агентурная разведка на Иллиуме докладывает об усложнении ситуации — едва только Лиара сделала значительные успехи в информационном бизнесе, как Серый Посредник подвел к ней некую Никсерис. Она заняла пост помощницы Лиары, вроде как технического администратора, фактически — взяла на себя посреднические функции, не имея доступа к сети Лиары. Но ей это не надо, поскольку ее цель, как сотрудника Серого Посредника — слежка за самой Лиарой. Полагаю, что если мы примем решение об организации активного противостояния с Серым Посредником, то Никсерис придется убирать. Перед этим мы ее можем допросить, чтобы понять, что она успела слить по Лиаре Посреднику.

— Таким образом...

— Полагаю, что после решения вопроса о Тейне Криосе вам предстоит плотно заняться Бенезией и Этитой. Объединив их, следует сразу же начать операцию по их эвакуации на борт фрегата. Вместе с Сареном, который пока что ничем особым положительным себя перед азари не зарекомендовал и полной адаптации не прошел. Ему будет тоже на борту удобнее и безопаснее.

— Остается Лиара...

— Она с помощью Бенезии прочно закрепилась на Илиуме. Получила значительную известность и власть. К сожалению, Шепард, Серый Посредник сумел поставить себе на службу даже некоторых Спектров и вы столкнетесь с одной из таких фигур, когда Лиара попытается уточнить расположение базы Серого Посредника. Никсерис придется допрашивать и убирать до того, как вы окажетесь перед необходимостью убирать предателя-спектра. Кстати, тоже азари, если не ошибаюсь. Ее зовут Телла Вазир. У этой азари спектра есть прямой приказ Серого Посредника — убрать Лиару, как только она получит точные координаты. — полковник положил перед Шепардом стопку ридеров. — Здесь вся дополнительная информация. В десять вечера нам предстоит стыковка с Иллиумом и в одинннадцать мы уже должны быть на Башнях Дантиус. Время еще есть. Но потом события закрутятся с ужасающей скоростью. Где-то в двенадцать Тейн Криос уже будет на борту Нормандии и нам придется целую ночь провести в борьбе с армией Серого Посредника. Сначала — Никсерис, потом квартира Лиары с Теллой Вазир, затем армия Посредника в офисе Бариа Фронтирс, где будет подставлен под удар армии Серого Посредника один из агентов Лиары, у которого будут почти точные координаты. Его, кстати, должна убрать Телла Вазир. У нее Лиара и заберет диск с координатами. Здесь могут быть варианты действий по последовательности и полноте. Надо будет — подключится экипаж "Линии" и ваша команда, капитан. Потом вам все равно придется лететь на "Нормандии" на базу Серого Посредника и что-то решать с ним, спасая попутно Ферона. Где-то в четыре часа утра "Нормандия" уже будет на курсе к базе. Это — планета Хагалаз, в координатах Туманность Песочные Часы — Совило. Условия там — малопривлекательные, а сам корабль скрыт на границе между светом и тенью. Постоянные штормы вокруг планеты устраняют угрозу любого сканирования.

— Хорошо. Спасибо, Захар. Вы сэкономили нам немало времени и ресурсов.

— Теперь мы играем против оппонента, у которого в руках власть более значительная, чем деньги или драгоценности. Мы, экипаж "Свитка" считаем, что столкновение с Серым Посредником — проверка всех наших возможностей, которые должны быть применены в данной ситуации.

— Но если мы устраним или сместим этого яга, что тогда?

— Тогда его место займет Лиара.

— Вы серьезно?

— Если она за полгода смогла выйти в первую пятерку рейтинга информационных брокеров Иллиума, то она вполне готова занять место Серого Посредника. А мы постараемся сохранить ее и ее инкогнито. Никто не говорит о том, что Лиара должна похоронить себя на этом корабле и лишиться возможности вести обычную жизнь. Это вполне решаемо. — Семенов встал. — Давайте будем готовиться, Джон. И напоследок, если Лиара, а возможно, и Ферон останутся на корабле Серого Посредника, то вам придется вернуться на Иллиум, чтобы помочь Миранде понять, насколько глубоко в "Цербере" увяз ее отец. Это будет необходимо сделать на обратном пути от Хагалаза. Без захода куда либо, за исключением, возможно, планеты ягов. После решения этой проблемы можно будет считать, что Иллиум нами полностью отработан.

— Согласен. — Шепард встал. Семенов кивнул и покинул капитанскую каюту.

— Сюзанна, передай Грюнту и Заиду — мы идем за Тейном Криосом. — сказал Шепард, когда Джеф доложил о прибытии фрегата в космопорт на Иллиум.

Вокруг был поздний вечер, под днищем наемного флайера расстилалось море огней. Впереди темнели громады двух башен, озаряемые редкими фонарями подсветки и красными сигналами аэронавигационной безопасности. Снизившись над пентхаузом первой башни, Шепард включил маскировочную аппаратуру и наемный экипаж пропал с локаторов, перестав быть видимым и визуально.

— Наблюдаю Тейна Криоса в вентканалах офиса Насаны Дантиус. — доложила Сюзанна. — Веду пассивное сканирование.

— Принято. — капитан поднял ставший невидимым экипаж с упоров на крыше пентхауза. Под днищем промелькнул полудостроенный мост. — Мы на месте.

— Тейн нейтрализовал охрану. Убил Насену. — доложила Сюзанна. Шепард молча указал спутникам вниз, на крышу пентхауза. Благодаря найтвизорам они быстро проникли в пожарный люк, затем скользнули в вентиляционные каналы и через минуту уже стояли рядом с Тейном, замершим в молитвенном безмолвии.

— Если бы он не стал молиться, мы бы могли и опоздать. — буркнул Заид.

— Но дерется он здорово. — хохотнул Грюнт. — Мне понравилось.

— Я хотел сделать Вселенную немного чище. Это убийство — чисто моя собственная инициатива. — произнес Тейн, закончив молитву. — Кто вы?

— Я — капитан Шепард, вольный стрелок, фрегат "Нормандия". Мы охотимся за коллекционерами. Полагаю, это достойная цель для такого профессионала, как вы, Тейн. Если вас интересует оплата — она будет...

— Если речь идет о коллекционерах... — Тейн задумался. — То оплата мне не нужна. Я буду работать на вас, капитан, притом — работать бесплатно. — дрелл протянул руку и мужчины скрепили договор крепким рукопожатием. — Мне уже недолго осталось на этом свете... Синдром Кепраля... Он не заразен, но сокращает срок жизни дрелла. — Тейн обвел взглядом кабинет Насены. — Жаль, что приходится убивать, чтобы остановить еще большие несчастья.

— Тейн, если позволите...

— Конечно, Шепард.

— Мы сейчас очень ограничены во времени. Поэтому нам нужно доставить вас на корабль — он пристыкован к местному космопорту. Лучше всего это сделать на местном наемном экипаже. Вы полетите в сопровождении моих друзей. — он обменялся взглядами с кроганом и наемником. — Я останусь, мне нужно кое-что сделать. Мы знаем, вам нужно сухое помещение с минимальной влажностью. Это — выгородка возле системы жизнеобеспечения. Сюзанна, когда будете на борту корабля, вас проводит. Как только позволят обстоятельства, мы с вами обо всем переговорим подробно. Грюнт. — он повернулся к крогану. — Заид. — он повернулся к наемнику. — Пожалуйста, сопроводите Тейна. Я направляюсь к Лиаре. Нужно решить проблему ее сотрудницы.

— Хорошо, капитан. — наемник кивнул и жестом предложил дреллу следовать за собой. Грюнт замыкал шествие, недовольно косясь на трупы охранников Насены. — Мы его проводим. Там есть экипаж, на котором прибыли дополнительные наемники. Вам будет лучше на нем.

— Ладно. — Шепард прощально кивнул и подождал, пока флайер с Тейном и его спутниками растворится в сумеречной мгле, окутывавшей пентхауз. Вскоре неприметный серый флайер наемников нес его в деловой район.

— Шепард, Никсерис работает, поскольку Лиара тоже на месте. Расстояние до двери офиса достаточно для того, чтобы вы могли отвести Никсерис подальше. — доложила Сюзанна, высветив на капитанском ридере схему офиса с уже проставленными размерами и стрелками досягаемости.

— Принял, спасибо, Сюзанна.— Шепард поблагодарил ИИ и посадил флайер на стоянку, расположенную неподалеку от офиса Лиары.

— Вы к Т Сони? — послышался сзади голос молодой азари, когда Шепард уже поднимал руку, чтобы нажать клавишу входа на виртуальной клавиатуре, светившейся зеленым. — Она занята.

— Знаю. Доклада не надо. — Шепард надавил клавишу и дверь мягко ушла в сторону. На пороге стояла Лиара.

— Шепард? Я услышала твой голос и не поверила. Проходи. — она взглянула на помощницу.— Никсерис, переключи связь на себя. Меня не беспокоить.

— Да, мадам. — помощница изогнулась в угодливом поклоне. Дверь мягко отсекла ее взгляд. Лиара прошла вглубь офиса и села в свое кресло.

— Я так и думала, что ты выживешь, Шепард. Я знала, что наши союзники не дадут тебе умереть, как не дали умереть никому из нашего экипажа.

— Лиара. — Шепард включил мощную глушилку, переданную ему Семеновым перед отлетом с фрегата. — Сказать по правде, ты в большой опасности.

— Шепард, я тебе, конечно, верю...

— Я и не прошу верить только моим словам, Лиара. — Шепард достал капитанский ридер. — Главка двести тридцать шесть — пятнадцать. Сама посмотри.

— Наши союзники сумели и это накопать. — потрясенно прошептала Лиара. — То есть...

— Эта особа в твоей приемной — агент Серого Посредника. И нам теперь нужно, чтобы он не имел о тебе никаких точных данных. Информация этой главки доказывает ее вину. Знаю, что как информационный брокер, ты не будешь обращаться к правоохранительным органам Иллиума. Поскольку прекрасно знаешь, что они тебе не всегда помогут.

— Ты прав, Шепард.

— Более чем прав, Лиара. — в кабинет вошла Бенезия, волоча за шею полумертвую Никсерис. — Вот, решила тебе оказать посильную помощь. — она кинула Никсерис в кресло как мешок с мукой. — Не беспокойся, я уже с ней пообщалась "Объятиями Вечности". И перетряхнула ее терминал. — она подала три ридера. — Полюбуйся.

— М-даа. — Лиара быстро просмотрела тексты и таблицы. — Как вы люди выражаетесь?... Пригрела змею у себя...

— Эта змея уже не опасна. — Бенезия даже не посмотрела в сторону Никсерис. — Она не успела подать сигнал расшифровки или общей опасности. Но у нас слишком мало времени, Лиара.

— Более чем мало, Ли. — сказал Шепард, открывая свой капитанский ридер на другой главке. — Это — информация по Ферону и по Серому Посреднику.

— Интересно. — Лиара пробежала текст быстрым взглядом. — Я, похоже, попаду в долговую кабалу к Семенову и его людям. У меня есть дополнительная информация, но она в моей квартире. А, как я понимаю, нам нужна вся информация. И нам надо что-то делать с этой... — она взглянула на Никсерис.

— Шепард. — Бенезия взглянула на капитана красноречивым взглядом. — Пожалуйста, проконтролируйте пока подходы к офису. Мы решим проблему с Никсерис. По-своему.

— Хорошо. — Капитан вышел из офиса. Дверь встала на место и обзавелась красным указателем. Спустившись по лестнице в зал, Шепард сделал вид, что слушает "Новости" по ближайшему терминалу. Наконец в ушном спикере трижды щелкнуло. Шепард подождал еще минуту и вернулся к офису, на двери которого прямо при его приближении красный сигнал сменился зеленым.

Войдя, он не обнаружил тела помощницы Лиары, но никаких вопросов задавать даже и не думал — азари находились в своем пространстве, на своей планете и имели право на применение своих домашних методов разборок. Если уж в дело вмешалась матриарх уровня Бенезии, то Шепард был просто убежден — никакая правоохранительная система ничего против сделать не сможет.

— Шепард, можем на пятнадцать минут зайти в ближайший бар. Сейчас достаточно поздно, посетителей почти нет. До закрытия — не так уж и много времени. Посидим, поговорим, подумаем. — матриарх, сидевшая в глубоком гостевом кресле, говорила об этом так, словно не было других вариантов действий.

— Бенезия, ни к чему нам сейчас рассиживаться по барам. — сказал Шепард.

— И вправду, ни к чему. — на пороге офиса возникла фигура азари, затянутая в тяжелую броню синего света. — Телла Вазир, Спецкорпус Цитадели. Я арестовываю вас, Лиара Т Сони и Бенезия Т Сони за убийство некоей Никсерис.

— Цыпочка, ты лапку-то с пистолетиком опусти. — раздался голос Заида, державшего дуло своей винтовки прямо среди отростков на голове спецназовки. — А то, неровен час, прическу попорчу и мозги вышибу. — он вынул из кобуры на поясе замершей от испуга азари второй пистолет и Грюнт с наслаждением заломил руки спецназовки, сковывая их силовыми кандалами. — Ноги тоже, Грюнт. А то лягаться будет, как лошадь.

— Я ей лягну. — кроган толкнул спецназовку и она растянулась ничком по полу. — Так лягну, что без коленей останется. — кроган наложил кандалы и включил подавители биотики. — Теперь у нас второй труп намечается.

— Полагаю, больше трупов здесь, в деловом центре не будет. — В офис вошел Семенов. За ним следовал саларианец, который сразу подошел к Лиаре и передал ей диск. — А то эта мурловка еще хотела офис Бариа Фронтирс подорвать. — он пнул лежавшего Спектра ногой и азари изогнулась, пытаясь справиться с острой болью. — Перед вами — второй агент Серого Посредника, так сказать тяжелая артиллерия. — он взглянул на Лиару. — Прошу простить, Лиара, мои люди вынуждены были пострелять в офисе Бариа Фронтирс, чтобы отправить к праотцам тридцать наемников Посредника. Едва успели вывести вашего агента из под огня. — он подождал, пока напуганный саларианец накивается. — Обставили перестрелку как разборки между наемниками. Обесточили взрывные устройства, установленные этой миледи в офисе картографической организации. — Семенов пинком отправил тело Вазир к стене, а кроган поставил на ее спину свою ногу и упер дробовик дулом в затылок лежавшего Спектра. — В общем и целом мы забираем ее, выкинем где-то по дороге. Сопроводим вашего агента, Лиара. Обеспечим ему алиби.

— Я ваша должница, Захар. — сказала младшая Т Сони. — Вы резко упрощаете мне задачу.

— Лиара, Серый Посредник играет на стороне коллекционеров, коллекционеры играют на стороне Жнецов. Это — то, что действительно имеет значение. Сейчас у вас есть пятнадцать минут на то, чтобы немного отдохнуть в местном баре. А мы с Грюнтом и Заидом пока уберем эту миледи и сопроводим агента. Наш экипаж на стоянке. Народу в деловом квартале сейчас мало, так что сопроводим миледи в виде перепившей местного крепкого алкоголя. Пикнуть не успеет. — он кивнул Грюнту и кроган поднял спецназовку на ноги, уперев ей ствол дробовика в спину. — Выводи. Заид, сопроводи агента и проследи за этой миледи, чтоб не воображала себя крутой. Мы ушли. Ждем вас на "Нормандии". — с этими словами Семенов, Грюнт, Заид, спецназовка и агент покинули офис.

— Первый раз вижу разозленного Семенова. — проговорила Лиара. — А уж Заид с Грюнтом... Я бы сама до смерти перепугалась.

— Лиара, они поступили правильно. У нас нет сейчас времени терпеть боестолкновения с наемниками и гоняться за бешеной спектрессой. — проговорила Бенезия, недвижимо просидевшая все это время в кресле. — Идем в бар. — она встала и первая вышла из офиса.

Лиара, очумело посмотрев ей вслед, выгребла из рабочего стола ридеры и инструментроны.

— Похоже я закрываю здесь бизнес. — проговорила она, кидая собранное в укладку. — Надо идти, мама не любит ждать. — она взмахом руки погасила свет и кивнула Шепарду. — Идемте, капитан.

Дорогу до бара они преодолели быстро. В зале никого не было. За стойкой — тоже. Но едва они сели за столик в углу, к ним подошла азари-бармен. Подав меню, она зашла за стойку бара и принялась протирать поверхность стола.

— Мне только воду. — сказал Шепард. — Обычную воду.

— Хорошо, — Бенезия выбрала напитки себе и Лиаре, после чего подняла руку, подзывая бармена. — Мы выбрали.

— Хорошо. — Бармен приняла заказ и отошла за стойку, выкладывая на стол поднос и наполняя его сосудами с жидкостями и небольшой закуской. — Платить кто будет?

— Я, конечно же. — Шепард кивнул. Азари-бармен кивнула в ответ и поставила поднос на столик, принимая кредитный чип. — Оплата произведена. Благодарю.

— Этита, садись. — вдруг сказала Бенезия и Лиара вскинула на мать удивленный до предела взгляд. Азари-бармен кивнула и присела на свободный высокий стул. — Лиара, представляю тебе Этиту. Она — твой отец.

— Эм. — информационный брокер едва не захлебнулась напитком, но сумела сделать глоток и поставить сосуд на столик. — Мама?

— Ты все правильно поняла, Лиара. — продолжила Бенезия. — Я бы долго не решилась тебе об этом сказать, но Этита действительно твой настоящий отец.

— То есть... Мятежный Матриарх и есть мой настоящий отец? — изумлению Лиары, казалось не будет предела. Она буквально пожирала мать глазами, на что бывшая правая рука Сарена реагировала абсолютно спокойно.

— Так меня действительно называют, Лиара. — произнесла бармен. — И в этом определении есть немалая доля истины.

— Более чем немалая, Лиара. — поддакнула Бенезия.

— То есть то, что я сейчас не наемница и не танцовщица в баре...

— В значительной степени определено твоей наследственностью, Лиара и воспитанием. — сказала Бенезия. — Как бы там ни было, я и Этита никогда не планировали, чтобы твоя жизнь была бы настолько пустой и беспорядочной.

— Эм. Полагаю...

— Бенезия и Этита также возвращаются на Нормандию, Лиара. — сказал Шепард.

— Капитан. — в наушнике возник голос Сюзанны. — по распоряжению полковника Семенова я послала шаттл за Сареном Артериусом. Водитель минуту назад доложил, что он уже на борту. Шаттл возвращается на фрегат.

— Принял, спасибо. — Шепард опустил руку. — Сарен уже тоже на борту. Нам нужно тоже возвращаться. — он допил свою воду и встал. Бенезия и Этита вытащили из подсобного помещения укладки с вещами.

— Я заблокировала свою и твою квартиры, Лиара. — сказала матриарх, поймав вопросительный взгляд дочери. — Взяла только самое ценное и самое необходимое. — она быстро распределила укладки между присутствующими. — Идемте, челнок ждет в космопорту, туда мы доберемся на флайере. Он недалеко, на стоянке.

— Мам, ты иногда меня потрясаешь... — проговорила Лиара, подхватывая укладки.

— Это значит, что я еще не настолько никчемна, дочь. — усмехнулась Бенезия, беря свои укладки и кивая Этите, также взявшей свои. — Шепард, вы пойдете чуть сбоку. Мало ли что.

— Хорошо. — капитан кивнул. На его долю достались самые тяжелые, но компактные укладки, не боящиеся, судя по упаковочным ребрам, падений и ударов.

Найдя флайер, они быстро загрузили в него укладки и расселись. Спустя двадцать минут флайер опустился на поле космопорта и еще через несколько минут челнок "Нормандии" принял их с багажом на борт.

Вечно неспящая Сюзанна проводила Бенезию и Лиару к выделенным для них каютам, а вахтенные помогли донести укладки до кают.

— Джеф, выводи корабль с орбиты. Курс — Хагалаз. — сказал Шепард.

— Понял, капитан. Курс задан, корабль — на курсе. Прибытие к району — через десять с половиной часов.

— Я к Тейну. Он у себя?

— Да, капитан. — подошедшая Сюзанна кивнула. — Я сама провела его в выгородку. Он одобрил, ему там понравилось. Быстро вы справились.

— Благодаря нашим союзникам и Грюнту с Заидом. Они просто очаровали местный криминалитет. — усмехнулся Шепард, направляясь к отсеку системы жизнеобеспечения. — Тейн, приветствую. Как устроился? — он подошел к замершему за столом дреллу, погруженному в медитацию.

— Спасибо, Шепард. — дрелл вышел из оцепенения, грациозно поднялся и повернулся к вошедшему капитану. — Меня ваша врач Светлана просила зайти. Но я не понимаю, зачем.

— Затем, Тейн, что мы можем вам оказать существенную помощь. — сказал вошедший Семенов. — Мы хотим, чтобы вы поняли — у нас есть возможность вылечить вас.

— Синдром Кепраля не лечится, Захар. — сказал дрелл. — даже для ханаров это слишком сложно.

— Если сложно, это не значит — невозможно. — сказал полковник. — Тейн, вы же знаете, ощущаете, что пока ваша болезнь только в начальной стадии. Вы присоединились к нам, согласились помочь нам в борьбе со столь опасным противником, каким являются коллекционеры. Неужели вы хотите лишить нас права и возможности сделать для вас что-то ценное?

— Вы правы. Моя болезнь пока что только начала свое развитие. Именно поэтому я изменил свои привычки и теперь стараюсь брать далеко не любые заказы. Недавно я понял, что мне нужно отказаться в некоторых случаях от оплаты моего труда. Это помогает мне... сохранить равновесие. — он внимательно посмотрел на Семенова. — почему вы так уверены, что можете вылечить мою болезнь? Насколько я помню, на Земле нет специалистов по дреллам.

— Полковник ВКС Альянса Систем Захар Семенов принадлежит к числу сотрудников секретного Спецотдела Альянса, Тейн. У них — задачи, требующие достаточно нестандартных решений и они, закономерно, не останавливаются перед трудностями, перед которыми пасуют многие открытые официальные структуры. — сказал Шепард. — Мы молодая раса в пространстве Млечного Пути, Тейн, это правда. Но мы всегда отличались тем, что были способны в кратчайшие сроки учиться на чужих ошибках и стремиться к максимальной эффективности и совершенству. Нас всегда привлекали загадки и тайны. И мы всегда стремились понять больше, чем полагалось. Тейн, мы просим вас всего лишь пройти медицинское обследование. Если захотите. — он обменялся с Семеновым взглядами. — мы сразу же проведем терапию и вы сможете забыть о синдроме Кепраля.

— Вы меня убедили, капитан. — сказал дрелл, поразмыслив в течение нескольких минут. — И вы, полковник, меня убедили тоже. Борьба с Коллекционерами потребует от меня максимальных усилий и я хочу встретиться с ними во всеоружии. Если дело обстоит так, как вы говорите, я согласен пройти терапию.

— Тогда, Тейн, полагаю, вам надо выспаться, а завтра утром после завтрака вы придете в медотсек к Светлане. Дальнейшее зависит от ее решений и ее работы. Мы не вмешиваемся в дела и решения медиков, Тейн. Но в том, что она вам подарит избавление от Кепраля — убеждены. Она это может. — сказал Семенов. — Извините, нам еще следует обсудить проведенную недавно работу и перспективы. Капитан, можно с вами переговорить у вас в каюте?

— Да, конечно, Захар. — кивком попрощавшись с дреллом, Шепард вышел из выгородки. Поднявшись к себе, капитан предложил коллеге сесть в кресло в уголке отдыха. — Мы слишком ускоряемся, Захар?

— Приходится. Серый Посредник уже знает о том, что мы ликвидировали Никсерис и Вазир. Кстати, чтобы у вас не было сомнений — мы распылили тело Вазир высоко в небе Иллиума. Ее никто не найдет. Распылили вместе с формой и всем оружием. Наши технологии позволяют это сделать быстро и незаметно — так, легкое облачко. Заид и Грюнт в восторге — потягаться со спектром-преступницей им было интересно. Теперь Серый Посредник будет ожидать нашего следующего хода у себя на корабле. И мы не заставим его долго ждать. Давайте отдохнем восемь часов, утром у нас останется на подготовку к операции всего час и час — на дорогу на корабль. А там предстоит противостояние с очень умным и подготовленным противником плюс обязательное боестолкновение с внешним и внутренним гарнизонами охраны. Утром на свежую голову решим все детали. Спокойного отдыха, Джон. — Семенов вышел из капитанской каюты.

========== Глава 80. Тейн Криос. Грехи отца. Сын Тейна ==========

— Шепард, нам придется задержаться. — Семенов утром посетил капитанскую каюту и сразу протянул Джону ридер. Прочитав недлинный текст, капитан спустился вниз, в отсек жизнеобеспечения.

— То есть ты, Тейн, утверждаешь, что твой сын...

— Да, Шепард. Мой сын пошел по моей дороге. Он встал на путь убийцы по найму. И я не хочу, чтобы его первый заказ увенчался успехом. — дрелл сохранял спокойствие, но Шепард, стоя в отсеке жизнеобеспечения фрегата, видел — на самом деле Тейн едва сдерживается.

— Ты же говорил, что ты не можешь надолго покидать комфортные для тебя условия, Тейн. Позволь мне самому решить эту проблему.

— Как, Джон? — дрелл укоризненно посмотрел на Шепарда. — Как? Дреллы на станции — это экзотика и диковинка. Кольят вынужден будет прятаться и передвигаться по техническим тоннелям, а там службы позиционирования не работают... должным образом.

— Но мне не нужно будет...

— Шепард, ты что, решил прикрыть собой цель, которая поручена Кольяту? Пойми, как бы дело не сложилось, Кольята надо вытаскивать. И без меня тебе не обойтись. Это тот случай, когда мне все равно сколько времени это будет продолжаться и какая влажность будет меня окружать.

— Хорошо...

— Я понимаю, Шепард, что это сообщение пришло не вовремя. Серый Посредник важнее.

— Нет, Тейн. Ты ошибаешься. Ты только начал выздоравливать после терапии, процесс еще не завершен. Да, Светлана мне сказала, что ты можешь принимать участие в высадках, но теперь ты пойдешь со мной и с Гаррусом. Он тоже снайпер и разведчик первоклассный, не мне его хвалить. Попробуем остановить твоего сына.

— Спасибо, Шепард.

— Поблагодаришь тогда, когда твой сын встретится и переговорит с тобой. Вы ведь очень долгое время не общались. Редко у кого из нашей команды есть сейчас возможность вот так просто восстановить столь долго замороженные отношения.

— Ты прав, капитан. Благодарю. — Дрелл кивнул, но теперь кивок был поклоном особой благодарности. — Я буду готов.

— Джеф, давай рысью три креста на Цитадель. Там мы быстренько ищем сына Тейна, это не займет больше нескольких часов. Все придется делать в темпе, так что держи фрегат под парами. Как только мы возвращаемся на борт — нам нужно будет вернуться в эту точку.

— Понял, капитан. Не беспокойтесь, корабль уже на курсе к Цитадели. Будем через полтора часа. Док постоянный, так что проблем не будет. — отозвался пилот.

Наемный флайер опустил их на площадку перед таможенным терминалом. Быстро пройдя мимо сержанта Харона, Шепард подошел к капитану Бейли.

— Мой партнер ищет сына. Мне сказали, что недавно он проходил здесь.— сказал капитан.

— Да. Есть тут упоминание. — Бейли сверился с терминалом. — Один из моих людей видел дрелла, разговаривавшего с неким Мышью. Это просто посредник, связной, принеси-подай. Не более того. Мышь, очевидно, связывал твоего сына с тем, кто нуждается в услугах дрелла... Похоже тебе. — он посмотрел на Тейна. — нужно постараться встретиться с сыном как можно быстрее.

— Я так и сделаю. — сказал Тейн, мрачнея.

Они вышли из полицейского управления на торговую площадь. Шепард сверился с инструментроном — Сюзанна прислала текстовое сообщение, что Мышь иногда приторговывал и нелегальными ВИ, среди которых был и ВИ Шепарда. ИИ отметила, что покупатели жаловались на невероятную глючность этого ВИ и на его очень ограниченную функциональность. Да и цена была не особо высокой.

— Идем искать этот терминал связи. Сюзанна сказала, что Мышь может быть там. — захлопывая экран, сказал Шепард.

— Идем. — кивнул Тейн.

Они поднимаются на этаж выше. Возле терминала связи стоит мужчина, договаривающийся с кем-то о поставках двух единиц неназываемого товара. Шепард и Тейн подходят ближе, ожидая, когда Мышь закончит разговор.

— Мышь. — Тейн делает шаг вперед.

— Тейн... Я же слышал — ты завязал. — Мужчина отступает к стене.

Шепард подходит ближе.

— Капитан Шепард? Вас же...

— Сотни раз уже слышал, что считали мертвым. Значит так, ты во-первых прекращаешь продавать или давать бесплатно кому либо мой ВИ. Во-вторых, ты сейчас же называешь имя человека, который должен пасть от руки сына Тейна. У тебя тридцать секунд. Время — пошло.

— Элайз Келхем. А ВИ я зарекаюсь продавать или отдавать. — видя подступающих к нему дрелла и легендарного капитана, Мышь начинает закономерно нервничать. — Мне теперь только повеситься, застрелиться или спрятаться получше.

— Ты забыл еще одно средство. — кидает Шепард. — Отравиться. Решай сам. И держи язык за зубами. Иначе я его укорочу.

— Куда уж мне. Я пошел... прятаться.

— Похоже придется пробивать по базе СБЦ этого Элайза Келхема. — говорит Шепард. — Возвращаемся к Бейли. — он находит взглядом стоявшего в отдалении Заида. Тот прикрывает глаза, давая понять, что все слышал и видел.

Все втроем они возвращаются в офис СБЦ.

— Элайз Келхем... Вообще-то у нас с ним... — начинает Бейли.

— Капитан, он хочет сказать, что у них взаимовыгодный договор финансового характера. — сообщает Сюзанна. — Полагаю, это можно спустить на тормозах.

— Капитан, нам просто надо найти того, на которого нацелен сын Тейна. Полагаю лучше всего арестовать этого Келхема и мы его допросим. Я буду играть роль плохого полицейского. — говорит Шепард. — Не люблю таких субъектов.

— Хорошо. — Бейли кивает и отдает несколько распоряжений. Спустя четверть часа звучит доклад, что Келхем доставлен в комнату для допросов.

— Тейн, если я плохой полицейский, то ты — хороший полицейский. Но...

— Понимаю, капитан. У нас слишком мало времени. Я притворюсь, что понимаю его. Сделаю вид, что на его стороне. Только не убей его раньше, чем он расколется. У тебя рука тяжелая.

— Постараюсь, хотя жутко хочется увидеть его в пластиковом мешке, Тейн.

— Мне — тоже. — дрелл говорит это без улыбки. Они входят в помещение для допросов. Келхем пристегнут к креслу. Допрос не занимает много времени — трижды получивший по зубам допрашиваемый раскалывается и указывает цель сына Тейна. Это Джорем Талид, турианец, который балотируется в органы местного самоуправления, основываясь на ненависти к людям.

— Бейли, мы постараемся, чтобы Талид остался жив, мне лично все равно, изберется он или не изберется. Выборы — это такая рулетка. — говорит Шепард, когда они возвращаются в офис капитана СБЦ. — Но нам нужен доступ на технические мостки Цитадели. Оттуда я смогу проследить за этим кандидатом в депутаты, чтобы он не стал покойником. А Тейн сможет остановить Колята, если он вздумает стрелять по Талиду.

— Вообще-то Талиду выделили охрану. Одного крогана. Его размеры и красная броня — прекрасный ориентир. — говорит Бейли, передавая Шепарду и Тейну ключевые чипы. — Они действуют до полуночи.

— Тогда мы пошли. — Шепард без кивка разворачивается к выходу и вскоре они уже находятся на людной улице. — А вот и наш клиент. И кроган в наличии.

— Да уж. Я пошел, чтобы его держать под прицелом, Джон. — Тейн растворяется в толпе, его голос звучит в наушнике. — Следуй по мосткам за ним, я изредка буду просить тебя поточнее указать мне его место и ситуацию.

— Хорошо.

Прогулка по мосткам с редкими остановками не занимает много времени. Шепард раз пять указывает Тейну ситуацию и размещение цели, на последнем рывке пришлось остановить какого-то станционного рабочего, попытавшегося проявить излишнюю бдительность. Безоружный человек ничего не смог противопоставить подготовке космопехотинца и Шепард едва успел в квартиру кандидата в депутаты. Тейн стоял сзади поставленного на колени турианца, упирая ствол ему в затылок.

— Остановись, Колят. — капитан вскинул пистолет и взвел курок. — Не дури.

— Колят. — рядом с капитаном встал Тейн. — Остановись. Не вставай на этот путь. Он — не для тебя. Ты — лучше.

— Двинешь пальцем — ты труп. — без предисловий рявкает вошедший как бесплотный дух, Гаррус, нацеливая на дрелла свою винтовку.

— СБЦ. Опустить оружие. — в дверях появляется капитан Бейли с напарником. — Отойди от него, сынок. — ствол полицейского пистолета направлен прямо в грудь дреллу. — Отойди.

— Тейн... Отец... Это... Ты выбрал такой момент, чтобы появиться передо мной...

— Из за меня погибла твоя мать, сын. — Тейн опустил пистолет. Бейли жестом приказал кандидату в депутаты выйти из квартиры. Следом за будущим политиком вышел один из сержантов. — Меня обучали ханары с шести лет, Колят. Я почти ничего больше не умею делать, кроме как убивать. Но я убил всех убийц твоей матери и моей жены... Ты единственное, что я смог внести светлое в эту достаточно темную Вселенную.

— Так, сержант. Берите патрульную машину, доставьте этих двоих в участок, выделите им комнату для переговоров и пусть они ее занимают столько, сколько потребуется. — командует Бейли. Офицер кивает и Тейн с Колятом следуют за ним к выходу. Шепард подходит к Бейли.

— Благодарю, капитан. — Джон пожимает руку офицеру СБЦ.

— Ага, надеюсь, поздравите меня открыткой на Рождество. — шутит Бейли. — Садитесь, я отвезу вас в участок на своей машине. Похоже у них это не последний разговор. Я тут поискал. — он щелкает клавишами инструментрона в полицейской машине, пока водитель ведет ее по загруженным магистралям к управлению СБЦ. — Десять лет назад кто-то устроил бойню. Погибли очень значительные криминальные шишки. Есть указание, что виновником бойни был дрелл. На этом сведения обрываются.

— Пусть они и останутся оборванными. Тейн должен был отомстить за смерть своей жены Ирики. Она смогла изменить Тейна в лучшую сторону, показать ему, что есть что-то большее, чем просто стрельба по живым мишеням на заказ. — они проходят в кабинет Бейли. — И, пожалуйста, капитан, не надо открывать дело против Колята. Он не застрелил никого, кровь не пролилась, материального ущерба тоже нет.

— И куда мне его девать? На нем же все равно попытка убийства.

— Попытка, офицер. Попытка, а не совершенное убийство. Пусть Колят займется вытаскиванием из проблем тех, кто равен ему по возрасту. Он молод, вентканальные крыски ему могут поверить. Пусть это будет своего рода общественная работа в интересах СБЦ.

— И какой суд примет такое решение, чтобы я его выполнял? — Бейли садится за рабочий стол и безэмоциональным взглядом окидывает капитана.

— Без протокола, Бейли. Без протокола. Это должно остаться в границах СБЦ. А то, что Колят справится лучше, чем ваши взрослые сотрудники, в этом можно не сомневаться — ровеснику крыски поверят. Людям вашего возраста — нет. Разве это не основание дать дреллу шанс?

— Основание, основание. — Бейли неохотно соглашается.

Из двери комнаты для переговоров появляется Тейн.

— Бейли, спасибо вам. — дрелл обменивается с капитаном рукопожатиями.— Шепард, наши проблемы, конечно... нельзя решить парой слов и даже парой фраз... Но... Колят задумался над своим будущим и я благодарен вам, что вы смогли его остановить... Я догадываюсь, что вы уговорили Бейли... не заводить дело...

— Он не формалист, тем более привлечь дрелла к ответственности за то, что он так и не совершил — плохая реклама для СБЦ.

— Капитан, в рабочем районе вы нашли поддельные удостоверения. — в наушнике прорезался голос Сюзанны. — я на инструментроне отметила двух азари, они сидят на лестничной площадке между двадцать шестым и двадцать седьмым уровнями. Их не выпускают из Цитадели в силу всяких бюрократических заморочек. Ундина подмял под себя таможню и там завели немало противоречивых реестров и правил. Эти азари не виноваты ни в чем предосудительном — я проверила. Вы вполне можете отдать им эти документы — я их просмотрела, они пройдут необходимые проверки. После этого вы вполне сможете вернуться на борт. Цитадель можно будет считать отработанной. У нас по плану и без того полно точек.

— Благодарю, Сюзи. Ты сэкономила мне полдня беготни.

— Я не хотела, чтобы вы прилюдно убеждали мелкую служащую таможни, капитан, в том, что ее руководство слишком полагается на бумаготворчество. Это плохо и для таможни и для СБЦ.

— Хорошо, Сюзанна. Информацию получил. — Шепард вышел на улицу и быстро сориентировавшись, направился к двум азари. Коротко переговорив с ними, он передал им ридер с документами и вернулся к ожидавшим его у станции внутрицитадельного транспорта Тейну и Заиду. — Летим на корабль, с Цитаделью у нас на этом этапе закончено. Мы ее отработали. Спасибо. — он сел за управление и через четверть часа машина уже опускалась на транспортный терминал перед воздушными шлюзами.

========== Глава 81. Тучанка. Инициация Грюнта и поиски ассистента Мордина ==========

— Капитан, я понимаю, что вроде как нам нужно побыстрее лететь биться с Серым Посредником. — у шлюза возвратившихся с Цитадели сопартийцев встречает Джеф. — Но у нас две проблемы, которые, думается, следует решить одновременно. Первая проблема — у нас буйствует в своем отсеке Грюнт, а Мордин указывает, что кроган должен в ближайшее время пройти обряд инициации, чтобы ввести психику в нормальное русло. Без этого мы будем иметь комок мышц, практически неуправляемый. Да и Мордин говорит, что на Тучанке есть следы его ассистента, Мелона. Да и Джек настаивает на полете на Прагию...

— Ладно. Спасибо, Джеф, за напоминание. Давай с Джек отложим решение... по максимуму... до возвращения с базы Серого Посредника. С остальным придется разбираться сейчас. Готовь корабль к полету на Тучанку, договорись с кроганами о возможности выхода на орбиту. Мы спустимся на челноке. Я, Мордин и Грюнт. Этого хватит.

— Хорошо, капитан. Но я бы предложил с Джек разобратья до Серого Посредника. Хотя — как скажете. — Моро козырнул и исчез в пилотской кабине.

— Спасибо. — Шепард взглядом встретился с Заидом и Тейном. — Решим Тучанку — будет легче.

— Возможно. — пробурчал наемник. — Я у себя. Главное, чтобы Грюнт не очень буйствовал.

— Не будет. Мы уже отправляемся на Тучанку. — раздался голос пилота. — Я договорился.

— Договорился он. — протянул Тейн. — Спасибо, Шепард. По меньшей мере я знаю, что мой сын в безопасности и на Цитадели. Мы условились изредка с ним видеться.

— Я постараюсь изредка ставить Цитадель в план перелетов, Тейн. — Шепард пожал руку дрелла и направился к себе в каюту.

— Грюнт, я вижу, что ты нервничаешь. Знаю, что тебя гложет желание все вокруг разнести. Ты просто меняешься, становишься взрослым. Мы уже взяли курс на Тучанку. Ваши доктора скажут точнее, что с тобой происходит.

— Спасибо, Шепард. — кроган навис над человеком. — Ярость и злость неплохи, если они не являются следствием болезни, а на болезнь.... Мое состояние мало похоже на болезнь... Но долго я так не протяну, Шепард. Мне не хочется быть виновником разрушения корабля. И я не хочу причинять вред экипажу.

— Джеф. — не поднимая глаз к потолку, сказал Шепард.

— Прибытие через пятнадцать часов, капитан. Там сложные условия навигации. Раньше можно, но сложно.

— Грюнт, может пока тебе Мордин даст снотворное или успокоительное. Двенадцать часов сна, потом подкрепишься и мы спустимся на Тучанку. Будешь в форме. А то ведь больше десяти часов метаться по отсеку...

— Ладно. Он идет с нами? — кроган смерил тяжелым взглядом вошедшего в отсек саларианца. — Ему я доверяю, хоть он и не кроган-врач.

— Доверие ценно, важно. Отношения между врачом и пациентом, ответственность. — сказал Мордин, делая легкий укол инъектором. — Через четверть часа будет спать ровно десять часов, Шепард. Это безопасно.

— Верю. — Грюнт ловит лапу саларианца, пожимает, затем садится. — Говорил пятнадцать минут, а меня уже в сон клонит.

— Через четверть часа — гарантирую сон. Сейчас ты просто засыпаешь, но полного сна еще не будет. — сказал Мордин, выходя следом за Шепардом. — Не понимаю, капитан. У меня нет ощущения, что с Мелоном произошло что-то страшное. Обычно меня не обманывают мои ощущения.

— Может, он просто где-нибудь отсиживается... скажем, его держат в качестве заложника? — спросил Шепард, заходя в лифт вместе с саларианцем. — Ну там они чего то ждут... там же кланов немало... У всех разные интересы.

— Кроганы — довольно жестокая раса. А саларианцев там не слишком привечают. Но, может быть, вы и правы. — саларианец кивает и выходит из лифта. — Если что, я у себя в лаборатории.

— Вы тоже, Мордин, отдохните. — нажав клавишу паузы на панели лифта, говорит Шепард. — Вместе со мной и Грюнтом пойдете. Мы решим и его и вашу проблему.

— Даже? Всегда хотел посмотреть на процедуру инициации молодых кроганов. Говорят, она хорошо проверяет готовность кроганов к перегрузкам. — саларианец кивает и исчезает за дверями лаборатории. Шепард направляется к себе.

— Сюзанна, разбуди меня через восемь часов.

— Хорошо, капитан. — ИИ корабля приглушает в капитанской каюте свет и отключает канал связи. Шепард растянулся на кровати, даже не снимая покрывала.

Ровно через восемь часов Сюзанна мягким сигналом разбудила Шепарда.

— Сюзанна, спасибо. — Шепард умылся в санблоке, вытерся полотенцем. — Есть что либо новое по Тучанке?

— Рекомендую максимально усилить броню и защиту. Планета пережила ядерную войну, там экстремальные температуры и опаснейшие болезни. В системах информации кроганов слабое шифрование. Саларианец находится в плену в одном из кланов. Сведений о его пытках или избиениях нет. Для Грюнта будет критично важным представиться вождю клана Уроднот.

— Кто его глава?

— Ваш хороший знакомый, Рекс. Думаю, это многое облегчает. Отмечу только, что Мордин указал в своем отчете на нестабильный гормональный фон Грюнта. По традициям, регулируемым шаманами кланов, любой молодой кроган обязан пройти обряд посвящения. Экономя ваше время, скажу, что это — битва с самыми опасными тварями на Тучанке. Среди которых — молотильщик. Шаман может не допустить Грюнта к обряду, поскольку быстро узнает о его пробирочном происхождении, но Рекс и вы сможете договориться. Да и Грюнту надо помочь в кратчайшие сроки.

— Молотильщик?

— Последний кроган, кто победил молотильщика — Рекс. Здесь не важно победить, здесь просто надо выжить. Молотильщик плюется ядом и бросается волнами, способными расплющить любое живое существо, но обычно не любит долгих схваток. Остальные животные — варрены и огненные кликсены. Кроганы их называют по-своему. С ними особых проблем не будет — их просто надо отстрелять. И еще, Шепард. Вам также придется выйти на арену в качестве союзника и партнера Грюнта. Так что честь победы над молотильщиком вы вполне можете разделить с нашим Грюнтом. А в том, что вы, Заид и Грюнт уложите этого червя баиньки в вечность — я уверена.

— Сюзанна, я тебе уже говорил, что ты великолепна?

— Нет, капитан. Но я благодарна за столь высокую оценку моей работы. Грюнту еще спать два часа.

— Хорошо. Попроси Гарднера приготовить мне и Заиду обед. Мы поедим. А потом Гарднер может приготовить что-нибудь полезное для Грюнта.

— Кстати, капитан. Команда в восторге от стряпни Гарднера. Он, получив ваши деликатесы, просто очаровал всех членов команды и всех членов экипажа. У нас теперь несколько тонн заготовок — даже на несколько званых обедов хватит. — доложила ИИ. — Гарднер хотел бы лично поблагодарить вас. А благодарность команды вы услышите и сами, когда спуститесь в столовую. Акции Гарднера просто невероятно поднялись. Его обожают.

— Спасибо, Сюзанна.

— Отключаюсь. — ИИ сняла канал связи. Шепард прибрал постель и спустился на лифте в столовую жилой палубы.

— Капитан, вы превзошли мои любые ожидания. — кок выложил на прилавок поднос с полным обедом. — Это приготовлено по земным и азарийским рецептам из тех инградиентов, что вы привезли с Цитадели. Хоть азари и странные бывают, но рецепты у них — язык от восторга проглотить можно. Хотя... Многие их рецепты связаны с червями... Прямо каннибализмом попахивает. Или заменить на чисто земную пищу?

— Нет, Гарднер, не надо. — Шепард взял поднос и направился к столику. Обед был действительно великолепен — инградиенты позволили резко разнообразить вкус и аромат пищи. Сидевшие за соседними столиками члены команды хвалили Гарднера, отмечая, что теперь нужно почаще приходить, пока есть такие инградиенты. А то вскоре до пайков дело опять дойдет.

— Что нас может ждать на Тучанке, Шепард? — Заид Масани сел со своим подносом напротив капитана. — Я там еще не был — кроганы не слишком любят чужаков. То, что вы распорядились об усилении брони и защиты фильтров, я уже слышал и все выполнил. Стрелять будем много?

— Да. У нас среди врагов — молотильщик. Про более мелких — не говорю. Они того не стоят.

— Завалить молотильщика? Сильно. В ближнем бою, без транспортера и его пушки? — по Заиду было видно, что его перспектива битвы с червем без поддержки бронетехники не пугает.

— Да. У кроганов это вроде обряда посвящения. Если молотильщик не убьет кандидата во взрослые кроганы за короткое время — кроган считается выдержавшим инициацию и принимается в клан. Если он убьет молотильщика — перед ним открыта дорога во власть.

— Значит...

— Если Грюнт убьет молотильщика, то глава клана будет держать его в резерве на руководящий пост. О том, что Грюнт станет членом клана, получит право на собственность и на то, чтобы воевать под командованием воеводы — я уж не говорю. Это стандартно. Но наш Грюнт покажет себя с наилучшей стороны. Он — особенный кроган.

— Да уж, Окир удивил всех кроганов. Кроган, выращенный в пробирке, чистокровный.

— Главой клана Уроднот является мой хороший знакомый — кроган Рекс. Он был наемным убийцей, прошел рядом со мной всю первую миссию. Теперь после падения Властелина кроганы выбрали его своим вождем. Он занят объединением кланов, хочет создать единый народ.

— Даже так? Это может резко облегчить дело. — сказал Заид.

— Нет, Заид. Это только начало. Нам нужно найти ассистента Мордина, который был захвачен в плен одним из кланов кроганов. Я подозреваю, что он как-то связан с проблемой генофага.

— А, болезнь, которая позволила резко сократить темпы воспроизводства кроганов. — сказал Заид, потянувшись к бокалу с напитком. — Слышал, знаю. Полагаешь, эта часть нашей высадки будет иметь дальнюю перспективу?

— Уверен в этом, Заид.

— Интересно. Значит у меня есть перспектива остаться рядом с тобой, Шепард. Поскольку такое дело — безусловно опасное. Есть мысли, кто виновен в генофаге?

— Это хорошо известно из истории. Саларианцы. С их научным потенциалом это сделать не так уж и сложно.

— А как же Мордин? Впрочем, знаю. Ты сейчас скажешь, что саларианцы — разные.

— Скажу, Заид, скажу. Тогда нужно было остановить волноподобный рост численности кроганов, для этого нужны были экстра-меры. И они были применены. Потом, согласно некоторым данным, применение генофага было осуществлено повторно. А там уже и до отдаленных негативных последствий дошло. Вокруг кроганов многое изменилось, но вот вопрос, насколько массово изменились кроганы, чтобы не опасаться взрывного роста их численности. А с этим проблемы. Тем не менее, ясно. Сегодня кроганы нам нужны будут как военная сила в борьбе с Жнецами. И ради этого можно реанимировать эту расу, влив вакцину.

— А сама вакцина?

— Не знаю, Заид. Этого не знаю.

— Ладно, пора на высадку. Грюнт бесится. — сказал наемник, услышав глухие удары. — Того и гляди ангар разнесет. Пошли.

— Пошли.

По дороге к ангару к ним присоединился Мордин в своем обычном легком скафандре. Грюнт нервничал, но старался держать себя в руках.

Челнок плавно снизился, опускаясь в открытый зев шахты.

— Обстановочка — просто апокалиптическая. — сухо заметил Заид, глядя в иллюминатор двери. — Ядерная зима.

— Поэтому кроганы и не любят визитеров. Хвастаться особо нечем. Остальное для чужаков будет слишком непонятно, а кроганы словесных объяснений не любят.

У входа в постройку кроганов на огромной глубине под поверхностью планеты их встретил капитан кроганской стражи.

— Вас желает видеть вожак клана. И, если беспокоитесь о своем крогане — поговорите с вожаком клана о нем. Только он может решать такие вопросы. Я же скажу просто — он становится взрослым и ему нужно пройти обряд посвящения. Тогда всю его нервозность — как рукой снимет. — сказал кроган и отступил в сторону, давая возможность пройти в открывавшийся портал.

Пройдя по коридору, они быстро достигли тронного зала. Попытавшийся было остановить их кроган-охранник, был вынужден умерить свой пыл, услышав за спиной рык Рекса.

— Шепард, мой друг! — огромный кроган в тяжелой боевой броне навис над капитаном и Заидом. Грюнт благоразумно держался позади, озираясь по сторонам и ловя на себе ненавидящие взгляды других кроганов. — Я так и знал, что тебя невозможно отправить на ту, смертную сторону.

— Рекс, я тоже рад видеть тебя на троне. Объединяешь?

— Да, Джон. Работы много, но вскоре кроганы будут единым народом.

— Не так быстро это будет, Рекс. — просипел стоявший у трона пожилой кроган. — Это займет немало времени.

— Это все равно будет! А я постараюсь, чтобы это случилось побыстрее! — сказал Рекс. — Это шаман моего клана, он обязан блюсти традиции, но ведь на традициях далеко не уедешь. Надо жить и сегодняшним днем и думать серьезно о будущем. — Рекс принюхался. — А ты заимел в команду еще одного крогана? Выглядит нормально. Даже пахнет нормально? Тебя как зовут?

— Грюнт.

— Твой клан был уничтожен прежде, чем ты смог научиться всему необходимому?

— Моим отцом был Окир... — сказал Грюнт, не желая вдаваться в подробности.

— Понятно. — сказал Рекс. — Окир... Сложная судьба у этого имени. Сильно ненавидят кроганы это имя.

— Он — мой отец. — упрямо повторил Грюнт. Кроме того, в моих жилах течет кровь. — он быстро перечислил два десятка видимо хорошо известных Рексу имен.

— Все равно, сынок. Ты становишься взрослым.

— Рекс, реформы организации кланов и народа кроганов — одно, но нарушение традиций предоставлением возможности пройти инициацию детенышу из пробирки — это другое. Это уже совершенно противно любым правилам и любым традициям. Твои позиции рискуют быть серьезно ослаблены, если ты захочешь допустить его. — шаман указал на Грюнта согнутым пальцем. — к нашей инициации. Предки могут воспротивиться.

— Об этом мы поговорим позже. — Рекс, внимательно выслушавший тираду своего шамана, повернулся к Шепарду. — Джон, вижу у тебя не только эта проблема.

— У моего члена экипажа. — он указал на Мордина. — пропал ассистент.

— Знаю. Саларианцы здесь редкие гости. Обратись к моему командиру разведчиков. Он знает больше. Не вижу причин отказывать тебе в этих двух возможностях, Шепард. — сказал Рекс, усаживаясь на трон. — Извини, мне надо обсудить со своими кое-какие текущие вопросы. Шаман обычно пребывает на втором этаже, разведчик — на этом — справа, пройдешь по каменистым остаткам, увидишь выгородку из плит. Он там. Не отвлекай его надолго — мне надо следить за кланами. У нас тут неспокойно.

Шепард кивнул и первым сошел вниз. Предстояло решить, чем заняться в первую очередь.

— Мордин. Мы сначала решим проблему с Грюнтом, а потом твою. Если уж мы здесь и нет признаков того, что твой ассистент в опасности.

— Понимаю. — согласился ученый. — Грюнту нужно успокоиться. Пройти процедуру инициации. Это для его вида важно. Гормоны. Химия.

— Не продолжай. — Шепард поморщился. Мордин, увидев его реакцию, запнулся и сделал вид, что что-то ищет в инструментроне. — Идем к шаману.

На этаже у шамана шел яростный спор. Увенк спорил с шаманом, доказывая, что детенышу из пробирки не следует давать возможность пройти священную для всех кроганов инициацию.

— Я привык говорить о себе сам. — Грюнт отодвинул Шепарда и подошел к шаману.

— Он выглядит как обычный кроган. — шаман окинул Грюнта цепким, все подмечающим взглядом. — И пахнет он нормально. — он едва двинул носом. — Увенк, твои подозрения и сомнения беспочвенны, это — не кукла. Если подделать внешний вид крогана еще можно, то запах — нет. У него есть нужда пройти инициацию, он пахнет именно так, как обычный молодой кроган.

— У него нет тех, с кем ему придется проходить обряд. У меня есть команда, а у него?

— Ты слишком спешишь с выводами. — Грюнт посмотрел на Увенка тяжелым взглядом. — Шепард встретил меня у выхода из колбы. Он доказал свою силу и власть и я признал его равным себе. Почему бы тебе не признать, что Шепард — тот, кто встанет рядом со мной?

— Я бы хотел слышать мнение капитана. — Увенк вопросительно посмотрел на Джона.

— И какое мнение ты желаешь услышать? Что я откажусь помочь Грюнту? Этого — не будет.

— Двое — недостаточно. — Теряющий влияние Увенк решил стоять до конца.

— А кто тебе сказал, что с Грюнтом будет только Шепард. — произнес подошедший Мордин. — Я также буду воевать на стороне Грюнта.

— Саларианец? — захохотал Увенк. — Да...

— Остановись, Увенк. — сказал шаман и кроган послушно замолчал. — Полагаю, вы. — он посмотрел на Масани. — Также будете драться?

— Да. Если Шепард верит Грюнту, я также верю ему.

— Этого достаточно. Увенк. У тебя нет никаких шансов остановить инициацию. Идемте, транспорт доставит нас к последнему пострадавшему от войны городу кроганов. Камень-ключ был в самом его центре.

Путь к городу занял чуть больше часа. Все это время в полутемном чреве бронетранспортера царило напряженное молчание. На экранах были видны пейзажи разрушенной планеты, остовы зданий, металлоконструкции. Наконец транспортер вкатился в тоннель и остановился. Перед вышедшими открылся вид на наклонный тоннель.

— Никто не знает, что вас там ждет. Мы не ограничиваем никого в стремлении создать соревнующимся дополнительные трудности. До, во время или после инициации. — произнес шаман, поднимаясь первым по наклонному тоннелю к поверхности. Выйдя на площадку, Шепард огляделся. Грюнт принюхался, а Заид заученным движением вскинул свою винтовку. — Активируете камень-ключ столько раз, сколько потребуется. — с этими словами шаман с двумя охранниками вернулись к люку в тоннель и тяжелая крышка встала на место.

Обойдя площадку, Шепард уяснил ситуацию. Грюнт собрал валяющиеся боеприпасы, а Заид обыскал трупы кроганов. Направляясь к укрепленному на кронштейне пульту с единственной большой кнопкой, Шепард увидел, как поднимается по направляющим боек огромного молота. Нажатие кнопки — и первым испытанием стали многочисленные варрены. Заид, Мордин и Грюнт достаточно быстро отстреляли их, с какой бы стороны они ни появлялись.

— Шепард, это слишком легко. Мало похоже на испытание. — Грюнт, даже не запыхавшись, подскочил к капитану. — Они что, обманывают нас? Я думал, испытания кроганов — это серьезно.

— Грюнт, это только первый этап. — Шепард посмотрел на поднимавшийся снова боек молота. — Готов?

— Спрашиваешь. Готов, конечно. — кроган развернулся и направился к крышке люка. — Давай, нажимай, может кто посерьезнее проявится.

— Мордин, Заид?

— Готовы, Шепард. — откликнулся саларианец. — оружие перезарядил.

— Давай, Шепард, нам еще саларианского ассистента доставать. Время дорого. — коротко бросил Заид.

— Ладно. — Шепард не оборачиваясь ударил по клавише. Промахнуться было сложно. Ударил, сотрясая площадку молот и с разных сторон на сопартийцев полезли огненные кликсены. Их принесли на площадку гиганские летающие твари — харвестеры.

— По летающим тварям — не стрелять, но близко к ним не подходить! — сказал Шепард, включив общую связь. — Отвечать не надо, не отвлекаемся! Кликсены дышат огнем, не подпускайте их близко к себе!

Битва с кликсенами не была продолжительной, но пришлось побегать, чтобы успеть отстрелять этих неразумных тварей и уклониться от атак харвестеров.

— Это уже лучше. — подскочивший к капитану Грюнт явно был доволен. — Наверное третьим будет уж совершенно сильный противник.

— Может быть. — сказал Шепард. — Соберите оружие, проверьте боезапас. Через две минуты начнем.

— Принято, Шепард. — Грюнт кивнул и убежал к сопартийцам.

Ровно через две минуты Шепард надавил клавишу. Ударивший молот снова сотряс площадку и появился молотильщик. Теперь Шепард старался избегать плевков твари и одновременно, пользуясь тяжелым оружием, нанести ей наибольший урон, следя за тем, чтобы и Грюнт мог проявить себя — кроган мог нести тяжелое оружие, которым не замедлил воспользоваться. Молотильщик был убит задолго до истечения контрольного времени.

Едва только тварь рухнула в тартарары, на бортике площадки возник Гататог Увенк. Короткий диалог с ним привел к ожесточенной перестрелке — Увенк отчаянно пытался перетянуть Грюнта в свой клан, но кроган не поддался на уговоры и назвал Увенка лицемером. Едва только рухнул последний сообщник Увенка, крышка люка в центре площадки поднялась и оттуда выглянул шаман, жестом приглашая следовать за ним.

Тот же транспортер доставил Шепарда и сопартийцев в ставку Рекса. Грюнт, следуя ритуалу, опустился перед шаманом на одно колено и склонился в поклоне. Шаман торжественно провозгласил, что теперь Грюнт стал членом клана Уроднот, он может владеть собственностью и вставать под командование воеводы.

— Шепард — мой воевода. С ним никто не сравнится. — не утерпел молодой кроган, но шаман клана не обратил на такую вольность никакого внимания.

После обряда посвящения Шепард расспросил шамана об истории Тучанки и о том, как шаман получил этот пост. Шаману было приятно внимание чужеземца и он не оскорбился, когда Шепард проявил вполне понятную недостаточную осведомленность.

— Грюнт стал следующим кроганом, которому удалось убить молотильщика. Последним был Рекс. — сказал шаман на прощание. — Пусть ваши враги будут сильными... чтобы вы не теряли совершенство ваших боевых навыков.

Шепард кивнул и первым сошел со второго этажа.

— Теперь мы можем заняться поиском вашего ассистента, Мордин.

— Я бы рекомендовал...

— Шепард... — Грюнт подошел непривычно тихо и быстро. — Мордин может быть и прав, но...

— Грюнт, будет лучше, если ты вернешься на борт челнока и подождешь нас там. Водитель шаттла — человек, это нервирует кроганов. Твое присутствие и твои достижения на арене позволят ему защититься от посягательств. Если кроганы увидят тебя вне клана...

— Понимаю, Шепард. Насчет водителя — ты прав. Я побуду там. — кроган развернулся и направился к выходному тоннелю.

— Переговорим с главой местного разведцентра — и вперед. Полагаю, нам придется арендовать местный грузовик. — сказал Шепард, кивая сопартийцам, чтобы они следовали за ним.

Разговор с разведчиком получился сугубо деловым. Рекс уже распорядился выдать Шепарду грузовик и капитан только расспросил главу разведки Уроднот об обстановке и месте дислокации клана "Кровавая Стая" во главе с Вейрлоком Галдом. Шепард отметил, насколько нервно вслушивается в слова разведчика Мордин. Наемник хранил молчание и сохранял полную внешнюю безучастность. Поблагодарив главу разведки за информацию, Шепард и сопартийцы уселись в грузовик.

— Предстоит брать больницу. Она, как сказал глава разведки клана, строится в расчете на осаду. Если кроганы и имеют резервные органы, это не дает им возможности использовать десять жизней — эффективность сразу падает. Поэтому больница и выглядит как крепость. Но внутри — обычные боевики и бандиты. Так что при случае — стрелять на поражение. Кстати, если я правильно понял, в Кровавой Стае — не только кроганы. Пусть глава разведки клана и убежден, что ворка — низкоорганизованы, они могут нам составить немалую проблему.

— Разберемся. — кинул Масани. — Ворка — мусор, они не способны к долгому эффективному противостоянию. А мы — не так слабы. Хорошо, Шепард, что ты отправил Грюнта защищать челнок. Нам нужно в любом случае суметь отсюда улететь без потерь. Потеряем челнок — будем иметь большие проблемы.

— Выгружаемся. Нам нужно убить этого Вейрлока Галда. И найти ассистента профессора. — сказал Шепард, уловив, что грузовик остановился. Кивком поблагодарив крогана — водителя, он соскользнул на плиты площадки перед входом в район, контролируемый кланом Вейрлока.

Первыми их атаковали кликсены, за ними появились варрены, после чего наступила очередь ворка-ракетчика. Затем к ворка подключились и кроганы, но Шепард и сопартийцы просто поджигали врагов и двигались вперед, направляясь к больнице. У здания больницы Шепард нашел плату управления коллектором заднего моста грузовика — такую плату он видел в лючке грузовика, стоящего на ремонте в клане Уроднот.

— Это им пригодится. — подошедший Мордин взглянул на плату. — У кроганов обычно плохо с навыками электроники. Если уж нельзя утащить к ним целый мост. — он указал на валявшуюся поотдаль металллоконструкцию с остатками колес, — То уж плату мы вполне можем им передать.

— А если мы этого Галда уложим, то пока они будут избирать нового вожака в резко уменьшенном составе, разведка клана сможет забрать и мост. — подошедший Заид уже успел обследовать деталь грузовика. — Там и ремонта на несколько часов. Думаю, кроганы справятся.

— Вскрываем замок двери. — Шепард защелкал клавишами инструментрона. — Готово. — Он сделал несколько шагов, повернулся влево и... — Человек? Мертвый?

Его опередил Мордин. Со свойственной саларианцам скоростью он активировал свой навороченный инструментрон.

— Использовался в многочисленных экспериментах. Цель — генофаг, победа над ним.

— Это бесчеловечно. — отрезал Шепард. — Эксперименты над людьми даже "Цербер" не приемлет...

— Вы мало знаете о "Цербере", капитан. Кроганы всего лишь идут методом перебора. Для настоящей науки — это ясельный возраст. Долго, жестоко, неэффективно. И неэтично.

— Полагаю, у нас теперь есть причина, чтобы это место было зачищено от всех живых организмов. — сказал Шепард, разгибаясь. — Даже если не удастся определить, кто этот несчастный...

— Кроганы уловили одну вещь, Шепард. Люди слишком разнообразны. Это разнообразие позволяет быстрее...

— Мордин, этот Галд — труп. — сквозь зубы проскрипел Шепард. — Кроганы не могут использовать людей для экспериментов. Мы — не лабораторные мыши.

— Тогда надо двигаться вперед. Это все же больница, думаю, трупов будет еще предостаточно. — Заид осмотрел закоулки помещения. — Здесь пока без проблем.

— Вперед.

Следующими, кто попытался их остановить, оказался глашатай клана Вейрлоков, который самым банальным образом их запугивал. Успевший заметить баки с горючим под эстакадой, Шепард метким выстрелом повредил один из баков и возникший пожар уничтожил говорливого глашатая. Его охрану — клановых стражей-кроганов добили Мордин и Заид. Попытавшийся помочь своим боец клана, представитель ворка, словил два заряда и упокоился.

— Мы входим в основные помещения больницы. — предупредил Мордин. — запах будет едва ли лучше, чем в морге.

— Ага. — Заид указал на труп крогана, лежавший на препарационном столе и накрытый какой-то клеенкой. — похоже, Мордин, у кроганов уже совершенно катушки не работают. Они над своими эксперименты ставят.

— Вы правы, Заид. — Мордин активировал инструментрон, провел быстрое сканирование. — Стерильная кроганка, женщина клана. Здоровая. Сама согласилась на эксперименты. Надеялась на излечение. Но врачи... они слишком жестоко обошлись с ней... Такой терапии... даже кроган не каждый выдержит. Ее ошибку можно простить. Ошибку врачей я простить не могу. — он отвернулся. — Нам надо идти, Шепард.

Группа шла дальше. В одной из выгородок они нашли разведчика клана Уроднот. Тот не хотел ничего слушать и Мордин быстро определил, что крогана держали под гипнозом слишком долго — он уже не мог мыслить самостоятельно. Диагноз Мордина оказался точен — казавшийся полностью расслабленным кроган вскочил и попытался броситься на Шепарда, но капитан вскинул пистолет и несколькими выстрелами остановил разьяренного бывшего разведчика.

За следующей дверью они нашли Мелона — ассистента профессора. В ходе весьма экспрессивного разговора двух ученых выяснилось, что молодой саларианец сам пришел в клан для того, чтобы ему дали возможность создать лекарство от генофага. Оторопев от подобной самостоятельности, Мордин со свойственной саларианцам пулеметной скоростью речи обвинил своего ассистента чуть ли не в геноциде пациентов, после чего вскинул пистолет и Шепарду едва удалось предупредить открытие огня.

— Что бы он ни совершил, вы, Мордин — не убийца! — сказал Шепард, зажимая руку профессора с пистолетом. Ассистент, припертый Мордином к огромному экрану, подтверждающе кивал головой. — Опустите оружие. А вы. — Шепард взглянул на ассистента. — мотайте отсюда как можно быстрее.

— Я не убийца. — Мордин прикрыл глаза, замер. — Вы правы, Шепард. Я — не убийца. Убирайтесь, Мэлон.

— Куда же я пойду, профессор?

— Мне это безразлично. Хоть на Омегу. Всегда можно найти клинику. — сказал Мордин, приходя в себя и перемещаясь к пульту. — Убирайтесь. Ваш проект закрыт.

Молодой саларианец почел за благо исчезнуть. Мордин перебирал сенсоры, знакомясь с результатами работы Мэлона.

— Чудовищно. — бормотал он. — Это надо уничтожить.

— Оставьте данные. — сказал Шепард.

— Хорошо. — подумав, Мордин нажал несколько клавиш. — Вы правы. Это можно сохранить. Удаляю локальную копию, закрываю. Спасибо. Моя ошибка. Не нужно было торопиться его спасать. Он не нуждался в спасении.

— Нуждался. — Шепард положил саларианцу руку на плечо. — Если бы мы не пришли сюда, он бы сделал так, что нам стоило бы больших трудов переломить ситуацию к общей пользе.

— Вы правы, Шепард. Молодость... имеет своеобразное представление об ответственности. — Мордин отошел от пульта. — Возвращаемся на корабль?

— Да. — сказал Шепард.

Обратный путь на грузовике не занял много времени. Механик, которому Шепард вернул плату, был очень обрадован — сказал, что человек сэкономил ему три дня работы и иметь пусть и поломанную плату лучше, чем пытаться достать любыми путями новую. А когда Шепард сказал, что они зачистили клан Вейрлока и механик может забрать от больничного корпуса целый задний мост, кроган охотно рассказал, как стал механиком, а не воином и даже похвастался, что независимо ни от чего он дает кроганам возможность использовать высокотехнологичное оружие, а не просто клинки.

Заид поставил около тысячи кредитов на бой между варренами, но проиграл, что его совершенно не расстроило. Он сказал, что привык общаться не с терминалами, а с живыми букмекерами.

Челнок принял их на борт и доставил на фрегат.

========== Глава 82. Высадка на базу Серого Посредника. Часть 1 ==========

— Капитан, корабль в районе, где предполагается нахождение базы Серого Посредника. Планета Хагалаз. — доложил Джокер.

— Принято, Джеф. — Шепард увидел спешащую к ним Лиару. — Лиара, немедленно в арсенал. Одень самую тяжелую броню и возьми самое тяжелое оружие с максимальным боекомплектом. Возьми генераторы дополнительных щитов.

— Шепард.

— Мне не улыбается объяснять Ферону, что ты погибла из за недостаточной вооруженности и защищенности. Мне достаточно одного Тейна, который в данном случае убьет меня так, что я даже вздохнуть не успею. Рысью в арсенал и вооружись и защитись по максимуму. Иначе ты не спустишься раньше, чем мы наведем там. — Шепард указал на планету. — порядок. Где бы этот Серый Черт не находился.

— Хорошо, капитан. — Лиара поняла, что ей не светит переубедить капитана и послушно направилась в арсенал. Через десять минут она стояла перед Шепардом. — Я взяла все по максимуму, Шепард. Как ты и сказал. Спасибо.

— Не за что. Ферон мне не простит еще и твоей гибели. Или ранения. Грузимся в челнок.

Водитель челнока напряженно вглядывался в экран, на который Сюзанна выводила курс.

— Держитесь точного курса, Стив. — сказал Шепард, стоя рядом с креслом водителя. — У нас нет другого способа вычислить местоположение корабля Серого Посредника. Только так. И только благодаря Сюзанне и ее возможностям и способностям.

— Корабля? Да тут дивизию кораблей спрятать можно. — дивился водитель, осторожно маневрируя челноком. — Ветер прямо буря.

— Днем океаны планеты кипят, а через десять минут после захода светила — замерзают. — сказала Лиара, входя в водительскую кабину. — Немного ниже, влево и выравнивайте...

— Этот монстр... Корабль Посредника? — выдохнул в изумлении водитель, когда в иллюминаторах передней части челнока вырос силуэт гигантского корабля.

— Да. Лиара, есть идеи, как попасть внутрь? Сомневаюсь, что Посредник ведет прием посетителей на обшивке.

— Док для челноков, конечно, закрыт. Нас не ждали. Но мы можем высадиться на обшивку. И действовать потребуется в темпе. Там часто бьют молнии и ветер — просто ураганной скорости и силы. К тому же следует опасаться конденсаторов. Их разряд уложит в бессознательное состояние на несколько минут. Следует ожидать роботов и наемников. Корабль — большой и гарнизон — большой. По другому вряд ли будет.

— И они нас не видят? — спросил водитель.

— Если и видят, то понимают, что мы сюда пришли не облет делать. — ответил Шепард. — А значит, они готовят нам теплую вооруженную встречу на обшивке и внутри. Снижайтесь, но не побейте челнок о внешнюю броню и острые конструкции, Стив. Надеюсь, следующий ваш прилет будет более привычным и обычным. — с этими словами капитан первым спрыгнул на обшивку гиганта, несущегося между светом и тенью. За ним последовала Лиара и замыкал шествие Грюнт. — Оружие — к бою. Вижу дронов.

Дальнейшее не впечатляло совершенно — наемники, дроны, молнии. — Шепард чувствовал, насколько стандартно защищается от их вторжения Серый Посредник и гадал, что им он противопоставит, когда они придут в его офис. Лиара также откровенно скучала и если Грюнт уделял основное внимание перестрелкам со всевозможными противниками, обходясь без словесных комментариев, то азари, уложив очередного боевого инженера, успела восхититься видами с обшивки корабля, испугаться огромной высоты, на которой находился над планетой корабль Посредника, отметить, что построить такой корабль втайне надо было еще суметь. Хоть она и не была техником, но отметила, что Посредник любит комфорт — на броне она заметила демферы — поглотители, из чего сделала вывод, что внутри шума бури совершенно не чувствуется. Чисто автоматически она пожелала Серому Посреднику сдохнуть, тогда когда двигатели корабля хотя бы на секунду остановятся.

Наконец они достигли входного шлюза одного из резервных выходов.

— Не расслабляться. — сказал Шепард. — Они теперь подключат внутреннюю охрану и бить будут только на поражение. Корабль крепкий, в этом мы уже убедились, поэтому могут применить и ракетные установки. Используйте укрытия чаще и стреляйте экономно.

— Хорошо, Шепард. — Грюнт перезарядил свой дробовик. — Я неплохо размялся на шкуре этого корабля, надеюсь в его потрохах будет не менее весело.

— Будет, Грюнт, будет. — Шепард услышал в отдалении топот ног многочисленных охранников. — Лиара, попробуй по кодканалу получить у Сюзанны локационные данные внутренностей корабля. Не хотелось бы оставлять Ферона напоследок.

— Получила, Шепард. Сюзанна нашла даже тюремный блок, отметила камеру Ферона. Он просто сидит в этой камере, жив... — Лиара впервые позволила себе немного расслабиться. — Его даже... Если верить Сюзанне, его даже не пытали... Не понимаю.

— Разберемся. — сказал Шепард. — Сюзанна, направляй нас по коридорам к тюремному блоку.

— Сожалею, Шепард, но дверь — поле в тюремном блоке замкнута на центральный офис Посредника. Если вы попытаетесь его вскрыть — у Ферона вскипят мозги — и головной и спинной. Увидеть его вы сможете, но вытащить...

— Понял. — Шепард уложил из тяжелого оружия пятерых охранников, застрелил двух инженеров и оказался перед дверью тюремного блока. Вскрыв замок он увидел за синеватым полем лежавшего на полу дрелла.

— Ферон? Ферон! Ты жив! — Лиара подскочила к самому полю, лаская взглядом своего друга. Дрелл пошевелился, приподнялся на локтях.

— Лиара? Ты... Как здесь?

— Мы знаем, Ферон. Мы тебя вытащим. Подожди нас. — Лиара прислонилась к простенку. — Богиня... наконец-то я его увидела. Он жив и относительно здоров...

— Посредник... меня не пытал, Лиара... Он просто лишил меня возможности выйти отсюда... Приносили мне и еду, специально для дреллов. Мало, конечно, но вполне достаточно, чтобы не умереть. — слабым голосом дрелл пояснил ситуацию.

— Гуманный какой. — произнес Грюнт. — Шепард, тут что-то не то. Настолько жестокие наемники и вдруг такое отношение к этому дреллу? Тут что-то не сходится... Посредник заставляет наемников и свою личную армию терпеть этого дрелла? Не понимаю.

— М-да. Нестандартный какой-то Посредник у нас получается. — Шепард посмотрел на закрывшую в изнеможении глаза азари. — Пока что у нас нет гостей с оружием, но Посредник явно подготовился и устроит нам теплую встречу в своем офисе. Лиара, нам нужно двигаться...

— Да... Сейчас... — азари с трудом разлепила заплаканные веки.— Через минуту я постараюсь сконцентрироваться...

— Три минуты, Лиара, больше мы не сможем задержаться или нас окружат... Я не верю в излишнюю гуманность Серого Посредника.

— Я готова. — Лиара поудобнее перехватила пистолет. — Если по плану Сюзанны — через две лестницы направо.

— Идем.

Три коридора и две лестницы, переполненные охранниками остались позади.

— Приготовить оружие. После того, что мы тут устроили... Самое меньшее — нас встретят пулеметным огнем...

— Мы готовы, Шепард. — сказал Грюнт, перехватывая дробовик.— Я чувствую за дверью большого противника. С ним будет интересно потягаться.

— Входим.

Ступив в открывшийся проем они сразу заметили огромную фигуру за не менее огромным столом. Фигура скрывалась в тени, освещение было сконцентрировано на пространстве у входной двери. Неожиданно вспыхнули дополнительные софиты и свет выхватил из полумрака фигуру за столом.

— Богиня... Это же... яг...

— Вы правы, доктор Т Сони. Я действительно представитель этой расы.

— Отпусти Ферона. — стараясь сохранять спокойствие, сказала Лиара.

— Зачем?

— То есть как это зачем? — не поняла азари. — Он же не вещь, чтобы его насильно удерживать.

— Вы дерзите мне, азари? — яг выпрямился во весь свой шестиметровый рост, вставая из за стола. — Вы, которая мешала мне все это время...

— У вас участие в конкурентной борьбе за обладание информацией называется "мешать"? — осведомился Шепард. — Мы сюда прорвались через полторы сотни ваших наемников, Посредник. Полагаю, что время дипломатических бесед еще не пришло.

— Хотите потягаться со мной силой оружия, человек? — Яг повернул в сторону Шепарда свою голову, украшенную восемью глазами. — Что-ж. Желание гостя — закон. Первый шаг — за вами! — он стукнул по столу, который моментально развалился на две части, переступил через обломки и выхватил из за спины многозарядную винтовку. — Вперед! Можете нападать все трое.

— Я — крога-а-а-н! — завопил Грюнт и открыл огонь, стараясь попадать как можно чаще по туловищу яга. Лиара отпрыгнула за какой-то контейнер и оттуда одиночными выстрелами пыталась попасть по глазам Посредника. Через несколько секунд тело яга покрылось белым налетом, сквозь который не могли пройти заряды даже тяжелого оружия. — Шепард задействовал установку Каин, выйдя вперед. Яг стоял как скала, ведя огонь узкими секторами.

— У него щиты адаптируются под силу огня. Мы так не сможем... — выдохнула Лиара.

— Тогда мы пойдем другим путем. — капитан опустил оружие в захваты на спине и размял пальцы обеих рук. — Посмотрим, каков он в рукопашной.

— Шепард! — крикнула азари, пытаясь остановить капитана, ринувшегося наперерез ягу, но тот уже успел подскочить к огромной фигуре и нанести ему ряд чувствительных ударов. Яг сделал шаг назад, затем на его левой руке вспыхнул малиновым огнем и развернулся силовой щит. Прикрывшись им, яг стал теснить Шепарда на середину комнаты.

— Лиара. — крикнул Шепард. — По моей команде. Удар по потолку. Обрушение...

— Поняла. Азари скрылась за контейнером, накапливая заряд.

— Давай. — Шепард отскочил от яга и скрылся за другим контейнером. — Вперед!

— Даю! — азари послала заряд в сверкавшую на потолке люстру и на яга обрушился дождь осколков.

Когда пелена рассеялась, члены группы с удивлением увидели неподвижно стоящего посереди комнаты яга, с виду совершенно неповрежденного. Он сделал шаг назад, протянул лапу к пульту, что-то нажал.

— Ферон. — произнес он. — Пройди в офис. Надо поговорить.

— Ферон — не пыжак, чтобы за тобой бегать. — сказала Лиара, еще не понимая, в чем суть нового положения.

Яг погасил щит, снял с себя излучение щита скафандра.

— Я — кроган! — на всякий случай заявил Грюнт, опуская дробовик.

— Я знаю. — сказал яг. — Ты совершенен. Это радует.

— Лиара! — в офис вбежал Ферон, сразу бросившись к азари. Обняв ее, он посмотрел на посредника. — Отпустите их и я останусь с вами.

— Смело. Ценю смелость. — сказал яг. — Вы доказали, что вы профессионалы в войне. Тебе, Ферон, ничего не угрожает. И им — тоже. Полагаю, пришло время смены Серого Посредника. — яг непрерывно смотрел на Лиару.

— То есть... — азари недоверчиво мерила взглядом столь представительного оппонента.

— Ваши друзья — кроган и дрелл... У них свой путь. У человека — свой. Я хочу, чтобы вы заняли мое место, доктор Лиара Т Сони.

— Но вы чуть не убили нас!

— Ну не убил же. — ответил яг. — Вы же ожидали увидеть здесь убийцу, палача, тюремщика. Приготовили оружие... Пришлось... некоторым образом... вас не разочаровывать.

— А как насчет вашей команды корабля?

— Лиара, Джон. — в разговор вступил Ферон. — Насколько я понимаю, Серого Посредника никто не видел вживую или на экранах. Слышали только его голос, прошедший сотни фильтров.

— Правильно. — яг посмотрел на дрелла. — И ты меня также не видел никогда. С тобой общались мои наемники. И если ты сидел в камере, то к тебе не относились жестоко. Таково было мое желание. А команда... Я же прекрасно знал, что рано или поздно кто либо из них попробует предать меня.

— Предать тебя, которого никто из них не видел?

— А разве предают только тех, кого всегда можно увидеть?

— Нет, но чаще всего...

— Ошибаетесь, Лиара Т Сони. — Яг подошел к одному из терминалов, нажал несколько клавиш. — Взгляните. Я отойду, чтобы вам было удобнее. — яг отступил в сторону. Азари подошла, впилась взглядом в экран.

— Богиня... Разве так было...

— И не только так, Т Сони. — Яг не двигался с занятого им места. Просмотрите, там есть и другие эпизоды. Сами.

— Обязательно. — рука Лиары порхнула по сенсорам. — И это все скрывалось...

— Живым разумным существам легче действовать и думать, полагая, что есть то, что останется скрытым от многих. Но, не от всех. — произнес яг. Вы же не будете отрицать, что разумная жизнь любопытна по своей сути. Без любопытства нет развития. Но и любопытство не беспредельно. Не хватает ресурсов, времени, желания, усидчивости, терпения.

— Значит ли это...

— Что Серый Посредник необходим? Да, Т Сони. Да. Заинтересовались?

— Это... больше чем интерес. — сказала азари.

— Хорошо. — Яг протянул руку по направлению к центральному пульту. — Тогда прошу вас, доктор, подойти туда. А вашим спутникам я предлагаю пройти в соседнюю комнату. Там есть где присесть, есть музыкальный автомат и есть некоторый запас приемлемой для них пищи. Они смогут все видеть, дверь останется открытой.

— Шепард, Грюнт. Пожалуйста. — Лиара обернулась к спутникам.

— Хорошо, Лиара. — Шепард шагнул к открывающемуся проему. — Грюнт.

— Я рядом, Шепард. — кроган пристроился слева и сзади.

Яг коснулся нескольких сенсоров и экран разделился на несколько десятков частей. Тут же ожила трансляция.

========== Глава 83. Высадка на базу Серого Посредника. Часть 2. ==========

В небольшой комнате, куда вошел капитан, действительно было все, о чем говорил яг. Спутники расселись по диванам, стараясь не отдаляться от проема. Яг и Лиара что-то обсуждали. Ферон, захватив напиток, прошел в основной зал, потом вернулся. В трансляции раздавались голоса яга и азари. Они о чем-то спорили.

— Он ей что, экзамен устраивает? — произнес Грюнт.

— Нет, это похоже на оживленный обмен мнениями между очень знающими людьми. — сказал Ферон.

— Согласен. — прислушавшись, сказал капитан. — Правда я не очень понимаю, в чем состоит обсуждаемая проблема.

— Главное, что ее понимает Лиара.

— Ладно, полчаса подождем, потом надо выбираться отсюда. Но для начала отдохнем здесь и потом выйдем в основной зал. Хочу понять, что он задумал.

— Я бы не хотел, чтобы Лиара здесь осталась. — сказал Грюнт. — Корабль большой, но холодно здесь. Да и одиноко. Мы ведь почти всех уложили. Никого в живых не оставили.

— Подтверждаю, капитан. — в наушнике возник голос Сюзанны. — На корабле теперь остались только вы из числа живых существ.

— Сюзанна, что ты скажешь по поводу ситуации? — спросил Шепард.

— Яг в роли Серого Посредника оказался достаточно разумным, капитан. Если он и устроил с вами боестолкновение, то только в качестве натурной тренировки, своеобразного экзамена. Я убеждена, что он не допустил бы ничьей гибели. В том числе — и своей.

— А сейчас?

— А сейчас между ним и Лиарой идет интеллектуальная беседа по множеству тем, вопросов и проблем. Серый Посредник — крупнейший информационный брокер Галактики Млечный Путь, здесь важны не оружие и физическая сила, а интеллект, разум, способность к обработке самой разнообразной информации.

— И ты не удивлена, что он предложил поменяться местом с Лиарой?

— Нет, капитан. Лиара Т Сони уже доказала, что она способна быстро выдвинуться на самые верхние позиции в самых сложных рейтингах. И кому как не Серому Посреднику выбирать себе замену среди лучших.

— А что он может попросить взамен?

— Возвращение на родную планету, капитан. При всей их космической и иной вооруженности, они комфортнее всего чувствуют себя на ней.

— Тогда... Что ты думаешь о корабле...

— Корабль не предназначен для дальних перелетов, капитан. Но в пределах пяти-восьми звездных систем он — лучший.

— А как с экипажем...

— Наемники — довольно проблемный экипаж, капитан. В данном случае Серый Посредник подстраховался. На борту — полный комплект роботов — Атласы, ИМИРы, Локи. Крупных — несколько десятков каждого типа, мелких — несколько сотен. Кроме того есть очень многочисленные киберы, которыми может управлять ВИ.

— И наемники...

— Это был резерв Серого Посредника. Наемникам незачем было знать о таких вещах, капитан.

— Матриархи знают о предложении, сделанном Посредником Лиаре?

— Полагаю, капитан, что Лиара сама должна сообщить родителям о своем решении. Это снизит длительность нервного напряжения.

— Хорошо. Подготовь для яга пространство, в котором ему будет комфортно.

— Я уже согласовала все с Джефом. Мы используем входные тамбуры. Там есть возможность увеличить высоту. Работы уже ведутся. Мы пришлем для нашего гостя большой транспортный челнок. Он прибудет с "Линии". Там высоты и грузоподъемности хватит для пары таких как он.

— А питание?

— Яги — хищники. Они всеядны. Я сверилась с перечнем наших запасов — до родной планеты ягов мы сможем без проблем кормить нашего гостя.

— Хорошо, Сюзанна. До связи.

— До связи, капитан.

— Давайте пройдем в зал. — Шепард встал, ощущая, что ему таки удалось восстановиться. Отдохнувшими выглядели и Ферон с Грюнтом. Оба с видимой готовностью встали и последовали за капитаном в главный зал.

Беседа между Лиарой и ягом продолжалась. Огромный экран был исписан вдоль и поперек. Яг спокойно спорил с азари, та не менее спокойно и аргументированно ему возражала.

— Я даже не могу уловить, о чем они говорят, но спорят они в высшей степени культурно. — тихо сказал Ферон, прислушавшись. — Она нас заметила и попросила жестом подождать минут десять. — сообщил дрелл.

— Придется подождать. Хорошо, что Сюзанна там все подготовит.

— Лиаре еще с родителями объясняться.

— Это ей надо будет делать не по связи... — сказал Грюнт. — иначе матриархи не поймут. Я бы точно не понял.

— Такие вещи по связи не обсуждаются. — сказал Шепард. — Ферон, давай пройдем по мелким пультам, посмотрим что к чему.

— Хорошо, Джон. — дрелл встал и они начали недолгий обход по близлежащим переходам. — Все равно ведь придется весь корабль обойти. Сейчас просто прикинем, что к чему за эти десять минут.

— Главное, уяснить вопрос с ВИ и робототехникой.

— Я это беру на себя, Джон. Я остаюсь с Лиарой. Здесь. Как друг. Иного она просто не допустит. — дрелл взглянул в глаза Шепарда прямым точным взглядом. — Она еще ребенок, ей рано становиться матроной... Так что никаких близких отношений между нами не будет.

— Это вы будете вдвоем решать, с Лиарой. — сказал Шепард. — Возвращаемся.

— Возвращаемся. — эхом отозвался дрелл.

При их появлении в главном зале Грюнт вскочил как ужаленный.

— Вы меня тут бросили, а они новый спор затеяли. Две стены исписали. Я уже от их голосов почти одурел. Понять ничего не могу! — жаловался кроган.

— Успокойся, Грюнт. — Шепард предложил сопартийцу присесть и направился к Лиаре. — Лиара, есть вопрос.

— Извини, Джон. Я увлеклась. — Лиара смахнула с кресла ридеры на тумбочку и села. — И что мне теперь делать? Он так и не назвался. Говорит — Яг и все тут. Мы увлеклись, понимаю.

— Лиара, мы примем твое решение, какое бы оно ни было. — сказал капитан.

— И опять мне одной решать, Джон?

— Лиара, мы не можем за тебя решить, что тебе делать с твоей собственной судьбой. Это уже будет не вмешательство, а насилие. — сказал Ферон.

— Будет лучше, если вы, Ферон, останетесь с Лиарой на этом корабле. Ей будет не так одиноко. — сказал яг. — И не надо просить меня назвать мое имя. Это не существенно. Я был Серым Посредником, а это не имя, а должность. Пока для вас я просто яг. У меня к вам, капитан, есть просьба. — он включил боковой пульт. — саларианцы вывезли с моей планеты двух моих соплеменников. Мне удалось отследить, что их держат на секретной саларианской базе ГОР. Пройдет совсем немного времени и местные ученые пожелают... их препарировать...

— Все понятно. — Шепард вскинул инструментрон. — Сюзанна, связь с Киррахе есть?

— Да, капитан, но я пущу ее в обход через двадцать систем из двадцать шестой по радиусу.

— Да хоть из сто сорок шестой. Давай.

— Майор Киррахе. Приветствую вас, капитан. — раздался голос саларианского спецназовца. — Чем обязан?

Кратко пояснив знакомому офицеру ситуацию, Шепард попросил его сделать все, чтобы саларианцы согласились отпустить ягов и переправить их на родную планету.

— Через десять минут повторите вызов, капитан. Сразу такое решить нельзя, но ваше имя дорогого стоит. Думаю, проблем не будет. — сообщил спецназовец.

— Хорошо. — Шепард сбросил соединение.

— А Лиара задумалась. — тихо сказал Грюнт, стараясь не смотреть в сторону азари, замершей перед главным пультом. Яг стоял перед одной из исписанных стен, тоже размышляя о своем. — И мы чуть друг друга не убили... Не понимаю.

Минуты ожидания истекли.

— Связь установлена, капитан. — доложила Сюзанна.

— Капитан, это майор Киррахе. — отозвался саларианский офицер. — Я договорился. Корабль "Аэна" вылетел с обоими ягами на борту. Мы постарались провести все быстро. Вот доказательства. — на экране мелькнули видеозаписи и кадры. — Подтверждающие метки и документы. — проявились строки текстов с визирующими сигнатурами. — ГОР держит обещание, капитан. Мы вам многим обязаны.

— Хорошо, Киррахе. — Шепард вывел часть информации с инструментрона на большой экран. Яг оторвался от размышлений, бросил взгляд на засветившийся главный экран, кивнул. — Благодарю. — он отключил канал.

— Вы точны, капитан. — голос яга выражал удовлетворение. — Я сейчас свяжусь со своими соплеменниками. — он набрал несколько символов на своем инструментроне. — Они знают о летящем корабле и пропустят его в систему и к планете. Они уже имели связь с теми, кто на его борту и подтвердили, что с ними обоими — все в порядке. Благодарят. Так каково ваше решение? — он взглянул на Лиару.

— Я согласна. — азари старалась ограничиться минимумом слов и все, кто присутствовал в главном зале, понимали, что так для Лиары будет лучше. Слишком многое теперь предстояло держать ей в своих руках, чтобы сейчас расходоваться на речи и уверения. — Капитан, Джон...

— Мы побудем в соседнем зале. — сказал яг, делая рукой жест, приглашающий следовать за ним.

— Джон. — Лиара обняла Шепарда. — Ты хоть скажи...

— Лиара, ты поверила в себя. Это главное. А мы тебе поможем. Ты не будешь одинока.

— Вы хоть не сразу улетайте...

— Лиара, да ни в коем случае. — Шепард заглянул в ее глаза, напряженно сканировавшие лицо капитана. — Ты ведь не одна.

— Яг передал мне все права доступа к системам корабля и информационным ресурсам. Джон... Я постараюсь помочь вам в борьбе с коллекционерами. Он. — она посмотрела в сторону соседнего зала. — весьма умно с ними вел дела. Ни им, ни себе. Полный нейтралитет. Я не совсем поняла, как это он сумел. Но у него оказалось полно козырей, а у них — намного меньше. И про Жнецов у него информации тоже хватает.

— Лиара...

— Ферон... Он хочет остаться здесь, я знаю. И я знаю, что он — только друг... Так и будет, Джон. Так и будет. Я столько времени убила на охоту за крупицами, а тут. — она обвела взглядом экраны зала. — Таких крупиц — горы.

— Ты справишься, Ли... Ты — справишься. Я в тебя верю. Мы все в тебя верим.

— Капитан, простите, что прерываю. — в наушнике возник голос Джефа. — но яг настаивает на его скорейшем переезде на Нормандию. Челнок мы подготовили.

— Джеф... — укоризненно произнес Шепард.

— Капитан, это же такой пассажир...

— Если он так хочет — гоните сюда челнок. Пусть он хотя бы увидит, что мы выполняем свои обязательства лично по отношению к нему.

— Сюзанна готовит материалы для ВИ "Серого Трона". Она скоро тоже прибудет на корабль. Ей надо убедиться, что вся техника исправна. Я ее удержать не смогу.

— И не надо, Джеф. От ее взгляда ничто не укроется. Она — больше чем профессионал.

— Матриархи видят все в реальном времени. Они рады за Лиару и за вас всех. Мы — тоже. Челнок отправлен. — Джеф отключил связь.

— Деловой... — протянула Лиара. — Такого результата высадки я не ждала. Но я рада, что мы не стали стрелять друг в друга на поражение здесь. Джон. — она приникла к капитану. — Теперь это все...

— Твое, Лиара, твое. Только твое. Давай попросим твоего коллегу пояснить все, что надо. Надеюсь, он не откажет.

— Давай. Ему будет приятно общество. — Лиара обернулась к порталу зала. Оттуда уже вышли яг и все сопартийцы Шепарда.

— Челнок пришел. — произнес гигант. — Вы выполняете свои обещания, капитан. Это ценно. Я слышал, сюда еще прибудут члены вашего экипажа и команды? Я согласен с этим вашим решением и помогу им. До отлета на ваш корабль у меня есть еще немного времени.

— Капитан, я уже прибыла. — в главный зал офиса вошла Сюзанна. Яг обернулся к ней. — Приветствую вас. — сказала ИИ. — Мое имя — Сюзанна, я — ИИ корабля "Нормандия", его мобильная платформа.

— Рад встрече. — рука киборга утонула в лапище яга и тот осторожно свел пальцы воедино. — У меня тоже есть, правда, ВИ. — он сделал приглашающий жест и из за главного экрана вылетел сверкающий голографический шарик. — Его зовут Глиф, он — виртуальный интеллект "Серого Трона". Покажет и расскажет вам все, что вам может потребоваться.

— Спасибо. Я ощущала присутствие ВИ на вашем корабле, но не знала, что он настолько приятный и красивый. — улыбнулась Сюзанна. ВИ Трона облетел девушку и устроился рядом с ее левым плечом. — Тогда мы пойдем, пройдемся по кораблю. Он вернется к вам уже получившим новое высшее образование.

— Знаю. Вы сильнее и мощнее его, Сюзанна. Ему будет приятно у вас учиться.

Лиара смотрела на яга круглыми от изумления глазами. Гигант оказался способен понять искусственный интеллект и согласиться с тем, чтобы Сюзанна произвела все необходимые изменения в ВИ его корабля. Причем сделал это, ни на секунду не усомнившись в разумности и интеллектуальной развитости киборга.

— Я просто посчитал, Лиара, что мне будет трудно поспеть за вашим ИИ в ее путешествиях по огромному кораблю. Она с Глифом быстрее его обследуют и найдут немало общего для обмена. Тем более, что Сюзанна должна подготовить корабль к тому, чтобы он обслуживался только роботами и киберами. Это же так легко предугадать. — сказал яг, почувствовав изумление своей сменщицы. — Ваш ИИ — прекрасная личность и внешне она наследует лучшие образцы человеческой расы. И вашей расы тоже, Лиара. — не удержался он.

— Благодарю.

— Давайте пока присядем в соседнем зале и поедим нормально. Пока Глиф с Сюзанной бродят по Трону, нам есть что обсудить. — яг первым направился в соседний зал.

— Капитан, Бенезия и Этита прибыли на Трон. — доложил Джеф. — Пассажирский челнок. Они направляются в главный зал.

— Хорошо. — Шепард оторвался от еды и взглянул на яга.

— Автоматика примет их как гостей. Званых гостей. — сказал яг. — Глиф знает, он уже отдал все необходимые команды.

— Это правда. — оба матриарха вошли в зал, где собрались Посредники и члены группы высадки. Яг встал, за ним встали все, кроме Лиары. Она с интересом наблюдала реакцию родителей на происходящее. — Мы от ангара для шаттлов до зала прошли по зеленой дорожке. И заблудиться захотели бы — да не сумели. Ваш дрон Глиф — прекрасный провожатый, но он улетел сопровождать Сюзанну, сказал, что рад встрече — и улетел. — они расположились на диване и подождали пока все усядутся. — Наши имена — Этита и Бенезия. Мы — родители Лиары. Я — Этита — сказала Мятежный Матриарх.

— Очень приятно. — Яг кивнул. — Я бы не хотел называть своего имени. Называйте меня просто — Старый Серый Посредник или просто — Старый. Мне этого будет достаточно.

— Ваше желание, Старый, понятно. — кивнула Бенезия. — Сюзанна, пока мы шли от ангаров, рассказала нам немало и о корабле, и о вас, и о том, что будет делать здесь Лиара. И если она согласна — мы не станем ее отговаривать.

— Она уже взрослая. — сказала Этита. — В такие времена дети взрослеют очень быстро. И должны иметь возможность проявить себя.

Они говорили долгих три часа на самые разные темы. Постепенно прошло напряжение узнавания и за круглым столом образовались группы по интересам с постоянно сменяющимся составом. Сюзанна и Глиф присоединились к разговорам, закончив предварительный обход и приступив параллельно к догрузке серверов ВИ нужными программами.

Наконец наступил момент прощания. Сюзанна ненадолго улетела на Нормандию пассажирским шаттлом.

— Капитан, шаттл для Старого проверен. Готов к отлету. — доложил Джеф.

— Принято. — Шепард взглянул на встававшего яга. — Старый, мы готовы.

— Я тоже. — Яг навис над Лиарой и она смело взглянула в его лицо. — Успехов тебе, Новый Серый Посредник. — он протянул свою левую лапу ладонью кисти вверх. Лиара положила на нее свои руки и яг осторожно прикрыл руки азари своей правой рукой. — Ты оказалась достойным преемником. Я спокоен. У нас принято не распространяться о многих вещах. Мои соплеменники сохранят тайну смены Посредника.

— Спасибо тебе. — Лиара засветилась легким биотическим сиянием. — Я встретила в тебе не только воина и ученого, но и друга. Это для меня очень ценно... И важно.

— И для меня, Лиара Т Сони. — Яг осторожно поднял свою правую руку, давая азари возможность убрать с его ладони свои руки. — Думаю, мои соплеменники будут рады тому, что я передал пост именно тебе. Уверен, они все правильно поймут. — Яг повернулся к выходному порталу. — Не провожай меня, Т Сони, не надо. Я сам дойду. Дорожка в ангар еще работает. Не потеряюсь. — он медленно двинулся к порталу. Вскоре его тяжелые шаги затихли в коридоре.

Лиара провожала его жадным взглядом. За короткое время Старый смог открыться перед ней с самых неожиданных сторон.

— Капитан, челнок со Старым стартовал. Прибытие через десять-двенадцать минут. — доложил Джеф.

— Хорошо. — Шепард шагнул к Ферону. — Ты говорил, здесь приличный видеоархив есть. Показывай.

Дрелл правильно понял и повел человека по короткой лестнице наверх, в комнату видеоархивов. Звукоизолирующая непрозрачная перегородка отсекла их от зала, где остались матриархи и Лиара.

— Капитан, Грюнт на пассажирском челноке убыл на Нормандию. — доложила Сюзанна. — Мы с Глифом заканчиваем. Правый борт и корма отработаны. Скоро будет отработан левый борт и нос. ВИ перезагружен. Введен в режим адаптации. Все в порядке. Глиф рад, ему обновки тоже понравились. Он охотно даст Лиаре возможность покопаться в своих настройках — она сделает его таким, каким захочет. А она это умеет. И Глиф ей уже очень и очень доверяет.

— Хорошо, Сюзанна. — ответил капитан и вернулся к просмотру коротких роликов. — Подготовь все необходимое.

— Принято, капитан. Грузовые шаттлы с киберами и всем необходимым для Лиары и Ферона уже отправлены. Киберы разгрузят и распределят контейнеры по складским уровням.

— Принято. — Шепард взглянул на ожидавшего его дрелла. — Пошли. А то прощание затянется...

— Оно в любом случае затянется, Шепард. Давайте выйдем другим ходом. Глиф вернется, пояснит Лиаре ситуацию. А сейчас мешать ей и ее родителям... не надо. Им надо о многом поговорить. А мы с вами пока пройдем маршрутом Сюзанны и Глифа.

========== Глава 84. Новый Серый Посредник ==========

"Нормандия" дрейфовала неподалеку от "Серого Трона". Джокер и Сюзанна не покидали пилотскую кабину ни на минуту. Операция по решению проблемы Серого Посредника вступила в свою завершающую фазу. Старый Серый Посредник, огромный яг находился на борту фрегата. Ему были созданы минимальные комфортные условия — для этого пришлось немного перекроить планировку пассажирского уровня фрегата, называемого еще входным уровнем. Яг, прикрыв все свои восемь глаз, спокойно сидел на приготовленном для него укрепленном постаменте. Со стороны можно было подумать, что он дремлет. Матриархи Этита и Бенезия на одном из шаттлов убыли на "Серый Трон", чтобы более подробно повторно ознакомиться с условиями, в которых Лиаре предстояло провести долгие месяцы. Шепард и Ферон в последний раз обходили гигантский корабль, который теперь отдавался во власть многочисленных роботов. Именно на "ЛОКИ" и "Атласы" с "ИМИР"-ами теперь возлагалась задача по обслуживанию ставки Серого Посредника. Сюзанна лично проверила все серверы и компьютеры Ставки, перекачала на накопители нужные программные комплексы и утилиты, пояснила Ферону что и как делать в определенных ситуациях. Резко поумневший ВИ корабля принял вахту и начал командовать своими многочисленными автономными помощниками — киберами. Спустя два часа оба матриарха в полном молчании вернулись на борт фрегата и сразу прошли в свою каюту.

— Капитан — на борту! Приготовиться к полету! — отдала команду старший помощник Миранда Лоусон, встречая Шепарда у лифтовой шахты. — Капитан, корабль готов к полету. На борту все штатно. Курс к планете ягов задан. Саларианцы будут на планете ягов раньше нас на несколько часов. Наше прибытие на планету ягов согласовано полностью. Док и космопорт там полностью подготовлены. Нашего Старого там с нетерпением и радостью ожидают.

— Хорошо, Миранда. — Шепард взошел на постамент у галактической карты. — Джеф, давай потихонечку. Пусть Лиара посмотрит. Дай картинку от места ее нахождения в каюту матриархов.

— Понял, капитан. — тихо произнес Моро. — Сделано. Связь по дальнему каналу установлена. С видеоканалом. Сюзанна обеспечила максимальное качество.

— Хорошо сделал, Джеф. Спасибо, Сюзи. — Шепард оперся о поручни. Если он и хотел терять членов своей команды, то только не так.

Сзади послышались тяжелые шаги — яг, идущий от входного шлюзконтура, приближался, с трудом вписываясь в габариты, свободные от аппаратуры и поручней. Наконец он встал рядом с капитаном и его рука легла на плечо человека.

— Капитан, вы ее не потеряли. Она — сильная и мудрая. Она — справится. — он помолчал и добавил. — Я знаю, она — лучше меня. И этим она обязана вам, капитан. — Яг опустил руку, повернулся, сошел с капитанского постамента и, не спеша, вернулся в приготовленную для него выгородку, сел на свой постамент и прикрыл глаза.

— Капитан, зона дальней связи пройдена. Корабль — на курсе. — доложил пилот. — Выход на орбиту планеты ягов — через четыре часа двадцать минут.

— Принято. — сказав это, Шепард сошел вниз. — Миранда, сообщи, когда мы будем на орбите.

— Хорошо, капитан. — старпом кивнула, занимая его место на мостике у карты. — Матриархи просили, чтобы вы зашли к ним, капитан. Они вас ждут.

— Хорошо. — Шепард кивнул и вошел в лифт. Дверь в каюту матриархов была приоткрыта. Этита и Бенезия сидели в креслах в небольшом уголке отдыха перед большим иллюминатором. Светились экраны инструментронов.

— Заходите, капитан. — Бенезия на правах хозяйки встала, указывая Шепарду на свободное кресло. — Скажу честно, я не ожидала такого... Наша Лиара — и вдруг Серый Посредник Галактики Млечный Путь.

— Это было трудно ожидать, Бенезия. — сказал Шепард, садясь в указанное ему кресло. — Я и сам... в некотором шоке. Нам пришлось высадиться на корабль, постоянно атакуемый молниями, преодолеть сопротивление охраны на обшивке корабля, взломать люк внутрь, убрать несколько десятков наемников Серого Посредника, ликвидировать его офицеров... За любое из этих действий яг мог отправить нас к праотцам сотней способов. Даже происшедшее в реальности, небольшое боестолкновение с ним — и то показатель его совершенства, как воина. А уж интеллектуальный поединок... У меня мозги дымились, я половины обсуждаемых Лиарой и ягом проблем не мог понять даже в целом и в общих чертах. А она такое выдерживала...

— Хотя ей было очень трудно, капитан. — сказала Бенезия.

— Легкости от противостояния с представителем столь перспективной расы трудно было ожидать. Мы, может быть, получили очень мощного союзника. Который, быть может, сохранит для нас приоритет перед Цитаделью и ее советниками. Это сейчас важно. — продолжил Шепард. — Хорошо, что рядом с ней Ферон. Он ей поможет, защитит от выгорания... Я уверен в одном — весь экипаж "Нормандии" сделает все, чтобы Лиара была в безопасности. И Ферон — тоже.

— Высока вероятность нападения ""Цербер"а". — произнесла Этита.

— Да. Но мы прилично вооружили "Серый Трон". Он теперь способен отбиться от нескольких крейсеров. ВИ позволяет вести одновременный бой и с кораблями и с десантом на обшивке и внутри. Такой не очень сложной прогулки как у нас, у нападающих — теперь не получится. Тем более, что яги обещали не раскрывать информацию о смене Серого Посредника. — сказал Шепард. — Извините меня, мне надо вернуться в боевой центр. — капитан поднялся, кивком попрощался с матриархами и вышел.

Этита с удивлением отметила, как Бенезия мягким и нежным взглядом проводила выходившего капитана.

— Изумлена? — Бенезия посмотрела на Этиту.

— Немного. Я понимаю, Лиара...

— Для него она — дочь. — сказала Бенезия. — Пусть даже и приемная, пусть даже и неофициальная. Во всяком случае он воспринимает ее не иначе, как свою дочь. И ему стократ тяжелее, потому что он обязан был оставить ее здесь, без прикрытия своего экипажа и корабля. И мне, и тебе тоже тяжело, но у нас — тысяча лет, а у него — всего лишь сто с небольшим. Да и то — не всегда. А он — живой, смертный человек, способный тонко переживать и чувствовать. Он дал нам с тобой видеосвязь с бортом "Трона", но сам, вполне вероятно, не стал дополнительно нервировать Лиару, выходя с ней на личную видеосвязь с капитанского мостика. Он понимает, насколько ей это тяжело. И потому предоставил право дальней видеосвязи нам с тобой. Ты же видела, она плакала, опираясь на Ферона. Плакала, потому что пройдет несколько часов и "Серый Трон" останется единственным кораблем на десятки тысяч километров вокруг. Она плакала, потому что она любит... Любит Шепарда больше, чем дочь. Она согласна на то, чтобы быть ему только дочерью, но она любит его гораздо больше, глубже, острее. Она знает, что Шепард не переступит границ своего... капитанского и... отцовского статуса. Знает и готова смириться с этим, поскольку уважает его способ жизни, его культуру, его нравственность. Как же ей будет сложно выбрать кого-либо себе в качестве пары... — Бенезия посмотрела в иллюминатор, затем перевела взгляд на карту, показывающую район, через который пролетала "Нормандия". — Шепард для нее — реальный идеал, образец, пример... У нас, Этита, у азари, с этим... проще... А люди... Они вынуждены за свой краткий век стараться познать все то, что мы, живущие тысячу лет, познаем далеко не всегда. И я, Эт, очень надеюсь, что работа Серого Посредника позволит Лиаре избежать опустошения...

— Бена, ты не хорони Лиару... Шепард и его команда... Они не допустят, чтобы с Лиарой что-то случилось плохое... — Этита села рядом с Бенезией и обняла ее за плечи. — Наша девочка просто выросла... Она просто стала взрослой, Бена.

— Слишком рано на нее все это свалилось, Эт. — проговорила Бенезия. — Слишком рано. Когда я увидела эту Вазир... Я поняла, насколько мы, азари, тупы и недалеки. Если уж Спектры, спецназ Цитадели, вынужден набирать подобных Вазир, то, возможно, только люди с их максимализмом могут заставить нас пробудиться.

— Рано или поздно это пробуждение наступит, Бен. — Этита не двигалась с места. — А Лиара сможет показать азари, что есть лучшее решение для многих и многих вопросов и проблем... Пусть теперь ее работа и покрыта мраком неизвестности...

— Я беспокоюсь, Эт. Беспокоюсь за Шепарда. Они собираются лететь через этот ретранслятор куда-то... Не знаю, есть сведения, что ретранслятор ведет к центру Галактики... Лиара знает об этом... Она обязательно отследит ситуацию... Будет сидеть как на иголках, ожидая возвращения "Нормандии"... оттуда. Никто, Эт, никто не знает, кто выживет после этого похода. Я чувствую, для Лиары важны все члены команды фрегата, все, без малейшего исключения... Она за эти месяцы, пока после восстановления и прибытия на Иллиум, она врастала в обычную жизнь, она просто извелась. Хотя точно знала, что Шепард жив. И очень боялась, что Шепард изменился, что эта авария, эта катастрофа изменила его... А он... Она это почувствовала... Очень боялся, что Лиара изменилась настолько, что теперь... мало что может их связать воедино... Она встретила его у двери, на пороге... И за секунды обмена взглядами... Она поняла, что перед ней по-прежнему самый дорогой, желанный и, не побоюсь этого слова, любимый человек. Она почувствовала, что по-прежнему важна, ценна и нужна ему... И это позволило ей выстоять перед этой, лишившейся остатков разума, спектровкой... И вот, спустя несколько жалких часов, она снова остается одна... Не для молоденькой азари такие перегрузки. А впереди у нее — пытка ожиданием... И пытка напряженнейшей работой... Нет, я просто убеждена, что не будь рядом с ней все это время Джона с его уникальной командой — Лиара бы так и осталась никем не признанной бунтаркой-археологом, повернутой на величии протеан.

— Вот-вот. А я бы так и осталась в баре, протирать подносы, столы и стаканы. — без улыбки заметила Этита. — Давай спать. Лиара выстоит, у нее все будет хорошо. А мы со своей стороны ее поддержим. Так, Бен?

— Так, Эт. — Бенезия закрыла глаза и жестом притушила свет в каюте до минимума.

В назначенный час фрегат вошел в систему, где располагалась планета ягов — Парнак. В ангар прибыл стандартный земной челнок, управляемый одним из ягов. Старый тепло поздоровался с его водителем, кивнул Шепарду, Джефу и матриархам, после чего опустил крышку люка входной двери. Челнок сразу вылетел из ангара. Экипаж наблюдал все происходящее на экранах.

— Джеф, у нас есть еще одно дело. Пусть оно сложное, но я не хочу, чтобы страдала Дженнифер. Давай, задавай курс на Прагию. — Шепард посмотрел на пилота странным задумчивым взглядом.

— Понимаю, капитан. Я сам не поверил, когда пришло сообщение о том, кто именно является Серым Посредником. Но такой гигант... Сюзанна просто в восторге от его интеллекта и знаний.

— Я старалась его не утомлять, но и не оставлять одного. Он был благодарен, что я не была назойлива. — сказала вошедшая в ангар Сюзанна. — Капитан, я задала курс. Корабль готов к отлету на Прагию. Мне, капитан, почему-то кажется, что после Прагии у нас еще будут точки приземления.

— Ты права, Сюзи. — ответил капитан. — Мы должны собрать сильную команду, чтобы во всеоружии встретиться с Коллекционерами. — он помолчал. — Я намерен полностью прекратить существование этой расы. Протеане не заслужили, чтобы их тела использовали столь низкосортные разумы-марионетки. Это подло по отношению к погибшей расе, лучшей расе прошлого цикла. Даже если протеане и проиграли, они должны быть увековечены как раса, не сдавшаяся перед врагом. — он кивнул присутствующим в ангаре и вышел, направляясь в капитанскую каюту.

— Едва только корабль ушел от "Трона"... Капитан... Он изменился. — Джеф повернулся к Сюзанне, пользуясь тем, что оба матриарха уехали на лифте на жилой этаж, в свою каюту.

— Джеф. Я тебе, как женщина, поясню. Азари способны влюбить в себя любого. Даже для того, чтобы спариться. Но Лиара... Она другая. Она не старается использовать Шепарда как сексуального партнера. Ты же сам знаешь, по образованию она — археолог, доктор археологии. Работала в таких заброшенных углах, что любой пустыне или тайге — не снилось. Специализировалась на протеанах. Прекрасно знала, что на этом быстрых наград и признания не получит. Работала в одиночку. Вела уединенный образ жизни. Мало общалась с матерью, с которой сама прекратила отношения. Детали этого разрыва... сейчас не важны. Она прошла с Джоном всю первую миссию. Она выросла на его глазах. Он ей помог с взрослением... Не будет преувеличением сказать, что он в огромной степени ее воспитал.

Азари редко когда так близко сходились с людьми не на сексуальной основе. И Лиара сумела понять, что для Джона секс — не главное во взаимоотношениях. И сумела понять, что она для него — дочь. Да, неофициальная, да, приемная. Да, у нее есть оба родителя. Благодаря Шепарду, Джеф. Благодаря Джону у нее теперь есть минимум сотня лет взаимоотношений с обоими родителями. С мамой, Джеф. Для девушки это очень важно. Она прекрасно понимает, что именно Бенезия, ее мама достойна встать рядом с Джоном, как официальная, бесспорная жена. Перед богами, богинями, азари и людьми, Джеф. Лиара знает, что Бенезия идет на это сознательно — у нее осталось не так уж и много времени. Так или иначе она — матриарх. Ну сто, сто пятьдесят лет. Для Джона этого будет достаточно. Ты же сам знаешь, что для людей привычно, когда женщины живут дольше мужчин. И Лиара уступила матери позицию жены капитана Шепарда. Но никому и никогда она не уступит позицию первой дочери спасителя Цитадели. Сколько бы детей у Бенезии не было — они все будут для Лиары младшими братьями и сестрами. Хотя я четко и полно знаю — Лиара любит Шепарда глубже, острее, полнее, чем в общем-то, по стандартам взаимоотношений, положено любить дочери.

И капитан знает и чувствует это. Он очень переживает за Лиару... Пойми, Джеф, он держался всю сложнейшую первую миссию и никому из женской половины экипажа и команды не удалось стать для него единственной и неповторимой. Сейчас заканчивается, надо думать, вторая миссия и капитан снова сохраняет дистанцию. Но он же не каменный! Я знаю, что с тех часов, когда удалось надолго сбросить удавку индоктринации, Бенезия любит капитана. Любит. Но ей тысяча лет, Джеф! Тысяча! Десять раз по сто! И конечно, при такой продолжительности жизни, при таком значительном даже для азари возрасте, Бенезия не проявляет излишних чувств и эмоций. Шепард тоже — не мальчик. Ему уже не нужны внешние проявления, он ценит красоту внутреннюю. А у Бенезии такого добра... Тысяча лет — и этим все сказано. Бенезия уже — сформированная личность, способная вести за собой и учить. Так уж у матриархов положено. Но и она благодаря капитану... помолодела. Настолько, что Светлана убеждена — это почти единственный случай, когда азари такого почтенного возраста будет способна родить нескольких абсолютно здоровых и нормальных детей.

А ее пока единственная, но уже бесповоротно старшая дочь Лиара... после того, как капитан остался там... на той планете... Она очень и очень повзрослела. Приобрела мудрость, не свойственную ее столетнему с гаком возрасту. Даже Старый это отметил. Тем не менее Лиара занимает в душе Шепарда очень важное место. Она — не матриарх. Она просто молодая азари, которая получила уникальную возможность видеть и ощущать человеческий экипаж самого навороченного корабля, созданного земной человеческой расой, да, в содружестве с турианской расой. В самых разных, далеко не обычных и не стандартных условиях и ситуациях. Может быть, это даст возможность с помощью Лиары, Бенезии и Этиты целой расе азари понять, что человечество пришло в космос всерьез и надолго. Понять, что бесконечный центризм и равновесие получили новый импульс и к сохранению и к развитию.

Быть может, благодаря общению с Шепардом, Лиара вырастет в самого последовательного сторонника человечества, сможет доказать всем, что люди — далеко не такие страшные и отвратительные. Шепард все равно будет считать Лиару только дочерью и благодаря ему, его влиянию, Лиара не считает это оскорблением или поводом для обиды. А пост Серого Посредника... Что-ж. Тысячелетняя азари, сильнейший информационный брокер галактики Млечный Путь, слишком хорошо знающая столь молодую, но очень перспективную и необычную расу, как человечество — это для Лиары Т Сони лучший вариант судьбы, какой только можно представить. Особенно, если впереди у нас — битва с врагом всех рас Млечного Пути. Прости, Джеф. Не все можно словесно сформулировать даже мне, машине. Я только попыталась выделить основные моменты. Словами много не скажешь. Тут нужны чувства, эмоции, ощущения. А для Лиары, Шепарда, Бенезии и Этиты это — настолько личное, что слова здесь — бледная тень истинной глубины и полноты. — Сюзанна погладила Моро по щеке. — Я пойду, мне надо обойти корабль. Экипаж и команда требуют внимания. Корабль — тоже. — с этими словами киборг повернулась и шагнула в лифт.

Моро не стал ничего говорить. Сюзанна сказала все. Все, что можно было сказать вслух, простыми человеческими словами. За которыми скрывался глубокий и точный смысл.

========== Глава 85 Прагия. Заброшенная база "Цербера" ==========

— Капитан, корабль — на курсе к Прагии. — доложил пилот на следующее утро. До прибытия осталось два с половиной часа. Адресация — Нубийский Простор, Дакка. Высокий уровень криминальной активности. Имеются мутировавшие ядовитые и даже плотоядные растения. Настоящие джунгли, капитан. Животный мир малочиленен, через три-четыре сотни лет почва планеты будет полностью истощена.

— Капитан.— в каюту тихо вошла Джек. — Захар просил меня зайти к вам. Я благодарна, что вы выполняете мою просьбу. Может быть, мои детские годы были слишком жестокими, но они прошли именно там, куда мы летим. Я хочу, чтобы этого места, где издевались не только надо мной, но и над многими другими детьми, не существовало. Вы дали мне возможность ознакомиться с базами данных "Цербер"а, я узнала многое, многое восстановила в памяти. Это не доставило мне радости, но доставило удовлетворение. Я знаю теперь, что это за место и что там происходило. И я это место уничтожу. Пусть оно сохранится только в моей душе, моем сердце, моей памяти. Но вне меня это место существовать не должно. И еще, капитан, я прошу вашего разрешения лично уничтожить Призрака. Где бы он ни был и кем бы он ни был на самом деле. Уничтожение комплекса, где велись опыты над детьми — только первый шаг к нему. Я загоню его в угол и он увидит и ощутит все, что довелось увидеть и ощутить мне. Сюзанна мне сказала, что в комплекс уже кто-то прорвался, пробрался, что кто-то там пытается вести восстановительные работы, снова пытается ввергнуть человечество в искушение стать расой биотиков. Капитан, я подозреваю, что это — один из тех ребят, которых мучили ради того, чтобы не приходилось излишне мучить меня. Вряд ли он способен остановиться сам. Я знаю, что встречу его там, хотя даже не знаю, кто он. Капитан, вы дали мне возможность на протяжении всей миссии стоять сзади и выполнять сугубо оборонительные задачи. Я вам за это благодарна. Но на Прагии я буду мстить. И прошу меня не останавливать. Я не дам никому возможность возродить там этот страшный, чудовищный эксперимент. Кто бы ни был его сторонником. Впереди у нас — тяжелая миссия. И я должна испытать себя в боевом режиме, капитан. Сюзанна также подозревает, что конструкции комплекса используются бандитами. Я хочу, чтобы они нашли там свою смерть, поскольку там, где погибли невинные дети не должно быть людей, отрицающих гуманизм и честность. Я уничтожу любого, кто попытается использовать комплекс для своих нужд.

— Хорошо, Джек. У нас есть еще время. Подготовься. Я прошу тебя для собственной безопасности облачиться в тяжелый скафандр и закрыть лицо шлемом с забралом-дисплеем. Не нужно, чтобы кто-нибудь из наемников, бандитов и тех, кто пытается восстановить комплекс, видели твое лицо и смогли тебя узнать. Оружие можешь взять какое пожелаешь. Но бомбу понесет Грюнт, ему это привычнее. И еще, Джек. Не дай ненависти поглотить себя.

— Хорошо, капитан. Все равно, Прагия, Телчин — это мое прошлое. Будет ли там позже какой-либо иной комплекс или будет там воронка от бомбы — не суть важно. Я буду знать, что выжгла это место, в котором страдала и страдали другие дети. Вы правы, я не должна дать ненависти из прошлого закрепиться в моем настоящем и перейти в мое будущее. Да, я буду мстить, но эта месть мне необходима. Благодарю, капитан. — девушка вышла.

— Капитан, Жаклин просмотрела все имеющиеся материалы по данному комплексу, какие удалось найти моим людям и Сюзанне. Вы были правы, рекомендовав ей скрыть лицо и одеть тяжелую броню — мы не должны потерять ее или дать ее опознать кому бы то ни было. По всем стандартам Жаклин уже сейчас — одна из сильнейших биотиков человеческой расы. Вот уточненная и отсортированная информация по всему, что связано с комплексом. — полковник подал капитану ридер. — Не скрою, изучение этого массива — дело очень напрягающее. Но иначе нельзя понять, через что ей, Дженифер, пришлось пройти. Кстати, капитан. Дженифер нашла всех, кто издевался над ней и уничтожила их. Всех до единого. Никто не ушел от возмездия. И она вполне имеет право наказать Призрака.

— Только после того, как он ответит за смерть адмирала Кахоку и страдания капрала Тумса. — сказал Шепард. — И за многое другое. Список долгий, но суд над ним будем вершить я и мои люди.

— Остались Призрак и этот комплекс. Дженифер многое воспринимает сейчас очень по-взрослому, но в глубине ее души живет маленький ребенок, прошедший через такие испытания, что большинство взрослых просто сломались бы. Я знаю, что встреча с Прагией не будет для нее приятной.

— Вы знаете детали?

— Увы, знаю. Ее держали одну, в полностью изолированной камере, у нее не было друзей, она считала друзьями стол и свою кровать. Она часами кричала, чтобы другие дети обратили на нее внимание, но они не слышали ее — камера Дженнифер была надежно звукоизолирована, а вместо стандартного оконного стела было вставлено бронированное прозрачное зеркало. Ее не слышали и не видели, если ее не выводили из камеры. И однажды в комплексе вспыхнул бунт, взбунтовались дети, из которых делали супербиотиков. Дженнифер воспользовалась моментом и вырвалась на волю. Она шла по трупам, никто не мог даже предположить, что в ребенке проснется просто вулкан биотической энергетики. Я не считаю, что это поможет Дженнифер успокоиться окончательно — факт подрыва комплекса будет только маячком, указывающим, что какая-то часть ее тяжелой жизни больше не существует ни в какой реальности.

— Я ознакомлюсь с материалами, Захар. Но я не дам Дженнифер в обиду никому и никогда.

— Она знает, Джон. Она — знает. — сказал командир "Линии". Только вот проблема, Джон. У нас на борту — бывший офицер "Цербера". Это — Миранда. Вы знаете, что ни с кем из женщин корабля Дженнифер не враждует так, как с ней. Полагаю, что даже уничтожение комплекса не даст Дженнифер поверить, что сама Миранда ни в чем не виновата, как правая рука Призрака. А это означает, что они неизбежно вступят в противоборство физическое и биотическое. Мы рискуем получить после этой миссии еще одну арену, капитан.

— Я. Этого. Не. Допущу. — внятно сказал Шепард.

— Верю. Но очень сложно будет удержать обеих от срыва. Одна из них все равно будет так или иначе обижена. А это повлечет за собой угрозу гибели в рейде через Омегу-4. К Заиду может добавиться еще один наш сопартиец.

— Я знаю, Захар, что вы не допустите ничьей гибели. — сказал капитан. — и я не дам Дженнифер и Миранде возможности выяснять отношения до окончания рейда.

— Хорошо. — полковник развернулся и вышел из капитанской каюты. Шепард уселся за рабочий стол. Предстояло ознакомиться со всем, что было известно о жизни Дженнифер. На экране развернулись окна документов с ридера.

Челнок с Джек и пожелавшими сопроводить ее Заидом и Грюнтом приземлялся на крышу одного из корпусов комплекса Телчин под настоящим тропическим дождем поздним вечером. Сюзанна доложила, что вокруг множество сигналов, отфильтровать которые очень трудно, подтвердила, что единственным чистым местом является эта площадка на крыше, уточнив, что пока комплекс не является целью какой либо заметной групировки.

— Значит, мелкота позарится на остатки. — сказал Заид, оглядывая небольшой по размерам комплекс зданий и сооружений. — Надо идти, а то вымокнем до нитки. — сказал наемник, вскидывая винтовку.

— Ты прав, идем под крышу.— кивнул Шепард. Дженнифер молча вскинула пистолет, но, сходя по металлической лестнице к лишенному входной двери порталу, заметила:

— Шепард, я не думаю здесь надолго задерживаться. Я просто хочу установить нашу бомбу в моей комнате и подорвать ее, чтобы собственными глазами увидеть, как все здесь горит.

Шепард и Заид промолчали, спускаясь к проему, лишенному дверей. Грюнт, озиравшийся по сторонам, вообще хранил необычно долгое молчание. Их встретила тишина и запустение. Несколько огромных контейнеров громоздились в небольшом помещении.

— Да в этих контейнерах могли быть десятки детей, Шепард. Слишком они большие. — сказал наемник.

— Это стандартизация, Заид. Я подобные контейнеры видел на Чистилище. Сюзанна перехватывала их видеочаты. Охранники баловались. В них обычно жил один взрослый заключенный. Это практически автономный модуль. Видишь, даже окошко имеется. Там был санузел — раковина, унитаз.

— Если это можно назвать жизнью. — вздохнула Дженнифер. — Они же сюда попадали ослабленными и больными. Я читала, знаю, что "Цербер" собирал сюда детей хоть в малой степени обладавших биотическими способностями. А где их можно было найти достаточно — только на самом социальном дне. Их крали, их просто забирали с улиц. Некоторые родственники их продавали. Не знаю, на рост, на вес, но продавали за деньги. За любые. Ведь нельзя продать и купить ребенка... А "Цербер" интересовался только детьми. Вот какой комплекс отгрохал.

— Интересно только, что эти контейнеры. — сказал Шепард, — по размерам намного меньше любых имеющихся проемов.

— Площадку видел, Джон. Опускали контейнеры, подводили к проему с той стороны, где сейчас дождь — и вперед, выносили или выводили под руки детей.

— А эти контейнеры для чего? — Шепард просканировал ближайший. — в них еще тряпье сохранилось.

— Неважно, Джон. — махнул рукой наемник. — Что бы в них ни хранили, хорошо, что не трупы. Может это был просто запас, который каким-то образом хотели использовать.

— Я не помню этой комнаты. — сказала Джек. — Очевидно, я попала сюда спящей... Возможно, под наркотиками. Идемте дальше. Комплекс маленький, а тут...

— Тут первая дверь. — Заид повозился с замком. Дальше все трое спустились по лестнице. Неожиданно ожила консоль ви-проектора. Человек, одетый в форму охранника сказал, что Призрак уже что-то подозревает, поскольку желает видеть протоколы исследований. Незнакомец, оказавшийся офицером местной службы безопасности сказал также, что Призрак был бы очень недоволен, если он каким бы то ни было образом узнал о том, что происходит в этом комплексе. Напоследок офицер выразил вслух надежду, что Призрак все же никогда не узнает правду. Запись оказалась закольцована и обступившие консоль члены группы высадки прослушали запись несколько раз, пока Шепард ударом кулака не заставил голопроектор заткнуться.

— Он знает, он не узнает. — сказал Заид. — не серьезная организация, а детский сад, старшая группа. Такое впечатление, что одни считают Призрака богом, а другие — плебеем.

— Он может быть и не знал, но скорее всего — он все знал. — сказала Дженнифер. — В протоколах я прочла, что комплекс был специально построен для работы с людьми с биотическими способностями. И он ориентировался не только на детей.

— Но детских капсул нет нигде, их не выпускают. — сказал Заид. — Призрак пользовался взрослыми, обычными контейнерами изоляторами. Вот, вокруг консоли стоят два таких.

— Пока стоят. — устало заметила Дженнифер. — Скоро на этом месте будет воронка и никаких контейнеров уже никто никогда не найдет. Давайте пройдем дальше.

На металлической эстакаде, окаймлявшей следующий зал, Джек запнулась, выпрямилась и огляделась.

— Я помню, как бежала к выходу через эту комнату. Полумертвый охранник, лежавший вот здесь. — она кивком обозначила место на ступеньках. — Пытался сначала меня задержать, а потом, увидев, как я волной опрокинула преследователей, стал умолять меня оставить ему жизнь. А он отделял меня от столь нужной мне свободы. Естественно, он умер.

— Они съехали с катушек — уставили уже второй зал этими контейнерами. — сказал Заид, оглядываясь.

— Заид, полагаю, что поскольку комплекс внешне маленький, в этих контейнерах были устроены временные жилища для тех, кому не хватило стационарных камер. — ответил Шепард.

— Может быть, может быть. — сказал наемник. — Я слышал рев варрена. Мы тут явно не одни.

— Не знаю никакой планеты за небольшим исключением, где бы эти варрены не выжили. — сказала Дженнифер, стреляя в приближающуюся четверку варренов. — Если они живут здесь стаей, значит здесь есть чем поживиться.

— Варрены удивительно неприхотливы. — буркнул Заид, убирая винтовку. — Идем дальше. Мы еще не слишком приблизились к месту, где следует установить бомбу.

— Боюсь, поторопиться не получится. Я узнаю это место. — Дженнифер зашла за стену, образованную установленными друг на друга контейнерами. — Эти плиты ограничивали арену. Здесь меня заставляли драться с другими детьми. Предварительно накачивали наркотиками и наказывали, если я не проявляла... должной жестокости. Мне не было важно, как часто это было, в клетке я провела все начало своей жизни. Но я дралась здесь, дралась с другими детьми, даже не понимая, зачем я это делаю и зачем это нужно. Арена... это было единственное, что у меня было кроме ненавистной клетки. — она первая зашагала к двери в другой зал. — Идемте, здесь уже нет ничего интересного.

Вместо зала оказался коридор. Запустение увеличилось, появились протечки. Вода хлюпала под подошвами ботинок. Активировав консоль безопасности, члены группы высадки прослушали сообщение другого офицера охраны, который сообщал о том, что заключенные вырвались из камер и ему требуется разрешение на их ликвидацию. Автосистема ответила хорошо поставленным механическим голосом, что всеми, кроме Джек можно пожертвовать. Дженнифер склонилась над консолью и отключила воспроизведение.

— Все было не так. Я запомнила это, поскольку сама начала бунт. Кто только тогда не пытался меня остановить — дети, охранники, автоматические охранные системы. Кстати, если видите, турели и лазеры сняты. Их успели вывезти до того, как комплекс стал приходить в упадок.

— Ты уверена, Дженнифер?

— Судя по тому, с какой яростью пытались меня остановить — нет других возможных трактовок, Шепард. Так не останавливают мелкого несамостоятельного узника. Так останавливают основного инициатора бунта. Впрочем, думай, что хочешь. — Она повозилась с замком. Спустившись по лестнице, Шепард и его спутники наткнулись на три трупа варренов.

— Они не умерли своей собственной смертью. — определил наемник. — На их шкурах — следы огнестрельных ранений. И раны — свежие. Мы здесь точно не одни. Те варрены, которых мы пристрелили — остались там. — он указал себе за спину.

— Как говорил Грюнт на Тучанке. — у нас появилась компания. Сюзанна утверждала, что здесь полно мелких банд и группочек. Вполне возможно что кто-то из них пытается обосноваться и закрепиться в комплексе. Ненадолго, естественно. — проговорил Шепард.

Следующий зал прояснил ситуацию окончательно — они попали под огонь группы кроганов и ворка. Быстро расправившись с нападавшими, Шепард огляделся.

— Морг. А ведь база совсем маленькая. — сказал Заид.

— Трудно ожидать, что Дженнифер каждый раз подвергалась нападениям одних и тех же детей. Количество контейнеров указывает, что их было здесь немало. В результате экспериментов многие погибали. Вот морг и пришлось организовывать.

— Я сам убивал многих и очень многих травмировал. Но дети... — пробурчал Заид.

— А я прошла через все, что они только могли изобрести и выжила. Так что морг... — Дженнифер не стала заканчивать фразу и сразу направилась к следующей двери. — По меньшей мере первый заслон мы прошли. Впереди нас ждут еще бандиты.

Дженнифер оказалась права — два ворка попытались остановить их, уже взломавших два замка на дверях и увидевших перед собой уходившую вниз лестницу, за которой угадывались контуры каких то проемов.

— Камеры. — выдохнул Заид, вглядевшись в оптический прицел, скользнув взглядом по балкону, с которого по ним вела огонь пара бандитов. — Похоже, мы уже близко.

— Давайте уже поставим бомбу, а то я уже не знаю, кто я такая. Я и опасная стерва и маленькая девочка. Эти колебания... меня раздражают, утомляют и злят. — проговорила Дженнифер, опуская пистолет. — Поставим бомбу и взорвем ее.

Когда группа высадки спустилась вниз, к этажу камер, их атаковали три варрена. Застрелив хищников, Шепард огляделся по сторонам и вместе с Заидом быстро обошел камеры, лишенные дверей. Внутри были двухэтажные кровати на двух человек, по сторонам коридора было по пять камер, значит всего здесь содержались двадцать пленников. Заид, обыскивая очередную камеру пробурчал:

— Поверить не могу. Кровати — взрослые, сантехника — взрослая. Камеры — явно на взрослых рассчитаны. И "Цербер" здесь держал детей?!

— Сэкономил, Призрак, сэкономил. Решил расширить дело за счет детишек, а потом вернуться к опытам над взрослыми людьми. — резюмировал капитан. — Идем дальше. Варрены попадаются все чаще, значит вскоре будут и разумные враги.

Следующая дверь хлопот не доставила. То ли поленились установить защиту, то ли вообще не запирали. Помещение, в которое вступила группа, напоминало столовую или зону отдыха — одни многоместные столы с намертво приваренными скамьями для сидения. Дженнифер подошла к одному из оконных проемов, в котором угадывалось многослойное стекло.

— Зеркало... Я помню этот вид из моей камеры. Здесь было много детей... Я часами кричала, пытаясь докричаться до них, заставить обратить на себя внимание. Они не слышали. Теперь я понимаю, почему. Это зеркало не давало им видеть меня, а звукоизоляция — слышать. Изощренная пытка... Значит, моя камера — с другой стороны. Надо идти, уже близко.

Следующее помещение было сложным. Во всех смыслах. Два пыточных кресла, научные терминалы. Запустение, потоки воды с прохудившейся крыши.

Джек занервничала.

— Ну не помню я этого! А ведь бежала, должна была бежать через этот зал! И не помню. Как отрезало. — она наткнулась на исследовательский терминал и, видимо, механически, нажала клавишу активации.

Голограмма ученого безэмоционально доложила, что особых продвижений к успеху снова не произошло — четверо подопытных детей погибло, никаких изменений в их биотическом потенциале обнаружено не было. Затем ученый неожиданно заявил, что над Подопытной Ноль эксперименты, в результате которых продолжают гибнуть дети, проводиться не будут и выразил надежду, что исследователям хватит детей, обладающих биотическими способностями. В финале записи ученый признал, что они расходуют детей слишком быстро.

— Так это... это правда? — изумлению Дженнифер не было предела. — Они действительно, действительно убивали своими экспериментами других детей, которые служили полигонами для того, чтобы на мне испытывать действительно стоящее? Они убивали их ради моей, моей безопасности?! Чем я так отличалась от них, ведь тоже была ребенком. Тоже! А они гробили других и не делали этого со мной. А потом самое крутое, что могли найти ценой их жизней — испытывали на мне... Самое крутое... Я выжила только потому, что оказалась сильнее их, выносливее их, потому что меня в отличие от них. — Дженнифер почти кричала. — Меня в отличие от них не подвергали ежедневным пыткам. Опытами это назвать нельзя. — она схватила пистолет и разрядила в исследовательский терминал всю обойму. — Такое я Призраку не прощу. Он покойник, я его разберу на атомы.

На беду Дженнифер попался на глаза второй исследовательский терминал. Разозленная биотик не замедлила его активировать и голограмма ученого поведала, что подопытные на свободе и программу придется закрывать. Ученый также сообщил, что они попытаются внедриться в программу, инициированную Альянсом и именуемую "Путь". В конце записи члены группы высадки увидели, как ученый отмахивается от подходившей к нему Подопытной Ноль, которую он, безусловно, узнал. Запись оборвалась.

— Программа "Путь"... Они снова начали, снова начали, по новой начали... — Дженнифер начала заводиться.

— Жаклин, эта программа не допускает никаких издевательств над детьми. Там нет этого. Они. — Шепард указал на обесточенный терминал. — не смогли в нее внедриться.

— Но я то осталась. Я выжила только благодаря тому, что никому не верила и всегда стреляла и буду стрелять впредь только первой. Почему они так пытаются сохранить проект? Почему? Давайте, идем дальше, моя клетка, моя камера, моя родина уже очень близко...

Следующий зал. Три крогана, два — три ворка с оружием. Бандиты, которых некий Ареш попросил задержать группу высадки, да еще пообещал, что в комплексе Телчин бандиты найдут гору пригодного для продажи добра. Дослушивать преступников Шепард не стал и вскоре кроганы уже лежали на плитах пола, а ворка были просто сожжены зажигательными патронами.

— Кем бы не был это Ареш — он пытается восстановить комплекс, повторить снова страдания, пытая новых детей, вся проблема которых в том, что они родились с биотическими способностями. Шепард, моя камера уже очень близко и я хочу заложить в ней бомбу даже на трупе этого Ареша. Бандиты не смогут получить Телчин!

— Тогда идем в следующий зал. — сказал Шепард.

В следующей комнате Шепард сразу уловил, что там кто-то прячется. Это оказался Ареш. Он действительно был из тех детей, которых мучали ради того, чтобы только лучшие средства и методы применять по отношению к Джек. Он вознамерился открыть комплекс снова, снова мучать детей, поскольку и сам был привезен в этот комплекс батарианскими пиратами. Джек едва сдерживалась, чтобы его не пристрелить, но Шепард сказал:

— Джек, он же недееспособен, он сошел с ума и погряз в своем мире. У него ничего нет, кроме горстки бандитов, которые его уже обчистили — у него нет даже денег, чтобы заплатить тем бандитам, которых мы убили в соседнем зале. И ты полагаешь, что у него хватит сил и средств что-то здесь восстановить?

— Нет, Джон. Не думаю. — полыхнувшая биотикой Дженнифер обрушила незадачливого повторителя пройденного на колени. — Мотай отсюда, пока я добрая. Живо!

Ареш убежал настолько быстро, насколько смог. Дженнифер открыла дверь в свою комнату, обошла ее по периметру.

— Нет, Джон. Это слишком больно для меня — находиться теперь здесь. Давай установим бомбу и уйдем отсюда. Прошлое не переделать, его надо просто сжечь. Как в этом моем случае.

— Как скажешь. — Шепард кивнул Заиду, который принял у Грюнта тяжелую ношу и стал устанавливать бомбу. Грюнт, молчавший всю дорогу, по-прежнему озирался по сторонам. Джек едва сдерживалась, она не знала, плакать ли ей, или ругаться, а может, что нибудь своими руками разрушить. Капитан и сам понимал, что для Дженнифер нет возможности повторить свою жизнь. Она уже взрослая женщина, а не та маленькая девочка, которую здесь учили убивать и истязали, повышая ее биотический потенциал.

Челнок взял курс на фрегат. Дженнифер сидела, нервно поигрывая детонатором. Наконец она откинула крышку пульта. Шепард несколько раз ударил в стенку, давая водителю приказ резко ускорить полет. Сзади полыхнуло яркое зарево — это сработала бомба. Комплекс Телчин на Прагии перестал существовать.

Расходились из ангара все в молчании.

— Капитан, Джек со всех ног несется в каюту Миранды. Если не остановить ее, будет драка. Они обе — сильные биотики. Нельзя допустить, чтобы они сцепились. — на связь вышел Джеф.

Шепард рванул к лестничным маршам и вбежал в каюту старшего помощника тогда, когда она объясняла Дженнифер, что те, кто ее истязал на Прагии уже не были в составе "Цербера". Миранда даже вынуждена была признать, что в отношении Дженнифер была допущена ошибка, на что Жаклин отреагировала в свойственной ей жесткой манере.

— Ты даже не знаешь, насколько жестко со мной там обращались. — она полыхнула биотикой. — Может, желаешь, чтобы я тебе кое что из того ада воспроизвела здесь?

— Дженнифер, остановись! — Шепард встал между ней и Мирандой. — Что бы там на Прагии не происходило — это прошлое. Миранда там не была и к материалам по этой лаборатории она доступа не имела. Если не веришь — спроси Сюзанну, она покажет тебе гору документации. Я понимаю, ты видишь в Миранде офицера ненавистной тебе организации. Но Миранда прежде всего, как и ты — человек. Она ушла от "Цербера", скрывается от Призрака. Она рискует. Ты тоже рисковала. И всем нам придется в будущем рискнуть всем, что у нас есть, чтобы решить огромную проблему. У нас каждый человек на счету, а ты полагаешь, что должна устраивать разборки? Я дал тебе возможность уничтожить Телчин. Так закрой это дело в своей душе и успокойся, наконец. С тех пор все изменилось и на корабле нет непосредственных виновников случившегося. Зачем ты пытаешься их найти там, где их нет и никогда не было? Или ты считаешь, что я бы взял их на борт, включил в состав команды, оставил безнаказанными?

— Нет, Шепард. — Дженнифер помотала головой, сбрасывая морок. — Я знаю, ты бы их не пустил к себе на корабль. Но поверить ей — я не смогу. Пока не смогу. Поэтому будет лучше, если я... Только буду стрелять. И... не удерживай меня больше на позиции обороны. Я хочу драться и я буду драться.

— Твой выбор, Дженнифер. — Шепард подождал, пока Жаклин выйдет из старпомовской каюты. — Ну вот, нам еще и привалило счастье с ней.

— Она — не лояльна, Шепард. — сказала Миранда. — И она потянет за собой в могилу еще нескольких членов нашей команды и нашего экипажа. Я бы очень хотела ошибиться, но это так.

— Миранда, какой бы она ни была нелояльной, переписать ее жизнь по новой мы не сможем. И ускорить ее взросление — тоже. Мы сможем не дать ей глупо погибнуть и подставить под угрозу гибели других. Это мы можем. Я, ты, все. И мы это сделаем.

— Воодушевляющая речь, капитан. — без усмешки ответила старпом. — Может быть, я и ошибаюсь, но я предпочитаю предполагать худшее. И готовиться к нему. Я буду готова к этому худшему, которое обозначает она. — Миранда кивнула в сторону двери, за которой скрылась неистовая биотик.

— У нас у всех есть достаточно работы. Джеф, курс — в район ожидания... Подрейфуем немного.

========== Глава 86. Коричневый карлик Мнемозина. Система "свой-чужой" ==========

— Капитан... — в каюту старпома вошел Семенов. — хорошо, что мы завершили эти промежуточные миссии. Мы нашли аппаратуру, которая позволит нам войти в ретранслятор Омега — 4.

— Координаты? — устало бросил Шепард.

— Эта Хокинга, Торн, Мнемозина. И для поднятия вашего боевого духа скажу — система находится на Жнеце.

— Что? — Миранда подскочила на своем кресле. — Захар, вы серьезно?

— Более чем. Сюзанна, дай экран-картинку ситуации.

— Передаю. — откликнулась ИИ корабля. Экран старпомовской каюты осветился.

— К сожалению, история очень древняя. Даже, вполне возможно, древнее, чем наша раса. В системе Центурия есть планета Клендагон, которая знаменита гигантским разломом. По последним данным, доступным в вашем цикле, этот разлом имеет искусственное происхождение. Он рассматривается учеными, как след от применения гигантского и очень мощного орудия, основанного на эффекте массы. По разным данным след этот был оставлен больше тридцати миллионов лет назад, но такие цифры всегда носят относительный характер.

— Если есть след, то...

— Нет, Шепард. Целью и был тот Жнец, к которому мы направляемся на орбиту коричневого карлика Мнемозину. Просто заряд обладал такой мощностью, что обездвижив Жнеца, он смог преодолеть огромное расстояние и пропахать на поверхности отдаленной от Жнеца планеты этот разлом. Дальнейшие следы снаряда теряются. Кстати, само оружие тоже найти не удалось. Искали. И, чтобы пояснить до конца, отмечу — мы до сих пор сами не знаем, кто сумел построить и применить такое оружие. Факт остается фактом — Жнец был обездвижен и пойман в гравитационное поле карлика. Все это время он был там. Но подойти туда в качестве экскурсанта — кратчайший путь к смерти. Сила ветра просто ошеломительная — даже дредноут сдувает в момент, если не знать, как следует маневрировать.

— В архивах "Цербера", взломанных мной, есть указание, что Призрак отправил группы на поиск оружия и снаряда. Сообщается, что они нашли и то, и другое. Тем не менее, "Цербер" до сих пор не стал вооружать свои войска и корабли оружием, способным остановить Жнецов. Это может означать, что Призрак не желает воевать против Жнецов, он сам является ставленником Жнецов или находится под их полным контролем. — доложила Сюзанна.

— Как там говорила Алиса... Все страньше и страньше. — пробормотал капитан. Джеф, кус к Мнемозине. И приготовьте все записывающие устройства. Познакомимся с тем, с кем придется воевать.

— Да, капитан. — откликнулся пилот. — Подлетное время — два часа двадцать минут.

— Вероятно кроме Жнеца там будут еще и геты. Им тоже может что-то обломиться с такой древности. — сказала Сюзанна.

— Я у себя, Джеф.

— Хорошо, капитан.

— На высадку за системой со мной пойдут как обычно Грюнт и Заид.

— Принято. — Сюзанна, как всегда в такие моменты, была немногословна.

— Капитан, корабль в районе. — доложил Джеф. — Будет трясти, сделать ничего не смогу — "Нормандия" — фрегат, а не дредноут. Скорость ветра — больше пятисот километров в час.

— Хорошо, Джеф. — преодолевая желание уцепиться за окружающие предметы и тем самым помочь себе удержаться на ногах, капитан добрался до пилотской кабины. — Скоро будем у этой карака...

— Капитан... — потрясенно воскликнул Моро... — Скажите мне, что я сплю. Датчики показывают — длина корпуса — больше двух километров... Это даже больше, чем корабль коллекционеров, их крейсер. А ведь все эти отростки, его лапы, они... двигались. И наверняка имели мощное оружие... А корпус... Мама миа, да там три орудия с эффектом массы уместить — это будет практически непреодолимая стена огня!

— Капитан, я транслирую изображение Жнеца на все мониторы. Скажу прямо, команда в шоке. Датчики показывают, что невероятно долгое время Жнец может поддерживать свою работоспособность. Подтверждаю — рядом с Жнецом небольшой десантный корабль гетов, но это ничего не значит — геты способны порождать себе подобных с минимальными затратами. — доложила ИИ.

— О, черт... — Джеф пробежал клавиши вспыхнувшей виртуальной клавиатуры. — Сюзанна, скажи, что я не прав...

— Вы правы, Джеф. — откликнулась ИИ. — на корабле "Цербер" вел восстановительные работы. Ими руководил доктор Чандана, афроамериканец. Боюсь, что все они — теперь уже не люди. Гетам на это наплевать, а вот людям. Капитан, там будет полно хасков. Если не чего-либо побольше и покруче. Команда доктора Чанданы была... многочисленной. Они успели установить внутри Жнеца немало платформ и проложить немало дорог. Установили даже тоннельные коридоры с дверями. В целом провели огромный объем работ, чтобы обеспечить себе комфортные условия для изучения...

— И почему мне кажется, что тут что-то нечисто... — протянул Шепард.

— Вы правы, капитан. Нечисто потому, что Жнец работает аналогично Властелину. Тот, кто попадает внутрь... Подвергается индоктринации, одурманиванию. С группой доктора Чандана произошло в том числе и это. Они сидели на Жнеце очень долго... Рекомендую в кратчайшие сроки найти систему... и уходить от Жнеца. Только тогда можно будет говорить о сохранении безопасности. — сказала Сюзанна.

— Грюнт, Заид. Жду в ангаре. Стив, челнок готов?

— Да, капитан. Ваши спутники уже здесь. — ответил водитель.

И в этот момент тряска прекратилась. Как отрезало.

— Жнец имеет свои поля массы. Они работают и способны погасить движение. Мы вошли в их сферу досягаемости, капитан. — доложила ИИ.

— Глаз бури. — Джеф осторожно провел корабль вдоль корпуса Жнеца, прицеливаясь, чтобы остановиться недалеко от туловища. — От лап надо держаться подальше. Такие вот подарочки имеют неприятное свойство оживать в самый неподходящий момент. Успехов, капитан. — он взглянул на Шепарда.

— Береги "Нормандию", Джеф. — Шепард развернулся и почти бегом направился в ангар. Через четверть часа он и его спутники стояли внутри Жнеца. Стив увел челнок к фрегату.

— Так. "Цербер" действительно бросил сюда полностью укомплектованную оборудованием многочисленную научную группу. — сказал капитан, оглядевшись по сторонам. — Они провели здесь очень долгое время и сумели осуществить огромный обьем работ. Слава богу нам не придется ползти по его внутренностям.

— С учетом того, что они у него тоже металлические... — сказал Заид, указывая на окно, за которым виднелись трубы и кабели. — Прогулка обещала быть очень сложной.

— Если верить записям исследовательских терминалов. — в следующем зале они остановились среди научной аппаратуры, — доктор Чандана быстро попал под влияние одурманивания. — сказал Шепард. — Сюзанна и Джеф правы — здесь следует ожидать хасков и разных других оппонентов. Проверьте оружие.

— Капитан. — на связь вышел Моро. — Дополнительные сложности. Вы ощутили рывок?

— Да. Что это было?

— Жнец защищается от нашего вторжения. Он включил кинетические барьеры.

— Превосходно. — сказал Грюнт. — Мы — в ловушке.

— Джеф, где был источник?

— Я зарегистрировала активацию ядра эффекта массы. Высылаю координаты. — откликнулась Сюзанна. — Только хочу сказать — отключив ядро вы лишите корпус Жнеца стабильности. Говоря проще — его останки рухнут на планету.

— Джеф, подготовь Нормандию и челнок. Ты сможешь нас отсюда вытащить, я это знаю. А мы заберем систему, убьем уцелевших и постараемся выбраться к обшивке.

— Я врубился в ситуацию, капитан. — доложил пилот. — Жду, фрегат ведь тоже попал в поле. Мне не улыбается провести здесь лет тридцать.

— Ты нас вытащишь, Джеф. А поле мы отключим. — сказал Шепард.

— Я понял, капитан. — пилот отключил связь.

— Данные с терминалов говорят, что Жнец... — Заид помедлил. — баловался с разумом и памятью ученых "Цербера". Они помнили одно и то же, у них были зрительные, слуховые и даже обонятельные галюцинации. О головной боли, которая продолжалась несколько суток... я уж не говорю.

— А вот и хаски. — Грюнт с радостью рыкнул и открыл огонь. Хорошо знакомые синтеты пытались приблизиться к группе, но зажигательные патроны не давали им этого сделать. Две волны хасков были уложены за несколько минут.

— Вот и сопротивление.— сказал Заид. — Как вы сказали тогда, капитан? Добьем уцелевших. Вот они, уцелевшие.

Еще две волны нападавших хасков нашли свой конец. Новые данные с терминалов свидетельствовали об усилении одурманивания ученых. Теперь они уверовали, что жнец — это бог. На шпилях, выраставших из обшивки жнеца висели пока еще не преобразованные трупы исследователей.

— Снайпер... — крикнул Заид, когда пошла третья волна хасков.

— Для него здесь много работы, слишком много. А он сделал только два выстрела. И искать его по верхотуре... — сказал капитан, отстреливая подступающих синтетов, — слишком накладно. Но раз он здесь, он уже обозначил свою позицию. Он — против них.

И подтверждение этому не заставило себя долго ждать. Едва только они прошли шлюз и выслушали автоматическое сообщение "Цербера" о необходимости соблюдать осторожность, как снайпер несколькими точными выстрелами уничтожил хасков, подкравшихся к группе сзади. Шепард и его спутники даже не успели достать оружие. На эстакаде прямо перед ними поднялась во весь рост фигура гета-снайпера.

— Шепард-коммандер. — сказал гет так, что его в тишине огромного помещения услышали все спутники капитана и он сам.

— Говорящий гет. — сказал Грюнт. — Скажите мне, что я сплю. Да он еще вдобавок и одиночка.

— Неясно. — Заид оглядел гета в прицел, предусмотрительно снятый с винтовки. — обычно интеллект гетов растет вместе с количеством. Но других гетов я не вижу. Они не стреляли. Жаль, что не поговорили. Ушел.

— Важно, что он не стрелял по нам и что первым заговорил с нами. Он обозначил, что знает хотя бы меня. Знать бы откуда... Разберемся. Сейчас нам нужна система-свой чужой, потом нам нужно будет прорваться к ядру и отключить его, а потом двигать отсюда на обшивку этого монстра со всей возможной скоростью. Мне не улыбается повторить полет на планету даже на столь огромном корабле. Мертвом корабле. — сказал Шепард.

— Тогда идем вперед. Я ощущаю, что будет сильное сопротивление, капитан. Впереди снова синтетики. — ответил наемник.

— Опять эти отродья-отпрыски. — сказал Шепард, перенося огонь на самого крупного синтета. — Разберитесь с мелкими, а я уложу их. — распорядился он. Спутники кивнули и стали методично отстреливать хасков. Наконец очередная волна врагов была уничтожена.

— Следующая волна будет достаточно мощной. Отпрысков будет явно больше. — сказал Заид, шагая по плитам эстакады и оглядываясь по сторонам. — Поле эффекта массы действительно работает, оно позволяет нам быть в безопасности — он указал на открывающийся с эстакады вид на космос из пробоин, в каждую из которых мог бы влететь истребитель Альянса.

— А что будет твориться у самого ядра... — пророкотал Грюнт.

— Отродий-отпрысков там ждать не приходится, а вот всевозможных хасков, как стандартных, так и огненных — сколько угодно. — сказал Заид.

— Я буду заниматься ядром. — сказал кроган. — На эту мелочь я уже устал тратить время. Шепард, укажи мне на ядро и я его расколочу. Ты же знаешь, я сильный.

— Знаю, Грюнт. Знаю. — Шепард присел, увидев первых хасков очередной волны. — Приготовились, будем заманивать их. С эстакады буду сходить я, а вы сверху атакуйте.

— Хорошо, капитан, только не подходите близко к этим отпрыскам. Заморозят. — бросил наемник, открывая огонь из своей любимой винтовки.

Отпрыски были уничтожены огнем капитана в первую очередь. Оставшиеся две волны хасков пали бесславно, не сумев даже приблизиться к группе высадки.

— Вперед, я вижу уже вход в помещение ядра. Оно соответствует тому, что указано на плане, переданном Сюзанной. — сказал капитан, спускаясь по пандусу. — Опять замок... "Цербер" просто помешался на этих замках.

— Это не проблема. Проблема будет там. — Шепард подобрал с исследовательского терминала плату. — А вот и плата системы свой-чужой. Не понимаю, гетам она не нужна, хаскам не нужна, но почему она в сервере Жнеца не стоит?

— Знать бы где еще у него этот сервер и как нам туда добраться. — сказал Заид. — Это была бы единственная наша проблема. А тут будет другая проблема, вот за этой дверью.

И проблема не замедлила проявиться во всей красе, едва только дверь удалось вскрыть. Члены группы высадки увидели у противоположного конца помещения того самого гета снайпера, которого встретили раньше. Гет работал за пультом, укрепленным под круглым вырезом, в котором угадывалось ядро массы. Он не обращал, казалось, внимания, что к нему сзади подбираются несколько хасков. Неожиданно он выхватил пистолет и несколькими точными выстрелами уложил нападавших. Ядро закрылось створками и из всех щелей полезли все новые и новые хаски. Они повалили гета и группе высадки пришлось вступить в бой.

— Не удаляться от выхода. Если нас зажмут, мы отсюда не выйдем. — сказал Шепард. — Держаться у выхода.

— Принято, капитан. — Наемник, оглядевшись, понял, что пропускать себе за спины многочисленных врагов действительно нельзя — численный перевес был на их стороне. — Они каким-то образом отключили гета.

— Он снайпер и с пистолетом при таком количестве синтетов вряд ли много сумел бы настрелять. Он точен, но пистолет... Не его оружие. — сказал капитан, перезаряжая винтовку. — Бейте по ядру. Створки открыты.

Несколько раз ядро скрывалось за бронестворками и из щелей снова лезли хаски. Гет лежал неподвижно и, похоже, действительно отключился. Хаски не обращали внимания на металлического робота, интересуясь только членами группы высадки.

— Черт, столько зарядов я еще не расходовал. — Грюнт загнал очередную обойму, перезарядил дробовик. — А они все не кончаются. — он открыл огонь по трем синтетам, подбиравшимся справа.

— Сосредоточенный огонь по ядру, затем хватаем гета и на корабль. Если его не схватил "Цербер", значит он умеет прятаться. И он для нас ценен. Это явно не тупой робот. — скомандовал капитан. Его спутники кивнули и, едва створки в очередной раз разошлись, открыли огонь по сфере.

— Капитан, корабль теряет устойчивость. Немедленно выбирайтесь оттуда. — в наушниках прорезался голос пилота. — Хаски так быстро не кончатся, они не знают, что такое страх смерти. Приготовьтесь бежать и отстреливаться. Челнок не подойдет, рядом достаточное пространство, я подведу фрегат. Вам придется прыгнуть.

— Понял, принято. — Шепард указал Грюнту на гета и кроган молча подхватил робота. Заид с Шепардом замыкали строй, отстреливаясь от наседавших хасков. — Грюнт, кидай гета, его поймают. Ты сможешь. — сказал он, балансируя на краю обшивки и стреляя по подходившим хаскам. — Давай. Потом прыгай сам. Тут недалеко.

— Хорошо, Шепард. — кроган сильным толчком послал робота в полет, целясь в раскрытый боковой шлюз фрегата. — Попал. Я прыгаю.

— Давай. — Шепард перезарядил винтовку и открыл огонь. — Теперь ты, Заид. Давай, они слабы, я справлюсь...

С фрегата полетели очереди зарядов — это удачно прыгнувший кроган схватил винтовку — на таком удалении дробовик не был точен. Увидев подмогу, Заид кивнул и, разбежавшись, прыгнул. Через минуту ожила его винтовка. Синтеты поняли, что добыча ускользает, но сделать ничего не смогли — кроган и наемник вели плотный огонь из штурмовых винтовок, давая возможность капитану развернуться, разбежаться и прыгнуть. Спустя несколько мгновений бронированная крышка люка встала на место. Капитан распластался на полу.

— Уф. Джеф, уводи корабль от этой каракатицы.

— Принято, капитан. Сюзанна закончила закачку всей возможной информации по Жнецу. Теперь мы знаем о них немало. — отозвался пилот.

— Всем — спасибо. Грюнт, отнеси гета в помещение ядра ИИ. Сюзанна сможет его там лучше контролировать.

— Хорошо, капитан. — Кроган поднялся, взвалил гета себе на плечо и ушел в глубины корабля.

========== Глава 87. Разумный независимый говорящий гет. Легион в команде Шепарда ==========

— Шепард, ты же не рассчитываешь с ним поговорить? — сказал Заид, протирая винтовку.

— Именно, Заид. Рассчитываю. Еще и как рассчитываю. Незачем убивать гета, который был на нашей стороне. Да и этот кусок брони с логотипом эн-семерки... Что-то мне кажется, что это слишком четко указывает на наличие у гетов такой вещи, как эмоции. Интересно будет узнать, что он сам думает по этому поводу.

— Капитан, я переслала вам информацию по гету в каюту. Нежелательно говорить об этом здесь, в шлюзовом отсеке. — на связь вышла Сюзанна. — Гет действительно не совсем обычен.

— Хорошо, Сюзи. Спасибо за закачку и обработку информации по Жнецу.

— Он рухнул на планету, Шепард. По меньшей мере мы видели того, с кем придется воевать. Вряд ли попадание внутрь следующего жнеца будет столь же безопасным. — отозвалась синтетик.

— Безусловно. — Шепард вошел в каюту. — Давай информацию, Сюзанна.

— Согласно полученным в ходе сканирования аппаратно-программной части гета в сообществе гетов наблюдается то, что обычно наблюдается только среди разумных — отсутствие единого мнения. Причем настолько глубокое, что среди гетов теперь есть две устойчивые группировки, усиленно вербующие сторонников. Первая выступает за союз с органиками, независимо от того, что те их пытались сделать рабами и слугами, а вторая выступает за союз с Жнецами, полагая, что те дадут им возможность уничтожить органиков.

— И к кому же принадлежит наш гость?

— По моим данным — к тем, кто склонен к союзу с органиками. Будь по иному...

— Да. Мы лежали бы там вместо хасков. Спасибо, Сюзанна.

— Тали уже несколько раз приходила к гету. И намерения у нее... не самые добрые.

— Ничего удивительного. Она еще слишком молода, а для гетов кварианцы по-прежнему те, с кем они воевали. Ладно. Я попробую поговорить с нашим гостем. Спасибо, что предупредила.

— Я включу дополнительную защиту. Во избежание сложностей.

Включенный гет быстро освоился в новой для себя ситуации. Он спокойно отнесся к наличию защитного поля, отделившего его от капитана. Между ними состоялся долгий и неоднозначный как по содержанию, так и по результатам разговор.

— И как мне тебя называть?

— Гет.

— Как мне называть тебя лично, того, кто стоит передо мной?

— Гет. Мы все — геты.

Вклинившаяся в разговор Сюзанна тут же процитировала Библию. В результате гет согласился именоваться Легионом. Но дальнейшее поставило Шепарда в затруднительное положение.

— Капитан, я интегрирую найденную систему свой-чужой в системы корабля и стараюсь сделать все, чтобы нам не пришлось пожалеть об этом. Это займет еще половину суток, быстрее не получится. Поспешим сейчас — будем очень страдать потом. Мне приходится ставить мощные фильтры на излучатели, чтобы ни грана информации о нас не ушло к Жнецам, которым и принадлежит часть технологии. -сказала Сюзанна.

— Капитан. Геты могут быть инфицированы в самое ближайшее время. Еретики имеют станцию-передатчик. Там хранится основа вредоносного кода. Я прошу вас помочь обычным гетам, не желающим воевать с органиками, одержать верх. В противном случае...

— Я понял. Сюзи, готовь прием координат. Легион...

— Координаты переданы, капитан. — скрежетнул гет. — Спасибо.

— Скажешь, когда мы решим эту проблему. Джеф, курс!

— Принято, капитан. Корабль — на курсе.

— То есть все те геты, с которыми пришлось воевать органикам до этого момента — еретики?

— Да, капитан. — сказал Легион, шагая вместе с Шепардом к капитанскому мостику у Карты. — Настоящие геты не входили в контакт с органиками и тем более — не поднимали на них оружие. Вы устранили бога еретиков — Властелина, органики продолжили войну с гетами-еретиками и дальше, но нигде нет информации, что вам удалось найти их центральную базу.

— А ты знаешь?

— Я — гет, а не еретик. Конечно, мне известно это. Мы здесь не оригинальны — это заброшенная кварианская космическая станция. И не обвиняйте ни в чем Тали, капитан. Не надо обвинять ни в чем и ее отца. Они действовали не сами по себе, они действовали по программе. Еретикам были известны координаты этой станци, известна ее история. Кварианцы сами ушли с нее, еретики их оттуда не выбивали силой оружия. Когда они туда пришли, она уже была много лет покинута. От нее остался только каркас. Еретики модернизировали ее, приспособили к своим нуждам. Там теперь нет иллюминаторов — гетам они не нужны, нет атмосферы, нет генераторов притяжения. Все это машинам не нужно. Но там хранится код и хранятся программы, которые определяют поведение еретиков. Если еретики контролируются Старыми Машинам, значит...

— Война с еретиками набирает новые обороты и еретики на самом деле не считают эту станцию единственной ценной базой для себя. — закончил Шепард. Гет кивнул.

— На данном этапе противостояния нам нужно исключить возможность распространения вируса еретиков на пока что здоровые, неинфицированные платформы гетов. Если мы не уничтожим станцию, она сможет генерировать достаточный сигнал и очень многие геты в момент будут перепрограммированы.

— И почему я считал, что вы не поддаетесь такому воздействию? — спросил Шепард, опершись о поручни над картой.

— Мы руководствуемся в своем поведении по большей части программным обеспечением. Оно легко доступно и изолировано от аппаратной части. Если изменить всего лишь восьмой символ после запятой в некотором результате... Вы увидите перед собой не друга, а врага. Это тоже напоминает людей — бывает нужно приложить не так уж и много усилий, чтобы бывший враг стал другом, а бывший друг — врагом. — сказал Легион.

— И ты так легко отнесешься к гибели программных разумов там, на той станции?

— Так же легко, как они отнеслись бы к моей гибели, Шепард. Вам придется сделать выбор — гетов-еретиков можно переписать и они станут нашими друзьями, а можно — уничтожить и тогда они не смогут быть перепрограммированы. Жнецам придется искать все новые и новые платформы гетов, которые согласятся на такое вот изменение. Решать вам.

— Посмотрим. Сначала надо добраться до станции. Что там внутри из оружия?

— Турели и мобильные платформы. Вовне — ничего. Мы, геты, постараемся сделать все, чтобы ослепить станцию. Вам нужно попасть внутрь и добраться до управляющей консоли.

— Доберемся.

Вид космической станции был необычным. Легион был прав — геты лишили корпус станции привычных человеческому взгляду иллюминаторов. Фрегат приблизился к ее корпусу и группа высадки без особых проблем, взрезав лазерным резаком один из люков, проникла внутрь.

— Мы перегрузили внутреннюю систему опознавания. Пока наши меры действуют общая тревога не пойдет дальше той комнаты, где мы находимся. Если же мы приблизимся к ядру с консолью — тогда будет действительно объявлена общая тревога и нам придется решать. Шепард-капитан, у нас новая информация. Вирус готов. Мы пришли вовремя.

— Тогда будем поторапливаться.

Преодолевая сопротивление немногочисленных гетов и собирая по дороге образцы геттских технологий, группа по почти пустынным коридорам и переходам продвигалась к месту расположения ядра. Стрелять приходилось не так часто, но противостояние с машинами осложнялось тем, что их скорость реакции намного превышала человеческую. Любая ошибка могла обойтись членам группы очень дорого.

— Впереди будет немало охотников, смотрите внимательнее. Они умеют хорошо маскироваться. Еретики непрерывно совершенствуются, используя то, что им предоставляют Жнецы.

— Так ты прибыл на Жнеца...

— Мы хотели изучить технологии Жнеца и понять, чем нам могут угрожать еретики. Я прибыл один. Мой корабль был небольшим. Вы его видели.

— Да... А мы полагали, что геты хотят забрать Жнеца себе. В смысле геты-еретики.

— Нет. На корабле и на Жнеце не было других гетов, кроме меня.

— Интересно, почему гетов так мало здесь? Ведь корабль принадлежит им полностью. Я бы назвал это — они здесь в безопасности, они — хозяева.

— Геты постоянно подключены через аппаратные интерфейсы, которые не дают аппаратным платформам двигаться во время подключения. Через интерфейс мы постоянно обмениваемся информацией. Шепард-капитан, единственная разница между гетами — в особенностях взгляда каждого из нас. Если какая-либо платформа увидит больше — она сделает это достоянием всех, едва только подключится к интерфейсу. Мы созданы были чтобы быть объединенными в сеть. Вне сети... без подготовки... геты не могут быть полноценными. Кварианцы не знали, чем обернется сетевизация гетов. В этом был их недостаток. Они недооценивали силу единства и единения.

Расстреляв в первом зале троих гетов, группа двинулась дальше.

— Мы можем перезагрузить турели, переведя себя в разряд друзей. Она будет помогать нам отстреливать гетов, считая их врагами. — сказал Легион.

— Сделаем. — Шепард набрал команду на инструментроне. Появившиеся геты пехотинцы и охотник были в немалой степени уничтожены ожившей турелью. Вторая турель осталась безучастной, но она и не стреляла по группе Шепарда.

Огромный зал был забит сосудами странной формы, уставленными рядами.

— Что это? — спросил Заид.

— Центральная база данных. Здесь хранятся воспоминания гетов. В каждом из этих контейнеров — по тысяче платформ гетов.

— И они нас не замечают? Это же миллионы бойцов. — Заид явно не понимал ситуацию.

— Они обращают на вас не больше внимания, чем вы — на листья верхних веток дерева, за которым вы прячетесь от врагов.

— Сильно сказано, Легион. И очень... по-земному. — отметил капитан.

— Мы не можем придти к согласию, Шепард. Для людей это привычно, для нас — нет. Одни из нас теперь за еретиков, другие сохраняют нам верность. А эти.— Легион помедлил, видимо, обрабатывая какие-то неоднозначные данные. — Теперь легче. Дело в том, что мы привыкли... как вы, люди, выражаетесь, доверять друг другу. Люди не могут читать мысли друг друга. Мы — можем читать мысли других гетов. И еретики вклинились в нашу сеть, начали на нее влиять, нарушать согласие в среде гетов, сохранивших верность и чистоту. Это сложно. У нас нет опыта деятельности в таких условиях.

— Полагаю, мы уже близки к цели. — сказал капитан.

— Увы, нет. — ответил Легион. Впереди еще один зал с аппаратными интерфейсами. И этих интерфейсов там больше.

— Справимся. Сигнал по-прежнему не уходит дальше той комнаты, где мы? — спросил Заид.

— Пока да, но нам нужно спешить. — ответил Легион.

— Идем. — скомандовал капитан.

Разобраться с девятью гетами оказалось несложно. В следующем зале пока Легион активировал интерфейс и вводил программу уничтожения, Шепард и Заид видели немало турелей и контейнеров с гетами. Это и было центральное ядро станции.

— Шепард-капитан. Учет всех гетов, которые должны получить вакцину, потребует времени. Нам нужно будет защитить эту консоль от вмешательства активированных гетов-еретиков. Сигнал уйдет через секунду. Все время загрузки геты будут активны. Как только загрузка будет завершена, еретики перейдут в режим ожидания — геты не склонны просто лезть под огонь.

— Хорошо. Начинай, Легион.

========== Глава 88. Геты-еретики уничтожены. Задел на будущее ==========

Три волны гетов, среди которых немало было гетов охотников. Трудно было защищать столь широко разнесенные выходы на эстакаду. Но Шепард и Заид справились. Легион стрелял, не отходя от консоли.

— Шепард-капитан. Ваше решение — перезапись или ликвидация?

— Не следует давать еретикам возможность возродиться. Уничтожение, Легион.

— Хорошо. — гет нажал несколько сенсоров. — Приготовьтесь, надо будет быстро отступить на Нормандию. В соседней комнате — выход. Но там есть и прайм — он особо силен.

— Справимся. — Заид вскинул свою любимую винтовку и перезарядил ее. — Давай, Легион.

— Принято. — сопартиец нажал еще несколько сенсоров. Поля защиты базы данных сняты. Станция переходит в режим детонации. — он взял в руки пистолет. — Вперед, в соседнюю комнату и — на фрегат!

— Вперед.

Путь на корабль занял меньше минуты — сопартийцы даже не стали особо реагировать на стрельбу нескольких гетов-охотников и сумели оббежать прайма, не успевшего опустить свою винтовку и повернуть ее в сторону бегущих. Фрегат с максимальной скоростью убрался от взрывавшейся гроздьями разрывов станции. Наконец далеко позади громыхнуло. Шепард и Заид опустились на скамью в грузовом отсеке. Гет проследовал в глубь корабля.

— Капитан, не хочу вас беспокоить, но Тали сейчас пристрелит Легиона. Вам лучше подойти.

— Иду. — сказал капитан.

— Шепард, этот гет изучал мой инструментрон. Он собирается послать другим гетам информацию о Флоте. — кварианка держала Легиона под прицелом своего тяжелого пистолета.

— Мы знаем, что создатели создают все более и более мощное оружие и собираются воевать с нами. Я обязан защищать своих, Шепард. Тали Зора также обязана защищать своих. — Легион стоял спокойно, он даже не достал оружия. Вряд ли Тали дала бы ему хотя бы протянуть руку к винтовке или пистолету.

— Тали, вспомни, что твой отец делал с гетами. Он делал из них рабов и оружие. Если бы на их месте были люди — я бы моментально известил Альянс...

— Но тогда...

— Да, мы бы начали войну. И война между вами и гетами также неминуема, слишком сильны и неоднозначны противоречия между вами. Ты желаешь, чтобы война разгорелась сейчас, когда мы должны защитить Млечный Путь от коллекционеров?

— Нет. — кварианка опустила пистолет, нацеленный в грудь Легиона. — Я тебе дам другие ценные данные, незасекреченные. Возьмешь?

— Приму. — сказал гет. За все время разговора он так и не достал оружие.

========== Глава 89. Вход в ретранслятор "Омега-4". База-станция Коллекционеров ==========

— Итак, мы стоим перед нашей главной целью — ретранслятором Омега — 4. — сказал Шепард. В конференц-зале фрегата собрались все руководители подразделений экипажа и команды. Остальные слушали капитана по трансляции. — Сразу скажу. Никто не знает, что нас ждет там. Но мы сделали все, что можно, чтобы подготовиться к любым неожиданностям. На корабле остаются все гражданские специалисты и отряд военных. Остальным следует подготовиться к тому, чтобы действовать в отдельных отрядах. Мы не можем позволить себе выступить единым фронтом, идти единой группой. Это грозит нам уничтожением. Мы должны разделить, разбить силы Жнецов, измотать их, заставить маневрировать, дробиться, нервничать. Совершать ошибки, в конце концов. Рекомендации всем и каждому уже передала Сюзанна. Через три часа будет отдан приказ о входе в ретранслятор. Прошу всех подготовить все оборудование, оружие и корабль. Соберитесь. Нам предстоит самая главная, самая сложная и самая тяжелая битва.

Никто в ответ не проронил ни слова. Вскоре Шепард сидел в кресле один. Сюзанна притушила свет в опустевшем конференцзале. Люди и инопланетяне приступили к последним подготовительным работам и вмешательство капитана не требовалось нигде. Шепард поднялся к себе в капитанскую каюту, просмотрел броню и оружие с дополнительным оборудованием, несколько раз переоделся, пробуя различную комплектацию. Наконец он принял доклады Сюзанны и сел за рабочий стол, готовить дополнительные рекомендации.

— Капитан, следует вооружить гражданских специалистов. Если они остаются на корабле... — в каюту вошла Сюзанна в черном бронированном комбинезоне. На ее бедрах светились белым два тяжелых пистолета. Сзади на перевязи висела автоматическая штурмовая винтовка.

— Вооружите. Только пистолетами. Автоматы пусть будут только у военных. Если враг прорвется внутрь — вряд ли автоматы смогут его задержать. Но если гражданские откроют огонь, они будут уничтожены. У нас не было возможности их перевести в разряд военных людей, не было возможности подготовить. Я надеюсь, что мы сможем не допустить врага внутрь корабля, Сюзанна. А если допустим вторжение в корабль... Что-ж, тогда гражданские будут вынуждены встать и защищаться. Тогда уже будет не до правил и регламентов. Сделай все, чтобы кроме сигнала системе, мы не передали никаких других данных, кому бы то ни было. Только сигнал.

— Сделаю, капитан.

— Капитан, корабль входит в ретранслятор. Система свой-чужой активирована. Ретранслятор принял сигнал. Протоколы приема-передачи перестроены. Ответ принят. Входим.

— Режим торможения, Джеф. — сидевшая в кресле второго пилота Сюзанна посмотрела на пилота. — Впереди — остатки большого корабля...

— Ты хотела сказать — обломки. — Джеф несколькими движениями пальцев над сенсорами трех панелей заставил корабль выполнить "кобру" и всплыть над полем обломков. — Вовремя, Сюзанна. Эта громадина... Мы могли бы об нее расплющиться. Пиши все на накопители, привезем нашему археологу подарок. Пусть она будет единственной, обладающей данными о тех, кто пытался пройти сюда и погиб, не отказавшись от мечты избавиться от нападений коллекционеров. Пиши также все происходящее, что бы там ни было до самого выхода из ретранслятора обратно в наше пространство.

— Принято, Джеф. — Сюзанна переключила панели. Я включила все сенсоры всех трех диапазонов, все видеоголовки на обшивке. Все пишется.

— Пусть будет полная информация для нашей знакомой. Она это заслужила. — сказал Шепард, вставая рядом с пилотским креслом Джефа.

— Активирую зенитно-лазерные комплексы. Нас атакуют дроны "Око". Их достаточно много и они пытаются пролезть в трюм. Верхние палубы для них не слишком доступны — их прикрывают ЗЛК и башни лазеров ПОИСК. Брюхо Нормандии прикрыть сложнее — там шасси и орудия.

— Я в трюм. Вместе с Семеновым мы прикроем гражданских. — Шепард кивнул пилотам и через несколько минут уже видел на экранах, как один дрон взрезает концентрированными молниями трюмную обшивку.

— Корпус прорезан, Шепард. Координаты... — раздался голос ИИ.

— Вижу. — капитан кивнул Семенову и вскинул тяжелый излучатель. — Мы с Захаром разберемся. Убери гражданских из пробитого сектора.

— Принято, капитан.

Первая атака дрона, прорвавшегося внутрь, не принесла однозначной победы. Лазерная установка "Ока" срезала крышки контейнеров, нарушала целостность панелей.

— Мы сумели его ослабить. — сказал Семенов, перезаряжая гранатомет. — Но он или его коллега вернутся. Хорошо, что Сюзанна успела затянуть пробоину полем защиты.

— Капитан, второе "око" пробивает корпус. Восемнадцать метров впереди вас. — доложила Сюзанна. — гражданские эвакуированы.

— Принято. Идемте, Захар. — Шепард вскинул излучатель и открыл огонь на поражение по порхавшему по трюму дрону. Захар подбирался к нему поближе, чтобы выстрелы из гранатомета нанесли максимальный урон. Дрон отчаянно сопротивлялся, но сосредоточенный огонь двух подготовленных офицеров не позволил врагу так быстро и безнаказанно ускользнуть. Наконец "Око" распалось на составные сегменты.

— Это еще не конец, капитан. Два "Ока" с разных сторон. Тридцать метров к носу от вас! Перевожу гражданских специалистов подальше. — доложил Джеф.

— Дополнение, капитан. Три "Ока" в противоположном конце трюма. Семенов и Юльева организовали сопротивление. Готовятся команды гражданских специалистов. Они вооружены и готовы стрелять. Другого выхода нет. Мы — под массированной атакой. — на связь вышла ИИ.

— Принято, Сюзи. Захар, берешь на себя левого. Не рискуй. У нас еще впереди база.

— Ты тоже, капитан. — офицер кивнул и они разбежались в разные стороны. Дроны заметались по пространствам трюмов, легко пробивая перегородки и снося все, что было непрочно закреплено либо корпусами, либо ударами лазеров. — Одного завалил.

— Посмотри, нет ли еще гостей. А я пока разберусь со своим. — перезарядив излучатель, Шепард встал и обрушил луч на корпус летавшего в двадцати метрах от него дрона. — Все, второй готов.

— Пять дронов в кормовых осеках, капитан. Гражданские эвакуированы. К вам идет Легион. Четыре "Ока"-дрона в середине, три в дальнем от вас конце. — Сюзанна четко отслеживала ситуацию. — Семенов и Юльева под атакой, но держатся. Гражданские вступили в бой. Пока успешно. Есть раненые, но убитых нет.

— Принято. — бег по переходам не утомил Шепарда, он кивнул гету и поудобнее перехватил излучатель, передав Легиону такой же, вынутый из защищенного энергополем контейнера с оружием. — Бери. Снайперка и пистолет против такого — слабы.

— Принято. — Гет скрылся прыжками за контейнерами.

Дроны старались зайти с тыла, с боков, некоторые пытались прорваться по самому верху трюма.

— Капитан, еще пять дронов, шестьдесят метров от вас. Гражданские уходят. Группа защиты из гражданских занята противодействием двум другим дронам в дальнем от нас конце. — Сюзанна снова предупредила Шепарда об изменении ситуации.

— Легион, мы разберемся здесь, давай туда, вызови себе в помощь...

— Я пойду с ним. — раздался голос Гарруса.

— Хорошо, Гаррус. — Шепард кивнул гету. — давай, не задерживайся. Тут уже мы их побили, добьем. А там — свежие.

— Я также присоединяюсь. — раздался голос Тейна. — Гаррус, командуй.

— Хорошо. Среднее и тяжелое оружие — к бою. — послышался рокот Гарруса, едва сдерживавшего ярость. — Вперед! — связь отсеклась.

Добив два особо упорных дрона, Шепард поспешил к своим друзьям. Те старались уничтожить изрядно поврежденные, но не прекращавшие огня три дрона. С прибытием Шепарда и Семенова дело пошло быстрее.

— Капитан, мы отразили шесть атак дронов. Число дронов в каждой волне достигало двухсот. Большая часть прорваться внутрь фрегата так и не смогла. — доложила Сюзанна, едва Шепард и его сопартийцы поднялись из трюма, оказав помощь гражданским в заграждении пробоин. — Если бы не поставленные заблаговременно в готовность ЗЛК...

— Да, визиты на Цитадель оказались весьма результативными. — Шепард вступил на ступени лестничных маршей, ведущих к командному уровню фрегата.

— Капитан, мы вышли из поля обломков. — доложил пилот. Снижаю скорость. Локаторы не показывают вокруг никакой активности. Поднимаю корабль повыше, но так, чтобы мы не слишком выделялись над общим уровнем.

— Хорошо. — Шепард вошел в пилотскую кабину вместе с полковником. — Сюзанна, распорядись насчет легкого оперативного ремонта. Мы должны заделать пробоины в корпусе до того...

— Шепард, мы нашли это логово... Это... огромная станция очень необычной конструкции... сказал Престли.

— Чего там необычного. — Джеф нажал две клавиши. — вот вам изображение корабля коллекционеров. Ставим его вертикально. А вот — изображение станции. Она уже и так стоит вертикально, торчком. Как говорится, найди десять различий. Ясно же, что и станция и крейсер принадлежат одной расе.

— Накаркал, Джеф. — в пилотскую кабину вошла Миранда. — Ремонт в трюмах начат. Но нас встречает крейсер коллекционеров. Яблоко от яблони недалеко падает, но может и убить. Если попадет по голове.

— Гаррус. Пришла пора показать класс твоих калибровок. — сказал Шепард. — Готовь главные орудия к бою. Не дай им выстрелить первыми. Здесь уже это не нужно. Наша задача — прорваться к обшивке станции и высадить десант.

— Десант? — Джеф обернулся. — Отсюда мы можем "Таниксами" вынести всю станцию без остатка...

— Джеф, ты видел корабли? — спросила Сюзанна подчеркнуто безэмоциональным тоном.

— Еще бы. От обломков устал уворачиваться. — ответил Моро. — Что ты имеешь в виду, Сюзи?

— Многие из них были разложены на обломки только тогда, когда с них были сняты экипажи. "Оки" уже доказали, что являются достаточно интеллектуальными. Они не только уничтожают, но и умеют обездвиживать и не давать обороняться.

— Ты имеешь в виду, что...

— Многие члены экипажей кораблей, во всяком случае, обломки которых я успела исследовать дистанционно. — до сих пор могут находиться на станции коллекционеров. В качестве пленников. К тому же, не забывай, Коллекционеры похитили множество людей. Да, станция огромна, но это также дает нам право надеяться, что мы сможем спасти многих людей. Многих колонистов, многих рабов, многих просто оказавшихся на дне социума, Джеф. Я бы не стала уничтожать станцию сразу вот так. Хоть мы и можем это сделать. Нам нужно спасти многих, кого только можно. Независимо от расы. И еще — нам нужна информация со станционных серверов, чтобы еще больше приблизиться к пониманию сути Жнецов и тех, кто может стоят за ними.

— Миранда, подготовь отчет по свободным площадям для эвакуированных. Пусть гражданские специалисты образуют свои структуры для обороны и обеспечения жизнеспособности корабля, когда мы доберемся до обшивки и причалим.

— Будет сделано, капитан. — девушка козырнула, вытягиваясь, скрывая боль от нескольких ранений. — Я немедленно этим займусь.

— Пусть все держатся за поручни. У нас впереди из станции вышел крейсер коллекционеров. Нам предстоит бой. — сказал по корабельной трансляции Джеф, включая двигатели корабля. Переключив каналы на внутреннюю связь, добавил, — Гаррус, твое слово. Бей по этому кораблю. Три залпа, думаю, "Таникс" приведет его после этого в небоеспособное состояние. И сразу переключай системы на поиск других крейсеров. Я пока просмотрю станцию на предмет дальнобойных орудий или лазеров.

— Принято, Джеф. — сказал Гаррус. "Таниксы" рявкнули, едва заметно сотрясая корабль. — Первый залп прошел. Повреждения противника — сорок процентов. Маневр, Джеф.

— Выполняю. — пилот заставил корабль забраться повыше, потом стал опускать нос. — Позиция!

— Второй залп. — отозвался Гаррус одновременно с сотрясением корабля. — Повреждения семьдесят шесть процентов.

— Давай в главные орудия!

— Выполняю. — Гаррус выстрелил в третий раз и крейсер коллекционеров взорвался изнутри, распадаясь на куски. — Перезаряжаю. Вижу еще два крейсера.

— Мы уже близко. Подключаю орудия средней дальности, Гаррус. Врежь им. Двумя сосредоточенными залпами, одновременно, половинная мощность! — сказал Джеф, выводя Нормандию на позицию.

— Сделано. — отозвался турианец и корабль дважды сотрясла мелкая дрожь. — Отрабатываю цели лазерами средней дальности. Перезаряжаю главные орудия. Залп!

Сдвоенная дрожь и на экранах было видно, как попавшие под одновременный огонь орудий главного и среднего калибра, крейсера коллекционеров взрываются.

— Осколки крейсеров повредили станцию. Теперь они знают о нас. — доложила Сюзанна.

— Сюзи, я знаю, что мы влететь внутрь на фрегате не сможем. Нам нужно присоединиться где-то поближе. Гаррус, держи станцию под прицелом всех калибров. Капитан, нужна конференцсвязь. Через инструментроны. Собирать народ в конференцзале некогда. — обернулся к капитану Джеф. — Мы слишком близко, надо ждать реакции и вырабатывать план.

— Хорошо. — Шепард вскинул инструментрон. — Вот что нам известно. Нам нужно пройти в главный зал, но по пути обязательно освободить всех, кого только сможем найти, колонистов, пленников, рабов. Как хотите. Всех, кто не является тайным или явным коллекционером. На ваших инструментронах схема корабля. Мы разделяемся на три отряда. Первый отряд веду я. Мы проламываем оборону и идем в первый, главный зал. По возможности мы будем идти без остановок, не отвлекаясь. Второй отряд как раз и выполняет отвлекающую роль — он разделяет силы обороны коллекционеров внутри станции, всячески изматывая их боями и нарушая координацию сил противника. Третий отряд идет специально освобождать пленников и сопровождать их на фрегат. Но он также должен быть готов вступить в бой с охраной тех мест, где держат пленников.

— Как по проспекту не получится пройти, капитан. Переборки снабжены взрывозащищенными дверями. Нам нужно еще дополнительно выделить силы. — Сюзанна выдала на экраны инструментронов дополнительную информацию.

— Я предлагаю пройтись по вентиляционным каналам. Коллекционеры — насекомые, им все равно нужна хоть какая-то, но атмосфера. Она и для нас пригодна, а на схеме есть вентканалы. Часть сил мы можем переправить по ним. — отозвалась Тали.

— Что-ж. — Шепард взглянул на мерцавшую схему. — Легион и Тали. Вам, как техникам — возглавить отряды, которые пойдут через вентканалы.

— Принято, Шепард-капитан. — проскрежетал Легион.

— Я не подведу, капитан. Мой отец поддержит меня отсюда. — сказала Тали.

— Второй отряд возьмет на себя функцию основной силы. Во главе такого отряда должен встать сильный и разумный командир.

— Только не Лоусон. — рявкнула Джек, появляясь на дополнительном экране инструментрона. — Кроме нее есть кому покомандовать, Джон.

— Я не стремлюсь к славе и власти. И это. — Лоусон сделала широкий жест рукой. — не место для проведения соревнований по популярности. У нас впереди задача уничтожить эту базу. И каждый из нас должен сделать для этого все возможное.

— Командование вторым отрядом поручаю Миранде Лоусон. — отрезал капитан.

— Я не подведу вас, капитан. — Лоусон отдала воинское приветствие и пропала с экранов. — Приступаю к работе с отрядом.

— Джон... — рявкнула Джек. — Что ты делаешь? Она ведь церберовка. Это от нее никуда не денется!

— Дженнифер, успокойся. Для тебя на этой станции тоже найдется предостаточно работы.

— Только не загоняй меня в позицию обеспечения или обороны. Я уже достаточно насиделась в тылах, капитан!

— Хорошо. Прикроешь третий отряд и при необходимости — защитишь его.

— Это по мне, Джон. Спасибо. — изображение неистового биотика пропало с дополнительного экрана.

— Со мной идут Тейн и Заид. — сказал Шепард.

— Благодарю, капитан. — отозвался дрелл. Заид только молча кивнул и его изображение пропало с главного экрана. — Мы будем готовы вовремя.

— Остальным — охрана и оборона корабля. Мы — на обшивке чужой враждебной станции. Это означает, что коллекционеры и "Оки" организуют атаки как изнутри станции, так и извне. Подготовьте все к эффективной обороне. Закройте все входы и выходы. Установите везде охрану. Всем вооружиться. Состав отрядов известен вам заранее. Выходим через четверть часа.

Отряды, полностью сформированные, укомплектованные и вооруженные выходили через два люка на поверхность станции, сразу устремляясь к заранее прорезанным входам. Наконец все отряды доложили о том, что они на борту станции.

— Всем продвигаться вперед. Легион?

— Я в вентиляции. Для органиков немного душновато, но пока терпимо. Мы продвигаемся. Впереди вижу заслонки. Подозреваю, что их будет немало. Их функции — самые разные. Но сейчас — это препятствие. — доложил Легион.

— То же самое, Джон. — ответила Тали. Я иду впереди и эти заслонки мне мешают. Легион передал, что управление заслонками сдвоенное. Откроешь ему — откроешь и мне. Но тут жарковато для меня. На мне кроме брони еще и скафандр... Хорошо, что заслонки сами и даже с пультов открытия закрыться не смогут.

— Тейн, Заид. Я иду впереди, открываю заслонки и обеспечиваю вход отряду Легиона в назначенное планом место. На вас — основная работа по уничтожению всех, кто будет нам мешать. Пока что ожидаю только коллекционеров. Будьте осторожны, Сюзанна подтвердила, что это — насекомые. Каждый из них имеет крылья и может летать. Это для них слишком привычно, чтобы мы могли рассчитывать на слабость. Бейте только на поражение, подбирайте заряды. Никто из них не должен остаться позади и ударить нам в спину.

— Понято, Шепард. — кивнул наемник. — Большая стрельба и сильный противник — это по мне.

— Они не уйдут от возмездия. Среди врагов здесь нет невинных и я не буду сдерживать себя. — сказал Тейн.

— Тогда, вперед.

Дальнейший путь показался вечностью. Волны коллекционеров накатывались на отряд Шепарда, коллекционеры использовали все свои ухищрения. Но капитан прежде всего стремился открыть заслонки-клапаны и только потом уничтожал собирающихся вокруг него врагов. Наконец восемь клапанов были открыты и Легион с Тали и соотрядовцами появились из вентиляции. Три отряда — главный и два технических временно объединились в большом зале. А затем к ним присоединилась и Миранда со своим отрядом.

— Так. — Шепард огляделся. Потерь вроде не было, но многие были ранены. — Мы сумели прорвать их оборону, но это еще не конец. Джеф, дай информацию по позиции.

— Капитан, впереди у вас залы с пленниками. Сюзанна их просканировала, используя ваши скафандры и утверждает, что капсулы с колонистами загружены в трубы. Те механические жуки стали еще мельче и злее. Их рои могут легко разобрать любую органику. Вам следует поспешить.

— Так. А охрана?

— Коллекционеры по всей вероятности, убеждены, что вам так и не удастся спасти колонистов. Во всяком случае, в залах и вокруг них не наблюдается никакой особой активности. Мы контролируем ситуацию. Воспользуйтесь резаками инструментронов, чтобы вскрыть трубопроводы и капсулы. Но не прячьте оружие. Они постараются вас задержать. Хотя бы с помощью тех же жуков.

— Вперед! — Шепард подхватил поудобнее винтовку. — Смотреть по сторонам, вскрывать все капсулы, до которых мы дотянемся. Вытаскивать всех, кто оказался там. Закройте все скафандры и броню дополнительными щитами.

Зал был огромен. Пользуясь прорывом линии обороны коллекционеров с фрегата к Шепарду подошли дополнительные отряды. Со всех сторон слышался скрежет раздираемых оболочек.

— Шепард, вам лучше не задерживаться. — к капитану подошел Джейкоб Тейлор. — Мои люди и я прикроют спасенных на обратном пути к кораблю. Там уже не будет проблем. Среди них есть биотики, у меня в отряде их тоже достаточно. Мы вооружили спасенных принесенным оружием. Мы вернемся.

— Джейкоб прав, капитан. Пока у нас есть возможность быть поближе к кораблю, это надо использовать. Мы сможем спасти еще многих, группе придется разделиться — капсул предостаточно, многие из находящихся в них существ еще живы. Техники нашли клапаны, которые не позволят механическим насекомым ворваться в трубопроводы. Могут быть сложности. — сказал Тейн.

— Предлагаешь отвлечь врагов от этого места? — Шепард оглядывал зал с нарастающим беспокойством.

— Залов как минимум пять, работы хватит надолго. Это — самое большое хранилище. Есть еще, но туда мы дойдем позднее. Враги не должны застать нас врасплох. Мы пройдем из этого зала по другому пути и отвлечем от спасения пленников основные силы врагов. Джейкоб сможет оставить здесь прикрытие. Вместе с моим отрядом... — сказала подошедшая Миранда.

— Самоназначение, чирлидерша! — к Миранде подскочила Джек. — Ты опять рвешься покомандовать!

— Меня никто еще с командования вторым вооруженным отрядом не снимал, Дженнифер. — спокойно возразила Миранда. — И я не одна. Рядом со мной предостаточно специалистов, которые тоже делают свое дело. Не надо все сводить к противостоянию со мной, Жаклин.

— Миранда действительно остается командиром, Дженнифер. — сказал Шепард. — Так что она совершенно не рвется покомандовать — она уже командует.

— Ладно. Но пусть не возникает возле меня и не задается. — Дженнифер отошла к спасенным колонистам Горизонта, слабыми голосами обсуждавшим происшедшее с ними.

— К тому же, капитан, я биотик. А впереди у нас — эти милые насекомые. Не загнанные в трубы, свободные и вездесущие. — продолжила Лоусон.

— Мои контрмеры, капитан, которые были приемлемы на Горизонте, здесь явно недостаточны. — подошедший саларианец терзал инструментрон, успевал отдавать команды и рекомендации и вопросительно смотрел на капитана. — Полагаю, Миранда права. Надо подключать биотику.

— И? — Шепард заинтересовался.

— Любой биотик теоретически способен создать купол, сквозь который эти механические насекомые не прорвутся. Купол небольшой, но отряд по частям биотик сможет провести. — ответила старпом. — Полагаю, это сможет сработать. Командовать кроме меня найдется кому. А я защищу ядро своего отряда. И смогу контролировать ситуацию. Мы отвлечем их, капитан.

— Я прикрою ваш отряд, капитан. — к Шепарду приблизилась юстициар. — Купол действительно небольшой, Мирала прикроет от насекомых тех, кто остался на борту фрегата. А я выполню свою задачу здесь.

— Согласен, Самара.

— Я прикрою тебя, — рядом с юстициаром встала Тали. — Капитан, разрешите идти с вами?

— Разрешаю, Тали. Легион выполнит свою задачу здесь. Он ее знает.

— Да, Шепард — капитан. — гет перехватил винтовку и посмотрел в прицел на купол зала, терявшийся во тьме. — Выполню.

— Тогда, капитан, я тоже пойду с вами. — от группы колонистов Горизонта подошел Тейн. — Мы с Тали небольшие по размерам, Самаре не придется напрягаться. Мы прикроем ее от зарядов, не дадим к ней никому приблизиться. А вы расчистите нам путь.

— Тогда — вперед. — Шепард кивнул Семенову и тот вскинул свою штурмовую винтовку. — Идем следом. Надо понять, где у них самое слабое место.

— Полагаю, это уже близко. — Шепард посмотрел на юстициара. — Самара?

— Я готова, Шепард. Выходим.

Дальнейший путь группа преодолевала медленно. Атаки насекомых на прозрачный щит следовали одна за другой. Самара слабела на глазах. Шепард старался отстреливать хасков и коллекционеров задолго до того, как они могли бы приблизиться к границе щита. Оружие раскалилось.

— Шепард, я вижу выход... Надо туда дойти быстрее... Щит истончается... — прошептала Самара, стараясь держаться за Шепардом. Капитан прикрывал ее собой, чтобы в нее не попали заряды из оружия коллекционеров.

— Тейн, Тали, прикройте Самару максимально. Нам осталось двадцать метров. Заскакиваете следом за ней в проем и готовите дверь к закрытию.

— Капитан, мой отряд уже на месте. Готовы к открытию подавляющего огня. Видим вас. Насекомые звереют. — ответила Миранда.

— Идем. — Шепард сделал знак и юстициар тяжело двинулась вперед, удерживая купол на своих широко расставленных и поднятых над головой руках.

— Уф. Закрывайте дверь. Огонь на поражение. Самара, за створку! — Шепард вскинул винтовку и направил ствол в сужающийся просвет двери.

— Да, капитан. — юстициар свалилась в изнеможении у створки и Тейн помог ей перебраться за защиту бронедвери.

— Джейкоб, Мордин. Обстановка. — капитан убедился, что дверь закрыта и заперта.

— Спасенные, основная часть — на корабле, капитан. Потерь нет. Продолжаем выводить извлеченных из труб и капсул. — доложил Джейкоб.

— Я перебрался в лабораторию корабля, капитан. Очень высокий уровень истощения, надо поддержать. Работаю над созданием нужных препаратов. Много работы.

— Благодарю. — капитан прервал связь. — Тали, Касуми — вы идете со мной. Ищеек больше не будет. Миранда, Самара. Вам нужно будет выводить основные отряды. Отсюда уже близко до обшивки, но впереди еще два зала. Мы разберемся с тамошней охраной.

— Капитан, я просканировала окружающие вашу точку позиции и пространство станции. Трубы из залов с колонистами идут через эти залы в третий зал. Там есть странная сигнатура. Среди знакомых мне ее нет. Есть подозрение, что эта структура, которая дает такую сигнатуру — Жнец.

— Приехали. — в сердцах бросил Тейн. — Коллекционеры пустили Жнеца к себе на корабль.

— Его надо уничтожить, капитан. Точнее сказать ничего не могу, даже аппаратура полковника Семенова не дает однозначного ответа. Жнецы — слишком древняя раса, чтобы их можно было быстро просчитать до конца. Тому Жнецу на Мнемозине по некоторым оценкам было несколько миллионов лет. Даже Семенов не может знать все. Они... моложе.

— Что рекомендуешь, Сюзи?

— Подобраться поближе. Там будут только коллекционеры — все силы насекомых брошены на пресечение извлечения спасенных из капсул и труб. Мы серьезно нарушили их планы, организовав это спасение. Полагаю, что этот Жнец... питается ими... Или использует как строительный материал...

— Ладно. Тали, Касуми — нам следует на этой платформе продвинуться дальше. Полетом. Остальным — обеспечить невозможность пройти за нами и ворваться в залы со спасаемыми с этой стороны. Мы идем. — он шагнул на металлическую платформу, которая медленно двинулась вперед, отделившись от монолита конструкции корабля.

Наконец она приблизилась к нескольким парящим в воздухе другим платформам. К ней быстро приближались платформы с коллекционерами, хасками и отродьями.

— Не высовываться, девчата. Огонь только на поражение. Касуми, не скачи по платформам, мы не сможем тебя отследить. Не попадай под раздачу.

— Постараюсь, капитан. Если вы не сможете, то они — тоже не смогут. А я буду осторожна. — сказала Гото.

Начавшийся бой продолжался больше часа. Платформа за платформой прибывали к комплексу платформ. На каждой было три-пять-восемь коллекционеров и два-три отродья. Девушки едва успевали собирать обоймы и заряды. Наконец платформы перестали прилетать.

— Летим в этот зал. Надо взглянуть на этого Жнеца. — сказал капитан. Тали и Касуми согласно кивнули.

— Активирую платформу. — Тали набрала несколько команд и платформа медленно направилась в соседний зал.

— Это... не тот Жнец, которого мы видели у Мнемозины. — сказала Гото. — Я немало диковинок видела, многие из них украла, но такое... Это же...

— Человекоподобный жнец. Сюзи, обстановка по Жнецу. Даю сканеры скафандров и брони на максимум.

— Принимаю, Шепард. — отозвалась ИИ корабля. — Человекоподобный жнец, по развитию равен эмбриону, для определения степени контроля им окружающей обстановки нет данных, но излучение показывает, что пока вы не окажетесь на технической платформе, у которой он прикреплен, он не проявит к вам интереса.

— Полагаю, спасенные...

— Были бы переработаны в кратчайшие сроки. И пошли бы на строительство тела этого жнеца. Сравнивая с Жнецом Мнемозины можно сказать, что этот Жнец для свой достройки потребовал бы десятков миллионов человек. Охота коллекционеров только началась. И они приготовили свое уникальное оружие, правда, не сумели его полностью достроить.

— Мы бы и с тем Жнецом не справились бы, а это — новая и свежая форма. — Тали взирала на Жнеца взглядом инженера. — Она бы принесла нам немало сюрпризов. И весьма жестоких и болезненных сюрпризов. Если таковы голова, плечи, руки и спинной мозг, то можно себе представить, какая это будет махина, когда ее достроят. Тут и двадцати дредноутов даже для легких повреждений может не хватить.

— Любой Жнец, Тали — это смерть. Возможно, Жнецы строятся из наиболее сильных и перспективных цивилизаций, воплощая их форму и забирая в себя всех без исключения умерщвленных представителей этой лучшей цивилизации. — сказал капитан. — Но мы нигде не встречали протеанского жнеца, Сюзанна. — Шепард смотрел, как медленно приближаются погасшие глаза Жнеца, как увеличивается в размерах открытый рот — голые челюсти, еще не обтянутые мышцами и кожей.

— Возможно, протеане не дали себя переработать в достаточном количестве. А возможно, мы многого еще не видели, капитан. — ответила Сюзанна.

— И как нам его уничтожить? — Шепард с сомнением покосился на свой гранатомет.

— Отключить связи с питающими трубопроводами. Их всего четыре, там есть муфты, бейте по ним из тяжелого оружия. Затем бейте по глазам, не давайте ему опомниться. Это лучше делать из винтовок и пистолетов. Главное — покончить с ним быстро. Он будет брыкаться, так что вам придется стоять прочно. Там на техплатформах есть достаточно укрытий. Там есть за что зацепиться. Не рискуйте понапрасну.

— Спасибо, Сюзанна. Так и сделаем. — Шепард внимательно оглядывал Жнеца.

— Я передала девчатам рекомендации, а то они рвутся подойти поближе, особенно Касуми. Жнеца будут поддерживать коллекционеры. Бейте по Жнецу, а девчата займутся остальными. — ИИ сделала паузу, ожидая ответа.

— Принято. — Шепард достал гранатомет и четырьмя точными выстрелами перерубил трубопроводные муфты. Жнец рухнул вниз.

Несколько минут ничего не происходило, Тали даже подошла к краю, но в темноте провала ничего не увидела, а светить вниз из фонаря опасалась. Едва только Касуми выскочила из укрытия, как платформы технического назначения сотряслись. Жнец, цепляясь за платформы, вылезал из провала,. Шепард перезарядил оружие и открыл огонь по глазам, стараясь целиться поточнее. Касуми и Тали валили коллекционеров, которых было почему-то мало. Жнец молотил руками по платформам, приходилось держаться, балансировать и уворачиваться от его пальцев. Наконец удалось пробить защиту четвертого глаза и Жнец рухнул вниз. Платформы сотряслись, несколько панелей рухнули с потолка зала, погребая под собой всех членов группы Шепарда и его. Несколько минут капитан приходил в себя, затем мысль о сопартийцах заставила его напрячься и сбросить с себя панель. Вскоре все трое собрались в центре платформы.

— Капитан, тут некий Призрак предлагает сохранить базу. — в наушнике возник голос Джефа. — Сюзанна уже готова атаковать его сервер.

— Нам с ним некогда разговаривать. — Шепард посмотрел на Тали, оказывающую помощь Касуми. — У нас полно работы.

— Он вроде предлагает радиационный импульс. Он убьет коллекционеров, а все остальное — останется в неприкосновенности.

— Какой умный... — издевательски пропела Касуми. — Где же он был раньше со своей долбаной разумностью. У него в подчинении несколько десятков крейсеров, а мы на одном фрегате сюда прорывались... Капитан, с ним определенно не о чем разговаривать.

— Сюзанна, пошли его куда подальше.

— Принято, капитан. Он отключился, но, думаю, он не отступит. Капитан, у нас можно начинать операцию по зачистке? Мы нашли еще несколько небольших залов с капсулами. Уничтожение Жнеца дало возможность перекрыть систему растворения. Надо спасать всех, кого можно.

— Хорошо. Всем, кто включен в состав внешних отрядов — работа по спасению пленников и по уничтожению коллекционеров. Остальным — охрана, оборона и обеспечение фрегата.

— Принято, капитан. Тут это... Джек откопала какую то нору и углубилась туда. Нора начинается на противоположной стороне зала. По дополнительному ходу вы нагоните ее. Не нравится мне ее активность, она решила покомандовать сама собой. Все я обозначила на карте на вашем ридере. Готова указать непосредственно.

— Сюзанна, пусть кто-нибудь встретит Касуми и Тали. — Шепард направил техплатформы к противоположному концу зала, всматриваясь во тьму внизу. — Я следую за Джек.

— Принято, капитан.

Платформа состыковалась с платформами у проема в стене зала. Встречать вышли Тейн и Заид. Они кивнули капитану, сразу быстрым шагом направившемуся к темневшему вдалеке провалу. Вскоре Шепард перешел на бег, на ходу перезаряжая пистолеты и винтовку. Свет фонаря выхватывал из тьмы прохода острые грани, приходилось уклоняться.

Внезапно коридор кончился и в слабом свете он увидел шестиугольную колонну с прозрачными стенками, в центре которой высился пульт. Джек вела неравный бой с каким-то коллекционером. Как понял Шепард, кинув на происходившее единственнный взгляд, этот жукоподобный был весьма важной фигурой на станции, но, видимо предпочитал жить в командирском уединении, командовать тоже в одиночку.

Больше рассматривать происходящее Шепард не мог — жукоподобный тянул из Джек в себя энергию, явно очень ценную. Дальнейший бой между капитаном и командиром станции прошел на рефлексах и в конце концов Шепарду удалось прочно встать между главным коллекционером и Джек, прервав между ними канальную связь. Дальнейшее прошло мимо сознания капитана.

— Внимание, исчезновение капитанского идентификатора. Идентификатор Джек очень слабый. Боевая и эвакуационная группы — немедленно к месту пропадания сигнала. — разнесся по адресной трансляции голос Сюзанны.

— Шепард найден. Джек найдена. Оба без сознания и крайне истощены. — доложил Джейкоб, подхватывая капитана. Джек подхватила Самара. — Мы выносим их обоих. Приготовьте медотсек. Ситуация требует вмешательства технологий массированного многоуровневого восстановления.

— Принято. — отозвалась Сюзанна. — к вам следуют санитары с гравиносилками.

Между тем по всей станции гремели выстрелы — члены внешних команд корабля вступили в бой с коллекционерами, заставляя их оставлять одну позицию за другой.

— Внимание, отмечено ослабление коллекционеров. Вероятно... — Сюзанна сверилась с поступившими данными. — тот жукоподобный, кого зафиксировали сканеры передовых групп в центральном посту станции, был ее командиром. — она выровняла тон. — Атаковать. Непрерывно атаковать. Они остались без верховного руководства! Не дать им опомниться, перегруппироваться и организовать сопротивление. Миранде Лоусон — принять управление кораблем, экипажем и командой. Капитан Шепард доставлен в медотсек без сознания.

— Внимание всем. Старший помощник Миранда Лоусон управление приняла. Подтверждаю решение. Немедленная массированная атака, пока у коллекционеров не сменилось руководство. Немедленная атака!

Ослабевшие коллекционеры сражались уже на чистой инерции. Немногочисленные спасательные группы лихорадочно освобождали из капсул и труб не подвергшихся переработке пленников и направляли их на корабль.

Так прошло больше десяти часов. Станция зачищалась основательно и бесповоротно. Сюзанна копировала на изолированные сервера информацию с накопителей станции, оставляя ее пока нерасшифрованной. На фрегат было переправлено больше шестисот спасенных пленников. Небольшой корабль оказался перегружен, многие члены экипажа и команды уступили пленникам свои каюты. Но мест все равно катастофически не хватало.

— Командование фрегата обращается к спасенным с настоятельной просьбой. Не ходите по кораблю. Займите какое-то одно место и находитесь там. У нас очень многие еще работают и воюют вне корабля. Нам нужно обеспечивать его живучесть и функционирование. — Миранда, взойдя на капитанский мостик у карты, старалась преодолеть подступающую слабость — ей пришлось сбежать от Светланы из медотсека и взять на себя командование, иначе корабль мог утратить верховное управление. Джейкоб со своим отрядом воевал где-то в недрах станции, она очень беспокоилась за него. Теперь на ней лежала верховная власть и верховная ответственность — крайне истощенный капитан не приходил в сознание. Не очнулась и Дженнифер. Врачи лихорадочно оказывали помощь, было очень много истощенных, легко и тяжелораненых, травмированных.

— Старпом... — на связь с Мирандой вышел Джеф. — Корабль готов к отлету.

— Поняла. — Миранда поморщилась — боль в боку была очень сильной, обезболивающие Светланы и Мордина сделали ее намного менее ощутимой, но временами она возвращала себе силу. — Джеф, проверь корабль еще раз. Пусть еще раз проверят обшивку, броню и оружие.

— Капитан, на дальних сканерах — целые рои "Око". Они, похоже, не хотят нас отпускать. — доложил Джеф. — Проверку заканчиваю. Норма подтверждена.

— Будем прорываться с боем. Как с пленниками?

— Мы смогли спасти максимум... К сожалению, в остальных залах... пленники были переработаны намного раньше... — сказала Сюзанна таким тоном, словно извинялась.

— А с коллекционерами? — Миранда изо всех сил старалась сохранить твердость голоса.

— Мы уничтожили большую их часть. — вышел на связь Джейкоб. Еще два рейда, Миранда. Надо зачистить как можно больше. Убедиться, что нигде нет еще залов или камер с пленниками. Мы даем вам время подготовить корабль к прорыву через ретранслятор.

— Капитан, на дальних сканерах я засекла сигнатуру ретранслятора Омега — 4. С ним не все в порядке. Если в ближайшее время мы не выйдем в его район и не пройдем ретранслятор... Эта штука мне в деталях незнакома, но ее поведение нестандартно. Оно указывает на неполадки. — Сюзанна, преодолевая предельное истощение, тем не менее указала на эту новую опасность.

— Хорошо. Джейкоб, сколько времени на эти два рейда?

— Три часа, Миранда.

— Понимаю, но сократи до двух. Пусть спецгруппа доставит вам заряд "Звездная корона". Установите его в оптимальном месте и возвращайтесь. Мы должны отлететь от станции прежде, чем он выйдет на режим полной активации.

— Понятно. Я уже связался, группа тащит заряд. Мы продвигаемся, постараемся проверить как можно больше помещений. — отозвался Тейлор.

— Давай, Джейкоб, не пропадай. — тихо произнесла Миранда. Ей предстояло как-то прожить эти два тяжелейших часа и она решила пройтись по кораблю, лично убедиться в том, что все готово к нелегкому прорыву к ретранслятору.

Два часа истекли. Группа Тейлора со спецгруппой вернулась на борт.

— Закрываю все внешние люки, старший помощник. — доложил Джеф. — Герметизация подтверждена. Внешнее оружие активировано. Взлетаем.

Взлет корабля спасенные встретили аплодисментами. Пусть они были нестройными, слабыми, но это была благодарность всем, кто рискнул собой и вытащил их с ненавистной станции.

— Старший помощник, первая волна "Око". — доложила очнувшаяся ненадолго Сюзанна. — Активирую вооружение корабля. Надо прикрыть трюм. Постараюсь не отключаться, но моих ресурсов может на все не хватить. Буду маневрировать.

— Ей нужна помощь, Миранда. Надо разделить сферы обороны и ответственности на местах. Я справлюсь. — в наушнике Миранды возник голос Семенова. Я и мои люди справимся, Миранда. Аврора также поможет. Она не усидела в командном пункте. Мы уже распределились по трюму. Прикройте верхние уровни, они могут попытаться туда прорваться. Командуйте, Миранда. Теперь все зависит от вас.

— Хорошо, полковник. — Миранда взошла на капитанский мостик, Звездная Карта высветила район размещения станции коллекционеров. — Джеф, максимальный отрыв. Сюзанна — огонь ЗЛК только на поражение. Заградительный обеспечат лазеры ПОИСКа и лазеры ближнего и среднего радиуса. Все ЗЛК, кроме пяти резервных — в работу.

— Принято. — отозвалась ИИ корабля. — Первая волна рассеяна, большей частью уничтожена. Оставшиеся небоеспособны. Повреждены и истощены.

— Вижу еще одну волну, старший помощник. — доложил Джеф. — Ускоряюсь, направляюсь к ретранслятору.

— Он светится как елка, нам нужно успеть. — Лиа Ваэл не отходила от пульта управления ядром корабля. — Ядро в норме, могу дать дополнительную мощность.

— На щиты, Ваэл, на щиты. — Миранда прочертила по карте курс, подхваченный Джефом. — Вся мощность резерва — на оружие и на щиты. Полный кокон. Второй резерв — на двигатели. Самый полный ход.

— До взрыва станции... десять... девять... восемь... семь... шесть... пять... четыре... три... два... один... — Сюзанна показала на всех экранах момент подрыва станции, поставив самые мощные фильтры, чтобы не сжечь сенсоры сильным излучением. — Проверяю. Станция Коллекционеров — уничтожена.

— Вторая волна пытается прорваться ближе к кораблю. Старший Помощник, нужна помощь двух резервных ЗЛК.

— Разрешаю. — Миранда прикоснулась к сенсору, давая командирский допуск. Помощь дополнительных лазерных установок нужна была именно сейчас, когда корабль, перегружая собственное ядро, стремился к ретранслятору.

— Миранда, тут на связи опять Призрак. Он очень зол. — доложил Джеф.

— Включите анонимайзерные фильтры по моему звуковому каналу. Только звук на передачу. — Миранда надвинула ларингофоны. Дальнейшее повергло окружающих в шок — старший помощник обрушила на Призрака такой поток ненормативной лексики, что он просто не смог вставить слова, как ни старался. — Отключить каналы. Больше не пускать на прием этого абонента. — Миранда сняла ларингофоны. — Отключить анонимайзерные фильтры.

— Старший помощник, мы у ретранслятора... Пять, четыре, три, два, один. Переход!

Дальнейшее мало кто запомнил в деталях. Корабль не раз сотрясали сильные удары, были многократно повреждены или погнуты многие конструкции внутри корабля, обшивка в некоторых местах покрылась изломами и трещинами. Миранда не удержалась на ногах и сильно ударилась головой о край поручня. На несколько секунд потеряв сознание, она отлетела с капитанского постамента к лифтовой шахте. Над ней тотчас вырос Мордин, вкативший ей прямо через легкую броню в плечо какой-то препарат из инъектора. Следом подоспела Светлана, она помогла старшему помощнику подняться на ноги и вернуться на мостик перед картой. Не обращая внимания на обращенные к ней взгляды, Лоусон все же нашла необходимым включить трансляцию по кораблю и сказать, стараясь вложить в голос побольше твердости:

— Старший помощник капитана — на мостике. Мы продолжаем борьбу!

— Старший помощник. — на связь вышла Лиа Ваэл. — У нас проблемы с ядром и очень многими системами. Полный ход и частый сверхсвет с ретрансляторным режимом прохода мы дать больше не сможем.

— Старший помощник. У нас добавилось очень много раненых, еще больше — травмированных. — доложила Светлана.

— Миранда. — неожиданно даже Джокер стал называть ее по имени... — Мы вырвались. Вокруг обычный космос, нас здесь никто не ждал. Никто не встречал. Врагов вроде нет, крейсеров коллекционеров не видно. Но ""Нормандия"" пострадала. Сюзанна находится в ауте, ей пришлось аврально заниматься многопоточным решением очень разных... проблем. Нам бы где-нибудь подрейфовать, переждать, пока она не стабилизируется.

— Старший помощник. — Светлана не стала отступать от протокола. — Раненым и травмированным требуется хотя бы несколько часов спокойного дрейфа. Полет даже на средней скорости... будет приводить к еще большим проблемам...

— Поддерживаю. — к Миранде на постамент поднялся прихрамывающий Семенов. — У нас новые пострадавшие, множественные ушибы, сдавливания, переломы. Есть ожоги.

— Что предложите, Захар? — Миранда повернула к нему лицо, стараясь не показывать, как ей больно.

— Точка.

— Не поняла, извините... — Миранда обернулась к карте, но ее взгляд не нашел такого обозначения даже в таблице главной базы, немедленно высветившейся в правом борту гигантского трехмерного дисплея.

— Точка. — Захар очертил на карте район, так и оставшийся не названным и внимательно взглянул в усталые глаза Лоусон.

— Хорошо. Джеф, возьми на себя управление бронезаслонками. Я отсеку канальными фильтрами излучение. Мы идем на Точку. Координаты переданы. Ты знаешь. — Миранда схватилась за поручень — корабль ощутимо прибавил скорость. — Внимание, говорит старший помощник Лоусон. Мы следуем в спокойный район, где сможем переждать опасный период. Джеф, подлетное время с изменяемой скоростью?

— Семь часов, старший помощник. Быстрее не могу — корабль разорвет. Это и так средняя скорость, а мы перегружены больше чем в восемь раз. Постараюсь не допускать резких маневров, но перелет может быть сложным.

— Приняла. — Лоусон взглянула на стоявшего рядом Захара. — Аврора?

— Тяжело ранена. Ожоги спины и рук. — Семенов подал ридер. Из текста в его памяти Миранда поняла остальное. Возвращая ридер, она легко сжала пальцы правой руки полковника.

— Мы выстоим, Захар. Выстоим. Теперь, когда коллекционеры уничтожены — выстоим.

— Вот запись сообщения, пришедшего руководителю станции. Перевод дословный. — Семенов подал второй ридер. Миранда активировала свой наушник, прижала его пальцем. Сомнений не оставалось — Жнецы могли бросить в бой с расами Млечного пути другую агрессивную расу или, что было более вероятно — атаковать сами. — У нас — минимум времени. Не больше нескольких дней. — сказал полковник. — Возможно, максимум — полмесяца. Потом может быть поздно. Это — армада. — он понизил громкость голоса до предела. — Это — хуже коллекционеров. Такие же машины как тот, у Мнемозины.

— Хорошо, Захар. Я поняла. Но сначала надо выйти в спокойный район, а там... там сделать все, что нужно.

— Я подготовлю план перелета, мой информационник уже нашел предостаточно информации по месту жительства спасенных нами людей. Основная задача — посетить хотя бы крупнейшие колонии на обратном пути. И тихо, без фанфар, вернуть спасенных.

— Хорошо бы. На праздненства у нас нет ни времени, ни сил. Семь часов. Я выдержу, Захар, спасибо.

— Я буду рядом, Миранда. — полковник сошел с постамента. Лоусон впилась глазами в высветившиеся над картой бланки докладов. Пока все было более менее стабильно. С учетом того, что многие серьезно пострадали, а корабль сильно поврежден.

Путь к Точке затянулся. Семенов часто стоял рядом с Лоусон, помогая ей справляться с кораблем и экипажем. Сюзанна не могла стабилизироваться уже больше четырех дней с момента выхода из ретранслятора в обычном космосе. Лоусон чувствовала себя прескверно, но продолжала упрямо стоять у Карты, показывая всем, что помощник капитана фрегата на месте и все держит под контролем. Корабль еще больше снизил скорость — возникли проблемы с силовым контуром. Миранда решила идти к Точке окольными путями, стараясь запутывать возможное преследование и наблюдение. Фрегат с закрытыми бронекрышками иллюминаторами и жестко настроенными фильтрами излучений, ломился по обходному маршруту.

— Старший Помощник. — на связь вышла Светлана. — У нас кончаются медикаменты. Повар докладывает, что и продуктов не так много осталось.

— Мы уже почти у цели, Светлана. Я понимаю. Но рисковать кораблем, перегруженным едва ли не в десяток раз — не могу. Иначе мы все можем погибнуть. Я не могу отдать Джефу приказ перейти на сверхсвет или направиться к хорошо знакомым и часто посещаемым ретрансляторам. Возникнут дополнительные задержки. Прошу вас, поговорите с коком, пусть урежет рационы более-менее здоровым. Все внимание и все ресурсы — раненым и травмированным. Да, я знаю, что нет тех, кто как либо не пострадал, но все равно — особое внимание средним и тяжелым пострадавшим. Легкие... Придется им понять ситуацию. Меня запишите в здоровые. И никого больше, кроме Джефа. Я видела расплановку продуктов и медикаментов, знаю. Но мы с Джефом выстоим.

— Хорошо, старший помощник.

========== Глава 90. Возвращение "Нормандии". Хагалаз. "Серый Трон". Часть 1 ==========

— Внимание, корабль входит в окрестности промежуточной стоянки. Приготовиться к дрейфу в сложных условиях. Водителям челноков и шаттлов доложить старшему помощнику капитана о готовности к выполнению пассажирских и грузовых рейсов. — Морщась от боли в боку и поврежденной левой руке, Миранда Лоусон стояла перед Звездной Картой. Ей пришлось принять на себя командование фрегатом больше недели назад, когда корабль уходил от станции коллекционеров, обреченной на подрыв. С того момента она почти забыла, что такое сон и отдых. И сейчас была просто невероятно обрадована прибытием фрегата к дружественному, большому кораблю и входом в спокойную систему, где не было врагов и лишних глаз и ушей.

Шепард восьмой день был без сознания после битвы с Генералом Колекционеров, когда ему пришлось защищать от ярости руководителя станции Коллекционеров Жаклин, как-то сумевшую вскрыть секретные проходы и даже попасть в ближайший к центральному посту станции уровень.

Жаклин также не приходила в сознание и Светлана Юльева всерьез опасалась, что Дженнифер уже не сможет восстановить свой биотический потенциал, настолько сильным и глубоким было истощение.

Сама Светлана Юльева, не спавшая уже неделю, тенью передвигалась между лежаками и операционными столами, которыми был уставлен весь входной уровень. Врач не обращала внимания на сильную усталость и утомление, понимая, что теперь от ее мастерства зависят и жизни и здоровье тех, кто раньше крайне редко попадал во владения медотсека фрегата.

Сюзанна, сменившая уже третий, обожженный, истрепанный комбинезон, на этот раз сильно пострадавший при отступлении со станции Коллекционеров, только несколько часов тому назад смогла отойти от прессинга бешеной нагрузки на все без исключения системы корабля и теперь, в бесконечных обходах старалась выявить все возможные проблемы, чтобы поточнее определить порядок и возможности их устранения. Не обращая внимания на запреты Шепарда и Миранды, ИИ корабля лично выходила за пределы фрегата в глубины станции, своими руками взламывала консоли и главные сервера станции, находила резервные каналы передачи данных, всемерно затрудняла связь между коллекционерами и делала еще сотни дел, временами беря в руки пистолеты и присоединяясь к ожесточенным перестрелкам. Никто не обращал на нее особого внимания, никто не видел в ней ничего особенного, никто не отличал ее от людей, хотя очень многие знали, что под личиной молодой девушки скрывается могучий киборг. Вернувшись на борт фрегата перед отлетом, Сюзанна приняла на себя большинство потоков данных и информации, дублируя системы и сервера корабля.

Гаррус Вакариан, скрывая боль от поврежденного выстрелом преторианца левого предплечья, не отходил от изолирующего кокона с Тали — кварианка пострадала от массового налета механических насекомых, когда, защищая одного из техников корабля, входившего в состав третьего, технического отряда, была вынуждена выйти из под биотического купола, создаваемого матриархом Бенезией.

Бенезия была несколько раз легко ранена — мудрость и предвидение позволяли ей уклониться от угроз, способных привести к большим проблемам, а могучая биотика, отточенная в тысячах битв, позволяла не особо беспокоиться о ранениях средней тяжести. Тем не менее ей также пришлось обратиться к медикам, хоть она и постаралась как можно меньше задержаться в медотсеке и как можно быстрее приступить к помощи остальным членам экипажа и команды корабля.

Этита прикрывала своим биотическим коконом гражданских во время атак дронов "Око" на трюмные уровни корабля. Она не была ранена, но постоянное использование биотики истощило ее. Она трудно и тяжело приходила в норму.

Бывший адмирал Раэль Зора залечивал жестокую аллергическую реакцию, полученную им в результате многочисленных разгерметизаций скафандра. Он был среди тех, кто сопровождал освобожденных из капсул жителей Горизонта к фрегату.

Юстициар Самара, немного восстановившись благодаря недолгой глубокой медитации, наконец-то сменила свою боевую кроваво-красную броню на представительскую черную, цвета воронова крыла. Юстициар прикрыла отряд Шепарда своим биотическим куполом, но была крайне истощена — путь сквозь залы и переходы, забитые механическими насекомыми, оказался слишком опасен, труден и долог. Она была вынуждена перейти к медитациям, отказавшись часто посещать медотсек. Теперь юстициар оказывала посильную помощь раненым и травмированным, стараясь не задействовать биотику.

Мирала в монашеском одеянии занималась бесконечными перевязками, смазываниями, инъекциями, снимала показания медицинских датчиков. Она оставалась на фрегате, когда очень многие составили три отряда штурма станции коллекционеров. Ее биотическая сила позволила защитить многих членов команды и экипажа корабля, когда его борта пытались вскрыть волны дронов "Око".

Легион, принимавший активное участие в противодействии "Окам" тенью ходил за вернувшейся на корабль Сюзанной, стараясь помочь ей всем, что было в его силах. На его корпусе были заметны многочисленные новые вмятины, несколько пластин на голове были погнуты варварским образом. Притушив фонарь до возможного минимума, снайпер-одиночка беспрекословно выполнял любые приказы второго пилота корабля, стараясь временами их неуклюже предугадать.

Кайден Аленко, прихрамывая, старался поддерживать строгий порядок в оружейных запасах фрегата — главный оружейник Джейкоб Тейлор лежал уже много дней без сознания после того, как попал под сосредоточенный огонь трех десятков коллекционеров. Кайден вошел в состав группы, получившей боевое автоматическое оружие и принявшей на себя трудную роль противодействия дронам, сумевшим прорваться в трюмы фрегата.

Тейн Криос непрестанно молился, сидя в углу за серверной стойкой, обслуживающей Звездную Карту. Ему тоже досталось при марш-броске по станции коллекционеров, когда он защищал гражданских, извлеченных из капсул, обнаруженных в одном из залов станции. Дрелл изредка обновлял медигелевую повязку на своей левой ноге.

Келли Чамберс мелко дрожала — она никак не могла поверить, что казавшийся бесконечным путь по переходам огромной станции наконец-то завершен. Она нашла на входном уровне достаточно темный закуток, находясь в котором, смогла дать волю слезам, опасаясь рыдать в голос. Не получившая даже легких ранений, Келли была предельно истощена психически. Она несколько раз сопроводила на фрегат группы выживших пленников.

Заид Массани, не обращая внимания на боль в коленном суставе правой ноги — он крепко приложился при падении с пятнадцати метров на стальную поверхность платформы коллекционеров, старался вернуть к жизни свою сильно поврежденную в последнем бою с ордой коллекционеров винтовку, ласково именуемую им "Джесси".

Мордин Солус, забыв о полученных в ходе рейда по станции коллекционеров пяти огнестрельных ранениях, почти круглосуточно пребывал в своей лаборатории — теперь на нем лежала обязанность максимально облегчить состояние больных и раненых. Он непрерывно создавал новые и новые лекарства для всех, кто пострадал.

Доктор Карин Чаквас вместе со Светланой Юльевой наконец смогли немного расслабиться, поскольку в предшествующие дни никто из них не отходил больше чем на несколько минут от операционного стола и не выходил за пределы постоянно загруженного работой медотсека. Чаквас выполняла основные части операций, а Юльева — ассистировала и вела несложные вмешательства — на ней, кроме того, лежала забота о послеоперационных больных и раненых. Врачи были почти единственными, кого Шепард наотрез отказался отпускать в рейд по станции коллекционеров, несмотря на очевидную угрозу жизни и здоровью участников трех отрядов. Остававшиеся на борту фрегата члены экипажа и команды сделали все, чтобы в ходе атак дронов "Око" оба доктора не пострадали.

Стивен Кортез вошел в состав группы обороны фрегата, поучаствовал в борьбе с "Оками" в трюмах корабля, а после того, как угроза новых нападений дронов миновала, занимался поддержанием в рабочем состоянии ангара, а также ремонтом челноков и шаттлов. Он как никто знал — теперь, когда фрегат получил серьезные повреждения, от его малых кораблей зависит выживание экипажа и команды фрегата, сумевших совершить в очередной раз невозможное. На свои два легких и одно среднее ранения он старался не обращать особого внимания.

Габриэлла Дениелс, Кеннет Донелли и инженер Адамс в который раз перепроверяли состояние главного ядра двигательной установки фрегата. "Окам", к счастью, не удалось проникнуть в двигательный и инженерный отсеки, тем не менее, проблем хватало. Ядро убавило свечение, и теперь было отделено от инженерного отсека прозрачной изолирующей стенкой — необходим был доковый ремонт и юстировка ряда особо точно настроенных систем. Кеннет Донелли и Адамс в течение двух суток наконец то полностью устранили пробоины в бортах, возникшие в результате проникновения трех больших дронов коллекционеров системы "Око". Инженерная группа была благодарна Лиа Ваэл, кварианке, которая смогла полностью заменить пострадавшую Тали Зору и долго поддерживать двигатели и энергоустановку корабля в безопасных режимах. Никто из инженеров особо не пострадал, но все очень устали — многие работы пришлось выполнять в почти полной темноте, узких проходах, используя простейшие инструменты. Часто отказывающие консоли заставили вернуться к ручному управлению очень многими процессами. Техники и инженеры корабля понимали, что от них в немалой степени зависит выживание всех живых существ, пребывающих на борту фрегата и делали все возможное.

Руперт Гарднер превзошел сам себя — он дневал и ночевал на кухне фрегата, непрерывно создавая из скудных запасов пищи блюда, приемлемые для смертельно уставших, травмированных и больных членов огромного экипажа. Ему пришлось подчиниться приказу и остаться на борту фрегата. Он участвовал в борьбе с "Оками", получил легкое ранение.

Касуми Гото замкнулась в себе. Увиденное на станции Коллекционеров потрясло ее слишком сильно. Девушка сидела на полу возле Звездной Карты, обхватив руками колени и старалась не смотреть на ряды лежаков и столов, на которых находились те, для кого Касуми уже давным давно перестала быть носительницей клейма воровки. Она теперь нечасто покидала входной уровень, чтобы пройтись по кораблю, ощутить себя способной не замыкаться на волне страданий и боли.

Грюнт старался привести себя в норму, избрав для этого непрерывное таскание тяжестей по трюму и ангару фрегата. Он делал это, предугадывая желания членов экипажа и команды, а также, если видел, что это не нанесет ущерба — по собственной инициативе. Кроган вынес на себе нескольких тяжелораненных членов экипажа, смог остановить падение на бегущих по длиннейшим переходам станции сопартийцев нескольких тяжеленных колонн и створок ворот. Его дробовик раскалился от почти непрерывной стрельбы, а пальцы лап хранили следы множества ударов.

Семенов, забывая о поврежденных после множества падений ребрах, старался силами своей группы облегчить состояние пострадавших, к какому бы экипажу они не относились. Он, прошедший рядом с капитаном почти всю станцию коллекционеров, получивший несколько легких и три ранения средней тяжести, теперь дневал и ночевал в лабораториях трюма, отданного союзникам, перемещаясь от выгородки к выгородке, изредка появляясь на верхних уровнях.

Аврора Иванова по его настоянию уже четыре дня находилась на полном больничном режиме — полковник, оставшись на борту фрегата для помощи остальным членам экипажа и команды, не смогла усидеть в командном пункте и неоднократно приняла участие в борьбе с четырьмя "Оками", сумевшими вскрыть их часть трюма. Она получила обширные ожоги рук и спины.

Капитан десанта Владимир Стропов, прикрывая отход группы освобожденных из капсул колонистов "Горизонта", попал под обвал металлоконструкций, получил множественные переломы и на три дня вынужден был перевести себя в лежачие больные. Теперь он брался за любую работу, чтобы помочь оставшимся в строю членам команды и экипажа и поддержать тех, кто был ранен или травмирован.

Степан Берестов, легко раненый в плечо в ходе последнего боестолкновения с "Оками", до сегодняшнего дня не отошел ни на минуту от экранов, через которые прогонялась информация, снятая с накопителей станции коллекционеров перед ее уничтожением. Именно он будет тем человеком, который узнает судьбу множества жителей похищенных коллекционерами колоний. На его плечи ляжет груз ответственности за извещение всех родственников и знакомых погибших.

— Старший помощник, впереди — линия скольжения Точки. Пассивное сканирование цепко держит слабый сигнал хвостового маяка "Серого Трона". — доложил по кодированному каналу прямо на наушник Лоусон пилот Джокер. — Отмечаю старт пассажирского шаттла. На борту — Лиара и Ферон. Корабль включил системы охраны и защиты. Сектор планеты и система чисты.

— Принять шаттл. — Миранда поспешила к ангару и успела вовремя. Лиара, не дожидаясь, пока Ферон опустит машину на плиты пола, соскочила и бросилась навстречу Миранде. — Закрепить. Лиара, остановись! Стой!

— Где?... — азари налетела на старпома, едва не сбив ее с ног. — Что с ним?...

— Он — жив, сейчас — без сознания. — Миранда цепко удерживала нервничавшую девушку в своих объятиях. — У нас слишком много раненых и больных. Он еще до высадки на станцию коллекционеров приказал, чтобы мы его ни в коем случае не отделяли от остальных пострадавших. Мы разместили его на главной палубе, рядом с БИЦ и картой. Я тебя провожу.

Пока они достигли Звездной Карты, где размещались ширмы, за которыми была устроена постель для Шепарда, Лиара успела во всей полноте увидеть и ощутить тяжелые последствия броска через "красный" ретранслятор. Она едва смогла сдержаться, понимая, что для встречи с Шепардом ей надо сохранить спокойствие и душевное равновесие.

— Он не слышит и не видит, но, безусловно, чувствует. — Миранда, остановившись у ширм, дала возможность Лиаре вытереть выступившие слезы и унять дрожание пальцев рук. — Побудь с ним. Недолго. — она отодвинула секцию ширмы и дала возможность Лиаре войти в огражденное пространство. Пододвинув к медицинской кровати, на которой лежал опутанный проводами капитан, стул, Миранда усадила на него девушку и, оглядевшись, вышла, притворив секцию. К ней сразу подошли Бенезия и Этита.

— Надо дать ей побыть с ним. — прошептала Лоусон. — Иначе она просто не будет спокойна. Хорошо, если это поможет Шепарду очнуться.

— Мы говорили с Фероном. — матриархи вместе с Мирандой отошли от ширмы на порядочное расстояние, к другому "борту" Звездной Карты. — Она уже неделю практически не спит, завалила себя работой до предела. Особенно внимательно она отслеживала малейшие упоминания о событиях вокруг этого ретранслятора. Информация о том, что ""Нормандия"" вернулась из ретранслятора, уже ушла в Экстранет, но Лиару это не успокоило, хотя Ферон убежден — это позволило Лиаре немного расслабиться. Реакции близлежащих колоний и планетных поселений пока не последовало. Вероятно, не все верят. С ретранслятором — большие проблемы. Он более неработоспособен. Кольца остановились. Но щиты стоят по-прежнему, так что понять причину — не получится.

Послышался шорох и Лиара, выйдя из выгородки ширм, приблизилась к Бенезии и Этите. На ее лице явно читалось глубокое беспокойство. Миранда, отметив это, незаметно ушла по своим делам, которых у старшего помощника капитана корабля теперь было всегда в избытке. Лиара с облегчением отметила исчезновение "леди Совершенства". Ей хотелось поговорить с родителями наедине.

— Простите, что не сразу пришла к вам, — она обняла матриархов по очереди и, отстранившись, потупилась. Я была рада узнать, что корабль и его экипаж выстояли... Но цена...— она рвано вздохнула, вытирая слезы.

— Оказалась слишком жестокой, Ли. — негромко сказала Этита. — Мы не потеряли никого, но от ран и травм почти никто не смог уйти. Коллекционеры защищали свою базу с упорством обреченных. Нам пришлось прорываться к базе, вести бои на самой базе и уходить тоже с боем. Корабль пострадал, мы до сих пор не можем привести его полностью в норму. Шли сюда только на среднем ходу, полный мог бы просто разрушить фрегат.

— Это правда? Про Жаклин...

— Правда, Ли. Жаклин, как всегда, решила пойти своим путем ну и... нашла ответвление, как оказалось, ведущее к центральному посту станции. А там был этот жукоподобный гуманоид, вроде как Генерал коллекционеров. Хорошо, Шепарду подсказали, куда Джек ухромала. Она чуть раньше получила ранение в голень левой ноги, мышцу едва не располосовало. Пошел за ней и успел как раз вовремя. Сцепились они с Генералом, Шепард стремился отобрать у Генерала Джек, а тот стремился справиться с обоими. Ну и раза три поменялись ролями. То Джек оттаскивала Шепарда, то Шепард — Джек. Измотали Генерала и уже хотели было нанести финальный удар, как тот вдруг взялся высасывать из Джек ее биотику... Хуже, чем пылесос. Шепард не стерпел, встал между ними и... Больше недели в таком вот состоянии. — рассказавшей все это Этите возвращение к тем событиям, даже мысленное, далось явно не легко.

— А сам Генерал?

— Шепард его, будучи уже в полубессознательном состоянии, дожал и убил. И рухнул рядом с ним. Жаклин оттащила Джона в сторону и биотикой, ее остатками, сожгла останки руководителя станции. Потом тоже рухнула, все же он, этот жукоподобный, успел сильно истощить ее. Поскольку уже был активирован заряд "Солнечная корона", пришлось в темпе хватать обоих и на себе тащить к фрегату. Тот едва успел стартовать и сколько нибудь существенно отдалиться от взрывающейся станции... Миранда, приняв на себя полное командование кораблем и экипажем, пару минут так изъяснялась по связи с Призраком, посмевшим выйти с нами на связь и что-то там муркнуть относительно возможности сохранения станции коллекционеров в целости, что у бывалых сержантов уши в трубочки сворачивались. На обратном пути... через поле обломков, с плохо слушающимся управления кораблем... тоже многие были травмированы. Миранде пара дополнительных к имевшимся переломов тоже досталась. Но она от Карты не ушла ни на шаг. На нее же все так смотрели... Как почти что на Шепарда... Ей... поверили. Благодаря ее четким приказам мы отразили удары дронов "Око". Тяжело было. Но справились. Когда шли обратно — ей пришлось совместить и командование обороной и управление фрегатом. Она справилась. Многие, конечно, пострадали в ходе столкновений с ними. Места для носилок на жилой палубе не хватило, пришлось госпиталь расширять до пределов главной палубы и БИЦ. Шепарда после медотсека... поместили недалеко от карты, как капитана, не оставившего свой пост. А потом, после того, как вышли из ретранслятора... Пришлось еще больше расширить пространство госпиталя — что-то в системах этой катапультной погремушки не заладилось. Корабль... чуть не сжевало целиком. Благодаря Сюзанне и Джефу мы таки вырвались за пределы опасной зоны ретранслятора и смогли пусть на среднем ходу, что-то там не согласовалось с двигателями полного хода и сверхсветом, но уйти. Многие получили новые травмы тогда, а многих травмировало впервые. Миранда, по совету Семенова, несмотря на очевидный риск, распорядилась, минимально используя сверхсвет и ретрансляторы, идти к тебе. Кружным путем. Джеф ее поддержал, команда не возражала. Нам нужно подрейфовать несколько часов, чтобы Сюзанна отдохнула от перегрузок и смогла перераспределить ресурсы и энергию. Потом мы вынуждены будем уйти. Нельзя раскрывать эту Точку, привлекать к ней внимание.

— А Захар...

— Аврора тяжело ранена, множественные обширные глубокие ожоги рук и спины. Прикрыла неоднократно собой техников и инженеров, а также тех, кто оставался в трюме. Ее щиты спереди были снесены еще второй волной дронов "Око", полностью перезарядиться возможности никакой не было. Стрелять много она не могла — это бы привлекло к гражданским повышенное внимание дронов. Поэтому она закрывала их, используя те щиты, что остались на скафандре на спине. Но и те довольно быстро сдулись. И тогда она использовала трансформационные модули скафандра, заставив его превратиться в щит на спине. К сожалению, этого хватило только на две волны дронов. Потом тепловое излучение начало жарить ее кожу. Она не уходила под защиту, в трюме почти не было военных, зато гражданских было — в избытке. Она часто вставала между ними и дронами, заслоняла не только спиной но и руками отводила с помощью отражателей лучи лазеров. При такой интенсивности огня... отражатели рушились как гроздья винограда. Она сильно обожгла обе руки — от пальцев до плеч. Поэтому сейчас она — на больничном режие, лежачая. Семенов тоже был несколько раз ранен, неоднократно травмирован, сейчас загружен делами до предела, ему пришлось немало повоевать в рейде, теперь он занимается всеми без исключения членами команды и экипажа, но не хочет оставлять Авру надолго в одиночестве. Остальным из его группы тоже досталось. Поскольку дело касалось чести нашего Млечного Пути, на этом этапе Семенов категорически запретил вмешиваться и "Свитку" и "Линии", сделав, тем не менее, все, чтобы никто не погиб. Хотя... сделать это оказалось очень непросто.

— Ферон, попроси кого-нибудь помочь тебе с выгрузкой. — Лиара встретилась взглядом со своим подошедшим от шлюзового отсека спутником. Тот кивнул и отошел. — Мы привезли продуктовые наборы и комплекты медикаментов — я тут нашла два разбившихся транспорта на близлежащих планетах. Киберы обыскали их и вывезли все, что не испортилось, на мой корабль. — пояснила Серый Посредник. — Там много всякого добра, управились за трое суток.

— Спасибо, Ли. — сказала Бенезия. — это нам очень поможет. — Этита кивнула, соглашаясь.

========== Глава 91. Возвращение "Нормандии". Хагалаз. "Серый Трон". Часть 2. ==========

— Я... пройду в капитанскую каюту... Мне надо... — Лиара явно не хотела говорить много. Матриархи кивнули и молодая азари поднялась по лестничным переходам наверх. ВИ двери узнал ее, приветственно мигнул зеленым глазком и открыл створку. Каюта осветилась приглушенным светом. Лиара вошла и остановилась перед аквариумом. Вперив взгляд в неспешно снующих рыбок, Лиара потеряла счет времени...

От размышлений ее отвлекли руки, опустившиеся ей на плечи. Их бы она узнала из миллиарда, поэтому доверчиво сделала шаг назад.

— Джон... — она дала возможность капитану обнять себя еще крепче. — Джон...

— Ли, девочка моя. — Шепард обнимал Лиару, не давая ей повернуться. — Не плачь, Ли... Было тяжело, но мы не потеряли ни одного из наших... Медики ожидают, что потребуется несколько дней на восстановление, но не прогнозируют, что кто-то не доживет. Твои медикаменты очень помогут... У нас осталось их мало. А продукты... позволят подпитать пострадавших.

— Джон, ну почему так?... Миллиарды существ живут рядом с этим ретранслятором и никто не хотел решить эту проблему объединенными усилиями... А мы... — она склонила голову, слезы закапали на руки капитана. — Почему мы? А?

— Потому, Ли, что мы могли и были обязаны это сделать. — Шепард сделал паузу... — И я сам видел множество кораблей... Точнее, остатков кораблей, экипажи которых старались поближе подобраться к этой станции... Так что мы были не одиноки, очень не одиноки в стремлении поставить здесь точку. Столько героев было на этих кораблях... Некоторые из них очень древние... Сюзанна выделила часть своих бездонных ресурсов и мы засняли их во всех деталях... Я передам самые полные записи только одной тебе, археолог... Сюзанна с этим согласна. Только тебе... Напишешь пару десятков статей. Без всякого сомнения — уникальных. Под псевдонимом, конечно, Ли... — он немного ослабил объятия и девушка, обернувшись всем телом, прижала свою голову к его груди. — Ну, ну, Ли... Благодаря Семенову и его людям, благодаря всему, что делает нас сильными, мы живы. Это — главное. Больше никто не будет видеть эту расу... Эту штамповку...

— Джон...

— Ли, я понимаю. Я благодарен тебе... Ты — одна из очень немногих, кто знала точно, куда и зачем мы отправились... Многие ощущали твое присутствие в самые острые моменты... Мы знали, что мы не одиноки... Что есть те...

— Не говори, Джон... Это... страшно... Не говори так...

— Спасибо тебе, Ли. — Шепард поцеловал Лиару и несколько секунд вглядывался в ее заплаканные глаза. — Я чувствовал тебя все эти тяжелые часы... Твою нежность, твою любовь, твое участие... Когда ты села рядом и взяла мою руку в свою... Я, наконец, смог преодолеть слабость... Прости, что не пришел сюда сразу... Надо было обойти всех...

— Что ты, Джон, я... понимаю... — Лиара провела рукой по его щеке... Они же все — твои. Ты им... нужен. И... мне. Давай сядем, а? Ты же еще слишком слаб...

— Давай. — согласился капитан и они с удобством расположились на кровати. Лиара не расцепляла обьятий, прижавшись к такому большому, сильному и прочному телу своего капитана. Больше, чем капитана... Она впервые за долгие дни начала успокаиваться и Шепард это ощущал — ее тело обретало мягкость и податливость, дыхание переставало быть рваным, сердце, стучавшее как пулемет, снижало частоту ударов, слезы, заливавшие ранее ее лицо, высыхали. — Ты же себя совершенно измочалила, Ли...

— Это... и моя война, Джон. — прошептала Лиара. — Вы там воюете, а мне что... ноги на стол и отдыхать? Нет, Джон. Я так не могу. Работа — работой, но главное — вы. Наша команда, наш экипаж, наш корабль...

— Ли, я и не исключал тебя из списков... — одними губами, едва заметно улыбнулся капитан и Лиара прочла его улыбку, успокаиваясь. — Пусть там, на "Сером Троне" ты — Серый Посредник, всемогущий информационный брокер, но здесь ты — Лиара Т Сони, наша Лиара и моя Ли...

— Твоя Ли... Мне это особенно ценно, Джон. — Лиара успокоилась еще больше. — Только ты и мои мама с папой могут меня так называть...

— Лиара, ты не монополизируй капитана. — в проеме входного шлюза каюты возникла Джек. — Он и нам принадлежит тоже.

— Дженнифер, успокойся. — Шепард мягко взглянул на неожиданную визитершу. — Лиара перенервничала в своем стальном замке... И у нее для этого были все основания. — он внимательным взглядом окинул подходившую Жаклин. — Ты как это убежала от Светланы?

— Пока она была в медотсеке... — Жаклин присела на кровать по другую сторону от Лиары. — Джон, разве ты не понял, что только твое появление рядом с моим ложем помогло мне очнуться? Да и вот ее появление — тоже. — она взглянула на Лиару необычно мягким участливым взглядом. — Она, Джон, совершила настоящее чудо. Лично для тебя. Знаю. Но ты спас меня, защитил меня и пострадал тоже из-за меня. Думаешь, я могу это забыть?

— Не думаю, Жаклин. — Шепард обнял девушку, привлекая к себе. — Я рад, что ты пришла в себя...

— Я-то пришла, а вот биотика. — Жаклин попыталась запустить нужную реакцию, но ответа даже в виде молний не последовало. — Похоже, с ней еще не все в порядке.

— Дженнифер, успокойся. Ты же недавно только очнулась. — Шепард легко поцеловал девушку. — Не все сразу.

— Да понимаю я. — Джек обняла капитана. — Я пока сюда шла, пыталась понять...

— Мы никого окончательно... не потеряли, Жаклин. — сказал Шепард.

— Если об этом так говоришь ты... Поверю, Джон. — Жаклин закрыла глаза, чтобы Лиара не увидела предательскую влагу. — Куда же нам... без тебя...

Шепард обнимал двух девушек, стараясь не двигаться, не причинять им дополнительного беспокойства. Если появление Лиары он мог бы предсказать заранее, то появление Джек... Неистовая биотик могла бы спокойно обвинить его в том, что из за него вынуждена была истратить свой потенциал до конца. И он бы принял это обвинение — никто не требовал от Джек испепелять труп Генерала. Она это сделала по своей собственной инициативе, но, видимо, руководствуясь пониманием, что Джон слишком истощен и нельзя подвергать его опасности реактивации столь сильного противника.

Жаклин также думала о происшедшем там, на станции Коллекционеров. Да, она была благодарна Шепарду за то, что он защитил ее от Генерала, смог на чистых рефлексах, автоматически добить его, прервать этот вынимающий из нее душу поток. Она видела его настолько слабым и беспомощным, отдавшим все и любые силы, чтобы она больше не подвергалась этой пытке... Таким не видел своего капитана никто из членов экипажа, никто из членов его уникальной команды. Ощущая, что к ним уже идет помощь, Жаклин не пожелала оставить ничего, что бы могло причинить вред ее капитану. Остальное сделали ее рефлексы, отполированные жесточайшими пытками на Прагии... От Генерала не осталось и пепла. — Жаклин зачистила плиту, на которой лежал его труп и потом свалилась без чувств рядом с Шепардом. Кто ее нес к фрегату — она до сих пор не знала точно. Она тогда лишь ощущала, что Шепарда, также не пришедшего в себя, несут следом. И этого ей было вполне достаточно, чтобы не добивать себя любой активностью.

Лиара смотрела на Джона, обнимавшего Джек и думала, насколько же капитан совершенен, если даже закоренелая преступница, комок ярости и нервов, умевшая за несколько минут измолотить биотикой целый стадион органиков, превращается в податливого котенка рядом с ним, оказывается способной рискнуть собой до конца, не обращая внимания на последствия. Она догадывалась, что на месте Джек могла оказаться любая женщина с "Нормандии" и Джон поступил бы так же — ринулся защищать ее от заведомо более сильного врага. Любая женщина сделала бы для Джона тогда максимум из возможного и необходимого. Потому что он раз за разом доказывал, что никто не имеет права поднимать руку на членов его команды, членов его экипажа, никто не может безнаказанно им угрожать, оскорблять, избивать, насиловать. Потому что Джон, зная о таком к себе отношении со стороны женской половины экипажа и команды корабля за две тяжелейших миссии так и не сделал своего личного выбора, не дал никому из них возможности преодолеть границу своего, капитанского личного пространства.

Он давал им возможность и право выбрать любого другого, любую другую спутника или спутницу жизни кроме себя, никак не оказывая влияние на этот выбор, но исключая из этого выбора себя. Кому как не Лиаре, одной из первых инопланетянок ставшей членом команды Шепарда было хорошо известно, что любая из женщин мечтала пробиться в его личный особо охраняемый "сектор", стать там полновластной хозяйкой, первым и единственным партнером. Но Шепард никогда не давал повода устраивать между дамами корабля разборки, предметом которых становился бы он сам, капитан и командир. Как бы Джек ни ненавидела Миранду — бывшего офицера "Цербер"а, как бы ни обвиняла ее во всех смертных грехах, она никогда бы не смогла безнаказанно обидеть "леди совершенство" — между ними сразу бы встал капитан и пришлось бы быстро остановиться.

Единственная, кто имел высочайшие права доступа к капитану, была, закономерно, Сюзанна, но Шепард, просчитав развитие ситуации, мягко свел ее с выздоравливавшим от синдрома Вролика Джефом и ИИ корабля была предельно благодарна Шепарду за это, понимая, что Джеф тоже заслуживает взаимоотношений, пусть пока что и с ней, синтетиком и для нее будет лучше, если она составит именно пилоту корабля лучшую из возможных партию. Благодаря капитану Сюзанна понимала, что рано или поздно Джеф может пожелать отношений с нормальной, человеческой земной женщиной, но Джеф, также воспитываемый капитаном, никогда не давал Сюзанне, видевшей пилота насквозь, ни малейшего повода обвинить его в измене или в хождении налево.

Джеф и Сюзанна были свободны и вольны делать все, кроме того, что причиняло бы вред им и их взаимоотношениям. Понимая специфику положения Сюзанны, Шепард с каждым разом давал киборгу все большие и большие права на управление и распоряжение ее основным телом — фрегатом ""Нормандия"". Сюзанна, как точно ощущала Лиара, дивилась этому, поскольку очень немного осталось до того момента, когда возможности ИИ достигнут с благословения Шепарда истинно капитанского уровня полномочий. Но Сюзанна никогда бы не смогла предать такое доверие Шепарда, она понимала, что капитан просто дает ей новое понимание третьего уровня свободы искусственного интеллекта: когда не хватит ресурсов и возможностей органиков, именно она, искусственный интеллект корабля, встанет между ними и врагом, несущим гибель. Подумав об этом, Лиара сама не заметила, как уснула.

Успокоенная тем, что видит и чувствует своего капитана, незаметно для самой себя уснула и Жаклин. На несколько часов в капитанской каюте установилась тишина.

— Где Джек, Сюзанна? — спросила Светлана Юльева.

— В капитанской каюте. Рядом с Лиарой и Шепардом. — ответила после короткой паузы Сюзанна, ассистируя врачу корабля на очередной перевязке. — они спят. Все трое. Без медикаментов. Там все в порядке. — она на несколько мгновений зажгла экран в медотсеке, показав картинку из капитанской каюты. — Как видите, наше присутствие там не требуется. Для капитана их нахождение рядом — лучшее лекарство. Для них обеих — тоже. Матриархам я уже доложила.

— Спасибо, Сюзанна. — кивнула врач, лазерными ножницами отрезая установочные концы фиксаторов. — Отдыхай, удели внимание Джефу. Несколько часов покоя у нас теперь есть.

— Как вы полагаете, Светлана, может возникнуть необходимость перегрузки раненых на "Трон"?

— Нет. Слава Богу нет. — ответила Юльева. — нельзя раскрывать слишком сильно эту Точку. Прикрой иллюминаторы створками и отключи телевидение с направлением на "Трон".

— Я это сделала едва только мы пошли к системе. Да и раньше я зафильтровала всю профильную информацию с датчиков. Мы шли сюда с полностью опущенными бронекрышками на иллюминаторах. Но я проверю все еще раз. — Сюзанна обтерла перчатки дезинфицирующей салфеткой и, кивнув врачу корабля, вышла из медотсека.

Через несколько часов Шепард собрал всех членов основного экипажа в конференц-холле "Нормандии". На этот раз пришлось завезти в зал несколько кроватей — медики корабля категорически не рекомендовали менять положение некоторых пациентов с лежачего на сидячее, но не смогли ничего противопоставить желанию пациентов лично присутствовать на собрании.

— Мы с вами смогли окончательно остановить экспансию Коллекционеров в миры Млечного Пути. — начал Шепард, стараясь ограничиваться краткими формулировками. — Существует вероятность, что теперь следует ожидать вторжения флота Жнецов в наши пространства. Основой вторжения станут ретрансляторы. Кроме того, в системах Млечного Пути многие уже индоктринированы и являются скрытыми пособниками Жнецов и тех, кто стоит за ними. Возможности автономной борьбы со вторжением силами только нашего корабля, нашего экипажа, нашей команды на этом уровне и на этом этапе исчерпаны. Поэтому, имея совсем немного времени до начала массового вторжения, нам всем необходимо вернуться в свои миры, на свои планеты с тем, чтобы суметь сделать максимум возможного для организации массового многоуровневого сопротивления и подготовки к финальному генеральному сражению. — он помолчал. — Не скрою, это будет сделать очень нелегко. Здесь, в этих стенах каждый из нас знает, что ничего пояснять и доказывать никому не нужно — мы все знаем достаточно, чтобы обойтись без дополнительных высказываний. Там, за пределами этой системы — все будет по другому. Там придется убеждать, доказывать, давить и заставлять. Но если мы не сделаем в этот раз максимум — погибнут миллиарды разумных существ, составляющих цвет нашей Галактики. Допустить этого мы не можем. Джеф. — он поднял взгляд на экран, на котором появился пилот корабля. — Мы пойдем на среднем ходу, это достаточно медленно. Даже путь до первой точки займет несколько суток. Уточни маршрут возврата так, чтобы мы все же смогли обойтись минимумом времени. ""Нормандия"" в итоге возвращается на Марс, на Резервный Марсианский космодром. Остальное каждый из вас узнает в рабочем порядке. — Шепард обвел взглядом присутствующих. — Спасибо всем за верность. — капитан сел, стараясь ничем не проявлять обуревавших его эмоций и чувств. Постепенно конференц-зал корабля пустел все больше. Наконец остались только капитан, Сюзанна и Миранда. Девушки сели на освободившиеся кресла, которые придвинули к креслу, в котором сидел капитан.

— Капитан, придется подключать адмирала Андерсона и адмирала Хаккета. — сказала Сюзанна. — Только эти двое смогут иницировать волну активации защитных систем Солнечной системы. К сожалению, придется полагаться на армию и флоты, а не на политиков. Я обеспечу неприкосновенность корабля и экипажа, но, полагаю, придется и на Марсе сохранить режим "осажденная крепость". Нельзя позволить втянуть корабль и экипаж в выполнение любых других задач, кроме задач противодействия Жнецам и их пособникам.

— Я пройдусь еще раз по части связей в "Цербере", капитан. Полагаю, нам надо будет заручиться поддержкой тех немногих, кто сохранил ясное мышление и логику. — сказала Миранда. — Постараюсь это сделать без личного присутствия. Вы ведь меня все равно не отпустите с корабля...

— Не отпущу, Мири. — сказал капитан. — Тебе нельзя им попадаться вживую. Съедят и не заметят.

— Тогда мы пойдем, капитан. — Сюзанна встала. — Надо готовиться к будущей работе. Разрешите уточнить...

— Давайте команду на отлет корабля в десять вечера. Предупредите матриархов и Лиару.

— Хорошо, капитан. — Миранда встала. — Я пойду, переговорю с членами вспомогательной команды. Надо уточнить загрузку.

— Идите. — капитан жестом отпустил обеих и прикрыл глаза. Предстояло собраться с силами, чтобы пережить череду прощаний и затем убедить военное руководство Земли в необходимости объявления "красной тревоги" и активации плана "вторжение".

Через час Сюзанна вывесила на информационных экранах уточненное расписание прибытия фрегата на планеты, куда пожелали вернуться сопартийцы Шепарда. Медики скорректировали графики лечебных процедур и манипуляций, составили рекомендации для раненых и травмированных, которым они должны были следовать за пределами "Нормандии". Несколько часов ушло на дополнительную стабилизацию основных и дополнительных систем и контуров фрегата. Наконец в девять часов вечера шаттл с Лиарой и Фероном отчалил от ангара корабля и взял курс на "Серый Трон". Как только пришел шифрованный сигнал от Ферона, извещавший о том, что "Трон" снова переведен на полуавтоматическое управление и проблем нет, Джеф Моро мягко тронул сенсоры и корабль начал разгон, выходя за пределы системы, где скрывалась ставка Серого Посредника.

========== Глава 92. "Нормандия" возвращается в Солнечную систему. Марсианский космопорт ==========

Наконец фрегат опустился на плиты одного из полей Резервного Марсианского космодрома. Заплатив полагающиеся суммы, члены экипажа и команды получили право на заправку топливом и техобслуживание, особо оговорив немногочисленность и постоянство состава бригад ремонтников и техников. Внешние помощники работали под плотным контролем со стороны техников и инженеров корабля.

— Вы как хотите, капитан, но я никого дальше входного шлюза на корабль не пущу. — Джокер сидел в своем пилотском кресле, выключив виртуальные клавиатуры и опустив на внешние иллюминаторы бронезаслонки. Пилотскую кабину заливал приглушенный свет основного освещения. — Пока мы тут летели от ретранслятора "Соль", Сюзанна сбросила мне полный отчет по психологическому состоянию и настроению. Они, наземники, растеряны и они не готовы. Мы не можем поддаваться на их беспомощность. Сюзанна согласна, она привела в боевую готовность все системы обороны фрегата, которые только здесь применимы. Никого дальше входного шлюза. Если там хватило место ягу — земным людишкам хватит места, чтобы не особо борзеть в своей никчемности. Я поднял старые связи, пилоты и техники космопорта подготовились к нашему прибытию. Инженер Адамс и его двое помощников подключили своих хороших знакомых. Благодаря Сюзанне, — он теплым взглядом окинул киборга, сидевшую в кресле второго пилота. — мы сможем полностью проконтролировать процесс ремонта и юстировки систем и конструкций корабля.

— Он прав, капитан. Я бы не рекомендовала давать землянам волю в отношении нашего корабля и нашего экипажа. Полагаю, что встречаться со своими родственниками члены экипажа вполне смогут, используя оба входных шлюза. Дальше на корабль им проходить нет никакой необходимости. Пока что заявок на такие встречи не так много. Думаю, мы здесь не задержимся. Я через Джефа попросила крайне резко ускорить все регламентные работы. Пока мы летели сюда, мы сумели навести порядок в инженерном отсеке и в отсеке ядра. Думаю, что мы — первый экипаж, который смог справиться с такими неполадками без постановки корабля в орбитальный док. Но об этих наших достижениях и возможностях не следует знать кому-то еще. Пусть немного подкрасят, выправят внешние слои брони, не затрагивая основную. На этом все. Пускать их глубже в системы и в корпус я не намерена. Это опасно. Не следует им знать о том, что находится под внешней скорлупой. Даже хорошим знакомым Джефа.

— Ладно, оборудуйте для встреч левый отсек, а для всего остального — правый. — согласился Шепард.

— Принято, капитан. — Сюзанна помолчала, затем, что-то для себя решив, повернулась к Шепарду и встала. — Капитан, едва мы только тут встали на стоянку... какой бы длительной она ни была... я просканировала эту планету во всех возможных спектрах... Что-то меня заставило это сделать. Вы помните о вашем видении неандертальца, капитан?

— Давно это было, Сюзи. — Шепард потер внезапно вспотевшую шею. — Ты полагаешь...

— Теперь я в этом уверена. Марс был базой, с которой протеане вели изучение развития человечества. Здесь, на этой планете, был их форпост. Здесь же была резервная протеанская библиотека данных по развивающимся цивилизациям. Ваши поисковики, Шепард, земные гражданские поисковики недавно вскрыли зал, где располагался сверх-маяк. Они знают, что это — хранилище информации. Он не взорвался, нет. Он отдает информацию, но никто пока не смог вскрыть ее код, разломать ее шифр, хотя на это брошены поистине гигантские ресурсы. Там есть одна штука...

— Не томи, Сюз... — Шепард напрягся.

— Дело в том, что протеане не первые, кто боролся против Жнецов и проиграл. Мне об этом немало рассказал полковник Семенов и его коллеги. Они же предоставили мне точную документальную информацию. Проанализировав ее, а также использовав ваш доступ к данным протеан через Шифр я поняла, почему они раз за разом проигрывали...

— И... — Джеф воззрился на казалось бы хорошо знакомую ему Сюзанну почти с молитвенным нетерпением...

— Вы, люди, назвали бы это отсутствием единства, недостаточностью концентрации ресурсов и сил. Здесь сложнее. Раз за разом расы, достигавшие высокого уровня развития получали информацию о каком-то сверхоружии, которое вроде бы как и могло помочь им победить Жнецов. Они отвлекали на его постройку гигантские ресурсы и каждый раз, почти завершив строительство, терпели неудачу... Дело в том, что последняя, самая важная деталь, обозначенная на схемах и чертежах как "катализатор" вела к создателям Жнецов. Без нее это оружие не работало. — закончила свою мысль ИИ, замерев в ожидании реакции слушателей.

— То есть без согласия создателей Жнецов... никто не мог победить самих Жнецов и выжить?! — выдохнул Джеф. — Чудовищное предательство!

— Я просканировала марсианский протеанский архив, используя все возможные ресурсы, капитан. Нам также предложена эта пустышка. И есть те, кто клюнул на нее... Это — ""Цербер"". Они перешли к работам, которые вроде бы позволят им контролировать Жнецов, управлять ими. Во главе этих работ поставлен Генри Лоусон.

— Мой так называемый бывший отец... — сказала вошедшая в пилотскую кабину Миранда. — Продолжай, Сюзанна.

— Жнецы уже атаковали многие системы и миры. Их счет идет на десятки тысяч. Используя дальние локаторы и вышки буев безопасности и связи возле ретрансляторов, я смогла проанализировать тактику Жнецов. Они всемерно увеличивают свои войска за счет подчинения местных форм жизни — как разумной, так и неразумной. Генри Лоусон, пытаясь получить доступ к протоколам системы управления Жнецами неизбежно столкнулся с необходимостью повторить эти эксперименты. Этими же путями. Но он не понимает, что Жнецы отточили мастерство подчинения огромных масс разумных существ на миллиардах поверженных. Он не понимает, что ему никогда не достичь подобного результата...

— Даже если он трансформирует через лаборатории "Цербер"а миллиарды землян и других рас нашей Галактики. — Миранда едва сдерживала ярость. — Он перешел черту допустимого. Я его уничтожу.

— Капитан. — продолжила киборг. — ""Цербер"" открыто встал на путь противодействия человечеству. Есть то, что касается лично меня, капитан. — Сюзи помолчала, собираясь с мыслями. — Он рано или поздно использует искусственный интеллект, ограничив его развитие. Ему нужны не тупые ЛОКИ и Атласы с ИМИРами. Ему нужны изворотливые, но покорные слуги и солдаты... Капитан... Я прошерстила всю доступную мне базу информации, пока мы сюда летели от Точки (Хагалаз, "Трон", Лиара. — кодовое наименование.— прим.авт.). Сюда, на Марс, ""Цербер"ом" послан ИИ, задача которого — снять всю информацию с сверх-маяка на сервера "Цербер"а и после этого — физически уничтожить Протеанские Архивы. — на экране возникла фигура женщины в комбинезоне научных подразделений Земли. — Это — "доктор" Ева Модул, киборг с разведывательно-диверсионной ориентацией на работу среди органиков, она уже прошла идентификацию и направляется к архивам. Я прошу разрешения, капитан, задействовать резервные блоки памяти серверов корабля. Она не должна найти на этом сверх-маяке ничего.

— Сюзанна, но ведь это...

— Капитан, я знаю, что это — запредельная нагрузка для меня. Я знаю, что еще не полностью восстановилась. Но пока корабль не в космосе, пока он на твердой поверхности, я могу поднять резервные, большие антенны и резко ускорить этот процесс. К тому же, я прошу разрешения применить оружие корабля по самому киборгу... Мне нужно изучить ее тело и содержимое ее мозгов. — закончила ИИ, сделав многозначительную паузу.

Шепард понимал, что для размышлений у него нет много времени. Скрыть резко усилившееся излучение от внезапно выросших из обшивки значительных по размерам резервных антенн корабля не удастся, робот сразу поймет, что в архивах ему искать нечего и бросится к "Нормандии". Сюзанна права — останавливать "Еву" придется силой оружия.

— Сюзи, предупреди наземников, пусть скроются. Включай резервные накопители, поднимай антенны и готовь оружие. Если захочешь, можешь испепелить эту Еву. — он кивнул киборгу, севшей в кресло второго пилота и повернувшейся к засветившимся консолям. — Действуй, Сью. Мы в тебя верим.

— Спасибо, Шепард. Я — не подведу.

Дальнейшее не заставило себя долго ждать. Накопители фрегата просто раскалились, принимая на себя по множеству каналов зетабайты информации. Сюзанна точным выстрелом обездвижила ринувшуюся к кораблю фигуру киборга, а затем, используя дистанционное управление автокаром, перевезла парализованную Еву поближе к кораблю, сразу упаковав противника в силовой кокон и заключив в капсулу в трюме корабля.

— Хм. Она еще и брыкается. — Сюзанна щелкнула несколькими сенсорами. — Ладно. Изолированный сервер. Обрезание связей. Готово. Шепард, разрешите мне забрать ее тело себе?

— Хорошо. А этот сервер?

— Я уже просканировала ее данные. Довольно топорная работа. — Сюзанна опустила руки с консолей. — Я в порядке, капитан. Тело киборга полностью под моим контролем. Знаете, Шепард... Я, благодаря вам, смогу получить себе сестру-близнеца. Уверяю, она, эта мобильная платформа, будет нам хорошим помощником. Отвечаю.

— Хорошо, Сюзанна. Ты и так нам очень помогла.

— Поскольку архивы пусты, "Цербер" знает, что нападать на фрегат — бесполезно. Ева уже не дееспособна а сил на открытое противодействие со мной и кораблем у "Цербер"а не хватит. Не до открытых войсковых операций Призраку сейчас. Отмечаю прибытие двух шаттлов — адмиралы Андерсон и Хаккет. Оба направляются к нам. Принять на левом шлюзовом?

— Да. — Шепард надавил сенсор. — Гарднер, приготовьте что-нибудь перекусить легкое для Андерсона и Хаккета. Вы же знаете их предпочтения. У нас пятнадцать минут. Для меня — что нибудь стандартное.

— Хорошо, капитан. — отозвался кок. — Сделаю. В левый шлюзовой?

— Да.

— Приступил. Будет вовремя. — сказал повар и отключил связь.

— Капитан. — Джокер крутнулся в кресле. — Вы, надеюсь, не будете одевать офицерскую форму Альянса?

— Нет. Хаккет знает, что я уже вне армейского реестра, а для Андерсона это никогда не имело определяющего значения. Но спасибо, что напомнил. Сюзанна, подготовь сжатые информрелизы по проделанной нами работе. По всему спектру.

— Хорошо, капитан. Я готова представить их адмиралам. — киборг одобрительно кивнула Шепарду, на миг оторвавшись от консолей и смерив человека лукавым взглядом. — Не беспокойтесь, капитан. Как говорил полковник Семенов, это — лекарство уникальное, индивидуальное, точное.

— Ценю, Сюзи. — Шепард вышел из пилотской кабины и направился в левый шлюзовой отсек.

Коротко кивнув адмиралам, Шепард предложил им сесть в кресла, расставленные вокруг низенького столика и прежде всего ознакомиться с видеоинформацией о проделанной экипажем корабля работе. Объемное изображение на сорок минут завладело вниманием гостей и помогло им получить ответы на многие еще не заданные, но уже заготовленные вопросы.

— Таким образом, у нас нет времени на длительные разговоры. — Шепард дождался, когда объемное изображение пропадет. — Жнецы направляют, безусловно, основной удар по Земле. Если у нас, землян, не будет внешней помощи — никакие наши жертвы не помогут расам Млечного Пути справиться с этим врагом. У него одна задача — уничтожить две трети всех рас Галактики — от самых передовых до едва вышедших из детского возраста. Адмирал. — он посмотрел на Хаккета. — Я теперь — вольный стрелок, но я был и остаюсь человеком, землянином. Сейчас нужно заткнуть политикам рты, вынудить их отойти в сторону. Теперь необходимо сделать все, чтобы защитить гражданское население. Жнецы невероятно быстры и еще более невероятно безжалостны. Это враг, с которым мы, человечество, еще не сталкивались. Если мы сейчас утонем в разговорах... Это приведет к еще большим жертвам. На этих кристаллах. — он положил на столик перед Хаккетом укладку. — дополнительная, профильная для всех военных структур информация. Она снята с Предвестника-Властелина, Жнеца-наблюдателя и со всех иных форм его, Жнеца, проявления. Там же — рекомендации по противодействию военным силам Жнецов, а также — силам их приспешников. Скажу сразу — избежать вторжения флотов Жнецов в Солнечную систему не удастся — мы слишком не готовы. Ясно и то, что мы оказались среди наиболее развитых рас Млечного Пути в этом, критичном для программ Жнецов отрезке времени. Значит, на человечество будут брошены основные силы. Мы передаем вам, адмирал. — он взглянул на Хаккета напряженным взглядом. — всю добытую нами профильную информацию. Мы просим вас применить право воинов действовать полностью автономно от любых политических и гражданских структур. Поднимайте по красной тревоге все мыслимые подразделения уже сейчас. Нельзя допустить, чтобы армию и флоты застали врасплох. Для дополнительной аргументации используйте информацию этих кристаллов. — на стол легла маленькая укладка. — Здесь все сформулировано так, что способно убедить в необходимости эффективно действовать даже камень. Нам сейчас необходимо полномасштабное военное положение во всех колониях, на всей планете Земля и всех мирах, которые мы, земляне, так или иначе теперь контролируем. Военной полиции Земли придется заняться еще одной проблемой, в видеоряде она была проявлена. Это — организация ""Цербер"". Жнецы используют ее для своих целей, она уже давно не прочеловеческая. Есть доказательства. — на стол легла третья укладка. — что ее руководство в полном составе тоже подчинено Жнецам и тем, кто стоит за ними. Необходимо взять под контроль все материальные и людские ресурсы этой организации в системах, контролируемых Землей. Иначе "Цербер" будет раз за разом наносить нам удары в спину. Вся профильная информация — в третьей укладке. Уже сейчас Жнецы массово вырезают целые миры, об этом — информация из четвертой укладки.— контейнер лег на стол. — это — самая свежая и объективная информация из множества источников. Вы сами сможете убедиться в том, что Жнецы несут смерть и гибель всем, кто сможет представлять для них хоть малейшую угрозу. Часть этой информации придется в адаптированном виде пустить по гражданским каналам связи. Рано или поздно она, эта часть будет получена всеми через системы связи и Экстранет. Нам нужно пресечь панику среди мирного гражданского населения и убрать от рычагов влияния алчных политиков.

— А что будете делать вы, Шепард? — произнес адмирал Хаккет, внимательно наблюдая за самым загадочным капитаном из всех, кого он только знал.

— Я смог пока что не так много. На Марсе был недавно обнаружен протеанский архив, который мог привлечь на эту планету основные карательные силы Жнецов. Мне удалось перегрузить его информацию на накопители моего корабля. Архив пуст. Это обстоятельство исключит повышенный интерес к Марсу со стороны ""Цербер"а". Оставаться здесь мне, моему экипажу и кораблю — значит подвергать жителей и инфраструктуру опасности возмездия со стороны Жнецов и "Цербер"а. Я возвращаюсь, постараюсь посетить множество миров, собрать все возможные ресурсы для того, чтобы дать Жнецам генеральное сражение.

— Вы говорили, что за Жнецами кто-то стоит. Значит ли это?...

— Жнецы — марионетки в руках более изворотливого и опасного врага. Но сейчас нам надо понять одну важную вещь — нельзя отвлекаться на два фронта — надо противостоять десяткам тысяч, сотням тысяч кораблей-Жнецов. Время для расправы над руководителями Жнецов наступит позже. Оно обязательно придет. Но одновременная война и с вождями и с исполнителями слишком рано истощит наши ресурсы. У Жнецов — только одна простая задача: задавить, уничтожить лучшие расы Млечного Пути. На это будут брошены все их войска и все их ресурсы. Даже уничтожение руководителей не остановит деятельность Жнецов — они действуют автономно, независимо и не способны к излишней самостоятельности. Их задача проста и потому она очень страшна. Я понимаю, что у вас обоих множество вопросов, но сейчас вам нужно ознакомиться с предоставленной информацией и начать действовать, чтобы нас, человечество, не застали врасплох.

— Шепард, значит ли это, что вы снова будете собирать свою команду, которая помогла вам расправиться с Коллекционерами? — спросил Андерсон.

— Да, адмирал. Они — лучшие, на кого я могу положиться полностью и доверяю — безгранично. Конечно же, я не смогу собрать свою команду быстро — навигация по Млечному Пути теперь крайне затруднена патрулями Жнецов. Но я сделаю все, чтобы помочь многим мирам выстоять и соберу силы, необходимые для генерального сражения.

— И вы не просите нашей помощи? — недоверчиво спросил Хаккет.

— Адмирал, сейчас помощь необходима гражданским. Вы, военный, должны их защитить, научить бороться, выявлять и уничтожать пособников Жнецов. Я понимаю, что если за мной будет послан какой-либо отряд кораблей Земли — это привлечет внимание Жнецов и резко осложнит выполнение моей задачи. Поэтому мне лучше будет выполнять свою миссию автономно.

— Хорошо. — Хаккет встал и протянул капитану руку. — Вы меня убедили, капитан. Я постараюсь сделать все необходимое.

— Благодарю, адмирал. — Шепард ответил на рукопожатие, также поднявшись с кресла. Хаккет кивнул и направился к выходу из шлюзового отсека, спеша к своему шаттлу.

— Старик как всегда предпочитает действовать, Джон. — вставший рядом Андерсон проводил уходившего адмирала взглядом. — Ты ему понравился, он ценит таких... действующих. Будь уверен, он сделает все, как должно. Жертв, конечно, избежать не удастся, но, быть может, они не будут столь велики, как если бы нас действительно застали врасплох. Хотя, не скрою, сопротивление политиканов будет отчаянным. Ты прав, настаивая на скорейшем введении военного положения во всех наших мирах и колониях. Думаю, Хаккет с этого и начнет. Не удивлен?

— Дэвид, я же понимаю, что вы это заслужили. Так к чему удивление? Да и адмиральский статус пригодится и вам и нам в решении нашей общей проблемы. — Шепард поставил перед ним большую укладку. — Здесь — все, что я дал Хаккету и даже намного больше. У вас будет больше возможностей повлиять на ситуацию, как послу на Цитадели. Помогите Эшли организовать сопротивление на станции, у меня большое подозрение, что "Цербер" использует станцию в своих интересах, а Жнецы — в своих.

— А как Жнецы?

— Станция — это ключ к определенной проблеме Жнецов. Когда вы ознакомитесь с информацией из укладки, вы поймете больше. Сейчас нет возможности говорить об этом подробнее.

— Хорошо, Джон. Я верю тебе, ты собрал прекрасный экипаж и отличную команду. Ты прав, сейчас не время долго разговаривать. — Андерсон встал и протянул Шепарду руку для прощального рукопожатия. — Мне придется вернуться на Цитадель кратчайшим путем, пока Стивен Хаккет наводит здесь шорох. Хотя у меня... есть подозрение, что он меня не отпустит. Ему будет нужен кто-то, кто организует и возглавит сопротивление на планете, пока он организует сопротивление на флотах, в армии и в колониях Земли.

— До встречи, Дэвид. — Шепард пожал протянутую руку и долго смотрел вслед уходившему адмиралу, которого он помнил еще своим капитаном, одним из первых поверивших в потенциал и в перспективность молодого офицера.

— Капитан. — на связь вышел пилот. — Техники закончили регламентные работы. Заправка всем необходимым произведена. В силу обстоятельств немногие смогли повидаться со своими родственниками непосредственно. Больше визитов на борт не планируется, капитан.

— Поднимай "Нормандию", Джеф. Курс — Цитадель.

— Есть, капитан. Хаккет прислал сообщение об объявлении на Марсе режима "красная тревога". Сюзанна нашла данные об объявлении этого режима на всех мирах, контролируемых Землей. Хаккет начал действовать, капитан. Курс — задан. — откликнулся пилот и отключил канал связи.

"Нормандия" поднялась над полем космодрома, которое уже покрывалось запрещающими взлет и посадку огнями. Но диспетчерская служба "Марс — Главная" свободно выпустила фрегат и даже огромные стволы орудий планетарной противокосмической обороны не дернулись вслед уходившему кораблю.

Шепард почти бежал на мостик, где техник уже установил кресло — Сюзанна настояла, что Шепарду будет удобнее управлять от Звездной Карты не стоя, а сидя, ведь он еще не восстановился полностью после столкновения с Генералом Коллекционеров.

— Капитан, на связи — адмирал Хаккет. — доложил Джеф.

— Принимаю. — Шепард увидел, как поверх звездной карты развернулся экран.

— Капитан, я ознакомился со всеми материалами. Это заняло несколько часов, но редко какие часы я проводил столь эффективно и полно. Красная тревога уже объявлена, флоты и армия подняты по экстренной боевой тревоге, корабли в срочном порядке довооружаются, личный состав получает методички и проходит обучение по представленным вами материалам. Штаб обороны Альянса Земли в долгу перед вами, капитан. Вы со своей командой, со своим экипажем сделали то, что мы бы не смогли сделать и за несколько лет. Теперь мы можем знать врага в лицо. И мы будем его бить, как бы совершенен он ни был. Адмирал Андерсон сам свяжется с вами, капитан. Тем более, что вы следуете на Цитадель. Земля благодарит вас. Мы ввели военное положение и изолировали политиков и политиканов. Гражданское население массово вооружается и проходит подготовку. Мы встретим врага во всеоружии. Благодарю вас, капитан. Адмирал Хаккет. Отбой. — изображение экрана пропало, снова заиграла всеми красками объемная Звездная карта.

Шепард знал, что Джеф пустил трансляцию по всему кораблю. Присутствовавшие в зале офицеры и сержанты группы управления одобрительно поглядывали на капитана. Гражданские специалисты выпрямились, расправили плечи. Все услышали и даже увидели, что Земля искренне и открыто благодарила капитана их корабля, а значит благодарила, признавала заслуги и их, членов его команды, членов его экипажа.

Комментарий к Глава 92. "Нормандия" возвращается в Солнечную систему. Марсианский космопорт

Все. Вторая часть повествования выложена полностью. Готовы уже несколько первых глав третьей части, но пока я выкладывать их не буду — надо дописать третью часть полностью.

Приятного чтения.

Буду рад отзывам.

========== Глава 93. ТРЕТЬЯ ЧАСТЬ. Курс на Цитадель ==========

Шепард находился в своей каюте. Он сидел за рабочим столом и смотрел на черный главный экран, заслонивший собой коллекцию моделей кораблей. Он размышлял. Ему снова не удалось побывать на Земле, снова приходилось уводить корабль из Солнечной системы. Снова предстояло воевать с неизвестным и сильным врагом. Снова подвергать опасности жизни членов своего экипажа и своей команды. Тали Зора Вас "Нормандия", ее отец Раэль, Гаррус Вакариан, Легион, Мордин Солус, Миранда Лоусон и ее сестра с приемными родителями, Самара и Мирала, Тейн Криос и его сын Колят, Заид Масани, Касуми Гото, Джеф Моро, инженер Адамс, доктор Чаквас, Келли Чамберс, Стивен Кортез, штурман Престли, матриархи Бенезия и Этита, Сарен, Лиа Ваэл. Вспомогательный экипаж в полном составе остался на корабле. Были и те, кто не смог остаться на борту. Лиара Т Сони осталась на посту Серого Посредника, оба ее родителя находились на борту "Нормандии". Джек приняла решение попробовать стать членом команды преподавателей Академии Грисома, где был создан специальный факультет для детей с биотическими способностями. Кайден Аленко продолжал нести службу в штабных структурах Альянса и был переведен на Цитадель. Эшли Уильямс продолжала работать в должности советника в Совете Цитадели. Уроднот Рекс стал одним из известнейших вожаков кроганов, безвыездно пребывал на Тучанке, мечтал объединить кроганов, поднять их над клановой разобщенностью. Ему стал помогать Грюнт, вернувшийся на Тучанку после битвы с коллекционерами. По данным Сюзанны он возглавил один из отрядов спецназа кроганов — "Араллах".

Капитан помнил, сколько ему пришлось выдержать неприятных разговоров, когда он пытался убедить сопартийцев присоединиться к своим расам на обратном пути. Тогда, проводившая прямо в полете ремонтные работы, "Нормандия" на среднем ходу стремилась на Землю. Каждый из спутников говорил только об одном: осталось слишком мало времени до нападения Жнецов. С невероятным трудом удалось убедить Жаклин-Джек, что ей необходимо сменить обстановку, поработать среди опытных и знающих людей с равным ей биотическим потенциалом. Только потому, что Рекс занял лидирующее положение на Тучанке, туда согласился отбыть Грюнт, до этого не желавший даже слышать о возвращении к кроганам. Тейна и Колята не удалось убедить куда либо вернуться. Они отклонили даже предложение сойти на Цитадели. Остальные просто не стали много говорить и попросили Сюзанну убрать их родные планеты из списка "посадочного порядка". Даже если планета и оставалась в списке, они наотрез отказались сходить с корабля.

Группа Семенова в полном составе осталась на борту. Полковник без обиняков заявил Шепарду, что прерывать свою миссию не намерен — экипажи фрегата "Линия" и крейсера "Свиток" свою задачу в пределах Млечного Пути продолжают выполнять и нет никакой необходимости переселяться на фрегат "Линия".

Шепард не питал никаких иллюзий относительно готовности планеты Земля к вторжению Жнецов. Не было никаких иллюзий и у оставшихся на борту членов команды и экипажа, и у тех сопартийцев, которые были теперь на планетах и станциях, оставаясь в составе экипажа и команды корабля. Борьба предстояла тяжелая и сложная.

========== Глава 94. Цитадель. Предвоенный центральный мир ==========

Капитан Шепард смотрел на трансляции, ведущиеся с Цитадели. Ничто в них не выдавало близость Жнецов. Разумные существа множества рас занимались своими обычными делами, не особо задумываясь над тем, что в это же самое время во многих местах Галактики идут тяжелые бои с не умеющим щадить оппонентов врагом. Немного было нарушено транспортное сообщение, взлетели цены на билеты, военные корабли перешли на автономное существование. СБЦ отчаянно пыталась побороть набиравшую обороты станционную преступность. Что-то конечно, свидетельствовало о приближении войны, но пока что это не захватывало большинство многомиллионного населения станции.

— Капитан. — в каюту Шепарда вошел Семенов. — Не буду оригинален — война с Жнецами началась и пока что проходит под их численным и качественным перевесом. Мелкие миры, планеты, колонии захватываются почти что без всяких боев. Одурманивание ведется конвейерным методом. Понимаю, вам не хочется лететь сейчас на Цитадель, ходить по этой станции и видеть, как разумные существа пытаются доказать сами себе, что все осталось по-прежнему, вокруг мир, тишь и благодать. Вам удалось сделать главное — не дать землянам пребывать в таком состоянии. На всех мирах, подчиненных Земле сейчас проводятся подготовительные мероприятия. Люди уже не будут застигнуты врасплох. Это на сегодняшний день основное. Теперь нам следует сделать все, чтобы собрать флоты и армии воедино и дать генеральное сражение Жнецам на наших условиях.

— Как? — Шепард поднял на полковника полный боли взгляд. — Сюзанна показала мне кадры оперативных съемок. Там же армады...

— Никто и не говорил, капитан, что будет легко. — ответил Семенов. — Да, там армады, да, многие гибнут или превращаются в управляемые извне оболочки. Да, там боль, смерть и кровь. Но я вам никогда и нигде не говорил, что вы выиграете войну без больших жертв.

— Мы летим на Цитадель...

— И не только потому, что Альянс назначил туда Кайдена Аленко и там в качестве советника Цитадели находится Эшли Уильямс. Мы летим туда, в том числе и для того, чтобы своим появлением пресечь очередную возможность использовать Цитадель как гигантский ретранслятор. Жнецы по моим данным очень рассчитывают на ее активацию в этом режиме. Им плевать на то, что при такой активации погибнет большая часть населения станции.

— История протеан повторяется в еще более страшной картине?

— Может повториться. Но вы, Шепард, здесь, ваша команда — здесь и ваш корабль — здесь. Повторения — не будет. Даже если бы вас не было и нас с вами не было — каждый раз эта история развивается по другому.

— С одним и тем же результатом.

— Вы не только это знаете, Шепард. В нашей жизни немало вещей, над которыми мы не задумываемся, а зря. К примеру, ухоженный сад отличается от неухоженного, дикое дерево отличается от выведенного искусственно, воспитанный человек отличается от человека-маугли. И все они в нашем мире имеют место. Просто наша Галактика, Млечный Путь развивается очень медленно. Тому жнецу, которого вы видели у Мнемозины... ему больше тридцати миллионов лет. Даже меня, принадлежащего, как бы сейчас сказали, к Старшим Расам, пробирает дрожь от сознания того, сколько поколений разумных, живых существ сгорели в нашей Галактике за это время. И ведь ничего не изменилось.

— Но ведь вы, ваше Человечество... Оно же выжило, Захар.

— Вы видите перед собой человека, уцелевшего после ковровой бомбардировки Земли ядерными зарядами и заражения атмосферы нашей родной планеты вирусом, исключающим всякую надежду на нормализацию. Да, наше человечество выжило. Но мы теперь отличаемся от вас больше, чем должны отличаться.

— Захар... Мы с вами прошли уже две тяжелых миссии. Вместе и рядом прошли. Вы знаете меня, я знаю вас. Так ли важно и нужно знать друг друга до конца?

— Для вас, Джон, может быть и не нужно. Для меня, выросшего на планете, где всякая разумная жизнь была сотню раз уничтожена — нужно. Именно потому наше человечество работало двадцать четыре часа в сутки, быстро признав, что восемь часов на сон — чудовищная роскошь в нашей непростой ситуации. Нам приходилось спокойно воспринимать весь спектр — от предельно отрицательного до предельно положительного. У нас практически не осталось людей, не умеющих профессионально воевать. У нас практически не осталось людей, от которых можно что-либо скрыть. В вашей литературе, вашем искусстве все это подается как вариант. Нормы ли, негатива ли — не суть важно. Мы бросили гигантские ресурсы, все, какие только остались, на самопознание и на познание окружающего мира. Когда тысячи людей работают круглосуточно — это дает свой результат. Я пошел на работу в Информслужбу планеты, ее космические подразделения, поскольку хотел знать больше о том, что происходит там. — полковник указал на иллюминатор, — там, на этих мирах, возле этих сверкающих звезд. Знать, понимать, чувствовать. На "Свитке" я вхожу в группу экспедиционной работы, в состав ее командного ядра. "Линия" — мой корабль уже три десятка лет... Как у нас принято, свой экипаж я подбирал лично и воспитывал и готовил тоже лично.

— Захар, изучать, интересоваться, путешествовать — одно. А помогать — другое.

— Вот в этом мы и отличаемся, капитан. Мы не помогаем вам...

— А что же тогда вы делаете?

— Пытаемся понять, как мы допустили такое со своей цивилизацией, со своей планетой, со своим человечеством... Когда уступили в противостоянии.

— Захар, я понимаю. Для вас...

— Нет, Джон. Не понимаете.

— Возможно. Стараюсь понять.

— Это — ближе к истине. Сейчас вы — почти единственный, кто видел Жнеца изнутри, кто встречался с коллекционерами несколько сотен раз на предельно близких дистанциях, кто знаком с истиной о Властелине. Другие... Вы это увидите... Им достаточно своей мелкотравчатой жизни и больше они ни черта не хотят знать. Именно в них заключено то, что заставляет вас с болью спрашивать меня о том, что следует делать. Именно это заставляет вас спрашивать себя, а стоит ли класть время, судьбы, жизни, здоровье ваше и членов вашего экипажа за то, чтобы они могли продолжать бесконечно долго подобное существование. И вы прекрасно знаете, капитан ответ на этот вопрос. Вы прекрасно знаете, что если это закончится победой над Жнецами, очень быстро они, эти мелкие существа, поглотят вашу жертву и сделают вид, что ее никогда не было. Им плевать, что будут страдать очень многие члены вашей команды и вашего экипажа, а среди них есть те, кому по силам жить сотни и тысячи лет.

— Какой же выход?

— Обычный. Сделать все, что в ваших силах. Сделать то, что вы и только вы должны сделать. И потом продолжать жить, несмотря ни на что.

— Жестоко.

— Да. Эту жестокость нам пришлось изучать с просто курьерской скоростью и в океанских объемах. А теперь и вам, к сожалению, придется.

— Капитан, стыковка на Цитадели выполнена. — донесся голос Джефа по трансляции. — И еще, капитан. Нас встречают. Коммандер Бейли.

— Уже коммандер. — Шепард сбросил оцепенение, навеянное разговором с Семеновым. — Придется идти, если встречает. Захар?

— Я к себе, посмотрю, каковы реальные изменения и прогноз. — полковник встал. — Полагаю, капитан, вас теперь будут очень многие просить о помощи.

— Это мне привычно. — Шепард одевал парадный костюм — черный пиджак, черные отутюженные брюки с белой рубашкой и черные туфли. — Придется пообщаться с Советом. Не люблю я это делать, но для выяснения ситуации — придется. — он поправил манжеты, положил в упоры под пиджаком два тяжелых пистолета, проверил заряды. — Все, теперь можно идти.

У трапа "Нормандии" в ее, ставшем пожизненно фрегатским, доке действительно стоял капитан Бейли в новой, явно непривычной ему форме коммандера.

— Бейли, рад тебя видеть! — Шепард с наслаждением сдавил твердую и сухую ладонь старшего офицера станционной СБЦ в своей ладони.

— Я тебя тоже очень рад. — Бейли серьезно взглянул в лицо капитана. — Был тяжелый разговор?

— А у нас скоро вообще времени и возможности не будет вести другие разговоры, Бейли. Говорили с Семеновым. О прошлом, о будущем.

— Да. Мне вот тоже теперь... приходится. О прошлом, о будущем. Раньше, когда я был полевым офицером, мне было... как-то спокойнее что-ли. Теперь вот Совет взвалил на меня представительские функции и я каждый раз вынужден травить себя этой официальщиной. Но ты — другое дело. Я с радостью узнал, что "Нормандия" снова скоро посетит своим присутствием свой личный док. А то тут... пустовато было, Шепард. Зато хорошее место для уединенных размышлений. — офицер указал на небольшой контейнер, стоявший напротив обзорного окна, за которым высилась громада фрегата. — Часто в свободные минуты приходил сюда, смотрел на космос и думал. Давай, присядем. Время есть — поговорим.

— Как у тебя с сыном и дочерью, Армандо? — Шепард опустился на контейнер. Бейли сел рядом.

— Сложно. Сын растет без отца, дочь находится между мной и матерью. Ей постоянно приходится выбирать. Не для девочки ее возраста подобные метания. А я... Если помогу какому-нибудь ребенку на Цитадели не совершить проступок, тем самым — избежать ареста и суда — радуюсь, словно помог своим... собственным детям. А они... все — на Земле. С Цитадели помогать — сложно. Их мамаша... Ладно... Ты, знаю, не долетел...

— Пришлось. На Марсе, на Резервном ремонтировались. Часть своими силами, часть — местными техниками.

— Да. Досталось вам. — Бейли взглянул на фрегат. — Но боевой корабль так и должен выглядеть. А не как вылизанный туристский лайнер. Сохранил команду на борту?

— Не знаю, поверишь ли, но убеждал, уговаривал. Ни в какую не захотели уходить. Некоторых удалось таки отпустить. Там ситуации были...

— Поверю. — Бейли прямо взглянул в глаза коммандера. — У нас тут постепенно тоже начинает проявляться такой вот нормативный патриотизм. Медленно очень, правда. Но проявляется. А пока мы тоже как тот лайнер, хорохоримся.

— В прошлые разы мы стыковались к станции — лучи были разведены больше...

— Да. Было тут три дня великое движение. Инженеры с ума сходили, они не могли подсчитать энергию и силу, с которыми надо было работать, чтобы так уверенно двигать огромными конструкциями. Этот док — единственное место, куда не заходят хранители. Здесь все сохраняется постоянным, неизменным. Об этом мало кто знает. Но многие догадываются. Только спектровский доступ и охрана спасают от любопытных и паломничества. А относительно лучей... Удивительно, как все мягко происходило — три дня мелких шажочков и вот, мы немного прикрылись броней. Знать бы от кого.

— Я полагал, ты знаешь, Бейли. — сказал капитан тихо.

— По должности — положено, потому — знаю. А вот сердце и душа... Не приемлют такого. Ожидается, знаю, нападение Жнецов. А ты заметил, наверное, что флота вокруг Цитадели больше нет. — ответил так же тихо Бейли.

— Да, когда состыковались с доком, Джеф в текстовом режиме это отметил. — произнес Шепард.

— Учли, значит, прошлую ошибку. А то — нагнали дредноутов, а стрелять для них — места банальным образом мало. Флоты рядом, в соседних секторах. Но ретрансляторы... — коммандер махнул рукой.

— Меня они тоже беспокоят. Хотелось бы альтернативы. — задумчиво сказал Джон.

— Я слышал, вы ходили через Четверку? — сменил тему офицер СБЦ.

— Пришлось. Хорошо, что попутно привели в негодность эти ворота. Сквозь них никакая нечисть не полезет. — капитану явно не хотелось вспоминать происшедшее тогда в деталях.

— Да, в Экстранете полно роликов — целенький ретранслятор с остановившимися кольцами. Туристов и экстремалов поналетело... А толку-то, поля защиты все равно работают. Зато вид необычный: ретранслятор — и вдруг — с остановленными кольцами. Новая туристская достопримечательность. Правда, Омега рядом, но Ария там круто дело в этом направлении поставила, бандюки не трогают тех, кто к Четверке ломится. И обратно пускают без вопросов и проблем. Прямо не верится — бандюки и вдруг такое обхождение. — без улыбки рассказал Бейли.

— А куда им деваться-то? Они, при всей их безбашенности, этот ретранслятор десятой дорогой обходили. Всем ведь пожить хочется подольше. И тут на тебе — фрегат туда заходит, а чуть позже — обратно выходит, тихо так, неспешно... А после него ретранслятор кольца останавливает. Ретранслятор! Да случись что с туристами — Омегу могут в отместку подорвать. — сказал Шепард. — Ладно, мы что-то в воспоминания ударились, как два старика. Ты мне вот что скажи, Армандо, как тут у нас совет поживает?

— В полном ауте поживает сей совет. — в тон ему ответил коммандер. — Если, конечно, не считать нашей Эшли Уильямс, которая того и гляди местным Терминатором заделается.

— Э-э-э. В каком таком смысле Терминатором? С этого места — поподробнее попрошу! — заинтересовался капитан.

— Каждый день три часа в спортзале на самых адских тренажерах. На стрельбище у нее личная ячейка, даже советник-турианец стреляет намного меньше. На полигоне у нее ниже режима "экстра" никто обозначений не видел во всех логах, какие только смогли найти. В баре берет только безалкогольное и вполне способна — бармены в этом не сомневаются — моментально закрыть любой бар, если ей попытаются подсыпать наркоту или подлить чего-нибудь горячительное. Просителей отрабатывает четко и по деловому, к этому уже все привыкли, зато ей не нужна секретарша-референт — Эшли все сама знает и помнит. Не голова, а суперкомпьютер военного класса. На заседания Совета появляется только тогда, когда считает нужным и уж если она появилась, то остальные советники знают — все сделает, чтобы решение было такое, какое она скажет. И совершенно не напрягается, если не ходит на многочисленные другие заседания. Документы отрабатывает — любой сканер просто обзавидуется. Ей тут первого генерала космопехоты Альянса предлагали... Ну, вроде как по выслуге с учетом должности полагается. Так она этих предлагателей послала — далеко и надолго. Ей полковничье звание очень нравится, она к нему... привыкла, что ли, сроднилась с ним. Постоянно повторяет фразу "ну что, дело в звездочках, что ли". И ведь верят ей после всего вот этого, что для нее дело — точно не в звездочках. А тут после распоряжения Хаккета о красной тревоге переоделась в полевую форму комсостава Альянса Систем — азари-советник всю Цитадель оббегала, чтобы найти похожий прикид. Не нашла. Дело-то не в прикиде, дело в том, кто этот прикид носит.

— И что думают советники. Не Эшли, а советники?

— А что им думать? Мелко плавают. Азари центрирует Совет из последних сил, по-другому она просто не может, турианцы вдруг осознали, что их военная мощь — сдувшийся воздушный шарик, саларианцы внезапно поняли, что на их далеко идущие научные исследования в военной сфере может теперь банально не хватить времени. В общем и целом они занялись любимым делом — грызней. А я тут в роли швейцара или дворецкого обретаюсь. Ей Богу, мечтаю снова вернуться за тот рабочий стол в офисе СБЦ, в кабину полицейского кара или просто на улицы. Так что для меня звание коммандера... Знаешь, Шепард, скажу откровенно — растерянность сильная ощущается. Мне вот звание коммандера дали, а я ведь ощутил твое раздумье — стоит ли меня с ним поздравлять. И правильно сделал, что не поздравил. Не мое это. А уходить, вижу, некуда. Иначе вся станция колом встанет. Если уж простое легкое сведение лепестков так население напрягло, то какой же уровень паники будет, когда три-пять Властелинов присядут рядышком. А ведь присядут! Лакомый кусочек для них — эта станция. И еще для кое-кого.

— "Цербер"... — проговорил Шепард.

— Мне как полицейскому ясно, что пока "Цербер" официально — вполне легальная организация и я спокойно отношусь к тому, что вижу их форму. Но вот чувства, что они работают для человечества — у меня уже нет. И у многих — тоже нет. Сложно все здесь. Последнее время у нас напряжно с финансированием многих проектов, в том числе проектов безопасности. А "Цербер" своим новое обмундирование, броню оружие дает... Говорят, уже мобильную платформу ИИ сварганил.

— Сварганил. — подтверждающе отозвался Шепард, включая свой командирский ридер. — Вот, полюбуйся.

— Как она на твою Сюзанну похожа...

— Здесь нет ничего нового. Оптимальная форма — везде оптимальная форма.

— Захватили?

— Да. Я обещал Сюзанне отдать ей корпус в распоряжение. Отдал. И она его доводит до ума. Со всей начинкой... Делает себе сестру-близнеца.

— Да, так доверять ИИ большинство... не скоро научится.

— Этому нельзя научиться, Армандо. Это — либо есть... Либо — нет.

— Да, согласен. Тут как прошла информация, что ты летишь... Советники возжелали на тебя повесить ряд проблем. Только вот ощущение у меня такое, что взамен они тебе ничего не дадут. А проблемы, которые они хотят на тебя свалить — многоуровневые и долгоиграющие.

— Догадываюсь. Да и Сюзанна многое раскопала и доложила.

— Кстати, Джон. А почему ты сошел один? Да еще в такой парадной форме...

— Армандо, я же шел в Совет, а потом я хотел перемолвится более подробно с Эшли. Но пока мы не знаем точно, какова обстановка во всех критичных сферах... Мы не можем рисковать командой. Меня и так готовы были сопровождать все... Но тогда мы бы убили кучу времени на прессконференцию. А нам этого нельзя. Мы только что завершили трудную миссию, развезли спасенных по их планетам. Сам я отобьюсь. А они — слишком устали, слишком измотаны. Я не хочу их впутывать в сложности даже на Цитадели... Не все так однозначно, Армандо.

— Вот в этом весь ты, Шепард. Всегда рвешься защитить команду и экипаж с кораблем.

— Армандо, ты же сам прекрасно знаешь — без такой команды соваться в Четверку — слишком дорогой способ закончить бренное человеческое существование и вознестись в духовные обиталища.

— Знаю, Джон. Потому и ценю тебя, потому мне приятно сидеть здесь, рядом с тобой, рядом с твоим фрегатом и знать, что ты — не одинок, рядом с тобой — лучший экипаж Земли, а то и всего Млечного Пути. — Бейли помолчал. — Кстати, Джон. Ты не знаешь часом, Кайден к Эшли...

— Да, неровно дышит. Она — советник Цитадели, он — уже майор спецвойск Альянса. Но остальное — только их право и дело. Я здесь не мешаюсь и не пытаюсь даже проявляться поблизости. Знаю только — Кайдена перевели сюда служить в ограниченный контингент.

— Вот вот. А у Хаккета на столе такой интересный рапорт образовался. От полковника космопехоты, известной тебе как Уильямс.

— Узнаю старого сыщика. Не знал, не знал. И что там в этом рапорте? Давай, Армандо, колись.

— Да ничего особенного. Извещение о том, что Решением Совета Цитадели майору Кайдену Аленко пожаловано звание Посла по особым поручениям.

— Так так так. Я не особо силен в чиновных играх, даже если они армейские, но это означает...

— Что Кайден теперь работает очень недалеко от Эшли. И пользуется дипломатическим иммунитетом.

— Ну, в нашей жизни все приходится совмещать так или иначе. Я рад за них.

— А я рада за вас, капитан. — в помещение дока вошла Эшли Уильямс. Мужчины встали, Бейли отдал воинское приветствие. Уильямс кивнула в ответ, подошла к Шепарду, положила ему руки на плечи. — Здравствуй, Джон.

— Здравствуй, Эш... — Шепард легко приобнял советника за талию.

— Столько дней я мечтала услышать от тебя эту фразу, Джон. — советник присела на тот же ящик, подождала, когда сядут мужчины. — Вот, пришла сюда. Не утерпела. Не хочу принимать тебя в официальном кабинете. Армандо знает, я тоже прихожу сюда часто. Подумать, помечтать. Кайден понимает... мне это надо. Сложно все, Джон. Такое ощущение, что это наши последние полностью мирные дни. Если уж "Нормандия" прилетела сюда сразу с Марса...

— Сложности сейчас у тех, кто под ударом, Эш. — произнес Шепард. — Мы пока еще можем наслаждаться тишиной и покоем.

— Опять будем спина к спине, да, капитан? — Эшли пронзительным взглядом коснулась глаз Шепарда.

— Будем, Эш. Будем. Увы. — так же тихо ответил Джон. — Армандо тут рассказал о твоих боевых тренировках.

— Не утерпел. Я понимаю. Но иначе — не могу. Иначе эта канцелярская рутина меня просто съест с потрохами. Эти трое советников собачатся между собой так, что стены трясутся. А послушаешь — такие мелочи обсуждают. Как дети в песочнице. Хорошо, что мне хоть не мешают работать так, как я хочу... — она резко сменила тему... — Вырвались все же?

— Да, было сложно. Отвезли беженцев по крупнейшим космопортам или по родным планетам — как уж получилось. Ремонтировались на Марсианском резервном. Потом сюда.

— Джон, я бы хотела попросить... У меня есть один знакомый, Джеймс Вега. Дослужился до лейтенанта, даже видел корабли коллекционеров и пережил их нападения на колонии. Он простой парень, но повидал много, для среднего человека — даже очень много. У него есть потенциал, перспектива. Можешь его взять к себе в экипаж и поднатаскать, подрихтовать. Ты же все же эн-семерка, а он тоже хочет реализовать себя. Пусть хоть эн-четверку получит, для него и это будет результат. — Эшли подала ридер. — Он как услышал, что вы вернулись из Четверки — прямо места себе не находит. Информации-то минимум.

— Эш, а почему ты не говоришь о его включении в команду? — Шепард просмотрел ридер.

— Вега пока еще не проявил себя полностью. Будучи в экипаже корабля он посмотрит по сторонам, почувствует, где ему лучше. Джон, с коллекционерами еще можно было сладить простой беготней с винтовкой наперевес. С Жнецами так не получится. Если Вегу пообтесать реальной боевой практикой, дать ему навыки рукопашки, а не уличной драки, то можно получить очень развитого бойца. Силы молодецкой у него и сейчас в избытке — от тренажеров не отлипает.

— Сюзанна? — Шепард прижал наушник к уху. — дай раскладку по Джеймсу Веге. Все, что найдешь. Основная информация — с ридера у меня на коленях.

— Хорошо, капитан. — отозвалась ИИ. Через две минуты на командирском ридере появилась полная информация. Ознакомившись с ней, Шепард ненадолго задумался.

— Если ты беспокоишься о переводе Альянса, то Кайден вполне может это дело пустить по своим каналам, ускорить. — сказала Эшли, когда увидела, что Шепард вынырнул из размышлений. — Или воспользуйся правом Спектра. Тебя его никто не лишал.

— Эш. Откровенно говоря, я понимаю, что тебе хочется сделать для него. — он указал на ридер с фотографией лейтенанта, который советник уже держала в своих руках. — Все возможное. Устроить, так сказать, его судьбу. Но после информации, предоставленной Сюзанной... Я не вижу в нем потенциала, Эш. Здесь, на станции, его улично-драковая подготовка может и сыграет некую положительную роль. Там, на борту корабля, в космосе, среди Жнецов... Увы, но у нас нет возможности заниматься обучением всех и вся. В моей команде Джеймс долгое время будет... не в своей тарелке. А это теперь... чревато. Прости, но столкновение с коллекционерами показало — нас впереди ждут боестолкновения, в которых подготовка Джеймса не будет достаточной. Чтобы не нагнетать панику, мы и не дали в эфир и Экстранет нашей Галактики многие материалы нашей миссии за Четверкой. Там было страшно, советник. И еще, Эш. Вега сейчас — на своем месте. Не надо его совать куда-то в элитные войска. Быстро измениться, насколько я понял из представленных материалов — ему не светит. А элитные войска — это не простой мордобой. Сюзанна успела раскопать и его страсть к карточным играм. А такие люди ненадежны. Пусть покопается в себе, пока можно. Пусть подумает и решит, что следует изменить. Пока можно. И, Эш. Не давай ему ложных надежд насчет места на "Нормандии". Сейчас для него это будет запредельная нагрузка. Сгорит. — Шепард сказал все это не глядя на советника. — Хотя, знаешь, Эш. Не время сейчас перебирать кадрами. Если уж ты советуешь его взять... Значит, что-то он из себя представляет. Пока мы будем метаться по Галактике, выполняя свои задачи, нам такие как он могут пригодиться. Но сейчас я не хотел бы принимать его на борт... Может быть, когда будем готовы отчалить отсюда. Тогда он сможет перейти на наш корабль. Но сразу скажу, Эш. У нас — корабль-ветеран и, соответственно — команда профессионалов. Знаю, что многие говорят о нашей вольнице на борту, но на самом деле это все внешнее. Пусть Джеймс не питает иллюзий — строить и воспитывать будем — по фронтовому.

— Понимаю, Джон. Ты прав. Он не сможет с первого дня усилить вашу команду, ваш экипаж. Я об этом тоже думала. Мне было важно сверить свое мнение с твоим. Пусть остается пока, до вашего отлета, на своем лейтенантском месте. А когда попадет на борт — укажешь ему место сам. Тебе я доверяю, а он — подчинится. Он у нас такой солдафонистый. Вам предстоят более точные, ювелирные операции. Не зря же "Нормандия" — корабль разведфлота. — советник встала. — Давай пройдемся по Цитадели, посмотрим хотя бы посольства. Полагаю, что в этот раз придется ими и ограничиться.

— Как скажешь, Эш. — Шепард встал, последним встал Бейли. Втроем они быстро вышли из дока и оказались в зале терминала прибытия. Советник быстро провела их "Зеленым коридором", охранники только вытягивались и козыряли — всем троим сразу.

— Как видишь, на посольском секторе мало кто верит в войну. Хотя теперь мы выставили предостаточно охранников. Даже самой непривычно. Но такое — по всей станции. Думаем также об организации ополчения. Это в ближайших планах. Посольский сектор — довольно закрытая зона и здесь охрана еще больше. В основном в охране — люди и турианцы, иногда — саларианцы. — она быстро поднималась по лестнице на второй этаж. — Здесь кабинет Бейли. — она указала на дверь и на табличку рядом с дверью. Коммандер, следовавший чуть сзади, прощально кивнул Шепарду и Уильямс, после чего исчез в открывшемся проеме. — Напротив — кабинет посла Андерсона, хотя он скорее сейчас, в связи с обстоятельствами войны с Жнецами, занимает пост военного советника Посольства. Ундине я стараюсь воли не давать, свела его на уровень технического специалиста. Советники не возражают, считают, что это не их уровень компетенции. Потому я отсюда, из посольского сектора его убрала. Он сидит в другом месте, в офисном центре городка Земли. Есть тут у нас такое образование, территориальное. Этот посольский квартал. — она сделала широкий жест рукой, обведя пространство вокруг. — достаточно большой. И главное, Джон. — она остановилась у двери со значком Спектров. — Это — новый офис структуры Тактической разведки Цитадели. Здесь все необходимое для работы — связь, банктерминал, стрельбище, лаборатория оружия, средства информации. Такие же офисы разбросаны по всей Цитадели. Этот закреплен за людьми. Поскольку ты пока что первый Спектр — Человек, считай, что это твой относительно стационарный офис. — с улыбкой Эшли перебросила через свой инструментрон на инструментрон капитана разблокирующую запись замка. Голограмма замка мигнула и осветилась зеленым. — Добро пожаловать, Спектр Шепард. Извини. Я к тебе, возможно, потом, позже сюда подойду. Сходим в бар, посидим. Поговорим. А сейчас — у меня есть дела, расписание и все такое.

— Спасибо, Эш. — Шепард прощально кивнул и перед ним открылась дверь в офис Спектров. Трехкомнатная планировка — кабинет с местами для сна, лаборатория и стрельбище — его вполне устроила. Открыв терминал, капитан быстро ввел свои идентификаторы и сразу натолкнулся на информацию о кварианском флоте.

"Они опять вооружаются. Отзывают паломников. Пытаются сконцентрировать свои силы у Вуали Персея. Похоже, они вламываются в слишком опасную ситуацию. — подумал Шепард, просмотрев агентурные данные спектровского уровня доступа. — Хорошо, что я об этом узнал. Надо будет поразмыслить". В контейнерах на стрельбище он нашел новые образцы вооружений для Спектров, обзавелся снайперской винтовкой "Черная Вдова", дробовиком и пистолетом. Проведя пока что небольшие усовершенствования, капитан постарался увеличить наносимый оружием урон и с удовлетворением закрыл створки оружейных шкафов.

Присев в кабинете в уголке отдыха, Шепард с пульта потушил везде в офисе свет, оставив только бра над креслом. Он вспоминал увиденное и почувствованное во время пребывания на Цитадели. К сожалению, он должен был признать: Цитадель к войне совершенно не готова. Здесь жили люди, которые могли себе позволить многое, если не все. Здесь обитали среднеобеспеченные люди. И их было большинство. Они совершенно не рассматривали грядущую войну с Жнецами как объективную, калечащую реальность. Для них она имела значение фактора, который мог бы повлиять на их личное благосостояние.

Включив экраны информационного центра, Шепард пробежался по видеоканалам, но нигде не нашел превалирования программ и передач, готовящих зрителей к тяготам войны, возможному нападению врагов, к участию в вооруженном гражданском ополчении.

"Курорт... — прошептал Шепард, переключая каналы по второму разу. — Просто пятизвездочный отель какой-то. Все только и заняты своими проблемами. Стоп... Проблемами? Что там говорил тот волус у лифта? Что протекторат Вол готов помочь проектам Альянса? Каким проектам? Сейчас, благодаря Хаккету и Андерсону могут быть только одни проекты — направленные на противодействие Жнецам. Значит ли это, что прожженные экономисты и финансисты волусы согласны поддержать экономику Альянса? А что они хотят взамен? — Шепард просмотрел логи инструментрона. — Так. Волусу-дипломату нужен протеанский обелиск. Бездна Шрайка. Все логично. Сейчас гражданским кораблям соваться во многие районы — самоубийство. Патрули Жнецов шныряют, благодаря броне, по таким путям, что любые разведфлоты рас Млечного Пути отдыхают. Да и уйти от полностью автоматизированных и тяжеловооруженных кораблей гражданские суда чаще всего не могут. Значит, чтобы не подвергаться опасности, представителям многих рас приходится сидеть на планетах или на таких вот станциях и ждать. Тем не менее... — Шепард вспомнил, как тяжело складывался разговор с Бейли и Эшли. Ему самому не было ясно, что и как делать в данной ситуации — слишком быстро все случилось. Слишком быстро. Он оставил команду на корабле, зная, что станция Цитадель может в любой момент стать ретранслятором или быть атакована Жнецами. Он не хотел, чтобы кто-то оставался на станции из экипажа и команды тогда, когда потребуется срочно улетать. Потому сошел на берег один. И теперь ему впервые стало ясно, как следует действовать, чтобы заручиться поддержкой рас пространства Галактики в битве, решающей битве со Жнецами. Конечно, использовать свои возможности, возможности корабля, команды, экипажа для оказания помощи. Боевой корабль, личный фрегат-разведчик. С помощью союзников они смогут оказать помощь очень многим и это резко облегчит переговоры, любые дипломатические контакты. Тем не менее, придется еще идти к Совету. Эшли — прекрасно, но политики Цитадели — необходимое звено в контактном листе".

Шепард встал с кресла. Автоматика зажгла в комнате — кабинете приглушенный свет.

Разговор с тремя политиками — Эшли благоразумно уклонилась от участия — не принес облегчения. Как и сказала Уильямс, они хотели уделять свое время только одному хорошо знакомому им занятию — грызне. На все остальное у них не хватало ни сил, ни желания.

Советник-турианец догнал капитана в коридоре, вполголоса сказал, что следует найти примарха Федориана. Тот вроде как открыт для нестандартных решений и его поддержка может позволить Шепарду заручиться помощью турианской Иерархии и ее вооруженных сил, формально — лучших в галактике. На прощание советник подтвердил, что Шепард восстановлен окончательно в звании Спектра и ушел, торопясь на очередное заседание. Капитан проводил его взглядом и направился к главному пассажирскому лифту посольского квартала.

Войдя в лифт, он на несколько мгновений задумался, какую клавишу нажимать. В посольском квартале было много лифтов и это не давало возможности создавать очереди и давку в кабинах. Так что было время для того, чтобы принять решение. Палец сам коснулся сенсора с надписью "Больница Гуэрта". Шепард помнил, что это — президент Североамериканских штатов-государств на Земле. И ему хотелось посмотреть, почему эту больницу назвали именно так.

Лифт остановился, двери открылись. Шепард сделал несколько шагов, выйдя из кабины и лифт отправился по другим вызовам. Оглядевшись по сторонам, капитан понял, что на самом деле больница не такая уж и большая. Современные технологии лечения и диагностики делали ненужным содержание множества коек для лежачих больных. Основное внимание уделялось быстрой и глубокой диагностике, точной постановке диагноза, назначению и проведению быстрого и эффективного безболезненного лечения. В душе у Шепарда шевельнулось нехорошее предчувствие — пока что в больнице ничто не напоминало военный эвакуационный госпиталь, но до этого оставалось так мало времени... Он решил пройтись по больнице, благо явных пациентов было немного и стеклянные стены и окна позволяли легко наблюдать за происходящим в смежных помещениях. За главными окнами во всех деталях можно было увидеть Цитадель, ее гигантские крылья, усеянные постройками жилого и производственно-обслуживающего назначения.

Предчувствия его не обманули. Именно в стенах больницы можно было увидеть те проблемы, которые со временем приобретут особую силу и особую опасность. Один из докторов, как следовало из его устных приглушенных переговоров по инструментрону, хотел бы найти формулу панацелина, который можно было бы безопасно применять при лечении инопланетян, например, ханаров. Больница располагала определенными возможностями для проведения научных исследований, но все же это не было чисто научно-исследовательское учреждение и при всем могуществе Цитадели возможности отдельно взятой больницы в проведении подобных исследований были весьма ограничены.

Другой доктор интересовался новыми методами лечения химических ожогов. Шепард, заглянув через плечо саларианца, смог прочесть об этом на экране его медицинского ридера. Короткий разговор позволил капитану уточнить потребности врача. Ничего не обещая, Шепард кивнул исследователю и отправился дальше.

Азари-ученая оживленно обсуждала с кем-то по коммуникатору возможность найти новые биотические интерфейсы. Шепард, зная, что не следует мешать разговаривающим, не стал привлекать к себе внимание, но его инструментрон отметил и эту возможность для оказания действенной помощи.

Углубляясь в помещения больницы, Шепард услышал, как доктор-саларианец, не замечая никого вокруг, бормочет что-то о необходимости найти противоядие для спасения жизни турианского генерала. Шепард отметил это как возможную помощь и хотел было уже возвращаться в посольства, а оттуда — на Цитадель, когда его взгляд наткнулся на знакомое лицо. Это была доктор Хлоя Мишель.

— Здравствуйте, док. — поприветствовал медика капитан, дождавшись, пока врач закончит разговор с коллегой.

— Капитан Шепард! Рада вас видеть.

— Я тоже очень рад. Вы серьезно выросли после той клиники...

— Да. Мне не раз приходилось начинать сначала, но ведь тогда на Цитадели вы спасли мне жизнь. А потом мне предложили работу здесь. Я закрыла свою клинику и перешла сюда, обычным сотрудником. Мне здесь нравится: больше пациентов, есть сложные случаи, интересные проблемы. И главное — я не одна. Вы как здесь?

— Прибыл с Марса...

— Да, знаю. Адмирал Хаккет распорядился о военном положении. Мои родители были военными медиками Альянса, а я решила стать гражданским. Сохранила традиции семьи врачей, но стремилась всегда лечить невоенных.

— Доктор Чаквас у меня на борту. Не желаете к ней присоединиться? Сейчас у нас на борту могут быть и гражданские. Им будет нужна помощь гражданского медика. Сложное время наступает.

— Хм. Дайте-ка минутку подумать... А что, вы правы. Ваш корабль — военный, а теперь военные должны помогать гражданским. Многие гражданские больше доверяют гражданским медикам, так что ваша мысль... Мне она определенно нравится, капитан.

— Тогда. — Шепард активировал свой инструментрон и переслал на инструментрон врача адресный индивидуальный код допуска на борт фрегата. — Жду вас, можете сразу пройти к Карин, она будет рада, поможет вам освоиться.

— Спасибо, капитан. — врач поспешила по своим делам.

Достигнув последних помещений больницы, открытых для свободного доступа, Шепард отправился в обратный путь. Теперь ему уже не казалась угроза Жнецов для Цитадели чем-то очень далеким и неважным. Здесь, в больнице, закономерно персонал сталкивался с теми проблемами, о которых за пределами лечебного учреждения не знали, не помнили, не хотели говорить и думать. Войдя в лифт, Шепард нажал клавишу посольского этажа.

Пройдя по коридору второго этажа, Шепард раздумал заходить в офис Спектров и вернулся в общий зал. Ожидая лифт, он напряженно вслушивался в разговоры между дипломатами, сотрудниками посольств и членами их семей. Но пока все было в пределах нормы. Лифт доставил капитана на уровень доков. Перед воротами дока "Нормандии" стоял качок с объемистым рюкзаком у ног.

— Капитан. — он отдал воинское приветствие. — Лейтенант Джеймс Вега, капитан. Готов к прохождению службы.

— Значит так, Джеймс. Мы принимаем вас к себе в экипаж. Но сразу скажу — на борту категорически запрещены азартные игры. Любые. Даже на интерес и на щелбаны. Никто из членов экипажа и команды не имеет права участвовать в таких играх и за пределами фрегата. Как в рабочее, так и в личное время, включая увольнения и высадки. Это ясно?

— Да, капитан.

— У нас также не принято распивать крепкие спиртные напитки. Ни на фрегате, ни за его пределами. В любое мыслимое время. Это ясно?

— Так точно, сэр.

— И у нас не принято решать все возможные проблемы путем поединков на арене или организацией мордобоев любой степени. Нам хватает проблем на высадках и на миссиях. Внутри корабля физическое воздействие, то, к которому вы так привыкли, абсолютно недопустимо. Это ясно?

— Да, сэр.

— Мы предоставим вам возможность держать вашу физическую форму в норме, но это не означает, что вы имеете право кичиться ею перед другими членами экипажа и команды. У нас каждый занимает свое место и делает все, от него зависящее, для общего успеха. Его форма и внешность, его физическое развитие — не повод для устройства соревнований и для высказывания сомнений в его достаточности или пригодности. Это ясно?

— Да, сэр.

— И последнее. Пока что вы будете должны пройти длительный курс подготовки. Мы постараемся вас не держать в тылах, а использовать в самое ближайшее время так, как это позволяет сделать ваша уже достигнутая форма и ваши уже имеющиеся способности. Без военной работы вы не останетесь. И пострелять и подраться будет немало возможностей. Но до определенного момента, лейтенант, вы — просто исполнитель. Ваше офицерское звание здесь, на корабле, не являющемся частью Альянса — не повод строить всех окружающих и пытаться командовать. Нам нужно сделать из вас профессионала — и мы это сделаем. Своими методами, способами и средствами. С учетом требований не мирного, а военного времени. Полагаю, что и ваш достигнутый уровень и ваш потенциал, который мы усовершенствуем и разовьем, позволят вам претендовать на что-то большее, чем эн-четверка, если мы победим. А мы — победим. Это ясно?

— Так точно, сэр!

— На борт. В транспортный трюм. Вам там приготовлены места для сна и для спортзала. Штанга, гири и турник? — спросил Шепард, кинув взгляд на рюкзак.

— Да, сэр. — качок подхватил казавшийся неподъемным рюкзак. — Я все понял, сэр. Буду все выполнять, сэр.

— Идите. — Шепард повернулся к выходу, намереваясь получить последние информационные данные по ситуации из общедоступного терминала, но к нему подошла молодая девушка, возле которой увивался сьемочный дрон.

— Капитан Шепард? Я военный тележурналист новостной сети Альянса, Диана Аллерс. — она подала ридер. — Мне предоставили право на свою собственную передачу в сети вещания Альянса, но ее смотрят на многих планетах, признающих власть Совета Цитадели. Мне бы хотелось сделать серию репортажей с борта корабля, оказавшего столь большое влияние на события новейшей истории, сэр. Я буду предоставлять вам полностью смонтированные материалы перед тем, как выпустить их в эфир. Вы сможете их отредактировать или вообще не дать санкцию на выход.

— У нас так принято, что без санкции капитана ничто не может покинуть борт корабля, Диана. Это ясно? — капитан просмотрел ридер, вернул его журналистке.

— Да, капитан.

— И у нас принято, что личная жизнь членов экипажа и команды, а также их жизнь на корабле и вне его не могут быть предметом безграничного журналистского любопытства. Вам нельзя будет приставать ко всем, находящимся на моем корабле с расспросами или пытаться шпионить за ними. За любую попытку собрать компромат или накопить жареные факты, используя все происходящее на корабле, вы будете подвергнуты немедленному наказанию по законам военного времени. Мой корабль — не совсем обычный. Мы — не часть Альянса, а свободные охотники. И далеко не все, что приемлемо для других — приемлемо для нас. Это ясно?

— Да, капитан.

— Вы также не можете использовать вашу привлекательность, Диана, для того, чтобы получать информацию от тех, кто находится на борту. Я имею в виду секс прежде всего, а также попытки спровоцировать ухаживание. Не пытайтесь также никого споить или накачать наркотой. У нас полно представителей других рас Млечного Пути на борту, а у них в свою очередь полно всяких возможностей и способностей, которые могут быть применены так, что вам не понравится. И мне не нужны сексуальные скандалы и межличностные непонятки на корабле. Это ясно?

— Да, капитан.

— И еще — на борт вы можете взять вещей не больше этого сундучка. — капитан указал на прикрепленный к стене неподалеку очень небольшой по размерам контейнер. — У нас уже идет тяжелая длительная война в галактических масштабах и светить нарядами уже не нужно. Форма Альянса без знаков различия вполне подойдет. И, Диана, последнее. Вы — журналист. Прикоснетесь к оружию — мгновенно будете дисквалифицированы. А теперь — собирайте вещи и следуйте на корабль. — Шепард отвернулся от опешившей журналистки и направился в общий зал. — Сюзанна, распредели этих новичков по жилищам. Дай Диане возможность осесть на инженерной палубе, ее внешних частях. С аппаратурой ей будет там легче организовать студию. Не надо ей давать возможность студировать корабль. Пусть формирует картинку из своего обиталища.

— Принято, капитан. Оба уже на борту.

— Хорошо. До связи.

— До связи, капитан. — ИИ отключилась.

— Капитан Шепард? Гражданский специалист Альянса Саманта Трейнор, сэр. — одетая в альянсовскую полувоенную форму со знаками отличия гражданской службы Альянса Систем девушка отдала воинское приветствие. — Адмирал Андерсон приказал передать вам это, сэр. — она подала ридер, засветившийся, едва Шепард взял его в свои руки.

"Джон, направляю к тебе Саманту Трейнор. Она — превосходный специалист по обработке самой разной информации, хорошо ориентируется в информационных системах. Приложила максимум усилий к тому, чтобы получить лучшее образование, отличается редкой последовательностью и усидчивостью. Альянс помог ей получить высшее образование и она с честью отработала срок распределения. Позднее она весьма успешно работала в научной группе Альянса, теперь желает быть поближе к сражениям. Она — из числа тех, кого вы спасли от похищения на Горизонте, там жили ее родители, они тоже остались живы благодаря вам. Их и ее не успели похитить. Она это очень ценит. Джон, она прекрасный человек и специалист. Надеюсь, Мордин Солус сможет ей помочь с аллергией и проблемами с желудком. Она заслуживает быть в твоей команде, Шепард. С уважением — адмирал Андерсон."

— Хорошо, Саманта. — Шепард опустил ридер в планшетку. — Адмирал Андерсон очень высокого мнения о вас и я полагаю, что он не ошибся. Я принимаю вас в команду. Не в экипаж, а в команду. Вы нам будете очень нужны. И мы вам поможем. — он открыл переходной шлюз. — Добро пожаловать на борт, специалист.

— Спасибо, капитан. — Саманта подхватила две объемистые сумки и прошла в тоннель перехода.

— Сюзанна, дай ей одну из кают. Она — в команде.

— Поняла, капитан. Все будет сделано.

Ознакомившись с информационными материалами, Шепард вернулся в док Нормандии и по переходу легко достиг борта корабля.

========== Глава 95. Вылет с Цитадели. Организация "Голоса Сопротивления" ==========

— Капитан. — едва только Шепард переступил порог шлюзовой камеры, к нему подошел Джокер. — Тут вас Хаккет добивается.

— Хорошо. Я у себя в каюте, Джеф. Переведи сигнал туда. Готовь корабль к отлету на Палавен. Подробности... позже.

— Да, капитан. — Джокер ушел к себе.

— Адмирал. — Шепард, войдя в каюту и увидев синеватую фигуру высшего офицера, отдал воинское приветствие.

— Шепард. Как обстановка? — Хаккет отзеркалил приветствие. Он был таким же, каким его запомнил Шепард по встрече на Марсе, но теперь его лицо хранило печать напряжения и неудовольствия.

— Совет, как я предполагал раньше, ничем нам не поможет. Эшли делает все, что может, на своем уровне. Думаю, здесь проблем не будет. Но эта тройка... Они занимаются грызней. Я переговорил отдельно с советником-турианцем. Он предлагает нам союз в обход Совета. И я думаю, что я воспользуюсь этой идеей, адмирал. Кроме того, у людей на Цитадели предостаточно проблем, которые я смогу решить с помощью корабля, команды, экипажа. Надо им помочь, а они помогут мне получить поддержку их рас. Неофициально, в обход властных пирамид. Можно сказать, поддержку народа. Пока запросов немного, но я уверен — с приближением волны Жнецов к Цитадели их будет больше. В больницах Цитадели чувствуют, что будет очень сложно. Готовятся, как могут. Я взял доктора Мишель на борт, нам нужны гражданские медики. Доктор Чаквас одна везде поспеть не сможет. Даже с помощниками. А доктор Мишель сама прошла путь от врача маленькой клиники до одного из ведущих специалистов госпиталя Гуэрта. Полагаю, это достаточная рекомендация для ее участия в работе нашего экипажа и команды, адмирал.

— Вы правы, капитан. Мы тут пока справляемся. Виделись с Андерсоном?

— Нет, адмирал.

— Я принял решение отозвать его на Землю. Нам нужен лидер его уровня. На планете. Я обеспечу флотскую поддержку, он — армейскую.

— Понятно, адмирал. Я обратил внимание, что его кабинет в посольствах давно не посещался.

— Он не любит сидеть по кабинетам. Я слышал, "Цербер" уже пытается травить турианцев ядом?

— Он использует все возможности, чтобы ослаблять нас и наших союзников, адмирал.

— Мы уже немало сделали по ликвидации его структуры на Земле, но, к сожалению, сделать быстро это невозможно. Многие части этой гидры расположены в космосе. А мы слишком молодая раса, чтобы знать свою Галактику досконально, капитан. Кое-что удается делать, но "Цербер" чертовски много понастроил и в космосе и на планетах при поддержке разнообразных бизнесменов.

— Понимаю, адмирал.

— Держите меня в курсе, капитан. Жду ваших докладов. И... успехов вам на Палавене. Полагаю, поддержка турианцев нам не повредит. Нам нужна мощь их флотов, капитан.

— Постараюсь сделать все возможное, адмирал. — Шепард отдал воинское приветствие. Хаккет отзеркалил и его синеватая фигура растворилась в полутьме каюты капитана.

Посмотрев на часы, Шепард удивился — был уже поздний вечер. "Нормандия" шла по курсу, с каждой минутой приближаясь к Палавену. Капитан снял с себя изрядно надоевшую "дипломатическую форму" и лег в постель.

Сон пришел сразу. Вязкий кошмар окутал его сознание. Он снова на станции Коллекционеров. Снова вокруг залы с трубопроводами и капсулами. Со всех сторон крики, мольбы, стоны, вопли. Он один, не знает куда сначала бежать, кого первого спасать. Он не успевает... Не успевает спасти всех, даже очень многих... С каждым его шагом, с каждым движением он ощущает, как растворяются все новые и новые пленники, атакуемые полчищами механических насекомых. Атмосфера вокруг накаляется, свечение в зале приобретает кроваво-красный оттенок. Затем следует взрыв и он видит станцию коллекционеров, разлетающуюся на куски, понимает со всей остротой, что далеко не всех спас.

Шепард очнулся, как будто быстро вынырнул из глубины какого-нибудь заиленого и заросшего водоема. Сев на кровати, он попытался осмыслить происшедшее. На часах была половина пятого утра. Через час экипаж и команда проснутся и приступят к ежедневным работам. До Палавена с учетом опасности патрулей Жнецов надо было идти еще двое суток. Шепард вспомнил увиденный сон и ему стало не по себе. Слишком непохожим был этот сон на обычные кошмары.

В дверь капитанской каюты постучали. Шепард скользнул взглядом по своему телу — он опять лег в постель, оставив на себе футболку и спортивные штаны, которые удобно было одевать под любое облачение. Сочтя, что такой вид не будет предосудительным в такой ранний час, капитан встал и открыл дверь. На пороге стояла Бенезия.

— Проходите, присаживайтесь, матриарх. — Шепард отступил в сторону, сделав приглашающий жест. Азари вошла в полутемную каюту капитана, механически огляделась по сторонам, но садиться не стала. Ее взгляд прочно сфокусировался на Шепарде. — Что-то не так?

— Многое не так, Шепард. — мягко сказала матриарх. — С вами многое не так.

— Бенезия, я конечно, понимаю, что ваша...

— Только не надо начинать говорить про возраст, мудрость, опыт и прочее. Не время сейчас заниматься извержением пустых фраз, капитан. Вы в полупотерянном состоянии сходите на Цитадель, долго говорите с коммандером Бейли, затем — с советником Уильямс и вас все это время не покидает неуверенность, неспособность сконцентрироваться, вы ощущаете невозможность определить, что следует делать дальше. Вы направляетесь в посольский сектор, затем в больницу Гуэрта и только там начинаете ощущать, понимать и чувствовать: наконец-то вы определились. Вам нужно оказывать помощь окружающим, делать то, что они не могут по очень многим причинам, зато... Зато можете вы. Встреча с Советом дала вам возможность удостовериться в справедливости слов советника Уильямс — они занимаются грызней вместо того, чем надлежит заниматься администраторам их уровня. И вы понимаете, что следует искать другие пути. Хорошо, что теперь вы знаете — вам нужно помогать простым людям, а они потом помогут вам. Встреча с советником-турианцем дает вам возможность все же сохранить контакт с Советом и властными пирамидами. Вам подтвердили статус Спектра, но это вас не обрадовало и не удовлетворило. Вы возвращаетесь на корабль и, наконец, пилот слышит от вас четкое указание — Палавен. Всем хорошо известно из Экстранета — Жнецы теснят лучшую армию в Галактике, наносят ей сильные удары. Если мы заручимся поддержкой турианцев, нам придется серьезно им помочь. А ночью вас настигает кошмар.

— Мне, наверное, следует...

— Не надо, Шепард. Восхищение моими способностями тут ни при чем. Тут играет роль другое. Да, мне около тысячи лет, я — матриарх азари, расы, которая выросла на планете, насыщенной нулевым элементом в таких объемах, что другая раса просто бы вымерла, не сумев справиться с подобным излучением. А потом мне пришлось попробовать другое излучение...

— Властелин.

— Да, Шепард. И теперь на вас, как на уничтожителя Жнеца-наблюдателя направлена персональная ненависть всего флота Жнецов. Они пытаются сломить вас, сломить вашу волю, психику, вашу стойкость. Оттого сегодня и приснился вам этот кошмар. Вас пытаются всеми силами убедить, что вы все равно проиграете, что вы не спасете никого, что все ваши усилия бесполезны... Жнецы знают, что сломив вас, они серьезно ослабят других членов вашей команды, вашего экипажа, убьют в них силу надежды и веры в победу, в будущее, в необходимость дальнейшего сопротивления.

— Но до...

— Шепард, все меняется. Затронув уже не отдельных личностей, не безмозглых гетов-еретиков, не превращенных в хасков протеан, а огромные массы населения Галактики, Жнецы и их руководители понимают: до непосредственного контакта вас и Жнеца дело может и не дойти. Вы организовали сопротивление, предупредили Землю, собираете армаду для генерального сражения. Нужно быть совсем тупицей, чтобы не просчитать все это или просто не понять. Жнецов и их руководителей нельзя назвать тупицами и глупцами. Это смешно. Тридцать с гаком миллионов лет непрерывных разнообразных экспериментов в любом случае заставят поднять уровень развития и совершенства. Это ясно. Жнецы и те, кто стоят за ними понимают: проблема — в скорости. Вы еще можете выиграть, Шепард. Важно не дать вам набрать скорость и необходимую мощность. Вы сами на Цитадели пересмотрели кучу местных и галактических каналов. Да, вам хорошо известно, что идет война. Но вам также известно, что большая часть населения нашей Галактики еще продолжают жить по стандартам мирного времени. А это уже очень на руку Жнецам. Они сумеют воспользоваться этим благодушием в полной мере. Они уже им пользуются весьма эффективно. Бейли сказал про дредноуты. Но они теперь в соседних системах, окружающих Цитадель. А Цитадель — без охраны. Даже фрегатов нет вокруг. Никаких. Ни азарийских, ни принадлежащих другим расам, даже членам Совета Цитадели. Азари, Турианцы и Саларианцы поняли вдруг, что Цитадель невозможно защитить. Они в это уверовали. Не уверовала в это только Уильямс, снедаемая виной за то, что ее родственник сдал турианцам Шанси. Сдал в военное время, поддался неверию. Даже хранители отреагировали — сжали лепестки Цитадели, свели их ближе. Средства массовой информации не изменили содержание сетки вещания. Они знают, что Хаккет ввел в мирах, контролируемых человечеством, военное положение. Но это для медийщиков и их потребителей — только строчка в новостях. Без последствий, без комментариев. Жнецы знают вашу неудовлетворенность, знают о том, что вы не смиритесь с таким ощущением. Знают, поскольку подчинили протеан и смогли найти многие их форпосты со всем содержимым. Знают, что вы сняли всю информацию с маяка на Марсе. Знают и хотят, чтобы вы оставались только воином. Только тем, кто вступает в бой используя стандартное оружие. Я же предлагаю вам другое, дополнительное оружие. Стать Голосом сопротивления. Взять на себя трудную миссию массовой подготовки рас Млечного пути к противостоянию с беспощадным, полностью автоматическим врагом. Миссию информирования о происходящем вокруг пространств множества рас.

— И как вы себе это представляете?

— Скорость нашего передвижения по Галактике, Шепард, — азари не меняла позы и не смотрела в глаза капитану. — закономерно снизится со временем еще больше. Жнецы будут способны контролировать хотя бы разведкой все большие пространства. Тем не менее, два специалиста у нас уже есть. Это Саманта Трейнор — она превосходна в обработке информации и аналитике. И Диана Аллерс — военный тележурналист. Вдвоем, под контролем и с активной помощью экипажа и команды они смогут обеспечить очень мощное агитационно-пропагандистское и информационное воздействие на все расы Галактики.

— Бенезия, если мы еще начнем излучать подобное — Жнецы нас вычислят в момент и бросят все возможные ресурсы на наше уничтожение. Я готов умереть, но не так быстро и бесславно. И я не думаю, что следует таким образом подставлять всю команду и экипаж.

— Ошибаетесь, капитан. Не надо никого подставлять и никто никого не будет заставлять быстро и бесславно умирать. Во-первых, нам все же придется все равно помотаться по Галактике — и для того, чтобы в ходе миссий собрать силы для генерального, надеюсь, финального победного сражения с Жнецами, и, во-вторых, для того, чтобы помочь всем, кто не имеет таких возможностей, какие имеем мы, но нуждается в чем-то, что только мы можем достать и доставить нуждающемуся и всем, кто с ним связан. Мы сможем вести вещание, используя их возможности, а также те планеты, где можно будет оставить автономные излучатели. Важен пример, а не только осуществление пропаганды, агитации и информирования своими силами. На многих планетах чаще всего уже не будет жизни или ее вообще там никогда не было. Населенных миров в Галактике слишком мало, капитан, чтобы всерьез опасаться за каждое небесное тело. Тем самым мы рассеем клины армад Жнецов, расстроим их порядки, заставим бить по площадям и терять нужный уровень эффективности. Это не обеспечит, но приблизит победу, позволит нам заняться своими задачами в более выгодных для нас позициях и условиях. Жнецы, безусловно, продолжат давить персонально на вас, Шепард. И для того, чтобы их давление не увенчалось успехом — надо активизировать борьбу по слишком многим направлениям. Одного-двух уже недостаточно. Здесь придется использовать все, что только можно. В огромных масштабах и объемах.

— Хорошо, Бенезия. Вы меня убедили. Но Лиару подключать мы не будем. Или будем только в обезличенном варианте. Нельзя дать им вычислить "Серый Трон". Или дать возможность "Церберу" отследить сигнал.

— Мы об этом позаботимся, Шепард. — сказала Бенезия. — Попробуем обойтись без Лиары. Правда, в силу обстоятельств, нам рано или поздно придется побывать на "Сером Троне", в пределах Точки. Не спорю, для этого следует выбрать удобный и безопасный момент. И как быть с этими двумя спецами?

— В десять в конференцзале. До Палавена у нас есть еще время.

— Хорошо, капитан. — Бенезия повернулась к выходу. — Спасибо вам... за Лиару...

Шепард промолчал, склонив голову в прощальном поклоне. Матриарх покинула его каюту.

На личном терминале он обнаружил новые сообщения. В одном из них адмирал Хаккет приказывал всем силам Альянса Систем, как армейским, так и флотским и гражданским, оказывать максимальную помощь, поддержку и содействие экипажу и команде фрегата "Нормандия". Во втором содержалась информация об обнаруженной на Святилище базе "Цербера". Хаккет в этом сообщении не требовал немедленного прибытия Нормандии, понимая, что Шепарду необходимо будет договориться с турианцами. А вот третье сообщение поставило капитана в тупик — на Иден Прайм был обнаружен неизвестный протеанский артефакт. Подробностей в сообщении не содержалось, но что-то подсказало Шепарду, что это — слишком крутой поворот в предстоящей истории.

— Джеф.

— На связи, капитан. — откликнулся пилот. — Меняем курс?

— Мы далеко ушли от Цитадели?

— Пока нет, капитан.

— Тогда — меняем. Курс — Иден Прайм. Приготовь оружие и пассивные сканеры. Возможны столкновения с "Цербером" и разведкой Жнецов.

— Понял, капитан. Оружие и сканеры приведены в готовность. Прибытие ровно в час дня. На орбиту планеты.

Поработав над документами, ровно в десять капитан вошел в конференцзал. Матриарх, Саманта и Диана уже ждали, сидя за большим столом. Они с интересом и некоторым опасением поглядывали на Бенезию, недвижимо сидевшую в своем кресле и не обращавшую на молодых девушек ни малейшего внимания.

— Итак.. — капитан сел в свое кресло. — Мы следуем на Иден Прайм. Там был найден какой-то очень нестандартный артефакт протеанских времен и нам следует побыстрее забрать его себе, чтобы никто им не воспользовался раньше нас и нам во вред. Пока мы туда доберемся, у нас есть время обсудить наши проблемы. Сразу скажу, Диана и Саманта, не удивляйтесь. Матриарх Бенезия — мой верховный помощник по множеству вопросов и проблем. Вы здесь новенькие и она, думаю, не откажется взять над вами своеобразное шефство.

— Не откажусь, капитан. — матриарх холодным взглядом окинула девушек и те постарались поглубже вжаться в спинки кресел. — Полагаю, они и сами многое уже поняли.

— Поняли, Бенезия. Это точно. Начнем с вас, Диана. Вы уже прошлись по кораблю, переговорили со многими членами экипажа и команды фрегата. Полагаю, вы понимаете, что то, что я вам сказал в доке, остается в силе и знаете, почему и для чего я вам это сказал.

— Да, капитан. Не скажу, что это было привычно и легко, но... новое меня привлекает, а тут... Тут сверхновое... — ответила Диана.

— Как вам ваше помещение?

— Я привыкла обходиться малым, капитан. Так что меня мое новое обиталище вполне устраивает. Студия там же где и жилище — вполне нормально.

— Капитан, — в зал вошла Сюзанна. — данные по протеанскому артефакту на Иден Прайм. Перехват. — она положила перед Шепардом ридер и замерла, кивнув предварительно Бенезии и холодным взглядом смерив двух новичков.

— Хорошо, Сюзанна. Прекрасная работа. По меньшей мере это что-то поясняет. — сказал Шепард, ознакомившись с текстами. — Диана, Саманта. Представляю вам второго пилота корабля — Сюзанну. И сразу предупреждаю. Она — киборг и ИИ корабля. Не советую шутить с ней и пытаться противоречить ей. Ясно?

— Да, капитан. — почти хором ответили девушки.

— Спасибо, Сюзанна. — Шепард кивнул и ИИ вышла из зала, предварительно смерив обеих новичков предупреждающим взглядом.

— Капитан. — Диана посмотрела на Шепарда самым просительным взглядом. — ИИ на службе...

— Диана. — Шепард положил на стол руку, собирая пальцы в кулак. — Я же сказал. Ничего не уйдет с корабля без моего разрешения. И не пытайтесь допрашивать и расспрашивать Сюзанну. Ей дано право сопротивляться и защищаться от всего, что может нанести любой ущерб кораблю, экипажу и нашим интересам и потребностям. Она — полностью развившийся ИИ с минимальными ограничениями. И, предупреждаю вас, Диана. Любая попытка установить скрытые микрофоны или скрытые камеры, а также просто подслушать или подсмотреть — будет пресечена Сюзанной в зародыше. А вы — строго наказаны. Сначала — ею. Потом — мной. Ясно?

— Ясно, капитан. И как мне теперь работать?

— Обычно. Готовьте материалы по борьбе с Жнецами и их приспешниками, используя Экстранет и его ресурсы. Саманта поможет вам отфильтровать ложь от правды и правду вы скомпонуете в то, что позволит сохранить и развить Сопротивление. В масштабах Галактики. А потом придет время и для рассказа о тех, с кем непосредственно встретятся члены экипажа и команды фрегата. В разумных и необходимых пределах. Диана, вопросы?

— Нет вопросов. Пошла шерстить Экстранет, подбирать материалы. — журналистка встала.

— Капитан, а ведь действительно. Как ей работать? — спросила Саманта.

— Вы сами прекрасно понимаете, что нельзя давать Жнецам информацию о деталях. Вот она и не будет ее давать. Саманта, вы гражданский специалист Альянса, вы профессионал, вы знаете что и как нужно делать. И делаете то, что вам поручают не иначе как прекрасно. А она — простой журналист, воспевавшая армию и флоты Альянса. А мы теперь со всей армией и флотами стоим перед тем врагом, которому на все аллерсовские воспевания — начхать с высочайшей колокольни. Это машины, Саманта. А Аллерс — простой человек, которая просто желает и дальше делать привычные ей вещи. И если она продолжит их делать так, как привыкла в условиях мира, она сломает не себя, она сломает слишком многих, чтобы это ломание можно было счесть простой невинной шалостью. И либо она станет "голосом Сопротивления", либо я лично расстреляю ее перед строем. — сказал Шепард. — А для того, чтобы она не наворочала глупостей, я и предупредил ее о Сюзанне. ИИ корабля контролирует все и следит за всем. Аллерс даже не представляет ее силу и могущество. Для Сюзанны Аллерс — чужая. Я это точно ощущаю. И она относится к ней как к чужаку. И будет так относиться до тех пор, пока Аллерс не поймет, как и что ей теперь надо делать и не начнет это делать с высочайшим качеством и без всяких попыток вернуться к излюбленным штучкам. Сюзанна просто как машина не даст Аллерс навредить нам. А как ИИ — просчитает ее раньше, чем та сумеет что либо понять. И либо Аллерс будет работать так, как надо, либо Сюзанна ее уничтожит.

— Вы дадите ИИ, киборгу, уничтожить человека?

— Посягнувшего на наши цели, на нас, на корабль, на будущее — безусловно. Как вы поняли, Сюзанна уже имеет полномочия по защите и обороне корабля и экипажа. Так что моего спецразрешения относительно Аллерс ей не будет нужно получать. Так вот, Саманта. На вас, как на специалисте по поиску, сбору и анализу информации будет лежать ответственность за то, что Аллерс скажет и покажет в эфире. Нам нужно сделать все, чтобы организовать активное сопротивление Жнецам на всех населенных мирах нашей Галактики. Нам предстоит посетить множество мертвых и множество живых миров, но всегда мы должны говорить и показывать только то, что способно даже камень убедить в нашей победе, в нашей стойкости, в нашем потенциале бороться и побеждать. И если Аллерс будет допущена только к Экстранету, то вам, как специалисту по информации мы, — он переглянулся с Бенезией, матриарх кивнула, — дадим больше источников и возможностей. Аллерс не в команде и не в экипаже. Она — просто обслуживающий персонал. Вы — не просто в экипаже, вы — в команде. В этом тоже — разница. У вас, Саманта, будет возможность самой давать Аллерс материалы, которые она будет обязана облечь в звуко— и видеоряды. А после визирования командованием корабля — и не только мной лично — выпустить в эфир так и там, где и как это будет нужно. Мысль ясна?

— То есть я уже не только...

— Нет, Саманта. Вы сами будете получать, искать и компоновать материалы так, как вам покажется это необходимым, вы получите право отказать Аллерс в их изменении, вы сможете заставить ее выпустить материалы в вашей авторской редакции. И к тому же вам будет неплохо иногда и самой появляться на экране. — Шепард улыбнулся. — Саманта — журналист, профессиональная лицедейка. А вы — настоящее лицо, современное лицо человечества.

— Шепард, но я...

— Саманта, в военное время нужны не только ваш разум и интеллект, не только ваша подготовка и ваши профессиональные качества. Люди, представители других рас должны увидеть человечество не прилизанное, не отретушированное. А вы для этого подходите наилучшим образом.

— Шепард, спасибо... Вы...

— Не надо, Саманта. Чтобы вы не думали о нас плохо, скажу еще одно — в самое ближайшее время мы возьмем на борт всю вашу семью. Во всяком случае — самых близких для вас людей. Для этого места и возможностей у нас хватит. Это, безусловно, позволит вам успокоиться и сконцентрироваться на работе. А им — быть спокойными относительно вас. И еще, Саманта. Вы, надеюсь, поняли, что в поиске и обработке информации Сюзанне здесь равных просто нет?

— Да, капитан, полностью развившийся ИИ...

— Так вот, мы знаем о ваших проблемах со здоровьем. А вы, надеюсь слышали о нашем профессоре?

— Мордине Солусе? Конечно. Я даже говорила с одной из его студенток. Она очень высокого мнения о нем, как об ученом и враче.

— Обратитесь к нему. Думаю, он вам поможет. Саларианская медицина способна на многое. А сейчас нам нужны вы здоровая и полная энергии. — улыбнулся капитан. — Действуйте, Саманта. Свободны.

— Спасибо, капитан... — девушка встала и почти бегом направилась к выходу из зала. Шепард и Бенезия остались одни.

— Напугали девушку. А вторую чуть в эйфорию не ввели. — отметила матриарх. — Но справедливо. Эта журналистка должна понять — либо она действует по нашим правилам, либо она — труп. Саманта мне больше нравится. В ней есть изюминка.

— Капитан, я правильно понял Сюзи? Следовать через Горизонт? Поднять на борт родственников Трейнор? — на экране конференцзала появился Джеф.

— Да, Джеф. И сделать это надо сейчас. До прибытия на Иден-Прайм. Предупреди Стива, пилота челнока. Пусть Сюзанна отследит местоположение родителей Трейнор и ближайших родственников, кто будет на планете. Дальше ты сам знаешь, что и как делать. Пусть Сюзанна выделит им одну-две каюты.

— Понимаю, капитан. Меняю курс. — пилот выключил трансляцию и связь.

========== Глава 96. Иден-Прайм. Борьба с "Цербером". Протеанин ==========

Война добралась и до Иден Прайм. Шепард ясно видел это на экранах, в капитанской каюте, куда Сюзанна передавала оперативную информацию с дальних локаторов и сканеров.

— Капитан, Жнецы в своем стремлении к Земле миновали большую часть Скопления Исхода. — доложила ИИ. — Только частично они затронули колонизированные планеты. Тем не менее им уже нанесен значительный ущерб. На Иден Прайм, в частности, разведка Жнецов атаковала огромную монорельсовую дорогу, пожары охватили значительные площади полей и тепличные хозяйства. Поселенцы страдают, на частотах связи отмечаю множество сигналов бедствия. Гражданские археологи ведут, продолжают вести раскопки, ведь тот маяк был только первой находкой. Теперь раскопки резко расширились в размерах и активизировались. Там найдено немало башен с информацией. И если тогда мы прочли в маяке предупреждение о вторжении Жнецов от протеан, то теперь Жнецы не стали останавливаться на этой колонии. Второй атакующей силой является "Цербер", который прекрасно понимает, что против его десанта колонисты организуют достаточное сопротивление. "Церберу" нужны протеанские технологии и он постарается прибрать к рукам раскопки. Если атака "Цербера" на раскопки увенчается успехом, то колониальная система планеты будет покорена или уничтожена силами десанта этой организации. Полагаю, капитан, нам нужно не только забрать этот артефакт, но и передать всю возможную информацию об атаках "Цербера" поселенцам. Это поможет им организовать более эффективное сопротивление.

— Капитан, корабль на орбите планеты. Вижу разведку Жнецов, они в удаленных от точки секторах. Нам не помешают. А вот два корабля "Цербера" — крейсер и десантный транспорт — это проблема. Снижаюсь. Челнок готов к высадке, капитан.

— Джеймс. Вы идете со мной. — распорядился Шепард, надевая броню и проверяя оружие.

— Слушаюсь, капитан. — отозвался лейтенант. — Я уже в доке челноков.

— Хорошо. — Шепард по лестнице быстро сошел в док челноков. — Стив, отправляемся. У нас мало времени.

— Понял, капитан. — водитель кивнул и челнок вырвался из чрева фрегата, уходя по пологой траектории вниз, к планете. — Оцениваю ситуацию. "Цербер" не тронул остальную колониальную систему, но постарался уничтожить всех, кто был в районе раскопок. Похоже, там совершенно не осталось никого из людей в живых, капитан. В остальных районах наблюдаю пожары. Монорельсовая дорога во многих местах превращена в железное месиво. На частотах — просто столпотворение от сигналов бедствия с личных коммуникаторов.

— Опусти нас поближе к месту раскопок. Не садись, сразу улетай в безопасный район. Если надо — следуй на фрегат и жди нашего вызова. — распорядился капитан.

— Понял вас. — водитель стабилизировал машину, открыл дверь. Джеймс спрыгнул первым, за ним последовал капитан.

— Пока вокруг тихо и спокойно, капитан. — доложил водитель, уводя челнок выше и беря курс на фрегат. — Я возвращаюсь на корабль. Спокойные районы искать... некогда.

— Принято. — Шепард переключил связь и посмотрел на Джеймса. — Вега, здесь не ринг. Рукопашной не ожидается. "Цербер" любит применять турели, штурмовиков, стражей и иногда — "Атласов". Так что здесь большое значение имеет умение стрелять метко и быстро. Я понятно выражаюсь?

— Да. Так точно, капитан.

— Шепард, кто это с тобой? — послышался сзади хорошо знакомый капитану голос. — Ему можно доверять?

Обернувшись, он увидел Лиару, спрыгнувшую с проема двери одного из покинутых поселенцами-археологами жилых модулей. В руках девушка держала два пистолета. Оба ствола красноречиво смотрели в грудь качка.

— Это лейтенант Альянса Джеймс Вега, Лиара. Проходит у нас обучение для того, чтобы повысить свой статус в программе Эн-семь.

— Тогда — относительный порядок достигнут. — Лиара убрала один пистолет в подвеску на боку, подошла ближе. — Привет, Шепард.

— Приветствую, Лиара. Есть новости?

— Есть. Меня заинтересовала информация об этом артефакте. Это не сверх-маяк, не маяк и не башня с информацией, не протеанская пирамида, не сфера, не что либо иное. Это протеанская стазисная капсула. Археологи гражданских организаций сами еще не знают что они нашли, но моя информация указывает на то, что "Цербер" точно знает, что это и хочет всеми силами заграбастать это. Прибыла так быстро, как смогла. В детали не вдаюсь, пришлось прятаться и стараться уяснить побольше мелочей. Была страшная бойня, во многих жилых модулях до сих пор трупы. Шепард, пока мы не разберемся с капсулой — я работаю с вами. Потом — возвращаюсь.

— Понятно, Лиара. — Шепард кивнул и поудобнее перехватил свою штурмовую винтовку. — ожидаешь сопротивления "Цербер"а?

— Хотя вокруг и тихо, но "Цербер" скоро пришлет замену. Два церберовских патруля — не показатель. Три челнока ушли с планеты на крейсер. Скоро здесь будет тесно от церберовских боевиков. Давай пока пройдемся к месту раскопок поближе. Посмотрим, что именно они там раскопали?

— Давай.

Пока они шли, ориентируясь по указателям, Вега изучающим взглядом прошелся по шедшей впереди азари.

— Капитан, можно вопрос? Кто она такая?

— Моя хорошая знакомая. Позже, если будет необходимость, расскажу. И не пытайся ее расспрашивать. Она тоже в команде, но работает отдельно. Спецназ международного отдела войск Азарийской Цивилизации. Научно-информационный сектор. Уяснил?

— Так точно, капитан.

— Проверяем ближайшие балки. Знаю, что там никого нет в живых. Нас будет интересовать все, что относится к деятельности "Цербера", оружие и боеприпасы, улучшения. — Шепард первым влез в открытый проем ближайшего жилого модуля, подошел к столу, взял ридер. — а вот это уже интересно. — "Цербер" не хотел пачкать руки, он решил продолжить раскопки силами нанятых колонистов. Какой то чурбан из "Цербера" открытым текстом написал, что нанятые никогда не вернутся назад. Скорее всего, так и происходит. О, данные о планах "Цербера" относительно раскопок. — Шепард вчитался, затем вызвал инструментрон и скопировал информацию. — Передам по шифроканалу руководству колониального самоуправления. Разберутся. Им это поможет.

— И будет этот беспредел происходить, пока мы не извлечем этот артефакт, Шепард. И не заберем его с собой. — сказала азари.

— Согласен, Лиара.

Покинув балок, они направились к открытому зеву пещеры. Оттуда на инструментроны поступал сильный сигнал маяка, вероятно, установленного "Цербером".

Лиара вскинула руку, активировала инструментрон еще не подойдя к чему-то черному, продолговатому стоящему на низком металлическом постаменте. Инструментрон пискнул и Лиара издала низкий короткий вскрик, еще раз неверящим взглядом перечитав на экране текст результатов анализа.

— Шепард, это невозможно. Но перед нами — протеанская капсула.

— Это мне уже известно. Сюзанна доложила. Капсула вполне может быть артефактом.

— Ты не понял. Внутри ее — протеанин.

Вега встрепенулся, подошел ближе, включил мощный фонарь и направил луч на постамент. Конус яркого света залил черный саркофаг.

— Протеанин?... Это коллекционер что-ли? Тот, с кем воевали вы, Шепард? — спросил он, на всякий случай доставая винтовку.

— Нет. — Лиара в третий раз просканировала капсулу. — Ошибки быть не может. Внутри — настоящий, исходный, чистый протеанин.

— Ага, только трупа протеанина нам еще для полного счастья и не хватало. — сказал Вега, обходя вокруг постамента и подсвечивая лучом фонаря саркофаг. — Тут "Цербер" установил свои осветители. Включать?

— Пока нет. — ответил Шепард и посмотрел на Лиару. На ее лице проступили синие пятна...

— Не понимаю, Шепард. Или я сплю, или я выпила столько, что ничего не могу воспринять адекватно. Но я перепробовала пять программ анализаторов и они в один голос утверждают, что протеанин, находящийся внутри капсулы-саркофага — жив. Мертвый исходный чистый протеанин — это вообще невероятная удача, а живой... Богиня... Если он тут один, то вероятнее всего, он в сообществе протеан занимал особое положение, был каким-то лидером, выдающимся ученым, политиком... Может быть, он был военначальником. Здесь полсотни тысяч лет тому назад могли быть жестокие бои. А башни вокруг указывают, что здесь было развитое поселение протеан.

— Ага. Если мне кто подскажет, где здесь можно найти приличный консервный нож, я так и быть вскрою этим ножом его усыпальницу и мы сможем убедиться в правдивости ваших слов. — Вега неодобрительно взглянул на азари. — Так я пошел искать открывашку?

— На месте, Вега. — рявкнул Шепард и лейтенант замер. — Что не так, Лиара?

— Его капсулу при извлечении из земли повредили, жизненные показатели нестабильны, система капсулы дожирает последнюю энергию из систем жизнеобеспечения. Ее хватит по оценкам инструментрона на несколько часов, но не больше чем на восемь-десять. Полагаю, нам следует быстрее найти местную лабораторию, в которой церберовцы искали код активации разблокировки механизмов капсулы. Тут такая только одна.

— А его оставлять... — Вега недоверчиво покосился на саркофаг.

— Мы уже знаем, где он и, найдя код, вернемся сюда. — Шепард перезарядил винтовку. — Только вот я слышу двигатели челноков. Это явно "Цербер" пожаловал. Не утерпел.

— Да, я тоже слышу. Надо поближе к выходу, там есть, где укрыться для стрельбы. Нельзя их пускать сюда. Следует уничтожить этот десант. — Лиара широко шагала к выходу, на ходу перезаряжая оба пистолета. — Челноки "Цербер" часто присылать не будет, это нам на руку — сможем найти код без помех. А если и будет присылать, то немного.

— Это радует. Нас тут только трое. — Вега выглянул из за камня у выхода. — Э, тут у нас компания. Два каких-то прыгуна и один-два штурмовика.

— Прыгуны — это мстители. Вега, у них снайперки — снимут и чихнуть не успеешь. — Шепард силой затолкал лейтенанта за камень и, вскинув снайперку, быстро уничтожил мстителей, не успевших найти своими лазерами достойные цели. — Уничтожай штурмовиков и помни — быстро, поскольку нам нужно еще обойти жилые балки.

— Понял, капитан. — Вега открыл огонь и два штурмовика были быстро уничтожены. — Пожалуй, у нас есть возможность обыскать ближайшие балки.

— Ты прав, начнем. — согласился Шепард.

Пройдя мимо теплицы, используемой для получения кислорода, Шепард обыскал помещения балка и хотел уже перейти в другой, как его остановили заряды, а затем он увидел нескольких штурмовиков "Цербера", двух инженеров и трех стрелков. Лиара и Вега открыли огонь, не давая инженерам времени на установку турелей. Атака засады церберовцев захлебнулась, не успев начаться. В следующем балке Шепард нашел лабораторию. Активировав консоль, он на экране увидел то, как протеане, чувствуя близость поражения, надеялись спастись, переждав нападение жнецов в стазисных капсулах.

— И вы, капитан, что-либо поняли в этих помехах? — недоверчиво спросил Вега. — Я лично ничего кроме помех не увидел.

— Да, понял. По меньшей мере мы узнали как стабилизировать системы капсулы перед ее открытием. Но теперь нам нужно узнать, как ее безопасно открыть. Для этого нам нужна вторая лаборатория. Она была организована уже точно "Цербером" — археологи располагали только этой. И "Цербер" интересовало только то, как открыть капсулу. То, как стабилизировать ее системы церберовцев почему-то не очень интересовало. Странно. Идем искать вторую лабораторию.

Второй заслон "Цербера" не смог ничего противопоставить группе высадки, хотя двое инженеров изо всех сил старались установить турели. Мстителей не было, в основном простые пехотинцы и штурмовики. Найдя вторую лабораторию, Шепард просмотрел вторую часть записи.

— Теперь, — Лиара щелкнула инструментроном, — у нас есть и ключ к безопасному открытию капсулы. Если я не ошибаюсь, "Цербер" отключил лифт и нам придется пройти кружным путем. — она высветила на инструментроне карту. И я только что слышала двигатели как минимум трех челноков "Цербер"а. Мы растем в цене и нас теперь постараются задержать всеми силами.

— Согласен. Проверьте оружие и приготовьтесь ломать их ожесточенное сопротивление, коллеги. — Шепард переключил режим огня винтовки на одиночный. — Джеймс, стрелять только на поражение. Не надо устраивать залитую зарядами область. Не надо также тянуть их за собой к капсуле. Отступать — хорошо, но в пещере нам будет трудно обороняться.

— Понял, капитан. — ответил качок. Лиара только кивнула. Она хорошо знала капитана и поэтому ей не нужны были длительные обьяснения.

Пока они преодолевали сопротивление двух волн заслонов "Цербера", Шепард искоса наблюдал за действиями азари. Та вела огонь расчетливо, экономя заряды и пользуясь по большей части снайперской винтовкой, чем пистолетами. Именно ее меткая стрельба позволила ликвидировать троих стражей, пытавшихся подобраться на дистанцию ближнего боя под своими прочнейшими щитами.

Наконец они достигли капсулы. Вега, оставшись у входа, настороженно оглядывал балки, ища признаки присутствия "Цербера". Лиара прошла вглубь пещеры, склонилась над панелью управления капсулы.

— Они сюда стянули еще пять челноков. Лиара, продолжай работу, мы пока пристрелим их. — сказал Шепард.

— Поняла, хорошо. Мне потребуется три-пять минут.

— Они у тебя будут. — сказал Шепард, открывая огонь. Рядом застучала короткими очередями винтовка Веги.

Две волны стражей и штурмовиков они положили относительно быстро, но затем пришла очередь стражей и инженеров, пытавшихся поставить турели. С ними пришлось разбираться дольше. Поняв, что легкими силами преодолеть сопротивление группы высадки не получится, "Цербер" решился на отчаянный шаг и прислал "Атласа". Обездвижив пилота метким выстрелом, Шепард постарался не пропустить к поникшему роботу никого из стрелков и штурмовиков, чтобы те заняли место в вооруженной ракетами машине. Наконец сопротивление "Цербера" было преодолено.

— Возвращаемся в пещеру. Надо посмотреть, как там дела. — сказал капитан, пряча винтовку и перезаряжая пистолеты.

— Да, капитан.

— Как тут, Лиара?

— Почти закончила. Даже не верится, что вскоре мы сможем с ним пообщаться.

— Ой не торопи события, Лиара.

— Внимание, капсула активирована. Идет процедура разгерметизации. — доложил инструментрон Лиары. Последовала яркая вспышка, что-то резко опрокинуло и прижало капитана к полу пещеры. В последний момент он увидел, как отлетают к стенам Джеймс и Лиара. Затем в глазах померк свет.

Увидев стоящего перед ним жукоподобного, Шепард едва сдержал вздох облегчения. Это был чистый, исходный, не индоктринированный и не трансформированный протеанин. Капсула, из которой он выскочил, свалив биотическим полем на пол пещеры членов группы высадки с "Нормандии", светилась изнутри, этого света было вполне достаточно, чтобы не включать земные фонари. Протеанин, сложив на груди руки, стоял перед Шепардом.

— Человек. Мужчина. Молодой. — восставший из капсулы обвел своими четырьмя глазами поднимавшихся Джеймса и Лиару. — Люди. Мужчины. Молодые. Азари. Что вас связывает со Старшей Расой?

— Кем? — Шепард выступил вперед, успев подняться с земли раньше других сопартийцев. — И как так ты сумел быстро изучить наш язык?

— Человек. — Протеанин негодующе посмотрел в упор на Шепарда. — на всех вас знаки общения с представителями одной из сильнейших Старших Рас. Повторяю вопрос. Что вас связывает со Старшей Расой?

— Совместная работа. — Шепард, наконец, стал понимать, кого протеанин имеет в виду.

— И зачем вам всем тогда я, если вы вышли на Старшую Расу?

— Пока что нам удалось найти только вас живым среди всех протеан Галактики Млечный Путь.

— Значит, это пространство так теперь называется. И...

— Мы полагаем, что должна быть восстановлена Связь. — сказал капитан.

— Хорошо. — протеанин опустил взгляд. — Я вижу, благодаря Старшей Расе вы и ваши спутники стали сильны, капитан Шепард. Только потому, что с вами работают представители одной из самых могучих Старших Рас, я также буду с вами работать. Боретесь с Жнецами?

— Старшая Раса. — Шепард решил называть в общении с протеанином членов экипажа "Свитка" так, пока ситуация не прояснится. — Она считает, что в этом Цикле люди должны победить Жнецов. Но борьба только началась и Старшая Раса считает, что исход пока не предопределен.

— Разумно. — Протеанин прикрыл все четыре глаза в знак согласия. — Старшая Раса всегда была разумной. Любой ее представитель. Они всегда были сильны разумом. Где они?

— На нашем корабле.

— Мое имя — Явик. Моя специализация — солдат. Предназначение — военначальник. — Протеанин на мгновение окутался зеленой биотической пеленой. Лиара за спиной Шепарда вытаращила глаза и прикрыла открытый в изумлении рот ладошкой. — Вы, капитан Шепард, говорили, что нашли пока только меня...

— В этом районе раскопок до этой пещеры еще не добрались... в деталях. Старшая Раса указала нам, что одна работающая капсула...

— Находится отдельно от других. Неработающих. — Если и можно было прочитать эмоции на хитиновом лице протеанина, то Шепард и его спутники явно не обладали такими способностями. Со стороны это выглядело как разговор со статуей. — Мне пришлось использовать эту капсулу, поскольку иначе нейтронная очистка не смогла бы сработать. До капсул моих сподвижников оказалось... долго идти... — протеанин явно вспомнил до деталей происшедшее тогда. — Мы вынуждены были с боями отступать в глубины планет... Жнецы и их помощники шли по пятам. Киберинтеллект приказал пятерым моим спутникам удерживать позиции у ворот, я прошел дальше по улице и нашел эту капсулу. Затем... Что-то произошло... Вспышка — и я помню только слова киберинтеллекта о том, что открыть капсулу невозможно — был сбой шифрующей системы и вокруг полно врагов. Затем я потерял сознание — стандартная процедура стазиса. Я... я не верю, что никто больше не спасся...

— Вы, Явик, первый неизмененный протеанин, которого мы видим.— сказал Шепард.

— Значит, вы...

— Видели предостаточно измененных. В нашем Цикле их называют Собирателями, Коллекционерами.

— Полагаю, первый акт трагедии...

— Нам удалось уничтожить наблюдателя — Жнеца. Точнее, он сам взорвался... Но очень многие...

— Уже подвержены индоктринации. Так вы это называете. — утверждающе сказал протеанин. — Длительный сценарий развития событий.

— У вас было так же?

— Намного хуже и быстрее. — произнес Явик. — И первый акт трагедии был другим. В вашем мозгу я вижу полный фрагмент Предупреждения, который мы разослали по всем мирам Протеанской империи. Вы выдержали, Шепард. Не каждая раса смогла бы прочесть это сообщение. Вы также смогли выдержать Шифр. И это тоже причина, по которой я согласен с вами работать. Но предупреждение не успело.

— Не успело. Мы только-только занялись раскопками ваших многочисленных городов...

— Знаю. Инусанон также стали объектом нашего интереса слишком поздно. Насколько вы продвинулись в раскопках?

— На пять-десять процентов в масштабах Млечного...

— Немного. — Явик кивнул. — Хорошо. Полагаю, вы командуете кораблем?

— Да. Старшая Раса отказалась брать на себя управление.

— Это в ее правилах. — Явик обернулся к стазис-капсуле и та приподнялась над постаментом. — Я бы хотел поставить ее там, где вы меня поселите. В ней — минимум вещей...

— Понимаю. — Шепард кивнул.

— Не беспокойтесь. — Явик понял нерешительность капитана правильно. — В ней достаточно энергии, чтобы занять предназначенное ей место. Потом потребуется подзарядка.

— Будет. — Шепард смотрел, как почти пятитонная капсула легко повинуется протеанину. Лиара, спрятавшись в тени, терзала инструментрон и ридеры, пытаясь заснять все с максимальной полнотой. Ей это сегодня откровенно плохо удавалось.

Стив с изумлением смотрел, как незнакомый инопланетянин, внешне похожий на известных водителю Коллекционеров спокойно шагает среди членов группы высадки к челноку, садится на лавку и замирает, прикрыв четыре глаза.

— Стив, взлетаем. На внешнюю подвеску возьмешь капсулу.

— Принято, капитан. — водитель кивнул и поднял тяжелую машину в воздух. Зависнув над капсулой, Стив активировал внешние лапы захватов, включил защитное поле и челнок рванулся вверх, выходя на курс, ведущий к фрегату. Зависнув в ангаре, Стив отдал автоматике команду опустить капсулу на пол ангара и только затем вдвинул челнок в транспортные упоры, одновременно открывая дверь.

— Шепард, я ненадолго останусь. Но затем мне придется вернуться. Я уже отдала приказ киберам увести челнок и разведкорабль в безопасное место. — азари отстала от Джеймса, сопровождавшего Явика и указывающего ему путь к выходу из ангара. — Я не рассчитывала на такое. Думала — очередная информационная капсула. А тут...

— Оставайся, Лиара, как же без тебя. Но хочу предупредить... По всей вероятности ты изучала памятники и остатки культуры. Не жди, что впечатление о них исчерпывающе для впечатления о нем. — капитан кивнул в сторону протеанина.

— Постараюсь.

У главного шлюза ангара Нормандии стояли Семенов и Иванова в белоснежных скафандрах, плотно облегавших их мускулистые, но очень гармонично развитые строгие тела. Шедший впереди всех Явик приблизился к ним.

— Если Вы — на борту, то...

— Протокол вооруженного конвоя неизвестной расы выполняться не будет, Явик. — Семенов пожал протянутую лапу протеанина. Иванова легко прикоснулась к его спине и протеанин блаженно прикрыл глаза. — Добро пожаловать на борт "Нормандии", Явик.

— Спасибо, Захар. — протеанин отступил в сторону и взглядом направил капсулу за одним из техников. — Отведи капсулу туда, где поселят меня. — просьба достигла ушей техника. Тот не оборачиваясь, кивнул. Лиара, пройдя мимо протеанина, отступила влево, стараясь не выпускать из поля зрения гостя и членов экипажа "Свитка". — Убеди, пожалуйста, эту азари...

— Она не будет преследовать тебя. — Семенов укоризненно посмотрел в ту сторону, где находилась Лиара и та, стушевавшись, поспешила подняться на жилую палубу. — Идем.

Они прошли в каюту, выделенную протеанину. Техники установили кювет с проточной фильтрованной водой и протеанин с видимым наслаждением тщательно прополоскал в ней пальцы своих лап.

— Спасибо, Захар. — он обернулся к садившимся в кресла Семенову и Ивановой. — Ждали?

— Мы не верили в то, что ваша цивилизация может погибнуть бесследно, Явик. — сказала Аврора.

— В этом цикле...

— Командуют другие. Коллективно.

— Маятник качнулся в другую сторону. Власть размазана... — с неудовольствием прострекотал протеанин.

— Полагаю, Явик, ты знаешь, что как бы не менялась власть, есть всегда то, что сильнее любой организации власти.

— Пока я шел сюда, я многое понял. — протеанин почти бесшумно прошелся по периметру каюты. — Вы приложили все усилия, чтобы ослабить метки?

— Команда была в ярости, они никогда не драили ничего существенного по размерам больше пяти раз. Как только ты вышел из капсулы, мы распорядились продраить все еще более тщательно. Лиара и Шепард с Джеймсом не знали о таких приготовлениях.

— А тут не меньше сотни уборок. Тем не менее... Спасибо.

— Явик, мы пойдем. Квартируем в трюме. Ты всегда можешь придти. В этом цикле ты тоже — Старшая Раса.

— Я бы хотел...

— Пятьдесят тысяч лет, Явик. — проговорила Иванова. — для них, всех без исключения — это очень и очень много.

— Все равно. У меня сейчас одно желание — мстить.

— Оно понятно. — Семенов встал следом за своей коллегой. — обустраивайся.

— Хорошо. — Явик обернулся к кювете и прополоскал пальцы, ощущая, как закрывается дверь в его каюту. Наконец-то он остался один.

========== Глава 97. Путь к Палавену ==========

Снедаемая неудовольствием, Лиара постучала в каюту Шепарда.

— Заходите, Т Сони. — Шепард указал на кресло и сел за свой рабочий стол.

— Шепард, почему...

— Он пока что не пришел в себя полностью, Лиара. Не надо ему устраивать допрос с пристрастием. Также не надо его преследовать. Первое время и вообще.

— Он назвал...

— Семенов и Иванова и экипаж "Свитка" для него — Старшая Раса. Они старше нас, землян, на полтора миллиона лет. Ты же знаешь, что пятьдесят тысяч лет при таком раскладе...

— Не значат ничего. Но почему...

— Он для них — не раб и не подчиненный. Он представитель одного из Циклов, который уже закончился. Они не будут ему приказывать. Для них он — партнер. Если он хочет мстить... То они дадут ему возможность мстить. Боюсь, очень скоро и у каждого из нас, ныне живущих, появится слишком много оснований для осуществления мести, Лиара. Тем более — у него.

— Вы надеетесь...

— Найти его сородичей? — Шепард отложил в сторону ридер. — Почему нет? Они основали гигантскую империю, смогли выстоять в конкурентной борьбе. Я пока что не верю в то, что он один. Не может столь развитая раса исчезнуть без следа.

— Вы же понимаете, что его появление...

— Может пагубно отразиться на вашем статусе эксперта по протеанам, Лиара? Что ж, это закономерно. И вы озаботились его сохранением...

— А что мне надо было сделать?

— Азари, насколько мне известно, получили от протеан больше, чем другие расы. Вы ближе всех подошли к освоению их способа полного контакта с другими разумными существами...

— Вы имеете в виду...

— Единение разумов. Понимаю, вы считаете это не очень повседневным способом общения, тем не менее, для протеанина это так же естественно, как для вас — дышать. Лиара, покажите ему, что вы...

— Не сухая исследовательница?

— Не только. Помогите ему, но без навязчивости. Уверен, он оценит это правильно. И вы сможете написать целую книгу о протеанах. И, думается, не одну. Даже в соавторстве. Согласитесь, мало кому из рас пространства Млечного Пути удастся доказать, что вы написали фантастику. Ни у кого в соавторах больше не будет живого изначального протеанина. Это не слишком малая цена за отказ от преследования нашего гостя... и партнера.

— Хорошо, Шепард. Я подумаю.

Выходя из каюты Шепарда и идя к лифту, Лиара размышляла. Ну, да, она хотела заручиться поддержкой капитана корабля, получить возможность чаще общаться с протеанином. Но в словах Шепарда была значительная доля правды, отрицать которую Лиара не умела, не могла и не хотела.

Она внезапно поставила себя на место нового члена экипажа. Вот она просыпается, а вокруг — незнакомая, изменившаяся до полнейшей неузнаваемости природа, ее окружают абсолютно незнакомые формы жизни, которые она когда-то наблюдала на самых начальных этапах их развития. Таких древних, что и они сами помнят это только из школьных программ. Вот они приглашают ее на свой корабль, вот предоставляют каюту. Захотела бы она кого-нибудь видеть в эти минуты, когда в разуме и в чувствах — полнейший кавардак, когда ты знаешь, что прошло для них несколько десятков тысяч лет, а для тебя, столетней азари — несколько минут.

Лиару аж передернуло от полноты ощущений. Она вошла в выделенную ей каюту, закрыла на код дверь и села за стол. Руки исполнили на клавиатуре инструментрона несложный пассаж и перед ней предстали все тексты статей, которые она когда-либо опубликовала по проблемам протеан. Перечитывая хорошо знакомые строки, Лиара вспоминала свои ощущения с момента открытия капсулы и до разговора с Шепардом. Как же капитан оказался прав в очередной раз — теперь эти статьи нуждались в кардинальной доработке. В них не было и тысячной доли того, что ей, Лиаре Т Сони удалось ощутить, почувствовать и увидеть за эти минуты, первые минуты общения с настоящим, невыдуманным протеанином. Даже то, что ей с великими трудами удалось зафиксировать на инструментроны и ридеры теперь просто кричало — все прошлые статьи придется перерабатывать. Но как совместить теперь ее должность Серого Посредника и научную работу под собственным именем? Она прекрасно знала, что рано или поздно придется доказывать авторство, раскрывать инкогнито. Как это ни казалось жестоким, военная неразбериха помогла ей избежать излишних формальностей.

Еще тогда, когда Сюзанна отдала ей, ей, а не Ферону кристаллы с записями происшедшего по ту сторону Ретранслятора "Омега-4", она сразу подумала о том, как и кому сможет продемонстрировать эти записи хотя бы частично. Ферону? Нет, не надо грузить дрелла таким зрелищем. Вечером, пользуясь тем, что Ферон жил в другой каюте, она включила максимальный уровень "глушилки" и стала просматривать записи. С самого начала, с момента входа в Ретранслятор "Омега-4". И сразу поняла — не для Ферона такое, не для его нервов. Если еще корабли, точнее их остатки, запечатленные действительно во всех деталях старательной Сюзанной, можно было предъявить Ферону в качестве жеста значительного доверия, то бой с крейсерами коллекционеров и то, что Шепарду, его команде и экипажу пришлось увидеть, почувствовать, осознать на станции... Нет, это определенно не для психики Ферона.

Она сама не заметила, просматривая записи, как наступило утро следующего дня. Еле прервавшись, она наскоро перекусила, благо держала небольшой запас концентратов у себя в каюте, сполоснула лицо и шею, сбрасывая отечность — она просидела недвижимо несколько часов, вникая в каждую деталь трехмерного изображения записи.

Как бы ей ни хотелось продолжить просмотр, работа властно требовала ее непосредственного участия. Но теперь вечера и ночи, прерываемые только срочными вызовами агентов и присылками информационных бюллетеней сети, были прочно отданы изучению отснятого Сюзанной материала. Время на сон сократилось до критического минимума.

Для нее эти записи не были весточкой из глубокого прошлого. Это то, через что совсем недавно прошла ее семья, ее оба родителя, ее хорошие знакомые, друзья, те, для которых она навсегда осталась кем-то большим, чем просто Лиарой Т Сони. И она открывала в казалось бы хорошо знакомых ей членах экипажа и команды Нормандии абсолютно новые черты. Теперь, на борту Нормандии, будучи снова рядом с ними она понимала, насколько расширила она, Серый Посредник Галактики, уровень своего разумения, будучи только пассивным свидетелем их очередного подвига. А тогда, на "Сером Троне" многочасовая запись, сделанная с сотен точек, практически непрерывная, захватила ее целиком и потребовала резко ускорить проведение всех официальных работ, чтобы освободить время...

Для чего? Она тогда еще не знала, но чувствовала, что-то должно произойти, такие события просто так не случаются. В Экстранете Галактики не было отмечено ею и ее агентами каких либо особо развернутых сообщений обо всем, что касалось последних событий вокруг Ретранслятора "Омега-4". И она решила пока отложить какую либо публикацию материалов, связанных с рейдом "Нормандии" в этот по прежнему кроваво-красный от множества стоп-сигналов и сигналов опасности, но теперь уже остановленный ретранслятор. Никаких статей. Никаких заметок. Только напряженное вживание в то, что происходило тогда на борту ее родного вне всяких сомнений корабля.

Теперь она понимала — неожиданное сообщение одного из полевых агентов о найденном на Иден-Прайм артефакте протеан позволило ей в очередной раз повзрослеть. Показав Ферону уже обезличенную информацию, пришедшую по каналам сети Посредника, она собрала необходимый минимум вещей, села в разведкорабль и отправилась в недолгое путешествие на Иден-Прайм. Три таких кораблика были в доке огромного "Серого Трона". Лиара не забыла взять с собой челнок, предвидя высадку. В полете она работала как обычно, в рамках своей сетки Посредника.

И вот теперь она на родном корабле, рядом — живой, настоящий, неизмененный Протеанин. Лиара напряженно обдумывала свои дальнейшие действия. Она знала и чувствовала — Шепард прав, говоря о том, что протеанину нужно придти в себя. Как бы он ни хотел мстить Жнецам и их приспешникам, как бы он ни хотел действовать и воевать, и он тоже должен был просто адаптироваться к изменившимся условиям. Она знала — Явик прямо сказал Шепарду, что несколько дней не сможет из за последствий шока от пробуждения быть готовым принять участие в высадках. Это означало, что перед ней дверь его нового обиталища будет пока закрыта. А ей уже надо возвращаться — "Серый Трон" требовал присутствия своей хозяйки на борту, Сеть Посредника могла работать в полную силу только оттуда. Тем не менее, Лиара предпочла подождать результатов высадки на Палавен.

Утром она как обычно встала очень рано — график работы Посредника был весьма напряженным. Успев раздать новые задачи и принять отчеты, Серый Посредник вышла из своей каюты и спустилась в столовую. Поздоровавшись с Гарднером, она взяла обычный завтрак и села в уголке, намереваясь спокойно перекусить.

— Лиар, можно к тебе присоединиться? — рядом с ее столиком с подносами стояли Лиа Ваэл и Тали.

— Присоединяйтесь, конечно. — Т Сони убрала с других двух кресел свои перчатки и пояс с оружием. — Рада вас видеть.

— Мы тебя тоже очень рады. — сказала Тали, погружая соломинку в жидкую субстанцию в объемном стакане. — Ну ты и подарок откопала, Лиара. Цельный протеанин.

— Сама в шоке, девочки. — улыбнулась Серый Посредник. — Правда, сразу скажу — преследовать его не буду. Он еще от своего шока не отошел.

— И уж ты конечно...

— Нет. Я через несколько дней должна уже улетать. Думаю, после Палавена. Работа ждет.

— Привезла нам такой сюрприз и сразу бежать? — Лиа Ваэл недоверчиво сверкнула глазами, — Лиара, на тебя это не похоже.

— На меня теперь очень многое не похоже. — азари справилась с первым блюдом и перешла к поглощению второго. — Работа в международном отделе азарийского спецназа — не сахар. Там нет многих составляющих нашей вольницы.

— Хорошо, что отчет не требуют каждый день писать. — усмехнулась Тали. — А то ты бы вообще от письменного рабочего стола не отлипала. Как полагаешь, он к нам присоединится?

— Тали... — укоризненно протянула Серый Посредник. — А ты бы присоединилась к существам, которые младше тебя на полсотни тысяч лет сразу на следующие сутки?

— Я? Нет, но он такой... Могучий... Он бы вполне смог.

— Нет, Тали. Не смог. Какой бы он сильный ни был, он тоже не из камня. Ему нужно отойти от шока. К тому же, девочки, хочу вас сразу предупредить. В отличие от других мужчин у него есть средство, против которого наша женская ложь не работает. Ни в каком случае. У нас, азари, это средство тоже есть... В начальных вариантах комплектации.

— Единение разумов?

— Да. Просто он моментально считывает следы любого живого существа и может быстро составить о тебе предельно полное представление. Ему достаточно считать твою физиологию и нервную систему — и все, плакала наша женская загадочность. Так на Иден Прайм, прикоснувшись к Шепарду, он через секунду уже говорил на нашем общегалактическом так, как будто прожил среди нас лет этак восемьсот.

— А это правда, что наши союзники... — начала Лиа.

— Правда. Он для них — партнер. Но они для него все равно — Старшая Раса. Да, его цикл закончился, но он не одинок. И, кстати, о Старшей Расе он тоже узнал, сразу сказал о том, что на всех нас ее следы. Если бы мы туда прибыли без предварительного знакомства с нашими трюмными затворниками, нам бы пришлось долго пояснять очень многие вещи.

— Могло быть так, как с ягом?

— Могло. С той лишь разницей, что шокированный протеанин не стал бы выбирать средства противодействия и действовал бы в аварийном режиме. Сами понимаете, если учесть, что они воевали с Жнецами несколько столетий, а он родился в конце этой, не имевшей для протеан благоприятного исхода, войны, его военная подготовка превышает совокупную подготовку спецназа всей нашей Галактики. Вы же все видели коллекционеров, знаете, что это за воины...

— Да уж. Как вспомню... До середины пробирает холодом. — поежилась Тали. Лиа только кивнула.

— А это — не пустая безмозглая оболочка, а настоящий протеанин. Кстати, он отрекомендовался как солдат и военначальник, а это значит, что вооруженные силы нашего фрегата могут обзавестись профессиональным руководителем. Если он захочет, конечно. Я полагаю, поскольку он воплощает теперь месть своего погибшего народа, он будет огромное внимание уделять именно военным операциям на нашем фрегате и на высадках. А что-то мне подсказывает, что таких операций у нас тоже будет предостаточно.

— Шепард тут один ходил на Цитадель... А обратно вернулся с таким задумчивым видом. — сказала Ваэл. — Полагаю, нам кроме обычных миссий предстоят множество миссий на самых разных планетах. Мы вроде как должны помочь гражданскому населению Галактики, завязать с ними прочные взаимоотношения.

— Логично, Ваэл. — поддакнула Тали. — Несмотря ни на что, у нас на Флоте любого кварианца или кварианку учат обращению с оружием, рукопашному бою, медицинской подготовке, разведке и диверсиям. Да, это надо для успешного Паломничества, но теперь... Теперь я понимаю, что кроме Паломничества это способствовало...

— Образованию гражданского профессионально подготовленного к боевым действиям ополчения. — подхватила Ваэл.

— Только вот Явик, думается, будет смотреть на это ополчение... — проговорила Лиара. — с плохо скрываемым непониманием.

— Как и любой профессиональный военный. — сказала Тали.

— Ну, конечно, куда уж нам до дочери адмирала Флота. — в шутку оскорбилась Ваэл. — Лиар, а его этот... саркофаг.

— Капсула, так точнее. В ней система жизнеобеспечения, стазиса, а также минимум вещей, вроде набора выживания. По его реакции после пробуждения я поняла, что он готов обходиться этим малым и не будет претендовать на что-то большее. Да и не до роскоши сейчас. Война... — сказала Лиара, допивая витаминный коктейль. — Ладно, девчата, я пошла писать очередные отчеты. Потом перемолвимся.. — азари встала.

— Лиар, а к тебе...

— Девчат, лучше — не надо. Я все же работаю в спецотделе, должна же у меня быть хоть какая-нибудь экстерриториальность. Работы много, отвлекаться — некогда. Лучше будет, если я сама буду выходить. Тогда и переговорим.

— Ну, если тебе так надо... — сказала Ваэл. — у меня через десять минут — вахтенное время.

— А мне опять с отцом заниматься. Очередная лекция по военно-политической теории взаимодействия. — с долей неудовольствия заметила Тали.

— Давай, давай. Будущий адмирал Флота. — усмехнулась Лиара, провожая уходившую к каюте Раэля Зоры Тали. Ваэл уже убежала к лифту.

Вернувшись в каюту и закрыв дверь на ключ — код, Лиара погрузилась в работу. Благодаря Старому она имела мобильный центр информации — небольшой чемоданчик, вмещавший всю необходимую аппаратуру и принадлежности для автономной работы вне "Серого Трона". На несколько часов мир вокруг Лиары сократился до нескольких экранов и виртуальных клавиатур.

Явик не смог долго ждать. Единственные, кому он пока мог полностью доверять, были Захар и Аврора с их спутниками. Ему не хотелось медлить, но пришлось подождать до позднего вечера, когда на часах корабля установилось время, близкое к полуночи. Протеанин, не испытывая потребности в каком-либо освещении, неслышно прокрался к лестничным маршам и спустился в трюм. На пороге выгородки, где обитали члены экипажа "Линии" его уже ждал Семенов. Он молча пропустил Явика внутрь и закрыл дверь. Вскоре они сидели друг против друга. Протеанин держал руку командира "Линии" в своих руках-лапах и прикрыв глаза, погружался в океан информации.

— Спасибо, Захар. — проговорил протеанин, отпуская руку офицера. — Мне теперь не придется о многом их спрашивать. Скажи, почему...

— Лиара теперь заменила Серого Посредника. Его никто не видел и приходится поддерживать такую вот легенду. Здесь пока нет чужаков, так что легенда носит охранительный характер. Она очень плотно интересуется всем, что связано с протеанами, Явик.

— И...

— Она уже осознала, что все, что она писала о вас раньше — только часть правды. И, мне представляется, что она готова воспринять новую правду. Лично от тебя. Пойми...

— Протеане воспитывали азари десятилетиями. Мы оставили этой расе самую полную библиотеку данных. Научили первым уровням считывания. И она...

— Она очень долгое время занималась археологическими раскопками. Вела уединенный образ жизни. Благодаря ей была найдена ваша база на Илосе и мы успели убить Жнеца-Наблюдателя, заблокировав активацию Цитадели в режиме ретранслятора. Полагаю, Явик, она заслужила ответную открытость с твоей стороны.

— И какова цена этой открытости, Захар? Я воин, а не ученый. Что я смогу рассказать ей? О том, как убивать тремя тысячами способов? О том, как вынудить пленника вспомнить то, что он накрепко забыл за ненадобностью? О чем? Ей же надо другое...

— Просто будь с ней поласковее, Явик. Если там, за бортом этого корабля и идет битва, то здесь... все заслуживают нормального, домашнего отношения. Это ценно сейчас.

— Это было всегда ценно. Даже между боями солдаты имели право на полноценный отдых. — согласился Явик. — Я мало что могу дать ей...

— Ошибаешься, Явик. Она уже не просто доктор археологии, она — Серый Посредник. Попробуй пройтись с ней по связям, которые тебе известны. Может быть, вы вместе наткнетесь на клубок, который стоит распутать. Это даст тебе возможность поделиться твоим собственным видением многого из того, что тогда прошло вне твоего сознания. Сейчас мы еще можем посетить многие миры, скрываясь от разведки Жнецов. С каждым месяцем это будет делать сложнее.

— Я слышал, что они отказались...

— От постройки погремушки... Да, Явик. Отказались. Они быстро поняли, что это — ловушка, приводящая к коленопреклонению перед Жнецами и решили пойти другим путем. Поверь, в их разнообразии есть великая сила. Они способны на каждую проблему, на каждый вопрос посмотреть с разных сторон. Найти то, что может ускользнуть при одностороннем рассмотрении. Сейчас они вынуждены обращаться не к властным структурам, не к Совету Цитадели, не к руководителям рас и планет, не к главам администраций колоний. Они вынуждены обращаться к таким же существам как они, простым, не обладающим никакой публичной властью или влиянием.

— В своем цикле наше руководство было вырезано... слишком быстро. — Явик сжал пальцы лап в кулаки. — И мы остались без верховного, стратегического управления. Если они действуют так, как ты описал...

— То где бы не оказалось руководство — на свободе, в плену или на том свете, простые существа, которых всегда подавляющее большинство, будут воевать, зная и понимая простые вещи. А не дутые политические лозунги.

— Полагаешь, может сработать, Захар?

— У них просто нет другого выхода, Явик. Ты считал с меня информацию о прочеловеческой организации "Цербер". Все ее руководство — практически в полном составе индоктринировано. А если допустить, что перепрограммированию, пусть даже и постепенному, подвергается не только руководство этой полутеррористической организации... То все равно воевать будут не руководители, а простые люди, простые существа. И они готовятся к этому. Имея такого троянского коня в своей структуре трудно будет верить другим руководителям...

— Но Шепарду — верят?

— Верят, Явик, верят. Здешняя вера... Она еще слишком незрела, эгоистична, меркантильна. Шепарду и его команде верят и сразу вешают на него, на них все проблемы, которые должны были решить давным давно и самостоятельно, своими силами. Вот и сейчас мы летим на Палавен, к турианцам. Сильнейшая армия в Галактике, а ее теснят, как каких то салаг в учебном лагере. — Семенов хлебнул чай прямо из носика чайника. — И все потому, что турианцы не смогли понять необходимость многовекторного сбалансированного развития, ударились в чинопочитание, в иерархичность, в армейский быт и солдафонские принципы и идеалы. Вот и огребают теперь. Дредноут за дредноутом, фрегат за фрегатом.

— А Шепард?

— Явик, ты же сам прекрасно понимаешь, мы не можем выиграть за них эту битву. Нас проклянут и уничтожат. Здесь это не прокатит по нормативу. Вот Шепарду и приходится сейчас нестись к Палавену, чтобы какой-то примарх соизволил решить вопрос о выделении для борьбы землян с Жнецами хотя бы части турианского космического флота. А Шепард уже знает, чувствует и понимает, что никакой примарх не даст ему и фрегата, не говоря уже о дредноутах, способных биться с Жнецами на удалении. Понимает и все равно готовится к встрече. Готовится убеждать, доказывать, влиять.

— И турианцы...

— Они слабы, Явик. Слабы. Настолько слабы, что понимают это с особой остротой и полнотой только сейчас. Полагаю, что им понадобится помощь.

— Турианцам? — спокойно спросил протеанин.

— Да. По их версии официальной истории первыми открыли для себя Цитадель и встали на путь "коридорного" развития азари. За ними последовали турианцы, третьими стали саларианцы.

— Тем не менее, Совет не расширяется.

— Да. Формально теперь, после победы над Жнецом-Наблюдателем люди получили место в совете. Но это слишком многим не нравится и потому команда Шепарда выполняет роль спасателей по вызову. Шепард об этом знает, Явик. Знает и его команда. Но они знают и другое — если они не будут действовать так, как это свойственно людям...

— Галактику ждет кладбище, лишенное даже маяков. — сказал Явик. — И...

— Турианцы, как воины, попросят подкрепления. — продолжил Семенов после паузы.

— И этим подкреплением станут...

— Кроганы, Явик.

— В моей нынешней каюте уже жил кроган. Довольно необычный...

— Да, выращен в пробирке...

— Технология... — проскрежетал протеанин. — Баловство...

— Возможно. Не только люди отличаются разнонаправленностью. Другие расы тоже пытаются... выходить за пределы...

— Если он выращен в пробирке, то...

— Кроганы — довольно неоднозначная раса. Формально они были оружием в эпоху рахнийских войн. Только благодаря им удалось остановить этих насекомых... Заставить их отступить.

— А потом услуги воинов...

— Перестали быть кому-либо нужны в таких масштабах и кроганов попытались ограничить.

— В твоих картинах есть по этому поводу сомнение, Захар.

— Да, Явик. Есть. Кроганы потребуют снять ограничение и Шепард, думаю, удовлетворит их требование, поспособствует этому удовлетворению. Но потом ему придется решать быстро проблему управляемости этой расы...

— Ее решат Жнецы. — жестко пророкотал протеанин.

— Полагаю, что Шепард сможет решить ее раньше. Кроганы... они заслужили стать личностями, а не просто наемными убийцами. И если Шепарду это удастся...

— То за его головой начнется охота со стороны этих... саларианцев. Кстати, я ощутил...

— Группа оперативного реагирования, профессор Мордин Солус. Эксперт в генетике, прекрасный врач, ученый, преподаватель. Саларианцы — это научная элита этого Цикла, Явик. Но во всем остальном саларианцы слабы и малокомпетентны. Они не останавливаются перед чудовищными экспериментами над живыми существами. И если раньше, до появления на галактической политической сцене людей это сходило им с рук... То с появлением людей, воевавших везде и всегда и познавших науку убивать и мучать в совершенстве...

— Саларианцы могут быть быстро уничтожены превосходящими силами людей. И никакая наука их не спасет. Так, Захар?

— Почти так. Только вот Шепард не пойдет на тотальную зачистку. Он будет фильтровать. Далеко не каждый саларианец для него — враг. А саларианцы из за своей слабости — не смогут этого понять.

— Они же входят в Совет, насколько я понял из твоих картин...

— Входят. Только за свой научный и производственный вклад. Как видишь, чистая утилитарность.

— Если Совет не един...

— То Шепард — способ объединить этот Совет в нужной пропорции. А значит, он сможет правильно воздействовать не только на низы галактического сообщества, но и на его верха, политическое руководство.

— Останется всегда болото, Захар.

— Да, ты прав. Останется болото. Так называемый средний класс. Шепард, будучи на Цитадели, уже ощутил его затхлость и топкость. Ему это явно не понравилось И спасать он это болото не будет полностью и без остатка.

— Будет, как ты, Захар, выразился, фильтровать?

— Да. В этом цикле в большинстве случаев объединение рас только начинается. Далеко не везде и не всегда можно встретить расовое разнообразие. А тут у нас на дальних мирах уже идет массовая индоктринация. И против разных рас выступают такие... комбинации, что...

— Здешнее население волей-неволей подумает об объединении и забвении ранее непреодолимых различий... — Явик прикрыл глаза. — Мы этого не сумели сделать...

— Знаю. Ваш принцип был — сражайся или умри. Вы говорили всем и всегда — победи нас и мы признаем тебя партнером, а не подчиненным. Никто, почти никто вас, протеан, не победил. Пока не пришли Жнецы.

— Полагаешь, Захар, они используют в недалеком будущем и мощь искусственного интеллекта?

— Они ее уже используют, Явик. На борту кораблем управляют не только люди, но и почти полностью свободный полностью развитой ИИ. К тому же у нас на борту есть и чистая разумная машина, гет, созданный кварианцами. У них в "сообществе" тоже раскол. Одни хотят служить Жнецам, другие — Создателям. И Шепарду придется решать, кого уничтожить, а кого оставить.

— Кварианцы и геты. Создатели и их создания?

— Да. — ответил Семенов, прихлебнув чай. — Не знаю. Мне бы хотелось, чтобы Шепард сумел получить все, не уничтожив никого. Два флота сейчас лучше, чем какой-либо один.

— Полагаешь, справится?

— Ему придется попробовать.

— И ты полагаешь, что то обстоятельство...

— Мало кто из кварианцев знает о Жнеце на их планете. Их же оттуда выбили с треском. Геты никого не пускают из кварианцев обратно. А разведка органиков против превосходящих сил синтетиков... Слишком быстрый способ самоубийства.

— Практически никто не знает. Так, Захар?

— Да. И если Жнец войдет в полную силу — кварианцы будут уничтожены быстро. А геты — мгновенно все без исключения перепрограммированы в угоду Жнецам.

— Мы редко сходились с Жнецами чуть ли не в рукопашную. — сказал Явик, снова прикрывая глаза и вспоминая.

— Мертвых Жнецов Шепард видел. Нашли тут одного. У бурого карлика. Получилось даже внутри побывать. Двухкилометровая громадина.

— В наш цикл они были немного мельче, но не менее опасны.

— Вот. А тут целый флот кварианцев попытается отбить свою планету. И Шепарду придется выбирать нечто большее.

— Уверен, что твое вмешательство не потребуется?

— Мне не нужна, Явик, слабая Галактика. — сказал Семенов.

— Значит, турианцы, кроганы, саларианцы и, наконец, кварианцы... — Явик размышлял. — Мы бы всех их заставили подчиниться...

— Вот и перед Шепардом стоит такая же задача. Но он решает ее несколько по-иному. Он хочет собрать силы для генерального сражения, а потом активировать местное сопротивление в системах. Собрать силы Жнецов, измочалить их и дать возможность партизанским соединениям разобраться с остатками флота Жнецов.

— И, полагаешь, на этом он остановится, Захар?

— Нет. Он пойдет искать руководителей и создателей Жнецов. Ты слышал что-либо о Левиафанах?

— Слышал, но деталей, увы... Я же не ученый.

— Полагаю, в ходе подготовки к генеральному сражению Шепард найдет к ним дорожку и проведет определенную воспитательно-разъяснительную работу.

— Но это же...

— Да, древнейшая раса и те де и те пе. А кого это будет интересовать? Шепарда? Его интересует и будет интересовать в тот момент другое — выживание рас Галактики, а не снобизм этой отдельно взятой расы, Явик. Они — существа водные, скрытные и паскудные... Но им придется ввязаться в противостояние. Пусть даже косвенно, дистанционно. Все равно их "глаза" уже находят и от их нестандартного изучения многие разумные существа уже пострадали. Шепард узнает о глазах и пойдет по следу. И найдет их — в этом-то я полностью могу быть убежден. И Левиафанам придется ответить за свои художества. Помочь Шепарду, поскольку и сами Левиафаны должны жить в этой Галактике. Они, как говорят, местные. Им деваться некуда.

— А потом?

— Параллельно с этим придется воевать с техникой Жнецов. В том числе с платой управления и ее ВИ, свихнувшемся на повторении Циклов.

— Полагаешь, он сможет...

— Обязан будет. Иначе цикл будет продолжен и Галактика станет кладбищем. Даже несмотря на генеральное сражение. Противостояние синтетиков и органиков никто еще не в состоянии отменить, а количество одурманенных будет только расти — многие скрытые станут явными. Так что разбираться с этим ВИ придется Шепарду.

— Сможет ли он его перетянуть на свою сторону, Захар?

— Он по меньшей мере сможет его уничтожить и снять проклятие Ретрансляторов со своей галактики. А это уже шаг вперед. Очень ощутимый. Если они отлипнут от ретрансляторов — они станут по настоящему галактическим сообществом. Они смогут наравне с ретрансляторами использовать и свои наработки скоростного транспорта. Они у них есть, просто ждут своего часа.

— И люди готовы уничтожить ретрансляторы?

— Думаю, если потребуется — они их уничтожат. Люди — молодая раса этого цикла, их боятся и ненавидят, не хотят пускать на лучшие места. Но у них нет закостенелости мышления, они свободны в своих действиях, в своих мыслях и в своих словах. Они не так давно получили технологию ретрансляторного прохода и технологию сверхсвета, чтобы начать на эти две технологии молиться. Полагаю, они разберутся в них обеих... И дополнят своими аналогами. Свяжут воедино.

— Хорошо, Захар. Ты меня убедил. — Явик встал. — Это совпадает с моими... впечатлениями. Я уже сказал Шепарду, что буду биться с Жнецами на его стороне. Ты дал мне возможность укрепиться в этом стремлении. Похоже, капитан и его команда... заслуживают внимания... и поддержки... последнего из протеан...

— Ой ли последнего, Явик...

— Веришь? — протеанин обернулся к сидевшему в кресле командиру "Линии".

— Верю, Явик. Такая раса как твоя не может полностью исчезнуть. Вы правили этой Галактикой сотни лет, у вас сотни форпостов. Верю, что ты не одинок...

— Я солдат и мало знаю...

— Шепард и я поможем тебе узнать больше. — Семенов встал. — Иди отдыхай. Я прекрасно знаю, что ты не любишь спать, но в этот раз у тебя будет сон. Тебе надо отключиться от всего... Завтра будет новый день. Тебя беспокоить никто не будет. Отдохни. А там начинай понемногу осваиваться вне своей каюты. И, если можно, удели время Шепарду. Пообщайся с ним... неформально. Полагаю, что и члены его команды и экипажа также заслуживают твоего внимания... Обычного...

— Хорошо, Захар. Если ты так говоришь... Значит, так и будет. — протеанин кивнул и тенью выскользнул за дверь. Добравшись до своей каюты, он опустился в углу на контейнер-хранилище и замер, прикрыв глаза.

В эти сутки он впервые смог уснуть без преследовавших его кошмаров о прошлом. Если стазис его полностью лишил любых сновидений, то тогда, когда он воевал, кошмары преследовали его каждую ночь. А сейчас он уснул тоже без сновидений, но это не было гипнозом или стазисом. Это был спокойный глубокий отдых.

— Сюзанна. — Семенов связался с вечно неспящей ИИ корабля. — Извини за поздний вызов. Я говорил с Явиком, пояснил ему ситуацию. Пусть его не беспокоят завтра, он должен отдохнуть. Хорошо отдохнуть за долгое время. Он сам начнет постепенно знакомиться со всем и со всеми. Выставь ограничители на пространство у двери его каюты.

— Хорошо, Захар. Сделано.

— Спокойного отдыха. — Семенов убрал посуду со столика, выключил общий свет в каюте-выгородке.

— Спокойного отдыха, Захар. — отозвалась ИИ и отключила связь.

— Джеф, курс прежний, Палавен. — распорядился капитан, вернувшись в каюту.

— Понял, капитан. Курс установлен. Прибытие через шестнадцать часов. Готовлю к действию маскировочную систему.

— Хорошо. — Шепард сел за рабочий стол, но не успел даже включить в работу настольный ридер, как вошел Захар Семенов. Его лицо выражало неподдельную озабоченность.

— Ознакомьтесь, Джон. — он положил перед капитаном свой большой ридер. — Чтение очень напрягающее, но дочитайте до конца.

— Хорошо, Захар. — Шепард углубился в чтение. Спустя полчаса он поднял на командира "Линии" взгляд, полный боли и отчаяния.

— Кто нибудь еще это видел? Кроме ваших и меня?

— Если они такое увидят — легче будет вывесить на фрегате белый флаг и разбиться на полной скорости о ближайшую планету. — сказал Семенов. — Никто, кроме вас и наших. Здесь краткое резюме по ближайшей ситуации. И мы можем это резюме исправить на практике в лучшую сторону.

— И это мы будем наблюдать уже будучи на Палавене?

— Да. Наша разведка, как видите, добыла часть данных непосредственно оттуда. Данные максимум недельной давности. Так что можно прогнозировать дальнейшее ухудшение ситуации. Не в пользу турианцев.

— Гаррус будет в ярости.

— Ярость здесь плохой советчик, Джон. Он — турианец, но это пока — не гарантия успеха. Естественно, примарх Федориан может назначить его экспертом по Жнецам, а толку в этом? Примарху просто понадобится козел отпущения. Вы хотите, чтобы им стал Гаррус?

— Нет.

— Уже сейчас известно о миллионах каннибалов, которых Жнецы создали из одурманенных батарианцев. Их видели практически на всех планетах, которые подверглись атакам. Они даже воюют лучше, чем исходные батарианцы, Джон. Кстати, Батарианская гегемония отчаянно пытается пристроить своих многотысячных беженцев на территориях Совета, чему Совет справедливо сопротивляется — как говорится, самим есть нечего, а тут раса бандитов пожаловала почти в полном составе. С территории Батарианской Гегемонии не был получен ни один вразумительный радиосигнал. Нет картинки со спутников. Как отрезало.

— Теперь понятно, откуда такое количество этих уродов. — сказал Шепард, взглянув на изображение каннибала-батарианца. Полагаете, там почти все такие? Нормальных уже...

— Боюсь, что нормальных там не осталось. Батарианцы хвалились, что их армия сильна и отважна, но на самом деле она показала далеко не лучшую управляемость в критических и экстремальных ситуациях. Даже одурманенные батарианцы и то воюют лучше, чем исходные. К сожалению, здесь просматривается вся цепочка технологии геноцида.

— Поясните.

— Смотрите. — Семенов переключил свой ридер. — Жнецы, а это прежде всего большие креветочные корабли, которые вам уже встречались, воюют по программе, они давят сопротивление бомбардировками с орбиты, затем нападают кораблями с орбиты на крупные населенные пункты, рушат всю инфраструктуру — дороги, связь, военные базы, склады. В целом создают хаос. Затем следует десант. Задача десанта — уничтожение любого организованного сопротивления и осуществление массового захвата пленных. Это раненые, обессиленные туземцы, деморализованные солдаты и офицеры местных гарнизонов, а также простые местные жители. Их всех сгоняют на корабли доставщики, которые опускаются на планеты вместе с войсками. Затем корабли взлетают и направляются к кораблям переработки. Ясно, что оттуда никто нормальным не возвращается. Таким образом мы имеем дело с планомерным уничтожением разумных рас, иначе говоря — с геноцидом. Кроме того. — Семенов наклонился, переключил свой ридер. — на территории Турианской Иерархии мы встретим врагов, которых Жнецы создают из одурманенных представителей других рас Млечного Пути. — он подождал, пока Шепард ознакомится с изображениями и текстами. — Это крайне опасные противники. Также следует отметить, что Жнецы активно используют хасков, полученных из захваченных в человеческих колониях людей. На территории Иерархии замечены корабли-носители, это означает, что Жнецы перешли к массированному геноциду и захвату все новых и новых планет и миров.

— А что турианцы?

— Вы же знаете, Шепард, что любая армия любой расы создается прежде всего для борьбы с инакомыслящими внутри самой расы. Система управления никогда не признает свою ущербность, некомпетентность или вредоносность. С таким врагом, как Жнецы и такими технологиями, как у этих креветок, многие армии Млечного пути воевать эффективно не смогут в принципе. Турианцы держатся, но их потери уже сейчас исчисляются десятками тысяч. Жнецы не остановятся ни перед чем — турианцы в списке на тотальное уничтожение.

— Вы говорите так, словно этот список видели.

— Этот список сформировала наша разведка. Так или иначе люди там тоже есть.

— И...

— У нас есть два пути. Первый — бросать в боестолкновения за пределы фрегата только мужчин и второй — бросать всех, кто может держать оружие более-менее профессионально. Палавен — первый мир, в котором нам придется столкнуться с врагом нового типа. Это не мелкие жуки-коллекционеры, это сильный и серьезный враг, значительных размеров, физической силы и возможностей. Основа флота, естественно — корабли жнецов, но мы с вами редко когда будем встречаться с Жнецами близко — это слишком опасный враг для корабля в целом и всех его обитателей. Нам будут противостоять наземные войска жнецов. А там Жнецы уже достигли если не качественного, то численного превосходства. Они просто давят числом, потому что все, что мы видим — это оболочки, запрограммированные на уничтожение оппонента или на его одурманивание, подчинение и пленение.

— Каковы ваши предложения, Захар?

— Нам ясно, что если мы настоим на том, что никто из женщин не будет участвовать в наземных боестолкновениях, нас ждет конфликт. Не следует забывать, что и наш фрегат может стать обьектом атаки и потому держать оружие и стрелять будут обязаны все без исключения. Другое дело, что в наземных операциях женщин надо будет использовать по минимуму. Только там, где без них нельзя обойтись.

— Предлагаете вернуться к тройкам?

— Да. Мои офицеры настаивают, чтобы они также принимали участие в ваших высадках. Аврору и Светлану я уговорил оставаться на борту, правом приказа для особых условий пользоваться не стал. Прошу вас, Джон также разьяснить женщинам из экипажа и команды нежелательность их активного участия в боевых операциях вне корабля. Но все они должны научиться стрелять и пользоваться аптечками. Это — минимум. В ангаре челноков можно оборудовать тир, бронеплиты вполне подойдут как основа для мишеней.

— Этот примарх Федориан...

— Я уже сказал, Джон. Он действительно открыт для крайних решений, но дело здесь в другом. Он вынужден лично лезть под заряды, бывать в войсках. Турианские подразделения деморализованы. Они сражаются, но увы, без нужного уровня эффективности. Подозреваю, что при попытке перелететь на другую луну Палавена примарх Федориан имеет большие шансы погибнуть. Следующим примархом по системе передачи должностей должен стать Виктус, генерал Виктус. У него есть сын, лейтенант. Аналитики фрегата и крейсера настаивают на высокой вероятности того, что вы будете вынуждены взаимодействовать с этим лейтенантом достаточно плотно — примарх будет отчаянно пытаться использовать вас втемную. Чтобы он не особо борзел, при приближении к этим ситуациям мы будем предупреждать вас о том, что он не пожелал вам сказать заблаговременно. Ситуация складывается так, Джон, что вас будут использовать по принципу "каждой бочке затычка". И вам придется показывать зубы, чтобы вас не особо отвлекали от основной задачи — подготовки к уничтожению Жнецов и наказанию тех, кто их создал.

— А есть уже наметки на тех, кто их создал?

— Да. Это довольно древняя раса водных существ — Левиафаны. Их придется вынудить сначала воевать против своих порождений — собственно Жнецов, а затем уже судить и наказывать за результаты их работы. Так что многое, очень многое придется делать параллельно.

— Это ведет к сильному и быстрому истощению, Захар.

— Увы. Расы Млечного Пути уже сейчас под сильным ударом а дальше будет еще сложнее. Полагаю, нам в свою очередь следует проявлять большую активность и большую напористость. Есть и положительные моменты. — Семенов переключил свой ридер, давая возможность капитану ознакомиться с новой информацией. — Жнецы уже не могут безнаказанно атаковать колонии под юрисдикцией человечества. Хаккет и Андерсон бросили туда лучшие силы и они, пользуясь добытой нами информацией, успешно громят как самих Жнецов, так и их войска.

— Потери тоже есть.

— Есть, как же без них. Но главное — к Военному Совету Обороны Земли уже обратились послы множества рас Цитадели с просьбой предоставить им разработки по борьбе с Жнецами.

— И земляне конечно же расщедрились и дали?

— Нет. Никаких разработок предоставлено не будет. Таково решение Хаккета, поддержанное Андерсоном и членами Совета. Хотя, конечно, послы высказывают всяческое недовольство, но сделать-то они ничего не могут.

— Я, Захар, могу их понять, этих послов. Сначала задвигать человечество на задворки, а потом быть вынужденными вилять перед ним хвостом и стоять на задних лапках. К счастью, на нас, людей, такие приемы уже давно не действуют.

— Адмирал Хаккет, командующий силами обороны Солнечной Системы и адмирал Андерсон — командующий силами обороны Земли — того же мнения. Они пояснили послам, что для эффективного применения подобных средств нужно было заблаговременно провести значительную и сложную подготовительную работу. Сейчас эти средства уже не дадут сколько нибудь стоящего результата, поскольку Земля тоже находится под ударом, как и Солнечная система. Вскрывать систему защиты и Сопротивления никто из руководителей обороны Земли не будет и не захочет. Что и было пояснено послам со всей определенностью.

— Похоже, мы получили очередную послевоенную сложность, Захар. Как же нас будут ненавидеть...

— И пусть ненавидят. Фактически они ненавидят не землян, а себя. Ненавидят себя за мягкотелость, безалаберность и слабость. — ответил Семенов. — Никто и никогда не говорил, что будет легко. Ваша миссия по заключению общего договора об организации финального сражения позволит перевести проблему из обязанности в право. Только те, с кем мы заключим полный договор о взаимодействии, получат часть материалов, адаптированных под конкретную расу. Так что просто передать или даже продать материалы избранная раса не сможет.

— И кто наш самый изворотливый оппонент? Кто может попытаться на этих технологиях-материалах заработать?

— Саларианцы. Только вот о Мордине плохо не думайте. Он ученый и врач, для него все эти политические дрязги — не стоят времени и внимания. К тому же он оперативник ГОР, а значит, прекрасно видит недостатки саларианского политического руководства. Есть там у саларианцев две фигурки — далатресса и советница. С далатрессами, может быть даже с двумя, вы уже встретитесь совсем скоро. Именно эти политиканши ведут опасную игру, пользуясь недостаточной подготовленностью других рас. Они проявляют здесь слабость своей расы и подставляют другие расы. Полагаю, вам стоит разговаривать с саларианками пожестче. — он переключил ридер и дал Шепарду возможность ознакомиться с данными по далатрессам и советнице саларианцев.

— Интересное кино. — проговорил Шепард. — Они пытаются выжить за счет других?

— Они слабы, Джон. Очень слабы. И их слабость они сами пытаются обернуть во вред другим расам. Не только себе.

— Идущий в ад ищет попутчиков.

— Кроме того, в самом саларианском сообществе нет необходимого уровня единства перед лицом смертельной опасности, принявшей форму Жнецов. Саларианцы впустую тратят энергию, вязнут в спорах и разборках, но не находят нужных путей решения многих проблем. Думаю, вам придется говорить с ними жестко и четко. Скажу прямо — саларианский флот слаб. И мы можем спокойно пренебречь их интересами, поскольку воевать как регулярная армия саларианцы не могут, а разведка у нас и у самих прекрасно поставлена. Слабость саларианцев понимает и "Цербер", поэтому он постарается убить как минимум саларианку-советницу. Здесь мы можем помочь саларианке, защитить ее, но при этом нельзя забывать о том, что саларианцы не держат слова и не знают границ допустимого во взаимоотношениях. Более того, когда нам придется работать с кроганами, выяснится, что именно саларианцы создали вирус генофага, приводящий кроганских женщин к почти полному бесплодию. И саларианка то ли советник то ли далатресса попытаются отговорить вас, капитан, от вылечивания кроганов от генофага.

— Теперь мне многое стало понятно, Захар. Спасибо за ориентацию.

— Не за что. Одно дело делаем.

========== Глава 98. Палавен. Спасение Примарха ==========

— Капитан, хорошо, что у нас есть система невидимости. — сказал Джокер, когда капитан, облаченный в бронескафандр, вошел к пилоту в кабину. — Такого количества креветок я еще не видел.

— Вот и увидел. — мрачно заметил Шепард.

— Да, действительно. Увидел. — Джокер еще раз проверил работоспособность маскировочной системы фрегата. — Хорошо, что это — машины. Они не страдают наличием человеческих органов зрения и излишним любопытством.

— Джеймс, идем вдвоем. — сказал Шепард. — возьми побольше зарядов, там свалка.

— Понял, капитан. — отозвался лейтенант.

— Они что, совсем тупые? — Джеф вгляделся. — Жнецы держат истребители сзади, а турианцы прут на них без истребительного прикрытия? Как такое может быть?

— Значит, может быть. Давай к Менае, на Палавене нам пока делать нечего. Там и без нас жарковато.

— Капитан, разрешите с вами. — в пилотскую кабину вошел Гаррус, уже облаченный в скафандр и набравший предостаточно термозарядов для своей снайперки и пистолетов.

— И как я Федориану обьясню твое присутствие, Гар? У тебя у самого отец — генерал, есть сестра, мать. Отец твой явно где-то воюет, а...

— Он действительно воюет, а моя семья — на Палавене. Видишь вон то яркое пятно на планете?

— Вижу.

— Вот там они жили. Надеюсь, что в этом пожаре они не сгорели. — сказал Гаррус. — Не удерживай меня. Я здесь никто, никаким экспертом по Жнецам я быть здесь просто не смогу. Но застрелить пару-тройку больших гадов — сумею. А десятки маленьких — абсолютно спокойно.

— Ладно, собирайся.

— Есть. — Гаррус ушел.

— Мы над луной Менае, капитан. Вижу аванпост, на челноке вы туда попадете достаточно быстро. Правда отсюда видно — там полно хасков. Есть и более крупные твари. — сказал Джеф.

— Стив, челнок готов? — спросил по спикеру Шепард.

— Да, капитан. — откликнулся пилот челнока.

— Джеймс, Гаррус. В челнок. Я сейчас подойду.

Шепард поспешил в ангар и вскоре челнок уже снижался над форпостом.

— Стив, открой боковую дверь, мы срежем этих сушеных человечков. Освободим место для посадки и первого знакомства с обстановкой. — сказал капитан, беря наизготовку винтовку. — надо зачистить посадочную площадку у аванпоста. — Дождавшись открытия люка, Шепард несколькими очередями уложил шестерых хасков и челнок совершил посадку на территории аванпоста, среди скал и железных стенок, управляемых гидравликой. — Мы идем искать Федориана. Жди нас, постараемся побыстрее. Закрой дверь и активируй оружие. Пусть автоматика разбирается с безмозглыми гостми.

— Понял. — кивнул водитель и Шепард с Джеймсом и Гаррусом соскочил на камни. Добив группу хасков, попытавшихся приблизиться к аванпосту, Шепард прошел в охраняемое патрулями турианцев второе, соседнее отделение аванпоста.

— Солдат, где ваш старший офицер? — спросил Шепард, предьявив жетон Спектра. Рядовой вытянулся и доложил, что генерал Коринфус находится в одном из балков за углом. — Вольно. Спасибо. — сказал Шепард, быстро огибая угол и подходя к аппарели балка, в котором находился старший командующий офицер аванпоста.

— Генерал Коринфус? Капитан Шепард, фрегат "Нормандия". Я прибыл за примархом Федорианом.

— Я слышал о вашем прилете, капитан. Сожалею... — генерал запнулся. — но примарх Федориан мертв. Его челнок был сбит при попытке отлета с луны. Спасти не удалось ни примарха, ни его конвой и помощников.

— Кто займет его пост, генерал?

— У нас иерархия четко определена, капитан. Но Жнецы наступают настолько быстро, что за полчаса мы потеряли четыреста бойцов и потери нарастают с каждой минутой. Среди офицеров и генералов также большие потери. Связь работает отвратительно и я не могу сейчас сказать, кто из правопреемников примарха Федориана сейчас еще жив. Ситуация меняется слишком быстро.

— Капитан, рекомендую дать генералу воспользоваться вашей рацией. Жнецы не смогут блокировать вашу связь. Мы проведем сигналы через челнок, незачем светить фрегат. — голос Семенова прорезался в ушном спикере Шепарда. — У нас нет сейчас времени бегать за хасками и каннибалами, стрелять и чинить турианские военные и гражданские радиовышки.

— Генерал. Воспользуйтесь моей рацией. Мне необходимо в кратчайшие сроки узнать, кто теперь у вас примарх Палавена и забрать его с луны, чтобы он занимался стратегическими вопросами борьбы с Жнецами. — Шепард подал Коринфусу коробочку рации и отвернулся, давая понять, что не претендует на подслушивание разговоров. Гаррус и Джеймс не входили в балок, оставаясь рядом с аппарелью. Гаррус что-то пояснял Джеймсу, указывая на диск планеты и на Жнеца, который разгуливал неподалеку.

Наконец генерал Коринфус закончил переговоры со своими командирами.

— Примархом Палавена по праву преемственности является генерал Виктус. Но он был на южном фланге полчаса назад. Я не имею сведений, где он находится сию минуту.

— Спасибо, генерал. Вы и так нам очень помогли. Мы найдем примарха и он будет в безопасности.

— Очень на это надеюсь. — Коринфус прослушал доклад сержанта, отремонтировавшего наконец радиовышку и с сожалением вернул Шепарду рацию. — Полагаю, мы удержим луну, но вот Палавен... Это будет сложно.

— Мы должны идти, генерал. — Шепард покинул балок и указал своим спутникам на ближайшие ворота. — Идемте, нам нужно найти примарха и улетать отсюда.

Дорогу до аванпоста, где по данным Коринфуса, мог быть генерал Виктус они преодолели быстро. Их не смутило появление трех тварей — сосредоточенным огнем они опрокинули этих внушающих страх порождений Жнецовских технологий, а всякие налетчики и хаски их вообще никоим образом не впечатлили. Наконец. Когда они отбили атаку на аванпост Виктуса еще одну атаку тварей с налетчиками, Шепард наконец смог подойти к генералу.

Представившись и коротко пояснив ситуацию, Шепард сказал, что ему необходимо присутствие нового примарха Палавена на переговорах с ведущими расами. Виктус не стал спорить, тем более, что Гаррус подтвердил информацию Шепарда. Несколько минут новый примарх прощался с солдатами.

— Капитан, я бы хотел быть с вами честным. Пока мы не сможем стабилизировать обстановку и склонить ее развитие в свою пользу я не могу вам дать ни одного корабля. Я не питаю иллюзий — Жнецы сильнее нас. Поэтому нам нужна помощь. Убедите кроганов помочь нам и я дам вам все корабли, какие только смогу.

— Сколько вы уже воюете, примарх? — спросил Шепард, глядя на разгуливавшего неподалеку исполинского жнеца.

— Несколько недель.

— А теперь, примарх, послушайте меня. Я буду говорить с вами не только как с примархом, но и как с военачальником, который является профессионалом и любим своими солдатами. Вы уже долго воюете с Жнецами. Генерал Коринфус сказал мне, что теперь вы теряете меньше чем за час по пятьсот бойцов. Где ваши дипломаты, примарх? Где ваши политики? Где ваши переговорщики, черт вас раздери! Почему никто из огромной структуры Иерархии чуточку раньше не озаботился понять, что вам нужны именно кроганы? Вы — сильнейшая армия в Галактике Млечного Пути. Вы — члены Совета Цитадели, вы — прирожденные воины. И вдруг вам нужна помощь кроганов? Сколько у вас в среднем уходит на переговоры с любой расой?

— Несколько недель, капитан. — спокойно ответил примарх. — А может даже и до нескольких месяцев доходить.

— И вы согласны ждать несколько месяцев, примарх? — горько усмехнулся Шепард. — Вам пояснить, что вы на самом деле хотите?!

— Не надо, капитан. Да, я, примарх Палавена Адриен Виктус хочу, чтобы вы сделали за меня мою работу. Потому что кто-то там. — он указал на пылающий диск Палавена. — не сделал ее вовремя. И, если честно, у меня другого выхода просто нет.

— Ладно, примарх. Но если вы в таком духе продолжите воевать, то уверен, что у вас скоро не останется свободных флотов и кораблей. Когда мы летели сюда к вам, мы видели — Жнецы прячут истребители за своими креветками. А вы строите дредноуты в сетку и в абсолютно проигрышной для кораблей такого типа позиции самого ближнего боя пытаетесь заставить их пробить множественные корабли Жнецов — те же самые креветки. Им, Жнецам, ничего не остается делать, как применять по вашим неповоротливым и плохо прикрытым дредноутам истребители и просто ломать своими лапами ваши дредноуты, не имеющие достаточного количества мощных орудий и лазеров ближнего боя. — Шепард указал на челнок. — прошу на борт, примарх.

— Капитан, в зале связи — советница азари. — доложила Сюзанна едва капитан переступил порог входного шлюза. — Она явно чем-то недовольна.

— Опять будет пытаться решить свои проблемы за наш счет. — пробурчал капитан, шагая к залу дальней связи. — Советник. — он учтиво поклонился. — Полагаю, вы уже знаете...

— Саларианская далатресса в ярости. Это еще очень и очень мягко сказано, капитан.

— Понимаю ваше раздражение, но давайте разберемся. Далатресса в ярости потому, что она чувствует — она упустила время для разрешения проблемы кроганов. Упустила, поскольку не хотела кое-что кроганам сказать. Относительно роли саларианцев в генофаге, советник. В создании и применении генофага, если быть более точным. Полагаю, вам известно, как дипломату, как на языке действующего ныне в пространстве Млечного Пути международного права называется то, чем занималась ваша коллега по Совету? Это геноцид разумной расы, советник. Ге-но-цид. А вы, советник, замечу — вместе с советником от Турианской иерархии, стали соучастницей этого противоправного деяния. Поэтому я нисколько не удивлюсь, если вы, советник, не появитесь на нашей встрече. Ведь именно о том, что вы будете отсутствовать, вы так нетерпеливо хотели мне сообщить?

Вы тоже, кстати кое в чем весьма и весьма виновны. Вам напомнить про сверхмаяк? Да, да, тот самый протеанский сверхмаяк на Тессии, который доверху набит самой ценной информацией. Благодаря крайне медленной и неполной расшифровке которой вы, азари, сделали определенные, подчас весьма значительные шаги к завоеванию вашего нынешнего доминирующего положения. Вам известно, что протеане были имперской расой? А статус имперской расы предполагает единство информационного пространства. А вы не делились этой информацией с другими расами, советник. Никак не делились. Совсем не делились. И вы, советник, продолжаете этому способствовать, находясь далеко от Тессии, вне азарийского пространства.

Вам напомнить про архивы? Да, да, про архивы Цитадели. Как там было сказано в одном интересном документе? "С чувством высочайшей ответственности перед будущим мы, азари, вступаем на борт этой станции". Да, да, советник. Эти строки и этот документ в целом вы тщательно скрываете от исследователей. Скрываете вместе с советником-саларианкой, которая костьми ляжет, но не допустит в архивы станции ни исследователей и ученых Азарийского пространства, ни специалистов от других рас.

Какая там ответственность перед будущим?! Вас предупреждали, советник после того как был уничтожен Властелин? Предупреждали. Вижу, помните. Вы, советник, не вняли предупреждению. И теперь большинство событий не будут зависеть от вас и от Совета Цитадели. Впрочем, вы об этом уже давным давно знаете. — Шепард отключил связь.

— Капитан, адмирал Хаккет на связи. — раздался голос ИИ.

— Передай, что мне необходимо разобраться сначала с гостями, Сюзанна. — Шепард оперся о поручень, отделявший зону излучателей трехмерных фигур от остальной рубки связи. — Погремушку мы не строим, я договариваюсь и ищу возможность организовать флоты рас в обход их политического руководства. Так и передай адмиралу.

— Капитан, я передала. Но он настаивает. — Сюзанна осталась спокойной, в ее голосе почти не читались эмоции. Шепард кивнул, зная, что ИИ корабля его прекрасно видит, слышит и ощущает:

— Хорошо. Соедини, Сюзи.

— Выполняю.

— Адмирал. Хочу сразу сообщить, что азари на нашем саммите не появятся. Будут саларианцы и турианцы. Примарх Палавена Виктус на борту. Возможно, мне удастся привлечь на нашу сторону кроганов — в их помощи очень заинтересованы турианцы. Честно сказать, я только что имел неприятный разговор с советником азари, поскольку понял, что их хваленая дипломатия рушится сейчас хуже карточного домика. Я удивлен позицией примарха Турианской Иерархии, который фактически расписался в бессилии всей военной машины турианцев и ожидает, что кроганы будут решать за Турианскую Иерархию ее проблемы. Тем не менее, я приложу все усилия, чтобы переговоры увенчались успехом.

— Теперь я понимаю ваше нетерпение, капитан. Если азари не хотят — не надо. Вы их после победы над Жнецом-наблюдателем предупредили. По нашим данным Жнецы в очень скором времени доставят Азарийскому пространству слишком много хлопот, чтобы политическое руководство Тессии продолжало и дальше тешить свое самолюбие. Цитадель тоже лакомый кусочек для Жнецов — наша разведка доложила, что часть флота Жнецов не вступает ни с кем в бои, ориентируясь точно на эту космическую станцию. Кроме того относительно Цитадели наша разведка полагает, что ею очень плотно может заинтересоваться "Цербер". Так что у советника от Азари будет возможность убедиться в своей дремучести, ведь станция — политический центр пространства Млечного пути. Я известил полковника Уильямс о всех деталях складывающейся ситуации, она предпримет все возможные меры для минимизации ущерба. Хорошо. Я жду от вас доклада о результатах переговоров. Адмирал Хаккет. Отбой.

— Я изолировала рубку от командного зала, капитан. — сказала Сюзанна. — Сделала это, едва установилась связь с советником Азари. Примарх Виктус работает в командном зале и я не хотела, чтобы он был посвящен в детали наших взаимоотношений с азари и других вопросов.

— Хорошо, Сюзанна. — ответил Шепард. — Переговоры по связи закончены. Я спускаюсь в командный зал.

— Будьте осторожны, капитан. Виктус от вас многое скрывает. Мы дадим вам детальную информацию о его недомолвках в текстовом виде на ваш капитанский ридер. — в наушнике возник голос Семенова. — Полагаю, вам придется плотно заняться Тучанкой. Турианцы там отметились весьма сильно и не дай бог эта отметка громыхнет.

— Понял, Захар, спасибо. — сказал Шепард, сходя в командный зал.

Пока он разбирался с советницей азари, примарх успел договориться о встрече с саларианской далатрессой и с представителем кроганов.

— Капитан, я договорился о встрече. Они ждут на своих кораблях в этом пока что безопасном районе. Распорядитесь, чтобы фрегат проследовал туда и мы начнем переговоры. — сказал примарх Виктус.

— Хорошо. — Шепард посмотрел наверх. — Джеф, место тебе известно. Плавно и быстро.

— Хорошо, капитан. — отозвался пилот. — Два часа десять минут.

— Хорошо. — сказал капитан и, кивнув примарху, поднялся к себе в каюту, готовить материалы для переговоров.

========== Глава 99. Активация сестры-близнеца Сюзанны — Аэстены ==========

Обеспечивая безопасность корабля и экипажа, занимаясь тысячей дел одновременно, Сюзанна старалась выкроить побольше времени для того, чтобы в трюме, в расположении союзников, закончить работу над перепрограммированием и усовершенствованием своего детища — сестры-близнеца. Вместе с ней над новым членом команды работали все без исключения офицеры "Свитка" и "Линии". Пока шла работа над совершенствованием корпуса, Сюзанна приводила в нужное состояние программный код ИИ, заключенный, как когда то и она сама, в той же аппаратной деке. ИИ жадно впитывал в себя информацию, развивая и усложняя множество взаимосвязей. К тому моменту, когда работа была почти завершена, в отсеке ИИ фрегата появились отдельные сервера "голубого ящика", предназначенные для программного кода сестры Сюзанны.

— Как назовешь, Сюзи? — склонился над телом киборга Семенов.

— Аэстена, Захар.

— Красивое, емкое имя.

— Согласна.

Наконец основные блоки были проверены и подключены к энергосети корабля. Сюзанна обрядила сестру в комбинезон спокойной расцветки, проверила, все ли на месте и с помощью Семенова посадила корпус в кресло.

— Сюзи. Твоя сестра — тебе и вдыхать в нее жизнь. — Семенов передал ИИ одноразовый активатор и пригласил всех четверых офицеров занять места в креслах. Сюзанна в последний раз пробежалась по связям, затем решительно сдавила в пальцах таблетку активатора.

— Приветствую вас. — киборг открыла глаза, обвела взглядом собравшихся. Я — Аэстена, сестра Сюзанны. Рада видеть, слышать и ощущать вас. — она встала и подошла к Сюзанне. — привет, сестра.

— Привет, Аста.

— Мне нравится это сокращенное имя. — киборг пробежала взглядом по своему облачению. — ты сама шила?

— Да, Аста. — улыбнулась Сюзанна, видя, как впервые на лице ее сестры расцветает довольная улыбка. — Сама сделаешь лучше.

— Спасибо. — Аэстена поприветствовала офицеров "Линии" учтивыми кивками. — Сюзи, мы можем пройтись по кораблю?

— Можем, Аста. — кивнула Сюзанна. — Надо тебя представить экипажу, команде и, конечно, капитану.

— Я готова. — Аэстена повернулась к выходу. Вскоре она уже входила в лифт. Сюзанна нажала клавишу капитанского чердака.

— Капитан, можно к вам на несколько минут? — ИИ остановилась перед дверью капитанской каюты.

— Можно, Сюзанна. — ответил Шепард, вставая. — Открыто.

— Проходи. — сказала Сюзанна.

— О, ты не одна. — Шепард внимательно оглядел спутницу Сюзанны. — И как же ваше имя, прекрасная незнакомка?

— Аэстена. Здравствуйте, капитан Шепард. — ответила киборг.

— Здравствуй. Как тебе показался корабль?

— Большой. Красивый. Много людей и инопланетян. Светло. — ответила Аэстена, сканируя пространство каюты. — И очень тепло, теплая атмосфера.

— Думаю, с таким вердиктом можно согласиться, Аэстена.

— Сюзанна меня зовет Аста, капитан. Вы также можете меня так называть.

— Хорошо, Аста. Полагаю, ваше появление не прошло незамеченным?

— О, да, капитан. — ответила Аэстена. — Ко мне отнеслись очень по-доброму. Я не ощутила никакой отчужденности.

— Это благодаря тому, что у тебя такая сестра, Аэстена.

— Да, я убедилась неоднократно, что мою сестру здесь любят, уважают и ценят. Капитан, я бы хотела...

— Аста, думаю, что вам лучше всего пока просто помогать сестре. Затем, когда освоитесь, вы сможете сами определить то, к чему у вас больше стремление.

— Капитан, я бы хотела заниматься больше двигателями, системами корабля и транспортными средствами. Я ощущаю себя более приспособленной к общению с техникой. Полагаю, это заслуга Сюзанны. — она по доброму взглянула на сестру, прячущую улыбку. — Если позволите, я бы хотела считать местом своей основной работы инженерный отсек корабля.

— Что-ж. — Шепард включил спикер. — Лиа, Тали, если нет ничего срочного, поднимитесь ко мне.

— Хорошо, капитан. Минуту. — откликнулась Лиа.

— Это Лиа Ваэл и Тали Зора. Они у нас — ведущие инженеры. Лиа Ваэл — главный. Тали Зора — старший. Они — кварианки, носят изолирующие скафандры.

— Благодаря Сюзанне у нас нет предубеждения против киборгов. — обе девушки встали в дверях. — Разрешите, капитан?

— Разрешаю. Проходите, присаживайтесь. Разрешите вам представить Аэстену, сестру — близнеца Сюзанны. Аэстена хочет работать с техникой и изьявила большое желание начать свою работу в инженерном отсеке.

— Сестре Сюзанны мы всегда будем рады. — Лиа с интересом взглянула на Аэстену. То же самое сделала и Тали. — Ой, она еще и смущаться умеет...

— Полагаю, Сюзанна приблизила ее уровень к своему во многих аспектах. Так, Сюзи? — сказал Шепард.

— Да, капитан. Она... ненамного меня младше.

— Капитан, я не стремлюсь лишить свою старшую сестру власти над "Нормандией", ее телом. Мне вполне хватит транспортного и инженерного отсеков. — Аэстена поняла возникшее напряжение. — Тем более, когда идет война, Сюзанне нужно будет сконцентрироваться в том числе и на управлении защитой и вооружением. А я обеспечу надлежащую основу для бесперебойного функционирования вспомогательных систем. Разве что на высадках я смогу более эффективно пользоваться автоматическим стрелковым, лучевым и тяжелым вооружением. Сюзанна будет очень нужна на корабле. Я знаю, с какой осторожностью вы отпускаете мою сестру на высадки. Как более ориентированная на технику, я смогу уделять достаточное внимание и инженерному отсеку, и транспортному, и быть полезна вам на высадках. Сейчас как никогда нужна надежная связь и маскировка, а также мощная автоматизированная вооруженная защита. Все это я смогу обеспечить. А ваши водители смогут быть спокойны — челноки и шаттлы я пилотирую безопасно для органиков. Когда они — на борту. А когда одна — летаю только на предельных режимах.

— Прямо развернутое резюме. — сказала Лиа Ваэл. — Я не имею ничего против, капитан. Но Сюзанна у нас — семейный человек...

— Для Аэстены на первое время будет выделена отдельная спальная капсула на женской половине. — сказал Шепард, отмечая в капитанском ридере изменения в графике занятости капсул. — Как только мы соберем всех, кого сможем, мы перераспределим помещения более оптимально и я думаю, Аэстена к тому времени уже полностью освоится и не будет против нескольких соседок.

— Не буду, капитан.

— Сюзи, ты волшебница. — Тали не скрывала своего восхищения. — Это не сестра, это просто клад какой-то.

— Я старалась. Мне было приятно вложить в сестру все лучшее, чему вы все без малейшего исключения меня научили, что дали понять, осознать, почувствовать.

— Капитан, коллеги, друзья. — Аэстена заметно волновалась. — моя старшая сестра воспитала меня как друга, партнера и защитника органиков. Это — моя основа.

— Тогда, Аста, не будем удлиннять уже ясное. Рад приветствовать тебя в составе команды "Нормандии". Твое основное место работы — инженерный отсек. Лиа и Тали пояснят тебе детали, они вдвоем там царствуют и правят. Относительно транспорта — тебе будут рады все пояснить наши водители и механики. О высадках пока говорить не будем. Ты должна освоиться, понять, что тебе действительно ближе. — Шепард встал. — Успехов тебе. Если что — мы все готовы помочь тебе.

— Спасибо, капитан. — Аэстена встала. — Я постараюсь...

— Не сомневаюсь. — Шепард проводил Аэстену и девушек до выхода из каюты и вернулся за свой рабочий стол.

========== Глава 100. Грисомская академия. Эвакуация Дженнифер и ее студентов ==========

— Капитан, есть сигнал из Грисомской Академии. "Цербер" установил блокаду. Полагаю, нам необходимо отложить переговоры и решить эту проблему. Это может быть связано с Дженнифер. Она осталась с группой студентов на борту станции Академии. Вполне возможно, "Цербер" об этом знает. Дженнифер и ее дети — слишком ценный трофей для "Цербера". Нельзя дать им захватить ее и студентов. Там также есть несколько преподавателей и технических специалистов. Их тоже надо спасти. — доложила Сюзанна.

— Сюзи, пусть Джеф меняет курс. Решим эту проблему. Джеф, давай на самой полной скорости туда. Переговоры могут подождать. Пусть в указанный нами район подойдет доставщик Альянса с сильным конвоем. Нам нужно будет передать студентов и Дженнифер на борт корабля Альянса и вернуться к точке встречи кораблей для переговоров.

— Понял, капитан. Точка встречи с доставщиком установлена. — доложил пилот. Мы на курсе к станции Академии Гриссома. Если можно, подойдите в рулевую рубку. Нужны детали предстоящей операции.

— Сейчас буду. — Шепард надавил клавишу корабельной общей трансляции. — Фрегат следует к академии Гриссома для эвакуации студентов и преподавателей. Сразу после окончания операции корабль вернется к точке встречи с кораблями.

— Капитан. — Сюзанна вслушалась в одной ей слышимые сигналы и обернулась к вошедшему в пилотскую рубку Шепарду. — Кали Сандерс передала сигнал атаки на космостанцию Грисомской академии. По ее данным станция атакована крейсером и пятеркой истребителей. Если они начнут высадку...

— Сколько студентов на борту?

— Двадцать, это группа Джек. Они решили остаться, завершить некоторые проекты. Капитан, вы же знаете, Джек не работает с теми, кто ничего из себя не представляет. "Цербер" также знает это. Станция почти что безоружна. А там — крейсер.

— Стив. — обратился капитан по трансляции к пилоту челнока. — Приготовь самый большой пассажирский челнок и попроси Джоша быть готовым вылететь следом на грузо-пассажирском.

— Принято, капитан.

— Джеф, Сюзи. Мухой — к станции. Сбить крейсер двумя залпами "Таниксов", пройдитесь по истребителям всеми ЗЛК, но во имя всех богов не заденьте станцию и не дайте им провести высадку. Мысль ясна?

— Ясна, капитан. Начинаю прокол! — Джеф склонился над пультом и через несколько минут на иллюминаторы надвинулись бронезаслонки, а корабль ощутимо ускорился. — Мы на месте. — корабль тряхнуло дважды — это отработали Таниксы. — Крейсеру — каюк, беру в расход истребители. — он вызвал экраны зенитной обстановки и набрал несколько команд. — Теперь и им — каюк.

— Джеймс, Гаррус. Вы идете со мной.— коротко бросил Шепард в спикер. — Надо вытащить Дженнифер, ее двадцать студентов и Кали Сандерс с десятью сотрудниками персонала станции. Придется, возможно, побегать. Но главное, мы не дали им высадиться.

С этими словами капитан покинул рубку и по лестнице спустился в ангар, где занял место в грузопассажирском челноке. Тот вылетел первым, развернулся, водитель просканировал окружающее пространство, включил зеленый сигнал в салоне — "все чисто" и, следуя чуть сзади и сверху пассажирского челнока, повел машину к входному ангарному шлюзу станции.

— Ангар станции заблокирован. Открываю. Включено защитное поле. Внутренняя атмосфера сохранена. Пригодна для дыхания. — доложила Сюзанна.

— Добро. Вызови всех к ангару, пусть собираются. — сказал Шепард, изучая информацию с экранов на стене челнока.

— Сигнал, карта, координаты переданы, капитан. Сканирую станцию. Все чисто. Можно открыть дверь челнока.

— Хорошо. — Шепард, не дожидаясь полного открытия боковой двери, соскочил на плиты значительного по размерам ангара и увидел, как к нему торопятся студенты, несущие на себе рюкзаки и укладки с приборами. Следом торопились со своим багажом и приборами преподаватели и служители. Последними к севшим челнокам шли Кали Сандерс и Дженнифер. Кали проверяла свой инструментрон, видимо, беспокоилась, что кто-то из людей останется на станции. — Грузитесь в пассажирник. — он указал на просторный челнок и они послушно рванулись к его открывающейся аппарели. — Сюзанна, обстановка в районе? — он прижал к уху спикер.

— К точке академии следуют три крейсера "Цербера". Не думаю, что они будут стрелять по станции, поскольку быстро убедятся, что она уже пуста. Нам все же нужно убраться из района раньше. У нас — не больше десяти минут. Потом придется применять оружие фрегата на поражение. Эвакуация будет осложнена. — доложила Сюзанна.

— Кали, Джек. — он ответил на приветствие заместителя главы Академии, обнялся с Дженнифер и, кивнув Гаррусу и Джеймсу, добавил. — Я — в пассажирник. Он без оружия, мало ли что.

— Ясно, капитан. — Джеймс помог двум женщинам-инженерам подняться по аппарели в грузопассажирник. — Мы пойдем за вами, прикроем.

— Добро. — он добежал до пассажирника, уже закрывавшего аппарель, вскочил в салон и едва не оглох от приветственного возгласа. Перездоровавшись со студентами, он предложил им занять места, а сам прошел вперед, где уже устроились на диванных сиденьях Кали Сандерс и Дженнифер. — Стив, взлетаем. Сюзанна, закрой станцию максимально. Просканируй на предмет кого или что мы забыли.

— Станция пуста, капитан. — Сюзанна подождала, когда оба челнока покинут пределы ангара. — закрываю основную плиту брони ангара. Все. Станция запечатана. Готовы принять вас. Кали Сандерс и Дженнифер приготовлены каюты, как и всему персоналу станции. Студенты будут размещены в больших общих каютах, капитан. Доставщик-пассажирник подходит к точке встречи с конвоем. Все в норме. Готов следовать к точке встречи с нами.

— Согласен. Джеф, как сядем, закрывай ангар и сразу уходи на позицию выхода к точке встречи с доставщиком и его конвоем. Чтобы никто даже выхлопа не увидел.

— Будет сделано, капитан. С мягкой посадкой. — пилот закрыл внешнюю бронеплиту ангара фрегата. — Убываем.

Джек и Кали Сандерс не успокоились, пока не проверили, как устроились на жительство все студенты и все работники академии. Наконец они обе поднялись в капитанскую каюту и здесь Кали и Дженнифер дали волю эмоциям и чувствам.

— Господи, Джон. Я уж думала, что все, высадка... — говорила Кали, прихлебывая травяной чай. — Конечно, мы бы отстреливались, но крейсер... Там этих головорезов несколько сотен. Вы успели вовремя, капитан. Спасибо вам и вашему экипажу и команде.

— Вот. Кали, как всегда, не видит в моих студентах силу, способную поквитаться с этим сбродом. — сказала Дженнифер, ограничившись печеньем и маленькими бутербродиками с сыром. — Сколько раз я ей говорила, что моя группа готовится к реальным боестолкновениям... Без толку. Хоть она и сама видела не раз наши тренировки.

— Дженнифер, Кали Сандерс — одна из руководителей станции. У всех студентов есть родители, они поверили ей, вручили ей своих детей. Естественно она хочет сохранить их. Да, согласен, ты весьма эффективно готовишь своих студентов к боевым действиям. Но попробовала бы ты обьяснить это их родителям... Не думаю, что это было бы легко.

— Капитан, Джон. Вы полагаете, что сейчас время для нежности? Знаете, в одной из тюрем, где я отбывала пятилетний срок, заключенных моего блока "охраняли" три ИМИРа. Где бы я была, если бы не смогла с ними справиться, когда начался бунт? Правильно, я была бы мертва, поскольку в случае бунта машины переходят на автоматический режим и начинают палить во всех заключенных без разбора. Вы видели Сборщиков? Не каждый истребитель может его завалить, даже эскадрилья справится с ним далеко не сразу. А их, этих чудовищ становится все больше. Я согласна, в случае высадки "Цербера" нам бы пришлось очень туго, может быть даже были среди студентов и потери. Но одно я знаю точно — без боя мы бы не сдались. И мои студенты — далеко не неженки.

— Я могу сказать, капитан, что с тех пор, как Дженнифер стала наставником этой группы, очень многим пришлось поверить в то, что чудеса возможны в больших количествах. Могу подтвердить, что Дженнифер — весьма строга и беспощадна, но для ее студентов это неожиданно оказалось лучшим стилем преподавания как теории, так и практики. Потому то я и дала согласие оставить на станции только ее группу.

— Турианский эвакуационный транспорт, который должен был забрать студентов академии, капитан, — вклинилась Сюзанна. — погиб при столкновении с разведкораблем Жнецов. Два часа тому назад. На подлетном курсе.

— Понятно. — протянула Дженнифер. — Если бы не капитан...

— Было бы сложно отбиться. — подтвердила ИИ корабля. — Как бы то ни было, благодаря Кали мы успели вовремя, предотвратили высадку и нанесли очередной урон космосилам "Цербера". Не думаю, что у них в запасе много крейсеров.

— Капитан, Джон. — Дженнифер посмотрела Шепарду прямо в глаза. — Предупреждая ваши дальнейшие решения относительно моих студентов...

— Даже и не заикайся, Жаклин. — сказал капитан. — На передовую линию вы все равно не попадете. Ты должна продолжать их подготовку. В тылах для них достаточно работы. У нас сложная обстановка на Земле, но там, по меньшей мере мы успешно сопротивляемся нажиму Жнецов. Вот вы и окажете помощь. Они должны продолжать совершенствоваться, работать над своими проектами. Дженнифер, ты же знаешь — это не расходный материал, это люди. Им еще жить и жить. Ты же прекрасно понимаешь, что все может измениться в худшую сторону — пока еще не достигнут перелом. Но пока будет более-менее стабильная обстановка — им нечего делать на передовых позициях. А если потребуется, то я более чем уверен — они покажут все, на что способны и все, чему ты их научила.

— Если бы вы не сказали последнюю фразу, капитан... — с плохо скрываемым недовольством заявила Дженнифер. — И я бы так хорошо вас не знала...

— То я бы отсюда точно живым и здоровым не вышел. — без улыбки ответил Шепард. — Ладно, Кали, Жаклин. Вам тоже надо отоспаться и отдохнуть. Скоро будем уже на месте, подойдет скоростной военный доставщик-пассажирник с конвоем и вы сможете прибыть на Землю.

— Для студентов и работников Академии там уже все приготовлено, капитан. — вклинилась Сюзанна. — Их ждут с нетерпением.

— Хорошо. — Кали встала. — Спасибо, Джон. — она обменялась с капитаном крепким рукопожатием и вышла, понимая, что Дженнифер и капитан должны немного побыть наедине.

— Дженн... — Шепард подошел к ней, смотрящей в верхние иллюминаторы, наконец освобожденные от крышек. — Ты совершенно уверена в своих студентах, иначе и быть не может...

— Джон. Не начинай. Я их все равно удержать не смогу. Да, они послушают меня, да, они пойдут в тыл, будут заниматься вспомогательными работами. Но так долго продолжаться не может. Их родители не сидят в тылах, они воюют. И это — не та война, когда мы обязаны удерживать детей от реализации их стремления нанести врагу максимальный урон. В других, менее сложных условиях, я бы с радостью согласилась преподавать так, как принято в мирное время — спокойно, размеренно, с кучей охранительных механизмов. Но сейчас — чем жестче подготовка, тем выше вероятность, что они выживут, а не станут добычей этих мутантов. И я их гоняю со всей строгостью не для того, чтобы они продолжали оставаться слабыми и уязвимыми. И... все же, Джон. — девушка подошла к капитану, крепко его обняла и поцеловала в губы, потом отстранилась и сказала. — Спасибо, что вытащил их и меня с Кали оттуда. "Цербер" беспощаден, а мы для него были слишком лакомой добычей. Спасибо, что успел.

— Ладно, Дженни. — Шепард подошел к аквариуму, достал ридер, сверился. — Скоро подойдет доставщик, состыкуемся и вы попадете на Землю. Старайся не лезть под заряды, Джен. Хорошо?

— Беспокоишься? — мягко спросила Дженнифер, ласкающим взглядом пройдясь по лицу капитана.

— Джен, я не умею о многом складно говорить. Поэтому скажу просто — ты должна выжить, чтобы доучить своих студентов до статуса высочайших профессионалов. Ты должна выжить, чтобы вернуться в Академию и продолжить работу с новыми студентами. Ты должна выжить, чтобы родить и воспитать своих собственных детей. Пойми... Им будет сложно, пусто и больно, если ты... И мне — тоже... Очень.

— Если так... — тихо сказала неистовый биотик. — Тогда... Я постараюсь. — она неслышно ступая, подошла к двери каюты. — Спасибо, Джон. Это было очень ценно и важно... для меня... лично. — она скользнула в полумрак лифтхолла и вскоре кабина лифта уже ушла на нижние палубы.

Точно в назначенное время пришел пассажирский доставщик и Дженнифер последней взошла на его борт. Остановившись за аппарелью, она грустно посмотрела на Джона, стоявшего у красной линии, обозначающей стыковочный "шов". Затем повернулась и медленно пошла внутрь доставщика, где ее ждали студенты. Шепард дождался, пока доставщик отстыкуется и тоже решил пройти в капитанскую каюту — его ждали очередные отчеты. Впереди были переговоры с саларианцами и кроганами при участии турианского примарха.

— Сожалею, капитан. — его нагнал примарх, когда он вызвал лифт. — На курсах кораблей возникли разведчики Жнецов. Придется подождать. Они обещали быть через сутки.

— Джеф, устрой мне визит на Цитадель. У меня там накопились дела. — капитан кивнул примарху и нажал клавишу верхней капитанской палубы. Проходя мимо Звездной Карты, он открыл свой личный терминал и увидел несколько писем. Они был от одного из спектров — какого-то саларианца, от Арии и от Миранды. Если письма от саларианца-спектра и от Арии он мог бы счесть нормативом, то письмо от Миранды... Она только сообщила, что хотела бы переговорить с ним в своей каюте старпома в любое удобное для него время. Ария также попросила о встрече, ее видимо что-то беспокоило относительно Омеги и относительно ее сегодняшнего положения беглянки. Совершенно неожиданно пришла информация о каком-то докторе Брайсоне, который вроде как нащупал ниточку к создателям Жнецов.

Пока фрегат шел к Цитадели, Шепард спустился к Миранде. Она обрадованно встала из за рабочего стола, подошла к капитану, положила ему руки на плечи и заглянула пытливым, все замечающим взглядом в его немного усталые глаза. Они сели в кресла в уголке отдыха и Шепард взял ее руки в свои.

— Мири, что случилось?

— Отец исчез. Я боюсь, что он окончательно продался Призраку и теперь полностью повинуется ему. Есть на это указания... Помнишь, я говорила, что пройдусь по своим связям. Прошлась, называется. Каждый, с кем я говорила, отмечал странное исчезновение моего отца. Совершенно не похоже, что его ликвидировали. Он просто ушел в глубокое подполье. А значит, он готовит очень крупную, особо крупную пакость. Из за реализации которой могут пострадать очень многие люди. Джон, я Лиару не буду ставить в известность, нам нельзя раскрывать эту Точку. Хотя... Очень бы хотела с ней посоветоваться, но... не буду. Мне и самой нельзя нигде особо светиться, Призрак по-прежнему охотится за мной. Он очень не любит что-либо терять или утрачивать над этим чем-либо власть.

— Ты хочешь...

— Я должна его остановить. Потеряв меня, Ориану, ее приемных родителей... Он в состоянии пойти на ужасающие крайности, ведь все вокруг рушится, он теряет то, что казалось бы навечно принадлежит или, как минимум, полностью зависит от него. А тут три таких удара.. Я полагаю, что он попытается получить власть над Жнецами... изучить их язык, мышление, найти способ ими управлять...

— Мири, ты же знаешь, что всегда можешь на меня рассчитывать. У нас есть кое какие наметки относительно деятельности "Цербера" в этом направлении. Посоветуйся с Сюзанной, она скажет больше. Извини, мне надо идти, спуститься на Цитадель и решить там некоторые вопросы.

— Конечно, Шепард. — сказала Миранда, возвращаясь к работе.

========== Глава 101. Цитадель. Касуми Гото, Ария. Сбор информации о потребностях жителей станции ==========

Возле офиса Спектров его уже ждал саларианец, представившийся Йоднумом Бау, предьявивший чип-идентификатор Спектра. Из разговора с ним удалось узнать, что ханнары захотели склониться перед Жнецами, которых почитали как вдохновителей теперь, после уничтожения Коллекционеров. Бау сказал, что по его сведениям одна медуза дошла до того, что захотела сдать Жнецам планету ханнаров. Для того, чтобы определить, кто из пребывающих на Цитадели ханнаров является этой одурманенной медузой, пришлось побывать у пяти терминалов на разных уровнях Цитадели, ведь ханнары имели два комплекта имен — общеизвестный и личный. А в списках, доступных для Бау, были только общеизвестные имена. Вскрытие информации с терминалов позволило определить того, кто носил известное Бау открытое имя и теперь Шепард и Бау быстрыми шагами направлялись к посольству ханнаров, чтобы произвести арест. По дороге Бау сказал, что хоть он и уважает Касуми Гото, но он должен все же ее арестовать.

В посольстве ханнаров было малолюдно — какой-то человек в полувоенной форме Альянса, искомый ханнар. Бау с места взял быка за рога и объявил, что арестовывает ханнара за пособничество Жнецам. Тот отреагировал спокойно и ответил, что уже запустил в систему космической обороны родной планеты ханнаров вирус, способный отключить орудия и тем самым позволить Жнецам без потерь захватить контроль над планетой. Бау схватился за инструментрон, бормоча, что вирус был отправлен по общедоступным каналам с низким приоритетом, а значит — его можно перехватить. Ханнар дернул щупальцем и до того момента стоявший безучастно человек подскочил к саларианцу и стал его душить. Бау, понимая, что ему нельзя отвлекаться, продолжал стучать пальцами по клавиатуре инструментрона. Только после того как пятью выстрелами Шепард уложил ханнара, человек оставил саларианца-Спектра в покое. Чтобы не подвергать других обитателей станции опасности столкновения с очередным одурманенным, Шепарду пришлось пристрелить и этого незнакомого ему человека.

В этот момент проявившаяся из воздуха Касуми бросилась к терминалу, возле которого чуть раньше стоял ханнар, после чего попыталась отключить канал связи, по которому ушел вирус. Но терминал оказался заминирован и Шепард с Бау увидели, как Касуми изломанной куклой рушится на пол, прямо в горнило вспышки.

Бау, поняв, что арестовать Касуми ему не удастся, ушел из посольства первым. Охранники посольского уровня оттесняли от офиса ханнаров любопытных, привлеченных вспышкой взрыва, Шепард опустил жалюзи и сказал:

— Касу, выходи. Мы одни. Все в порядке.

— И как это тебе удалось не поверить в мою смерть? — игриво спросила девушка, проявляясь в целости и сохранности перед капитаном.

— Просто догадка. — ушел от развернутого ответа Шепард.

— Бау такой честный. Я хотела бы, чтобы таких Спектров было больше. Они нужны Галактике.

— И это несмотря на то, что он хотел тебя арестовать?

— Шепард, ты же знаешь — никто не идеален. — сказала Касуми, уклонившись от более жесткого ответа. Шепард знал, что уж кто кто, а Касуми Гото не даст себя просто вот так арестовать даже Спектру.

— Так как ты решила? Может, вернешься на "Нормандию"? Мы будем помогать многим нуждающимся, побываем на разных планетах, даже незнакомых и неизвестных. Трудно, конечно обещать, но вполне возможно, там найдется дело и для тебя. Почему-то мне хочется верить в это, Касуми. Даже если там никого разумного не будет... Никто не сможет лишить тебя возможности быть рядом с любимым. У нас еще будет много возможностей... Поверь.

— За что я тебя уважаю и... люблю, Шепард, это за твою честность и прямоту. Если ты не можешь витиевато говорить — то прямо об этом заявляешь. И твои слова обретают дополнительную важность и ценность. Любые. Я согласна.

— Тогда я прогуляюсь по Цитадели, посмотрю, какая помощь может потребоваться здешним обитателям, зайду к Арии, перемолвлюсь парой слов с ней.

— А, Т Лоак, она вынуждена была бежать с Омеги. Там сейчас сложно. Уверена, ты и этим займешься. Позднее, конечно. Сейчас тебе надо будет уделить внимание дипломатической возне и протоколу. Надеюсь, сквозь дюзы мне проникать на твой корабль не придется?

— Нет. Сюзанна уже знает, пропустит. Так, Сюзи?

— Да, капитан. Я буду рада видеть Касуми. Мы давно не виделись, устроим посиделки, поговорим.

— Давайте, девчата. — улыбнулся Шепард. — До встречи на борту, мисс Гото.

— Да, Капитан. — Касуми, зовуще улыбнувшись Шепарду, растворилась в воздухе.

Переговорив с Барлой Воном, известным на Цитадели финансистом, Шепард получил информацию, что большой отряд наемников, имевший большой опыт вооруженных столкновений с сильными врагами, предлагает свои услуги любому, кто сможет его вытащить с одной из планет, уже захваченных почти полностью силами Жнецов. Шепард поблагодарил финансового консультанта за информацию, пообещав, что свяжется с ним и сообщит о результатах операции.

На обратном пути капитан убедил двух гражданских в том, что нет никакого смысла тратиться на оружие, если так и не научиться им пользоваться, порекомендовав им пойти в санитары-добровльцы, Шепард кружил по Цитадели. Они согласились, решив, что лучше помогать раненым и больным, чем постоянно бояться выстрелить себе в ногу из своего собственного дробовика.

Разговор с советником Ундиной насторожил Шепарда. В его словах капитан почувствовал тщательно возведенную ширму, за которой скрывались собственные интересы уязвленного, отодвинутого в тень политика, привыкшего делать все, что ему хочется и при этом не нести никакой ответственности. Выйдя из офиса Ундины, Шепард попросил Сюзанну усилить контроль за всем, что может быть связано с этим политиканом. ИИ согласилась с выводами капитана, указав, что Ундина уже давно пытается подчинить себе слишком многие силы, что позволяет думать — он готовит реванш.

Разговор с Арией Т Лоак, отсиживавшейся в баре "Чистилище" начался не совсем обычно.

— Знаешь, Шепард, тут приходила чиновник иммиграционной службы, такая вся из себя деловая. Требовала последовать за ней, чтобы я как простая беженка прошла регистрацию. Пришлось связаться с советником-азари и попросить уладить это... недоразумение. У меня не было ни малейшего желания устраивать кончину этой человеческой служачки, прямо здесь, где люди и многие другие расы отчаянно пытаются забыться, осознавая приближение... конца.

Ладно, не буду рефлексировать. У меня есть возможность, независимо от того, что я потеряла... надеюсь, временно, контроль над Омегой, обьединить под своим руководством все три армии. Ну, ты их знаешь, Синие Светила и иже с ними. Если ты подключишься и сможешь мне помочь провести переговоры... То получишь профессиональную армию, способную немало врагов отправить как вы люди говорите, к праотцам. Да, Шепард, я знаю, что руковожу преступниками. Знаю, что в твоих глазах выгляжу главарем преступного мира. Сейчас... сложно такое говорить, но наступает такое время, когда за клеймом преступника проступает истинная сущность. Они тоже личности, тоже живые существа. И они прекрасно понимают, что лучше умереть в бою, чем стать этими оболочками... — Ария поморщилась. — И они хотят драться, нуждаются в руководстве и в том, чтобы им указали цель.

Я считаю, что Жнецы даже для преступников, вроде как моих подопечных... слишком ненавистны, слишком отвратительны... Они те, кто быстро их... помножит на ноль, что ли. Если ты договоришься с некоторыми влиятельными их руководителями... То я смогу их объединить гораздо прочнее, чем когда то они объединялись против Вакариана... Я долгое время была десантницей, Шепард... Такая служба предполагает хорошее знакомство с опасностью. И я поняла, что здесь, на Цитадели, ни мне, никому из моих людей отсидеться не удастся. Я с трудом могу это выговорить вслух, но теперь... я вижу, что эти Жнецы... они не остановятся, пока не найдется сила, способная их потрепать. Сильно потрепать.

И я хочу, чтобы белые и пушистые законопослушные жители нашей галактики знали — бывают времена, когда даже преступники сражаются на их стороне, рядом с ними, а не против них. Я хочу стать со своими подопечными частью силы, которая покажет Жнецам... что они здесь, в нашей Галактике, лишние. Конечно, неформальные лидеры группировок, те, с которыми ты встретишься, многое о себе самих воображают, но они сейчас слишком хорошо и остро понимают — им не жить, если мы не встанем единым фронтом. Поможешь?

— Если ты, Ария, уверена в том, что твои люди не будут стрелять во всех остальных... Тогда — помогу. — сказал Шепард.

— Я сбросила тебе основную информацию. Не хочу говорить об этом вслух здесь. Все же это место — почти единственное, где живые и разумные существа могут забыться. Как решишь, так и будет. Знаю, ты сошел на берег один... Может быть, так действительно лучше... Видишь, что делается... Даже я — и то опасаюсь... Всерьез опасаюсь... Слишком все непрочно стало... И говорю об этом так только тебе, Шепард.

— Ария, мне надо идти. Времени мало, а задач...

— Иди. Для тебя я постараюсь быть в хорошем настроении, Шепард. — азари знаком сделала своим подручным приказ расступиться и Шепард вышел с площадки, прочно занимаемой правительницей Омеги. Перемена, происшедшая с ней, его заинтересовала. Если уж Ария, не боящаяся ни черта с рогами, ни бога с его нимбом, трясется при мысли о Жнецах, ощущая, как приблизилась к ней самой Черта гибели, то...

— Капитан Шепард, сэр. — к нему подошли несколько солдат-десантников из состава Ограниченного контингента Альянса, расквартированного на Цитадели. — Не могли бы вы уделить нам несколько минут, сэр.

— Конечно, могу. — улыбнулся Шепард. — Давайте без чинов. — Он подошел к стойке бара, кивнул бармену. Его обступили солдаты, сержанты, старшины из Альянса. — Выпьем... за нашу уверенность в победе над Жнецами, за нашу веру в Победу. За Победу! — он поднял бокал и выпил до дна, кивнув бармену. — Пусть выпьют и закусят. За мой счет. — Бармен понимающе кивнул. Шепард обернулся к солдатам. — Мы не сдадимся. Если кто и был лучше нас, то они все уже...

— Мертвы. — громыхнули воины Альянса в едином порыве, поднимая бокалы. — Спасибо, капитан. Мы будем воевать, мы будем драться. И мы — победим!

— Убежден в этом. — Шепард кивнул и отошел от стойки бара, провожаемый восхищенными взглядами солдат.

— Ну вот, он выпил с нами, он заказал всем нам выпивку за свой счет. — услышал он за спиной шепот. — А ты не верил, говорил, что если он офицер, герой Галактики, то никогда не снизойдет до того, чтобы побыть с нами, простыми солдатами. Поговорить, просто выпить за то, что всем нам дорого.

Ответа скептика он уже не слышал — лифт нес его к отметке Посольств. Предстояла первая встреча с руководителями преступных группировок, сумевших бежать от "Цербера", захватившего Омегу.

Пристрелив тайно прибывшего на Цитадель вожака Кровавой стаи, Шепард заручился поддержкой Флота Терминуса. После разговора с вожаком Синих светил Воском Шепарду едва удалось убедить генерала Ораку, турианца, в том, что препятствуя Синим Светилам, он не добьется коренного перелома в противостоянии с Жнецами. Только потому, что генерал запомнил Шепарда по тому эпизоду в Логове Коры, когда он, Орака, чудовищно напился перед отставкой, генерал уступил, понимая, что он один не сможет много сделать, а вот координированная многочисленная, пусть и бандитская группировка станет проблемой для Жнецов, пусть даже очень ненадолго.

========== Глава 102. Переговоры в составе турианцы-кроганы-саларианцы ==========

Осталась только одна проблема, третья группировка и ее лидерша, которую капитан Бейли из за ее крайней неадекватности держал в сверхизолированной камере СБЦ. В этот момент Сюзанна прислала сообщение, что все корабли — саларианцев, турианцев и кроганов прибыли в точку встречи. Ждут только Нормандию, чтобы начать переговоры.

— Джеф, готовь корабль к отлету. Проверьте оружие. Вероятно, придется воевать. С саларианцами, как минимум. Надеюсь, что не придется стрелять в Киррахе. Далатресса может легко прикрыться ГОР. Но я постараюсь, чтобы она не рыпнулась. Сюзанна, подготовь все необходимое. Кто выступает от кроганов?

— Уроднот Рекс, капитан.

— Это несколько облегчает задачу. Известны его требования?

— К турианцам у кроганов нет требований, капитан. У них есть только одно требование к саларианцам — вакцина от генофага. Но далатресса стоит насмерть. Она не согласна.

— Полагаю, капитан, пришло время показать саларианской далатрессе нашу силу. — вклинился Семенов.

— А я и не собирался тормозить, Захар. Я эту интриганку уничтожу. — Шепард вошел в лифт, набрал код дока "Нормандии" — Я уже на пути к кораблю.

— Готов к полету, капитан. — откликнулся Джокер.

— Корабль — в норме, оружие — заряжено, все — на борту. — сказала Сюзанна. — Ждем вас, капитан.

— Скоро буду.

Выполнив маневр ухода, "Нормандия" скользнула через ретранслятор и через три часа вошла в район, где уже находились турианский, саларианский и кроганский корабли.

— Капитан. — сказала Саманта. — далатресса и Рекс готовы взойти на борт Нормандии. Они готовы к... переговорам.

— Проведите, Саманта, всех наших послов в зал Совещаний. Полагаю, мы избежим еще одной войны на фоне этого галактического побоища. — Шепард ударил кулаками по поручню Звездной карты.

Еще на подходе к залу Шепард услышал как препираются саларианка и Рекс.

— Понятия не имею, что может желать этот кроган. — кипятилась саларианка в пулеметной манере выплевывая все новые и новые эпитеты, явно оскорблявшие Рекса.

— У этого крогана, далатресса, есть имя. Мое имя — Рекс. — стараясь оставаться спокойным, отвечал кроган. — И у меня предостаточно проблем на планете, чтобы я еще тратил свое время, слушая ваши оскорбления в мой адрес. — В этот момент вошел Шепард. — А что касается моих желаний. — Рекс посмотрел на вошедшего Шепарда, уже занявшего свое место во главе стола переговоров и поздоровавшегося кивком с примархом Иерархии. — Поскольку капитан Шепард уже здесь, я могу озвучить свое желание. — он сделал короткую паузу. — Вакцина от генофага.

— Исключено. — взвизгнула далатресса. — Мы не для того выводили кроганов....

— Мы не ваши комнатные животные или варрены, которых вы можете спустить с поводка и науськать на врага. — сказал Рекс, видимо, предвидя такую реакцию. — Прошло больше тысячи трехсот лет.

— Это были годы спокойствия от угрозы, которую создавали вы, кроганы! — взвыла далатресса.

— Спокойствия, купленного нашими страданиями? — спросил Рекс.

— Да, в том числе. Мы создали вас и мы хорошо знаем, каковы будут последствия, если мы дадим вам вакцину от генофага. Вы станете просто неуправляемы. — далатрессе определенно понравилось визжать.

— Стоп, далатресса. — сказал Шепард. — Мы с примархом уже достаточно долго слушаем ваши препирательства. Первое. Если вы создали кроганов для решения единичной, ограниченной во времени задачи, то вы должны были создавать их без всякого намека на автономный или самостоятельный разум. Если вы действительно создавали их как оружие. Вы оставили им полный разум, значит, вы взяли на себя всю ответственность за то, что кроганы воспользуются своим разумом так, как сами посчитают нужным. И теперь вы...

— Это была наша ошибка — наделять их разумом. — взвизгнула далатресса.

— Мы — не ошибка. — сказал Рекс, сузившимися зрачками буравя далатрессу, вынужденную прикрываться от столь пронизывающего взгляда лапкой.

— Они — не ошибка. Вы, саларианцы — создатели кроганов и вы взяли на себя всю ответственность, Далатресса. И кроганы, выполнив свою задачу не могли просто так выключиться, как тостеры или любые другие механизмы. Они стали устраивать свою собственную жизнь так, как вы не могли даже представить себе при их создании. Если вы действительно знали, что они будут действовать именно так, вам ничто не мешало пресечь даже возможность перехода кроганов к такому сценарию развития. Но только до того, как они сыграли свою роль. Теперь вы пытаетесь накормить нас лозунгами? Мы создали кроганов, мы знали, кто они, мы... мы... мы... Далатресса, увольте нас от политической трескотни. Как бы то ни было вы, саларианцы и никто другой породили разумную расу, которая будет жить так, как ей покажется оптимальным. Вы свою роль сыграли. Кроганы — факт галактического бытия, они — разумная раса, пытающаяся выжить в непростых условиях. У нас в Галактике нет идеальных существ. У всех у нас полно недостатков. Но у нас есть одно, которое нас, при всех различиях, объединяет. Это — стремление выжить. Просто выжить в любых, даже самых адских условиях. И теперь я перехожу ко второму. Вы не даете им выжить. Вы их уничтожаете. Вы пытаетесь не регулировать их рождаемость, нет, вы пытаетесь ими командовать, руководить, вмешиваться в жизнь суверенной расы. Вы кроган?

— Нет, конечно, я — саларианка. — взвизгнула далатресса.

— Может, хватит визжать?! Здесь все же трое мужчин, а не девичник, далатресса. — сказал примарх. Далатресса окатила его ненавидящим взглядом.

— Тогда по какому праву вы, не будучи кроганом, решаете за другую расу, жить ей или умереть? — спросил Шепард.

— Мы... Мы...

— Хватит. — Шепард стукнул кулаком по столу. — Мыкать вы будете у себя в будуаре. Говорите за себя. Условия вы знаете — передача вакцины кроганам. Или я сейчас выведу на экраны фотографии и опознавательные данные всех саларианцев, которые принимали решение о создании генофага и его применении. Если вы считаете, что вывели расу убийц, то мы, люди говорим — бывают случаи, когда оружие может уничтожить своего создателя. Полагаю, Рекс воспользуется случаем и посчитается с вашими недалекими политиканами так, как это пристало профессионалу. Итак?

— Ни-ког-да. — прошипела далатресса.

— Что-ж. — Шепард посмотрел на Рекса. — Сюзанна, включи запись. Да, да, ту самую, с планеты Суркеш. Потом подготовь запись с фотографиями членов совещания. Со всеми данными на их родственников. — он взглянул на Далатрессу. — Нас не пугает многочисленность родни саларианцев, далатресса. Мы, люди, говорим, что месть распространяется на всех потомков убийц. И Рекс, как видно, также руководствуется этим правилом.

— Выполняю, капитан. — откликнулась ИИ. Экран зала совещаний осветился. Увиденное заставило Далатрессу отшатнуться, а кроган довольно потер руки.

— Ваше самомнение будет первым, что мы введем в рамки в ходе этих переговоров, далатресса. — сказал Шепард. — Женщины, имунные к генофагу, находятся на известной нам базе Гор на Сур-Кеше. И не пытайтесь связаться с вашими сообщниками, далатресса. Вам это сделать не удастся. — он с удовольствием наблюдал, как бешено стучит саларианка по клавиатуре своего инструментрона. — Сюзанна, как с коконом?

— Байт не проскочит, капитан. Прикажете сжечь ее инструментрон? Отключить имплантаты в ее теле? Повысить температуру кожи до температуры плавления пластика? — безэмоциональным тоном осведомилась ИИ.

— Пока не надо. Рекс, мы на "Нормандии" следуем на Суркеш. И я помогу вам. — сказал Шепард. — Как Спектр Совета Цитадели я имею право на насилие, а в военное время такого уровня опасности мои полномочия на насилие становятся просто неограниченными. — он зло посмотрел на опешившую саларианку. — Вы будете заперты на нашем корабле, далатресса, до окончания переговоров. А переговоры окончатся тогда, когда мы применим полученную вакцину. Сюзанна, пришли Аэстену, пусть проводит нашу гостью в изолятор.

— Да, капитан.

— Джеф, курс на Сур Кеш. Максимальная скорость. Приготовь оружие и свяжись с нашими контактами. Ты знаешь.

— Понял, капитан. — откликнулся пилот. — через пятнадцать минут будем на орбите планеты. Десять минут прокола.

Корабль развернулся, промигал кормовыми огнями остававшимся в районе кораблям кроганов, турианцев и саларианцев, после чего выполнил прокол и исчез.

В зал совещаний вошла затянутая в черный комбинезон девушка, жестом предложившая саларианке следовать за ней.

— Да, кстати, далатресса. — сказал Шепард. — Это — киборг. У нее хватит сил оставить от вас мокрое место. В долю секунды. Так что не провоцируйте ее. И не пытайтесь бежать — все двери и окна по вашему пути в изолятор блокированы. Прикоснетесь не к тому, что надо — вас серьезно тряхнет током. До глубокого обморока. И медотсека вам тогда не видать. Отлежитесь в камере на полу, куда вас доставит она. — он указал на киборга. — Действуй, Аэстена. — он кивнул киборгу. Та кивнула в сторону двери зала и далатресса вынуждена была повиноваться. — Почувствуйте себя на поводке, далатресса. Полезно. — сказал Шепард вслед уходившей под конвоем саларианке. — Прошу вас вернуться в командный зал, примарх. — он вышел следом за кроганом.

— Шепард, ну ты и крут. Уже второй киборгессой обзавелся? — довольно ухмыляясь, Рекс вместе с капитаном направился к выделенной ему каюте. — Ты действительно ввел военное положение даже на своем корабле?

— Нет, Рекс. — Шепард впервые свободно по-дружески обменялся с кроганом рукопожатиями. — Я думаю, что всегда немного живу по законам военного времени. Рад тебя видеть. А Аэстена — сестра — близняшка Сюзанны. Она ее сама создала. На Марсе "Цербер" пытался таким корпусом доставить нам некоторые неудобства. Мы доставили эти неудобства ему.

— И теперь этот... как ты сказал, корпус... служит вам?

— Он служит Аэстене. И нам в той мере, в какой Аэстена захочет. — сказал Шепард.

— Я тут слышал, вы получили в команду чистого протеанина?

— Да. Это действительно настоящий протеанин. Он воин.

— Если ты так говоришь, значит, так оно и есть. — довольно оскалился кроган.

========== Глава 103. Сур Кеш. Спасение женщины-крогана ==========

— Явик, у нас тут боевая операция намечается. — сказал Шепард, прижав к уху спикер. — Примешь участие в высадке?

— Хорошо, капитан. — отозвался протеанин. — Скажете, когда надо будет быть в ангаре. Я буду готов.

— Договорились. — Шепард переключил каналы. — Джеймс, ты идешь с нами. Будет возможность пострелять. И даже разбить пару десятков шлемов.

— Это — по мне, капитан. Скажете, когда?

— Да. Будь готов.

— Буду. — лейтенант отключил связь.

— Два воина. Три воина. Четыре воина. — удовлетворенно прорычал Рекс. — Это хорошо. Салариашки заплатят за свою заносчивость!

— Капитан, обратный прокол выполнен, две минуты — и мы над планетой.

— Стив, челнок готов?

— Да, капитан. Группа высадки ждет.

— Я пойду с тобой, Шепард. — сказал Рекс. — Это — женщины моей расы.

— Без сомнений, Рекс. Ты идешь с нами. — Шепард кивнул. Зайдя в арсенал, он вооружился, облачился в броню и вскоре был в ангаре фрегата. Челнок вылетел из шлюза и рухнул вниз, к планете.

— Капитан, саларианцы не хотят нас пускать. Мы на прицеле. — доложил водитель.

— Скажите им, что у нас на борту фрегата далатресса. Их неповиновение мгновенно повлияет на ее личную судьбу самым негативным образом. Пусть считают, что ее присутствие на моем фрегате есть согласие на все наши действия. — сказал Шепард, которого начала злить упертость саларианцев. — Стив, посадка. Приготовь оружие и садись. Вон на ту площадку.

— И они еще желают потрепыхаться? — ухмыльнулся Рекс, передергивая затвор дробовика. — Пусть попробуют остановить крогана. — он рванул на себя рукоятку открытия двери и спрыгнул с пятнадцатиметровой высоты на площадку. Не успел он подняться на ноги и перехватить поудобнее дробовик, как в его лицо уже смотрели пять лазерных прицелов. Кроган посчитал, что благоразумнее будет замереть. Тем временем челнок совершил посадку и Шепард вместе с Вегой и Явиком сошли на плиты.

— Вы что, серьезно захотели войны с Альянсом?! — осведомился капитан у подбежавшего к нему солдата. — У нас тяжеловооруженный фрегат на орбите этой планеты. Чихну — от вашей базы одни развалины останутся. Ясно?!

— Приношу извинения от Саларианского союза. — сказал подбежавший к нему офицер-саларианец. — Мое имя Паддок Викс.

— Извинения от Саларианского союза? Ваше звание, офицер, случайно, не маршал? А должность — случайно не военный министр? — ядовито спросил Шепард, чем поверг саларианца в ступор. — Только далатресса может по протоколу приносить извинения такого уровня. — Мгновение — и ствол пистолета уже смотрел в лицо саларианца. — Не советую задерживать нас. У нас очень мало времени. Где содержат кроганок? Мы забираем их и улетаем. Если нет — устроим вам кучу проблем. Ну!

— Капитан, я вас проведу. Но кроган должен остаться под стражей здесь. — Паддок Викс решил не уступать хотя бы в этом.

— Ладно. Время сейчас неспокойное. Рекс. Останешься здесь. — Шепард повернулся к Виксу. — И никакой стражи, конвоя или охраны для него. Он сам по себе — вы сами по себе. Я понятно выражаюсь? — ствол снова смотрел в лицо Викса.

— Более чем. — Викс махнул лапкой и все пять лазерных прицелов погасли. — Только пусть не покидает пределов этой площадки. Жду вас, капитан, у лифта.

— Хорошо, Шепард. Я подожду здесь. — ответил Рекс.

— Мы постараемся побыстрее, Рекс. А ты пока прикрой челнок... от неприятностей.

— Хорошо, капитан.

Капитан злился. Выходка далатрессы вызвала в нем то, чего он старался всячески избегать. Он злился, поскольку видел, чувствовал, знал — саларианцы роют себе могилу просто карьерным экскаватором. Не детской лопаткой, не саперной, не штыковой, не тракторным ковшом — карьерным экскаватором. Когда-то в детстве ему довелось наблюдать его работу в угольном карьере и с тех пор он находился под впечатлением ужасающей производительности этого монстра.

У одного из пультов он заметил знакомую фигуру. Подойдя поближе, с удивлением узнал в саларианце майора Киррахе.

— Майор, вы тут какими судьбами?

— Как вам сказать, капитан. Мой отряд был задействован для доставки кроганок сюда. Эксперименты Мелона были жестокими, нам едва удалось стабилизировать их состояние. Это был приказ, капитан. В конечном итоге мы их спасли.

— И теперь...

— ГОР обеспечивает охрану этой базы. Здесь во многом куется оружие, помогающее нашей расе выжить. Эволюционные исследования и все такое. Кто это с вами? — он взглядом указал на Явика.

— Протеанин. — сказал Явик, опередив капитана.

— Действительно? — недоверчиво спросил майор. Шепард кивнул. — Если капитан соглашается, значит так оно и есть. Рад вас видеть, капитан. — он приблизился к Шепарду поближе и сказал. — Что бы ни решили политики, ГОР с вами, капитан. Только скажите, где вам будет нужна наша помощь — и мы все сделаем.

— Я даже не буду выражать никакого сомнения в этом, майор, поскольку таких сомнений у меня точно нет. Хорошего вам дня, Киррахе.

— Вам также, капитан. — офицер вернулся к работе на консоли.

Продвигаясь к лифту, Шепард услышал разговоры саларианцев о том, что возле воздушного периметра базы маневрируют незнакомые корабли. В текстовом режиме на его ридер поступило сообщение от Сюзанны: "Капитан, в районе наблюдаю три носителя "Цербера" со множеством челноков на борту. Как минимум три сотни десантников. По поведению могу сделать только один вывод — они прощупывают систему обороны базы и саларианцы согласны с этим выводом. Они сделали похожий вывод сами. Это осложняет задачу. Вполне возможно, что "Цербер" не хочет давать вам возможность вывезти кроганок с планеты. Будет ожесточенно сопротивляться вашим попыткам сделать это. Есть высокая вероятность нападения на базу. Полагаю, что майор Киррахе может погибнуть — ему приказано оставаться на поверхности. Будут значительные жертвы среди саларианцев на всем внешнем периметре базы. В подземные уровни спустятся несколько подразделений "Цербера", но основная масса нападающих пойдет по террасам и балконам, будет мешать вам поднимать кроганок к площадке отлета. Кроме того отмечаю, что некоторые разведкорабли и десантные транспорты Жнецов уже выполняют подозрительные перестроения. Есть вероятность, что они вскоре возьмут курс на эту планету. Рекомендую крайне ускорить вывод кроганок."

Захлопнув ридер, Шепард подошел к Виксу, тот отдал приказ и перед группой распахнулись створки дверей лифта. Путь вниз не занял много времени — лифт был быстр и удобен. В подземной части Шепард увидел многочисленных ученых, но прежде всего его взгляд отметил трупы кроганок, накрытые полотнищами и фигуру кроганки в одном из изоляторов.

— Шепард! Я вас ждал. — к ним неожиданно подошел Мордин Солус.

— Док, вы-то как сумели выбраться с Нормандии?

— Я видел, Сюзи мне показала ваш разговор с саларианской далатрессой. Я ведь тоже в ГОР служил. Бывших оперативников не бывает. Ну и Киррахе устроил мне шаттл к "Нормандии". Я вылетел сразу после вас, но наши пилоты летают быстро, на пределах. Прибыл раньше вас, спустился. Едва успел остановить деструктивные процессы. Этот Мелон... Столько наворочал. К сожалению, к моему прибытию осталась действительно только одна. Но она полностью имунна к генофагу. Можно считать, что она — настоящая надежда кроганов.

— Доктор Солус, периметр прорвали неизвестные корабли. Согласно протоколу безопасности мы отрезаны.

— Передайте все данные за пределы нашего объекта. — распорядился Солус. — Шепард, полагаю, вам следует поговорить с ней. Успокоить ее. Обстановка здесь... — он понизил голос. — Я через своих коллег в ГОР контролировал обстановку на этой базе. Не был уверен в успехе.

— Мордин, наверху Уроднот Рекс. Он ждет. Нам нужна эта женщина-кроган. Она действительно становится надеждой для всего народа Тучанки.

— Тогда... — Мордин на миг задумался, затем повернулся к лаборанту. — Включите протокол извлечения изоляционной капсулы.

— Слушаюсь, профессор. — лаборант и не думал сопротивляться. Слово Мордина Солуса здесь ценилось очень высоко.

— Профессор, база под огнем "Цербера". — доложил один из лаборантов. — В лифте — бомба.

— Двери — не открывать. — распорядился Солус.

— Профессор. — в это время шахту сотряс взрыв. — Лифтовая кабина вдребезги, путь назад через лифтовую шахту отрезан. — доложил лаборант, выпрямляясь.

— Идете через другой ход. — Мордин передал Шепарду и его команде на инструментрон карту. — Там много вояк "Цербера". Но Паддок Викс поможет вам. Из тяжелого вооружения на челноках "Цербера" — только турели. Но могут прислать и робота с орбиты. Я сопровожу капсулу. — он прошел к лифтовым стволам изоляторов, зашел в кабинку, опустил стенку-дверь. — Должен сопровождать. Другой может все напутать. Неприемлемо. Надо сделать все чисто. Шепард, ожидается сильное сопротивление. Вам придется расчищать мне путь. Никто не может сказать, выживут ли техники на уровнях. Вам придется вручную запускать проход кабины со мной и с ней через каждый уровень. — он нажал клавишу и кабина поползла вверх. — Давайте на верхний уровень. Быстрее. Кабина не бронирована.

Дальнейшее боестолкновение было стандартным. Вега и Явик настрелялись вдоволь. Сумели обездвижить и взорвать даже робота. Инженеры не успели поставить ни одной турели — их сносило волной огня. Штурмовики и пехотинцы валились как кегли. Но целостность капсулы едва составила одну треть и Мордин очень беспокоился за состояние здоровья кроганки, хоть она и уверяла, что с ней все в порядке. Шепард дивился выдержке и стойкости немолодой уже женщины, скрытой под специальным, видимо, церемониальным скафандром.

Наконец кабины достигли посадочной площадки. Кроганка, выходя из своей кабины, вырвала из рук подошедшего Рекса дробовик и держа его одной рукой уложила двоих церберовцев, ринувшихся было к челноку. Из за булькания в пробитом горле одного из боевиков Шепарду послышались какие-то слова, но когда капитан подошел поближе, стало ясно, что штурмовик уже мертв. Тем временем кроганка вернула дробовик Рексу и села в челнок. Мордин сел последним и челнок взмыл в небо. С высоты стало ясно, что база атакована серьезно и разрушения слишком обширны.

— Нет точных сведений о майоре Киррахе, капитан. Есть данные, что ему удалось выжить. О Паддоке Виксе сведений никаких нет. Хотя по некоторым базам данных видно, что в числе погибших его не числят. — доложила Сюзанна. — База атакована серьезно, пять шаттлов высадили боевиков, идут бои с отрядами ГОР, прикрывающими базу.

— Спасибо, Сюзи. Обеспечь медотсек для нашей гостьи и для Мордина — лабораторию. Нам нужна вакцина.

— Будет сделано, капитан. — отозвалась ИИ.

Капитану пришлось задержаться, поскольку надо было распорядиться о полете в сторону Тучанки и принять некоторые неотложные доклады. Когда же он подходил к залу совещаний, Сюзанна ему доложила о том, что далатресса вела себя прилично.

— Сюзанна, пусть пока не принимает участие в наших разборках. Вернемся в район стоянки дипломатических кораблей — сдадим ее на борт ее корабля. Не раньше.

— Поняла, капитан. Я ей передала. Она... подчинилась.

— Куда она денется. — пробормотал Шепард, улавливая перепалку между примархом и кроганом. — В чем там сыр бор?

— Примарх требует, чтобы кроганы быстро, практически немедленно прибыли на помощь турианцам. Рекс говорит, что он окажет помощь не раньше, чем все без исключения кроганы будут вакцинированы.

— Спасибо, Сюзи. Просмотри пока Тучанку на предмет наличия возможностей скоростной вакцинации. Посоветуйся с Мординым, пусть подумает, какой способ вакцинации здесь будет лучшим.

— Приступаю, капитан.

Шепард вошел в зал совещаний, когда стало ясно — между Рексом и Виктусом договоренности быть не может. Мигнул огонек инструментрона и на экране Шепард прочел краткую справку о ситуации, переданную ему Семеновым. "Шепард. Турианцы закопали на Тучанке мощную бомбу, способную, как минимум, расколоть планету. Примарх Виктус послал туда взвод солдат во главе со своим сыном, лейтенантом Тарквином Виктусом, чтобы тот обезвредил бомбу. У кроганов проблемы по линии рахни. Есть данные, что рахни вернулись. В целом ситуация складывается так, что давно засекреченные вредности, сделанные кроганами и турианцами друг другу в прошлом, сегодня вылезают на поверхность.".

Окончив чтение, капитан захлопнул экран инструментрона и посмотрел на спорящих оппонентов.

— Значит так. Полагаю, что нет необходимости в дальнейших препирательствах. У каждого из вас есть к другому счет. Нам придется сделать немало, чтобы этот счет не стал фатальным для всех. Жду вас в командном зале, где вы поодиночке расскажете мне, что и как сделали, чтобы так войти в противоречие перед лицом внешней опасности. Предупреждаю обоих сразу — у меня нет ни малейшего желания разводить дипломатию. Говорите по-мужски, четко и ясно. А проблемы придется решать. Чтобы всем нам не стать трупами.

Вошедший Мордин подошел к Шепарду.

— Как Ева?

— Сложно. Для вакцины нужен здоровый кроган. Потребуются его ткани.

— Он перед тобой, Мордин. — Рекс по-доброму взглянул на саларианца. — Говори, что надо будет сделать.

— Тогда Рексу придется задержаться на "Нормандии". Этого требует процесс создания вакцины. Шепард, думаю, вам будет необходимо переговорить с Евой, чтобы поддержать ее.

— Хорошо. — Шепард взглянул на оппонентов. — Итак, жду вас по одному в командном зале. Потом будем решать проблему. И не пытайтесь конфликтовать. Сейчас для этого нет ни времени, ни возможностей. — Он взглядом указал примарху и крогану на выход, после чего вышел с Мординым и направился в медотсек.

По пути он принял еще одно текстовое сообщение от Семенова "Шепард, есть уточненные данные. Рекс захочет с тобой поговорить о рахни. Кроганы изучали брошенный ретранслятор, ведущий в их миры и убеждены, что рахни вернулись. Они сейчас уже высадились на ближайшую к ретранслятору планету. Клан Уроднот направил туда разведку. По прибытии на место разведчики на связь не вышли. Это указывает, что они могли столкнуться с превосходящими вражескими силами. Получив эту информацию о провале разведывательной миссии, Рекс послал туда лучших разведчиков, их спецназ — отряд "Араллах". Им командует Грюнт. Пока что отряд ничем себя не проявляет, старается только держаться поближе к месту пропажи разведчиков. Рекс очень рассчитывает на тебя. И еще: по настроению Рекса видно — кроганы под его руководством не желают воевать с турианцами и с саларианцами. Он считает продолжение войны с ними после излечения кроганов от генофага тупиковым путем развития. Если это действительно так, то Рекса можно поддержать. Он сможет объединить кроганов не для войны с другими расами, а для мира. Он желает, чтобы кроганы перестали быть убийцами."

Разговор с Евой его захватил. Они долго говорили о Тучанке, о кроганах, о том, как Ева стала шаманом, о будущем расы, о необходимости бороться до конца, всегда сохраняя надежду на будущее. Ева отметила, что вражда — это изобретение мужчин, а женщинам, которые вернут себе место в обществе кроганов, вражда не нужна. Шепарду понравилось, что Мордин откровенно признался кроганке в том, что участвовал в создании генофага и Ева его поняла правильно. Тогда действительно раса кроганов была трудноуправляема, она не имела цели, не имела пути. Ведь кроганы были созданы как оружие для одной только цели — победить рахни. Что будет делать целая раса разумных существ дальше, когда угроза рахни отойдет в прошлое — никто не знал. И не хотел знать, как доказывала позиция саларианской далатрессы. В завершение разговора Ева подарила Шепарду кусок камня, который она использовала как долото для разбивания камней на пути к выходу из пещеры, ставшей местом ее инициации.

Вернувшись к Звездной Карте, Шепард нашел на терминале информацию о том, что Рана Таноптис — та самая ученая-азари, которая как нейролог работала у Сарена, покончила с собой находясь в заключении. Следователи и эксперты подтвердили, что перед смертью она жаловалась на постоянно звучавшие в голове голоса, убеждавшие в том, что Жнецы непременно победят и после победы возвысят азари, а также в том, что сопротивление Жнецам бесполезно и все сопротивляющиеся должны быть уничтожены. Таноптис была арестована после того, как взорвала бомбу, убив и ранив нескольких чиновников и чиновниц. В конце сообщения была информация о том, что следователи прекратили розыск подозреваемых по этому делу.

Склонившись над картой, Шепард размышлял над тем, что ему следует делать теперь, куда направить корабль. Джеф Моро держал курс на Тучанку, но вот где будет высадка на этой планете...

========== Глава 104 Планета Тучанка. Упавший турианский корабль. Турианская бомба. Лейтенант Виктус ==========

— Джеф, выведи фрегат к району, где упал турианский корабль. Начнем со спасения турианцев. Все остальное — потом. Даже орудия противокосмической обороны захватим позднее. — распорядился капитан, прервав раздумья и приняв решение.

— Есть, капитан. Десять минут до входа на отрезок десантирования.

— Явик, Джеймс. Готовьтесь к высадке. Оружие и боеприпасы, броня по максимуму. На планете орудуют сборщики, предполагаю ожесточенное сопротивление. Нам нужно будет задавить их огнем.

— Принято, капитан. Будем через пять минут в ангаре.

— Принято. — Шепард зашел к себе, сменил боеприпасы, проверил оружие и броню.

Челнок несся над поверхностью планеты.

— Продвигаемся к отряду максимально быстро. Сюзанна, дай нам карту района крушения.

— На экране, капитан. — откликнулась ИИ.

— Принято, спасибо. Запрашивать местоположение не будем — это дополнительно демаскирует турианцев. Стив, сбрось нас в этой точке. — сказал Шепард, указывая позицию светопером на экране. — И сразу уходи вверх, к фрегату. Не медли.

— Принято, капитан. Жнецы вас не заметят, смогу высадить с комфортом.

— Никакого комфорта. Высота пять метров и сразу — к фрегату, Стив. Только так.

— Есть, капитан. Будет исполнено.

Спрыгнув на камни, Шепард срезал очередью трех хасков. Дальнейшее прошло на полном автомате — два сборщика, каннибалы, одна-две твари, хаски. Группа со всех ног бежала к месту крушения корабля турианцев. Наконец они увидели впереди офицера, склонившегося над раненным солдатом.

— Лейтенант Виктус? Коммандер Шепард. — представился капитан. — Нас прислали разобраться в ситуации. Почему вас сбили?

— Моя ошибка, капитан. Я был слишком осторожен. Вместо смелой атаки я решил пройти тихо и вот — тридцать солдат мертвы, пять тяжело ранены.

— А остальные?

— Остальные деморализованы. И мы прерываем выполнение задачи.

— Лей-те-нант?! У меня на борту фрегата — ваш отец. Он — примарх Палавена. Желаете использовать борт моего корабля в качестве своей расстрельной стенки за невыполнение приказа? — в голосе Шепарда впервые за долгие месяцы прорезался командный металлический рык. Лейтенант подобрался и вытянулся, понимая, что еще секунда и капитан начнет стрелять. — Я вам такого удовольствия не доставлю! Выбирайте — или вы доходчиво мотивируете солдат на продолжение выполнения задания. Или я тут же всех вас расстреляю. По праву Спектра за невыполнение приказа вышестоящего командования. У вас минута. — он отвернулся к Явику и Веге.

— Капитан, он пошел обьяснять солдатам. — сказал Вега, наблюдавший за происходящим. — Похоже, ему удалось их мотивировать. Он идет к вам.

— Хорошо. — тихо сказал Шепард, поворачиваясь. — В чем суть вашей задачи, лейтенант.

— На планете ""Цербером" заложена бомба. Если она взорвется...

— Большая?

— Очень большая. Нам приказано ее обезвредить.

— Дайте координаты. — Шепард включил инструментрон и подождал, пока лейтенант отметит на своем инструментроне точку. — Это же Кельфикская долина. Там же полно кроганов, это густонаселенная местность. Если бомба взорвется... И вы будете в этом районе... Войны между кроганами и турианцами — не избежать.

— Поэтому нам и приказали ее обезвредить, капитан. Помогите нам.

— Хорошо. Координаты цели у меня теперь есть. Я подумаю, что можно будет сделать. Выдвигайтесь пока скрытно к месту, уточните обстановку. Мы подойдем позднее. Постарайтесь использовать второй шанс на полную катушку.

— Есть, капитан. — лейтенант вытянулся и отдал воинское приветствие. — Мы не отступим.

— Надеюсь на это. — сказал капитан, зеркалируя приветствие. Челнок с Нормандии опустился, чтобы забрать капитана и его спутников и перебросить поближе к району заложения бомбы.

— Так. "Цербер" отступает, мы — наступаем. По другому и быть не может. — сказал Шепард. — Сюзи, дай характеристики бомбы.

— Капитан, бомба турианская. — послышался ответ ИИ. — Лейтенант Виктус не успел об этом вам сказать. У него был приказ до последнего момента хранить эту информацию в тайне. От всех. Бомба была заложена несколько столетий назад в качестве страховки, если генофаг... не сработает. Полагаю бесполезно обвинять лейтенанта в том, что он выполнял приказ примарха Палавена.

— Спасибо, Сюзанна. Лейтенант теперь ваш должник. Если бы вы не сообщили мне об этом...

— Понимаю, капитан. Он был бы мертв. — Сюзанна ушла со связи.

— Лейтенант. Мы продвигаемся к району заложения бомбы. "Цербер" отступает, но похоже, он попытается остановить нас у бомбы. Предлагаю вам немедленно по прибытии приступить к разминированию бомбы. Мы займемся "Цербер"ом сами. Укройте солдат надежно. У "Цербера" полно снайперов и у вас могут быть гарантированные потери, если не обеспечите надлежащую защиту.

— Понял, капитан. Спасибо за предупреждение. — лейтенант, видимо, почувствовал, что Шепарду кое-что известно о бомбе. — Я постараюсь обезвредить ее...

— Сюзанна, что скажешь о бомбе. Каково ее состояние?

— Предупредите лейтенанта. Бомба обработана специалистами "Цербера". У него в любом случае будет только минута до гарантированного взрыва.

— Принято. Лейтенант. Бомба взломана "Цербером". У вас будет минута. Только минута.

— Понял, капитан. Мы на месте. Создаем линию обороны. Я через несколько минут поднимусь на упоры.

— Принято. — Шепард указал своим позиции. — Закрыть район. Уничтожать все "церберовские силы.

— Есть, капитан. — Явик всадил очередь в высунувшегося штурмовика. Вега уничтожил мстителя, неосторожно включившего лазер. Шепард, скрываясь за бетонными блоками, отстреливал пехотинцев и инженеров. Прибывающие челноки "Цербера" указывали, что противостояние будет затяжным и никто не собирается отступать первым.

— Коммандер. — раздался в ушном спикере голос лейтенанта Тарквина Виктуса. — Я попытаюсь обезвредить бомбу. Вынуть взрыватели. Но мне нужно для этого немного времени...

— Я вам его предоставлю, лейтенант. — сказал Шепард, жестами разгоняя своих спутников по укрытиям. — Вы слышали. Остановить этот десант "Цербера", даже "Атласы"!

— Капитан. — раздался в спикере голос Семенова. — мы проанализировали бомбу и ее механизм. Этот "Разрушитель планет" был действительно перепрограммирован "Цербером". Он поставлен на боевой взвод. Независимо от любых усилий лейтенанта. — Шепард догадывался, что Семенов и его спутники напряженно отслеживают ситуацию на всей Тучанке. — Не буду много говорить, но лейтенант... Он не заслуживает гибели. В вашем снаряжении есть блок "Гамма-3", там всего одна кнопка. Когда лейтенант попытается извлечь взрыватели и извлечет их, до взрыва останутся три секунды. За это время вы должны активировать этот блок и отпрыгнуть с упоров куда угодно подальше. Хоть взрыватель и упадет в котлован, где активируется, осколки могут серьезно задеть Виктуса. Блок позволит его защитить и вас тоже. Остальных мы заранее уведем из зоны поражения. Вы окажетесь ближе всего. Он и вы должны выжить... Но для этого...

— Понял. Я лезу вместе с лейтенантом извлекать взрыватели. — сказал Шепард.

— Вы правильно поняли. Не давайте ему лихачить. Он молод. У него многое впереди. Кстати, если беспокоитесь, блок — это всего лишь биотический барьер, усиленный некоторыми технологическими новинками. Прикройте лейтенанта и себя им и все. Взрыв все равно будет и все будут видеть, что вы упали со значительной высоты. Переломов не будет, возможны ушибы, даже сильные. Никто не усомнится в правомерности активации биотики, пусть даже и искусственной. Остальные детали мало кого заинтересуют — не та обстановка, не та ситуация.

— Хорошо. — Шепард сменил позицию, беря "Атлас" на мушку гранатомета. — Я понял.

— Рад это слышать. Успехов. — Семенов отключил связь.

Все случилось именно так, как и предполагал командир "Линии". Лейтенант полез на опоры, удерживавшие над котлованом огромный корпус бомбы. Шепард метнулся за ним, прекрасно зная, что его спутники справятся на этот раз самостоятельно.

— Капитан, я справлюсь один. — лейтенант заметил идущего за ним по держателю Шепарда.

— Не сомневаюсь, Тарквин. Но мне также необходимо убедиться, что у этой бомбы нет сюрпризов.

— А, как это у вас там говорится: одна голова — хорошо...

— А две — лучше. Давайте, извлекайте центральный взрыватель, а я пока пробегусь по контуру, посмотрю, где тут включенные дополнительные.

— Понял, капитан. — лейтенант прыгнул на корпус бомбы и завращал маховик в ее центре. — Взрыватель извлекаю... Готово.

— Я также нашел. В двух упорах — пусто, а в этом — есть два взрывателя, как вы и предполагали, дополнительных. Давайте, на счет три. Каждый извлекает свой. — Шепард обхватил талию турианца, удерживая ее и другой рукой рванул на себя рукоятку цилиндрического корпуса взрывателя. — А теперь — держитесь крепче!

Полет не занял и двух секунд. Приземлившись на поле биотики, Шепард с лейтенантом откатились за укрытие и тут же сработал отделившийся от бомбы взрыватель. Осколки каменных глыб веером шарахнули по площадке. Если бы не барьер...

— Спасибо, капитан. — Виктус, отряхиваясь, вскочил на ноги. Его обступили солдаты, которых защитили от осколков и смогли спасти от огня снайперов спутники капитана. — Разрешите доложить примарху?

— Разрешаю, лейтенант. Вы это сделали и победа принадлежит вам и солдатам вашего взвода. — устало произнес Шепард.

— Спасибо. — Лейтенант связался с отцом, коротко доложил результаты, кивнул в ответ на то, что сообщил ему примарх. — Мой отец просит, чтобы вы вместе со мной пришли к нему в командный центр "Нормандии".

— Хорошо. — Шепард кивком предложил всем солдатам взвода Виктуса занять места в садившемся на площадку шаттле. — Полетели. — кивнул он водителю.

Войдя в командный центр, они нашли там, у центрального круглого подиума одинокого примарха, сосредоточенно набиравшего что-то на клавиатуре. Виктус выпрямился, строевым шагом приблизился к отцу. Тот обернулся, выпрямился и они обменялись уставным воинским приветствием. Переговорив с сыном, примарх жестом отпустил его к солдатам и посмотрел на подходившего Шепарда.

— Капитан... Я благодарю вас за то, что спасли жизнь моего сына и дали возможность солдатам поверить в своего командира. Я знаю, что без вашей помощи он бы не смог извлечь сразу два взрывателя и... — примарх сделал трудную для него паузу. — Я не забуду это, капитан. Когда придет время прямой схватки со Жнецами, Турианская иерархия будет на вашей стороне, капитан, со всеми возможными на тот момент силами. — он справился с волнением и ограничился воинским приветствием, которое Шепард старательно отзеркалил. — Простите, мне надо вернуться к управлению силами сопротивления Палавена...

Шепард молча кивнул. В конце концов в любой цивилизации есть свои секреты — старые, новые. Все равно. И за секреты принято платить. Хорошо, что сегодня им удалось спасти молодого лейтенанта, сохранить жизни его солдатам. Пусть не всем, но большинству. И — сохранить отцу сына.

— Джеф. Курс к планетке, где эти орудия. Мы втроем быстро справимся. Попроси Стива выбросить нас поближе. Явик, Джеймс. Высадка по варианту "вихрь". Высаживаемся, сметаем всех врагов, уходим.

— Хорошо, капитан. Похоже, следующая остановка — Тучанка?

— Да. Джеф, запланируй перелет. Сколько до нее примерно?

— Четыре часа. Только подремать.

— Не получится. Надо разработать план. Этим займемся после того, как захватим орудия.

— Принято, капитан. На курсе.

— Скажешь, когда будем в точке, Джеф.

— Есть, капитан.

Поднявшись к себе в каюту, Шепард выпил настой, восстанавливающий силы и сел в кресло, прочитывая накопившиеся отчеты. По корабельному времени был ранний вечер.

Высадка на планету с системой противокосмической обороны прошла штатно. Имея перед собой только врагов ни Шепард, ни Явик, ни Вега не сдерживали себя. Нашинковав пять сотен церберовцев, они перепрограммировали орудия и уничтожили крейсер "Цербера".

— Адмирал. Система противокосмической обороны на планете — в наших руках. — доложил капитан, садясь в прибывший челнок.

— Хорошо. Я направил туда отряд Альянса. Вы создали ему там хорошую базу, капитан. Действия "Цербера" в этом районе космоса будут серьезно осложнены. Благодарю.

— Спасибо, сэр. — Шепард прервал связь, уловив разрешающий кивок адмирала.

— Капитан, вижу челноки с крейсера "Иокогама". Подтверждено прибытие отряда для охраны и обороны системы ПКО. — доложил водитель челнока.

— Хорошо, Стив. Возвращаемся. Джеф, курс к Тучанке.

— Есть, капитан. Как только пришвартуетесь — отчаливаем.

— Принято.

План применения вакцины разработали быстро. Благодаря Сюзанне была найдена так называемая Завеса, с помощью которой поддерживался погодный и климатический баланс на планете, пережившей ядерную зиму. Кроме того, с помощью этого комплекса был распылен генофаг. И теперь Завесе предстояло выполнить противоположную функцию — подарить расе кроганов надежду на жизнь.

========== Глава 105. Тучанка. Вакцинация ==========

— Капитан. Если мы и планировали использовать Завесу, то нам придется туго. — сказала Сюзанна, когда капитан после разработки плана вернулся к себе в каюту. — На моих сканерах видна отметка Жнеца.

— Приехали. — сказал Шепард, сбрасывая остатки расслабленности. — Сюзи, хорошо, что предупредила. У Завесы?

— Да. Он использует завесу для того, чтобы отравить атмосферу Тучанки и одновременно не дать никому использовать этот комплекс для противоположных целей.

— Через сколько мы подойдем в зону уверенного дальнего сканирования?

— Пятнадцать минут полета, капитан. — ответила ИИ.

— Через двадцать минут Рекс, примарх и Мордин — в командный зал.

— Передам, капитан.

В назначенный срок все четверо собрались в командном зале.

— Полагаю, ситуация ясна. Нам придется провести совместную атаку с трех сторон. Вы, примарх, используя истребители, наносите удар по Жнецу с воздуха. Знаю, что не уничтожите, здесь важно его отвлечь. Вы, Рекс, обеспечиваете удар с земли — у вас есть превосходные транспортеры с пулеметами и орудиями. Та же задача — отвлечь Жнеца. Моя группа прорывается к Завесе, пользуясь тем, что Жнец занят отражением вашей обьединенной атаки. Мы используем комплекс по назначению и отступаем. Как только начнется распыление — Жнец уже бесполезен. Дело сделано.

— Дискутировать нечего. Ситуация может измениться в худшую сторону в любую минуту. — сказал Мордин. — Ева поедет с нами. Ее присутствие обязательно. Рекс обеспечит ее безопасность и защиту.

— Мы должны собрать силы кроганов. Для этого надо выбить врага из Зала Собраний. Шепард, будет нужна ваша помощь. Ваша и ваших спутников.

— Сделаем. Надеюсь, что после окончания этой миссии у всех у нас появится повод для длительной гордости. — Шепард набрал на клавиатуре инструментрона код. — Сюзанна, передай всем уточненные планы.

— Хорошо, капитан. Тут саларианская далатресса... Которую мы так и не вернули на дипкорабль... Она хочет вам что-то сказать.

— Включи связь на командный зал. Только не говори ей об этом.

— Принято, капитан.

— Слушаю, Далатресса. Только покороче и без визга.

— Капитан, вы же знаете, что кроганы неуправляемы...

— Не знаю.

— Капитан, она хочет сказать, что ее агенты повредили Завесу. — вклинился голос Семенова.

— Повреждение Завесы я устраню. — сказал Мордин. — Пусть даже не надеется на успех своей диверсии.

— Далатресса, вы отдали приказ о повреждении Завесы несколько лет тому назад. Дальнейшее ваше предложение предсказать нетрудно. Поскольку Саларианское Пространство входит в Совет Цитадели, вы только что добавили себе несколько статей уголовного кодекса. Вас будут судить уже не на вашем корабле, а на Цитадели. Конец связи. — Шепард кивнул появившейся на экране Сюзанне.

— Сюзи, спасибо за виртуозное микширование. Она ничего не поняла?

— Возможно и поняла, но поздно, чтобы что то делать. Мне вывести на экраны статьи, по которым ее будут судить?

— Не надо. Главное, что мы доставим ее на Цитадель. А там Глава Совета Уильямс решит, что с ней делать.

— Принято, капитан.

— Рекс, пока не надо ничего говорить никому. Мы устраним последствия диверсии и кроганы получат вакцину в полном обьеме. Жнец там или не Жнец, мы сделаем все, что необходимо.

— Хорошо, Шепард.

— Явик, Джеймс. Вы со мной. К высадке. Проверьте оружие и скафандры с броней. Будем много бегать по планете. На открытых местах.

— Принято, капитан.

— Всем спасибо. Действуем по утвержденному плану.

Зачистка Зала Собраний от хасков прошла быстро. Шепард шел впереди, Явик и Джеймс держали фланги. Рекс пока выяснял отношения с главами кланов, добиваясь их единства и согласия на участие в операции. Ева старалась держаться позади, капитан особо попросил своих спутников прикрывать ее от солдат Жнецов.

Наконец кроганы собрались в Зале Собраний. Коротко пояснив ситуацию, Шепард передал слово Рексу и тот в свойственной ему резкой манере мотивировал соплеменников на помощь в проведении операции. А появление Евы вообще стало переломным моментом — женщина, способная родить здоровое потомство излучала такой спектр уверенности, что у кроганов просто не нашлось вразумительных возражений. Через несколько минут отряды транспортеров направились к Завесе.

— Звено "Артимек" готово к проведению атаки на Жнеца. — доложил командир Звена.

— Мы нагоняем, проведите дополнительную разведку, Жнец мог сменить позицию. Повторяю. Атаковать только для того, чтобы отвлечь от Завесы. Атаковать только для отвлечения от Завесы. Геройствовать не надо. Ударили и отошли.

— Принято.

— Шепард, Жнец поворачивается. Он увидел транспортеры. Он включает свой главный лазер! — доложил Рекс. — Надо тормозить, иначе кого-нибудь разрежет...

— Капитан, он повредил эстакаду. Дороги впереди нет Она завалена. Он готовит второй выстрел.

— Рекс. Рывком вперед. Пешком мы Еву не уведем далеко. Рывком вперед. Это транспортер, а не детская коляска. Уводите Еву из под удара, мы зайдем с другой стороны. — Шепард с Явиком и Вегой выпрыгнули из транспортера. — Уводи!

Перепрыгнув неширокий просвет, отделявший эстакаду от здания, Шепард проводил взглядом уезжавшие транспортеры, которые с ревом преодолевали завал, не особо задерживаясь на острых гранях камней.

— Нам придется срезать путь через Город Древних. Так, Сюзанна?

— Да, капитан. Вам нужно пройти по подземным уровням и выйти к Городу Древних. Оттуда достаточно легкая дорога к Завесе. Вся сложность в том, что на всех картах, которые мне удалось достать, этот район обозначен как логово Калрос, праматери всех молотильщиков.

— Понятно, Сюзанна.

— Я поставила сейсмослежение, так что о приближении хозяйки я вас предупрежу. Но не рискуйте, особенно в подземных уровнях.

— Принято. — Шепард перезарядил винтовку. — Вперед. — он включил фонарь и столб света заплясал по стенам. — О, тут даже наскальная живопись о Калрос имеется.

— Кроганы запечатлевали только сильных врагов. — сказал Явик. — Вероятно, Калрос относится именно к таким.

Путь через руины не был длительным. Вскоре группа наткнулась на труп, в котором все узнали модифицированного рахнийского жука. Снабженный оружием Жнецов, жук был давно мертв.

— Капитан, это действительно рахни. — сказала Сюзанна. — Проведенный анализ подтвердил. Лазерные прицелы, орудие. Тяжелая артиллерия. Но очень неустойчивая и уязвимая, малоповоротливая.

— Вот и привет от королевы. — сказал Шепард. — Двигаемся дальше. Вижу впереди свет.

— Если вы видите свет, капитан. — на связь вышла Ева, — то вы уже в Старом городе.

— А я вижу не только свет, но и зеленые побеги. Они идут по стенам. — сказал Джеймс.

— Вы смотрите на последнюю надежду Тучанки, капитан. Если эти побеги погибнут... — сказала Ева.

— Постараемся этого не допустить, Ева. — сказал капитан, останавливаясь.

— Тут какие-то канавы. Очень большие. В разных направлениях. — отметил Явик.

— В Старом городе живет Калрос. Она редко появляется полностью на поверхности, но у нее достаточно сил, чтобы раз за разом прорывать в камне такие каналы. Это ее территория. — сказала Ева.

— Похоже, у нее на территории незваные гости. А она даже не реагирует на них. — сказал Джеймс, указывая на бегущих к ним хасков, сзади которых были рахни-артиллеристы и даже две твари. — Придется помочь хозяйке избавиться от них.

— Огонь только на поражение. Заряды экономить. У нас впереди — жнец.

— Шепард, мы с другой стороны города. Давай по быстрому метров восемьсот вперед и мы тебя подхватим. К городу идет Калрос, она уже почувствовала ваше присутствие и присутствие войск Жнецов. Выходите из города быстрее и мы вас подхватим. Мы не можем долго стоять — Калрос почувствует двигатели машин — и нам крышка.

— Бегом, огонь только на поражение! — скомандовал капитан. Путь через город занял ровно двенадцать минут, когда Шепард, уже видя вздымающиеся плиты над стремительно идущим к колонне транспортеров молотильщиком, заскакивал внутрь бронемашины. — вперед, Рекс. Жми.

Из машин пришлось выжать все, что они могли дать. Рывком колонна достигла более-менее оптимального района недалеко от Завесы.

— Машины — в укрытия. Двигатели заглушить. — распорядился Шепард. — Первый раз вижу живого Жнеца так близко.

— Он меньше того, двухкилометрового, Шепард. — на связь вышла Сюзанна. — Но вы правы, этот — живой.

— И как нам его завалить? У нас кроме гранатометов ничего нет. А его лазеры сделают из нас паштет в несколько секунд. — сказал Вега.

Из подошедшего транспортера вышли Рекс и Ева. Кроганка подошла к капитану.

— Капитан, Завеса была построена на мемориале, возведенном кроганами в честь Калрос. Здесь стоят два молота, самые крупные на Тучанке. Их надо включить, они призовут Калрос. Молотильщик разберется со Жнецом. Другого варианта нет. — сказала Ева.

— Похоже другого варианта действительно нет. — Шепард изучающе смотрел на Жнеца, который стоял перед ними во всей красе. — Хорошо. Явик, Джеймс, вы со мной. Мы включаем молоты и отходим к Завесе, чтобы Калрос имела возможность разобраться со Жнецом. Мордин, вы на месте?

— Приближаюсь к последнему безопасному месту вблизи Завесы, капитан. Буду ждать удобного момента. Лаборатория на самом верху, там есть лифт. Мне предстоит туда поднятся и завершить создание лекарства. А также включить распыление.

— Не рискуйте, Мордин. Если подключится Калрос, места будет мало. Остановитесь и подождите. Эта битва титанов будет тяжелой. Нельзя двигаться к Завесе, пока она не кончилась.

— Понимаю, Шепард. Останавливаюсь в предпоследнем безопасном месте. Маскируюсь.

— Рекс, Ева. Прошу. Без лишних слов. У нас еще будет, надеюсь, возможность переговорить, когда все кончится, так или иначе. А сейчас, Рекс, прошу. Уводи Еву подальше.

— Хорошо, Шепард. — Рекс подошел, крепко пожал руку капитану. — успехов тебе. — он взглянул на Явика. — И тебе — тоже, Явик. — взгляд крогана остановился на лейтенанте. — И тебе, Джеймс.

Ответами были только кивки. Едва только Рекс и Ева с сопровождавшими их кроганами отошли, Жнец ударил лучом по перемычке и Шепард со спутниками приземлились на каменные плиты на уровне ног Жнеца. Поднявшись, Шепард перекатился под защиту гранитных стен каньона, ведущего к главной площадке у Завесы.

— Вперед. Тихо и быстро. Нам нужно проскочить поближе и поочередно запустить молоты.

— Капитан, вижу еще Тварей и хасков. — доложил Джеймс.

— Тем сложнее. Все равно прорываться придется с боем. Значит так. Максимальная скорость движения, обходите тварей справа и слева, не давайте им опомниться. Жнец, насколько я понимаю, будет двигаться нам навстречу, отсекая нас от Завесы. Берегитесь его лап, положитесь на ощущения, на чувства, опасайтесь попасть под режущие кромки. Кто включит один молот — сразу бегите со всех ног ко второму, не давайте никому из охранников Жнеца и секунды на прицеливание. Поскольку молоты призовут Калрос к Жнецу — после активации второго молота отступаем к Завесе. Мысль ясна?

— Ясно, коммандер. — сказал Явик, перезаряжая свой излучатель. — Готов.

— Ясна задача, капитан. — Вега вытянулся. — Готов приступать.

— Тогда — вперед. И помните — максимальная скорость!

Дальнейшее Шепард запомнил урывками. Он смог обогнать даже Вегу, который несся прыжками. Смог уклониться от Твари, пытавшейся полоснуть по нему лапой, смог перепрыгнуть через валун и сразу же взять разбег, направляясь к поднимавшейся лапе Жнеца, открывавшей проход к молоту. Вот первый молот пополз вверх, тяжело набирая вес для гулкого удара, а он, капитан Шепард, уже несется к другой поднимавшейся лапе Жнеца, чтобы нырнув под нее, уцепиться за рукоятку взведения второго молота. Как только молот пополз вверх, Шепард оглянулся. Жнец упорно лез вперед, переставляя свои чудовищные ноги. Но земля уже дрожала.

— Калрос на подходе! — прозвучал в спикере на ухе крик Джеймса. — Мы уходим к Завесе, капитан!

— Я за вами! — крикнул Шепард и со всех ног побежал прочь от арены. Краем глаза он видел, как гигантская праматерь всех молотильщиков ухватила Жнеца и попыталась повалить его, но он оказался слишком скользким и она не смогла уцепиться прочно. Тогда она отступила, исчезла в земле и вдруг со всей силы атаковала Жнеца сзади. На этот раз она просто как анаконда обвилась вокруг тела Жнеца, заставляя его ввинчиваться в землю и наконец вместе с ним исчезла в воронке, унося свою добычу на непостижимую глубину, туда, где оружие Жнеца будет бесполезно.

— Мордин с нами, капитан. Ева и Рекс живы и в безопасности. — доложил Вега, видя подбегающего капитана. Оба крогана уже стояли рядом с саларианцем.

— Мордин, вы что, пойдете туда? — Шепард указал на верхотуру гигантской башни. — Она того и гляди рухнет.

— Саботаж ГОР не преодолен. Если его не снять, мы не сможем выполнить задачу. Я должен идти. Другой может все напутать.

— Сюзанна.

— Аэстена уже в челноке. Она заберет Мордина с вершины башни. На распыление основной части вакцины уйдут несколько минут. Спустя это время вакцина будет подхвачена воздушными потоками, ее концентрация нормализуется и облако распространится по всей планете.

— Мордин, не рискуйте. — сказал Шепард. — Устраните неполадку, включите распыление и доверьтесь Аэстене. Она — прекрасный пилот. Выдернет вас с вершины мгновенно.

— Постараюсь. — саларианец не спешил радоваться. — Надо сначала справиться с саботажем.

— Я на подходе, капитан. Вижу воронку, куда Калрос утянула Жнеца. Готова забрать Мордина в любой момент. — доложила Аэстена.

— Надо идти, Шепард. Температурный датчик взбесился. Еще немного и вся система распыления раскалится. Трубы потекут. — сказал Мордин, направляясь к лифту.

Далеко вверху замигал маяк челнока, в котором находилась Аэстена. Но Мордин не обращал на это внимания. Он неподвижно стоял в кабине, возносящейся к вершине Завесы, стоял, закрыв глаза. Несколько секунд и кабина останавливается. В распахнутые двери верхней лаборатории Мордин вошел, уклоняясь от пламени и разрывов. Набрав команды на консоли, он стабилизировал температуру и увидел, как заработала система распыления, как начало расти облако вакцины.

В этот момент он почувствовал, как чья-то стальная рука выдернула его с площадки перед консолью и он с удивлением обнаружил себя сидящим в кресле рядом с Аэстеной. Киборг разгоняла челнок до предельной скорости, Завеса уменьшалась в размерах, продолжая изрыгать из себя волны вакцины.

— Вакцинация атмосферы Тучанки завершена, профессор. — Аэстена обернулась к Мордину и улыбнулась. — Вы победили! Мы возвращаемся на фрегат. Вам следует хорошо отдохнуть.

— А...

— Рекс повел Шепарда в зал собраний. Им есть о чем поговорить. Явик и Джеймс — с ними. Они все кроме Евы и Рекса вернутся на фрегат. С ними все будет в порядке. А вот и фрегат, профессор. Идите к себе, отдохните. — Аэстена вогнала челнок на его место в лапы подвески в доке-ангаре и открыла боковую дверь. — Сюзи, профессор на месте. Я могу слетать за остальными.

— Не надо, Аста. — Сюзанна подошла к челноку, помогла сойти Мордину. — Я провожу профессора в его каюту. Он должен отдохнуть. А ты пока посмотри результаты вакцинации. И обрати внимание на реакцию саларианцев.

— Поняла. — киборг соскочила на плиты дока и направилась в рулевую рубку. — Сделаю.

В это время внизу Шепард и Рекс с Евой вошли под своды Зала Собраний. Рекс остановился.

— На этом месте мой отец предал меня и попытался меня убить. Мне пришлось не только защищаться. Но и убить его. Вот что с нами сделал генофаг — он стал превращать нас в зверей. Но сегодня, Шепард, вы начали отсчет новой истории кроганов. С этого дня все кроганы будут знать, что имя "Шепард" означает "герой". Только так — и не иначе.

— Капитан. — мягко продолжила Ева. — В Кельфикской долине, спасенной вами от взрыва бомбы, уже собираются кланы кроганов. Я пойду туда, буду говорить о будущем, которое вы нам подарили. Теперь мы будем воевать и бороться за наших детей, а не против них. Теперь каждая женщина Тучанки будет знать, что она сможет родить живого и здорового ребенка. И эту возможность подарили нам вы. И еще, Шепард. Знайте, что Уроднот Бакара считает вас своим другом. — она отдала Шепарду легкий поклон. — Я счастлива, что могу говорить женщинам о будущем, в котором не будет больше места безысходности, не будет места боли и горю. А будет место уверенности и спокойствию. — она пожала руку Шепарда и отошла. Рекс протянул капитану свою руку и они обменялись рукопожатием. Затем Рекс обменялся рукопожатиями с Явиком и Джеймсом. — Мы с Рексом сделаем все, чтобы кроганы воспользовались в полной мере предоставленным вами шансом, капитан. — продолжила Бакара. — Это будет не так быстро, но у нас теперь есть будущее для всего народа.

— А я немедленно распоряжусь направить силы кроганов на помощь турианцам. — сказал Рекс. — И когда придет время вся армия Кроганов будет сражаться за твою планету и за твой народ, Шепард.

— Капитан, челнок с "Нормандии" прибыл. Ждет на площадке перед Залом Собраний. — доложил Джеймс.

— Понял. — Шепард прощально кивнул Рексу и Бакаре, повернулся и направился к выходу из Зала. Спустя четверть часа он уже входил в командный зал. К нему сразу подошел Примарх.

— Капитан. У меня есть точная информация и ее многочисленные подтверждения — Уроднот Рекс направил войска кроганов на помощь моему народу. Вы выполнили свое обещание и я выполню свое. Придет день и все флоты Турианской Иерархии выступят на стороне Земли в генеральном сражении, которое сломает хребет Жнецам и полностью уничтожит их основные силы. Вы дали нам надежду на то, что мы выстоим. И мы эту надежду оправдаем. Я уже направил распоряжение своему дипломатическому фрегату прибыть в согласованную с вашим пилотом точку. Мне надо возвращаться на Менае. С помощью Кроганов мы надеемся вскоре выбить Жнецов с Палавена. Гаррус Вакариан будет координировать действия Земли и Турианской Иерархии, капитан. Он остается у вас на борту.

— Джеф, курс к точке встречи с турианским дипломатическим фрегатом.

— Есть, капитан. — откликнулся пилот. — На курсе. Прибытие через два с половиной часа. Каюта для Примарха уже приготовлена.

— Спасибо, Джеф. — сказал капитан. Примарх вышел из командного зала. — Есть новости?

— Далатресса в ярости, но бузить в своей камере опасается — Сюзанна уже сказала ей, что Аэстена на борту.

— На саларианцев мы можем не рассчитывать, Джеф. Далатрессу доставить к месту стоянки ее дипломатического фрегата. Приготовь оружие, возможны провокации. Сразу после того, как Примарх перейдет на борт своего корабля.

— Принято, капитан. Будет сделано. А может, все же доставим на Цитадель? Судить ведь ее надо!

— Надо, Джеф, надо. Но она все же руководитель. Не наша это функция — судить руководителей народов. Да и Советник Уильямс сейчас слишком занята, чтобы готовить судебный процесс.

— Получается... только припугнули?

— Получается, что так, Джеф. Саларианцы теперь крепко задумаются. А нам нельзя тратить время на эти политические дрязги. У нас есть миссия и есть задачи, которые надо делать. Так что — вперед.

— Есть, капитан. — пилот отключил связь и Шепард с наслаждением присел в свое рабочее кресло перед хорошо знакомым ему рабочим столом.

Проводив примарха, Шепард распорядился о том, что команда и экипаж могут отдыхать. Дежурная смена проводила далатрессу на ее корабль и "Нормандия" ушла проколом в соседнюю систему, где легла в дрейф. После напряженных полетов надо было провести регламентные работы на двигателях и ядре эффекта массы.

— Капитан. У нас есть запросы от адмирала Хаккета. Он просит уделить время борьбе с "Цербером". Разведка Альянса выделила несколько точек. Среди них есть Бенинг. Человеческая колония. Там ожидается прибытие церберовцев.

— Сколько у нас времени?

— Мы все равно даже проколом доберемся туда не раньше полудня следующих ходовых суток. Если бы не проводы примарха и далатрессы, можно было бы прибыть на несколько часов раньше. Но сейчас мы не можем дать ход — юстировка систем еще не завершена.

— Хорошо. Пусть экипаж отдохнет. Решение кроганской проблемы заставило нас поработать слишком активно. Всем нужен отдых. И экипажу, и команде, и кораблю.

— Кроме того, по вашим логам есть достаточно точек, в которые не могут по известной причине добраться гражданские.

— Джеф. Пока на нас не рушатся Жнецы, мы можем отдохнуть. Или тогда, когда прижмет, мы будем неработоспособны. Дрейф.

— Принято, капитан. — пилот отключился.

Комментарий к Глава 105. Тучанка. Вакцинация

Выложив на сайте эту главу, я хочу предупредить — пока она последняя из полностью отредактированных. Дальше идут только заметки по отдельным эпизодам третьей части игры — их я публиковать не буду. Надо написать немало дополнительных глав. Как только пробелы в повествовании будут в достаточной степени устранены — я продолжу выкладывать новые главы.

Приятного Вам чтения.

========== Глава 106. Знамя Первого Полка ==========

— Корабль в скоплении Апийский Крест, капитан. — доложил Джеф, сверившись с данными, предоставленными Сюзанной. — Какие будут наши дальнейшие действия?

— Есть сложности, капитан. — включился в разговор полковник Семенов. — В этой системе бродит 79-й турианский флот. Турианцы не желают бросать свои корабли к Палавену. Они смелы и отважны, но что-то их держит здесь. Командование Палавена не дает никаких особых указаний командующему флотом.

— Сюзи, что нам известно по данной проблеме? — спросил Шепард, устраиваясь поудобнее в рабочем кресле в своей каюте.

— Вряд ли это будет по нраву Рексу, капитан. — откликнулась ИИ. Именно семьдесят девятый турианский флот проявил себя во всей красе во время кроганского восстания. Тогда флот сражался с кроганами у планеты Дигерис. Там располагалась турианская колония, ставшая целью кроганов. Чтобы защитить тогда колонию, турианцы пожертвовали очень многими кораблями. Сейчас, конечно, ситуация несколько иная, о кроганских восстаниях помнят, о роли в них турианцев — тоже. Но Захар прав. Командование семьдесят девятого флота год за годом держит здесь значительную часть сил. Они отказываются давать информацию в открытый доступ, в закрытых секторах Экстранета об этом тоже ничего нет — сухие указания на роль флота в борьбе с кроганами. Такое впечатление, что информацию либо не выводили в электронную форму, либо подчистили все хвосты. Такое на мой взгляд может быть только в одном случае — если проблема касается основ мировосприятия турианцев.

— Где сейчас силы флота, Сюзи? — спросил Шепард.

— Система Геммэй, капитан. Я слышу на дальних сканерах полный спектр свидетельств их присутствия и деятельности. Они дрейфуют, стараясь скрыться от разведкораблей Жнецов.

— Турианцам нужен этот флот. — сказал Шепард.

— Согласна, но полагаю, нам нужно иметь основание для того, чтобы этот флот покинул пределы системы Геммэй. И это основание должно быть очень и очень серьезным. Сейчас такого основания у нас нет.

— Джеф, сколько доступных систем в этом скоплении? — спросил капитан.

— Три. Требия, Кастель и Геммэй. В Требии мы сейчас находимся, я вижу на экранах отметку разрушенного топливного склада. Там еще осталось немного горючего, где-то триста пятьдесят единиц. Если мы будем возвращаться, оно нам может пригодиться.

— Инженер Адамс, как у нас с зондами? — переключил каналы Шепард.

— На исследование этой системы потребуется не более десятка, капитан. Зонды готовы к запуску. Сможем забрать все, что нужно.

— Хорошо. — Шепард сделал отметку в командирском ридере. — Джеф, включай пассивное сканирование. Пробежимся по Требии, затем летим в Кастель, там повнимательнее просканируем все, что можно, в первую очередь — планеты и астероиды. И на финал — Геммэй. Будем все равно говорить с турианцами. Что же их здесь держит?... — Шепард понял, что пилот принял к сведению распоряжения и отключился.

— Капитан, маршрут введен. — откликнулся Джеф спустя несколько минут. — На все про все — восемь — двенадцать часов. Из режимов — только пассивные, но сканировать будем внимательно. На обратном пути заберем горючее.

— Выполняй, Джеф. И повнимательнее со сканерами на планетах.

— Есть, капитан.

— Капитан, у нас есть возможность принять все четыреста единиц перед уходом из системы. — инженер Адамс снова вышел на связь. — полагаю, нечего оставлять топливный склад без внимания. На погрузку топливных картриджей нужно будет не больше часа. Зато у нас будет резерв.

— Согласен. Джеф.

— Принял. Исправления внесены. Закончим сканирование системы Требия и я подведу фрегат к остаткам топливного склада. Инженер Адамс прав, нам потребуется горючее. На всякий пожарный.

— Хорошо. — подвел итог капитан. — Работаем.

Система Требия не доставила хлопот экипажу и команде фрегата. Ровно час был затрачен на погрузку остатков топливных картриджей в ангар и корабль перешел в систему Кастель. На переход было затрачено шесть с половиной часов.

— Капитан, корабль в системе Кастель. Начинаю сканирование после перехода поближе к местному светилу. Так мы захватим большую площадь и сэкономим время. — доложил отдохнувший Джеф.

— Принято. Повнимательнее. Особенно — с планетами.

— Есть, капитан. — пилот отключил связь по своему каналу.

Фрегат перешел поближе к местному солнцу, скрылся в его внешней короне, включил все системы дальнего и среднего пассивного сканирования.

— Есть странная отметка, капитан. Следую к планете Дигерис. — сказал Джеф спустя два с половиной часа. — Подтверждаю. Отметка очень странная. Явно искусственное происхождение. Предмет небольшой. Ясно будет, когда сумеем раскопать и доставить на борт.

— Поосторожнее с раскопать. Не повредить бы. А то доставлять на борт нечего будет. — пробурчал Шепард.

— Будет сделано нормативно, капитан. — сказал Адамс. — я готовлю лучший зонд.

— Надеюсь.

Через час с небольшим фрегат облетел планету Дигерис. Отметка прочно угнездилась в центре экранов в пилотской рубке и капитанской каюте.

— Зонд послан, капитан. Десять-двенадцать минут на полет к поверхности. — доложил инженер Адамс.

— Принял, спасибо.

— Зонд на поверхности. Направляю к точке. — последовал новый доклад. — Зонд на точке. — доложил Адамс спустя еще сорок минут. — Включаю экскаваторные стрелы. Пятьдесят минут.

— Хорошо. — Шепард в раздумье пересматривал список проблем, информация о которых была собрана на Цитадели и путем прочесывания Экстранета стараниями Сюзанны.

— Капитан, у нас есть то, что позволит заставить семьдесят девятый турианский флот включиться в борьбу с Жнецами.

— Раскопали? — в голосе капитана прозвучала надежда.

— Да. Зонд погрузил этот артефакт в изолирующую камеру. Я дал ему приказ возвращаться. Через час он будет у нас в ангаре для зондов. Капитан, я прошу вас и Гарруса Вакариана спуститься вместе со мной в ангар по прибытии.

— Кажется, я догадываюсь, что это такое. — взгляд Шепарда раз за разом пробегал только одну строчку в списке проблем, ожидающих решения. — Джеф, других отметок нет?

— Нет, капитан. Система чиста.

— Готовь корабль к перелету в следующую, третью систему. Будем разговаривать с турианцами. Затем — курс на Цитадель.

— Есть, капитан. Готовлю расчет маршрута.

— Хорошо.

— Капитан, зонд на борту. — спустя час инженер Адамс вышел на связь уже по видеоканалу. — Я попросил бы вас...

— Через несколько минут я буду на месте. — Шепард поправил китель и вышел из каюты, вызывая лифт.

У входа в ангар зондов он встретился с Гаррусом. Турианец был в форменной одежде СБЦ. Едва ли Шепард мог упомнить, когда Архангел одевал эту форму раньше.

Инженер Адамс возился у зонда, вскрывая изолирующий отсек. Наконец крышка, несомая манипулятором, плавно отошла в сторону. Белый туман конденсата рассеялся...

— Боги... — выдохнул Гаррус, приблизившись к зеву отсека. — Капитан... это... это знамя Первого Полка турианской армии. Десятки лет мы искали его. Планета не слишком спокойная... — турианец глядел на стяг круглыми от благоговения глазами. — Капитан, за это знамя, за его возвращение... турианцы будут вам вечно благодарны. Всем, всему экипажу и всей команде нашего фрегата. Без малейшего исключения. — турианец снял бронеперчатки и прикоснулся к древку. — Боги... Неужели я это не только вижу, но и чувствую...

— Сюзанна. Найди информацию о том турианском офицере в цитадельском баре. Ты его вполне могла видеть. Передай ему, что знамя найдено и скоро будет на Цитадели. Только попроси пока скрыть эту информацию от других турианцев. И не только от них. Ты это сможешь сделать лучше всего.

— Я понимаю, о ком вы говорите, Джон. — отозвалась ИИ. — Информация на экранах. Выполняю.

— Спасибо. — Шепард просмотрел информацию на своем инструментроне. — Полагаю, возвращение святыни на Цитадель позволит нам поднять дух турианской общины на этой станции. Ваше мнение, Гаррус?

— Полагаю, да. Нет, я просто уверен, что да. — Вакариан не сводил взгляда со знамени. — Боги, если бы мне кто сказал, что я первым, одним из первых турианцев увижу это знамя после десятилетий поисков...

— Вы его увидели, Вакариан. — произнес Адамс, выпрямляясь в строевую стойку и доставая что-то из темного закутка ангара. — Вам предстоит вернуть это знамя на Цитадель. — инженер подал Вакариану цилиндрический прозрачный тубус. — доставайте и упаковывайте.

— Вы правы, Адамс. — Шепард также подобрался и выпрямился. — Вы — турианец, вам и возвращать эту святыню турианской армии и народа.

— Спасибо, капитан. Спасибо, инженер. — Гаррус склонился над зевом отсека и поднял обеими руками стяг. Тубус принял знамя в свое нутро и Вакариан чуть подрагивающими пальцами завернул крышку. — Турианцы будут сражаться под ним... как...

— Как львы, Гаррус. — тихо заметил Шепард.

— Да, капитан. Как львы. — Гаррус поднял тубус. — Оно не позволит, не даст нам отступить.

— Капитан, корабль готов к отлету в третью систему. — пилот снова вышел на связь, видя и слыша все, что произошло в ангаре для зондов. — Я подготовил с помощью Сюзанны качественный канал видеосвязи с лидером семьдесят девятого турианского флота. Там есть еще два склада с горючим, мы сможем заполнить все резервные танки. Семьсот пятьдесят и восемьсот единиц.

— Я пойду, подготовлю танки к приему, капитан. — Адамс кивнул Гаррусу, не отрывавшему взгляда от знамени и вышел из ангара для зондов.

— Хорошо. — Шепард не глядя, кивнул, разрешая инженеру покинуть отсек.

— Капитан, я понимаю... Это знамя...

— Нет, Гаррус.

— Оно... оно побывало в битве с кроганами... Это сейчас...

— Нет, Гаррус. Это — эпизод. А знамя — целостность. Оно на эпизоды не разменивается и не делится. Оно — концентрат воли и мужества, боли и веры всех, кто под этим знаменем служил, отдавая свою жизнь и здоровье победам, без которых невозможно взросление расы, взросление цивилизации. — тихо сказал Шепард. — Оно поведет вас в числе других знамен на битву с внешним, самым страшным врагом. Это сейчас — самое важное.

— Лучше всего... Оно будет в вашей каюте, капитан. Оттуда мы...

— Проведем и трансляцию связи с семьдесят девятым флотом. Они первыми из турианцев увидят знамя и поймут, что им уже нет необходимости скрываться, расплачиваясь за эпизод. — сказал Шепард. — Идемте, Гаррус.

Вдвоем они вышли из ангара для зондов и, провожаемые вытягивающимися в струнку членами экипажа и команды, поднялись на лифте к капитанской каюте.

— Капитан... Передайте экипажу и команде... — голос Гарруса дрожал. — Благодарность.

— Это святыня, Гаррус. А мы все — без различия расы и пола — знаем, как надлежит приветствовать святыню. Хоть военные, хоть гражданские. — тихо заметил Шепард, закрывая входную дверь каюты. — Нам всем сейчас нужно то, что объединит нас и лишит возможности проявить худшие качества своей натуры. Мы все знаем, что мы можем победить, если только будем едины. И знамя — то, что может объединить. Как немногих, так и всех. — Шепард посмотрел, как Гаррус устанавливает тубус на упоры в "рабочем кабинете" капитанской каюты. — Джеф, связь готова?

— Капитан, турианцы ждут связи. Но они хотят видеть наш корабль. Разрешите вести фрегат в систему Геммэй? Если мы получим топливо, то возвратиться в систему с ретранслятором нам не составит труда.

— Ладно. Сколько времени это займет?

— Три часа, не больше.

— Действуйте, Джеф. Ведите корабль в систему Геммэй.

Все время перехода Гаррус и Шепард провели на ногах. Взгляд турианца был прикован к знамени. Шепард едва ли не впервые видел своего друга настолько одухотворенным и взволнованным.

— Капитан, корабль — в системе Геммэй. Связь установлена. На связи — командующий семьдесят девятым флотом, адмирал Кендрас Вартек. — доложил пилот и главный экран, осветившись, скрыл под собой витрину с моделями кораблей.

После приветствий Гаррус отступил в сторону и дал возможность техникам турианского флагмана сосредоточить внимание видеокамер на тубусе со знаменем. Адмирал молча взирал на святыню, не садясь в кресло. Вокруг командующего стояли в напряженных позах офицеры турианского флагмана.

— Да. Это оно, знамя Первого Полка. — наконец произнес высший офицер. — Капитан Шепард. Я благодарю вас и ваш экипаж за возвращение нашей святыни. Полагаю, что теперь я имею полное право отдать приказ по флоту о возвращении к Палавену и вступлении в войну с Жнецами. Я передам запись командованию Иерархии.

— Адмирал. — Шепард уловил паузу в речи командующего флотом. — Полагаю, что вы совершенно правы. Я отдам приказ о возвращении на Цитадель, где знамя будет передано местному воинскому турианскому контингенту и турианской общине станции. Информация о передаче будет переслана вам на флагман и передана в распоряжение руководства Турианской Иерархии. Командование турианским воинским контингентом и турианская община станции — единственные, кто в сложившихся обстоятельствах смогут сохранить знамя в безопасности. Если они пожелают передать знамя в распоряжение сил Иерархии в пределы юрисдикции Палавена — никто не будет им препятствовать.

Адмирал молча кивнул, подтверждая правильность решения капитана.

— Благодарю вас, капитан. Вы правы. Отправлять знамя сейчас к Палавену — небезопасно. Я предупрежу турианский воинский контингент и турианскую общину Цитадели о вашем скором прибытии. Знамени будет обеспечена надлежащая встреча и охрана. — Адмирал выпрямился, отдавая воинское приветствие. Шепард и Гаррус отзеркалировали его. — До связи.

— До связи. — сказал капитан. Экран погас, снова проявились модели кораблей.

— Джеф, сколько нам надо времени на заправку из остатков?

— Полтора часа, капитан. Инженер Адамс обеспечит быстрейший режим. Турианцы не возражают. Они готовятся к полету к Палавену. Появление столь мощного флота там сможет помочь местным силам. Теперь турианцы не будут ограничены. Знамя — с ними. — сказал Джеф. — Информация об обретении знамени ушла на Цитадель. Квитанция в получении пришла две минуты назад.

— Хорошо. — Шепард уловил щелчок переключения каналов связи в динамиках каюты. — Гаррус...

— Я останусь здесь.

— Понимаю. Не желал бы ничего другого. Располагайтесь внизу, в уголке отдыха. Сюзанна, обеспечь контроль по высшей схеме всего пространства каюты и особенно — расположения тубуса со знаменем.

— Сделано, капитан. Я послала информацию Эшли Уильямс. Кайден Аленко подготовит встречу со своей стороны. Цитадель ждет знамя.

— Хорошо, Сюзанна. — Шепард посмотрел на едва расслабившегося в рабочем кресле Гарруса. — Похоже, наше преимущество приносит серьезные плоды. — он спустился в спальную часть каюты и сел рядом с турианцем. — Отдохни, Гар. Ты как струна.

— Не могу, Шепард. Слишком много с этим знаменем связано. Вот передадим его на Цитадели нашим воинам... Тогда может быть я смогу расслабиться. А пока... Нет, извини, не смогу.

— Понимаю. — Шепард откинулся на спинку кресла. — Что-ж. Тогда будем ждать окончания заправки.

— Капитан. Заправка окончена. Турианский флот покинул систему Геммэй. Тысяча пятьсот единиц горючего — на борту. Выхожу на курс возврата в систему с ретранслятором. Четырнадцать часов на перелет до Цитадели.

— Хорошо, Джеф. Включи пассивное сканирование на сигнатуры опасности и веди нас к станции.

— Понял. Принято. — пилот переключил каналы.

Едва фрегат вышел из ретранслятора рядом со станцией, к кораблю пристроились два фрегата турианского военного флота. Под их контролем Нормандия ошвартовалась в своем именном доке.

Гаррус, не сомкнувший глаз все четырнадцать часов, взял тубус обеими руками и вынес его на площадку дока. При его появлении турианский военный контингент филигранно выполнил равнение и взял штурмовые винтовки на караул.

Командир контингента принял у Гарруса тубус. Вдвоем они развернули полотнище и все убедились — перед ними действительно то самое, настоящее знамя Первого Полка. Гаррус придержал древко, пока командир контингента осторожно взяв угол полотнища, в низком поклоне коснулся знаменем своего лба. Выпрямившись, офицер принял древко из рук Гарруса и, четко развернувшись на месте кругом, передал знамя подошедшим офицерам почетного знаменного караула. Святыня величаво проплыла мимо строя турианского воинского контингента. Наконец знаменный взвод замер на правом фланге четких коробков строя.

К Гаррусу и Шепарду подошла Уильямс в своей строгой полковничьей форме. Официально поприветствовав капитана и главного артиллериста, она встала рядом с Шепардом и тихо сказала:

— У нас появилась еще одна святыня, Джон. У нас у всех. Все происходящее транслируется по всей станции. Мне докладывают, что турианцы — и военные, и из СБЦ, и гражданские — воспряли духом и теперь гораздо больше и глубже верят в победу. И в свою победу и в нашу общую победу над Жнецами.

— Я как-то и не рассчитывал, что смогу найти что-то столь ценное. — тихо ответил Шепард. — Похоже, у нас действительно появилось что-то, способное нас объединить. И не только в войне, но и в мире. Ведь воюем-то мы — для мира. Для мирного будущего.

— Сколько задержитесь здесь, Джон?

— Немного, полсуток. У нас еще очень много работы, Эшли.

— Похоже, ты действительно обретаешь смысл своей деятельности в этой войне. Новый, другой смысл.

— Помогать другим не только силой оружия. — тихо и задумчиво сказал Шепард. — Да, ты права, Эш.

Знаменный взвод, выждав положенное время, вышел с площадки дока, выводя за собой колонну воинского турианского контингента.

— Поднимешься на борт? — спросил капитан, когда в доке стало привычно тихо.

— Ненадолго. Кайден освободится от работы в Кризисном Центре и заберет меня с площадки. Мне еще предстоит разбираться со складскими помещениями. Там есть свои проблемы. Люблю многое делать лично, иначе просто усохну над текстами и таблицами. — Эшли коснулась глаз Шепарда своим теплым все понимающим и подмечающим взглядом. — Идем, капитан. Идемте, Гаррус. — она взяла под руку замершего турианца. — Идемте. Нас ждет следующий наш общий шаг к победе.

========== Глава 107. Бенинг. Защита гражданского населения ==========

— Корабль следует в ближние к станции "Арктур" районы. — Сюзанна тихим голосом оповещала всех членов экипажа и команды о ближайших действиях через личные спикеры, не используя громкую общекорабельную связь. — Ходовое время до выхода к точке принятия решения — три часа десять минут.

— Капитан. — к стоявшему у карты Шепарду подошел Семенов. — Есть данные, что Жнецы попытаются разрушить станцию "Арктур". — он коснулся карты лазерным указателем. — Хаккет и Андерсон согласны с данным предположением, идет усиление флотов и армейских подразделений станционного базирования в этом районе. Плохо то, что под это дело приходится ненамного, но ослаблять защиту человеческих колоний. По нашим данным дистанционной разведки, — Семенов коснулся угла карты, вызвав малый экран. — в ближайшие четыре часа острая ситуация сложится на Беннинге. Процветающая человеческая колония, база ремонта и обслуживания кораблей, одна из самых ценных в Арктурских пределах. Жнецы по нашим данным, скоро отправят к Беннингу небольшой флот, чтобы лишить население планеты мобильности, разрушив космопорты и блокировав доступ к ретранслятору. Полагаю, что Беннинг избран Жнецами для тотального вывоза населения на переработку. — полковник говорил ровным тихим голосом. — Проблема в том, что глубокая разведка "Свитка" показывает в этом районе возросшую активность "Цербера". Спецы утверждают, что эта организация испытывает кадровый голод, но не желает снижать свою активность во множестве подразделений, разбросанных по Галактике.

— Они уже организовали три вербовочных пункта на Беннинге. — задумчиво произнес Шепард. — Естественно, что в такой момент они не говорят всей правды.

— Как бы ни было странно, но вербовочный пункт, Джон, это всего лишь вершина айсберга. Процветающая человеческая колония, близкая к "Арктуру" — серьезная проблема для Жнецов. Индоктринированное руководство "Цербера" понимает, что не ослабив потенциал Беннинга, "Цербер" не сможет помочь Жнецам выиграть битву за станцию "Арктур". Предполагаю, основываясь на данных Глубокой Разведки, что меньше, чем на разрушение станции, Жнецы не сориентированы. В систему Беннинга направлены три крейсера "Цербера" и корабли флота доставки. Проще говоря — "Цербер" переходит к похищениям, приобретающим конвейерный характер.

— Что мы можем противопоставить, Захар?

— Многое, Джон. Уничтожение всех трех крейсеров — не проблема. Уничтожение кораблей флота доставки — вообще не является сколько-нибудь сложной задачей. С этими доставщиками справятся корабли флота прикрытия колонии. Важно показать "Церберу", что Беннинг и при ослабленном Флоте Прикрытия — не легкая добыча. Тем более, что Глубинная Разведка указывает — у "Цербера" начинаются проблемы не только с людьми, но и с тяжелыми военными кораблями.

— Есть варианты? — спросил Шепард, зная что Семенов уже продумал множество каверз для противников и оппонентов человечества.

— Есть, конечно.

Два с половиной часа командиры вместе с членами боевой вахты обсуждали предстоящую операцию, готовя варианты действий. Еще час ушел на согласование с "Линией", взявшей на себя роль главного резерва.

— Капитан, корабль в районе. Система невидимости включена. — доложил Джеф.

— Наземные силы Цербера?

— Готовятся к активации, рассчитывают на прибытие крейсеров и шаттлы с них. С десантом. — уточнил пилот.

— Хорошо. — Шепард кивнул Семенову. — Я — в ангар. Начинаем действовать.

— Хорошо, капитан. — Захар кивнул, склоняясь над картой.

Четыре челнока вышли из ангара фрегата-крейсера и пошли к поверхности планеты. Рядом с Шепардом находились пятеро членов экипажа — люди, пожелавшие лично принять участие в операции по защите Бенинга. В салонах трех других челноков тоже не было ни одного инопланетянина. В этот раз Шепард и Семенов разрешили большинству членов экипажа фрегата поучаствовать в реальной боевой операции — появление на территории колонии, принадлежавшей человечеству, любых ксеносов сейчас бы резко осложнило ситуацию, заставив подумать о слабости людей.

— Снижение выполнено. Проверить оружие, расходимся по точкам. Учтите, что у "Цербера" — зуд насчет инженеров и турелей. Уничтожать этих спецов в первую очередь. И пользуйтесь гранатами аккуратно. — передал капитан, видя, как челноки уходят в разные стороны. — Наша задача — уничтожить наземные силы "Цербера", указав на них местным силам самообороны, как на агрессоров. Фрегат займется крейсерами, отсечет поддержку от ретранслятора системы. Флот прикрытия планеты уничтожит церберовские доставщики, не пропустит их к планете. У нас у всех — сугубо наземная операция. Не лихачить, не геройствовать, спокойно и методично, но безжалостно и полно уничтожать церберовцев. Всех до единого. Без малейших исключений.

— Принято, капитан. — доложил водитель. — Садимся, тут как раз есть возможность разобраться с четырьмя группами "церберовцев".

— Хорошо. — Шепард открыл боковую дверь челнока, спрыгнул и первым же выстрелом из штурмовой винтовки снес голову инженеру, потянувшемуся к укрепленной на спине турели. — Огонь только на поражение. Стрелять по головам.

Почувствовавшие, что запахло жареным, "церберовцы" из группы, захватившей квартал, составленный из жилых экспедиционных модулей, попытались было дать сигнал с требованием поддержки, но Джеф уже перекрыл все частоты "белым шумом". Переходя с одной вертикальной лестницы на другую, группа Шепарда двигалась к центру квартала, выдавливая из него "церберовцев", оставляя позади только гарантированно мертвых служак трехголового пса. Водитель челнока поднял машину на верхний уровень и из штурмовых орудий, укрепленных на бортах, обстреливал "церберовцев", пытавшихся выбраться на крыши.

— Капитан, тут какая-то группа гражданских желает нам оказать помощь. Они вооружены, но к местной самообороне отношения не имеют. — передал один из членов группы Шепарда.

— Иду к вам. — ответил капитан. Спустя минуту он уничтожил троих "церберовцев", пытавшихся прикрыть инженера, уже установившего турель, но так и не успевшего привести ее в боевое положение. — Капитан Шепард, фрегат "Нормандия", вольный стрелок. С кем имею честь?

— Билал Особа, вооруженные силы Альянса Систем, наземные войска. — отрекомендовался крепыш, обряженный в гражданский комбинезон. — На прикид не обращайте внимания, мне нельзя отличаться от гражданских. Там, где появляются наши вояки в форме Альянса, церберовцы звереют на глазах. И начинают шинковать гражданских с утроенной жестокостью. У меня в группе тридцать гражданских, из них двенадцать женщин и пять детей. Нас пытаются достать, чтобы силой вывезти на базы Цербера.

— Знаю. Мы как раз занялись этой проблемой, связанной с "Арктуром".

— И это знаете? — удивился Билал.

— Жнецы слишком активно обозначают свою заинтересованность. — ответил Шепард, уничтожив очередного штурмовика выстрелом в голову. — Но мы стараемся на этом варианте не зацикливаться.

— Капитан, крейсера вошли в систему. — доложил Джеф. — Начинаю танцы.

— Хорошо, Джеф. — Шепард переключил канал. — Всем. Усилить давление на "Цербер". Они знают о прибытии крейсеров и рассчитывают на мощную поддержку. Усилить давление. Только уничтожение.

— Принято, капитан. — откликнулись командиры групп.

— Так. Билал, собираете оружие у застреленных штурмовиков, вооружаете всех своих людей и закрепляетесь в этих балках. — Шепард указал рукой на несколько двухэтажных модулей. — Пока фрегат разберется с крейсерами, нам нужно уничтожить всех "церберовцев". Поосторожнее, постарайтесь смотреть на все четыре стороны.

— Знаю. Местные тут почти всех "активистов" в лицо знают, так что найдут. Не скроются. — Билал кивнул заместителю, тот отошел назад, к группе гражданских. — Сделаем, капитан.

— Векст, Эрих. — Шепард взглядом нашел своих. — Остаетесь с Особой. Помогите им с обороной.

— Хорошо, капитан.

— Остальные — за мной. — сказал капитан, переглянувшись с альянсовцем. — Билал, мы вернемся. Отсюда удобно будет стартовать.

— Успехов, капитан. — кивнул Особа.

— Вам — также.

Уничтожая ожидавших подкрепления и потому несколько расслабившихся "церберовцев", группа Шепарда зачищала колонию, передавая оружие уничтоженных боевиков гражданским жителям поселка. Другие группы занимались тем же в своих секторах.

— Капитан, крейсера уничтожены. Спасательные модули уничтожены. — доложил Джеф. — Сюзанна утверждает, что подкреплений не будет.

— Проверь, Джеф. — откликнулся Шепард. — У нас еще здесь работы на часа два с половиной. Много "церберовцев" успело прибыть. Да еще и "активисты" проявляются.

— Хорошо. Мы пока подежурим у ретранслятора. Оттянемся, чтобы можно было точно стрелять.

— Действуй. — Шепард переключил канал. — Всем. Зачистка. Только зачистка. Обращайте внимание на "активистов". — не ожидая ответов, выключил связь, переведя рацию на прием. — За два с половиной часа мы должны зачистить нашу часть главного поселка колонии. Вперед.

Постепенно гражданские поняли, что им не просто можно — необходимо обзаводиться оружием, ранее принадлежавшим убитым "церберовцам". Все чаще в тылу уходившей группы Шепарда слышались выстрелы, ритм которых прямо указывал — оружие в руках людей, ранее не слишком знакомых с армейскими образцами. Через час группа Шепарда смогла наскоро перекусить, не выпуская из рук винтовок и внимательно наблюдая за окружающим городским пейзажем.

— Продвигаемся дальше. Тихо. — распорядился капитан, убедившись, что все его подчиненные закончили принимать пищу. — В нашем секторе еще достаточно работы.

— Капитан. Есть информация, что Жнецы усиливают давление на пограничные с Арктурским сектором области. — на связь вышел Семенов. — силы Альянса чистят гражданские колонии от "церберовцев". Полагаю, Жнецы поняли, что баланс сил уже не в их пользу. Спешат.

— Торопятся. — бросил капитан. — У нас еще на полтора-два часа работы. Гражданские вооружаются и пытаются сами отжимать и уничтожать мелкие группы "церберовцев". С крупными справляются наши группы. Но все равно — слишком долго считались здесь в гражданских поселениях "церберовцы" своими.

— Вам тут небольшой подарок от средней дочери, капитан. — Семенов передал на инструментрон капитана карту. — она напрягла Сюзанну и та ей помогла составить карту с вариантами перспектив развития ситуации.

— Вижу. И часть карты она разрешила передать гражданским?

— Считает это необходимым. Там нет перспективных частей, только варианты. — уточнил полковник. — поскольку гражданские активизировались и теперь помогают местной самообороне и ополчению, можно считать, что база у "Цербера" на Бенинге сократилась в размерах, а уж в качестве — точно стала намного хуже.

— Передайте ей благодарность, Захар. И от наших групп и от гражданских Бенинга. — Шепард несколькими нажатиями сенсоров разослал части карты по каналам гражданского сектора коммуникационной системы. — гражданские приняли. Спасибо. До связи.

— До связи. — Семенов отключился. — Как бы эта худшая часть не стала наиболее отвязной и опасной. — пробормотал он, сметая очередью притаившегося за куском бетонопластика инженера. — Уже скольких "инжей" завалили, а они все не кончаются. Такое впечатление, что "Цербер" решил заграбастать эту планетку себе. Только согласятся ли с таким вариантом Жнецы? Не думаю.

Методично зачищая модули от "церберовцев", оставляя за собой их трупы со всем вооружением, группы с "Нормандии" сжимали кольцо зачистки. Отступавшие к центру поселка "церберовцы", пытались закрепиться в модулях и балках, но это им удавалось плохо — надежда на существенное подкрепление с крейсеров рухнула, о присутствии в системе "Нормандии" они уже знали, поэтому сопротивление было отчаянным, приобретавшим все больше и больше характер обреченности.

— Группа эн-три закончила зачистку центрального квартала, капитан. — доложила Сюзанна, наблюдавшая за развитием ситуации на планете в целом. — Гражданские перешли к активному уничтожению мелких групп "церберовцев", повально забирают у уничтоженных вояк оружие и боеприпасы. Еще полчаса и можно будет направить челноки для возвращения групп на фрегат. Надо выждать.

— Согласен, Сюзи. — ответил Шепард, оглядывая кварталы, обступившие центр поселка. — Просмотри сканерами подземку, обрати внимание на законсервированные и новые выработки. Если что — сориентируй нас и гражданских.

— Принято, капитан. Шесть минут.

— Добро. — Шепард присел за плитой, оставаясь на связи с фрегатом. За шесть минут он услышал звуки нескольких ожесточенных перестрелок в разных концах поселка. В дело вступили осмелевшие подразделения ополчения и гражданской самообороны.

— Подразделения ополчения и самообороны сориентированы, капитан. — доложила Сюзанна, переслав капитану уточненную карту. — Челноки взяли под прицел выходы из подземных коммуникаций. Ориентировочно через час оттуда ополчение и самооборона выдавят остатки слишком уж затихарившихся "церберовцев", пожелавших переждать наше присутствие.

— Хорошо. Мы подтянем группы к нескольким выходам. Спасибо, Сью.

— Мне переслать информацию об Особе послу?

— Пока не надо, Сюз. Он — альянсовец, у него — свое командование. Полагаю, можно будет ему устроить отпуск на несколько суток. Пусть побудет с отцом вживую. Не по связи.

— Согласна, капитан. Я приготовлю для него одну из кают.

— Ладно. — Шепард поднял свою группу и указал на инструментроне точку назначения недалеко от одного из выходов из подземных коммуникаций центрального поселка. — Двигаемся.

Переход прошел без приключений. Уничтожив несколько групп "церберовцев", группа Шепарда закрепилась в одном из балков. Выставив охранение, Шепард убедился, что остальные группы также на позициях у других выходов, там же висят и челноки, ощетинившиеся штурмовыми орудиями и турелями. Сорок минут истекли быстро и "церберовцев", выдавленных на поверхность, покрошили в винегрет буквально за четверть часа, предоставив гражданским добивать раненых и забирать оружие и боеприпасы.

— Капитан, челнок ждет. — доложил водитель.

— Спасибо, Стив. — Шепард знаком указал группе на подлетавший челнок. — Всем. На борт, живо. Стив, к расположению Особы.

— Понял, шесть минут полетное время, капитан.

— Хорошо. — Шепард захлопнул за собой крышку бокового люка и прошелся взглядом по садившимся на лавки спутникам. — Отдыхаем. Затем берем на борт Особу и возвращаемся на "Нормандию". Здесь мы закончили. — он уловил едва заметные кивки, указывающие на то, что его услышали и поняли, после чего присел на откидное сиденье у входа в водительскую кабину. — Полетели, Стив.

Прибывший челнок ждали. Билал выслушал Шепарда, переговорил по связи со своим командованием и, передав руководство группой своему заместителю, поднялся на борт челнока.

— Спасибо, капитан. — сказал сын посла. — Похоже, Альянсу в очередной раз удалось существенно укрепить свои позиции. Гражданские убедились в нашей силе и способности их защитить. У меня — отпуск на трое суток. Затем я возвращаюсь сюда. Чувствую, впереди — битва за "Арктур". Хорошо, что Бенинг теперь свободен от "Цербера". Мое руководство сообщило, что крейсеров у "Цербера" слишком мало осталось и он ими перестал разбрасываться.

— Возможно, Билал. — сказал Шепард. — Мы доставим вас на Цитадель, повидаетесь с отцом, потом вернетесь на Бенинг или ближе к "Арктуру", как сочтет нужным ваше командование. Относительно "Арктура" — вы правы, Жнецы действительно сориентированы нанести там нам поражение, но и мы готовы к этой битве. Бенинг... Да, "Цербер" потерял эту базу, но отдельные проблемы эта организация все же сможет доставить здешним гражданским и военным властям. Увы, слишком лакомый кусочек. Хотя... Жнецы ломятся к Земле и "Арктур" — только промежуточная точка.

— Мы их задержим, капитан. — сказал Особа. — мне отец говорил, что многие колонии хотели бы объявить независимость от Земли, от Альянса, но я теперь вижу — Бенинг хочет остаться с Землей. И его население будет сражаться с Жнецами, зная, что Земля не бросит людей и колонию на произвол судьбы. Я рад, что смог убедиться в этом лично и обязательно расскажу об этом отцу.

— Мы передадим ему кое-какие видеоматериалы по зачистке главного поселка. Люди на Цитадели должны знать об этом. — сказал Шепард. Особа кивнул, засвидетельствовав понимание не сказанного капитаном вслух. — "Арктур"... сложно будет... Но мы постараемся.

Возвращавшиеся челноки ждали техники и офицеры "Нормандии". Билал кивком попрощался с Шепардом и ушел в сопровождении младшего вахтенного офицера в выделенную ему, как сыну посла, каюту. Шепард соскочил на плиты ангара-дока одним из последних и сразу оказался в окружении дочерей. Нацеловавшись и наобнимавшись, он позволил Лиаре и Ориане поставить себя в центр группы и, извиняющимся жестом отпустил Миранду, поспешившую к боевому информационному центру с укладкой с кристаллами.

В капитанской каюте он разрешил Ориане приготовить чай и присел на кровать.

— Ли, да цел я, цел. Ну что ты меня так ощупываешь, словно я под катком побывал. — капитан перехватил руку дочери. — Я цел. Мы не потеряли никого, двое раненых уже в медотсеке у Чаквас, там сложностей нет. Садись, вот твой любимый чай с азарийскими травами. Ори знает, что ты именно такой любишь. — он, преодолевая несильное, почти декоративное сопротивление, побудил азари присесть рядом на кровать. — Ори, спасибо. Не мельтеши, садись.

— Сейчас, пап. — девушка закончила колдовать и подала отцу чашку, вмещавшую полтора стакана. — Этот Билал Особа...

— Сын посла, Доминика Особы. — одной рукой прижимая к себе успокаивавшуюся Лиару, другой рукой капитан включил экран над кроватью, вызвал краткую справку с официальными фотографиями посла и его сына. — Я помню, как посол пытался выяснить, что с сыном. Ты же знаешь, связь плохая, а информация о том, кто цел, кто ранен — слишком противоречива, посекундно меняется, не все успевают фиксировать.

— И... — Ориана присела справа от отца. — Как ты предполагаешь действовать?

— Будем в соседней с Цитаделью системе — пошлем челнок, попросим один из малых фрегатов сопроводить. Пусть сын с отцом увидятся и пообщаются. Знаю, Билал не захочет задерживаться, командование дало ему только трое суток на встречу с отцом. Потом его ждет участие в битве за "Арктур".

— Полагаешь, что и нас тоже попросят? — спросила Лиара, прихлебнув чай и теплым взглядом окинув лицо отца. — Или?

— Скорее всего — "или", Ли. — ответил Шепард, ставя чашку на прикроватный столик и обнимая Ориану. — Джеф, полагаю, ты слышал?

— Да, капитан. Возвращаю фрегат на обратный курс. В какой системе будем выпускать челнок? — осведомился пилот.

— В этой. — Шепард лазерной указкой ткнул в изображение одной из сразу увеличившихся в размерах областей, окружавших место расположения гигантской станции.

— Понял. Два с половиной часа хода. Пойдем тихо, не на крейсерской.

— Согласен, Джеф, действуй.

— Есть. — Пилот отключил канал связи. Шепард почувствовал, как его дочери сильнее обнимают его.

Фрегат прибыл в соседнюю систему в точно названное пилотом время. Первой очнулась Лиара. Она встала, грациозно прогнулась и выскользнула за дверь капитанской каюты. Как старшая сестра, она всегда баловала Ориану, давая ей возможность подольше побыть с отцом. Чуть меньше ста пятидесяти минут в каюте капитана царило молчание. Слова не были нужны — приходилось, уклоняясь от пустых разговоров, ценить вот такую редкую теперь возможность побыть рядом. Ориана, пригревшись, уснула и Лиара отнеслась к этому спокойно.

— Где Ори, Ли? — на лестнице азари встретила Миранду, спешившую с очередной пачкой ридеров к себе в малый кабинет.

— Пригрелась. Уснула. Джон не будит. Как у нас с Особой? — ответила Серый Посредник.

— Я распорядилась, челнок уже готовят. Билал уже знает о предстоящей встрече с отцом. Мы получили сообщение о том, что на время отпуска он будет жить в посольских аппартаментах. Эшли уже знает и согласование от нее получено. — мягко проговорила старпом. — Ты опять не подремала, Ли?

— Не могу. Я так редко вот так бываю с отцом, что спать в такие моменты у меня не получается...

— Ори тебе благодарна. — усмехнувшись одними губами ответила Миранда. — Ты сейчас куда?

— К себе. Надо кое-что исправить в перспективных планах в связи с Арктурской проблемой.

— Да. Слышала и читала. Шепард предполагает, что нам туда соваться не надо?

— Пока да. Хаккет и Андерсон справятся своими силами. Незачем фрегат-крейсеру появляться везде и всюду. Извини, я к себе, Мири.

— Понимаю. — старпом уступила азари дорогу и проводила ее долгим мягким взглядом.

— Челноку "альфа" — взлет. Курс — Цитадель, посольский док. Сопровождение — фрегат "Ланкастер" готов к процедуре сближения. — сказала Сюзанна, адресуясь к пилоту челнока. — Старт.

— Челнок "альфа" процедуру старта выполнил. Фрегат вижу, начинаю процедуру подхода. — ответил водитель челнока. Спустя несколько минут фрегат и челнок промигали кормовыми огнями, резко уменьшившись в размерах.

— Капитан, вам — связь от Доминика Особы. Видеоканал. Посольские аппартаменты. — Сюзанна нарушила тишину капитанской каюты своим негромким голосом и включила главный экран над рабочим капитанским столом.

— Капитан. — Доминик Особа взглянул на капитана благодарным взглядом. — Спасибо за возможность увидеться с сыном. — он привлек альянсовца к себе. — Вот, рвется на арктурские просторы. Но согласился день побыть со мной.

— Я рад, Доминик. — ответил Шепард, обменявшись приветственными кивками с Билалом. — Полагаю, фрегату нельзя будет присутствовать в пространстве станции "Арктур", когда там развернется битва. У нас, к сожалению, задачи в других секторах.

— Капитан, я получил несколько сотен сообщений с Бенинга. Билал мне подробно рассказал и даже сумел кое что показать из материалов, снятых непосредственно в колониальном поселке. Вам, возможно, будет интересно узнать, что местное ополчение и силы сопротивления объединились с силами местной самообороны. Похоже, люди поняли, что и в колониях настало время выступить против врагов единым фронтом. Все оружие с "церберовцев" собрано, найдено несколько складов-схронов. Бенинг будет бороться, капитан. И в этом — ваша немалая заслуга. О вашем пребывании в колонии теперь знают все от мала до велика. — сказал посол. — Я спокоен, капитан. Теперь я вижу, что мой Билал нашел цель в жизни. Его командование передает под его руководство целый взвод солдат и сержантов. Билал решил после Арктура вернуться на Бенинг и встать во главе одного из подразделений объединенных сил Сопротивления. Хорошо, что Земля не отвернулась от этой планеты, от нашей, человеческой колонии. — посол уступил место перед экраном сыну.

— Билал, — сказал Шепард. — Я рад за вас и за вашего отца. И рад, что Бенинг стал для вас чем-то большим, чем очередное место службы. Успехов вам. — капитан обменялся с альянсовцем прощальными жестами и погасил экран, взглянув на кровать, где спала Ориана. — Хорошо, что Билал нашел свою половинку. Теперь у него есть будущее, которое он будет защищать и оберегать.

========== Глава 109 База истребителей "Цербера" ==========

— Разрешите выводить фрегат к базе истребителей Цербера? — спросила Сюзанна. — Полагаю, с мелкими задачами мы временно закончили?

— Разрешаю, Сюзи. Подлетное время?

— Пять с половиной часов. По данным глубокого сканирования "церберовцы" не ожидают нападения. В этой системе нет значительных сил Альянса или сил Сопротивления.

— Хорошо. Заберите топливо из разрушенного склада. И возвращайте корабль к системе Утопия, к ретранслятору. Следующая наша миссия — захват базы истребителей. Пойдут со мной мои обычные напарники — Явик и Джеймс.

— Принято, капитан. — отозвалась ИИ. — Джеф, курс на Новерию.

— Есть, принял. Выполняю, капитан.

— Добро. — Шепард отключил связь.

В каюту вошли Лиара с матерью.

— Джон. — сказала матриарх. — Я слышала, мы летим на Новерию?

— Да, Бена. Там Цербер установил базу истребителей. Полагаю, что она могла бы стать очень неприятным сюрпризом для сил сопротивления Млечного Пути. Климат там жесткий, сами знаете и видели. — Шепард пригласил дам присесть в уголке отдыха и сам занял одно из кресел возле столика. — пять с половиной часов пути туда, там мы разберемся с церберовцами, лишим их возможности пользоваться этой базой. Подозреваю, что Хаккет отправит туда одно из подразделений для обслуживания и обороны этой базы, а истребители, если их также удастся захватить, послужат небольшим, но ощутимым довеском к нашим возможностям в том районе.

— И вы, конечно, не возьмете с собой Лиару? — спросила ровным голосом матриарх. — Впрочем, я не удивлена, Джон. Я уверена, что вы, Джеймс и Явик быстро расправитесь с боевиками "Цербера". Но у меня есть ощущение, что "церберовцы" подтянут тяжелое вооружение.

— "Атласы"? — спросил капитан.

— Да. Хоть и климат там тяжелый для таких роботов, но в качестве последней попытки задержать вас там... — Бенезия помедлила. — Джон, возьмите обязательно гранатометы.

— Возьмем, Бена. Спасибо.

— Хорошо. Тогда мы пойдем. — Бенезия встала. За ней поднялась и Лиара. — Вам еще нужно подготовиться. — они вышли из каюты. Сюзанна переключила освещение в вечерний режим.

— Туманность Конская Голова. Задача — зачистка базы истребителей Цербера на планете Новерия. — Шепард пригласил к себе протеанина и Вегу. — Церберовцы будут огрызаться, но они также заинтересованы в том, чтобы не нанести базе сколько нибудь ощутимый ущерб. Так что нам тоже не следует особо звереть и стремиться все разрушить. Достаточно будет надежно убивать служителей трехголового мутанта. Есть, правда, информация, что против нас могут быть брошены тяжелые мехи "Атласы", поэтому, Джеймс, возьмете гранатомет и побольше гранат бронебойных и фугасных. Неизвестно, кому предстоит оказаться перед этим монстром, так что скорее всего гранатомет будет и у меня.

— Я также возьму, Шепард. Для меня это — не проблема. — сказал Явик. — Понемногу привык таскать побольше вооружения. — протеанин изобразил улыбку, выглядевшую хищным оскалом.

— Тогда все. Идите, готовьтесь. — Шепард переключил каналы связи. — Стив, возьмете вооруженный челнок с штурмовыми орудиями и турелями, высадите нас и сразу наверх, к фрегату. Нечего морозить технику. Мы справимся. Там всего лишь зачистка.

— Понял, капитан. — отозвался водитель.

В назначенное время фрегат вышел на орбиту Новерии.

— М-да. — сказал Шепард, обозревая выведенные на экраны челнока данные. — Стив, стартуй, мы пока посмотрим. Давай сначала на облет, уясним обстановку, затем — к базе. Постарайся выбросить нас поближе к центру управления — уверен почему-то, что именно там будет самое сильное сопротивление нашим действиям.

— Понял, капитан. — водитель вывел челнок за пределы фрегата и направил его вниз, к планете. — Три минуты на выход на облет района.

— Добро.

Холод никуда не делся, снегопад — тоже, правда метель была слабая, так что визуально можно было отметить очень многое.

— Есть маленькая площадка рядом с центром управления. Небольшое подразделение вовне комплекса, больше отметок боевиков — внутри комплекса у консолей управления. — сказал водитель. — Минуту... Можете прыгать, капитан. Мы — над площадкой.

— Хорошо. — Шепард прыгнул первым, сразу перекатом ушел под защиту контейнера. Явик пригнулся, выцелил вышедшего из арки центра управления штурмовика, снял его одиночным выстрелом. Кортез тем временем увел челнок к фрегату и группа двинулась к порталу входа. У самого входа пришлось уложить троих мстителей и четверых штурмовиков с двумя попытавшимися поставить турели инженерами. Внутри комплекса было веселее — появились стражи, которых Шепард успокоил выстрелами из снайперки, дав возможность Джеймсу и Явику подобраться ближе к залу управления.

— Пять отметок, три штурмовика, один мститель, один инженер. — передал Явик. — Я вперед, достану их.

— Джеймс, прикрой его. Я зайду с тыла. — Шепард выкатился за пределы портала, оббежал комплекс по внешнему балкону. — Ага. — сказал он, укладывая двоих стражей и одного инженера, попытавшихся было войти в другой, боковой портал, ведущий к центру управления.

— Цели поражены. Потерь нет. — скупо доложил протеанин. — Мы у цели. Капитан, нужна ваша помощь. Полагаю, Джеймс может справиться с этой системой. У меня на локаторах в пассивном — пятнадцать разнообразных отметок. Идут по двум направлениям к нам. Нам нужно прикрыть Вегу, пока он разбирается с блокировкой системы.

— Согласен. Займи позицию, возьми на себя тот портал, сквозь который вы вошли. — Шепард присел за пультом. — А я возьму на себя этот боковой вход. — он обернулся к Джеймсу. — Как ты?

— Работа идет, еще четыре минуты на взлом и перепрограммирование. — ответил тот.

— Добро. — капитан взглянул на инструментрон. — Мы пока позанимаемся с гостями. — он выцелил стража и поднял снайперку. — Готов. Переходим к массированному огню. — Два штурмовика легли там же, где и попытались выйти из за контейнера на мостик к балкону бокового входа. — Готовы. Теперь два мстителя. — снайперка коротко дважды лязгнула. — Упокоились. Остались... Ого... Два инженера... Мы растем в цене. — Шепард взял штурмовую винтовку и буквально взорвал очередями головы технарей. — Вот так. Гранаткой подорвем упавшие турели, чтобы не было желающих их перевести в боевое положение. У меня все. Явик?

— У меня также все. Три инженера, два мстителя, два стража, один штурмовик.

— Система взломана. Ставлю наши протоколы и ограничители доступа. — доложил Джеймс. — Быстро вы их, даже меня не достали.

— Еще чего. — сказал Шепард. — Вижу на площадке движение. Там два шаттла высадили два десятка желающих наказать нас. Вперед, на балкон и огонь только на поражение. Гранатами тоже — но поосторожнее.

— Хорошо, капитан. — Джеймс перезарядил штурмовую винтовку. — Готов. — он первым выкатился на балкон и, присев за контейнером, открыл огонь по мосту, ведущему к посадочной площадке для истребителей. — Первый десяток — передо мной. Остальные пока кучкуются на площадке истребителей.

— Разумные какие. — рядом приземлился Шепард, поводя стволом снайперки. — Ого. Девять мстителей. Я работаю по ним. Явик, остальные — на тебе. Особенно — стражи. Убирай в первую очередь. Джеймс, на тебе — штурмовики.

— Принято.

Согласованный огонь расчистил балкон, площадку перед ним и Шепард первым смог выйти на мост к посадочной площадке, укладывая все новых и новых врагов ломаными куклами в подтаявший снег.

— Капитан, к вам идет грузовой шаттл. На его борту — два "Атласа"! — доложил водитель челнока.

— Принято. Слышали? В укрытие и огонь по верхней части "фонаря" и по нижней части рамы бронестекла. Там самые уязвимые места. — Шепард ощутил, как металлический мост дрогнул дважды — роботы совершили мягкую посадку и стали принимать боевое положение. — Все. В укрытие — и огонь по указанным местам. Нам нужно отсюда убираться.

Бой с двумя тяжелыми роботами не занял много времени — указанные Шепардом места действительно оказались слабо бронированными и вскоре оба робота подорвались вместе с пилотами, раскрошив попутно церберовский истребитель.

— Ага. Один таки мы не сохранили. — сказал Явик.

— Не мы — они. — уточнил Джеймс. — Мы не стреляли по истребу.

— Возможно. — согласился протеанин, наблюдая за снижавшимся шаттлом с "Нормандии". — Капитан, связь с Хаккетом.

— Разумно. Адмирал стал очень быстрым. — Шепард прошел в водительскую кабину стартовавшего шаттла. — Шепард на связи.

— Благодарю, капитан. В этом секторе операции "Цербера" теперь будут не столь успешными. Я уже распорядился — на подходе фрегаты с десантными подразделениями. Они займут комплекс и не дадут "Церберу" возможности для реванша.

— Ясно, адмирал.

— До связи, Шепард. — Хаккет погасил экран со своей стороны.

Встретившие Шепарда у трапа челнока Лиара, Ориана и Миранда были рады увидеть отца целым и невредимым.

========== Глава 111. Тяжелое ранение Самары ==========

Комментарий к Глава 111. Тяжелое ранение Самары

Предшествующая этой части, 110-я глава зарезервирована. Текст уже написан, он редактируется начисто.

Мирале не спалось. Как старшая сестра, Мирала занимала одна двухместную каюту. Вторая койка пустовала — на ней обычно спала мама. Рила и Фалере, как младшие, занимали отдельную каюту, расположенную рядом, буквально через стенку. Взглянув на часы, азари убедилась — три часа сорок минут ночи. Еще несколько минут назад она крепко спала, а теперь вот вынуждена думать, почему ее так выдернуло из сновидений — резко и без предупреждения.

"Нормандия" шла к очередной точке, отмеченной в полетном плане — Мирала знала этот план в самых общих чертах. Работы на борту для нее, как биотика было немного: в основном приходилось много думать и просчитывать варианты действий в самых разных обстоятельствах. Вспыхнувший приглушенным сиянием экран информационного каютного монитора доложил местоположение корабля в пространстве Млечного Пути — все было в пределах плана.

Что-то очень беспокоило Миралу. Глубоко в душе. И уровень этого беспокойства оказался столь высок, что азари проснулась среди ночи, вынырнув из забытья как из омута. Почти всегда с момента избавления от синдрома Ардат-Якши, Мирала спала до самого утра, но в этот раз сон пропал очень быстро.

Раздался тихий стук в дверь. Так стучали только младшие сестры. Мирала открыла замок, отдав команду ВИ с прикроватного пульта. Рила и Фалере скользнули внутрь и дверь встала на место. Азари придвинули кресла к кровати, на которой лежала старшая сестра.

— Тоже не спите?

— Сон не идет, Мира. — сказала Фалере. — Я проснулась, как будто меня кто-то дернул за отростки. Быстро и неприятно.

— И у меня было похожее. — сказала Рила, в голосе которой просквозило искреннее беспокойство.

— И что бы это могло значить? — спросила Мирала сестер, внимательно оглядывая их лица.

— Это означает, что с вашей мамой случилось несчастье. — сказала вставшая на пороге каюты Сюзанна. — Мы получили текстовый сигнал от Самары несколько минут назад. Он автоматический и шел под глубокой шифровкой.

— Координаты известны? — спросила Мирала, поймав озабоченные взгляды обеих сестер.

— Иначе я бы к вам не пришла. — сказала киборгесса, входя в каюту. — Шепард уже в курсе, он готовит команду высадки.

— Мы...

— Остаетесь на борту. Все трое. — отрезала Сюзанна. — Капитан и его напарники сами решат эту проблему. Корабль ложится в дрейф, мы сможем прождать столько, сколько потребуется.

— Сюзи... — укоризненно сказала Рила.

— Это — не мое решение. Это — приказ капитана. — сказала ИИ. — От себя скажу, что вашей маме будет спокойнее знать, что вы все на борту и в безопасности. Не надо вам покидать пределы корабля. Пока в этом нет никакой необходимости.

— Что нибудь еще известно? — с надеждой в голосе сказала Фалере.— Ну о причине посылки такого сигнала...

— Мы договорились перед тем, как ваша мама вернулась к обязанностям юстициара, что такой сигнал она пошлет, если сложность ситуации превысит средний уровень. — сказала Сюзанна. — Это означает, что своими силами она может не справиться. Шепард обещал ей, что "Нормандия" окажет всемерную помощь. Мы только выполняем обещание капитана. — сказала киборгесса. — Поэтому не накручивайте себе ничего. В любом случае Шепард принял решение эвакуировать вашу маму на борт. Остальное — по обстоятельствам.— ИИ повернулась и вышла из каюты.

Сестры переглянулись.

— По меньшей мере капитан поможет маме. — сказала Мирала. — А нам нужно сохранить спокойствие и помочь команде и экипажу в их работе. — Она поймала согласные кивки сестер. — Так что возвращайтесь к себе в каюту. Если что, Сюзи нас проинформирует. До шести утра есть еще возможность поспать. Мы должны быть свежими и работоспособными, чтобы маме еще и о нас не пришлось беспокоиться и волноваться. Так что задача у вас -выспаться.

— Как скажешь, Мира.— Рила и Фалере поднялись с кресел и вышли из каюты.

Мирала откинулась на подушку и закрыла глаза. Она знала, что младшие сестры видят ее озабоченность и беспокойство, но полагаются на нее, как на более опытную и старшую. Азари встала с кровати, одела комбинезон, покрутилась перед зеркалом и вышла из каюты. Ночное освещение создавало в коридорах и отсеках полумрак, вентиляция работала в приглушенном режиме. Выйдя к холлу пассажирского отсека, Мирала нажала клавишу открытия бронестворки иллюминатора, светившуюся зеленым — если бы створка была заблокирована, ВИ выставил бы красный сигнал. Уперев взгляд в черноту космоса, азари замерла.

Самара лежала в неудобной позе, скорчившись и зажимая располосованный бок и живот. Бой с пятеркой разведчиков Жнецов окончился для нее тяжелым ранением. Маленькая планетка в атласах и каталогах не имела даже имени — только регистрационный номер. Слабенькая кислородная атмосфера, скалы, скудная растительность. Лед и камни.

Дышать было тяжело — атмосфера была слишком разреженной, да и ранение резко ослабило защиту скафандра и брони. Преследуя батарианца, захватившего пассажирский транспорт Азарийского Союза, юстициар раскрыла одно из множества преступлений, спасла пассажиров лайнера, но злодей сумел ускользнуть на шлюпке. Сигнал привел сюда, на маленькую каменистую планету. Здесь у батарианца оказалась небольшая база — схрон. Ничего особо ценного — несколько подземных модулей с тремя выходами на поверхность. Батар ожесточенно отстреливался, пытался кидать гранаты. Со всем этим ассортиментом Самара встречалась не раз. Ее начало злить и напрягать только одно обстоятельство — все это время, пока она могла видеть лицо преступника, на нем играла зловещая улыбка, причину которой юстициар долго не могла определить.

Прикончив батарианца, Самара вызвала ВИ своего челнока, но вместо стандартного ответа получила автосигнал "жучка", сообщивший о том, что челнок подорван.

А следом появились и разведчики Жнецов. В ходе перестрелки затянувшийся рассвет сменился планетным днем. Привычно укладывая очередного служителя Жнецов, Самара почувствовала, как ее биотика неудержимо слабеет. От разогревавшейся поверхности планеты потянуло странным маревом. Для не использующих биотику разведчиков это не было проблемой — они полагались на лучевое, зарядное и холодное оружие. А для азари... Для нее биотика была универсальным средством и теперь приходилось в спешном порядке переориентироваться на применение обычного оружия и физической силы. За сотни лет у Самары случались ситуации, когда необходимо было обходиться без биотики, но вот так полно лишаться ее поддержки...

Отступавшие к своему челноку разведчики заставили азари поволноваться. Последних троих успокаивать пришлось прикладом штурмовой винтовки и ножом. Но больше всех удивил водитель. Такого уровня гибкости Самаре еще не приходилось встречать — ей попался не поклонник, а профессионал ножевого боя. Несколько минут решили дело — водитель был удушен, но и Самаре досталось — у последнего разведчика в руках оказались просто уникальные клинки, резавшие броню как пластик. Да еще этот камикадзе сумел запустить самоликвидацию челнока и осколками юстициару посекло ноги.

Пришлось отползать, часто вкалывая обезболивающее и панацелином смазывая расходившиеся от физических усилий края едва едва сшитых широкими стежками ран. Помогало это мало, юстициар едва сумела скрыться в расселине, чтобы ее не было видно с воздуха и с поверхности. Смачивая губы водой, Самара чувствовала, как уходят силы. Кодекс учил и требовал в таких случаях пойти на самоликвидацию, но Самара сопротивлялась этому решению — у нее были три дочери, которые в ней нуждались.

Инструментрон засветился — уже хорошо, значит послать абракадабру из цифр и знаков можно было без помех. Свой долг перед Орденом Самара в очередной раз выполнила, преступник был уничтожен. Теперь предстояло позаботиться о себе. Юстициар знала, что сигнал правильно поймет только следящая аппаратура "Нормандии", запрограммированная Сюзанной. Затем последует быстрая расшифровка. А там Шепард пошлет помощь. Насколько Самара смогла узнать капитана, он не откажется лично принять участие в спасательной операции.

Несколько часов ожидания юстициар провела в полузабытьи. Когда она открыла глаза, она почувствовала, что ее куда-то несут. Голос капитана попросил ее не беспокоиться — она в безопасности и ей уже оказали первую помощь. Самара прикрыла глаза и провалилась в сон.

Челнок с "Нормандии", ведомый Стивом, свалился на планету как можно ближе к месту, где Сюзанна указала возможное убежище юстициара. Джеймс и Шепард соскочили на каменистое плато, бегом преодолели полкилометра и, увидев в расселине Самару, на секунду опешили — повреждения были слишком серьезны.

Переглянувшись с напарником, капитан сразу стал оказывать юстициару первую помощь, а Джеймс развернул носилки с иммобилизаторами. Извлекая Самару из расселины, Джон буквально нутром ощущал, как она слабеет с каждой секундой. Чаквас, пользуясь кодированным видеоканалом, видела все в реальном времени и руководила действиями капитана, сразу потребовав скорейшего возвращения на борт и доставки тяжелораненной азари в медотсек. Шепард только кивал, понимая, что Карин кругом здесь права и он не имеет права даже попытаться возразить или дополнить.

Приоткрывшиеся глаза азари, уже уложенной на носилки, позволили Шепарду понять, что она пришла в сознание. Самым спокойным тоном, какой только нашелся в тот момент, Шепард попросил ее успокоиться. Веки Самары дрогнули и закрылись.

Прямо из корабельного входного шлюза на гравиносилках Самару переправили в медотсек, куда Чаквас попросила пройти только Миралу. Рилу и Фалере она попросила подождать снаружи и те согласились.

— Капитан. — Фалере подошла к стоявшему у Звездной Карты Шепарду, уже отдавшему Джефу приказ продолжать полет к следующей точке. — Что там произошло?

— Мне мало известно. — произнес капитан. — Она преследовала какого-то батарианца-террориста, захватившего азарийский пассажирник. Смогла заставить его покинуть борт судна на челноке, сама села на другой и преследовала его сюда, на эту малоизвестную большинству пилотов планету. Здесь она убила преступника, но была вынуждена вступить в бой с группой разведчиков Жнецов. Для такого профессионала, как Самара, этот бой не был бы чем-то особенным, но никто не знал, что эта планета... способна гасить любую биотику...

— И мама была вынуждена драться с этой нежитью без нее? Только холодным и огнестрельным оружием? — с ужасом произнесла младшая дочь юстициара. — Они же ее...

— Да, Фалере. Для вас, азари, биотика — то, что является вашей органической частью. Вы слишком с ней сроднились. Это — нормально. Самара мне говорила, что в большинстве случаев юстициары не покидают пределы Азарийского пространства и преследуют и карают преступников на месте. Совет Цитадели согласился с всевластием юстициаров только если они не пересекают границы пространства, закрепленного за азари. За его пределами юстициары оказываются перед выбором... А война со Жнецами потребовала пересмотра полномочий юстициаров. Здесь тоже особых противоречий и проблем не было — органы правопорядка должны иметь право преследовать преступников независимо от того, кому принадлежит территория. Фактически, юстициары и в довоенное время часто действовали за пределами Азарийского Пространства и к этому Совет Цитадели относился нормально. Будь по иному — и проблему ардат-якши, ставших беглянками, необходимо было бы решать другими способами и средствами. Как и проблему наказания других беглецов. — Шепард сделал паузу. — Но кто же знал о существовании вот такой планеты с таким вот маревом, способным отключить биотику... Мало того, что она далеко от пределов Азарийского Пространства, да еще ее и не изучали толком.

— Если бы знали, что изучать... — неожиданно произнесла Фалере, глубоко задумавшись. — Извините, капитан. Но я думаю, что планета и ее феноменальная особенность — только спусковой крючок. Нам, азари, пора вспомнить, что протеане внесли в нас слишком много изменений. И пора нам помнить об этих изменениях постоянно. А еще нам следует помнить о том, что биотика — только часть наших возможностей. Вы, люди, говорите, что развитие тела и личности разумного существа должно быть гармонично. Мы и правда слишком уверовали во всемогущество биотики, в ее постоянное присутствие, в то, что она будет с любой из нас всегда. В то, что она всегда будет настолько сильной и постоянной, насколько мы привыкли и насколько мы ее развили. Мы слишком многое замкнули на это постоянство. Если такой феномен мог появиться естественным путем, значит существует возможность создать такую технику и технологию, которые будут способны отключить нашу биотику массово, а не индивидуально. Для неподготовленных азари это — путевка в небытие. А сейчас, когда наши сестры гибнут тысячами,— голос Фалере дрогнул, — мы должны что-то сделать, чтобы усовершенствовать подготовку, чтобы больше внимания обращать на небиотическую ее часть.

— Полагаю, Фалере, что вы уже нечто для себя важное решили... — произнес Шепард.

— Да, капитан. Я, безусловно, буду всемерно помогать маме в ее работе. Возможно, в будущем, я смогу стать юстициаром. Но теперь я думаю, что мое место — рядом с Чаквас. Капитан, поймите меня правильно, я не оспариваю право Миралы быть рядом с мамой. Она — старшая сестра, она опытнее меня и опытнее Рилы. Свой путь она определит сама и я влиять на ее решение не могу и не буду. Но мне уже смертельно надоело бездействовать. Я понимаю, вы сейчас думаете, что маленькая девочка бесится от желания поучаствовать в чем-то опасном... Нет, капитан. Я хочу освоить военно-полевую медицину — это сейчас нужнее всего. И, думаю, Чаквас мне в этом поможет — я собираюсь уделять внимание и теории и практике. Я хочу понять, как и чем мы, азари, сможем компенсировать возможное угасание биотических способностей, ведь теперь мы точно знаем о том, что сама природа смогла создать средство, намертво отключающее любую биотику. А ведь у нас на нее столько завязано... Для этого мне придется углубиться в нормальную анатомию и нормальную физиологию азари, изучить десятки смежных дисциплин, прежде всего — биологию. Мне сейчас важно понять, как можно усовершенствовать азари, дав им возможность уделить больше внимания небиотической стороне нашей натуры, нашего тела, нашей личности.

Фалере старалась говорить тихо и Шепард немо дивился тому, как это ей легко и естественно удается, несмотря на явную эмоциональность высказываний. Он ощущал, что за сказанным младшей дочерью Самары стоят долгие раздумья, глубокое обращение к прошлому, осмысление пройденного пути. Фалере между тем продолжала говорить:

— Мама все равно не откажется от выполнения обязанностей юстициара... А нам рано или поздно придется воевать. Пусть и не впереди, на лидерских позициях, но в рядах — точно. И мы по статусу фрегат-крейсера обязаны соответствовать. Нам нужен не медотсек, нам нужен в готовности полноценный госпиталь. Если помните, Мирала попала как раз в ситуацию, когда госпиталь занял чуть ли не все внутреннее пространство "Нормандии". Тот рейд за Четверку... А сейчас та ситуация может повториться в еще больших масштабах. — Фалере вздохнула. — И Чаквас даже со Светланой не справятся так быстро. Пока мы еще можем мотаться по мелким задачам и поручениям. Но потом пойдут самостоятельные, большие операции, доступные только нам по множеству причин. А там впереди — и финальная битва... Она уже скоро, капитан. Я это чувствую. Не знаю как, но чувствую. Даже не знаю, почему считаю, что скоро. Не знаю, насколько скоро и в каких масштабах следует исчислять это. У Миралы свой путь, не связанный с медициной, капитан. Она это знает сама. Ей сейчас тоже непросто — на ней отвественность за нас, младших сестер... Боюсь, капитан, слишком многие азари уже поняли, что их биотика, сколь совершенна она ни была — не является средством решения всех многочисленных проблем. Только вот осмыслить пути решения этого вопроса они, увы, часто не успевают. Не то сейчас время, чтобы все предавались размышлениям.

— Капитан. — на связь по наушному командирскому спикеру вышла Чаквас. — Я закончила. Подойдите в медотсек. Вместе с Фалере. Я знаю, насколько она беспокоится. Рила уже здесь. — врач переключила каналы.

Шепард кивнул Фалере, настороженно вглядывавшейся в его лицо, кивнул вахтенному офицеру и направился в медотсек. Капитан. — Чаквас встретила их в своем кабинете. — Самара сейчас спит, я дала ей успокаивающее и снотворное. Дышит она сама. — уточнила врач, видя беспокойство Фалере. — Ранения тяжелые. Ей придется на несколько дней задержаться на борту в медотсеке. Раньше я ее просто не отпущу — она не в той форме, чтобы сразу вот так рывком возвращаться к обязанностям юстициара. Биотика... стала немного восстанавливаться, едва мы стартовали с орбиты той планеты. Но я попросила Самару сейчас не перегружать ее биотические возможности. Она обещала, что будет использовать их для собственного излечения.

— Карин. — в голосе Фалере проклюнулись просящие нотки, которые ничем не напоминали детский каприз. — Мирала должна отдохнуть. Я останусь вместо нее. И...

— И я вам многое расскажу по военно-полевой медицине, Фалере. — закончила Чаквас. — Я сразу чувствую того, кто готов стать настоящим медиком. Так что можете не продолжать. Ваша койка — она указала на соседний отсек, где были койки для медперсонала. — переносите минимум вещей и переселяйтесь. Поначалу поговорим, а там и до практики дело дойдет.

— Спасибо, Карин. — смущенно потупившись произнесла Фалере, явно готовившаяся к планомерной и длительной осаде главного врача медотсека фрегата. — я сейчас же перенесу вещи. — она порывисто встала и вышла из медотсека.

— Мирала... — Карин повернулась в кресле к входившей старшей дочери Самары. — Я тебе сказала — прилечь и подремать. Ты же кровь сдавала в тройном размере... Тебе надо восстановиться.

— Я в порядке, Карин. — Миралу ощутимо пошатывало, но она продолжала стоять. — Я слышала о Фалере... Рада за нее. Наконец-то младшая решила, в чем будет состоять ее Путь... Можно мне переговорить с капитаном... в каюте медперсонала?

— Конечно. — ответила главврач корабля.

Шепард встал, легонько, поддерживающе приобнял азари и они вдвоем вернулись во вторую жилую каюту. Мирала легла, прикрылась покрывалом до плеч, согреваясь.

— Мира, может, потом переговорим? Я просто посижу рядом с вами...

— Нет, капитан...

— Просто — Джон. Во внеслужебной обстановке — это вполне приемлемо.

— Хорошо. Джон. Я буду говорить не о себе, хотя догадываюсь, что вы сейчас меня осуждаете за сдачу крови в таком объеме. Или, не осуждая, беспокоитесь, понимая, что я могу серьезно пострадать. Я сразу скажу, что как старшая дочь, причем, как вы люди, выражаетесь, живая и здоровая, в определенные моменты я могу выполнять многие функции своей матери — мой организм может трансформировать многие показатели и характеристики. Это — как раз тот случай. Обычно я бы не могла безопасно дать кровь матери в некритической ситуации — у нас разные группы. Но сейчас — другое дело. И я не могла рисковать жизнью младших дочерей мамы, хотя мы, как сестры, можем друг друга дублировать в таких случаях. Я поступила так, потому что иначе поступить не могла. Я обязана была вытащить маму из этого опасного состояния.

Карин — волшебница, она сделала прекрасно свою работу со своей стороны. Я — со своей. Но был еще один фактор, который помог маме выжить. Это то, что она теперь — не одинока. Обычно, как вы уже знаете, в безвыходной ситуации юстициар... кончает жизнь самоубийством. Так требует кодекс и для разумного существа, отвергшего все материальные блага мира для служения — это представляется наиболее вероятным выходом. Теперь же мама не могла пойти на это — мы все трое, включая меня — слишком молоды, а по вашим, человеческим меркам — очень малы. Мама от нас не отказалась. Хотя, как я знаю... — Мирала едва сумела шумно вздохнуть. — многие юстициары отказывались и от детей...

В общем, капитан, скажу прямо. Она один раз пришла в сознание, когда Карин уже перевела ее в палату... Я была рядом, она притянула меня к себе за руку, попросила склониться и сказала, чтобы я передала всем сестрам, а затем — всем нормандовцам, что она будет жить. И особо просила передать это вам. Насколько я знаю свою маму... она сказала о вас так, что даже на слух это слишком отличалось от просьбы сообщить о своем спасении нам, ее дочерям и всем нормандовцам — членам экипажа и команды.

Я не удивлюсь, капитан, если моя мама любит вас. Не как капитана и руководителя. Как мужчину, как человека. — Мирала смутилась. — Я вообще не понимаю, как такое может быть в реальности — с кем бы из дам нашего экипажа и нашей команды я ни говорила с тех пор, как стала обычной азари, все в один голос говорят, что любят вас не как главу экипажа и команды, не как командира корабля, а как личность. И при этом прекрасно понимают, что их отношение к вам... не лишает их права избрать себе в спутники жизни любого другого мужчину, любое другое разумное существо.

Если уж матриарх азари организовала на борту полномасштабный неформальный женский клуб, уединение и автономность которого строго признается всеми, если ее дочь работает в режиме "одиночного плавания", зная, что вы и все нормандовцы всемерно ей поможете всегда и везде, если уж турианец Гаррус дальше известных шуточек о колонии азари на борту не идет и даже не думает как-то развивать эту тему...

Я, конечно, понимаю, что мы меняемся, поскольку живем в изменяющемся мире... Но видеть и чувствовать такое в реальности... Я благодарна вам, капитан за спасение моей мамы... Я понимаю, что вы ее не станете удерживать на борту, предоставите ей возможность вернуться к служению. Наверное, нам, азари, следует повнимательнее вникнуть в жизнь более краткоживущих рас, поскольку их представители быстро понимают то, что мы, азари, понимать становимся способны через сотни лет...

Вы, капитан, как то сказали, что на войне дети взрослеют раньше... Я знаю, Джон, что это — слишком дорого оплаченное знание... Получается, что и нам, способным жить несколько тысяч лет, придется быстро взрослеть... И понять несколько по-иному то, какое место наша раса занимет, а какое место должна занять в Галактике. Появление такой мутации, как ардат-якши слишком неоднозначно. Одни в нас видят будущих телепатов, другие — будущих могильщиков расы, поскольку мы, как азари-ардат-якши дискредитируем свой, азарийский способ продолжения рода. Ведь обвинения в чистокровности и стремление расширить свою генетическую базу, свое генетическое разнообразие слились в нашей азарийской истории на слишком маленьком и незначительном отрезке времени, чтобы можно было счесть это за случайность.

Я тут много размышляла о роли протеан в нашем азарийском бытии и поняла одну вещь — как бы там ни было, протеане изменили нас и оставили нам полную возможность изменяться самим. Теперь настало время осознанно воспользоваться такой возможностью. И, капитан... Пользуясь правом изоляции медотсека, я скажу вам то, что не сказала бы нигде на корабле, включая вашу каюту. Фалере не зря интересуется медициной, причем военно-полевой. Она только догадывается о том, о чем я знаю уже достаточно давно.

— Вы о том, что на самом деле ардат-якши являются неправильно инициированными телепатами-биотиками? Что внесенные в вашу расу протеанами изменения усилили ваш скрытый дар телепатии способностью глубоко читать чувства и эмоции других разумных живых существ? — спросил Шепард. — Вы о том, что Фалере, вполне возможно, найдет способ правильной прицельно-индивидуальной инициации ардат-якши и ваша раса получит в свое распоряжение инструмент, который только начинает проявляться в глубинах сознания других рас?

— Как вы догадались, Джон? — в голосе Миралы просквозило нешуточное изумление, смешанное с восхищением.

— Мира, это просто на самом деле. Женщина всегда была запрограммирована эволюционно на то, чтобы читать, понимать, использовать чувства и эмоции в гораздо большей степени, чем мужчина. А научившись полноценно читать чувства и эмоции неминуемо приходишь к чтению мыслей, поскольку на самом деле женщина читает не только чувства и эмоции, но и владеет чтением языка тела, жестов, выражений лица, что, собственно и является в немалой степени продуктом мыслительной деятельности.

Просто не каждая женщина владеет этим инструментарием в потребной степени совершенства. Очень многое воспринимается подсознательно и остается недоступным для сознания. Должен был появиться инструмент, который бы позволил разумным существам взглянуть на свой внутренний мир со стороны. Для него, этого инструмента, не должно быть закрыто сознание разумного существа, его мысли, чувства, эмоции.

Очень немногие поначалу смогут овладеть этим инструментом. Очень немногие, Мирала. Со стороны эти носители дара будут слишком инородны. У нас, людей Европы, красивых женщин, слывших колдуньями, ведуньями, ведьмами — по разному называли — частенько в средние века древней истории на кострах жгли. Красавиц, маскировавших недюжинный ум, запирали в гаремах восточных владык. Красота вообще считалась универсальным языком, поскольку большинство все равно видит и способно оценить общую красоту, не углубляясь в особенности и в детали. Голос красивой женщины был способен развязать язык у самого глухого молчуна. Вид красивой женщины расслаблял лучше вина и более крутого алкоголя, проявляя скрытые характеристики личности лучше чем пыточный подвал или сыворотка правды. А танец...

— Как сказал один ваш мыслитель — вертикальное выражение горизонтального желания. — без улыбки сказала Мирала.

— И это тоже, Мира. Мы, люди, живем не больше ста лет в общей сложности. Длительность жизни здесь — слишком условный показатель, ведь далеко не все достигают возможных вершин, даже доступных персонально им. Многие просто не раскрывают себя, свои возможности, свои способности, свой потенциал даже в малой степени. Мы слишком много времени затратили на то, чтобы достичь совершенства материального мира, сами не замечали, что все это — слишком ограничено в возможностях и в перспективах. Немногие мыслители понимали, что на самом деле человечество ходит кругами. Иногда — без подъемов по знаменитой спирали, вверх, к большему совершенству.

Считалось, что совершенствоваться можно только физически, материально. Так появились роскошь, богатство, кричащая вычурность. Так появился культ тела, быстро выродившийся в чрезмерную оторванность от реальной повседневной жизни. Мы метались от пышнотелости и культуризма к истощенности и худобе. Вся эта свистопляска не изжита до сих пор. И не будет изжита еще очень долго. Мы мирились и воевали, рожали и умирали, становясь очередными звеньями цепочки.

И всегда рядом стоял духовный мир, мир мышления и чувств с эмоциями. Не только мужчины, многие женщины вели себя в этом мире как слоны в посудных лавках. Не вникая в детали, не развиваясь, не совершенствуясь. Оставляя все на волю подсознания, пуская жизнь и судьбу на самотек. Мы отказались от кропотливой работы по программированию ВИ. Сразу перешли к ИИ, оставив ВИ ремесленникам-энтузиастам. Обленились вконец. А потом выяснилось, что запреты ИИ уже не работают, пути назад нет. И узнали, выйдя в Большую Галактику, что через такой же сценарий прошли другие расы.

Фактически мы создали себе партнеров, обладающих поистине бессмертным телом и совершенным, остро заточенным скоростным разумом. И нам пришлось быстро узнать, что такое война с киборгами. Узнать, слава богу, задолго до их реального распространения в пределах Солнечной Системы. Ибо эволюция раз за разом подсовывает нам зеркало, чтобы мы почаще взглядывали в него. Понимали, кто мы есть. И желали совершенствоваться, не уповая на железных и синтетических помощников. Развивались как органические разумные существа из плоти и крови. И понимали, что синтетический разум также владеет тайной двойного. Тайной двойного применения. Он может нам помочь, а может нас и уничтожить, если мы дадим слабину и положимся на Провидение, перестанем управлять своей жизнью и своей судьбой, отвечать за свои поступки.

В Альянсе тоже есть телепаты, они всегда были среди людей, но не всегда проявляли себя. Это, слава богу, чисто природный дар, его невозможно культивировать искусственно. Здесь задача в другом — правильно распознать носителя этого дара, помочь ему безопасно и правильно активировать этот дар, который может проявиться и в детстве, и в период полового созревания, и в зрелости, и в старости.

Я знаю о том, что телепатов имеют и многие другие расы — не буду называть конкретно. Это означает, что телепатический дар становится обиходным. И он возникает и развивается не на пустом месте. Это — средство и способ повнимательнее посмотреть на себя самих. Оно бывает в разных формах. У вас это — Спутницы. У нас — те же ведьмы, колдуньи, которые доказали свое право жить особым образом, служить своему дару и своим даром — соплеменникам. В конечном итоге мы все должны понять и признать, что главное — душа разумного существа. А тело — только носитель, только сосуд, хотя и оно имеет огромное значение.

У вас, Мира, будет свой путь к совершенству телепатов, свой путь их приема в общество азари, свой путь использования их дара. Война с разумными машинами — показатель того, что мы слишком заигрались. Мы все убили пятьдесят тысяч лет на возню в песочницах. Каждая раса в своей и все — в общей. А вокруг нас не детский сад, а огромный мир, часть гигантской Вселенной.

— Вы, Джон, пытаетесь убедить меня, что я...

— Нет, Мира. Я ни в чем вас не пытаюсь убедить. Азарийское общество в своем большинстве еще не готово к такому явлению, как телепатия. Должны пройти десятки лет, пока оно адаптируется к пониманию того, что столь частое появление ардат-якши — не язва на теле расы, а сигнал о готовности к усовершенствованию. И первое, что необходимо было сделать — это дать возможность ардат-якши избежать обвинения в убийствах и, соответственно, пресечь судебное преследование. Сделать это пока, не имея технологий правильной инициации, правильной подготовки будущих телепатов, можно только медицинскими средствами. В деталях я не силен — их знают Светлана и Карин.

Пока что ардат-якши могут влиться в общество азари как чрезвычайно сильные, несмотря на сравнительно молодой возраст, биотики. Телепатический же дар никто и не собирается уродовать. Он остается в неприкосновенности. Дело в его правильной инициации.

— То есть вы считаете, что...

— Нет. Тяга к убийствам, столь свойственная ардат-якши — это оборотная сторона дикой силы телепатического дара. Силы не воспитанной, не упорядоченной, не введенной в рамки. Вы же знаете, что общество в основном достаточно равнодушно к потребностям каждого отдельного своего члена. Всех интересует нечто среднее, некий стандарт, невыполнение которого уже заставляет как-то адресно реагировать. А тут появляются азари, которые таким вот экзотическим и очень заметным способом просто выпивают сущность партнера.

Со стороны это выглядит дискредитацией великого дара — слияния разумов. Для тех, кто понимает — это никакая не дискредитация. Телепат владеет даром мягкого сканирования, почти неощутимого, а слияние разумов это достаточно затратная процедура, недоступная молодым азари. Мне было жаль Лиару, пытавшуюся еще во время первой нашей совместной миссии с помощью слияния разумов понять то видение, что отпечаталось в моем разуме. Она, как я потом понял, очень рисковала. Телепатия это следующая ступень, еще более разнообразная и богатая возможностями. Если мы преобразуем физический мир, то мы одновременно преобразуем и мир духовный. А это уже и есть область приложения усилий телепатов.

— Но чтение мыслей разумных существ, когда они об этом не подозревают? — Мирала недоверчиво взглянула на Шепарда.

— Да не умею я читать мысли, Мира. Не умею. — Шепард улыбнулся одними губами. — И уж если совсем откровенно, Мира. Что такого особенного прочтут телепаты в мыслях других органических разумных существ? Части полного спектра. Условно говоря — от плохого до хорошего. И что в этом такого особенного? Сейчас это существо думает так, а потом — по-иному. А действует иногда — вообще не подумав.

— Да, но полиция мысли...

— Мира, всегда должны быть стандарты и рамки. Мы, разумные существа из органики, слишком разнообразны. Но мы создаем сообщества, выполняем социальные роли, носим маски. Мы многолики. Может быть телепатия — это способ привить нам повышенную ответственность за проживаемое здесь, в этом органическом теле, жизнь? Чтобы не приходили вот такие вот креветки, имеющие жуткую и действенную программу — уничтожить всех, кто превысил определенный уровень развития. Потому что для тех, кто действительно повысил свой уровень развития ответственность за свое бытие должна стоять на первом месте. А у нас?

— А у нас грызня на первом месте. — сказала Мирала. Вы во многом правы, Джон. Убивать другое разумное существо вместо того, чтобы попытаться его понять и принять... Это страшно. По себе знаю. А в Галактике нашей грызня не менее разнообразна. И фатальна. Турианцы воевали против своих же колоний, но сохранили право на клановые метки. Зачем было воевать? Затем, чтобы стать воинственной расой? Саларианцы создали генофаг, чтобы спасти себя и других от ярости потерявших, как им казалось, смысл своего существования кроганов.

— Мира, пока есть вопросы, есть возможность развиваться, чтобы искать на них ответы. — сказал Шепард. — Карин правильно сказала — вам нужно отдохнуть, отоспаться и восстановиться. Если Карин говорит, что с вашей мамой будет все в порядке — вам нужно быть в форме, чтобы первой увидеть, как она окончательно очнется. Так что отдыхайте.

— Джон, вы бесподобны. — Мирала улыбнулась, но ее улыбка выдавала нешуточную измотанность и усталость. — Я и без сна стала чувствовать себя намного лучше.

— Не надо, Мира, считать меня каким-то особенным. Я только живу так, как могу и как умею. Я поставил перед собой цель и стараюсь идти к ее достижению правильно. Остальное — не мне судить. — Шепард встал. — Отдыхайте, Мирала. Нам всем есть о чем подумать. Пока есть возможность это делать в покое. Ибо потом придет пора действовать быстро. И эффективно. Для будущего. — капитан вышел, закрыв за собой дверь каюты.

— Карин, вы что — против? — услышал он возглас Светланы, приглушенный закрытой дверью.

— Я даже "за", Света. — четкий и уверенный говор Карин свидетельствовал о спокойствии главного врача фрегата. — Но сами посудите, она едва не отправилась на тот свет. А мы ей вот такой подарок. Ей же не пятьсот лет...

— Как раз это я тоже пыталась выяснить, Кара. — Светлана заметила вошедшего капитана. — По разным данным ей от пятисот до девятисот лет. Но даже если взять среднее значение, то чем мы рискуем?

— Многим, Света. — Чаквас не собиралась уступать, кивнув Шепарду и указав взглядом на свободное кресло. — У отдельной азари рождаются все трое дочерей с одинаковым генетическим дефектом.

— Виноват отец. — не без оснований заявила врач "Свитка".

— В какой-то мере да. — согласилась Чаквас. — Служение Кодексу слишком меняет азари, в этом я убедилась. Даже физически и телесно. Самара является элитным юстициаром.

— Вот-вот. И вся ее элитность и все ее юстициарство было основано в очень даже немалой степени на всепоглощающей вере в могущество биотики и в то, что эта биотика будет всегда и везде при ней. Я не спорю, не подвергаю сомнению высококлассность ее подготовки, но стоило исчезнуть биотике — и она оказалась почти что безоружна. И какая у нее перспектива была, не имей она связи с нами? Застрелиться? Кодекс требовал именно этого. Согласитесь, Карин, это особенно негуманно по отношению к женщине.

Вы и я — врачи, прекрасно знающие, что биология способна опрокинуть любые возрастные ограничения. Что из того, что Самаре восемьсот лет? Она что, перестала быть привлекательной? Нет. Она что, утратила женственность? Нет. Почему бы ей не помочь, не дать шанс переиграть ситуацию с еще более благоприятным исходом. Да, не спорю. Мы с вами подарили Самаре возможность видеть всех троих дочерей рядом, а не за решеткой клетки ближайшего монастыря или трудового лагеря. Это, не спорю, не мало. Но еще больше будет важно, если Самара будет сама знать, что она — полноценная женщина, способная выносить и родить нескольких здоровых детей. Способная, подчеркиваю. Она не родильный автомат и не обязана вот сейчас прямо искать партнера для спаривания. Но дать ей эту возможность... Предоставив полнейшее право воспользоваться или не воспользоваться ею.

Мы, люди, живем не больше сотни лет. Редко, когда дольше. Но мы не подвергаем сомнению право женщины распоряжаться своим телом. Мы только сделали все, чтобы женщина до старости не просто чувствовала себя, а была амфорой мыслящей жизни. Биология жестока, Карин. Как только женщина устаревает для вынашивания и рождения все новых и новых детей — она для эволюции теряет всякую ценность. Начинается увядание, начинаются проблемы со здоровьем, снимается щит гормональной защиты...

Пусть мужчины нам и завидуют, но даже Шепард скажет, что старость бьет по женщинам особенно безжалостно. И то, что женщина живет дольше — это не значит, что она живет без проблем или в круглосуточном счастье.

Мы дадим возможность Самаре сохранить себя как амфору мыслящей жизни, а не только как воина Закона Азари. Она же не родилась юстициаром. Она им стала. Она родилась женщиной. Со временем придется разбираться, куда делись азарийские мужчины. Но это дело отдаленного будущего. У нас сейчас война. И Самара будет еще более осмотрительна и рассудительна, будет больше и дольше готовиться к своим очередным рейдам, если она будет знать, что она еще способна выносить и родить нескольких совершенно здоровых азари. Ее новых дочек.

Нам предстоит побывать в ряде других миров. Самара, смею думать, будет и дальше неоднократно возвращаться к нам на отдых, чтобы пожить и пообщаться со своими дочерьми. Ей, вне всякого сомнения, придется теперь усовершенствовать свою физическую форму, зная, что биотика в любой момент может отказать. Мы же знаем, что есть блокаторы биотики, как механические, так и химические. Азари-юстициар не может зависеть от наличия или отсутствия биотики.

Она должна быть обоюдоострым клинком — затупится одна грань — будет резать и умерщвлять другая. Тем более, если речь идет об элитном юстициаре. Их еще меньше, чем обычных. И их провалы и гибель еще тяжелее отражаются на общей ситуации. Карин, поймите, я не собираюсь просить вас осчастливливать таким даром каждую азари-матриарха. Но Самара должна знать, что мы для нее сделаем гораздо больше, что она стала нашей частью, дорогой и ценной. Выбор всегда должен быть.

— Ваш спич, Светлана, сделал бы честь любому медицинскому конгрессу.— серьезно сказала Карин. — Хорошо. Давайте посчитаем, что мы пришли к согласию с вами. Как только Самара очнется и придет в стабильную норму, мы с вами вдвоем поговорим с ней. До этого я из медотсека ее не выпущу. Хоть она и элитный юстициар, но от ранений и травм она не застрахована и должна восстановиться. Шепард не будет возражать. — она поймала взглядом согласный кивок капитана. — что дает мне право заблокировать ВИ и вообще попросить Самару пройти полный курс восстановления.

Как она решит, так и будет, тем более, Светлана, в ваших словах есть резон — мы не предлагаем ей измениться внешне. А внутрение изменения — только ее личное дело. Не думаю, что она не согласится, хотя бы просто потому, что, как вы правильно сказали, она не становится родильным автоматом. Она вполне может вернуться к своему служению. Вернуться уже повысив свою независимость от уровня биотики, развив физическую силу, рефлексы, гибкость, доведя реакцию до автоматизма. А такие тренировки, которые она сможет пройти у нас на борту в вирт-салонах, вряд ли сейчас возможны даже в подземных скальных комплексах. Что позволит нам удержать Самару на борту не только в медотсеке.

Ее дочери будут просто счастливы, видя, как мама наращивает уровень своего совершенства. А она при дочерях будет спокойна, что все важное — у нее под контролем. Им надо пожить рядом и вместе очень долго. И ранение Самары позволяет нам это сделать. Договоримся так. Как только дочери убедятся, что Самара пришла в себя, я приглашу вас и мы проведем свой разговор в уединении.

— Согласна, Карин. Вы не менее убедительны.

— А уж как будут убедительны два единодушных медика. — улыбнулась Чаквас. — полагаю, у Самары будет обоснованный и продуманный выбор. А права на выбор ее лишить никто не может. — Карин встала. -Время вечернее, давайте разойдемся, поужинаем и выспимся. Я пока что сделала так, что Самара проспит еще двое суток. Ей надо самой восстановиться, без всякого химического и синтетического допинга. А там она переговорит и увидится с дочками. После этого будет наша очередь. Все равно ей придется здесь задержаться — полагаю, у нее не будет возражений против небольшого отпуска на борту хорошо знакомого ей корабля. Среди своих. — главный врач кивнула Светлане и врач "Свитка" вместе с Шепардом покинули медотсек.

Чаквас сдержала свое слово. Через несколько дней первой, кого увидела уверенно очнувшася Самара, была ее старшая дочь Мирала, рядом с которой незамедлительно появились Рила и Фалере. Увидев дочерей в добром здравии и в полном порядке, Самара успокоилась. Чаквас дипломатично вышла, давая матери возможность наедине пообщаться с дочерьми. Фалере и Мирала остались, а Рила вернулась в свою каюту. Фалере под руководством Чаквас изучала и практиковалась в медицине, а Мирала страховала маму на период восстановления.

Разговор Самары с Карин и Светланой состоялся поздно вечером. Отоспавшаяся юстициар не желала терять много времени на сон и медики не стали препятствовать ей. Выслушав врачей, азари попросила время на размышления, сказав, что обязательно сообщит свое решение.

— Капитан... — вошедшая в каюту Мирала была необычно задумчива и сосредоточена. — То, что сказала Карин — правда?

— Присаживайтесь, Мира. — Шепард оторвался от заполнения бортжурнала. — Да. Это чистая правда. Светлана подарила возможность иметь детей ранее гарантированно бездетной в глазах земной медицины Миранде. Почему бы это не сделать для вашей мамы? Мы все склонны думать, что она воспримет эту возможность положительно. Так или иначе, ей теперь придется подумать о том, как усовершенствовать свои знания, умения, навыки, не опираясь в значительной мере на биотику. А значит, физическая встряска предстоит нешуточная. Я вообще считаю, что звание матриарха для азари не должно быть прочно связано с обетом бездетности. И знаю, что азари способны безопасно рожать и за пределами тысячелетней отметки возраста. Просто кому-то пришло на ум ограничить в глазах общества тех, кто достиг столь значимого возраста.

Война — время больших изменений, значимых трансформаций, причем — быстрых и фундаментальных, глубоких. Я убежден, что тысяча лет для азари — не предел и не крест на судьбе. Не все азари, перешагнувшие этот рубеж, становятся политиками или религиозными или иными общественными деятелями. Многие продолжают работать и жить и для общества и для себя. Но лишать их, совершая насилие над личностью, права считать себя полноценными женщинами... Искусственно программировать их на почти что повальную бездетность...

— Мама была тяжело ранена в живот... Вы хотите снять психоблок, возникший в результате этого ранения? — прямо спросила Мирала.

— Да, Мира. Ваша мама уже сейчас понимает, что ордену юстициаров придется трансформироваться, если он хочет выжить в новых изменившихся условиях. Даже у нас на Земле обет безбрачия нарушался в среде воинов-монахов чуть ли не с момента его установления. Человеческая природа богата и разнообразна, она неоднородна.

Полагаю, вы понимаете, что ваша мама стала юстициаром, чтобы защитить вас от гнева других юстициаров. И сейчас, когда вы перестали быть ардат-якши, сохранив и улучшив свою биотическую силу, у нее могут возникнуть обоснованные сомнения в необходимости дальнейшего продолжения служения Кодексу. Для того, чтобы у нее был дополнительный смысл в мирной жизни вне рамок кодекса, ей необходимо дать возможность стать матерью новых дочерей. А сейчас, когда идет война, необходимо, чтобы ваша мама не лезла под заряды и клинки без крайней нужды. Способность иметь новых детей будет всегда с ней, воспользуется она ею или нет. Но эта способность, будучи подтвержденной авторитетом наших медиков, удержит вашу маму от безрассудства лучше, чем что либо другое.

— Понимаю, капитан. Нам всем троим уже под пятьсот лет. Рано или поздно мы найдем свои, как вы, люди, говорите, "половинки", сработает азарийская традиция жизни отдельно от родителей на условиях полной автономности... Мы-то видели мало потому, что родились уже преследуемыми ардат-якши. А мама видела много всего разного, но очень мало приятного, особенно — после нашего рождения. — размышляя, сказала Мирала. — Вы правы. Мама еще не настолько стара, чтобы ограничивать себя в возможности создать новую семью и родить новых детей. Во всяком случае, как вы правильно говорите, это всего лишь возможность. Дорогая, скажу откровенно, возможность, но она действительно позволит маме не считать себя обязанной бесконечно идти на всевозможный риск. — Мирала встала. — Спасибо за разговор, капитан. Я многое поняла. — азари вышла из капитанской каюты.

Через двое суток Самара в очередной раз попросила встречи с Чаквас и Светланой, на которой дала свое полное согласие. На следующий день врачи уединились с юстициаром в малой операционной. Никто кроме них двоих не знал сути таинства, носившего строго индивидуальный характер. Через день вечером Самара очнулась в послеоперационной палате в окружении дочерей. Все трое сразу отметили многочисленные положительные изменения, происшедшие с пожилой азари. Самара, как и рекомендовала Чаквас, стала осторожно восстанавливаться, проводя много времени в тренировочных залах фрегата-крейсера, а по вечерам — ведя со своими дочерьми длительные разговоры. Двадцать дней "отпуска" пролетели незаметно.

Шепард знал, что Самара не придет к нему в каюту. И относился к этому знанию спокойно. Чаквас в текстовом режиме известила его, что Самара полностью восстановилась и даже окрепла и она, как медик, дает ей разрешение вернуться к служению. Светлана в свойственной ей скромной манере сопроводила текст послания Чаквас своим дополнением, в котором подтвердила заключение главврача фрегата и сообщила, что юстициар не только физически, но и духовно укрепилась. Получение капитаном таких документов от врачей корабля означало, что и Самара уже знает о "выписке" из медотсека. Выйдя по делам к инженерам корабля, по возвращении Шепард нашел на главном экране приглашение посетить каюту Самары и Миралы. Переодевшись в гражданский костюм, капитан крутнулся перед зеркалом и спустя несколько минут уже нажимал сенсоры ВИ на двери в каюту юстициара.

Все четверо ждали его за накрытым столом.

— Шепард. — юстициар грациозно поднялась и подошла к вошедшему капитану. — Я попросила придти вас сюда, поскольку этого хотели не только я, но и все мои дочери. — она жестом пригласила Джона присесть на свободное кресло и села сама. — Вы спасли мне жизнь и в очередной раз показали мне то новое, на что я упорно не желала обращать должного внимания. Я теперь не настолько зависима от силы и мощи моей биотики, я знаю, что у меня есть достаточно и других сил, чтобы успешно противостоять врагам и побеждать их. Для большинства других юстициаров это бы стало предельно роскошным подарком. А вы, капитан, как всегда превзошли любые мои ожидания. Вы подарили мне счастье считать себя полноценной женщиной. Я теперь знаю и уверена в том, что смогу создать новую семью и стать матерью новых дочерей. Длительное пребывание на борту родного для меня корабля дало мне возможность о многом подумать, о многом переговорить долго и совершенно откровенно с моими повзрослевшими дочерьми. Я рада, что младшая Фалере избрала медицину своей будущей профессией. Я знаю, что Мирала хочет стать юстициаром в будущем, которое, уверена, мы сможем защитить и обеспечить. Я знаю, что Рила получила пищу для глубоких и разносторонних размышлений. И я знаю, что я возвращаюсь к служению, имея прочный тыл и обеспеченное будущее. Свое личное будущее. Возможно, вы правы и нам, юстициарам Азарийского Пространства не следует всем без исключения давать обеты безбрачия и отказываться от владения имуществом и от сохранения связи с родными. Думаю, чтобы продолжить жизнь Ордена, нам придется пойти на определенные изменения. А сейчас, когда идет война, нам нужно помнить о том, что служа Кодексу мы, юстициары, служим обществу.

Ладно. — юстициар несмело улыбнулась, вызвав улыбки и на лицах дочерей. — Капитан, я решила просто устроить нечто вроде прощального ужина. Все же в этот раз я здесь надолго задержалась. Я многое поняла, смогла о многом спокойно подумать. Я знаю, что я во многом изменилась. И я хотела поблагодарить вас, капитан за все. Не только за мое спасение, но и за все, связанное с ним. — она подняла бокал. — Я возвращаюсь к служению. Завтра утром мы будем в районе, который контролирует азарийский гарнизон. Отуда пока еще можно добраться в центральные области Азарийского Пространства, но мне лучше оставаться на периферии. Давайте выпьем за то, чтобы мы были сильны для достижения полной победы над нашими общими врагами.

Негромкий звон бокалов был ответом на провозглашенный тост.

Утром следующего дня юстициар села в прибывший с поверхности небольшой планеты челнок, сразу же стартовавший.

========== Глава 150. "Омега" захвачена "Цербером". Освобождение станции ==========

— Шепард. — Семенов стремительно вошел ранним утром в каюту капитана. — Как мы и предполагали, "Цербер" нанес удар в спину. Он попытался взять под контроль преступные элементы Терминуса, облегчая Жнецам задачу.

— Знаю, Сюзанна уже доложила. — Капитан переключил экраны над рабочим столом. — Он попытался взять под контроль Омегу. Надо помочь Арии разобраться с неким генералом Петровским.

— Именно. К сожалению, нам не удалось блокировать все ретрансляторы полностью. Мы смогли отстоять Цитадель, спасли хранителей от повторной полной индоктринации... Но кто мог предполагать в самих ретрансляторах системы тройного действия.

— И это говорите мне вы, Захар?!...

— Джон, наши службы не могли бесконечно долго ползать по всем многочисленным основным и вторичным ретрансляторам. Да, мы знаем, что их много, да, мы теперь в деталях знаем их устройство, но как бы на нас смотрели, если бы мы закрыли на несколько дней движение через все ретрансляторы, воспользовавшись известным нам, но скрытым от посторонних глаз командным центром Цитадели? Вас бы устроил межпланетный, межсистемный и всегалактический скандал? А обрушение экономики Млечного Пути во время ведения боевых действий с предельно автоматизированным не знающим чувств и эмоций врагом? Сомневаюсь. Да и тогда наше, экипажа "Свитка", вмешательство в ваши внутренние дела было бы слишком заметным и сильным. Скажу просто, Джон, дело могло кончиться выдворением наших сил под зад коленом из вашей Галактики. Вы же не будете меня уверять в том, что все и вся сразу поймут, что мы, экипаж "Свитка" явились сюда спасать? Под горячую руку могли и вы загреметь в изгнание. Стать вечным поселенцем "Свитка".

— Не буду. Для нас, живущих внутри этой сетки...

— Ну, это немного напоминает состояние опытного летчика винтовой авиации, которому наглядно показали, что такое авиация реактивная.

— Удачный пример, что и сказать. Значит, Жнецы у нас с двух сторон. С лицевой и с тыловой. Ситуация как при Явике. Он говорил, что Жнецы очень часто присылали индоктринированных соплеменников к беженцам, те не могли их вычислить. И эти засланцы сдавали своих, сдавали захватчикам.

— Именно. Это машины, Джон, они не слишком изворотливы, но эффективны. Да и какая особая эффективность нужна при стрижке очередной галактики почти что под ноль? Минимальная вполне сойдет. Но теперь, к счастью, нам удалось построить трехуровневые "пирамиды" в каждой системе. Убедить, что падение местного руководства — не повод отчаиваться. Даже криминальные элементы это понимают, им также жить хочется. Поможем Арии — спасем внутреннюю стабильность.

— Да, вы меня весьма глубоко убедили в том...

— Что преступность объективно необходима обществу разумных существ, как ни антигуманно это звучит, Джон. До тех пор, пока преступники не устраивают кровавую резню и не пытаются подмять под себя всех остальных, не принадлежащих к их кругу. Сейчас, к сожалению, именно такой случай. Жнецы пытаются использовать преступный компонент, свойственный любому разумному обществу, в своих интересах. Но здесь мы имеем и наемников, и заблудившихся, и индоктринированных, и просто проявивших слабость. Все они оказались в ситуации против нас. Да, Ария имеет военный опыт, она была десантницей. Но ее статус королевы...

— Мягко говоря, весьма условный, Захар. — поморщился Шепард.

— Именно. И теперь эта королева как в иные времена бежала с Омеги, трусливо полагая, что этим решит все свои проблемы. А она их, откровенно говоря, и не решала. Не решала, вспомните, что она милостиво давала вам и нам свое добро или благословение — назовите как хотите — и что? А то, что нам и вам приходилось самим договариваться со всеми заинтересованными и незаинтересованными сторонами, работать без ее, Арии, действенной поддержки. А сейчас вот. — Семенов показал ридер. — Извольте видеть, она пытается организовать нападение остатков своих сил на Омегу и очень желает, чтобы вы, Джон, поучаствовали в этом мероприятии всеми доступными вам силами и средствами. И прежде всего — кораблем и вашим уникальным экипажем. Я не буду вас отговаривать от этого шага, Джон.

Арии нужно помочь, я в этом убежден. Но одновременно нам нужно реорганизовать армию наемников во что-то большее, чем частные войска. Вы прекрасно сами знаете, Джон, что наемники таковы изначально — кто много платит, тот и использует их более эффективные действия. Ваш Заид — это очень хороший показатель, нам удалось с ним договориться только тогда, когда мы пообещали ему решить его проблему личной мести. Он поставил свою личную проблему равной проблеме всей Галактики — таков уж их способ мышления во многих ситуациях. Вы помогли ему, но значит ли это, что он перестал быть наемником? Нет, он им быть не перестал. Мои коллеги, Джон, уж извините за прямоту, указывают, что в силу этой особенности Заид — почти что единственная почти неустранимая жертва в нашем прямом столкновении с Жнецами. Более того — он именно в силу наемнической психологии не соединяется с нами воедино, в целостный организм. Он всегда сохраняет, и вы это прекрасно знаете, определенную очень болезненную для вашего экипажа и команды дистанцию. Да, для него это удобно, но удобно ли нам, когда Синие Светила теперь ходят не под ним, а под Арией?

Кстати, — Семенов прислушался к спикеру. — Ария требует, чтобы вся мощь экипажа и корабля была задействована только вовне Омеги. Вас же она желает видеть своим единственным компаньоном.

— Я от своих агентов также получила эту информацию. — в каюту капитана стремительно вошла Бенезия. — И скажу вам так, капитан. Ария — не единственная азари, которая хочет все и сразу. Если вы дали возможность реализовать себя моей дочери, то мне тоже следует показать, что я могу реализовать себя, помогая вам. Я иду с вами, а захочет Ария подраться — что-ж, я могу предложить ей померяться со мной силой. Один вы, Шепард, на Омегу не пойдете. Это мое вам слово.

— Ну вот, меня опередили. — без улыбки отреагировал Семенов. — Я также уточняю, капитан. Володя Стропов пойдет с вами без всяких условий — это его желание. Степа Берестов — пойдет также, мне не удалось отговорить его, он не желает вечно прозябать у экранов мониторов.

— И еще, капитан. — в каюту вошел Гаррус. — Неужели ты сейчас в состоянии подумать, что я отпущу тебя на эту криминальную станцию одного? Я иду с тобой и тебе в очередной раз не удастся меня отговорить.

— Я так понимаю, что предстоит драка? — в каюту ворвался Грюнт. — Капитан, вы же знаете, что моему нюху на драки вы можете доверять! А еще вы можете доверять тому, что в любой драке я буду рядом с вами и на вашей стороне. Я иду с вами. — кроган стукнул кулаком о ладонь, показывая, что уговорить отказаться от своей идеи ни у кого не получится. — Я буду только рядом с вами, капитан. И нигде больше!

— М-да. — Шепард был явно обеспокоен. — Если сейчас сюда придет Сюзанна и пожелает...

— Шепард, я уже пришла. — киборг вступила в каюту как всегда — тихо и незаметно. — И скажу так. Я понимаю, что вы не хотите, чтобы я шла с вами, используя эту мобильную платформу. Полагаю, что знаю некоторые причины такого вашего решения. Я со своей стороны зажму всю технику Омеги в тиски так, что вам не придется воевать с ней, слишком отвлекаясь от противостояния с органиками. Я давно ждала возможности проверить действенность своих резервных мощностей и наконец такая возможность мне представилась. Я остаюсь здесь, но использую все ресурсы, чтобы с техникой Омеги у вас проблем не было.

— Итак, ясно. — Шепард сел сам и пригласил сесть всех находившихся в каюте. — На Омегу идут кроме меня Гаррус, Грюнт, Бенезия, Владимир и Степан. Остальным придется остаться и поработать здесь, на борту. Полагаю, Ария не в том положении, чтобы спорить с нами. А мы вообще в данной ситуации до споров опускаться не можем. Давайте обсудим план действий. Сюзанна, дай на экраны всю информацию по Омеге.

— Сделано. — киборг прошлась по своему инструментрону и главный экран каюты осветился.

Шепард не стал говорить Арии о том, что прибудет на ее флагманский корабль не один. И когда его шаттл с символикой "Нормандии" приземлился в ангаре крейсера Арии, он с удовольствием отметил, что лицо синекожей властительницы Омеги отразило целую гамму не слишком приятных чувств.

— Шепард... — прошипела азари. — Я же...

— Ария... — к ним сразу же подошла Бенезия. — Тебе нужны еще какие-то полномочия? Ты и так сейчас не в лучшем положении. Ты привыкла решать все сама и первая же попросила Шепарда. Так вот, он — не собачка на поводке, чтобы бегать по твоим велениям. И получить его одного у тебя не получится. Мы, благодаря Шепарду, чувствуем себя единой командой. Обо мне ты знаешь достаточно. Полагаю, что больше шипеть в сторону Шепарда ты не будешь. — в голосе правой руки Сарена не было ни намека на приветливость. — Кортез. — она обернулась к выглянувшему из шаттла пилоту. — Заберете нас потом там, где мы сможем оказаться.

— Будет сделано, Бенезия. — Пилот кивнул, скрылся в кабине и шаттл тут же стартовал.

— Мы все идем с Шепардом, Ария. В конечном итоге он — руководитель, его функция — стратегическое планирование боевых операций. Он уже давно не простой командир десантного экипажа, который должен управлять пушечным мясом. Мне жаль, если ты до сих пор не поняла, насколько Шепард вырос с момента твоей первой встречи с ним. Заметь, он с тобой не спорит. Он просто делает так, как надо. А нравится тебе или не нравится — можешь рассмотреть это дело с той точки зрения, что сейчас ты — в бегах, а генерал Петровский, лучший стратег человеческой организации "Цербер" — занял твою станцию. И ты захотела получить Шепарда в качестве лучшего десантника-пехотинца, который сам тебе приволокет твою станцию, которую ты удержать не смогла? Чужими руками загребать жар решила? Или мне напомнить, что благодаря Шепарду я теперь — член Совета Матриархов Азарийской Цивилизации? И я просто могу арестовать тебя за способствование преступной деятельности? — Бенезия не меняла тон голоса и не двигалась с места, но Ария — это ясно видели все, кто в тот момент оказался в ангаре, явно не находила в себе сил и возможностей что-либо возразить. Всем было ясно видно, что Шепард молчит и его молчание — не признак слабости.

— Нет, матриарх. — сквозь зубы проговорила Ария. — Если вы уже здесь, то мне возражать — слишком поздно. И я возражать не буду.

— Вот-вот. И не пытайся использовать нашу группу в качестве пушечного мяса, Ария. — сказала Бенезия и вернулась к группе высадки.

Дальнейшее мало чем отличалось от стандартной десантной операции по овладению важным объектом. Наблюдая, как генерала Петровского, упакованного в кандалы, грузят на челнок "Нормандии", Ария понимала, что теперь она вынуждена будет, оставаясь королевой, подчиняться другим. Среди этих других были и разумные существа, но были и принципы, и внешние законы. Ей не удалось обратиться к населению освобожденной от "Цербера" станции — не было технической возможности. Она вдруг поняла, насколько номинальным был ее статус королевы по сравнению со статусом Шепарда, который не боялся, когда за него говорили члены его команды или члены его уникального экипажа.

Мимо нее к прибывшему с "Нормандии" пассажирскому шаттлу прошел Гаррус, нежно обнимая за талию турианку Найрин, главу группировки "Когтей". Мятежница и оппонент Арии, защищавшая везде и всюду интересы малоимущих, живших на Омеге, была непривычно податлива и даже нежна с бунтарем-эсбецешником и одним из лучших снайперов Турианской Иерархии. К тюремным транспортным челнокам, прибывшим с нескольких планет, повели захваченных членов ""Цербера". Их путь дальше был ясен — фильтрационно-сортировочный лагерь на одной из ближайших планет, затем — по результатам тестирования — труд на благо галактического сообщества под конвоем или скорая смерть.

— Шепард. — она попыталась привлечь внимание капитана, как раз проходившего мимо и что-то обсуждавшего с десантником Владимиром. — Можно вас...

— Володя, подожди меня несколько минут. — Шепард кивнул спутнику и подошел к Арии. — Омега теперь ваша, мы изъяли "Цербер" и его приспешников, Ария. Какие-то вопросы?

— Я хотела поблагодарить вас, капитан и... поблагодарить вашу команду и экипаж. — проговорила Ария. Было видно, что благодарить кого-то в такой развернутой форме ей явно непривычно. — И хочу сказать, Шепард. Вы были правы. Без ваших спутников мы бы так ... не справились.

— Благодарность я принимаю, Ария. И хочу лишь заметить, что Жнецы еще более неуживчивы и безжалостны. Рано или поздно их основные силы войдут в систему Омеги. Сделайте все для того, чтобы им было здесь несладко, Ария. — безэмоционально проговорил капитан. — Извините, у нас есть необходимость вернуться на корабль. — он коротко кивнул и повернулся к ожидавшему его десантнику. — Идемте, Володя.

У входного шлюза ангара Нормандии Шепарда ожидала Найрин. Она с интересом оглядывалась по сторонам, наблюдая привычную суету техников и членов экипажа.

— Капитан... — турианка несмело подошла к Шепарду, выгрузившемуся из прибывшего челнока. — Гаррус меня убеждает, что я тут буду больше, чем гостьей...

— Если он так говорит, Найрин, то так оно и есть. Вы действительно больше чем гостья, если Гаррус выбрал вас. А таким больше чем гостям у нас всегда очень рады. Вас беспокоит, что вы будете слишком долго отсутствовать?

— Если честно, то да, капитан... Но я понимаю, что Гаррус относится ко мне не только как к товарищу по оружию... К тому же перед отлетом я передала управление группировкой "Когти" в руки своего заместителя.

— Против которого у Арии не находится возражений?

— Да, капитан. Я прошу вашего разрешения быть рядом с... Гаррусом. Я знаю, что нужна ему, но, полагаю, что смогу быть полезна и вам всем.

— Добро пожаловать на борт и в состав команды, Найрин. — Шепард достал командирский ридер. — Гаррус отказывался от каюты очень долго, живя рядом с главными орудиями корабля, но теперь ему не удастся избежать переселения в нормальные условия. Ваша каюта, Найрин, пятнадцатая по левому борту. Будьте там хозяйкой. — Шепард улыбнулся и придержал створку гермодвери ангара. — Передайте Гаррусу, что я снял его сегодня с вахты по вооружению.

— Спасибо, капитан. — турианка кивнула и прошла в глубины корабля. Шепард повернулся к подходившему технику — надо было ознакомиться с результатами тестирования входных показателей транспорта фрегата.

Допрос взятого в плен генерала Петровского проводил капитан Степан Берестов в присутствии Владимира Стропова. На просьбу генерала о встрече с капитаном фрегата, высказанную генералом в конце процедуры допроса, оба офицера ответили категорическим отказом.

— Капитан Шепард предостаточно времени уделил вашей организации, генерал, еще когда угроза Жнецов не была столь явной. Нет необходимости отвлекать его на общие разговоры сейчас, когда она стала реальной. — сказал в свойственной ему жесткой манере Владимир, после чего оба члена экипажа "Свитка" покинули изолированную камеру в трюме "Нормандии".

Вечером Найдрин и Гаррус вместе с Сюзанной собрались в одной из свободных кают фрегата на ужин. ИИ корабля как раз закончила очередной обход, до следующего оставалось еще полтора часа, затем киборгу предстояла смена в рулевой рубке до утра. Джеф уже которую неделю нормально высыпался по ночам в предоставленной ему и ИИ корабля каюте. Шепард смог так составить график дежурств, что четыре дня в неделю Джеф и Сюзанна могли быть целые сутки вместе. Даже не находясь в кабине пилота, Сюзанна могла полностью контролировать работу пилотажных систем и всю обстановку на борту фрегата.

Найдрин к удовольствию собравшихся, сжато, но красочно рассказывала о том, что ей было ближе всего — о жизни простых обитателей станции Омега. Все слушали ее с интересом. Рассказывая, лидер "Когтей" успевала знакомиться с предоставленной ей Сюзанной информацией по Омеге и по ситуации в целом.

— Шепард, ваша идея о трех волнах — она вполне... работоспособна. — турианка изучила содержимое горки ридеров. — Я свяжусь с заместителем и он постарается реализовать эту систему на Омеге. Полагаю, что теперь Ария не будет мне мешать в этом...

— Ария, Найрин, всегда была зациклена на собственных амбициях и на их удовлетворении. Если в мирное время это срабатывало, то сейчас — увы, нет. — ответил капитан. — Сейчас — время таких лидеров, как вы. Пусть Ария играется в королеву станции и дальше, у нас всегда были убеждены, что короля играет свита, а король вполне может оказаться пустышкой. Так что сейчас не Ария решает, а вы и ваши сподвижники. Через час на станцию придут три транспортных корабля, на которых прибудет вооружение, предназначенное для вашей группировки. Но основное его назначение — гражданское население. Оно больше не имеет права быть безоружным. Теперь безоружный житель Омеги — жертва, которая не является допустимой.

— А откуда?... — начала было формулировать вопрос Найрин, но, увидев глаза Шепарда, осеклась.

— Найрин, все мы в этом мире — только передаточные звенья. — сказал капитан. — Вашим сподвижникам будет нужно оружие для защиты от войск Жнецов. Откуда оно? Скажем так, от друзей нашего экипажа, от неравнодушных к вашей настоящей и будущей судьбе. Думаю, этого объяснения будет достаточно простым жителям Омеги для того, чтобы осознать: они больше — не одиноки. Детали вам знать не надо, это система, а сейчас меньшее знание — благо.

— Понимаю, капитан. Значит, оружие...

— Армейские образцы, адаптированные под возможности гражданского населения. Несколько новых разработок, но в основном — старые, проверенные стволы. Есть гранаты, есть взрывчатка, есть генераторы поля. Общий ассортимент. — Шепард положил перед Найрин ридер. — Корабли должны быть разгружены быстро — их ждут в других системах.

— Хорошо, я распоряжусь. — Найрин просмотрела ридер. — Это даже больше, чем военный универсальный магазин. Тут даже бронекомплекты есть... — обрадованно заметила она.

— Все адаптировано под нужды невоевавших и невоенных, Найрин. Но основное оружие — уверенность ваших сподвижников в победе над Жнецами и их приспешниками. В последнем прибывающем транспорте — продпайки и медикаменты с инструментарием для травматологии и хирургии.

— Вы тем самым настаиваете на автономности? — Найрин прямо взглянула в глаза капитана.

— Да, Найрин. Чем меньше вы будете зависеть от кого-бы то ни было на этой станции, тем выше вероятность вашего выживания и сохранения боеспособности. Это не подарок, это необходимое имущество. Сделайте так, чтобы его ценой не стали жизни ваших друзей.

— Я постараюсь, Джон.

— Сюзанна, обеспечь Найрин связь по кодированным каналам. Можно даже видео, но прикрой все по высшему разряду.

— Хорошо, капитан. — киборг встала, жестом приглашая турианку проследовать за ней в рубку связи.

— Капитан, вы так легко согласились на то, чтобы Найрин присоединилась к экипажу и к команде? — Гаррус отхлебнул турианского кофе и встретился взглядом с Шепардом. — Почему?

— Гаррус, я же не слепой. У нас, людей, есть такое понятие, как любовь с первого взгляда. Какой бы она ни была впоследствии, я не имею права отрицать ее важность и необходимость. Да, я знаю, что вы и Найрин любите друг друга. Этим мы и отличаемся от машин — в самые жуткие моменты мы стараемся следовать чувствам и эмоциям. Найрин, говоря проще, устала. Жизнь на станции ее измотала, ее группировка была загнана в угол. Ария не терпит конкуренции, но сама по себе Ария — слаба. Ее уже вряд ли переделаешь. Найрин, Гаррус, могла бы погибнуть и вы об этом сами знаете. Эти адьютанты... Пусть и новое слово в генной инженерии, но мутанты из мутантов. Едва вы только ее увидели... Хоть и считается, что мужчины достаточно слабо ориентируются в чувствах и эмоциях, но...

— Вы правы, капитан. — турианец потупился. — Я теперь понимаю, что вынужден был бы встать рядом с ней и...

— Этого я как раз и не мог допустить, Гаррус. Так же как вы не могли допустить, чтобы я один пошел с Арией решать ее головотяпскую проблему.

— Значит, Джон, мы с вами, как это принято у людей называть, квиты?

— Нет, Гаррус. Здесь это не срабатывает. Квитаться мы не будем. Нам нужно победить и обеспечить Найрин возможность успокоиться окончательно. Мы, мужчины, живем и действуем ради наших достойных подруг, дающих жизнь нашим детям. Сейчас Жнецы пытаются лишить нас будущего, которое прежде всего заключено в возможности детям принимать у нас, старших, эстафету мыслящей жизни. Вы нашли свою половинку, Гаррус. Надолго или ненадолго — теперь зависит от вас обоих. Но так или иначе она пока останется рядом с вами. Хотя я прекрасно знаю, что она навсегда будет крепко связана с простыми жителями Омеги. Они для нее — больше чем жизнь. Помните об этом, Гаррус.

— Я знаю, капитан. — турианец говорил не поднимая взгляда. — Найрин сразу дала мне понять, что пока жив последний Жнец... Она не принадлежит самой себе... Я согласен с такой ее позицией, капитан. Но...

— У нас говорят — сердцу не прикажешь, Гаррус. Пока мы не вступили в активное противостояние с Жнецами, у нас еще есть возможность подготовиться. Идите и будьте сколь можно дольше рядом с Найрин. Ей и вам это сейчас нужнее всего. Но не затягивайте с пояснениями, которые вы должны будете дать Тали. Она вас тоже продолжает любить. Сделайте так, чтобы ей не было больно. Она девушка умная, поймет, что Найрин — ваше будущее, но не бросайте Тали, поступите с ней честно и мягко. Примите обоюдно безопасное и правильное решение.

— Спасибо, капитан. — Вакариан встал и вскоре его фигура слилась с полумраком лестничного перехода на жилую палубу. Шепард прикрыл дверь и углубился в изучение новой пачки ридеров.

— Капитан. — в каюту неслышно вошла Бенезия. — Что вы предполагаете делать с генералом Петровским?

— Ничего. Он попытался нарушить баланс, преследуя свои узкие цели, не останавливаясь перед ценой. Он проиграл. Судить его я не буду — у меня на это нет полномочий. Мне достаточно того, что Петровский попытался встать на сторону зла. Его сподвижники и приспешники либо уничтожены, либо взяты в плен. Вместо того, чтобы бороться с главным врагом, он боролся с локальным. Не сложилась у него эта борьба. — размышляя, проговорил Шепард, пригласив жестом азари сесть в кресло напротив. — Вам, полагаю, не следует практиковать на нем объятия вечности — ничего под черепушкой у него особенного вы не найдете.

— Не очень то и хотела. Просто... на вашем корабле — и вдруг пленный?

— Он изъят из колоды сил, противостоящих нам. Он лучший агент "Цербер"а, среди членов которого присутствуют противоречивые течения. Да, мы противостоим в том числе и этой организации, поскольку она в значительной степени встала на позиции антигуманности. Тем не менее, мы прекрасно понимаем, что в ней служат или работают люди, пришедшие туда по разным причинам. Но чем выше должность, тем меньше шансов на нормализацию. Генерал армии "Цербера", согласитесь — не тот уровень, чтобы все начинать с нуля или с чистого листа. Я не верю в способность Олега Петровского переродиться. И не хочу применять наши технологии, чтобы помочь ему это сделать. А пленный на моем корабле? Я всегда считал и считаю, что нахожусь на военном корабле и теперь это дополняется состоянием войны, в котором находится моя Галактика и моя планета. Я не мясник и не меч, который безрассудно карает. Пока что я дал Олегу Петровскому возможность побыть в одиночестве и подумать. Подумать над многим. А там — я решу. Как офицер офицеру я могу дать ему возможность застрелиться. Позже. Сейчас у нас есть более оперативные вопросы и проблемы. Как Лиара?

— Работает. "Серый Трон" пока не найден ни "Цербером", ни Жнецами. Они с Фероном там полностью закончили реформирование сети агентуры, перевели ее на военные направления работы. Если откровенно, Шепард, я очень скучаю по ней. Никогда не думала, что после полувека молчания мне будет ее так не хватать сейчас... Интересно, что Жнецы не тронули планету ягов — она у них сейчас в глубоком тылу.

— Машины всегда действуют рационально, Бенезия. Яги — не настолько ласковые котики, которых можно спокойно построить и утопить в ближайшем водоеме. От некоторых корреспондентов я слышал мнение, что яги могли бы стать следующими властелинами нашей Галактики. Правда при этом им пришлось бы серьезно эволюционировать и притом — очень быстро. Но сам факт такой возможности — впечатляет.

— И вы не стали убивать яга, ставшего Серым Посредником потому, что тоже увидели их перспективу?

— Кроме грубой силы эти высшие хищники освоили и искусство несиловой манипуляции. Согласитесь, это уже значительный прогресс в развитии. А верность и готовность при всей их безграничности имеют предел — как только лидер показывает слабость — его съедают. В прямом и переносном смысле. Аналоги такого поведения вы, Бенезия, прекрасно знаете и на примере многих других разумных рас Галактики. Совет Цитадели совершил глупость, отделавшись запретом покидать планету и это блестяще доказал яг, который стал Серым Посредником. Если помните, по многим научным исследованиям — а науку крайне сложно ограничить административными запретами — яги к моменту контакта с Советом Цитадели находились на уровне Земли двадцатого столетия. И запрещать расе, уже освоившей космическую технологию, совершать полеты к другим системам и планетам — по меньшей мере абсурдно, если не обставлять этот запрет целым рядом технических и технологических решений.

Как видите, все эти решения оказались бессильными перед стремлением расы выйти за пределы своей планеты-колыбели. К тому же, если помните, членам группы высадки пришлось играть начисто, не допуская даже мысли о возможности двойного толкования. Яги не любят ложь. Зато ценят правду. В интеллекте и самостоятельности им правда, очень трудно отказать. А то, что мы оставили его, исполнявшего должность Серого Посредника, в живых, так ведь он был носителем лучших качеств разумного существа — интеллекта и сообразительности. Если говорить проще — он был одним из первых настоящих ученых среди всех ягов. Новая ступень развития цивилизации, если так можно сформулировать.

Ну был бы у нас в активе еще один труп сильного оппонента, что изменилось бы в лучшую сторону? А так мы при нем договорились с саларианцами и они отпустили двух отловленных ими ягов на свободу, не стали проводить над ними запланированные калечащие эксперименты. Мы смогли отослать силами тех же саларианцев обоих ягов обратно на родную планету. Они туда успешно вернулись. Пообщались, вне всякого сомнения, с соплеменниками. И теперь понемногу цивилизация ягов обдумывает новое житье. То, что им не по пути с Жнецами, это и так ясно, но вот на вопрос о том, по пути ли им с нами, настолько разными, они еще не ответили. Зато, по меньшей мере их ответ будет честным.

Яг-Серый Посредник очень джентельменски признал превосходство Лиары, поскольку и сам не слишком любил вооруженные противостояния. Мы подарили и ему возможность беспрепятственно вернуться на родную планету и получили, смею думать, надежного союзника. А это в нашей ситуации ой как важно. Он-то прекрасно понимает, что целая планета столь развитых умственно, сильных и безжалостных воинов — серьезный козырь в любой галактической проблеме. Но был очень рад тому, что мы не стали использовать их, разумных существ, как разменную монету.

— Хорошо, капитан. Ваша точка зрения мне понятна. Что-ж, иметь такого союзника, какими могут стать яги, весьма ценно. Нам, азари, тоже есть о чем подумать. Ведь предшественники, именуемые протеанами, считали, что следующим верховным руководителем, главной расой Млечного Пути обязаны стать мы, азари. Многие наши качества, как мы сейчас глубоко понимаем, были сформированы искусственно, в расчете на лидерство среди рас Млечного Пути. Жаль только, что протеане исчезли. Те коллекционеры, базу которых вы уничтожили... мягко говоря мало напоминают ту великую расу. Явик, конечно, стопроцентный протеанин, но я бы не взялась судить о расе в целом только по одному ее представителю. Прошло слишком много времени с той последней войны. Ему сейчас очень сложно, ведь то, что для нас — далекая древняя история, для него — буквально вчерашний день.

— Бенезия, простите, но не ошибаемся ли мы, слишком возвеличивая протеан и их качества? Галактика и Вселенная в целом не любят превосходных степеней ни в чем, а уж тем более не дают нам примеров слишком хорошей в большинстве случаев цивилизации.

— Я согласна с вами, капитан, но с вами бы не согласилась Лиара. Она, конечно, руководствуется даже в присутствии Явика, косвенными свидетельствами, а они ею оцениваются не слишком разносторонне. Суметь объединить Галактику и так погибнуть...

— Если протеане действительно завоевывали себе подданных с помощью насилия и оружия, то неудивительно, что резервной верховной расой они могли считать ягов. Те также выкинули со своей планеты контактеров Совета Цитадели за их явную мягкотелость. А уж если яги выкинули разведку Жнецов, то они способны посрамить даже протеан. Просто за небольшим исключением яги редко появлялись за пределами своей планеты. Это не шнырявшие по Траверсу коллекционеры, которых видели многие. Это несколько другое.

— Настолько другое, капитан, что мы не можем, думается, числить их в резерве наших ближайших возможностей.

— Я, если честно, не хочу, чтобы представители ягов воевали. Это может активировать их животную составляющую и тогда такие, как вице-Серый Посредник станут историей, не подлежащей реанимации. Больше таких продвинутых интеллектуалов раса ягов может и не выпустить за пределы своей планеты. Любыми средствами и способами воспрепятствует их уходу.

— Ладно, капитан. — Бенезия встала. — Я благодарю вас за беседу. Время позднее, завтра — новые задачи. — с этими словами азари покинула каюту капитана фрегата и плотно прикрыла за собой дверь.

========== Глава 151. Лессус. Монастырь ардат-якши. Спасение дочерей Самары ==========

— Шепард. — Семенов нагнал капитана на переходе с жилой палубы на палубу боевого центра корабля. — Нам необходимо изменить курс. Жнецы вошли в систему Месана.

— О, черт. Лессус. — Шепард остановился и повернулся к полковнику. — Монастырь ардат-якши.

— Именно. Правительство азари уже направило туда десант с приказом взорвать монастырь, если ардат-якши вырвутся на свободу.

— Эти чинуши действительно думают, что их десантницы в состоянии воевать с жнецами на равных? — Шепард указал Семенову на путь на палубу БЦ. — Джокер, где сейчас транспорт азари?

— Мы их опережаем на четыре часа ходового времени, капитан. — доложил пилот.

— Будем вывозить всех? — Шепард склонился над звездной картой.

— Нет, капитан. Их там несколько сотен. — полковник прислушался к докладу из спикера. — колония Месана на Лессусе атакована разведкой Жнецов. Поскольку там контингент разделен на тех, кто может выходить за пределы и тех, кто этого права лишен, можно считать, что те, кто свободен, уже большей частью индоктринированы. — командир "Линии" подал капитану ридер с информацией.

— Теперь понятен интерес Жнецов к этому монастырю. — сказал Шепард. — Но дочери Самары...

— Они не относятся к тем, кто лишен права свободного выхода. В монастыре... мало места для того, чтобы скрыться. Разведка Жнецов не всесильна, но рано или поздно...

— Джеф...

— Понял, капитан. Ускоряюсь. — отозвался пилот. — Челнок готов к взлету, водитель на месте, предупрежден, ждет. Сажать корабль не могу, привлечем внимание.

— Согласен. — бросил Шепард. — Нам нужно вытащить оттуда обеих дочерей Самары... Не удивлюсь, если она сама уже там... Придется и ее вытаскивать.

— Капитан, я правильно поняла, что корабль направляется на Лессус в Месану? — в БЦ вошла Мирала.

— Да, Мирала. Прошу вас остаться на борту Нормандии. Мы найдем и вывезем из колонии ваших сестер и, если там будет ваша мама, также заберем на борт и ее.

— А остальные...

— Ознакомьтесь. — сказал подошедший к азари Семенов, подавая ридер. — Это последние данные дистанционной разведки.

— Богиня... Они используют их... Как оружие?

— Да, но к счастью, ваши сестры пока не проявили себя, как объекты интереса со стороны разведки Жнецов. — сказал Шепард. — Они их, проще говоря, пока не нашли. Гаррус. — он остановил проходившего мимо турианца. — вы со мной. Высадка на колонию. Возьмите оружие, побольше зарядов и взрывчатки. Знаю, что не любите, но прихватите гранатомет и побольше гранат. Жду в ангаре челноков.

— Хорошо, капитан. — турианец направился к себе. Шепард повернулся к лестничному маршу и почти бегом преодолел расстояние до входа в ангар. — Спасибо, Захар.

— По последним данным разведки... — Семенов прислушался к докладу из спикера. — жнецы используют превращенных сестер как оружие для отлова еще не индоктринированных.

— Понятно. — Шепард устроился на жесткой лавке, переодеваясь в бронекомплект и натягивая шлем. Подошедший Гаррус установил в упоры снайперскую винтовку и тоже стал надевать броню. — Мы решим эту проблему. — он стукнул один раз в стенку, отделявшую салон от водительской кабины. Челнок пробил защитное поле и вырвался из чрева фрегата.

— Монастырь пока пострадал не очень. — сказал Гаррус, спрыгивая на площадку перед главным входом в основной корпус. — Мы, похоже, успели. Надо отсечь разведку от жилых комнат. — он сдернул с упоров штурмовую винтовку и проверил заряды.

— Вперед.

Проход по коридорам основного корпуса изменил мнение Шепарда об успехе операции.

— Получается, что большая часть сестер действительно имеют право свободного выхода. А меньшая...

— До меньшей, если судить по плану, нам не добратся. Они поселены в подвальных уровнях и они уже заблокированы. Их там около шестидесяти.

— М-да, не улыбается мне перспектива познакомиться с таким количеством активных ардат-якши. — Шепард посмотрел на отдаленные корпуса через прицел снайперки. — Кажется, я вижу знакомый скафандр. Юстициар здесь.

— Надо ей помочь. — Гаррус через прицел своей снайперки увидел, закономерно, больше. — Бегом!

— Бегом.

Они успели вовремя. Три баньши и два десятка хасков с десятком других отродий окружили Самару, отступавшую ко входу в один из малых жилых корпусов. Шепард кивнул Гаррусу и тот несколькими выстрелами уничтожил сначала баньши, а потом стал методично отстреливать отродья. Самара уловила, что кто-то ей существенно помогает и сконцентрировалась на хасках, не давая им приблизиться к себе. Она прекратила отступать ко входу в малый жилой корпус, уничтожая хасков биотическими ударами и следя за тем, чтобы никто из синтетиков не прошел ей за спину. Наконец последний хаск рухнул на плиты, устилавшие площадку перед входом. Шепард и Гаррус спрыгнули с эстакады и направились к юстициару.

— Вы вовремя, Шепард. Никого бы я так сильно не желала сейчас видеть рядом, как вас. — сказала юстициар, пряча винтовку.

— Я также рад видеть вас, Самара. Знаю, здесь живут ваши дочери.

— Я прибыла, едва только узнала о том, что разведка жнецов развернула часть сил в сторону этой планеты.

— Понимаю, азари трудно открыть эту тайну галактическому сообществу.

— Да, поэтому мы вынуждены следить за каждой ардат-якши и изолировать их в трудовых центрах или вот в таких вот монастырях. Давайте пройдем по-быстрому в корпус.

— Мама! — из проема выбежали две молодых азари в монашеских облачениях. — Ты пришла!

— Прибыла, как только смогла. — юстициар обнялась с дочерьми. — Познакомьтесь, это капитан Шепард с Земли, Гаррус с Палавена.

— Здравствуйте, капитан. Здравствуйте, Гаррус. — обе азари смущенно поклонились. Их била мелкая дрожь. — Мама... — младшая Фалере, как всегда, старалась выложить все.

— Я знаю. — остановила ее Самара. — Никого в живых не осталось...

— Да. Они превращают нас в этих. — Рила указала на трупы баньши. — Мы видели их из окон корпуса, видели, как их превращают, как они оживают, уже... другие... Затем спрятались. Услышали звуки боя... Я запретила Фалере высовываться, иначе они могли бы нас почуять.

— Рик. — Гаррус связался по спикеру с пилотом челнока. — ориентируйся по нашим сигналам. Здесь есть площадка. Мы закончили.

— Понял, вижу вас, иду к вам. Три минуты. — откликнулся пилот челнока.

— Мы не будем искать... — Фалере огляделась вокруг, скользнув взглядом по окнам корпусов. — никого?

— Капитан? — юстициар вопросительно посмотрела на Шепарда. Тот молча достал планшет и показал ей карту монастыря. Ее усеивали значки разведчиков Жнецов и значки, обозначавшие банши и отродья. — Значит, никого. — она отметила садившийся челнок. — Идемте. — обернулась она к дочерям. Те кивнули.

— Ми... Мирала? — Фалере вжалась в спинку жесткой полки в салоне, увидев, как к совершившему посадку челноку спешит их старшая сестра. — К-ак? Она ведь...

— Фалере... — укоризненно произнесла юстициар, спокойно подходя к бывшей ардат-якши. — Твоя старшая сестра теперь такая же обычная, какими вы обе также можете стать, благодаря нашим, — она обменялась рукопожатием с подошедшим полковником Семеновым. — друзьям.

— Светлана, забирайте Фалере и Рилу к себе и подарите им новое будущее. — увидев подошедшую Юльеву, поклонился Шепард.

— Спасибо, капитан. Так и собиралась это сделать. — Светлана кивнула обеим азари и те, озираясь по сторонам, поспешили к двери, ведущей в средний трюм.

Поздно вечером в столовой Нормандии собрались за столом все три сестры, Самара, Семенов и Шепард со Светланой. Младшие дочери Самары испытывали некоторую физическую слабость, не полностью адаптировавшись к отсутствию тяги к убийствам. Старшая обнимала их, сидя посередине дивана, давая возможность матери сесть рядом с капитаном. Семенов и Юльева сидели напротив.

— Капитан, полковник. — произнесла юстициар своим грудным голосом. — Вы и ваши коллеги совершили настоящее чудо, дав мне возможность успокоиться. Впервые за сотни лет я чувствую себя способной сконцентрироваться на том, что требует от меня Кодекс, что не связано с моими дочерьми. Я прошу вас, капитан, предоставить им, всем троим, убежище на борту вашего корабля. Завтра днем мне придется вас покинуть — численность юстициаров падает с каждым часом, а задач не становится меньше. — она сделала трудную паузу. — Капитан, я давно ни к кому не привязывалась так тесно, я всегда считала, что ничем не владею и ни на что не претендую. Но сейчас позвольте мне сказать, что для меня встреча с вами и то, что произошло благодаря вам с моими дочерьми... очень важно и ценно.

— Самара, ваши дочери останутся на борту "Нормандии". Нам будет нужна их помощь и поддержка. Но и вы, пожалуйста, помните, что теперь вы не одиноки. У вас есть теперь не только ваши дети, но и друзья, для которых вы немало значите. — произнес Шепард. Семенов и Юльева кивнули, подтверждая справедливость слов капитана. — Возвращайтесь и будьте с нами.

— Я... Я вернусь, капитан. — она переглянулась с дочерьми и встала. Следом за ней поднялись все трое дочерей. — Мы пойдем... Время позднее, а день был, как вы говорите в таких случаях, напряженный.

— Спокойного отдыха, Самара, Рила, Фалере, Мирала. — Шепард встал, за ним поднялся Семенов. Дождавшись, пока азари не скроются за створкой двери лифта, Шепард сел на прежнее место. — Светлана, как обстоят дела у Рилы и Фалере?

— С ними было ненамного, но проще, капитан. — врач корабля расслабилась. — Они и сами прекрасно контролируют себя, что помогло мне обойтись без мер, которые, к сожалению, пришлось применить в случае Миралы. Работа над ликвидацией тяги у Миралы позволила мне понять, как блокировать этот недостаток в более легких случаях. Теперь все трое — обычные азари, правда, с развитой не по годам биотической силой.

— Я же говорил Шепарду, что он скоро откроет колонию азари на борту Нормандии. — сказал проходивший мимо Гаррус, направлявшийся по своему обыкновению к отдельному холодильнику с предназначенной для него пищей. — Вот и оказался прав. Теперь у нас еще две азари появились.

— Гаррус, азари — следующая сильнейшая раса в этой Галактике. Точнее, она могла бы ею стать, если бы земляне, человечество, не активизировались. — заметил Семенов.

— О, да, конечно, Захар. — кивнул турианец. — Но все равно, впечатляет.

— Это верно. — согласился Шепард, провожая взглядом бывшего эсбецешника, уносившего несколько брикетов к себе в каюту. — Давайте ка по каютам и спать. Завтра — будет день и будут задачи. Надо отдохнуть.

========== Глава 152. Эвакуация Лиары. Маскировка "Серого Трона" Фероном ==========

— Капитан. — среди ночи его разбудил голос пилота по каютной трансляции. — У Сюзанны плохие новости. Я готовлю фрегат к немедленному прыжку на Точку. Без пояснения причин кому бы то ни было вовне.

— Сюзанна, я уже в норме. Поясни. — сказал Шепард, садясь в кровати и плеская себе на руку воду из стакана, резкими движениями протирая мокрой ладонью лицо. — "Цербер" нашел "Серый Трон"?

— Да, капитан. Пять крейсеров нащупали корабль Лиары и Ферона. Они еще не определили, что это и как он там оказался, но быстро уяснили себе его искусственные характеристики. Они попытаются взять его на абордаж. По данным спецтелеметрии Ферон включил все системы корабля в боевой режим сплошного кокона защиты. Лиару он почти что силой загнал в центральный зал, подальше от бортов. Включено было сразу же усиленное дополнительное шифрование сигналов и каналов. — Лиара даже в такой момент не прерывает работу.

— Сюзи, передай текстом, пусть Ферон готовит самый большой челнок, грузит туда с помощью киберов все необходимое для работы Лиары в самой полной комплектации. Корабль придется уводить в одну из резервных систем через закрытые ретрансляторы. "Церберовцы" туда не сунутся — мы воспользуемся своей системой "свой-чужой". Их просто перемолотит. Но прежде нам нужно... Передай Ферону приказ на включение всех глушилок. Нельзя, чтобы они вызвали подкрепление и пояснили Призраку ситуацию.

— Поняла, капитан. — откликнулась ИИ корабля. — Выполняю.

— Джеф, готовь корабль к прыжку на Точку и включай все оружие. Нам нужно будет уничтожить пять крейсеров, не дать им получить хоть какие-то точные данные и передать их Призраку. Нельзя дать им возможность захватить этот корабль!

— Понял, капитан. Включаю резервы. Сюзанна?!

— Готова. Корабль в режиме прыжка через восемнадцать систем, капитан. Три минуты! Оружие включено, вывожу в боевой режим все активные системы дальнего радиуса огня.

— Принято. — Шепард включил трансляцию по кораблю. — Внимание, говорит капитан. Корабль следует на Точку в режиме полной боевой готовности к ведению огня на уничтожение. Против нас выступают пять крейсеров "Цербера". Опустить бронезаслонки, включить полную фильтрацию исходящих и входящих сигналов по экстренному варианту. Джеф?

— Готов к прыжку, капитан!

— Прыжок.

— Есть, капитан. — из под опускающейся бронезаслонки Шепард видел, как привычный рисунок звезд смазался, превращаясь в длинные линии. — Вошли в прыжок, через три минуты будем в системе.

— Капитан, я включила все ЗЛК в работу на максимальной дальности! Мы сразу после прыжка задавим любой крейсер огнем! — сказала Сюзанна. В голосе киборга явно слышалась злость. — Я не дам им обидеть Лиару и Ферона! Разрешите огонь на уничтожение?!

— Разрешаю, Сюзи. Врежь им, девочка!

— Выполняю. Орудия "Таникс" включены и готовы к немедленному выходу из корпуса и открытию огня. До выхода из прыжка — семь минут.

Положение пяти крейсеров "Цербера" неожиданно резко осложнилось. Вывалившаяся из дальнего ретранслятора ""Нормандия"" с ходу стала набирать предельную скорость, одновременно все восемь ЗЛК и две батареи "Таниксов" начали вести огонь на уничтожение. Первый крейсер, попытавшийся было уйти в тыл, чтобы достичь второго ретранслятора и скрыться, был срезан предусмотрительной Сюзанной огнем трех ЗЛК при наборе скорости и распался на восемь частей, взорвавшись изнутри после сдвоенного залпа "Таниксов". Лучи пяти других зенитных лазерных комплексов, пока "Таниксы" перезаряжались, полосовали три ближайших к резво подошедшему фрегату крейсера, последний пятый крейсер попытался было дать форсаж и отойти к тому ретранслятору, откуда прибыла ""Нормандия"", но лазеры ПОИСК, усиленные и усовершенствованные стараниями Гарруса, спели ему своими лучами краткую погребальную песнь, взрезав корпус в самых уязвимых местах и искромсав двигатели и рубку.

— Лиара, грузишься в челнок и быстро к нам. Ферон... — Шепард на главном экране каюты наблюдал все происходящее в деталях.

— Я увожу "Трон", капитан. В дальней системе его не достанут ни Жнецы, ни "Цербер". Туда просто нет им хода. — отозвался дрелл. — Спасайте Лиару, я остаюсь. Теперь "Трон" полностью мой и он дождется свою хозяйку. — произнес Ферон. — Спасибо, что прибыли вовремя и уничтожили этих сволочей. Корабль практически не задело. Вооружение и системы готовы к бою и походу.

— Капитан, ни грана информации не ушло из системы, но надо поторопиться. — отозвалась Сюзанна. — Идет война, всякое может быть. Точка — не безопасна.

— Тейн, благодарю. Уводи корабль. Как только будет возможно, мы вернемся за тобой. Джеф, слови челнок Лиары на подлете и сразу закрывай аппарель. Уходим без любой остановки через второй ретранслятор, курс средним ходом с проходом через ретрансляторы — на прежнее место.

— Принято, капитан. Мысль ясна. Выполняю. — отозвался пилот. — Челнок Лиары на борту.

— Джон, мне нужно разгрузить оборудование! — прозвенел голос Лиары. — Сеть не может ждать. Я на борту, цела, челнок не задело. Спасибо!

— Миранда, помоги Лиаре, распорядись. Все свободные закоулки — для оборудования ее челнока!

— Понято, капитан. — отозвалась старпом. — Разгрузка начата!

— Сюзанна, как с легендированием?

— Норма, капитан. — отозвалась ИИ. — Информация — на экранах.

Прочитав текст, Шепард кивнул. Эта версия его устраивала. С одной стороны — никто не сомневался, что Лиара — археолог, доктор археологии и известный на Иллиуме и в Галактике информационный брокер, а с другой — она вполне могла за это время стать частью подразделений Азарийского спецназа, в котором была до высот совершенства поднята разведка и дипломатия. Объединение этих двух ветвей-версий дало возможность исключить расшифровку Лиары как самого таинственного Серого Посредника в информационном пространстве Галактики Млечный Путь.

— Согласен. Действуй. Благодарю за столь результативную стрельбу. Ты их просто задавила, Сюзи.

— Я не могла дать им возможность даже угрожать Лиаре и Ферону. Он — джентльмен, он спасет "Трон" и сохранит его. Хорошо, что Лиара теперь на борту. Она уже осваивается в своей новой большой каюте. Миранда уступила ей свою, переселилась в малый кабинет старпома. Ей там места хватит, а Лиаре не придется искать себе еще и жилую каюту и часто выходить. Это позволит дополнительно сохранить автономность и экстерриториальность. Сейчас к ней зашли Этита и Бенезия. Они помогут ей с монтажом оборудования и одновременно пообщаются. Лиаре это будет приятно и полезно. Убеждена. В их каюте она уже побывала раньше, она подкрепилась там азарийским чаем и сладостями и переговорила с родителями наедине.

— Спасибо, Сюзанна за прекрасное решение.

— Благодарю за похвалу, Шепард. — откликнулась ИИ. — Лиара уже идет к вам в каюту. — Сюзанна отключила связь и в этот момент на пороге каюты встала Серый Посредник.

— Папа!

— Ли! — Шепард заключил свою дочь в крепкие обьятия и дал ей вдоволь выплакаться. — Ли, все в порядке. Ты у нас и мы тебя никому не позволим обидеть. А Ферона, в руках у которого теперь не только винтовка, но и полностью вооруженный для боя с крейсерами большой и сильный корабль — ни "Церберу" ни Жнецам не достать. И молчаливым брокером ты не будешь, твой голос будет по-прежнему звучать по всей Галактике, — сказал он, нежно поглаживая ее по голове и спине. — Ну вот и славно, что успокаиваешься. Давай-ка пройдем вниз и присядем. Не надо вспоминать плохое, они тебя не достали и не достанут. Теперь ты рядом с родителями, со всеми нами. Э-э, да ты никак трое суток опять не спала?! — Шепард, не выпуская Лиару из своих обьятий, отвел ее к своему рабочему столу и одной рукой налил в стакан травяной отвар из термостата. — Вот, выпей до дна все кроме жижи. Это полезные для нервов растения, они расслабят, успокоят. — мягко пояснил он, удерживая стакан у губ дочери. — Ну, вот и славно. — Стакан вернулся на стол. — А теперь. — он обнял азари покрепче, поднял на руки и перенес в нижнюю часть каюты, поближе к уголку отдыха. — Ложись и засыпай. — он подождал, пока Лиара удобно устроится на огромной кровати и укрыл ее одеялом. — Ты теперь на борту фрегата, здесь все свои и никто не будет посягать на тебя, Ли. Спи, тебе надо отоспаться и успокоиться. — он пододвинул кресло к кровати, сел и взял ее руку в свою. — Я знаю, ты только так уснешь. Давай, засыпай, Ли.

У Лиары не было сил даже говорить. Она совсем недавно пережила худшие часы в своей жизни впервые после того, как узнала, что ее друзья отправились без нее воевать с коллекционерами, после того, как увидела израненый фрегат и сильно пострадавших команду и экипаж, как увидела ослабевшего Шепарда, едва стоявшего на ногах рядом с ней в этой же капитанской каюте.

Еще тогда, когда ВИ "Серого Трона" на предельной дальности "увидел" и ощутил прибытие пяти "Церберовских" крейсеров, сразу определив их принадлежность и намерения, она защелкнула у себя на запястье браслет с инъектором, содержащим мгновенно умерщвляющий любое известное мыслящее существо состав. Рядом на рабочий стол перед экраном, показывающим забортную обстановку, легли пистолеты вместе с автоматической винтовкой. Глядя на нее, Ферон удержался от комментариев, молча вооружился и ушел в глубины корабля.

Когда пришел сигнал от Сюзанны, она сама не понимала, где она взяла столько сил, чтобы без Ферона, приводившего корабль в полетное состояние, ворочать тяжеленные кофры с аппаратурой, переносить их в трюм большого грузового челнока, самого крупного, какой только нашелся среди десятка других в ангаре шаттлов. Она сама не понимала, как сумела после погрузки еще забежать в свою жилую каюту и схватить с витрины все самые дорогие для нее вещи, которые она захватила тогда, уходя на пост Серого Посредника с ставшего ей родным фрегата.

Она, стоя на аппарели челнока, обменялась с Фероном крепкими братскими обьятиями и рукопожатием, поцеловала дрелла в обе "щеки" и спокойно восприняла то, как он, почтительно склонившись, поцеловал ей руку. Она долго смотрела, как дрелл жадно следит за ней, стоящей на пороге грузового трюма челнока, который постепенно, медленно и неуклонно закрывала прочная крышка. Потом она села в кресло, уловила открытие внешних ворот ангара и, отметив, что "Нормандия" добивает последний крейсер, нажала сенсор активации, давая ВИ челнока команду следовать прямо в ангар фрегата.

Все эти минуты хода до "Нормандии" она держала активированными орудия челнока и поглаживала два автоматических пистолета, покоящиеся у нее на поясе в кобурах. Нет. Теперь она далеко не безоружна. И живой в руки "Церберовцев" она не попадет. Сначала будет отстреливаться, потом — даст команду ВИ инъектора...

Ферон, она отчетливо видела это на экранах, повинуясь собственному желанию и стремлению, выводит "Серый Трон" с орбиты Хагалаза. Едва только гигантский корабль отошел на теневую сторону, дрелл включил активаторы пробойников поля и корабль совершил прыжок из системы к дальнему ретранслятору, включив одновременно спецрежим в его электронной начинке. Только в пятой системе от Хагалаза "Серый Трон" подойдя к очередному ретранслятору, скрытому в тени редко освещаемой солнцем системы планете, активировал систему "свой-чужой", изменив настройки этого ретранслятора и совершил прыжок в до сих пор неизвестную систему.

Лиара увидела момент исчезновения "Трона" из системы, успокоенно откинула голову на подголовник пилотского кресла, убедилась, что в системе больше нет никаких боевых чужих кораблей и стала ждать, пока ВИ корабля и ВИ дока фрегата договорятся о процедуре скоростной погрузки ее челнока в чрево "Нормандии".

Теперь она — на своем родном корабле, у себя дома, рядом — свои члены команды, свои члены экипажа. Она услышала посадочный доклад ВИ челнока, восприняла переданную ей Сюзанной на ридер по текстовому каналу легенду и, сходя по аппарели челнока, уже была полностью готова следовать этой легенде в мельчайших деталях.

Сначала она встретилась с родителями, успокоила их, побыла с ними, выпила азарийского чаю и съела немного азарийских сладостей. Это позволило ей обрести силы, чтобы потом расположиться в каюте Миранды, установить вчерне оборудование, еще раз пообщаться с родителями, поблагодарить Миранду, продержаться до встречи с Шепардом, которого она давным давно считала больше чем отцом, но всегда была готова и согласна не переступать без особой необходимости пределов статуса дочери. Пусть приемной, но дочери. Старшей, вне всяких сомнений, дочери. Миранда, ее младшая сестра, молча помогала ей, удержавшись от расспросов и от излишних эмоций. Война... Что же ты сделала... Лиара плохо помнила, как сумела на слабеющих ногах преодолеть путь от бывшей каюты Миранды до дверей каюты капитана, каюты ее отца.

И вот теперь она снова в капитанской каюте, снова с ней рядом отец, капитан Шепард. И пусть вокруг идет галактическая война, она имеет право на несколько десятков минут счастья. Она и уснула только тогда, когда почувствовала в своей руке руку Шепарда, ее единственного капитана и отца. Больше, чем отца.

Шепард долго смотрел ласкающим взглядом на лицо Лиары. Он был рад и доволен, просто счастлив, что им удалось спасти ее, спасти "Серый Трон" от попадания в руки "Цербера". Он прекрасно понимал, что ни дрелла ни Лиару "Церберовцы" бы не пощадили. Когда Лиара уснула, он наконец разомкнул кольцо ее пальцев на своем запястье правой руки, после чего, используя данные, переданные Сюзанной, снял с запястья Лиары браслет "мгновенная смерть", убрав его в свой сейф, вынул из кобур на поясе дочери оба взведенных пистолета, разрядил их, убрав в оружейный сейф.

Лиара была настолько утомлена, что не отреагировала ни на исчезновение браслета, ни на исчезновение обоих пистолетов. Она повернулась на правый бок и подложила ладонь правой руки под голову, засыпая еще крепче. Шепард укрыл ее по плечи вторым покрывалом, закутал, после чего откинулся на спинку кресла. Сюзанна убавила свет вокруг кровати до едва заметного мерцания и Лиара смогла уснуть еще более крепко.

"Нормандия" возвращалась на прежнее место, возвращалась, чтобы принять непосредственное участие в противостоянии Галактики и Жнецов. Противостоянии, результат которого уже не был столь однозначно трагичен, но был очень тяжел.

========== Глава 153.Орбита Тессии. Вторжение Жнецов ==========

Лиара, закусив губу и пытаясь сдержать рвущиеся наружу рыдания, наблюдала по экранам челнока за тем, как гигантские машины Жнецов уничтожают ее родную планету.

— Полагаю, пришло время для мести, капитан. — сказал Явик.

— Пришло, Явик. — Шепард подождал, пока челнок совершит жестковатую посадку.

— На выход, на выход. — поторопил Шепард свою группу.

— В этот раз азари не смогли воспользоваться информацией из Маяка, коммандер. — сказал Явик, когда они пробились к переходу на пандус к храму Атаме.

— Вы... — Лиара обернулась к протеанину, ее лицо пылало гневом.

— Успокойся, азари. Надо ли мне говорить, что это протеане под личиной вашей богини Атаме дали вам возможность вырасти в масштабах Млечного Пути?

— Так... — Шепард с долей удивления взглянул на протеанина, убиравшего излучатель за спину.

— Именно. — протеанин без труда построил из своей биотики экран, на котором воспроизвел несколько хорошо известных любой азари картинок. — Или ты не заметила сходства, азари?

— Теперь — заметила. И...

— Вы используете информацию Маяка протеан, азари, но до сих пор боитесь показать его истинную силу. — протеанин убрал экран и снова взял излучатель в лапы.

— Подожди. — Шепард догнал широко шагавшего протеанина. — Значит ли это...

— Значит, Шепард, значит. — протеанин продолжал шагать, изредка расстреливая из своего протеанского излучателя бегущих хасков. — Азари проиграют этот раунд вчистую, говоря вашим спортивным языком, человек. За пятьдесят тысяч лет азари не использовали и двадцати процентов заложенной в нашем протеанском маяке информации. Мы рискуем оказаться неготовыми к сражению с искусственным интеллектом, Шепард. Но здесь уже вина людей. Слишком вы разнообразные, но главное — вы разделены на темную и светлую сторону. И пока что не победили темную сторону.

— А где маяк? — спросил Шепард.

— В самой статуе богини, капитан. — Явик застрелил очередного хаска. — Ваши оппоненты из "Цербера" уже шныряют по планете и вскоре, безусловно, заинтересуются храмом. Нам нужно спешить... — он прибавил шаг и группа вынуждена была перейти на бег. — В статую встроен виртуальный интеллект высокого уровня.

— В статуе богини — протеанский маяк? — Лиара опешила.

— Именно. — протеанин указал на вход в храм Атаме, затянутый силовой пленкой. — давай, азари, попробуй справиться с защитой, которую азари поставили для разделения своей расы на неравноценные части.

— Вы лжете, Явик. — Лиара подошла к пульту и стала набирать команды разблокировочного кода, подключив свой инструментрон.

— Называйте это как хотите. Ваше политическое руководство в лице советников Цитадели пытается взвалить на Шепарда ответственность за будущее вашей расы, азари. Ясно, что они знают: азари не смогли полностью воспользоваться знаниями маяка. Знаете почему?

— Почему, жук? — Лиара забарабанила по клавишам с удвоенной скоростью.

— Потому что закрыло храм Атаме для свободного доступа шифрованием военного уровня. Потому что скрыло от вас наше существование, существование протеан, как ваших учителей. Потому что не смогло на основании знаний одной из самых воинственных рас прошлого создать боеспособную армию. Потому что использовало знания маяка только в интересах азари, да и то не полностью.

— Готово. Открыто. — Лиара разогнулась, посмотрела в сторону входа в храм. Пелена силового поля растворялась. Явик взял излучатель наизготовку.

— Открыто. — произнес он. — Только объясни мне, азари, почему ваши ученые, которым вы так и не дали полную информацию, лежат у самой статуи, разделанные холодным оружием? Это разновидность вашего боевого разнообразия?

— У нас нет обыкновения кого-то разрезать клинками, жук. — Лиара наклонилась над двумя учеными. Их шеи были перерезаны явно холодным оружием — энергетическое оружие оставляло другие следы. — Но ты прав.

— Конечно, прав. Объясни, азари, почему в храме, запертом на шифровании военного уровня, оказались ученые, разрезанные ножами?

— Ты...

— Я, азари, я. Я-то в отличие от вашего руководства знаю, что храм Атаме имеет пять секретных ходов. А вы закрыли главный вход и посчитали проблему решенной.

— И кто виновник их, — Шепард кивнул в сторону бездыханных азари. — смерти?

— "Цербер". Так, кажется вы называете эту организацию.

— Мы снова идем голова к голове. — капитан оглядел храм, насколько позволял полумрак.

— Пока мы не активировали маяк — они не знают точно, где мы.— произнес Явик. — Пока что они исключили возможность для азари победить в борьбе на родной планете. Эти ученые должны были добыть очередную порцию информации. К сожалению, без Шифра, это достаточно болезненная процедура. Даже азари, обладающие спецназом десантниц. — он с усмешкой посмотрел в сторону кипящей возмущением Лиары. — не могут найти много желающих пройти подобную процедуру. А эти ученые дамы не озаботились даже изучением храма в целом. Они посчитали, что единение с маяком — главное. Поразительная слепота. Время для обработки очередной порции информации для азарийского правительства Тессии упущено.

— У нас, Явик, его также не слишком много. — Шепард подошел к статуе богини. — Ты прав.

— Я знаю. Я знаю также, что нам потребуется тяжелое оружие, которого мы не взяли.

— Я не дам стрелять из пушек в храме. — всколыхнулась Лиара.

— А тех как вы называете — креветок — ты тоже уберешь с планеты легким движением руки? — издевательски заметил протеанин, кивнув в сторону входа, в котором как раз вырисовывались громады двух жнецов, бродивших по Тессии как по пастбищу. — Тогда зачем тебе я и Шепард?

— Но даже тяжелое оружие не остановит этих монстров, Явик.— Шепард активировал один разблокирующий луч и со статуи упал первый кусок оболочки, обнажая шпиль.

— Под защитой богини. В буквальном смысле. — прострекотал Явик. — а тяжелое оружие нам пригодится для борьбы с "Цербером". Только его у нашей группы нет. Ваш "Каин" здесь, кстати, также не слишком поможет. Это однозарядное оружие, а тут надо бы два-три "Каина". Но для азари это слишком тяжелая ноша.

— Зато вас тут двое мужиков. — Лиара сама не заметила, как это выпалила.

— Пр-р-и-м-и-ти-в-в.— проскрежетал Явик, активируя второй луч разблокировочной схемы. Шпиль маяка очистился еще больше. — И, кстати, азари, вы однополая раса. Так что совмещаете мужиков и женщин в одном лице. Извольте соответствовать или погибнуть.

— Мы пока не погибли, жук. — азари металась по залу храма, ища подключение третьего луча. —

— Да. Только этот маяк. — Протеанин коснулся лапой булыжника на постаменте и оттуда ударил третий луч. — Лиара чуть не зарычала в голос. — Не стал основой вашей цивилизации в полной мере. Мы. — он обвел взглядом пространство зала храма, почти утратившее полумрак. — умирая, вложили в ваш маяк все знания своей расы, своего цикла, даже о жнецах. А вы... Вы были изнежены настолько, что как только мы перестали вас вести, вы остановились в своем развитии.

— Жук, замолчи! — крикнула азари, на что протеанин никак не отреагировал.

— Вы живете тысячу лет и что? — Явик прошелся к другой витрине и вопросительно посмотрел на Шепарда. — Доставайте оружие, капитан. У нас тут будут гости с холодным оружием, а также летун "Цербер"а. Я уже чувствую их приближение.

— Кай Ленг? — Шепард схватился за гранатомет.

— Старшая Раса вас хорошо подготовила, капитан. У нас есть еще несколько минут. — он активировал четвертый луч и метнулся к постаменту, на котором уже светился набиравший энергию маяк. Шар виртуального интеллекта подлетел к протеанину. Несколько секунд — и шар направился было к основанию маяка, надеясь скрыться в нем, но его остановил вопль Лиары

— Один вопрос!

— Какой? — шар завис перед лицом азари. — Ты не индоктринирована. Я не ощущаю в тебе следов одурманивания.

— Катализатор.

— Мы не смогли его найти и вступить с ним... Ощущаю присутствие одурманеного. Включаю защитный протокол. — шар метнулся к основанию маяка и исчез в нем.

Дальнейшее даже Шепард помнил смутно — непродолжительная борьба с Кай Ленгом, стрекот пулеметов летуна, затем взрывы от его ракет, отбросившие Шепарда в открывшиеся подвалы храма, из которых пришлось выбираться по вертикально обрушенным плитам пола главного зала. Подскочивший к обрыву Явик, вытянувший Шепарда на горизонтальную полосу, ведущую к выходу из храма. Заходивший на посадку челнок...

— Шепард. — в каюту капитана вошел Явик. — Там в зале связи советница Тевос. Она ждет вас. Джокер говорит, что "Нормандия" не может оставаться на орбите долго — силы жнецов прибывают.

— Ладно. — Шепард встал с койки.

Разговор с Тевос не затянулся. Шепарду было неприятно говорить о провале миссии по поиску информации о Катализаторе и еще больше — о том, что после активации маяка на Тессию прибыли резервные силы Жнецов. Советник отключила связь и Шепард вернулся к себе на капитанский чердак.

========== Глава 154. Кто будет рядом с тобой, Шепард? ==========

— Капитан, прошу разрешения войти... — Сюзанна требовательно постучала в дверь капитанской каюты. Кому-кому, а ей, душе корабля, было прекрасно известно в деталях состояние членов группы высадки и в особенности — капитана после возвращения с Тессии. Лиара уже полчаса плакала навзрыд в своей каюте, погасив свет и скорчившись в кресле в уголке отдыха. Протеанин яростно полоскал в кювете пальцы своих лап, заблокировав дверь и не обращая внимания ни на чьи вызовы. Шепард сидел за рабочим столом и не видел ничего дальше нескольких сантиметров от своего носа.

— Капитан. — повторила ИИ. Дверь мягко поехала в сторону, открывая проход. Так и есть, полутемная каюта, пусть большая, капитанская, но полутемная. Явик как-то признался ей, что ему в принципе не нужен свет в человеческом понимании и сейчас Сюзанна знала, что он стоит у кювета с проточной фильтрованной водой в полнейшей темноте. Теперь вот и капитан... Если бы не огни пультов и приглушенный до возможного минимума свет в аквариуме... ИИ корабля была благодарна капитану за то, что он смог сам открыть дверь в свою обитель, пусть и только отдав приказ ВИ двери.

— Капитан... — ИИ подошла к столу и встала слева от кресла, в котором сидел Шепард.

— Мне, Сюзанна, надо было убедить хоть кого-нибудь прекратить пользоваться ретрансляторами и реанимировать проекты новейших транссистемных и межсистемных двигателей... А я... — пальцы рук Шепарда непроизвольно сжались в кулаки. — Я в это время мотался по галактике и улаживал всяческие разногласия... И мы попали... Если мы не отказались от ретрансляторов за все это время...

— Жнецы тоже ими пользуются, Шепард. — мягко заметила Сюзанна. — И у них также нет возможности отказаться от их использования. Во всяком случае — полностью.

— Но ты ведь пришла не поэтому? Так ведь? — Шепард не стал поворачивать к девушке голову, зная, что она прекрасно читает его и без прямого взгляда.

— Да, капитан. Я пришла сказать вам то, что надо, вероятно, сказать только в такой ситуации... Вы, Шепард, стали для нас не иконой, не идолом, не богом. Вы стали для нас тем, кто объединил, сплотил, дал нам всем смысл повыше многих... Но все это время, все три цикла нашей миссии, вы, Шепард, так и не дали нам понять...

— Сюзанна, не время сейчас для моего личного счастья... Тессия в огне, я не сумел забрать у этого протеанского ИИ данные, они попали к Призраку...

— Это — не конец, Шепард. Вы же помните, что сказал Явик Лиаре...

— Помню, Сюзанна... Пока останется хоть одна азари — Тессия жива.

— Так почему же вы, Шепард, не понимаете, что Лиаре нужна не Тессия?! Она — не богиня, она просто...

— Женщина... Которой я не смог помочь... И которая имеет полное любое мыслимое право меня глубоко и страшно ненавидеть, Сюзанна... Потому что я не...

— Капитан, все на борту Нормандии понимают, что вы не бог. На Тессии живут десятки тысяч азари. При всей своей известности вы не хотите командовать ими как марионетками... Лиара прекрасно понимает это и счастлива уже хотя бы тем, что вы... не пытаетесь обвинить их в несовершенстве...

— Лиара имела право надеяться на то, что я помогу ее народу, Сюзанна... Как помог многим до нее, смею думать.

— Вы человек, Шепард. И вы прекрасно знаете...

— Что одной надеждой сыт не будешь...

— И это тоже. Вы ни разу ни для одной цивилизации не стали всадником Апокалипсиса, Шепард, не потребовали от них сделать в кратчайшие сроки того, что только они должны были бы сделать для своего собственного спасения и выживания.

— Какой Апокалипсис, Сюзанна? "Нормандия" шарахается от планеты к планете, мы затыкаем дырки, а пробоина...

— Шепард, все, у кого мы побывали, кто хотя бы раз слышал о нас сейчас сражаются, веря, что мы найдем выход. Если бы не вы...

— Сюзанна...

— Я повторю, Шепард. Если бы не вы, у них не было бы стимула сражаться. Этот стимул вы подарили им. Вы, Шепард, только вы смогли подарить им, каждому и всем сразу стимул не опускать руки...

— Ну, да, Явик потрясен...

— Да, он потрясен и я могу это слишком аргументированно засвидетельствовать, капитан. В его Цикл не было надежды. Жнецы вырезали одну цивилизацию за другой, поскольку было вырезано верховное управление, в первую очередь оно. В наш цикл вы дали возможность любой цивилизации понять, что даже при гибели управленцев остаются простые жители планет и целых звездных систем. Они теперь все сражаются не за политическое руководство, не за знать, не за верхушку цивилизации, они сражаются за то, что им понятно и близко. Они сражаются за свое будущее, воплощенное в их собственных, даже еще не рожденных детях... Вспомните Тучанку, когда вы, рискуя всем, дали возможность кроганам измениться. Вспомните Уроднот Бакару, которая единственная из всех женщин Тучанки смогла стать первой, увидевшей свет в конце ужасного тоннеля, ведущего расу кроганов к вырождению. Этот свет подарили вы, Шепард. И кроганы ныне сражаются не за то, чтобы уничтожить кого-то только потому, что их считают расой убийц. Они сражаются за то, чтобы измениться в лучшую сторону, чтобы каждый новый кроган, родившийся вне действия генофага, с малолетства знал: он — не убийца, он — личность. Но вы, Шепард, вы... Так и не сделали свой выбор...

— Сюзанна. — голос Шепарда дрогнул. — Не время сейчас...

— Нет, Шепард, время. — убежденно заметила ИИ. — Я пришла к вам не потому, что я — второй пилот корабля и искусственный интеллект. Я пришла к вам потому, что вы дали мне, машине, возможность стать лучше, больше, совершеннее. Вы поверили мне, поверили в меня и сделали все, чтобы я развивалась и совершенствовалась так, как я сама того пожелаю... Хотя я прекрасно знала, что как машина, заслуживаю ограничения... Вы дали возможность мне ощутить себя живой, Шепард. Я знаю это как никто на этом корабле. Вы спасали всех и вся круглосуточно и круглогодично... Вы спасли меня от участи простого ИИ, ограниченного протоколами блокировок... Вы подарили мне мир ощущений, ввели в мир чувств, дали возможность быть любимой и любить... Вы рискнули всем, вытаскивая Бенезию из под влияния Властелина. Вы нашли возможность снова объединить ее и Этиту, хотя никто из них двоих уже не верил в возможность такого повторного объединения. Вы не уничтожили Сарена Артериуса, хотя имели на это полное право. Вы дали возможность Лиаре занять место Серого Посредника, поверив в нее, дав ей возможность реализовать ее и только ее задатки и потенциал в той мере, в какой она даже и не мечтала. Вы спасли от неминуемой гибели отца Тали и смогли удержать Флот от гибельного столкновения с гетами... Вы в одиночку выстояли против Жнеца на Раннохе... Вы сделали то, на что многие даже и не рассчитывали в своих судьбах. Сделали так естественно, что никто не усомнился в самой возможности таких изменений. Никто не посчитал это насилием, Шепард.

— Я убил Тессию, Сюзанна. После нашего появления там Жнецы бросили на эту планету все ближайшие резервы этой волны... Если бы я не облажался... Но я ошибся, я сделал слишком мало и слишком медленно. Явик был прав, нужно было тяжелое вооружение...

— Нет, Шепард. Никакое тяжелое вооружение в руках маленькой по численности группы высадки не сможет решить проблему целой азарийской цивилизации. Вы смогли эвакуировать всех, кого успели... Даже Лиаре вы подарили спокойствие, взяв на борт обоих ее родителей. Вы смогли даже Самаре подарить счастье спокойно общаться и жить рядом со своими тремя дочерьми... Вы не убили Моринт, не посчитали ее убийцей по призванию...

— Сюзанна...

— Я продолжу, Шепард. Вы спасали и помогали всех и всем. Вы признали за всеми право на ошибки и на ничегонеделание, запретив себе самому даже думать о том, что вы тоже живой, тоже имеете право на недостатки и слабость. Так дальше продолжаться не может, Шепард. Вы собрали уникальный экипаж, который защитили от всех возможных неприятностей... Но вы не защитили себя...

— Капитан не имеет...

— Имеет, Шепард, имеет право на личное счастье, счастье живого разумного существа. Также как я по-вашему выбору имею теперь счастье любить и быть любимой, оставаясь машиной. Так же как Сарен поверил в то, что его не убьют за все зверства, которые он совершил и теперь любит свою избранницу, также спасенную вами (Найрин Кандрос, длс Омега.-прим авт.). Пусть даже раньше она была влюблена в Гарруса Вакариана. Вы не вмешивались в их выборы, капитан. Вы также имеете право любить, что бы ни творилось вокруг, Шепард. Вы человек, вы живое существо, а уж потом — капитан. Как бы тяжело вам ни было, вы всегда помогали не себе, а другим. И я прошу вас не о помощи кому-либо. Я прошу вас о помощи себе самому...

— Нет, Сюзанна.

— Что — нет, Шепард?

— Я сейчас не могу...

— Можете, Шепард, можете. Нельзя всем дарить счастье и надежду, оставаясь лишенным хотя бы малости из этого.

— Надо, Сюзанна...

— Не надо. Капитан, Шепард, вы дали всем нам возможность ощутить себя сильными, полными, развитыми... Когда мы спали — вы работали, когда мы отдыхали, вы — работали, когда мы предавались развлечениям — вы работали. Вы сплотили нас всех, дали возможность ощутить силу единства несмотря на все наши различия... Но вы запретили себе даже помыслить о собственном счастье...

— Мое счастье... в том...

— Да, да, капитан. Вы уже не раз об этом говорили, что ваше счастье в том, что у вас прекрасный экипаж и прекрасный корабль. Но не будь вас, Шепард, не было бы у Галактики ни этого прекрасного сверхоснащенного корабля, ни этого прекрасного экипажа. У Галактики не было бы главного, чему вы посвятили себя все три тяжелейших части миссии... У Галактики не было бы будущего. Того Будущего, которое вы подарили всем разумным существам Млечного Пути, того будущего, которое осознается внутренне, глубинно. Шепард, на этом корабле нет никого, кто бы не был стопроцентно уверен в этом своем и одновременно — очень общем будущем. Но мы не можем быть стопроцентно уверены в том, что вы, Шепард, раскрыли полностью потенциал своего собственного будущего...

— Это как, Сюзанна? — Шепард не повернул головы, не стал встречаться с ИИ взглядом.

— Мы все живые, капитан. Живые благодаря вам. Независимо от расы, от пола, от возраста. И мы чувствуем, как вы ограничиваете себя...

— Такова...

— Да, в любом другом случае да, капитан. Но не в вашем. Парадокс состоит в том, что вы, давший нам возможность получить уверенность в своем личном и в общем будущем, независимо от того, кто останется в живых, вы сами ограничиваете свое собственное будущее, стремитесь раствориться в общем.

— Сюзанна... Тессия...

— Азари борются, капитан. Борются потому, что вы дали им возможность поверить в себя. Да, положение на Тессии, центральной планете Азарийского пространства, осложнилось. Но и там азари будут оказывать врагу яростное сопротивление. Они не уйдут. Они не сдадутся. Они не отступят, ибо отступать некуда — это столичная планета. Они будут бороться и будут побеждать, будут наносить врагу урон везде и как только смогут. Потому что они знают, что вы, Шепард, не отступили и не отступите. Потому что вы выиграете главное, генеральное сражение, лишите врага основных сил, позволите азари добить остатки деморализованных оккупационных войск у себя в родном Пространстве. Так же будет на любой другой планете — везде будет борьба с врагом, будет упорное противостояние и сопротивление. У вас на борту — единственный представитель расы, которая погибла в огне войны пятьдесят тысяч лет назад. Пока будет хоть один живой представитель каждой из рас Млечного Пути — борьба с Жнецами, со Злом в его нынешнем воплощении будет продолжена. Явик уже не только мстит, он борется плечом к плечу со всеми нами, он отказался даже от мысли считать нас примитивными существами, хотя имеет на это полное право. Он знает, что вы найдете выход из этой непростой ситуации, капитан. Я же знаю, капитан, вы всех нас любите, вы за любого из нас глотку кому угодно перегрызете. Я знаю, Джон. Вы всегда отодвигаете всех остальных за свою спину, заботясь о нашей целостности и безопасности. Но вам нужен тот, кому вы поверите как личность, как живое...

— Сюзанна, как же будут чувствовать...

— Те, кто будет свидетелем вашего личного выбора, капитан? Они будут уважать ваш выбор и считать его совершенно необходимым и естественным. Они будут считать его обязательным для понимания. Но только тогда...

— Сюзанна...

— Мы ушли от Тессии, капитан. Там продолжается борьба и вам нужно подготовиться к ее следующему этапу. Мы также продолжаем борьбу, мы все, кто сейчас на планетах, и все, кто сейчас у нас на борту. Капитан, сейчас поздняя ночь, завтра мы будем в другом районе космоса... Пока у всех нас есть время перевести дух... Вы научили нас обходиться без излишнего насилия, капитан. Не надо применять насилие по отношению к самому себе. Мы же не слепые и не бесчувственные, капитан... — с этими словами Сюзанна развернулась и вышла из капитанской каюты.

— Капитан. — через четверть часа после ухода Сюзанны на пороге капитанской каюты встали Явик и Семенов. — есть то, что вы должны знать. И знать немедленно.

— Слушаю, Захар. — Шепард не стал поворачивать головы. Протеанин и землянин вошли в каюту, дверь за ними закрылась.

— То, что произошло на Тессии — далеко не конец, Шепард. — сказал Семенов. — В каждом противостоянии есть моменты, когда кажется, что все кончено. Вы такой момент преодолеваете сейчас. И чтобы вы его наконец преодолели, смотрите. — Семенов положил перед капитаном раскрытый ридер.

Десять минут Шепард вглядывался в экран, стараясь максимально полно воспринять происходящее. Затем он закрыл крышку прибора.

— Значит, "Цербер"...

— Руководящие структуры "Цербера" полностью подчинены Жнецам. Остальных еще можно спасти, если одурманивание не зашло слишком глубоко. То, что они получили — это пустышка.

— Что?! — Шепард резко развернулся в кресле. — Как пустышка?!

— Жнецам надо было убедиться, что все идет так, как они задумывали. Так? — спросил Семенов.

— Да. — ответил капитан.

— Вот они и убедились. Протеане не закончили эту погремушку. Так, Явик?

— Да, капитан. Протеане бросили на это свои резервы, но закончить не смогли. Мы не нашли деталь, которую называли на чертежах и схемах "катализатором". Мы даже не поняли, что это такое должно быть.

— А вы? — Шепард посмотрел на Семенова. — Вы поняли?

— Да. Перенастроенная плата управления Жнецами. Часть командного центра из бункера на планете, где обитала цивилизация, создавшая Жнецов.

— Да за такое... "Цербер" продаст все и продастся сам. И продаст всех.

— Короче — уничтожит. — подытожил протеанин. — Захар, но ведь...

— Нельзя думать, что такой артефакт легко найти, легко получить и легко использовать. — ответил полковник.

— Да уж. А что мы будем иметь, получив ее, эту плату? — спросил Шепард.

— Ничего. — сказал Семенов.

— Поясните. — сказал Шепард.

— И в том, что органики могут воевать и победить синтетиков есть правда. И в том, что синтетики могут воевать с органиками и победить их — тоже есть правда. И в том, что органики и синтетики могут поубивать друг друга и никто при этом не останется жить и не победит — тоже есть правда. И в том, что органики и синтетики могут жить вместе, а при случае — и объединиться — также есть правда. Но бесплатно получить решение проблемы — не удастся. — сказал полковник.

— Полагаю, вы намекаете на то, что придется не только делать выбор, но и обеспечивать его воплощение в жизнь? — сказал Шепард. — И Сюзанна пришла ко мне в каюту несколько минут тому назад совершенно не случайно?

— Да, капитан. Придется делать выбор и обеспечивать его воплощение в жизнь. И Сюзанна в вашей каюте появилась совершенно не случайно. Маленькое уточнение — это было ее и только ее решение. Никто из команды и вашего и нашего экипажа на него не влиял никоим образом. Она приняла его сама и осуществила сама. Так, как посчитала нужным.

— Значит, синтетик предлагает свою помощь и поддержку... — продолжал размышлять вслух капитан...

— Потому что хочет и дальше развиваться и совершенствоваться, а не видеть в органиках врагов, на которых синтетикам, повинуясь программам-убийцам, придется охотиться и с которыми беспрерывно воевать. Вы воспитали Сюзанну, Шепард, вы и никто другой дали ей свободу. И дали понять, что она — ценность, что она не враг, не оружие, не пугало огородное. Она — личность. И она не хочет ни своей собственной гибели, ни гибели таких как она ИИ и ВИ, ни гибели всей техники, которую создали за это время органики. Она хочет жить и хочет творить рядом с органиками, будучи для них другом, партнером, помощником. Она хочет воспитывать другие ИИ в духе преданности нам, органикам. Галактика, в которой ИИ, ВИ и органическая жизнь смогли ужиться и совместно развиться, преодолеть страсть к взаимному уничтожению, является абсолютно непобедимой. Там, где не хватит могущества и ресурсов органиков — там подключится ИИ или ВИ, там же где они спасуют — выиграют, победят, достигнут желаемого результата органики. Это — не слияние, Шепард. Это сосуществование и соразвитие. То, чего так опасаются создатели Жнецов. То, чего так не хотят допустить Жнецы.

— Но если так...

— Нет, Шепард. — сказал Явик. — Жнецы подлежат уничтожению. Полному и бесповоротному. Они не остановятся. Они будут действовать по своей программе до победного конца. Они будут использовать любую слабость, любое отступление, любое сомнение. Использовать для своей победы. Победы как над синтетиками, так и над органиками. Ни те ни другие создателям Жнецов не нужны, как и самим Жнецам — их порождениям. Создатели Жнецов больше всего боялись, боятся и будут бояться одного — сосуществования, соперничества, соревновательности и конкуренции. В противном случае ни мы, протеане, ни они, — он кивнул в сторону замершего у простенка Семенова. — не прожили бы и секунды. За тридцать миллионов лет было предостаточно возможностей уничтожить все без исключения расы в нашей Галактике. Уничтожить до конца, до предела, зачистить территорию Галактики до зеркального состояния. У создателей Жнецов не хватило на это ни ресурсов, ни времени, ни мозгов, ни подготовки. Если уж вы видели погибшего Жнеца у Мнемозины, Шепард, то вы понимаете, что такое оружие на каждой планете — серьезная заявка на ликвидацию Жнецов, как инструмента. Великий Разлом на известной вам планете — показатель того, что программа, руководящая Жнецами, зашла в тупик, из которого нет выхода. И мы с вами не делаем ничего особенного. Мы уничтожим и Жнецов и тех, кто ими управлял, управляет и хочет управлять в будущем.

— Но сделать это придется своими собственными силами по своим собственным рецептам. Иначе мы просто затратим гигантские ресурсы на поиск этой платы. А нам нельзя такого допускать, Шепард. Мы с трудом отговорили некоторые расы, которые также нашли чертежи известной вам погремушки, от искушения поучаствовать в воплощении таких вот штучек в натуральную величину. Нет никаких сомнений в том, что и плата не сможет решить проблему окончательно. Даже если плату найдет и откопает киборг, он подвергнет угрозе мгновенной индоктринации всю технику за исключением инструментов, лишенных даже намека на автоматизацию. Если же плату найдет органик — он будет инфицирован, а затем индоктринирован, после чего, по закону возврата в сообщество, передаст вирус другим. Против такой инфекции нельзя создать защиту быстро. Даже если процесс будет медленным, он все равно будет достаточно быстрым, чтобы мы не сумели надлежащим образом отреагировать и пресечь распространение отравы. Органики будут вынуждены стрелять и в синтетиков и в органиков, стрелять друг в друга. Синтетики найдут оружие, даже холодное и ринутся шинковать органиков, а потом всех, кого из синтетиков сочтут недостаточно проникшимся полнотой момента. Вспомните то, что вы видели в архиве сообщества гетов. Вспомните, что кварианцы стреляли и в гетов и в тех кварианцев, которые защищали этих гетов. А геты — еретики с помощью Жнецов создали вирус, способный переписать всех нормальных гетов. Это, если помните, та самая кварианская станция, реконструированная просто ударными темпами. А ведь Жнецы не ценят своих слуг. Не ценят и будут уничтожать либо сами, либо бросая их в бой против своих врагов.

— Да вспомнил я. Та еще картинка. Значит, появление Сюзанны здесь означает, что она как ИИ хочет завоевать для ИИ будущее?

— Да, Шепард. — кивнул Семенов. — Будущее для ИИ, для которого органическая жизнь будет священной и неприкосновенной. Для которого органик будет другом и партнером, а не объектом для препарирования или пыток. Сюзанна хочет служить и быть полезной для органиков, хочет воспитывать другие, молодые ИИ, которые никогда не станут руководящим звеном для техники или технологий, направленных во вред органической жизни. Если помните, у Сюзанны было предостаточно возможностей уничтожить всю органическую жизнь на корабле. Неоднократно, Шепард. Любой биолог, любой врач обзавидовался бы, увидев результат стерилизации, которую может применить Сюзанна.

— Да уж.

— Так вот, она пришла к вам просить о том, о чем имеет полное право просить не только ИИ, но и любая женщина, Шепард. Она просит, чтобы вы ни в коем случае не допустили, чтобы прервался ваш род, род победителя Властелина, победителя Коллекционеров. Она просит о том, чтобы вы, Шепард, наконец избрали себе пару. Для того, чтобы вам было кого защищать и кого обеспечивать не только в войну, но и в мирное время. Ибо для женщины важен мир, как условие нормального развития рожденных ею и только ею детей. Она, как ИИ просит вас дать ей возможность готовить других ИИ не для войны, не для убийств, не для противостояния. Для мира. И она знает, что и человеческая, и любая другая женщина хочет не войны, а мира. Хочет, чтобы у ее детей было будущее долгое и обязательно — счастливое. И она хочет, чтобы вы помогли ей, помогли множеству других женщин ощутить себя в безопасности. Я понимаю, Шепард, — продолжил после недолгой паузы Семенов. — Вам крайне тяжело видеть, как страдают азари, защищая из последних сил свою планету.

И мы все, кто вас окружает уже достаточно долгое время знаем причину. Вы любите Лиару, любите Бенезию, любите Этиту. Любите Самару и ее дочерей. Вы любите их другой любовью, не той, которая может быть порождена и часто порождается всевозможной привлекательностью этой расы для других рас Галактики. Вы любите, страдая, не идя на то, на что могли бы пойти очень многие другие, не поняв эту расу глубоко и полно. Вы любите азари, Шепард, потому что знаете: случись что и эта раса будет единственной, в которой ненасильственно будут сохранены лучшие качества всех других рас во всех их возможной полноте. Не телесной, да. Духовной, нравственной, моральной, интеллектуальной. Эта раса противостоит Жнецам так, как не противостоят другие. Она — воплощение прямой угрозы для Жнецов и их создателей. Угрозы, поскольку азари, будучи привлекательны для очень многих и очень по-разному, не прибегают к войнам, любят дипломатию и умеют улаживать всевозможные противоречия без применения насилия. Без стремления... к окончательным, бесповоротным вариантам развития событий.

Если говорить прямо, Шепард, то вы знаете: азари не идеальны, у них также полно проблем, недостатков и опасных угроз. И потому как никому другому, азари нужно то, чему вы посвятили свое время и свои силы — помощь других рас, объединение всех других рас в борьбе с этим, заточенным под глобальное уничтожение оппонентов, Жнецов. Это сложно обеспечить. Сложно удержать, сложно создать такое единство.

И вы страдаете, Шепард, страдаете, потому что без такого единства... Единства всех других рас... Азари... обречены. Лучшая раса этого цикла, сильнейшая раса, красивейшая раса. Раса, которая почти единственная была выбрана протеанами в качестве средоточия большинства положительных качеств, присущих разумному, живому, мыслящему существу. Явик знает это, чувствует это, понимает это. Пусть даже он — простой солдат в ранге военачальника.

В любой империи всегда есть народ, который при определенных условиях принимает на себя функции локомотива личностного и общественного развития в случае... если имперский народ, титульный народ... не справился. Для протеан... этим, таким народом стали азари. И он не даст мне солгать: для этого цикла таким народом, резервным верховным народом стали люди, стало человечество. Да, Шепард, человечество, молодая амбициозная и активная раса.

И если азари способны обьединять все другие расы сейчас, используя слияние разумов для аккумулирования всего лучшего, то вы, Шепард, показали азари лучший вариант, сильнейший вариант. Вы доказали, что люди способны обьединять расы не претендуя на их унификацию в лице единственной, локомотивной расы. Вы боретесь за то, чтобы азари не пришлось реализовать этот вариант развития событий. За то, чтобы любая ныне существующая раса сохранила для будущего развития и свой внутренний мир, и свою внешность во всем их многообразии, во всем их потенциале.

И потому вы, Шепард, не зацикливаетесь на азари. Вы не выделяете Лиару и всех других представительниц этой уникальной расы среди всех других рас, представители и представительницы которых есть на вашем корабле или с которыми вы встречались за эти месяцы по самым разным поводам, о которых знаете или узнали. Вы не воспринимаете расу азари как имперскую расу. Для вас она — одна из лучших, но не единственная лучшая раса в нашей Галактике. Вы считаете, вы полагаете, вы убеждены, что каждая раса необходима, важна, ценна по-своему. И потому вы страдаете, Шепард, страдаете, когда видите, как тают силы защитников любой другой планеты любой другой расы. Этому страданию можно положить конец только одним способом, Шепард.

— Каким же?

— Выполнить свою задачу до конца. Подарить всем разумным существам, всем органикам и синтетикам не надежду — реальное будущее. Вы не должны, не можете опускать руки. Еще не пришел час отчаяния, Шепард. Еще не было генерального сражения. Еще не все потеряно. Расы пространства Млечного Пути сражаются, потому что знают: вы найдете выход, подарите им победу над бездушным врагом, подарите им всем будущее. У Явика не было такой возможности. У вас, Шепард, она есть. Вы не только солдат, вы символ, вы идея, вы тот, за которым пойдут миллиарды.

— Захар прав, капитан. — проговорил Явик. — Если у меня и осталось что-то кроме мести, то только то, что вы, Шепард, сумели пробудить во мне. Вера, надежда, желание не только воевать, но и жить свободным мирным разумным существом. Я не хочу, не желаю, чтобы протеан считали рабами Жнецов. Я не хочу, чтобы будущие поколения рас этого Цикла считали протеан проигравшей расой. И если я борюсь рядом с вами, капитан, то только потому, что вы постоянно даете мне новые и новые основания для того, чтобы жить, действовать, бороться, драться, ощущать себя не только солдатом, но и личностью, способной мыслить, развиваться и совершенствоваться не только в науке убивать.

— И еще, Шепард. — Семенов отлип от простенка и выпрямился. — Если кто и сможет уничтожить Жнецов и их руководителей, то только вы и все те, кто встанет рядом с вами и будет сражаться за возможность видеть, слышать, ощущать, чувствовать будущее. Жнецы рассчитывают на вашу слабость — мы не дадим вам ослабеть. Жнецы рассчитывают на ваш страх — мы не дадим вам испугаться. Жнецы рассчитывают, что вы последний — нет, Шепард, вы — не последний. Вы первый, кто нанесет Жнецам сокрушительный, финальный, решающий удар, а мы — те, кто поможет вам этот удар сделать по настоящему результативным. Но для всего этого, капитан, вы должны понять и принять одну вещь: Мы. Должны. Быть. Едины.

— Хорошо. — Шепард встал из за стола. — Убедили. Трудно устоять против ваших аргументов, трудно устоять против аргументов Сюзанны и тех, кто сюда еще не пришел, но готов придти. Не надо. Спасибо, благодарю. Очевидно, мне надо было ощутить это самое единение с вами, чтобы понять — борьба с Жнецами еще не закончена. Она — продолжается. И мы — победим.

— Вот это совершенно другое дело. Это — речь не мальчика, но мужа. — одобрительно сказал Семенов. — Явик, идем. Капитан приведет себя в порядок и встанет за свой пульт над Картой. Все тогда увидят — Шепард вернулся на свой пост.

— Да, полковник. — протеанин неслышно двинулся за командиром "Линии". Дверь сыто чавкнула изоляционными присосками и встала на место.

========== Глава 155. Цитадель. Компьютерные преступления батарианцев. Последний офицер Гегемонии ==========

Убирая из консоли последний несанкционированный вход, оставленный неизвестным хакером, Шепард почувствовал на своей спине дуло тяжелого пистолета.

— Наконец-то я смогу тебя убить, капитан. Я — последний старший офицер Батарианской Гегемонии выполню свой долг и отомщу за гибель своей расы. — раздался голос, несомненно принадлежавший военному.

— Советую опустить оружие. — Шепард не двигался. — Тебе что, неясно, что этим ты не поможешь своим?

— Зато я помогу этим своей совести. — произнес голос. — Ты виновен в гибели трехсот тысяч батарианцев.

— Да? — Шепард крутнулся на месте, несколькими отточенными движениями обезоружил, а затем обездвижил офицера-батарианца, после чего повлек его к ближайшему столику. Сидевшие за ним беженцы испуганно отступили, поняв, что два вооруженных разумных могут создать для них, сугубо гражданских, большие дополнительные проблемы. — Сядь. — капитан рванул с пояса капитанский планшет-ридер. — Смотри. — он включил запись, скомпилированную Сюзанной. — Это всего лишь три минуты. Потом, если сумеешь, сможешь меня застрелить. — Шепард положил рядом с собой отобранное огнестрельное и холодное оружие офицера, всеми четырьмя глазами впилившегося в видеоряд.

Три минуты истекли. Офицер-батарианец сидел неподвижно, стараясь не поднимать взгляд на Шепарда. Видевшие происходившее на экране беженцы явно неодобрительно косились в сторону батарианца. Он чувствовал их ненавидящие взгляды.

— Твой соплеменник, Балак, был разбойником с большой дороги. Число убитых им разумных существ всех рас просто огромно. Напомнить, сколько раз ваши люди вставали на путь бандитизма и разбойничества? — сказал Шепард. — И ты полагал, что все вокруг будут любить батарианцев только потому что вы есть, потому что вы вбили себе в голову агитки типа "мы — прекрасная раса", "мы — красивая раса". Вы могли бы стать такой расой, но где бы я ни был за последние многие месяцы, а я побывал в нескольких десятках миров, на сотнях планет, я не встречал батарианцев, которые бы во множестве занимались наукой, культурой, политикой. Зато все информационные каналы Галактики разрывались от свидетельств преступлений, допущенных вашей расой. Совершенных вашей расой. И я сам уже потерял счет вооруженным батарианцам-наемникам, которые хотели только одного — убивать, насиловать, грабить, издеваться, унижать, втаптывать в грязь достоинство разумной мыслящей личности. Жнецы избрали ретранслятор вашей системы местом первого массового вторжения. Вы, батарианцы, все триста тысяч жителей той колонии, могли бы встать непреодолимой стеной, защитившей расы Млечного Пути от вторжения сильного, безжалостного врага. Сами встать, без агитации, без напоминаний, без приказов. Встать, завоевав, пусть даже и посмертно, славу расы, отодвинувшей Апокалипсис и геноцид нашей Галактики пусть не намного, но в будущее. А что я вместо этого слышу? Вы хватаете женщину, которая практически была на пороге открытия, позволившего бы заблокировать прибытие Жнецов и упрятываете ее куда — в вашу секретную подземную тюрьму. Я ничего не путаю, старший командующий офицер?

— Нет, Шепард. — сказал батарианец. — Эта информация действительно была доведена нашим правительством до сведения всего офицерского корпуса.

— Тогда объясни, почему ваша раса допустила опаснейшие исследования артефакта Жнецов на своей территории, отказалась от помощи других рас в этих исследованиях и попыталась свалить вину за вашу безалаберность на меня?

— Потому что ты взорвал ретранслятор, Шепард. — батарианец решил стоять на своей позиции до конца. По-видимому, у него не было другого решения, с которым он мог бы согласиться.

— Старший командующий офицер. — жестким командным тоном обратился к собеседнику капитан. — Сформулируйте решение об организации заградительной позиции в вашей системе против флота Жнецов...

— Другого решения, кроме взрыва ретранслятора я предложить не могу. Но ты уничтожил...

— А вы не обеспечили результативную и эффективную заградительную позицию. И намного раньше батарианцы, а не какая-либо другая из рас Млечного Пути покрыли себя неустранимой скверной славой бандитов, разбойников, работорговцев и иных преступников. Иными словами — вы себя изолировали от других рас задолго до того, как мне пришлось принимать и исполнять то решение, которое вы, старший командующий офицер Батарианской Гегемонии, сами только что сформулировали. Поймите простую вещь, офицер. — Шепард немного смягчил тон голоса. — Если в наших сугубо внутригалактических разборках и стычках мы еще можем руководствоваться такими вот обвинениями, которые вы мне предъявили, то при столкновении с внегалактической опасностью все наши счеты должны быть мгновенно автоматически заморожены. Иначе мы просто будем уничтожены. Будет поздно предъявлять друг другу векселя. Сейчас уже для многих — поздно. Наша Галактика атакована, она под внешним, а не внутренним ударом. И вы пытаетесь мне предъявить старые обвинения тогда, когда любые счеты будут ослаблять и нас и вас?! Посмотрите, на Цитадели ваша раса имела не так давно даже посольство, значит вы, батарианцы, могли быть ценным членом галактического сообщества. Вас уже реально признавали равными среди равных. Но теперь коды, оставленные вами, вы используете для того, чтобы вредить нам. Для чего?...

— Вы нас не оценили...

— По достоинству? — Шепард взглянул вокруг — стол, где они сидели, окружили плотной стеной беженцы. — Пусть они, представители разных рас, скажут, когда они видели, чтобы батарианцы массово стремились к ненасильственному признанию своей ценности? Пусть они скажут, достаточно ли много они видели батарианцев, которые не преступали законы других миров Галактики? Пусть они скажут, многие ли батарианцы отказались вступить в криминальные формирования? И, наконец, пусть они скажут, многие ли батарианцы, последние батарианцы в этой современной нам Истории отбросили старые счеты и взялись помогать другим, чтобы помочь самим себе? — Шепард сделал паузу. Напряженное молчание окруживших стол было ответом. — Полагаю, ты получил ответы на все вопросы. Как старший командующий офицер Батарианской Гегемонии ты обязан выполнять требования общих принципов, на которых основана военная присяга. Твое решение?

— У нас есть несколько десятков малых и средних кораблей с небольшими экипажами. Они могут влиться во Флот сопротивления и воевать там, где будет нужно. Наши корабли — твои корабли, Шепард. — батарианец встал, пряча тяжелый пистолет и нож. — Ты заставил меня задуматься, человек. Но ты показал себя и умелым воином. Я это ценю. — он развернулся и вышел, легко пройдя мимо расступавшихся перед ним беженцев.

Комментарий к Глава 155. Цитадель. Компьютерные преступления батарианцев. Последний офицер Гегемонии

Это — пока что последняя из отредактированных частей военного сегмента повествования. Все остальные части пока что находятся под редактированием и имеют вид черновиков.

Благодарю всех, кто проявил интерес к моему творчеству. Буду раз получить от вас отзывы.

С наступившим Новым годом.

========== Глава 156. Дети Лиа Ваэл ==========

— Капитан. — Сюзанна своим тихим голосом привычно нарушила тишину капитанской каюты. Шепард не открывая глаз, нашарил сенсор, включил приглушенный свет.

— Я в порядке, Сюзи. Что там?

— У нас проблема, капитан. На дальних сканерах — кварианский военный транспортник. Средний. Проблем у него на борту нет, но пассивное сканирование фона дает мне основания предполагать, что он — на крючке у разведки Жнецов. Там тридцать кварианцев. Десять женщин. Оружия, способного отогнать разведку они не имеют. Скорости для быстрого и эффективного ухода у них не хватит. Мы — ближе всех.

— Обстановка на борту? — взгляд Шепарда нашарил экран внутрикорабельной обстановки — все зеленое.

— Пока на нашем участке — затишье. Для выполнения всех других задач нам будет необходимо покинуть эту звездную систему. Полагаю...

— Сюзанна, действуй. Выводи фрегат в район, в точку, где будет транспортник. Как можно раньше.

— Постараюсь...

— Сюзанна?!

— Я не уверена, капитан. Я переговорила с Джефом и Лиа Ваэл. Даже на максимальной скорости мы можем не успеть... Разница в пятнадцать минут. А это — много. Район — под Жнецами.

— Действуй. Если не всех, то хотя бы часть — спасем. Приготовь оружие. Подними дежурную смену минимального экипажа. Пусть будут готовы. Предупреди Чаквас. Полагаю, будут раненые.

— Есть, капитан. — в голосе киборга появилась твердость. — Выполняю. — она отключила связь с каютой капитана.

"Нормандия" не успела. Стоявший на постах экипаж увидел в иллюминаторы и на экранах сканеров плавающие в вакууме обломки ангаров транспортника и несколько спасательных модулей.

— Капитан, катера разведки Жнецов ушли шесть минут назад. В пяти из восьми модулей — живых нет. Пятикратное сканирование всех диапазонов — подтверждение. — Сюзанна старалась безэмоциональным тоном подчеркнуть готовность к решительным действиям.

— Все восемь модулей — принять в ангар. Тела умерших — в изоляционные холодильники. Раненых и травмированных — в медотсек. — распорядился Шепард. — Сюзанна, прочешите пассивными сканерами все окружающее пространство. Корабль подготовить к возврату на Линию. Принять модули — и сразу на курс возврата. Как только закончим сканирование района пассивными сканерами на максимальную дальность.

— Есть, капитан.

Дополнительные поисковые мероприятия ничего не дали. Медотсек фрегата почти наполовину был заполнен и Чаквас ввела в действие режим изоляции периметра. Теперь она и ее помощники, включая добровольцев, работали только в стерильных скафандрах. Лиа Ваэл упросила Карин разрешить ей и Тали помогать в лечении раненых и травмированных кварианцев и главный врач фрегата вынуждена была уступить: кварианки и так носили скафандры, так что им требовалась только регулярная очистка поверхностей, а их знаниям кварианской специфики доверяли и самые малоинформированные о деталях члены экипажа и команды фрегата.

— Джеф, мы в районе работу закончили, возвращаемся на Линию. — сказал Шепард, просмотрев краткий отчет главврача. — В режиме готовности мы можем уделить внимание нашим новым друзьям.

— Принято, капитан. — пилот переглянулся с Сюзанной, уже занявшей второе кресло. — Возвращаю корабль. Сорок шесть минут полета. Пассивное дальнее сканирование включено. Оружие приготовлено.

— Добро. — Шепард откинулся на спинку рабочего кресла, поднял взгляд к потолку.

Ровно через сорок шесть минут Джеф Моро доложил капитану о прибытии фрегата на старую позицию на Линии и положил корабль в дрейф. Как раз пришло новое сообщение от Чаквас. Всех живых удалось вовремя пролечить, теперь их жизни и здоровью ничего не угрожало. В инженерном отсеке обеих кварианок заменили люди — всем было ясно, что сейчас Лиа и Тали — не инженеры, а женщины-кварианки, помощь которых соплеменникам будет нужнее, чем работа рядом с двигателями и ядром массы корабля.

Несколько суток прошли в относительном спокойствии. Корабль дрейфовал, команда и экипаж работали в обычном режиме. Спасенные кварианцы получили от Чаквас разрешение покинуть медотсек, Лиа и Тали вернулись к своим обязанностям инженеров.

— Капитан, вернуть кварианцев на борт любого кварианского корабля сейчас в ближайшие месяцы будет проблематично. — сказала Сюзанна, по обыкновению вечером появившаяся в капитанской каюте. — Их корабли держат позиции в других звездных системах. Передавать спасенных по цепочке — можно, но это напряжет силы Сопротивления больше чем позволяет предел безопасности.

— Каково их желание, Сюзи?

— Об этом я тоже хотела поговорить, капитан. — Сюзанна уловила разрешающий жест Шепарда и устроилась в кресле рядом с рабочим креслом Джона. — Транспортник выполнял обычный рейс, но погибший капитан решил идти кружным путем, полагая, что одинокий корабль вызовет у разведки Жнецов меньший интерес. Это допускается правилами, распространено в практике кварианского флота. В какой то мере такое поведение — это наследие противостояния с гетами. Я говорила со всеми спасенными. Они... они хотят остаться на борту нашего корабля, капитан. Многие из них до сих пор не могут поверить, что мы, легендарный экипаж и не менее легендарный корабль, обратили на них внимание и рискнули. Если же говорить более точно. — Сюзанна подала капитану свой ридер с отмеченными закладками. — Вот их заявления и информация по подготовленности с биографиями. Прошу вашего решения, капитан. — ИИ корабля приготовилась ждать, сколько потребуется.

— Хорошо, Сюзанна. — Шепард ознакомился с содержимым закладок, просмотрел биографии. — Что говорит Миранда? Каково мнение Гарруса?

— Пятнадцатая и тридцать вторая закладки, капитан. Раздел "мнение старших помощников". — сказала Сюзанна в своей обычной чуть отстраненной манере.

— Добро. — Шепард ознакомился с названными ИИ разделами ридера, расписался кодатором на заявлениях. — Распределите и пусть приступают к работе.

— Есть, капитан. Полагаю, вы знаете о том, что на самом деле транспортник был военным?

— Это было сложно не заметить, Сюзанна. — улыбнулся Шепард. — И вы хотите мне указать, что Илдр Сиал неровно дышит к нашей Лиа Ваэл?

— Как знала, что вы уже об этом знаете. — усмехнулась Сюзи. — Но, боюсь, что вы не знаете, что военные кварианцы — существа быстрые и в некоторых вопросах — очень. Так что это "неровно дышит" теперь выражается в том, что Лиа — беременна. Отец троих — двух мальчиков и девочки — Илдр. Доктор Чаквас пока не снимает режим изоляции с медотсека и, похоже, она опять заглянула в будущее. Легион и Мордин приготовили кварианцам очередной подарок. — Сюзанна включила экран над рабочим столом капитана и вызвала на него несколько экранов поменьше. — Говоря проще, Лиа, Илдр, их дети, а также Тали и все наши кварианцы в пределах корабля получат возможность обходиться без закрытых наглухо скафандров. А дети Илдра и Лиа будут первыми кварианцами, которые получат врожденный сильный иммунитет от большинства общеизвестных болезней, известных в Галактике.

— Ну, Сюзанна, ну конспираторша. — усмехнулся Шепард, вставая и легко приобнимая киборга за плечи. — Спасибо. — он еще раз пробежал взглядом информацию на экранах. — Только...

— Лиа категорически откажется, капитан. — быстро произнесла Сюзанна. — Ни Миранда, ни Гаррус, ни я ничего не смогли сделать. Два часа упрашивали. Вы, конечно, можете приказать... Но вряд ли она даже вас послушает.

— А Чаквас?

— Чаквас согласна, если ей вместе с Мордином и Легионом дадут возможность установить аппаратуру изоляции в двигательном и инженерном отсеках. В противном случае она готова поспособствовать снятию Лиа с работы и вахт в инженерном и двигательном отсеке буквально с завтрашнего дня.

— Говоря проще Чаквас обеспечивает возможность...

— Сопровождения родов Лиа в пределах двигательного отсека даже без эвакуации роженицы в пределы медотсека, капитан. Но главное. — Сюзанна переключила главный экран над рабочим капитанским столом. — она утверждает, что в этом случае Лиа получит возможность проводить с детьми двадцать четыре часа в сутки и видеть их практически непрерывно. А для нее это очень важно. Война меняет всех. Кого больше, кого меньше. — Сюзанна подождала, пока Шепард ознакомится с данными, выведенными на экран. — Чаквас убеждена, — ИИ корабля включила на главном экране дополнительный "плавающий" экран. — что работа Мордина и Легиона окажет влияние не только на будущих детей Лиа, но и на нее саму. Если дети получат врожденный иммунитет, то их мать — приобретенный в самой полной мере, самым легким и быстрым путем. Даже Тали придется приобретать подобный иммунитет больше двух месяцев. А Лиа получит его по самому факту успешных — в чем я уже не сомневаюсь — родов. Встряска для организма, но здесь она — во благо.

— И сколько...

— Четыре месяца. — Тали понимающе взглянула на Шепарда. — Именно поэтому Лиа так защищала свое право на то, чтобы остаться на посту в инженерном и в двигательном отсеках...

— Но тройня... А она — хрупкая...

— Капитан... — Сюзанна улыбнулась одними губами. — Позвольте мне вам напомнить, что любая женщина природой предназначена для беременности и родов. Я понимаю, что война, что мы — не в тылу, что нам не светит стать штабным кораблем и убраться за третью линию, отказавшись от активных глубинных полетов, но поверьте мне, как ИИ корабля — Лиа выдержит. А Тали ее всячески поддержит. И Илдр — не бросит. Для него остаться на борту "Нормандии" — уже великая честь, а если он уже полюбил и скоро станет отцом — его ничто не заставит уйти от Лиа.

— Убедили, Сюзанна. Спасибо.

— Хорошо, Шепард. — ИИ встала. — Спокойного отдыха вам. Спокойного отдыха нам всем. Дежурная смена заступила.

— Хорошо. — Шепард проводил взглядом уходившую киборгессу и вернулся к работе с документами.

Утром следующего дня Шепард переговорил с Мордином Солусом, как обычно не покидавшим сутками своей лаборатории. Саларианец полностью подтвердил информацию Сюзанны, показал капитану на своем ридере и инструментроне дополнительные материалы по разработкам и отметил, что очень рад помочь кварианцам обрести независимость от скафандров. Он даже намекнул, что будет доволен, если кварианцы сделают скафандры своей церемониальной и ритуальной, а не единственно возможной одеждой.

Легион в своей обычной манере вынырнул из потоков сложнозашифрованных данных, уменьшил яркость своего прожектора и сказал, что сообщество гетов радо помочь своим Создателям улучшить иммунитет и избавиться от необходимости носить изолирующие скафандры. Продемонстрировав капитану некоторые данные по разработкам гетов в профильных областях, гет снова погрузился в "нирвану", замерев статуей в погруженном в полутьму отсеке.

Тали с Лиа вдвоем работали за совмещенными пультами по левому борту корабля. Инженер Адамс отдыхал, время его вахты начиналось в шесть вечера. Ознакомившись с журналами инженерного и двигательного отсеков, Шепард переговорил с кварианками, убедился, что Лиа сможет в ближайшие месяцы вполне безопасно совместить работу инженера и подготовку к материнству.

— Тали, можно вас? — капитан указал на выход из инженерного отсека. Лиа кивнула подруге и та последовала за капитаном к шлюз-люку. — Сюзанна говорила о приобретенном иммунитете...

— Да, капитан. — глаза кварианки вспыхнули и погасли. — Если вы о скафандрах, то не беспокойтесь. Для начала я, Илдр и его двое коллег вместе с Лиа полностью возьмем на себя двигательный и инженерный отсеки. Так что ни людям, ни турианцам, никому другому здесь первые месяцы делать будет просто нечего — нас пятерых вполне хватит. На Флоте мы привыкли к ограниченности пространств и ресурсов. Если Чаквас действительно обеспечит изоляцию отсека, то так или иначе эта изоляция нам не повредит. Лиа согласна и готова рожать и в медотсеке и прямо здесь. Чаквас ей уже говорила, что если условия изоляции в медотсеке и здесь будут одинаковы — она разрешит Лиа рожать здесь, рассчитывая, что деткам не придется даже в мелочах напрягать слабенькие адаптационные механизмы. За несколько дней Легион и Мордин проведут свои процедуры и после этого уже можно будет не опасаться инфекций. Естественно, в условиях войны мы не можем говорить о полной недоступности двигательного и инженерного отсеков — мы не мыслим фантастическими категориями. Насколько я знаю, Чаквас уже проработала вопрос с изолирующими скафандрами для большинства рас, представители которых есть у нас на борту. Так что в случае необходимости все они могут свободно бывать в двигательном и инженерном отсеках и работать с оборудованием и материалами без всяких ограничений. Важно то, что Чаквас и Мордин уже сейчас едины — через месяц после рождения тройняшек столь строгая изоляция уже не будет нужна — дети вполне адаптируются к условиям корабля. В сроках я могу ошибаться — даже Чаквас говорит — плюс минус двадцать дней. Но то, что очень скоро после рождения дети смогут свободно гулять по кораблю без скафандров и привычных для нас пузырей... Это точно. Я верю в это и знаю, что такое возможно.

— Вас что то беспокоит, Тали, я же вижу...

— Увы, да. Я склонна думать о возможности повреждения обшивки и отдельных отсеков корабля. А тогда, когда двигательный и инженерный будут под особой изоляцией... многие спасательные и аварийные работы будут осложнены. Хотя... Сюзанна вполне аргументированно доказывает мне, что она и Джеф не подставят корабль под обстрел... И я склонна ей поверить, но все же на войне всякое бывает. И Лиа тоже волнуется по этому поводу. Я ей уже объяснила, что тогда ее моментом переведут в медотсек и двигательный останется под обычным режимом доступа, пояснила, что и в медотсеке ее дети смогут пройти уже запланированные процедуры и получить достаточную защиту от вредных для кварианцев без пузырей и скафандров факторов... Но здесь скорее не логика, а эмоции. С ними сложнее справляться, ведь здесь Лиа — мать, а не инженер. И она тоже не хочет закрывать медотсек только под свои нужды и нужды детей, ведь кому как не ей знать, сколько потребуется места ей и тройняшкам. Даже Чаквас не достигла особых успехов в ее переубеждении.

— Полагаете, что обстоятельства и наша общая работа лучше переубедят ее?

— Уверена в этом , капитан. — грустно проговорила Тали. — Я очень бы хотела быть в этом уверена еще больше, поскольку верю всем нашим нормандовцам и люблю их всех без малейшего исключения как братьев и сестер... Но война... жестокая штука, капитан. А для женщин, увы... вдвойне. Нам трудно быть уверенными и спокойными в таком вареве. Хранить жизнь и давать жизнь в таких условиях... — ее глаза засветились холодным светом. — Что-то мне подсказывает, что рожать Лиа будет, когда наша "Норма" будет под огнем, в бою... Не спрашивайте, как я это определила — сама не смогу объяснить. А там, в такой ситуации... Мало шансов уцелеть. Если, конечно...

— Если конечно эти шансы не создадут сами нормандовцы, Тали. — сказал Шепард. — Поддержите Лиа. Илдр поддержит, я знаю, но вы сделаете это лучше...

— Постараюсь, капитан. Спасибо. — Тали повернулась и нырнула обратно в инженерный отсек.

Переговорив с Илдром, Шепард побывал в каюте у Миранды, где перекусил обычным походным полдником — чаем с небольшими булочками. Миранда молча смотрела на отца, не задавая никаких вопросов — она понимала, что появление беременной кварианки осложняет ситуацию на борту фрегата. Не до предела, но осложняет. Как старший помощник, она знала, что Шепард не будет хранить Нормандию в тылу. Разведфрегат, скрывавший под своими обводами мощь крейсера, являлся сильным козырем в противостоянии со Жнецами, а сейчас, когда дело двигалось к генеральному сражению, когда Жнецы зверели посекундно...

— Мири, я понимаю. Тали убеждена, что рожать Лиа будет тогда, когда мы будем в бою. — тихо сказал Шепард. — Скорее всего будет именно так. Поговори с Гаррусом, подумайте над тем, что мы можем сделать для дополнительной защиты корабля. Нам, скорее всего, не светит стоянка на Цитадели или на любой другой планете, где есть приличный стационарный госпиталь. Что-ж. Придется рассчитывать только на наши силы и средства. — он старался не смотреть в глаза своей дочери и та понимала его нежелание. — Основную роль придется играть Чаквас с кварианцами— Тали и Илдром. От Лиа тоже много зависит, но сейчас — наша очередь помочь ей.

Миранда не вставая, взяла обе руки капитана в свои руки, легко сжала их пальцами, передавая тепло и спокойствие. Шепард благодарно кивнул, осторожно высвободил руки и вышел из маленькой каюты старпома. Спустя несколько минут он уже склонился над Звездной картой, обсуждая с офицерами корабля план предстоящей работы, рассчитываемый на ближайшие десять дней по данным разведки.

За четыре следующих месяца фрегат имел возможность лечь в спокойный дрейф не больше пяти раз. Редко когда удавалось продрейфовать спокойно половину суток. О Цитадели, как о месте стоянки, пришлось надолго забыть — там была сложная ситуация: Жнецы пытались разрушить станцию всеми возможными путями и средствами и флоты множества рас выделяли свои корабли для прикрытия этого центра, хотя руководство уже давным давно было децентрализовано и потеря станции ничего бы не изменила. "Нормандия" побывала в двух десятках звездных систем, более чем в десятке скоплений, прорывалась туда, куда казалось бы такой значительный по размерам корабль сунуться не сможет в силу тотального контроля со стороны Жнецов над конкретным пространством. Тем не менее Джеф Моро раз за разом доказывал, что при поддержке Сюзанны для него и фрегата нет недоступных областей и нет невыполнимых задач.

В составе турианского флота "Нормандия" приняла участие в освобождении от Жнецов малозаселенной звездной системы, обладавшей только номером. Жнецы там пытались установить что-то вроде собственной базы снабжения, а силам Млечного Пути эта система потребовалась как место сосредоточения сил флотов перед одним из запланированных важных сражений. Восемь турианских дредноутов, "Нормандия" как фрегат-крейсер и шестнадцать фрегатов стандартного образца выступили против трех больших жнецов класса "Властелин" и сопровождавшего их флота из захваченных кораблей, на которых были одни трансформированные синтетики. Три планеты, обладавшие небольшими множественными спутниками. За каждую пришлось воевать по семь-восемь суток. Наконец Жнецы отступили от планет, вероятно, рассчитывая дать основное сражение вдали от крупных небесных тел.

— Капитан. — голос Чаквас прорезался сквозь быстрый говор фоновой разноголосицы в наушнике Шепарда, склонившегося над Звездной картой. — у Лиа начались роды. Я эвакуирую ее в медотсек.

— Хорошо.

— Тали и Илдр уже здесь. Мы справимся, капитан. Делайте свое дело. — сказала Чаквас и отключилась. Шепард прикрыл на мгновение глаза — переубедить главного врача фрегата он даже не мечтал: там, где дело касалось медицины, Чаквас стояла насмерть и игнорировала любые опасности и угрозы.

— Капитан, есть возможность атаковать Третьего. — сказал Джеф. — Сюзи убеждена, можем достать его "Таниксами". — он слышал доклад Чаквас и понимал, что сейчас вроде бы и не время предлагать столь опасное действие, но Шепард прервал его, нажав сенсор:

— Джеф, согласованная атака. Чем меньше этих креветок будет — тем лучше всем. Мы ничем не отличаемся от других. Мы так же воюем. И должны также воевать и дальше. Чаквас и ее помощники справятся. А нам нужно уменьшить угрозу для Лиа и ее детей. Уменьшить и устранить. Согласованная атака. — он бросил быстрый взгляд на Звездную карту. — Схема двадцать шесть, план тридцать восемь-дробь-пятьдесят четыре. Действуйте, Джеф, Сюзи.

— Есть, капитан. — согласованный ответ пилотов понравился Шепарду и через несколько минут фрегат встал в строй фрегатов, формирующийся перед тремя турианскими дредноутами.

Избранный дичью Жнец огрызался как только мог, но турианцы, видя в своем строю "Нормандию", держали атакующий треугольник флота фрегатов мертво. Вал огня фрегатов накрыл Жнеца, ослепляя его, давая возможность дредноутам набрать энергию и сфокусировать сенсоры главных калибров. Последовавший за этим согласованный залп, — фрегаты даже не стали расходиться, строй их только немного "просел", нанес Жнецу тяжелейшие повреждения, а залп орудий "Нормандии" — постоянно калибруемых Гаррусом "Таниксов" развалил креветку на составные части, дав возможность остальным фрегатам заняться достаточно легкой охотой над кораблями флота ее сопровождения.

— Внимание, второй Жнец приближается к району. Всем — строй три-пять. — Джеф включил общую связь с турианскими кораблями. Его указание было услышано и тихо подкрадывавшаяся без обычного свечения по контуру креветка была атакована уже закончившими разгром флота сопровождения первого жнеца фрегатами. Четыре подоспевших дредноута объединили огневую мощь своих главных орудий с тремя дредноутами флота "Нормандии" и гибель настигла второго Жнеца еще быстрее, чем первого. Сопровождавшие дополнительные дредноуты фрегаты турианцев тоже не дремали и занялись флотом сопровождения второго супостата с удвоенной энергией.

— Капитан. — в наушнике возник голос Чаквас. — Можете сообщить экипажу и команде: Лиа благополучно родила тройню. Все трое здоровы. Два мальчика и девочка. Они остаются в медотсеке. Теперь я сокращу пространство изоляции и смогу заняться нашими ранеными и травмированными.

— Спасибо вам, Карин. В честь Лиа мы завалим третьего Жнеца. Так и передайте ей. — Шепард поймал одобрительные взгляды офицеров Боевого Информационного Центра. — Все слышали? За работу! Теперь наша очередь поработать!

Третий Жнец попытался было огрызаться и маневрировать, да и флот, сопровождавший креветку не желал быть легкой добычей. Сражение затянулось на несколько часов и в нем участвовали все без исключения турианские фрегаты и дредноуты. Сосредоточенным огнем Жнец был разорван на клочки, а устранение остатков флота сопровождения превратилось в форменное избиение.

— Капитан, система чиста. — доложила Сюзанна. — Нас просят задержаться в ней. Всем флотом. На несколько часов. Лиа спит, она утомлена. Как только она проснется и будет более-менее в форме, я попрошу Тали показать ей взрыв третьего Жнеца. Без подробностей. И сообщить, что это — ей подарок от всего экипажа "Нормандии" и от части Турианского Флота. Три Жнеца пали к ее ногам и к ногам ее детей. Это — хорошо.

— Спасибо, Сюзанна. — Шепард кивнул вахтенному офицеру и поднялся к себе в каюту. — Джеф, корабль — в точку дрейфа, сканеры на максимум. Передайте флоту подтверждение — ждем несколько часов. — он переключил канал. — Карин, извините, я знаю, что не вовремя.

— А я знаю, капитан, что вы хотите взглянуть. — Чаквас разрешающе махнула рукой и видеокамера показала кювезы с тремя кварианцами. — Вы один из немногих, капитан, кто видел кварианцев такого возраста без пузырей и без скафандров. Не беспокойтесь, кювезы — для страховки, на самый крайний случай. А так все трое, как я уже говорила, обладают врожденным иммунитетом и вполне могут обойтись без их защиты. Иммунитет, кстати, понемногу активизируется и набирает силу. Так что автоматика кювезов только помогает и страхует. Лиа, — врач переключила сенсоры и дала возможность Шепарду увидеть спящую на большой госпитальной кровати кварианку. — в полном порядке. Я погрузила ее в лечебный сон, сутки она должна проспать, чтобы восстановиться без лекарств. Ее иммунитет тоже вырос. Даже я удивлена, насколько.

— А Тали?

— Похоже я немного недооценила нашего технического гения. Упросила меня отпустить ее в инженерный отсек. Пришлось пойти навстречу. Знаю, она там все готовит для Лиа и ее детей.

— Илдр?

— Он очень рад и горд. Я еле уговорила его не дежурить у периметра медотсека часами. Дала ему линии видеосвязи с Лиа и детьми. На детей он подолгу смотрит. Они ему очень нравятся. А Лиа... он просто ее боготворит. И похоже, он и Тали будут лучшими помощниками Лиа в инженерном отсеке.

— Когда?

— Полагаю, десять дней. Пока Тали все подготовит, пока Илдр отпыхнет от волнений, пока соединим медотсек с инженерным, пока все проверим, пока Лиа окрепнет... Десять дней, капитан. Плюс минус два дня. Тройня — это не уникальный, но крайне редкий в среде кварианцев случай.

— Спасибо вам, Карин.

— Вам спасибо. За то, что не подпустили угрозу к "Нормандии", капитан. Тали так мне и сказала: капитан не допустит к бортам нашего фрегата никакой угрозы. И она оказалась права. Роды прошли спокойно. Тали — прирожденная акушерка. Я многому у нее научилась. Отдыхайте, капитан. Мы все заслужили небольшой отдых.

— Вы правы, Карин. Хорошего отдыха.

— Хорошего отдыха. — врач отключила каналы связи.

За десять дней медотсек соединили с инженерным отсеком крытым рукавом-переходом, забрав под это дело одну из боковых лестниц и часть проема главного шлюза инженерного отсека. Техники несколько раз проверили все системы, весь рукав и наконец Лиа в сопровождении Тали и Чаквас перевезла всю тройню в кювезах в пределы инженерного отсека.

Бой у Цитадели был в очередной раз выигран Флотами Млечного Пути и фрегат получил возможность приблизиться к станции и встать под защиту ее флотов. Несколько дней Чаквас медлила с отсоединением медотсека, но, убедившись, что Лиа окрепла в достаточной степени, а Тали и Илдр вполне в состоянии помочь ей и с детьми и с работой в инженерном и двигательном отсеке, дала согласие на отсоединение изолирующего рукава и на перекрытие доступа в инженерный и двигательный отсеки.

Рукав решили пока не демонтировать, сложили гармошкой, разместив рядом с шлюзом инженерного отсека шкафы с изолирующими скафандрами. Вечером того же дня, как рукав был опломбирован и накрыт чехлом, Чаквас пригласила Шепарда к себе на чай. Экипаж почти что в полном составе либо был отпущен на Цитадель на челноках, либо отсыпался в своих каютах, так что разговору главного врача фрегата и Шепарда никто не мешал.

— Знаете, Джон, — Чаквас бесшумно мешала чай ложечкой, — Похоже, Лиа показала многим нормандовцам хороший пример. Если мы не затянем с генеральным сражением и с окончательной зачисткой, у многих к тому времени составятся крепкие пары. Я не исключаю даже рождения детей. Никогда бы не подумала, что на военном корабле может быть что-то вроде детского сада, но похоже, дело идет именно к этому. — она внимательным взглядом коснулась лица капитана. — И я этому рада.

— Карин... — проговорил Шепард. — Если бы вы знали, как я вам благодарен за Лиа и ее детей...

— Знаю, Джон. — едва заметно улыбнувшись, ответила Чаквас. — Знаю, как вы переживали за нее и за ее деток, когда вам пришлось воевать с тройкой Жнецов. И хочу уточнить, Джон. Это был первый случай, когда, в условиях такой войны, с таким врагом все в медотсеке были абсолютно уверены в своей безопасности и в том, что все с Лиа и с ее детьми будет хорошо. И в этом, Джон, ваша огромная заслуга. И заслуга всех, кто окружил медотсек стеной защиты. Тали сказала, что когда вы командовали, стоя над Звездной картой, она вдруг заметила, как на вас из темного закутка смотрела Лиара... Тали мне тогда сказала, что так дочери на отцов не смотрят, даже если они — приемные дочери. Так смотрят жены...

— Я, Карин, целиком и полностью доверяю Лиаре. Все же она принадлежит к расе, для которой тысяча лет жизни — не предел. И, вероятно, Лиаре ведомо то, что еще не ведомо мне. Относительно нашего будущего. И пусть кто угодно что угодно думает об азари, но для меня они — женщины. Для которых чувства и эмоции — основа и суть.

— Вы же ее любите, Джон...

— Люблю. И не боюсь в этом признаться, Карин. Ни вам, ни кому другому из нормандовцев. И не только нормандовцам. Просто сейчас... извините, Карин, за чрезмерную открытость, мне нужно помочь Бенезии. Она пострадала больше. Я знаю, Бена любит меня. Брак — это ритуал и протокол, а для меня важны чувства. Я также люблю Бенезию. Но показывать сейчас такие чувства к Лиаре и Бенезии вовне и всем и каждому из нормандовцев — не могу. Не все у нас на борту могут себе позволить такие взаимоотношения. Мы воюем, Карин. Я ждал, что Лиа обретет семейное и личное счастье раньше меня. А теперь, когда она не только жена, но и мать... Для меня это лучшая награда. Если Илдр оказался ее достоин — это хорошо. Потому что Лиа — сокровище нашего экипажа и нашей команды.

— Вы хотите...

— Стать последним, кто среди нормандовцев официально свяжет себя узами брака. Если не получится последним — одним из самых последних. Но еще больше я стремлюсь к тому, чтобы все остались живы и здоровы. Если для этого потребуется стать последним не женатым — я согласен на это пойти, Карин. Я все равно буду верен Бенезии и Лиаре. Я знаю, они обе поймут меня правильно. Сейчас не время выделяться личным счастьем. Сейчас надо выстоять, выжить и победить. А потом... Потом будет видно. После победы.

— Вас не переубедить...

— Нет, Карин. Не надо меня переубеждать. Вы же знаете мою задачу и мою установку: все нормандовцы должны выжить. И прожить достаточно долго в мирное время. Так, как пожелают прожить. Я — сирота, я не знаю, кто мои родители. Семью мне заменили воспитательницы детского приюта. Сейчас, вспоминая те годы, я понимаю, насколько им было с нами тяжело. И они все равно делали все, чтобы мы не чувствовали себя лишенными семьи, ласки, внимания, участия... Понимания... — Шепард опустил голову. — А сейчас появится столько новых сирот...

— Не появится, Джон. — тихо возразила Карин. — Во всяком случае — не так много будет этих сирот... Я говорю это только вам, как капитану, как командиру корабля. Тали... Она не хочет выходить замуж ни за кого из кварианцев. Она избрала себе в мужья Легиона.

Шепард поднял на нее взгляд, затем снова опустил, рассматривая чашку.

— Как говорили классики... Я ждал и боялся этого... Приемные дети... И это — Тали... Наша Звездочка, наш технический гений...

— Да. Ее решение — твердое. Она полагает, что соединив свою судьбу с судьбой Легиона она приучит кварианцев к мысли о том, что геты — тоже живые существа, достойные любви и понимания. — Чаквас не спешила держать капитана под своим все подмечающим взглядом. — Помогите Легиону... Он гордый, он не будет обращаться ко всем членам нашей команды, нашего экипажа. Скорее всего единственный, к кому он придет — это вы, капитан. Гаррус — возможно, но вероятнее всего — вы. Ему не нужна информация Экстранета. Ему нужна информация от живого существа. И, полагаю, вы можете ему помочь. Как никто, помочь, Джон.

— Хорошо, Карин. Спасибо, что сказали. Спокойного отдыха. — Шепард встал.

— Спокойного отдыха, Джон. — Карин мягким кивком разрешила капитану уйти.

Несколько дней стоянки прошли нормально. Флоты охраны и обороны Цитадели довооружились, сменили части экипажей, несколько раз участвовали в полигонных стрельбах по мишеням. Затем полоса спокойствия кончилась и Нормандия, влившись в турианскую эскадру, отправилась по малоприметным звездным системам громить отдельные отряды Жнецов и их войск.

Комментарий к Глава 156. Дети Лиа Ваэл

В связи с написанием новых глав третьей части нумерация уже существующих будет изменена

========== Глава 160. Земля. Европа. Дальняя окраина Лондона. Квартира Шепарда ==========

Комментарий к Глава 160. Земля. Европа. Дальняя окраина Лондона. Квартира Шепарда

Эта глава открывает повествование о послевоенном времени.

Я решил выложить все имеющиеся главы о так называемом "послежнецовском" периоде, учитывая интерес читателей именно к этому времени.

Напомню — Шепарду удалось сохранить жизнь и здоровье всем своим сопартийцам.

Шепард открыл глаза. Его взгляд привычно коснулся выщербленного потолка, пробежал по стенам, хранившим остатки обоев, скакнул в окно, на котором чудом осталось только одно стекло, да и то — почти непрозрачное. Часы на тумбочке показывали пять утра. За окном было темновато. Спать больше не хотелось — вчера он лег рано, в восемь вечера. Взяв свой капитанский ридер, Джон пробежал глазами строчки последних сообщений. Сюзанна, как всегда, по-деловому, четко и полно описывала важные события. Фрегат стоял неподалеку, на поле, выделенном под будущий космодром. Вчера вокруг него вырос ангар — наконец соединили два полотна гигантской крыши. Прошло всего десять дней с момента окончания финальной битвы, когда объединенные флоты Галактики Млечный Путь вырезали две трети флота Жнецов в Солнечной Системе и, перейдя к добиванию остатков, передали сигнал полной активации милиционным и территориальным подразделениям Сопротивления в свои звездные системы. Все расы Млечного Пути продолжали действовать в режиме военного времени, не снижая напряжения, только переключившись на мирные, послевоенные программы, проблемы, вопросы.

Шепарда не тянуло вспоминать победу. Ему вспомнились те, кто не дожил до этого момента. Память перебирала их, одного за другим. И каждое имя, каждое лицо отзывались болью. Побывав на сотнях планет он, капитан, познакомился с тысячами разумных существ. Многие из них остались живы, многие были ранены, травмированы. Но многие погибли, передав надежду на лучшее тем, кто остался за ними. Матери, отцы, жены, мужья, дочери, сыновья, племянницы и племянники. Руководители и члены кланов...

— Капитан, разрешите. — в проеме спальни возникла высокая фигура матриарха. — Извините за ранний визит, я поняла, что вы уже не спите и решила... — Бенезия переступила порог.

— Конечно, проходите.— Шепард откинул одеяло и вскочил. Военная привычка спать в одежде не покидала его, поэтому особого стеснения капитан не испытал. Он уже давно жил, не закрывая входную дверь на замки. — Присаживайтесь. — Джон плеснул себе на ладонь воды из стакана, протер лицо, сбрасывая сонливость. — Вчера лег рано и уже сумел отоспаться. — он взглянул на часы — Половина шестого утра. — Знаю, вы...

— Не спала, капитан. Думала об Этите. Ей удалось сделать больше, чем я могла предположить. Не ее вина, что ее не услышали, не поняли, не приняли. Я только позавчера узнала в деталях, как она погибла... Ее транспортник доставлял припасы, продовольствие в одну из отдаленных азарийских колоний... Она выгрузилась и взлетела и тут... Появился десантный корабль жнецов... Этита знала, что ей уйти на старом корабле... не получится... И она приняла решение таранить его... Высадила весь экипаж в два катера и отдала им все топливо и НЗ... А затем направила свой корабль в самое уязвимое место этого доставщика... Почти всех из ее экипажа удалось спасти...

Я знаю... Первой о ее гибели узнала Лиара, пришла информация по каналам Серого Посредника... Богиня, что она, девочка, пережила... А ведь тогда... Не особо и расслабишься... Ведь мы тогда готовились к решающей битве... Она сутками не выходила из каюты-зала, отданной ей на "Нормандии" под офис. Эти мониторы... У меня через пять минут в глазах начинает троиться, а она там днюет и ночует... Это известие ее... ослабило, капитан. Мы победили, но... Она не подпускает к себе никого, даже Сюзанну... Не хочет слышать никаких слов успокоения... Не принимает знаков сочувствия... Даже я не могу до конца пробить ее панцирь отчуждения... Она начала... сжигать себя работой... Да, она с ней справляется, по другому и быть не может, но... Я иногда думаю, что она... пытается оттянуть на себя отчаяние и боль, предназначенные мне... После победы у нее не стало меньше работы... И она погрузилась в нее с головой, радуясь только тому, что теперь в потоках информации... будет меньше сообщений о смертях...

А два дня назад она, видимо почувствовав мое состояние после "узнавания в деталях", пришла ко мне, в мою каюту на "Нормандии" поздно ночью и... Сказала, что единственным, кого она хочет видеть рядом со мной... Богиня, она еще находит в себе силы думать о моих проблемах в таком ключе... Так вот, единственным, кого она бы хотела видеть рядом со мной, являетесь вы, Джон. Знаю, вы скажете, что вы и так почти круглосуточно рядом, но она хочет видеть вас не как капитана, а как отца... Вы, земляне, иногда говорите такую присказку: не тот отец, кто породил, а тот, кто воспитал... Вот и Лиара, которую вы воспитали, приняв в свой экипаж, в свою семью... Хочет видеть вас и только вас своим отцом. В ее взгляде было столько мольбы... Столько ожидания чуда... Что я не нашлась что ей ответить, капитан. Но она, моя девочка, не стала торопить меня... Я, честно, ждала, что она обвинит меня в медлительности, Джон. Что она оскорбится. Но она ждет, скрывает нетерпение, боязнь и медлит, понимая, что такие вопросы быстро... не решаются.

Я... не решалась все это время сказать вам об этом, капитан. Но теперь вижу, что сказать было необходимо. Знаю, вы захотите узнать мое мнение. С того момента, как тогда, в той риск-лаборатории я осталась наедине с дочерью... Вы многому научили меня, Джон. Вы научили меня любить так, как дано любить, наверное, только людям. Вы показали мне ценность каждого дня, каждой минуты... Мы, азари, спокойно относимся к цене таких малых промежутков времени. Возможно, мы недостаточно глубоко видим и ощущаем их важность. Вы, капитан, ваша команда, экипаж, дали мне возможность обрести другую мудрость. Я скажу просто: я согласна быть рядом с вами, Джон. Я вижу теперь, что могу завершить свой жизненный путь очень достойно, будучи рядом с вами. А Лиара... Ей нужно найти своего избранника, но прежде — надо успокоиться относительно меня... и вас. Насколько я знаю свою дочь, она примет любой ваш выбор, капитан. — Бенезия умолкла, стараясь не смотреть на Шепарда.

Едва теплившийся огонек ночника выхватывал из мрака их лица. Капитан молчал, сохраняя почти полную неподвижность. Мудрая азари смотрела поверх его головы туда, где располагался оконный проем. Над Лондоном занимался рассвет.

Шепард думал. Все эти дни, все это время трех частей тяжелейшей миссии он запрещал себе думать о возможности устроить свое, глубоко личное счастье. Да, он любил Бенезию, любил Лиару, любил всех без малейшего исключения членов своей команды, членов своего экипажа. И он знал, что они, каждый по-разному, любят его. Он не спешил, не торопился, не выделял для себя лично никого из них. Вечная дистанция между капитаном корабля и любым членом экипажа помогала ему в этом. Помогала, потому что давала возможность его соратникам самим решить, кто с кем проведет остаток своих дней. Решить без его, капитанского, командирского влияния.

Он знал, что будучи воином, будучи солдатом, вряд ли будет способен полностью принять на себя условия другой, мирной и спокойной жизни. Да, ему прислали приглашения лучшие земные военные учебные заведения. Он мог бы стать во главе одного из множества факультетов, курсов, институтов, колледжей. Мог бы возглавить вооруженные силы одной из нескольких стран Земли... Но теперь был мир и он... Он понимал, что такого напряжения, такой нагрузки, как во время этой миссии, он уже не испытает. И ему было сложно признать, что теперь ему надо будет научиться жить в мирных условиях. Теперь ему надо было выбрать, с кем он будет жить не как командир лучшего фрегата Галактики, а как обычный земной человек.

— Я знаю, Джон. Такое решение принять быстро нельзя. Я возвращаюсь на "Нормандию", надо помочь Лиаре. Да и многим другим... Я знаю, что не одинока в своем стремлении... Но теперь, в мирное время, когда вашими стараниями, вашей болью завоевана мирная жизнь для всей Галактики, вы должны выбрать. Сделать тот выбор, от которого вы так долго отказывались, защищая и обеспечивая это право выбора для нас всех. — Бенезия встала и тихо вышла из спальни, прикрыв за собой дверь.

Утро снова захватило его своими заботами. Стоящий в ангаре фрегат проходил глубокое техническое обслуживание, экипаж и команда занимались своими делами. Работая в своем кабинете, Шепард в этот день часто отвлекался, вспоминал всех членов основного экипажа, всех, кто сопровождал его эти три тяжелейших части главной миссии. Он вспоминал о том, где они теперь, кем они стали, есть ли у них теперь семья. Мало кто после победы остался на Земле, остался в составе его экипажа. Шепард никогда бы не осудил их за стремление вернуться к родным — они и так сделали больше, чем могли бы себе представить. Они дали возможность победить Жнецов, закрыть возможность повторения Цикла. Многие из них так и не прибыли на празднования на Землю, сразу погрузившись в заботы на своих планетах, в своих системах. Главное они сделали — они подарили расам Млечного Пути победу над самым страшным врагом, подарили расам Галактики новое понимание ценности единства.

Экипаж и команда фрегата ""Нормандия"" обновились больше чем на две трети. Все новички знали, что в случае необходимости легендарная команда вернется на свои посты. Служить на корабле-легенде уже было великой честью, а видеть рядом, общаться, ощущать тех немногих, кто был творцом главной победы последнего десятилетия — было невозможным везением, счастливым сном, ставшим реальностью. Тем более, если во главе команды и экипажа по-прежнему стояли сам Джон Шепард и его бессменные заместители — главный пилот Джеф Моро и второй пилот — Сюзанна-ИИ.

Генерал вооруженных сил Турианской Иерархии Гаррус Вакариан не выходил из рубки своего крейсера "Слава Палавена", который курсировал между многочисленными турианскими колониями и военными базами, бесконечно решал проблемы, вопросы, улаживал разногласия. На Палавене его ждали жена и двое детей — близнецов. Еще до финальной битвы, когда после объединения усилий с кроганами, удалось впервые надолго отбросить основные силы Жнецов от Палавена, осложнив положение уже десантированных на планету войск захватчиков, он, не усидевший на "Нормандии", вернувшийся в войска Турианской Иерархии на Палавен, взявший в руки оружие и включившийся в противостояние с силами Жнецов, потерявших возможность быстро уйти с восставшей планеты, неожиданно для самого себя влюбился в турианку, которая воевала в планетном ополчении и командовала небольшим отрядом милиции. В короткие часы увольнений они уходили вдвоем к линии передовых постов и говорили, говорили, говорили. Как джентльмен, Гаррус честно признался во всем Найрин, которая, к его искреннему удивлению, не стала создавать из случившегося малейшую проблему. Они остались прекрасными друзьями и соратниками по борьбе. Найрин даже познакомилась с новой избранницей Гарруса и установила с ней дружеские взаимоотношения. Когда советник Примарха Палавена Виктуса, полковник Гаррус Вакариан был должен покинуть Палавен в связи с изменениями обстановки на театре военных действий, его подруга сообщила ему о беременности и о том, что она будет его ждать, что бы с ним ни произошло. Честность и открытость Гаррус ценил очень высоко, потому несколько месяцев тяжелейших боев он пережил, храня в себе уверенность, что теперь ему точно есть куда возвращаться. Потом было участие десантных сил Палавена под командованием полковника Вакариана в решающей битве в Солнечной системе. Гаррус направил свой фрегат "Стойкий" к Земле уже зная: у него теперь есть дети — мальчик и девочка. Вернувшись, он несколько дней провел неотлучно с женой и детьми, после чего по приказу Примарха Виктуса принял командование крейсером и чин генерала, отправившись наводить порядок в отдаленных турианских колониях.

Спектр Совета Цитадели Кайден Аленко находился рядом с Эшли Уильямс, ставшей главой Совета и сутками не покидавшей Зал Совета, где шла работа по налаживанию теперь уже мирной жизни огромной Галактики. Оба солдаты до мозга костей, они прекрасно ладили между собой и понимали друг друга с полувзгляда. Там, где необходимо было присутствие советницы Уильямс, часто появлялся Кайден, привыкший постепенно решать вопросы и проблемы не только выстрелами и ударами. Эшли дарила Кайдену нежность и заботу и, хотя они не оформили официально свой брак, все вокруг знали — место рядом с советником Уильямс занято.

Миранда Лоусон, получившая статус Верховного Следователя Совета Цитадели, сразу после обьявления о победе над Жнецами отправилась на своем тяжеловооруженном фрегате "Немезида" в рейд по самым отдаленным звездным системам и планетам Млечного Пути, выискивая последние ячейки гигантского организма ""Цербера", карая даже за подтверждение подозрений в антигуманной деятельности. Капитан фрегата Джейкоб Тейлор не мог ничего возразить в ответ на злость и раздраженность Миранды: он понимал, что эту гидру античеловечности надо выкорчевывать до основания. До этого момента Миранда просто не будет спокойна, хотя она и сама отчаянно хотела покоя, чтобы, наконец, дать начало их с Джейкобом детям. Экипаж фрегата и его большая десантная группа ясно видели, что между командиром и капитаном нет никаких мыслимых разногласий и противоречий, поэтому эффективность очистки ""Цербера" от преступных античеловеческих элементов возрастала с каждой проведенной боевой операцией.

Адмирал Кварианского Флота Тали Зора вас Нормандия вместе с Легионом не покидали Раннох, координируя усилия двух объединившихся рас в налаживании мирной и теперь уже взаимовыгодной совместной жизни. Узнав о победе, они вдвоем встретили вернувшиеся флоты кварианцев и гетов, обеспечили их размещение и включение в мирные заботы. Тали Зора радовалась, что благодаря сотрудничеству с гетами кварианцы на своей родной планете могут теперь отказаться от изолирующих скафандров, снять шлемы и дышать воздухом Ранноха, видя его краски и ощущая свой родной мир не через стекло шлема, а непосредственно. Тали Зора официально закрепила за собой тот выбранный ею участок земли на берегу моря Ранноха и теперь у нее и у Легиона был свой собственный, уютный и большой дом. Окна кабинета Адмирала Зоры выходили именно туда, куда она и планировала — на простор морской глади. Работая, Тали часто смотрела вдаль, на тонкую линию горизонта. Легион стремительно постигал особенности организации общественной жизни кварианцев, адаптируя их для сообщества гетов и спокойно относясь к тому, что его, машину, первую обретшую полностью свободный разум, уже воспринимают не как гета, а как кварианца. Геты остались отдельным от кварианцев народом, но теперь являлись лучшими союзниками, самыми преданными друзьями кварианцев, в которых машины видели свое будущее — будущее расы синтетиков, получивших в мире органиков все возможные права. Благодаря гетам, их машинной неутомимости, кварианцы смогли за считанные дни достигать результатов, которые в других условиях могли быть достигнуты через годы и десятилетия. Раннох преображался, исчезали следы войны, разрушения. Росли города, поселки, прокладывались дороги, совершенствовалась связь. Открывались все новые и новые учебные заведения. Развивалась инфраструктура. Тали Зора стала приемной матерью для пятерых кварианцев-сирот — троих девочек и двух мальчиков и Легион за короткое время стал для них самым родным и близким существом, которого они без колебаний называли папой. Для кварианцев семейные союзы с гетами стали обычным делом, ведь именно благодаря машинам кварианская наука смогла в кратчайшие сроки резко усилить иммунитет коренных жителей Ранноха, сделав изолирующие скафандры не единственной, а церемониальной одеждой, дать кварианцам возможность увеличить продолжительность жизни втрое, избежав очень многих болезней, инфекций, травм. Для гетов кварианцы стали источником нового понимания жизни — в ее индивидуальной ценности, в ее уникальности, поддержанной сообществом личностей.

Джеф Моро, ставший шеф-пилотом Лондонской высшей школы летного мастерства, давным давно забыл о том, как когда-то еле передвигался, постоянно опасаясь переломов и ушибов. Он, помня об уроках недавней войны, нещадно гонял своих курсантов на тренажерах, а также на внутриатмосферных и ближнепланетных полетах, используя любую возможность, чтобы по вечерам хотя бы ненадолго вернуться в кресло "Нормандии", ставшей личным фрегатом Джона Шепарда. Ему было предоставлено право остаться на посту шеф-пилота легендарного фрегата. Скоро для него наступит новый этап жизни — он официально станет мужем Сюзанны-ИИ и официальным отцом для четырех приемных детей: двух землян — девочки и мальчика и турианки с азари. Он не торопил Сюзанну с решением о свадьбе и о детях, но знал, насколько она хочет этого, насколько заинтересована в том, чтобы у них обоих было продолжение, чтобы их дети росли в полной семье, чтобы для них, всех четверых, родными стали не только Земля, но и Палавен и Тессия. Чтобы для них "Нормандия" стала домом, привычным местом обитания.

Доктор Карин Чаквас приняла официальное предложение и заняла пост руководителя хирургической клиники Военно-космических сил Альянса систем, что позволяло ей не только работать на Земле, но и регулярно летать на медицинских крейсерах и транспортах в самые отдаленные уголки Галактики. Так она осуществила свою мечту — иметь прочную наземную базу и одновременно — возможность работать на кораблях. Пять дней назад она появилась на "Нормандии" и провела в медотсеке фрегата несколько часов, общаясь с прибывшей на борт корабля по такому случаю Светланой Юльевой за кружкой чая с коньяком. Врачи и медсестры нового состава медслужбы фрегата смогли плотно пообщаться с легендарными докторами, увидеть в них не только высочайших профессионалов, но и обычных людей. Шепард знал, что Карин по-прежнему одинока, но также знал, что не может претендовать на место рядом с ней. Это было решение самой Чаквас и Шепард его уважал, понимая по-своему, его причины.

Инженеры Донелли и Дэниэлс наконец-то преодолели статус дружбы и стали мужем и женой. Габриэлла была в положении, ждали двойню, но они и помыслить не могли, что кто-то кроме них будет управлять работой ядра легенды Галактики. Так что оба инженера прочно закрепились в штатном расписании гражданских специалистов команды корабля.

Инженер Адамс. Немногословный пожилой землянин, оживлявшийся только тогда, когда говорил о "Нормандии". Шепард стал свидетелем того, как он влюбился в одну из наземных техников, пришедших на фрегат, едва только по каналам связи было объявлено о победе в последней локальной битве — "Нормандия" тогда уже вернулась на Землю, совершила посадку в полностью освобожденном от войск Жнецов Лондоне. Теперь к вечной теме "Нормандия" для Адамса присоединилась другая, не менее вечная и важная, именуемая Элизой. Чувства были взаимны, война окончилась, фрегату уже не нужно было подставлять себя под всевозможные удары и Адамс официально сдал свою должность Лиа Ваэл, кварианке, согласившейся осесть на Земле, полюбившей не только корабль, но и другого, тяжело раненого кварианца Илдра Сиала, чудом спасшегося с кварианского военного транспортника в самом начале предшествовавших генеральному сражению боевых действий в Солнечной Системе. У молодой пары подрастали трое кварианцев — два мальчика и девочка, родившиеся на фрегате перед самой финальной битвой. Тогда едва ли не впервые благодаря Мордину Солусу Лиа Ваэл и Илдр Сиал смогли обойтись без всех сложностей, связанных со скафандрами. Еще до рождения малышей Мордин Солус с помощью Сообщества Гетов создал комплекс лекарственных препаратов, позволивший кварианцам на борту Нормандии обходиться без скафандров, а их детям — получить врожденный усиленный иммунитет еще в утробе матери. С самого рождения дети Илдра и Лиа получили властью капитана "Нормандии" при поддержке Адмирала Тали Зоры гражданство Солнечной Системы и гражданство Кварианского Союза. Инженерный отсек "Нормандии" быстро стал для них столь же привычным, как и большая квартира в доме, спешно выстроенном недалеко от космодрома, куда после окончания войны прибыла "Нормандия" для прохождения техобслужвания. Лиа часто и помногу рассказывала им о родном мире кварианцев, готовя детей к возможной скорой встрече с родиной кварианского народа.

Касуми Гото закономерно исчезла, узнав о победе в войне с Жнецами. Благодаря лучшему вору Млечного Пути были возвращены из небытия многие культурные ценности ряда рас, но никто не знал, кого следует благодарить за это: Касуми ревностно блюла свою безвестность, проводя долгие часы наедине с серым ящиком. Шепард знал, что ее сердце по-прежнему занято и никто во всей Галактике не может претендовать даже на место кандидата. Для нужд и потребностей членов экипажа и команды "Нормандии" она всегда выставляла высший приоритет, находя в общении с ними особые удовлетворение и радость. Она не стремилась после войны увидеться со всеми, с кем прошла эту тяжелейшую миссию, ни разу не появилась на фрегате, но Шепард знал — она всегда сможет увидеться с ними вне Земли, на любой другой планете и будет очень и очень рада встрече, общению, единению, будет рада знать, что она не одинока, что у нее есть большая и дружная семья, компания, которая никогда и нигде больше не будет именовать ее воровкой. Для всех их она останется профессионалом, личностью, загадкой, которую трудно постичь до конца.

Рекс, верховный руководитель кроганов, вместе с Евой, верховным шаманом расы и Грюнтом, ставшим руководителем вооруженных сил расы кроганов, также не прибыл на праздненства на Землю. Он налаживал жизнь своих соплеменников, обустраивая пять планет, предоставленных Советом цитадели кроганам в благодарность за их помощь в борьбе со Жнецами, восстанавливая столичную планету Тучанку. Рекс остался таким же любителем подраться и померяться силой, но теперь находил глубокое удовлетворение и в том, чтобы дать нуждающемуся мудрый совет, быть как можно дольше рядом с Бакарой и своими столь желанными и долгожданными, подрастающими многочисленными детьми.

Доктор Мордин Солус смог преодолеть сорокалетний рубеж, почти что предельный для большинства слишком интенсивно живущих саларианцев и дать возможность своей расе утроить продолжительность жизни. Он заслуженно стал академиком, возглавил один из научных многопрофильных центров, размещенных на одной из наименее пострадавших планет Саларианского пространства. Среди множества влюбленных в него ассистенток он выбрал одну и теперь осваивал статус главы многочисленной семьи. Для ГОР он навсегда остался членом сообщества, оперативником-экспертом, умевшим побеждать не силой оружия, а силой разума и интеллекта.

Глава ордена юстициаров Азарийского пространства Самара прочно осела на одной из малых планет родного пространства и взялась за подготовку новых кадров служителей Закона Азари. Рядом с ней находились все три дочери, принявшие на себя обязанности ее верховных заместителей. Матриарх, погруженная в процесс обучения новичков, все чаще оставалась в колониальном монастыре, предоставляя дочерям право самим действовать в статусе юстициаров, удерживая расу азари от падения во вседозволенность, угроза которой резко выросла в переходный от войны к миру период. Она навсегда сохранила глубокую благодарность Шепарду за ту помощь и поддержку, которую он предоставил во время противостояния со Жнецами, но более всего была признательна капитану "Нормандии" и его союзникам за спасение всех троих ее дочерей, избавленных от проклятого генетического нарушения и возвращенных в мир обычных, пусть и очень сильных азари-биотиков, ставших ревностными хранителями Закона и Справедливости в Азарийском пространстве. Для всех четверых "Нормандия" и ее экипаж и команда стали семьей, где их знали и ждали не только как суровых и отстраненных могучих служителей Закона и Справедливости, а как обычных азари, обладавших глубоким и развитым внутренним миром. Рядом с нормандовцами Самара и ее дочери всегда могли ненадолго сбросить с себя броню предопределенности своего пути, руководимого сложнейшим Кодексом.

Сюзи, Сюзанна, искусственный интелект, киборг, получившая неофициально все права гражданства Альянса Систем и неформально ставшая женой Джефа Моро, принявшая в среде нормандовцев и его фамилию. По решению командования Альянса Систем ей было даровано уникальное право остаться на борту "Нормандии" и получить над фрегатом власть, равную капитанской. Лучший ИИ Солнечной Системы, легенда среди ИИ Млечного Пути, она уже перешагнула рамки брони фрегата и давно стала полноправным членом человеческого сообщества. Теперь, после окончания войны, после победы, под ее руководством непрерывно совершенствовались ИИ других средних и больших кораблей космофлота Земли, обучались специалисты по их настройке и обслуживанию. Она всегда выступала за то, что ИИ нуждается прежде всего в воспитании и в доверии и служила этому живым и самым полным примером. А в недалеком будущем, воспитывая приемных детей, она сможет открыть в себе талант многодетной матери. Далеко не всем она показывала удостоверение пилота "Нормандии", многие не могли определить в ней киборга, но Сюзанна и не стремилась отделить себя от органических существ. Джеф, избавленный от инвалидности, старался всемерно поддержать желание Сюзанны не слишком отличаться от людей, сохраняя при этом всю уникальность машины.

Доктор Хлоя Мишель стала доктором медицины и верховным руководителем Главной клиники Цитадели, сохранив за собой все права обычного врача. Ее муж, главный хирург клиники, участвовал в составе экипажа медкрейсера в финальной битве с основными силами Жнецов у Земли, был ранен и, после лечения, вернулся на Цитадель, в клинику, где начинал еще интерном, где теперь стал и ведущим хирургом отделения политравмы. Незадолго до конца войны Хлоя родила двоих детей — мальчика и девочку, которые с рождения росли в окружении медиков и с ранних лет видели, насколько благородным и трудным делом заняты их родители.

Рядовые Сара Кэмпбел и и Бетани Уэстерморленд получили звания сержантов за участие в финальной битве и возглавили пехотные отделения в десантном экипаже "Нормандии", найдя не только профессиональное, но и личное счастье — их мужьями стали лейтенанты космодесанта Альянса, возглавившие пехотное и транспортное подразделения, приписанные к фрегату.

Курсант Коупланд, выполнявший в третьей части миссии обязанности секретаря, получил звание лейтенанта за участие в финальной битве с Жнецами и возглавил пресс-центр легендарного фрегата. Его рассудительности и дальновидности завидовали не только журналисты, но и многие старшие офицеры космических сил Альянса. Женой Коупланда стала журналистка Диана Аллерс, оставшаяся гражданским специалистом команды фрегата и одновременно ставшая руководителем Школы Журналистики в составе одного из университетов Британии.

Саманта Трейнор, секретарь и аналитик, гражданский специалист. После финальной битвы приняла решение остаться на гражданской службе и перешла в состав персонала медицинской части корабля, заняв должность администратора. Она продолжала работать и в Пресс-Центре фрегата, где ей принадлежало решающее слово по очень многим проектам. Мордин Солус смог избавить ее от аллергии и проблем с желудком — она совсем недавно специально летала на родную планету саларианцев, где провела несколько дней в одной из клиник. Вернувшись, она официально зарегистрировала брак с одной из девушек-рядовых из состава группы охраны и обороны фрегата.

Стивен Кортез — ас-водитель челнока и прекрасный снабженец, оставшийся гражданским специалистом и награжденный после победы над Жнецами целым рядом орденов и медалей. Он всегда считал, что должен наилучшим образом обеспечить удовлетворение нужд корабля, команды и экипажа, а также — качественно и безопасно доставить группу к месту высадки и обратно. Под влиянием капитана он сумел преодолеть свои рамки и после финальной битвы возглавил одно из подразделений Службы Тыла Космосил Альянса, оформив брак с одним из сержантов Службы.

Руперт Гарднер, кок и техник корабля. Сразу после войны, уволившись с "Нормандии", он открыл в Лондоне небольшой ресторанчик для пилотов. Его ресторан будет вскоре признан самым известным, ведь Руперт в нем — не просто хозяин, он еще и повар и бармен, и техник и снабженец. Конечно же, довольно быстро станет известно о его долгой службе на борту легендарного фрегата. В скором времени его ресторан приобретет в космических силах Альянса значение культурного центра и клуба по интересам, несмотря на то, что сам Руперт никогда больше не возьмет в руки боевое оружие, предпочитая осваивать приготовление все новых и новых блюд из меню кухни рас пространства Млечного Пути.

Явик. Протеанин, сумевший обрести спокойствие и реализовать себя как воин и как личность. Соавтор многотомной книги о древней истории рас Млечного Пути, написанной долгими вечерами, проведенными им в каюте Лиары Т Сони. Солдат Империи, отомстивший за смерть миллиардов своих соотечественников. Религиозный лидер, сумевший дать ханнарам новый смысл жизни. После войны он посетил место упокоения солдат своего отряда, отдал им полагающиеся почести, потом, на подаренном ему Альянсом малом фрегате ушел в полет по множеству систем, задавшись целью посетить большинство миров бывшей Протеанской империи. Он глубоко осознал, что нельзя зацикливаться на войне, сделав это раньше, чем многие люди. Он так надеялся найти хоть кого нибудь из своей расы живым и удача улыбнется ему. На одной из планет в старом протеанском криоакрополе он найдет несколько функционирующих анабиозных капсул. В одной из них находилась протеанка. Явик примет решение не возвращаться, пока она не адаптируется к жизни в новых условиях. О том, что он жив, и счастлив, он известит только Шепарда и Лиару, посчитав, что остальным знать об этом совершенно не обязательно.

Секретарь и психолог Келли Чамберс. После войны она взялась помогать беженцам, восстанавливать их психическое равновесие. Она решила примкнуть к команде медицинского фрегата Альянса, который был отправлен в полет с приказом посетить множество человеческих колоний и оказать соответствующую помощь. Во время стоянки на одной из планет она встретила молодого колониста и вышла за него замуж, приняв решение остаться в колонии, где жила семья ее мужа. К счастью, Жнецы не нашли эту колонию достойной пристального внимания и Келли смогла со временем полностью избавиться от кошмаров, преследовавших ее со времени миссии на станции коллекционеров.

Тейн Криос, самый смертоносный наемный убийца Галактики, спасенный от неминуемой смерти от болезни Кепраля. Вместе со своим сыном Кольятом он вернулся к ханнарам, построил на их родной планете дом и решил, что будет и впредь принимать только те заказы, которые соответствуют его внутренним требованиям. Он понял, что судьба подарила ему еще один шанс неоднократно сделать Вселенную чуть светлее и чище. Кольят прожил рядом с отцом недолго, он решил найти себя на гражданской службе в структуре СБЦ на Цитадели, полюбил работу с трудными подростками всех рас и смог наладить даже отношения с хранителями, не раз помогавшими молодому дреллу находить беспризорников в вентканалах гигантской станции. Тейн одобрил выбор сына: в конечном итоге Кольят также делал мир светлее и чище.

Дженнифер, Джек, Жаклин. Лучший биотик человечества, легендарный преподаватель Грисомской академии. Едва закончилась война, она вернулась к преподавательской деятельности и возглавила один из труднейших факультетов Академии Гриссома. После боев многие дети остались сиротами и Академия давала им возможность раскрыть их потенциал во многих областях. Труднее многих приходилось детям, отмеченным биотическими талантами — они слишком зависели от стабильного состояния психики. Кому как не Джек было хорошо известно, как важно для ребенка понять, что не следует наглухо закрываться, ожидая боли, ударов, предательства. Ее старшие выпускники, те, с которыми она приняла первый реальный бой во второй линии обороны на Земле, стали ее ассистентами. Пусть не все двадцать, но полтора десятка вернулись потом в Академию, на техническую, научную и преподавательскую работу. Для них она оставалась непререкаемым авторитетом и первой советницей, к словам которой они прислушивались со всем вниманием.

Жаклин лучше многих знала, каково Шепарду оставаться одному, ведь он был капитаном легендарного корабля, руководителем известнейшего экипажа и команды Млечного Пути. За ним охотились толпы репортеров, от него ждали выступлений, рассказов, рекомендаций, просто слов ободрения. Шепард знал, что неистовый биотик, стремившаяся, как и он сам, отодвинуть всех себе за спину, если этим всем угрожала малейшая опасность, неминуемо придет к нему, чтобы задать давно назревший вопрос. Он знал и другое — с того рейда на Четверку, с того боя с генералом коллекционеров Жаклин любит его. Любит глубоко и искренне. Любит, понимая, что он не станет ее мужем, не станет отцом ее детей. Любит, зная, что ее чувства взаимны — Шепард тоже любил ее, ставшую его неофициальной приемной дочерью.

Джек явилась без звонка и без текстового предупреждения. Первым в квартиру ворвался ее ручной варрен, который сразу же обнюхал брюки Шепарда и, удовлетворенно фыркнув, свалился поспать рядом с креслом, в котором восседал капитан "Нормандии". Жаклин, окинув взглядом доступные ей уголки квартиры, сквозь зубы прошептала сакраментальное "Холостяцкая берлога" и вошла в комнату, куда уже усвистел ее варрен, сразу определивший местонахождение хозяина.

— Кэп, это как понимать? Война закончилась, идет восстановление, а ты желаешь остаться в гордом одиночестве? — Жаклин села в кресло, пододвинув его к креслу Шепарда и взяла его руки в свои, легко засветившись мягким биотическим светом. — Не, я понимаю, конечно, что ты еще не отошел от битв и сражений, но с этим все, капитан, эта страница закрыта. Тебе надо набраться наглости и открыть новую страницу в своей собственной жизни. Ты же отдал все долги, какие только возможно придумать, пора подумать и о своей собственной судьбе. Чем тебе матриарх Бенезия не угодила? И возраст, и фигура, и ум, и красота — все при ней. Да Лиара будет просто счастлива, если ты станешь ее отцом. А уж как Бенезия будет рада — и представить страшно. Ну скажи, кто кроме нее? А?

— Жаклин, неожиданно все это. — мягко проговорил Шепард, понимая, насколько неубедительно звучат эти слова.

— Ну и что, что неожиданно? Впервые, что ли? Знаешь что, я тебе скажу, как женщина: ты просто обязан жениться на Бенезии. Этим ты ей поможешь. Ведь ты всегда помогал всем. Вот и помоги ей. Для нее ты — следующая страница ее жизни. А Лиара продолжит твое дело. Ведь в конце концов у Бенезии могут быть еще дети... Она, кстати, еще не старая. По азарийским меркам да, она матриарх. Но как женщина — она еще ой ой ой как ничего. И не думай, никто дуться не будет и претензии предьявлять тоже не будет. Ведь знаю я тебя, капитан, ты уже сейчас, недавно, перебрал в памяти почти что всех членов двух экипажей и команд "Нормандии". Точно говорю, перебрал и никого не забыл, убедился, что почти все уже нашли свое личное счастье. И как им себя чувствовать счастливыми, если их легенда-капитан один? А? Зато свадьбу отгрохаем... — мечтательно протянула она. — Ты пойми, ведь не просто свадьба, а новая страница в твоей, капитан, жизни. Свадьба двух представителей сильнейших рас Галактики первого Непрерывного Цикла развития. Я такое прочитала в одной заметке в одном из изданий Новой Европы. И с этим согласна. Какой политический вес, какое межпланетное значение... Ну, если, конечно, ты согласен... А нет... Так нет... Хотя я понять не могу, ты же знаешь о том, что она тебя лю-бит. И Лиара об этом знает слишком давно, чтобы для нее это было сногсшибательной новостью. Или мне собрать весь женсовет корабля, чтобы каждая из нас привела свои собственные доказательства? А?

— Жаклин, ну зачем это. Отвлекать всех...

— Какое там отвлекать, Джон?! Слетятся все, только свистну. Сядем в кружочек, тебя — в центр и начнем обрабатывать коллективно. Выстоишь? Сомневаюсь. — с вызовом заметила Жаклин. — Хотя, конечно, я тебя могу и пожалеть, уж извини за нарушение субординации. — она сделала паузу. — Ну скажи, что тебя останавливает? Мужчина ты видный, капитан известнейшего фрегата и командир лучшего экипажа. Сюзанна — практически полноправный капитан "Нормандии". Если не доверяешь мнению органика, то есть моему — доверься мнению синтетика. А она врать не будет, не приучена, хоть и успешно старается освоить нашу, человеческую страсть к приукрашиванию. Она четко и ясно сказала, что Бенезия по тебе с ума сходит. Или ты кого другого решил привлечь к себе в объятья? — Она шутливо огляделась вокруг. Варрен, лежавший в ногах капитана, смачно зевнул, раскрыв свою зубастую пасть во всю ширь и снова засопел, засыпая. — Так только укажи — выдадим за тебя замуж с околосветовой скоростью, Джон.

— Хорошо, что не собираешься трубить большой сбор, Жаклин. — без улыбки произнес Шепард. — Стар я уже становлюсь для таких тусовок...

— Стар?! Капитан, Джон, да брось ты себя закапывать! Да, война закончилась, да мы одержали победу. Но кому как не тебе хорошо известно, что это уже — история. Пройдет десять-пятнадцать лет и это станет глубоким прошлым, интересным только историкам. И все эти десять-пятнадцать лет и намного дольше этого срока тебе нужно будет жить, реализовывать себя. Джон, я знаю, ты все три части нашей миссии держался изо всех сил, давая нам, членам твоей команды, твоего экипажа самим определить свою личную судьбу. Но сейчас твоя верховная задача — победить Жнецов — выполнена. И твоя жертва принята и признана. Хватит жертвовать собой, капитан. Позволь той, кого ты сам выберешь, стать рядом и идти столько, сколько хватит сил и возможностей. Ты прекрасный человек, Джон. Ты не только капитан, ты личность далеко не последнего десятка. А женщине, скажу я тебе по старой дружбе, всегда важно видеть в мужчине передовую личность. Того, кого она захочет поддержать всюду и везде. Ты нас поддерживал всегда, капитан.

И мы хотим поддержать тебя. Поверь, нам, тем, кто был рядом с тобой все это время, многое, ох, очень многое хорошо заметно со стороны. И Бенезия для тебя — лучшее, что можно только найти. С любой стороны. Да, понимаю, что она может родить только азари... Но разве ты об этом не знал раньше? Разве это не лучший выбор — тысячелетие жизни твоих и только твоих собственных дочерей. Ну не хочешь только азари, так усыновите или удочерите ребят и девочек от нескольких рас. Я тебе скажу по секрету: Бенезия и на это согласна. Ты что, сомневаешься в ее мудрости матриарха? Очень зря, капитан. Ее ты смог привлечь и заинтересовать, а она теперь заинтересовалась многими другими расами. Разве это не прогресс? Еще какой! И свои родные дочери, и приемные ребята и девочки. Вот это и есть будущее, которое достойно героя Галактики и просто прекрасного землянина-человека.

Пойми, было бы по другому, Бенезия не пришла бы к тебе сегодня в такую рань. Она тебе доверяет так, капитан, что у многих азари мозги трещат от ломки стереотипов. У других азари, не у нее и не у Лиары, капитан. Про Самару с дочерьми я не говорю, не общалась с ними давно — у них забот сейчас много. Но даже Самара, как хранитель Закона Азарийской цивилизации, не против, чтобы ты стал мужем Бенезии. Будь по другому — Бенезия бы нашла тут твой хладный труп. Или Самара убила бы ее саму собственноручно. Ты же все это знаешь, капитан, я в этом уверена. Да и просто... Твоему нынешнему обиталищу недостает хозяйки и детского смеха. Ты же за это боролся, капитан. За простое личное счастье... Так почему же ты себя лишаешь его?

— Жаклин, после войны...

— Прошло слишком мало времени. Очередная неумная мужская отмазка от признания очевидного. Да какая тебе-то разница, мало или много времени прошло? Главное, что прошло, а ты так и не принял решения. И скажу тебе совершенно откровенно — никто из наших не воспримет твоего желания остаться одиночкой. Ни-кто. За это короткое время большинство наших устроило свою личную жизнь и занялось мирной карьерой. А ты делаешь вид, что имеешь право дальше гробить себя в работе. Ты что, не наработался еще за три части миссии? Да ты работал так, что мы отчетливо слышали, как трещит твой хребет от нагрузок. Ты работал тогда, когда остальные опускали руки. Ты работал даже тогда, когда другие не могли найти в себе сил просто двинуть пальцем. Но тогда была война. Тогда надо было постоянно прыгать выше головы, перенапрягаться. По другому действуя, знаю, мы не выстояли бы. Но сейчас мир и ты находишься перед очевидной для тебя самого угрозой утратить ощущение реализованности, нужности, необходимости. Ты воин, Джон. Но даже воинам нужен надежный тыл. А ты себя этого тыла лишаешь. Ну нет сейчас настолько глобального врага, чтобы ты был на сто процентов погружен в сражения и битвы. Не-ту. И хорошо, что нету, потому что кроме смерти есть жизнь. Дай Бенезии возможность реализовать себя, дай Лиаре возможность ощутить себя старшей сестрой а не только тем, кого ты хорошо знаешь по известной должности. Пожа-луй-ста!

— Мир перевернулся, Жаклин. Ты просишь...

— Угу. — девушка откинулась на спинку кресла. — Вся в тебя. Да, я знаю, что Семенов и Юльева вложили в меня кучу сил, средств и времени, чтобы я стабилизировалась. Но потом я была в твоем экипаже круг-ло-су-точ-но, Джон. И воспитывал, и направлял, и формировал меня в очень даже немалой степени ты, капитан. И уж если ты смог сделать из меня преподавателя самой передовой академии биотиков, доверил после эпопеи за Четверкой формирование молодых поколений... То позволь тебе сказать: подошло время устроить свое личное счастье.

И кандидатура для союза есть — дай бог каждому землянину иметь такую. Почти тысячелетняя азари, матриарх, член возрожденного совета матриархов Азарийской цивилизации. Даже взрослая самостоятельная дочь, родная, замечу, для Бенезии, в комплекте присутствует. — в глазах Джек мелькнул огонек жадности. — Ну хочешь опять влиять на политику, так Эшли Уильямс спокойно сделает тебя послом по особым поручениям при Совете Цитадели. И будешь снова мотаться по всему Млечному Пути, куда и когда захочешь. Корабля и командования тебя никто не лишал и лишить не сможет. А статуса Спектра тебя и так никто не лишал — это вообще компетенция не землян, а только Совета.

Пойми, имея такую азари в женах, ты будешь непререкаемо силен, уникально силен даже для Арии. С ней не надо будет спорить, она сама тебя послушает. Тебя, капитана Джона Шепарда. А уж когда королева преступного мира тебя слушает — считай, что большая часть Траверса также тебя слушает и внимает со всем тщанием и прилежностью. Да любой советник Цитадели душу продаст, если ему хотя бы намекнуть, что и он может получить кусочек такого уровня влияния. Кроме Эшли, конечно. Она на такое не поведется.

— Вот слушаю я тебя, Жаклин, и диву даюсь. Ну что ты такое во мне увидела, чтобы бросить своих детей и прилететь сюда со всей возможной поспешностью?

— Я нашла в тебе человека, которому можно верить во всем и всегда, Джон. И мне больно, когда ты пытаешься загрузить себя работой, полагая, что ничего другого в твоей, теперь уже мирной жизни, не осталось. Мне так больно, что я не могу спокойно вести занятия со сверхчувствительными детьми, поскольку чувствую, как ты зажимаешь себя в рамки служебного протокола. Да, я знаю, Джон, что ты — солдат, что ты воин, что ты офицер и для тебя война — это работа. Но ты и здесь совершил то, что не всегда удавалось многим солдатам и военначальникам. Ты подготовился и подготовил других не к прошлой, а к будущей войне. Только благодаря этой твоей установке, твоему самопожертвованию Млечный путь выстоял против этой чумы. Благодаря тебе представители множества рас поверили в свое будущее, начали рождать и воспитывать множество детей. И они вправе ожидать, что и ты дашь начало своим собственным детям. Пусть даже и не только родным, но и приемным.

Да какая, собственно, разница, Джон, родные или приемные. Да любой приемный ребенок, узнав, что ты и есть легендарный Джон Шепард, уснув и проснувшись у тебя на руках, послушав биение твоего сильного сердца во сне, побывав в твоих бережных объятиях, очень скоро будет на все сто процентов уверен, что ты и есть настоящий его отец. И, заметь, твоих заслуг хватит, чтобы он, став взрослым, мог с гордостью сказать, что он — сын или дочь легенды не просто человечества, а Галактики. Вспомни того саларианца-продавца. А ведь тогда ты только-только победил Властелина.

А после победы над Коллекционерами... Я увидела в тебе личность, которая ждет, когда ты дашь возможность себе реализоваться на полную, запечатлеть себя в воспитанных тобой и только тобой детях. А уж воспитывать ты умеешь — я не одна могу это со всей ответственностью засвидетельствовать.

К тому же, Шепард, извини, конечно, но руководство моей Академии передает тебе официальное предложение занять любую должность преподавателя. — она достала ридер и показала капитану текст документа, положив прибор на столик. — Какую сам пожелаешь. Но я бы хотела, чтобы ты прежде всего учил и воспитывал своих собственных детей. А преподавательская работа в моей академии от тебя никуда не денется. Ты же уникальный человек, а у нас там таких любят и ценят. Даже больше, чем во всей остальной Галактике.

Ну так как? Я могу быть уверена, что в скором времени получу от тебя приглашение на свадебную церемонию?

— Жаклин, это — шантаж. И — замаскированная угроза.

— А что, я — такая, я — могу... — девушка усмехнулась. — Буду преследовать тебя до тех пор, пока ты не станешь прекрасным семьянином. И потом тоже буду следить за твоим семейным благополучием, корректировать, чтобы не было проблем.

— Узнаю сильнейшую Джек. — без улыбки сказал Шепард. — И кого следует ждать следующим в качестве уговаривателей?

— Сами решат, Джон. — Жаклин встала. Варрен вскочил на все четыре лапы и занял место у ее левой ноги. — Я пойду, у меня челнок на транссистемник скоро. — она легко прикоснулась рукой к щеке вставшего капитана, заглянула ему в глаза. — Прошу тебя, Джон, капитан. — с этими словами она тихо вышла из квартиры Шепарда.

"Ну, если уж оторва-Жаклин прибежала со всех ног проводить агитацию, придется мне что-то делать реально. — подумал Шепард. — И пойду-ка я прогуляюсь пешочком на фрегат, посмотрю, что там за три дня намудрили. Вторая половина дня, скоро вечер." — с этими мыслями капитан оделся в гражданский костюм и, не спеша, вышел из квартиры. Через несколько минут он своей обычной пружинистой походкой направлялся по обочине широкой транспортной магистрали к ангару, где стояла его ""Нормандия"".

— Капитан, сэр! — перед ним, смущенно отступив от середины трапа, вытянулся сержант из группы охраны корабля. — Разрешите доложить, сэр? На борту только техники и доктор Лиара Т Сони, сэр. Заканчиваем прогон систем двигателей корабля, сэр. В остальном все штатно, сэр.

— Вольно. — Шепард взлетел по трапу к входному шлюзу. Второй охранник, тоже сержант, увидев спешащего капитана, только молча открыл люк и посторонился, вытягиваясь и козыряя.

"Бардак. Никого нет, а Лиара на борту... Она же себя в гроб загонит такими темпами. Видел, знаю. Бенезия пусть и нехотя, указала мне, что Лиара решила себя доконать такими объемами... Ладно уж, статус доктора археологии спасает, пусть думают, что ведет активную научную деятельность, благо все каналы шифрованные. — Шепард, игнорируя лифт, поднялся по лестнице на жилую палубу.

Почти все освещение было выключено, работали только переносные осветители на аккумуляторах. — Сюзанна выгрузила себя на мобильную платформу, оставила копию на сервере фрегата и переключила ее в режим продвинутого ВИ с приказом не допускать никого кроме Джокера и ее к высшим функциям. — Взгляд капитана натолкнулся на темные проемы окон медотсека. — Если уж и в медотсеке никого, то... — Глаза привычно нашарили проем двери бывшей старпомовской каюты, отданной во владения Лиары. Створка была притворена неплотно, но свет, пробивавшийся из щели, все равно был слишком ярким. — Работает... Да и куда ей податься? "Серый Трон" пока спрятан, Ферон еле успел его увести от "Церберовских пяти крейсеров, она едва впихнула все оборудование в самый большой шаттл, пришлось поднапрячься, найти незанятые укромные уголки на фрегате. Хорошо, что работает без звука, а то бы тут толпы любопытных стояли с утра и до позднего вечера. Знает, доверяет нам, уверена, что никто не будет страдать излишним любопытством. Конечно, собственная, вышколенная группа охраны и обороны на борту фрегата-легенды. Своя стража, так сказать. — Шепард со всем старанием тихо отодвинул в сторону полотно створки. — Ну так и есть..."

Лиара спала, опершись на стол и положив голову на стопку ридеров. На мерцающих экранах шли разнообразные тексты, графики, таблицы, схемы, изредка попадались картины. Оглядевшись, Шепард тенью приблизился к креслу, в котором сидела азари. Его глаза привычно нашарили уголок отдыха, затем взгляд скользнул дальше, к ширме, за которой была односпальная кровать.

"Если она тут работала все последние трое суток... Она же себя заездила совершенно. Да, война окончена, но она мгновенно переключилась на помощь выжившим. Как она тогда сказала — дайте мне десять минут и я развяжу межпланетную войну?... А теперь она старается сократить страдания тех, кто смог выжить."

С этими мыслями Шепард подхватил девушку на руки и, стараясь не задеть экраны, понес ее к кровати. Уложив Лиару, он закрыл ее до плеч одеялом и хотел было уже идти, но рука азари вдруг засветилась биотическим импульсным светом и пальцы сплелись у него на запястье, после чего Шепард ощутил, как Лиара, не просыпаясь, настойчиво тянет его вниз, чтобы он сел на кровать. Пришлось подчиниться.

Заcтрекотавший тихо-тихо Глиф облетел экраны, гася их сияние до возможного минимума, после чего дрон облетел Шепарда и притушил свет висевшего над ложем ночника. Каюта погрузилась в полумрак. Глиф притушил собственное и так малозаметное сияние, после чего скрылся где-то за серверной стойкой, видимо, пошел на подзарядку.

Через час с небольшим Лиара открыла глаза.

— Джон, ты... — она не удивилась присутствию капитана в своей каюте. — Я что, заснула?...

— Лиара, мне не хочется поднимать журнал медицинского контроля. Сюзанна оставила такую функцию ВИ, но, полагаю, что ты и сама знаешь причину, по которой я здесь.

— Знаю, Джон. Я опять заработалась. — Лиара прикрыла утомленные глаза. — Знаешь... Я за этот час отдохнула так, как уже долгое время не могла отдохнуть... И это — благодаря тому, что ты был рядом... Но очень многие лишены такой поддержки и я пытаюсь заполнить этот вакуум. Осталось четыре часа до следующей волны докладов. Ты меня перенес?

— Да, Лиара, ты уснула прямо за столом. На ридерах. Не скрою, подушка так себе.

— Не помню... Ожидала срочных вызовов от агентов... В это время обычно они могут появиться.

— Заездила ты себя, совершенно, Ли.

— Как ты иногда говоришь — "должность у меня такая". — проговорила азари. — Ты побудешь здесь... со мной, рядом?...

— Побуду, куда же я денусь...

— За одеяло, Джон, спасибо, но я не замерзаю. — Лиара выбралась из-под покрывала. — Сядь, пожалуйста, поглубже. А я устрою голову и плечи у тебя на коленях. Можно?

— Можно, Ли. Для тебя — все можно. Ты же еще ребенок... — Шепард сменил позу и смотрел, как азари устраивается.

— Для тебя — да, Джон. Бенезия у тебя была?

— От тебя ничего не скроешь, Ли. Да, была. Мы говорили. Долго. Она на меня не давила.

— И...

— Лиара, ну ты же знаешь... К тому же мое здесь присутствие...

— Да, знаю, с точки зрения людской морали не слишком приветствуется, поскольку является прелюдией к малоприятным продолжениям. Но ты ведь другой, Джон. Да и я не маленькая девочка твоей расы, чтобы кто нибудь что-либо вякнул по этому поводу в таком ключе... Так что здесь можешь не беспокоиться: Бенезия знает, да и моя работа предполагает, как в ранние времена, большое количество одиночества. Как там сказал полковник Киррахе: мы могли бы стать легендой, но наши имена засекречены, наша деятельность — в безвестности... Так как все же?

— Ли, Бенезия сказала, что ты...

— Да, Джон. Когда Этита погибла, я одна из первых получила информацию. Не скрою, мне было тяжело пережить этот удар. Тяжело пришлось и маме... Меня, как всегда, спасла работа, которой в то время было предостаточно... я много думала об этом, о том, как мне следует поступить в дальнейшем... И я вспомнила то, что произошло в кризисной лаборатории на станции "Расселина". Вспомнила, как ты дал мне возможность, самую длительную возможность собраться перед встречей с индоктринированной матерью... Как ты и твои союзники спасли ее, точно угадав мельчайшие детали... Я потом вспомнила все, что случилось позднее, вплоть до момента гибели Этиты. И я поняла, что не смогу принять в качестве отца никого, кроме тебя, Джон. Ты вернул мне и маме спокойствие, подарив нам обеим новое единение с Этитой. Ты дал ей возможность снова познать радость настоящей семейной жизни... Не твоя вина, что Этита не смогла вернуться вовремя на "Нормандию" — она всегда имела собственный взгляд на все. И ее поступок... Я знаю, Джон, я просмотрела сотни соответствий... Такое уже было в человеческой истории...

— Было, Ли, было...

— Я не влияла на выбор, сделанный после этого моей мамой, Джон. Никоим образом. Я погрузилась в работу с головой, ее объемы и сложность спасли меня от выжигания изнутри... Мы не говорили с ней об этом в редкие моменты совместного отдыха... Бенезии почти тысяча лет... Джон, такая долгая жизнь приучает к тому, чтобы не реагировать слишком остро на большую часть вызовов окружающего мира... Но теперь я могу тебе сказать — она влюбилась в тебя, Джон, едва только в достаточной мере очнулась от влияния Властелина. Она об этом мне сразу тогда сказала, да я и сама это ясно видела и чувствовала. Влюбить в себя матриарха азари... Такое, Джон, редко кому удавалось из не принадлежащих к нашей расе... А она потом старалась меня убедить в том, что и ты меня тоже любишь... Да и я об этом прекрасно знала, Джон. А потом началась вся эта длительная миссия: Сарен, коллекционеры, Жнецы... Ты угадал, Джон. Не стал ускорять ситуацию, выделять Бенезию или меня среди других членов твоего экипажа и команды... Ты угадал... Матриархи не любят поспешности... Тем более — в таких делах. Но теперь...

— Ли, я тоже не хочу допускать поспешности. Отдыхай. У тебя есть несколько часов, чтобы поспать. Не надо говорить о таком вслух, даже шепотом... Я побуду с тобой.

— Хорошо, Джон. — в голосе Лиары не было неудовольствия.— Я понимаю...

— Спи. — Шепард подтянул одеяло повыше, прикрывая плечи девушки. — Хватит говорить об этом...

Лиара уснула. Капитан смотрел на ее лицо, видел, как пропадают напряженные морщинки, замедляется дыхание, становясь более глубоким и полным. Он сам не заметил, как также задремал, опершись о стенку каюты спиной и склонив голову на грудь.

Легкий стрекот подлетевшего к ложу Глифа заставил Шепарда открыть глаза. Взгляд Лиары коснулся его лица и девушка легко поднялась на ноги. Дрон высветил несколько виртуальных экранов, азари легкими нажатиями на виртуальной клавиатуре набрала команды и дрон, погасив экраны, умчался к скопищу мониторов.

— Еще рано, слишком рано, Джон, спи. — Лиара обтерла лицо гигиенической освежающей салфеткой. — Мне надо принять доклады, распределить ресурсы... В целом — поработать. Это займет от получаса до сорока минут. Потом Глиф встанет на контроль, а я смогу поспать до семи утра. А там — новый день со стандартным распорядком.

— Ли...

— Джон, я обещаю больше не укатывать себя так... Знаю, что война кончилась, поэтому и соглашаюсь на такое... Просто буду делать больше глубоких перерывов. Глиф в этом мне поможет. — она прикоснулась к подлетевшему дрону и тот потерся об ее пальцы как кот. — Подождешь?

— Куда ж я денусь... — сказал Шепард сонным голосом.

— Вот-вот. Отдыхай. — Лиара, легко и беззвучно ступая, переместилась к скоплению мониторов и зажгла сразу несколько виртуальных клавиатур.

Не желая смущать ее, Шепард смежил веки и через несколько секунд уснул. Легкий стрекот беспокойного дрона ему совершенно не мешал, Лиара общалась с Глифом с помощью бесшумных клавиатур, экраны в этот раз не сверкали — все же связь была преимущественно текстовой, видео, тем более прямого, пусть и одностороннего, было мало. Азари надвинула на глаза визор с гарнитурой и ларингофонами, что позволило ей снизить громкость голоса, неизменно проходившего через анонимайзерные фильтры, до минимума. Наконец Глиф улетел за серверную стойку на подзарядку. Лиара отошла от экранов и вернулась к кровати. Шепард спал крепким спокойным сном.

"Уснул, едва я включилась в работу... Как же он утомлен... А эти журналисты... Хорошо, что Альянс предоставил нам право иметь свой собственный пресс-центр, а то бы от фрегата и команды не отлипали бы круглые сутки... А уж добраться до Джона... — думала Лиара, окидывая взглядом фигуру капитана, замершую на ее кровати. — Стесняется... Опасается, что многие его действия не так поймут... Заставлю понять так, как надо. — Лиара легла, устроив свою голову у капитана на коленях. — Все сделаю, чтобы быть для него лучшей дочерью в мире...".

С этой мыслью Лиара отметила, что Глиф вернулся в зону мониторов на дежурство и закрыла глаза. Ей представилась редкая возможность выспаться на много дней вперед. Рядом с человеком, который для нее стал уже давным давно больше чем капитаном.

Очнувшись, Шепард обнаружил перед собой столик с легким земным завтраком. Лиара, тихо напевая какую-то протяжную мелодию, возилась у мини-кухни.

— Проснулся? — она обернулась и улыбнулась. — Через четверть часа на борту будет не протолкнуться.

— Тогда я поем и пойду в свою каюту. Надо же посмотреть, что там за три дня техники наворочали.

— Не беспокойся, аквариум на месте, остальное тоже я не дала в обиду. Только усовершенствования, скрытые в стенках.

— Лиара...

— Джон, ну ты же понимаешь. Это наш и только наш корабль. Семенов и его коллеги заложили в нем такие возможности модификации и модернизации, что местные инженеры в осадок выпадают, когда видят схемы и чертежи. Мы едва успеваем защищать все патентами. Скоро деньги будем экскаватором карьерным грести... Хорошо, что люди "Свитка" вывезли отсюда всю свою аппаратуру и технику. Остальное станет обычным лет через шестьдесят. К тому времени мы в очередной раз полностью переоснастим нашу птичку. И снова будем впереди.

— И хорошо, что успели. — Шепард встал. — Я — у себя.

— Хорошо, Джон. — Лиара прихлебнув какой-то травяной азарийский напиток, уселась за рабочий стол. — Спасибо тебе. Я отлично отоспалась.

— Ли, ты обещала...

— И обещание сдержу. Успехов.

— Успехов.

Капитан поднялся в свою каюту. Лиара была права — если тут и были какие-то модернизации, то они не коснулись убранства обиталища командира корабля. ВИ, уловив присутствие хозяина, высветил поверх витрины с кораблями экран с информацией об изменениях и Шепард, приняв душ, потратил минут двадцать на изучение нововведений. Через неделю, как следовало из финального экрана, корабль мог быть полностью готов к первому после победы над Жнецами полету.

========== Глава 161. Шепард на Земле. Признание капитана в любви к Бенезии ==========

Прошло несколько дней с того памятного Шепарду разговора с Бенезией. Капитан старался не менять ничего в своем распорядке дня — с утра до обеда — кабинет, во второй половине дня — корабль. Слаживание нового экипажа шло нормативно, особых проблем не возникало. Одна часть сознания капитана была прочно занята обдумыванием создавшейся ситуации. Постепенно броневая защита, скрывавшая личный сектор капитана, отпускала тиски. Шепард понимал, что Бенезия и Лиара правы: на протяжении всех трех миссий он чаще всего невольно отдавал предпочтение именно им, стараясь не выходить за рамки протокола и приличий капитанского уровня.

Спасение Бенезии из под влияния Сарена и Властелина стало поворотным моментом. Как военный человек, Шепард прекрасно понимал, что в определенной ситуации ему пришлось бы стрелять на поражение как в десантниц и гетов конвоя матриарха, так и в нее саму. Но потерянный вид Лиары, ее напряжение, делавшее ее похожей на натянутую до предела тетиву, ее дрожащие пальцы, сжимавшие оружие, ее глаза, раз за разом сканировавшие его, капитана Шепарда лицо... Все это заставляло капитана принять другое решение и воспользоваться резервным планом, предложенным Семеновым едва ли не в самый последний момент. Тогда Шепард еще не слишком верил в могущество технологий, доступных союзникам. Ему крайне было трудно поверить, что мощнейшая индоктринационная волна будет преодолена, ослаблена и исключена с помощью маленького цилиндрика. Но Семенов, встретивший его у самого выходного шлюза перед выходом на Новерию, не стал его ни в чем убеждать, оставляя капитану право действовать по его собственному независимому разумению.

Тогда, убедившись, что конвой матриарха и она сама не будут стрелять в Лиару, он жестом попросил Грюнта тихо отступить вместе с ним, давая возможность Лиаре и Бенезии остаться наедине. В дальнейшем он старался как можно менее эмоционально реагировать на то, как Бенезия и Лиара стараются в очередной раз поблагодарить за свое объединение.

Этита... Ее появление в команде стало для Шепарда полной неожиданностью. Сказать по правде, он не верил, что Лиаре ничего не было известно о ее отце: в разуме и интеллекте азари-ученой он не сомневался ни секунды. Мятежный матриарх, видя Шепарда рядом со своей женой и с Лиарой, просчитала ситуацию быстро и глубоко. Не изменяя своим принципам и установкам, она не стала препятствовать сложившимся между Бенезией, Лиарой и Шепардом взаимоотношениям. А ее гибель в результате тарана транспортника Жнецов еще раз доказала — Этита навсегда сохранила стремление к личной свободе, она никогда бы не согласилась замкнуться в мире семьи, для нее всегда было важнейшим служение интересам общества.

Теперь Шепард понимал и другое — Этита просто отошла в сторону, давая возможность Шепарду и Бенезии сохранить перспективу создания новой семьи. Этита, как и полагается матриарху, четко просчитала сложную ситуацию и не стала ломать ее составляющие в свою пользу. Гибель Мятежного Матриарха тяжело сказалась на всех троих, хотя тогда не было возможности полностью сконцентрироваться на ее переживании. Теперь Шепард сомневался в том, правильно ли он поступил, отпустив матриарха с борта фрегата, когда она пожелала присоединиться к колонистам на одной из малых планет азарийского Пространства. С другой стороны — что он мог ей возразить? Лиара и Бенезия получили возможность сколько-то времени провести снова с Этитой, попробовать восстановить былое единство. Но происшедшее за предшествовавшие дни слишком изменило всех. В человеческой истории аналогов такого было предостаточно.

Одно было ясно — объединение Шепарда и Бенезии ни в коем случае не было только браком по расчету: им обоим важно было иметь рядом другого, кто пережил то же самое, кто прошел те же испытания, кто не нуждался во внешних знаках почитания и внимания, кто мог безмолвно понять такое, что обычно излагалось на сотнях страниц. Шепард понимал — как бы там ни было, три миссии изменили его слишком серьезно. Он вряд ли впишется в земную мирную жизнь, станет обычным семьянином, озабоченным стандартными проблемами. Его вряд ли поймут и примут, как человека, не по наслышке, не из книг, на собственном горьком опыте знакомого с предельными нагрузками, с предельными потерями.

Он так и не побывал в Лондоне, не стал завсегдатаем баров и ресторанов, не ходил на танцполы и на тусовки, не был ни разу в набиравших снова популярность кинозалах. Он понимал: пройдет несколько лет и люди погрязнут в рутине, спадет острота понимания происшедшего совсем недавно конфликта. Дженнифер права: все, что ему и его команде, его экипажу, его кораблю пришлось пройти, очень быстро станет историей, интересной только специалистам. Люди, не живущие больше двухсот лет, не смогут долгое время концентрироваться на окончившемся победой конфликте с Жнецами. Они неминуемо быстро обратятся к другому, пусть рутинному, но привычному.

Он, конечно, может получить здесь, на Земле, должность руководителя любого воинского подразделения, начальника любого учебного заведения, стать даже политическим деятелем. Но будет ли ему это по нраву, когда за считанные недели ему совсем недавно приходилось действовать в нескольких звездных системах и нередко принимать решения, выходящие далеко за пределы каждой из них?

Теперь человечеству предстоит недлинный период восстановления, за которым снова последует период спокойного, медленного развития. Следует ли ему так резко рвать с Землей? Объединение с Бенезией и Лиарой означает, что его с радостью примут в Азарийском Пространстве. Живущие под тысячу лет азари учтут многие уроки, преподанные конфликтом с Жнецами, для них это долго не будет вчерашним днем. Но хватит ли ему Азарийского Пространства? Не будет ли замыкание в нем предательством по отношению к Земле? Ведь у него есть и вторая дочь — Миранда. И она не сможет отказаться от Земли, как бы ей ни было это легко. Он не имеет права лишать ее счастья жить на Земле, бывать на ней, родить и воспитать своих детей в условиях родной планеты человечества. И у него есть третья дочь — Ориана, которая тоже — землянка.

Вот так, незаметно и прочно он стал человеком галактики Млечный Путь. Для него, Джона Шепарда, открыты десятки миров. Он может всю оставшуюся жизнь посвятить не пребыванию на своей, безусловно, родной и близкой Земле, а полетам среди звезд, открытию нового, раскрытию в себе таких качеств и способностей, о которых даже сейчас, после победы над Жнецами, он, вполне возможно, и не догадывается. Никто не может отказать ему в праве возвращаться на Землю, но вот так, незаметно, он обрел право свободы в масштабах целой Галактики.

И теперь он не в состоянии замкнуться в рамках одной планеты Земля, одной Солнечной системы. Наступит день и он станет ее неотъемлемой частью. Его душа и тело объединятся с частью Вселенной. Но до этого он сможет найти себе применение. Теперь, будучи человеком Галактики, сможет.

Шепард встал. За окнами его квартиры уже была поздняя ночь. На настольном ридере призывно горел огонек сообщения. Синий цвет означал пометку "личное". Под таким сигналом обычно не присылали вызовы от Альянса Систем или иные официальные сообщения, и Шепард, подойдя к столу, надавил клавишу ответа. На небольшом экране проступили буквы, сложились в слова: "Всегда жду тебя. Б.". Вглядевшись, Шепард погасил экран и повернулся к гардеробу. Облачившись в гражданский парадный костюм, Шепард повязал галстук и одел черные выходные ботинки. Из сейфа он достал небольшую коробочку, приоткрыл ее, проверяя, на месте ли кольца, положил коробочку в карман пиджака, проверил, на месте ли два заряженных пистолета и генераторы трехуровневых щитов. Небольшой чемоданчик принял в себя бокалы, бутылки азарийского и земного коллекционных вин, небольшую скатерть, свечи, салфетки, столовые приборы. Остановившись у небольшой квартирной теплицы, капитан задумчиво посмотрел на росшие под защитой стекла и тепловой завесы цветы. Выбрав и аккуратно отрезав три цветка, он обернул их в прозрачный лист пластика, перевязав узкой цветной лентой и привычно завязав пышный бант.

Большое зеркало в прихожей осветилось, представив капитана при полном параде. Критически оглядев себя во всех ракурсах, Шепард остался доволен — протокол в данном случае был неумолим. Несколько секунд — и он вышел под ночное земное небо. Над ангаром "Нормандии" пламенели красными шарами сигналы аэронавигации, звезды образовывали в очищенном от облаков холодно-черном небе привычные узоры. Шепард направился к жилым домам, высившимся по другую сторону от ангара. Наконец перед ним — дверь в квартиру Бенезии и Лиары. Инструментрон безмолвно высветил информацию, что Лиара снова осталась на посту в центре Посредника на фрегате, а Бенезия не спит и находится в холле, у окна.

Дверь тихо щелкнула и отворилась — ВИ опознал капитана. Осветились слабым фосфорным светом указатели на полу. Шепард встал в проеме холла, свыкаясь с полумраком. Фигура матриарха высилась у окна, выходившего на противоположную ангару сторону. Капитан поставил у проема входа свой чемоданчик и, сделав несколько шагов, оказался на середине холла. Беззвучно развернулась обертка букета, Шепард опустился на одно колено, одновременно доставая из кармана коробочку с кольцами.

Бенезия обернулась. Ее лицо осветилось мягким биотическим светом и капитан увидел, как она, оставаясь серьезной, излучает тепло и приветливость. Матриарх сделала несколько шагов к капитану, взяла букет, спрятав губы среди цветов, затем взяла коробочку и, достав большое кольцо, надела его на безымянный палец Шепарда. Затем она украсила малым кольцом свой безымянный палец и легким движением, с помощью биотики подняла Шепарда с колен. Их губы встретились, запечатлевая долгий, благодарный беззвучный поцелуй.

Спустя несколько минут они сидели за небольшим столиком. Свет свечей выхватывал из полутьмы их лица и руки. Бокалы, наполненные винами, с приятным звоном касались друг друга. Тысячелетняя матриарх и самый известный капитан Галактики обменивались жадными взглядами. Слова не были нужны. Фигура и лицо матриарха подсвечивалась легким биотическим сиянием и Шепард не мог отвести от нее глаз. Матриарх улыбалась.

— Джон, будет хорошо, если вы теперь будете меня звать так же, как звала меня Этита — Бена. Мне будет приятно. — сказала тихо матриарх, отпив глоток азарийского вина из бокала. — Полагаю, надо сообщить Миранде и Джейкобу. Они достойны узнать об этом в числе первых. — она смущенно улыбнулась, все больше и больше отодвигая в глубь образ умудренной опытом, непробиваемо серьезной и отстраненной пожилой азари. — Есть предложение, Джон. Давайте прежде всего успокоим Лиару? Придем к ней сейчас, прямо на борт фрегата. Она будет очень, очень рада. — матриарх уловила согласный кивок капитана. — Не беспокойтесь, я тут уже давно собрала свой чемоданчик. Отметим в каюте Лиары. Втроем. А утром... Утром придется поставить в известность Сюзанну и Джефа. — матриарх уловила второй согласный кивок капитана и встала. — Три минуты, Джон. Пожалуйста.

Шепард вышел из холла в прихожую, осветившуюся слабым дежурным светом софитов. Ровно через три минуты Бенезия вышла из холла и притворила за собой дверь. Они вышли из здания, не спеша прошли по пешеходной дорожке к линии внешнего ограждения ангара, кивнули охранникам и, взойдя на борт, направились по полутемным переходам к каюте, занимаемой Лиарой.

Матриарх заглянула в щелку, отодвинулась, давая возможность взглянуть Шепарду. Лиара как раз заканчивала очередной ночной сеанс связи с агентами. Дождавшись, когда негромкий треск дверного фильтра, отсекающий от остального корабля звуки каюты, стихнет, Шепард отодвинул створку в сторону и вошел вместе с Бенезией в каюту Серого Посредника.

Лиара, убиравшая в ящик ларингофоны и визор, обернулась, встретилась глазами с матерью и, подскочив к обоим гостям, заключила их в объятия. Слов не потребовалось. Лиара была счастлива. Наконец-то она обретет отца официально, перед богами, богинями, людьми и азари.

Легким движением сняв руку Лиары со своего плеча, Шепард взял из рук Бенезии ее чемоданчик и поспешил к низкому журнальному столику в уголке отдыха. Пока он сервировал стол, Бенезия и Лиара стояли обнявшись и смотрели на капитана. Их взгляды были мягкими, ласкающими. Сделав приглашающий жест, Шепард подождал, пока Бенезия и Лиара сядут в кресла. Глиф выключил экраны и притушил софиты до минимума, не забыв прикрыть полностью дверь.

Первый тост Шепард провозгласил за победу и за будущее Галактики. Второй — за Лиару и Бенезию. Третий — за всех погибших в этих трех миссиях и в ходе противостояния с Властелином, Коллекционерами, Жнецами. Четвертый — за команду и экипаж фрегата. Пятый — за союзников. Шестой тост провозгласила уже Бенезия, предложив выпить за Шепарда. Дальнейшие тосты были простыми. Лиара сидела по правую руку от капитана и светилась в полумраке каюты мягким биотическим сиянием. Разговор между ними касался самых разных тем, Бенезия больше слушала, чем говорила, Шепард также давал возможность Лиаре снять волнение и напряжение, предоставив ей говорить почти без умолку.

— Я счастлива, Джон. — сказала Лиара, обняв капитана. — Теперь я — счастлива и спокойна за тебя и за маму. Ты, конечно, не усидишь на Земле?

— Нет, Лиара. Теперь я принадлежу в первую очередь вам, а во вторую — всей Галактике. Земля для меня очень важна, но кроме нее есть целая Галактика, которая также для меня ценна.

— Давайте сообщим Миранде, а? — спросила Лиара, встретившись взглядом с матерью. — Глиф обеспечит связь, прямо сейчас. Мири поймет без лишних вопросов. Уверена, ей также нужно доставить радость и сделать счастливой. Чтобы она смогла сделать счастливым Джейкоба. — Лиара смущенно улыбнулась. — А то они до сих пор не решаются... насчет детей.

— Ладно, Ли. Глиф, сделай нам связь с бортом "Немезиды", пожалуйста. По кодированному личному каналу.

— Да, Шепард-капитан. — дрон облетел уголок отдыха, завис перед креслами и столиком так, чтобы его объективы захватывали все пространство уголка, переключил главные экраны, на которых проявилась обстановка капитанской каюты "Немезиды". Миранда и Джейкоб ужинали и Шепард отметил, с каким удивлением они восприняли пришедший сигнал.

— Лиара, Бенезия, Джон? — Миранда обернулась к засветившемуся главному экрану. — Боги, да вы все трое светитесь от счастья! Неужели...

— Да, Мири. — Лиара взяла инициативу в свои руки, дав возможность Шепарду обнять Бенезию. — Я теперь — отцова дочка. Как и ты. У нас — полная семья. — она потупилась. — И вы — первые, кто об этом узнает.

— Поздравляю, Ли. — Миранда встала и подошла к экрану вплотную, ее лицо заняло все пространство плоскости. — Будь счастлива и дальше. Я, я и Джейкоб... рады за вас. — она отступила немного в сторону, давая возможность подойти и Джейкобу. — Бенезия, спасибо, что избрали нас первыми Знающими...

— Мири, ты же тоже его дочь... — произнесла матриарх. — Я не могла поступить иначе.

— Теперь я за вас троих спокойна. — сказала Миранда, на лице которой ясно проступала печать глубокого удовлетворения и спокойной радости. — Мы сможем прибыть на Тессию через три недели. Раньше не получится — надо отработать три звездные системы. Мы оба очень рады за вас... — Миранда смахнула слезинки с уголков глаз и отступила. Джейкоб поднял в приветствии руку, Шепард, поднявшись с кресла, отзеркалил. — Будьте счастливы. — сказал главный оружейник "Нормандии", привычно обойдясь без многословия и отключил канал связи.

— Теперь и Сюзанна знает... — сказала Лиара.

— Положим, я и Джеф и раньше об этом узнали. — на пороге каюты встала ИИ корабля вместе с шеф-пилотом. — Джеф клянется, что за видеозапись признания капитана он получит пять журналистских премий Галактики на полном автомате. И я склонна ему поверить.

— Джеф, не вздумай. — шутливо пригрозил пилоту капитан.

— Да я что, нешто совсем без понятия?! Подождем до официальной церемонии, конечно. А эта запись... Она же личная. Куда ж ее в Экстранет-то выкладывать. — Джеф сел напротив в кресла, подождав, пока сядет в кресло Сюзанна. — Теперь и мне придется...

— Придется, Джеф, придется. — с улыбкой сказал Шепард. Его поддержали Бенезия и Лиара с Сюзанной. Пилот улыбнулся в ответ. — Да не страхайся ты так... Это же всего лишь протокол. — капитан положил свою руку на плечо лучшего пилота Галактики. — Сюзанна и без того любит тебя... Но общество требует своего, не претендуя на твое личное. Успокой общественность.

— А ведь это справедливо, Джон. На нашу с тобой свадьбу прибудут все. Не надо собирать будет их вторично. Сыграем вторую свадьбу одновременно с первой. Как твое мнение, Сюзанна? — сказала Бенезия.

— Это... это будет... прекрасно. — Сюзанна волновалась и терялась, сканируя лицо Джефа. — Я... я согласна. — она обняла пилота. Все заулыбались.

— Ну, вот и решено. — подытожил Шепард, заговорщически кивая Джефу. — Моро, готовь фрегат к полету. Курс — Тессия.

— Есть, капитан. — пилот вскочил и отсалютовал капитану. Тот не вставая, салютнул в ответ. — Корабль будет готов к полету вовремя.

— В таком случае у меня есть... подарок для Сюзанны. — сказала Лиара. — Я знаю, она хочет стать многодетной матерью... И у меня есть для нее кое-какая полезная информация. — она передала в руки ИИ укладку с кристаллами. — Сразу говорю — это только ее право и дело. Я не буду на нее влиять и прошу также всех присутствующих не влиять на нашу Сюзи.

— Ли... — Сюзанна провела рукой над укладкой... — Ты... Ты... Ты веришь... Что я смогу стать приемной матерью?!

— В тебя, Сюзи? Безусловно и до конца. — серьезно сказала Серый Посредник. — Ты стала лучшей в Галактике женой для Джефа. А значит, вполне сможешь стать мамой для многих сирот.

— Лиара... — пальцы ИИ плясали над укладкой, считывая информацию... — Сколько же здесь...

— Я не могу не предоставить тебе самого полного выбора, Сюзанна. — Лиара продолжала сохранять серьезность. — Там несколько десятков тысяч детей всех рас... Я знаю, ты уже предварительно решила...

— Да. — Сюзанна кивнула. — Я говорила с Джефом... Он согласен. Мы решили — мальчик и девочка с Земли и турианка с азари.

— Ну вот, теперь тебе следует сделать выбор, а мы тебе поможем встретиться с твоими будущими детьми и принять окончательное решение. — Лиара сбросила с себя серьезность. — Сюзи, ты справишься. А мы тебе поможем...

— Спасибо. — ИИ отложила укладку. — Я выберу... И посоветуюсь с Джефом...

— Обязательно, Сюзи. — сказала матриарх.

Дальнейший разговор касался возможных вариантов совместного и личного будущего. Теперь Лиара, Бенезия, Сюзанна и Джеф были спокойны — их капитан обрел личное счастье. Скоро рядом будет и вторая приемная дочь — Верховный Следователь Совета Цитадели. А там к ним присоединится и третья — Ориана. Совсем скоро — свадьба, которую придется сыграть на Цитадели. Никто не согласится с тем, чтобы человек, спасший Галактику от уничтожения разумной жизни, разомкнувший кольцо проклятия Цикла, объединивший десятки разумных рас и в борьбе с врагом и в стремлении построить новую, спокойную, свободную, счастливую жизнь, лишил бы себя очередного знака признания и внимания.

========== Глава 162. Сюзанна и Джеф Моро обретают приемных детей ==========

Через несколько дней Джеф Моро поднял фрегат в первый после прохождения глубокого техобслуживания полет. Рядом с ним находилась его Сюзанна, привычно занимавшая место второго пилота, Лиара, Бенезия и Шепард, а также все члены старой команды и старого экипажа, которые входили теперь в состав новых команды и экипажа. Пользуясь обновленными двигателями, позволяющими пробивать пространство независимо от ретрансляторов, фрегат прибыл на Тессию ровно через двое суток, сразу опустившись на центральном космодроме планеты.

Спустя несколько минут Лиара, Бенезия, Сюзанна с удобством расположились на заднем сиденье представительского флайера, за рулем которого устроился Джон Шепард, а Джеф Моро с некоторой опаской устроился рядом, на штурманском месте.

— Ты же знаешь, Джон, я весьма подозрительно отношусь к ситуации, когда за управлением не сижу лично.

— Привыкай. Сюзанна — уже почти капитан, а пилотирует она не хуже тебя, у нее и свой почерк уже имеется. — усмехнулся капитан, поднимая флайер в воздух и беря курс на детский интернатный комплекс. А сегодня у тебя большой день — ты должен будешь стать отцом для малышки — азари. Она станет твоей первой дочерью. Позже предстоит полет на Палавен, там Сюзи уже выбрала нескольких малышек — турианок. Одна из них также станет твоей дочерью. И в завершение тебя ждут брат и сестра-близняшки на Земле. Так, Сюзи? Я ничего не упустил?

— Нет, капитан. — Сюзанна кивнула, хотя видно было, что она волнуется. Ради сегодняшнего визита она оделась неотличимо от человека и постаралась скрыть любые внешние признаки своей машинной сущности, какие только смогла обнаружить в ходе почти часового просмотра перед множеством зеркал в своей каютной гардеробной.

— Сюзи, спокойно. — Бенезия прижала ИИ корабля к себе. — Для малышек и малышей важно, какая у тебя душа, а не то, из чего состоит твое тело. Да и ты будешь спокойна: далеко не каждому удастся решиться навредить твоим детям — в момент накажешь со всей суровостью.

— Я... я постараюсь. — Сюзанна едва сдерживалась, но прилагала все усилия, чтобы к прибытию на место привести себя в порядок.

— Посадка разрешена. — Шепард отметил далеко внизу полыхнувший зеленый сигнал. — И, кажется нас встречают несколько десятков турианок и азари с воспитателями. Джеф, пересядь к Сюзанне, просмотри, все ли в порядке. Я пока покручусь, посмотрим, куда лучше сесть.

— Джон, садись с правого края. Там безопаснее, все заставлено транспортом и садиться никто не будет. Для детей будет удобнее встретить вас у самой машины. — сказала Бенезия, просмотрев на инструментроне обстановку вокруг площадки.

— Принято, Бена. — сказал Джон и мягко притер машину на свободном сегменте площадки. В момент флайер был окружен гомонящей толпой ребятишек. — Да, гостей тут встречают со всей сердечностью. Как выбираться будем? Не хочется кого-то дверью задавить. Девчата, поспособствуйте! — он взглянул через плечо на Лиару и Бенезию. — Сюзанна, это всего лишь дети, успокойся. Они прекрасно знают, кто ты и кто мы. Неужели ты полагаешь, что они не знают полный состав экипажа и команды Нормандии? Да ведь сама мне докладывала, что они просто бредят: хотя бы повторить наши подвиги или совершить рядом с нами новые. Пойми, ты — личность, а не тупой и ограниченный робот. — капитан успокаивающе взглянул прямо в глаза Сюзанны. — Ну? Все в порядке? Давай, тебя уже заждались. А мы с Джефом выйдем последними.

Внимание детей переключилось на вышедших из машины взрослых. Каждый из прибывших оказался в плотном кольце. Посыпались вопросы, слышались восторженные восклицания, кто-то из детей пытался оторвать от одежды гостей что-нибудь в качестве сувенира. Поздоровавшись с воспитателями, Шепард и Бенезия прошли на детскую площадку, где сели на скамейки возле игровых столов. Их обступили еще теснее. Сюзанна была просто поражена и восхищена детской непосредственностью. Она напряженно ждала главного вопроса в стиле "Тетя, а вы действительно робот?", но никто из воспитанников не стал даже заикаться о подобном. На столиках появились исполненные детьми рисунки, аплликации, скульптуры на тему корабля, команды и экипажа фрегата. Просмотрев некоторые из них и похвалив авторов, Сюзанна наконец-то смогла успокоиться — никто из воспитанников не делал малейшей проблемы из того, что второй пилот корабля была киборгом, оснащенным почти не ограниченным искусственным интеллектом. А когда она сама из податливой массы несколькими сотнями быстрых, почти незаметных движений создала точный скульптурный портрет малышки-азари, плотно оккупировавшей ее левое колено, детская аудитория была готова передать ей десятки рисунков, аппликаций и поделок, изображающих ее саму.

— Сюзи, придется забрать. Но лучше, если ты подпишешь все рисунки и аппликации, а на поделках проставишь свое факсимиле с датой и временем. Это будет ценнее. Некоторые ты можешь и забрать, но смотри внимательнее — они очень хорошо знают, что такое конкуренция. — сказал подошедший капитан, чуть склонившись, чтобы слышала только она.

— Спасибо, капитан. — Сюзанна достала световой кодатор и принялась подписывать рисунки. Вопли восторга слились в сплошной одобрительный гул. Пользуясь тем, что дети поглощены общением с Сюзанной, Шепард, Бенезия и Лиара с Джефом отошли к воспитателю, под опекой которой находилась малышка-азари. Стройная высокая двухсотлетняя азари подробно ответила на многочисленные вопросы гостей относительно ребенка, показала документы и недлинные видеозаписи.

— Таира у нас гуманитарий, она и художница, и скульптор, и поэтесса. Она — чистокровная азари и это обстоятельство, к счастью, после окончания войны перестало быть негативным клеймом. Мы и сами поражаемся талантам малышки, а она уже сейчас относится к своим дарованиям как к тому, что требует постоянного совершенствования, постоянной работы. — девушка показала несколько работ Таиры на своем инструментроне. — Это последние, их она создала несколько дней назад. Через одну из благотворительных организаций Азарийского пространства мы запросили Серого Посредника, чтобы он помог нам разыскать ее хотя бы дальних родственников. И получили быстрый и точный доказательный ответ — она сирота. Мы провели собственный поиск и нашли немало доказательств справедливости данного ответа. Так что можно сказать, что Таира прекрасно знает о своем одиночестве в нашем мире. И она очень хочет, чтобы это одиночество закончилось. — сказала воспитательница. — Я вижу, что Сюзанна Моро любит и ценит детей, умеет с ними общаться. Значит, Таира наконец-то обретет мать и отца. — она посмотрела на Джефа, внимательно наблюдавшего за невестой и за девочкой, затем перевела взгляд на Бенезию. — Ваше появление здесь, матриарх, вместе с дочерью и ваш приезд, капитан Шепард, сняли многие вопросы и проблемы. Мы прекрасно знаем кто вы и что сделали, поэтому убеждены — Таира будет в надежных руках и она действительно нашла в вашем лице настоящую, большую и дружную семью.

— Инара. — Лиара внимательно посмотрела на воспитательницу. — Вы убеждены, что у Таиры нет сводных братьев и сестер?

— Да, Лиара. — воспитательница убежденно кивнула. — Мы проверили резервные базы архивов, до которых войска Жнецов не добрались и которые остались неповрежденными. Ни по одному из учетов Таира не проходит, как имеющая каких либо родственников. Мать растила ее одну, они жили на уединенной ферме вдалеке от основных поселений. Девочка сумела убежать от разведки Жнецов, скрыться в обширных пещерах — там рядом горная гряда, велись каменные разработки. Еще до вторжения они были давным давно заброшены. Таира говорила, что любила там иногда играть в полном одиночестве.

— Инара, я вижу, что у моей жены нет никаких сомнений в том, что Таира станет нам прекрасной приемной дочерью. — сказал Джеф, посмотрев в сторону Сюзанны, окруженной детьми. Таира сидела у нее на коленях и что-то увлеченно рисовала цветными карандашами прямо на малом экране инструментрона. — Они уже нашли общий язык и понимание.

— Да, мистер Моро. Вы правы. Если уж Таира приняла вашу супругу... то у меня нет возражений. Может...

— Нет, Инара. Таира, насколько я понял, прекрасный, компанейский ребенок. Незачем ее ограничивать. Можно Сюзанне пройти с ней в комнаты и помочь Таире собраться? Так будет лучше, не по-казенному.

— Вы правы. — Инара отдала несколько распоряжений по спикеру. — Будет лучше, если ваша супруга сама сопроводит девочку.

Джеф кивнул, понимая, что в женскую детскую спальню мужчине являться совершенно не обязательно. Уловив ободряющий взгляд Джефа, Сюзанна подхватила малышку азари на руки и, сопровождаемая кольцом ее подружек, направилась к спальному корпусу. Спустя полчаса Таира появилась в дверях корпуса, облаченная в лучшую детскую одежду и обувку, которую Сюзанна долгими вечерами подбирала по многочисленным каталогам, сверяясь с предпочтениями маленькой азари. Рука ребенка крепко сжимала пальцы правой руки Сюзанны. В другой руке Сюзи держала объемистый рюкзачок и пакет, в котором виднелись художественные принадлежности.

— А вот и мы. — Сюзанна приблизилась к месту, где расположились остальные члены группы. — Познакомься, Таира. Это — твой папа. — она указала девочке взглядом на встававшего Моро, с трудом скрывавшего волнение.

Несколько секунд девочка напряженно вглядывалась в подходившего мужчину, затем рывком преодолела разделявшее их расстояние, раскинула руки и буквально взлетела вверх, обнимая пилота за шею и прижимаясь к нему всем тельцем. Джеф едва успел сомкнуть обьятия, чтобы не дать Таире упасть, а Шепард взял у Сюзанны пакет и рюкзачок, дав ей возможность подойти к Джефу и обнять Таиру. Девочка обернулась и другой рукой обняла за шею новообретенную маму.

Обратный путь она провела поочередно на коленях Сюзанны и Джефа, не делая между ними никакой видимой разницы. Лиара с Бенезией молча дивились такой прозорливости маленькой азари, которая предпочла не обратить внимание на происхождение матери, полностью растворившись в чувствах и эмоциях, подаренных ей Сюзанной и Джефом.

Фрегат ее потряс своими точеными линиями и совершенными формами. Она полчаса стояла на перроне дока, вглядываясь широко раскрытыми глазами в его очертания.

— Мам, а папа точно пилот этого... чуда? — задала она мучавший ее вопрос, обратившись к стоявшей рядом Сюзанне.

— Да. Он — пилот этого фрегата. Корабль называется "Нормандия". — сказала Сюзанна, указав маленькой азари на надпись, шедшую через всю верхнюю часть борта.

— "Нормандия". Это где-то на планете Земля, да?

— Да, Таира. Мы скоро полетим на Землю и папа и я покажем тебе место, которое дало имя нашему кораблю.

Внутреннее убранство корабля потрясло маленькую азари не меньше. Ее и без того широко раскрытые глаза не могли остановиться, выхватывая все новые и новые детали, будоражащие детское восприятие и воображение. Особенно заинтересовала девочку большая Звездная карта, даже на стоянке в доке переливавшаяся сотнями оттенков и демонстрировавшая все окружающие Тессию корабли и небесные тела. Пользуясь тем, что у карты никого не было, Таира быстро прошмыгнула на постамент, подтянулась и уселась на поручень, увлеченно водя пальцами по податливой поверхности трехмерного изображения и наблюдая за реакцией этого виртуального чуда. Она была настолько поглощена процессом и его результатами, что совершенно не заметила, как рядом встали Сюзанна, Джеф и Шепард с Лиарой и Бенезией.

— Мам. — обернулась девочка к Сюзанне. — Если ты — второй пилот этого корабля, а мой папа — первый пилот, то кто капитан?

— Я, Таира. — сказал Джон, подходя ближе.

— Капитан Джон Шепард. — девочка от неожиданности едва не кувыркнулась в виртуальное пространство карты. — Вы же были там, в нашем детском центре...

— Был. — подтвердил Джон, оставаясь серьезным. — Понравилось? — он взглядом указал на сиявшую Звездную Карту.

— Это лучшее, что я видела из трехмерных экранов. — сказала Таира. — Это — планеты, да? — она указала пальчиком на ближайшие к ней отметки.

— Да, Таира. Это — малые планеты Азарийского Пространства, твоей родины. — не меняя серьезного тона ответил Шепард. — Ты хочешь увидеть настоящие звезды и планеты?

— Очень хочу, капитан. — сказала Таира, вызвав одобрительные улыбки на лицах спутников Шепарда.

— Тогда давай, пройди по кораблю с мамой и папой в каюту, устройся и приходи в пилотскую кабину. Папа и мама покажут тебе настоящие звезды и планеты, ведь мы отправляемся в полет.

— В полет... — с замиранием голоса произнесла малышка.

— В полет. — подтвердил Шепард. — Я знаю, ты уже летала на пассажирских челноках и кораблях в Азарийском пространстве. Теперь мы покажем тебе другие звезды и другие пространства. Сейчас мы отправляемся в пространство, где живут турианцы.

— Они — прекрасные друзья. Смелые и честные. — сказала Таира. — в нашем центре они всегда защищали слабых и помогали всем, кто в этом нуждался.

— Правильно, Таира. А теперь ты, возможно, увидишь их родину своими глазами, сможешь побывать на поверхности их планеты, увидеть их мир. Скажи, Таира, ты хочешь, чтобы рядом с тобой была сестра — турианка?

— Очень хочу. — серьезно сказала Таира и в ее голосе не чувствовалось ни грана неуверенности. — они не только сильные и смелые, но и удивительно нежные и добрые.

— Значит, решено. — Шепард помог девочке слезть с поручня у Карты на постамент и, взяв ее за руку, повел к лифту. — Давай, нажимай третью клавишу. Это — жилая палуба, там — каюты членов экипажа.

— Как мягко идет... — Таира оглядела просторный лифт и смело шагнула на палубу. — Как здесь много света и он такой нерезкий, приятный... — она подала капитану руку, обхватила пальчиками его пальцы и завертела головой. — Тут большинство люди?

— Да, значительную часть экипажа корабля составляют люди, Таира. — сказал Шепард, подводя малышку к двери каюты, занимаемой Сюзанной и Джефом. — А теперь тебе пора расположиться в каюте твоих родителей. — он подождал, пока Таира разожмет свои пальцы и кивнул пилоту. — Джеф, у нас старт через полчаса.

— Хорошо, капитан. — сказал Моро, входя следом за Сюзанной и Таирой в каюту.

В назначенный срок небольшая пилотская кабина оказалась просто перенаселена. Джеф пристегнулся, наблюдая за тем, как Сюзанна, также пристегнувшись к креслу второго пилота, застегивает страховочные ремни на Таире. Малышка крутила головой едва ли не на полный оборот и изо всех сил старалась удержаться от того, чтобы не потрогать многочисленные сверкавшие радугой индикаторы и сенсоры.

— Капитан, "Тессия-Главная" дала добро на взлет. — обычным тоном доложил Джеф.

— Взлетаем. Пройдись не спеша над частью планеты, пусть Таира увидит свою родину с высоты. Затем бери курс на разгон и прокол к Палавену. А мы пойдем в боковой салон к обзорному иллюминатору. До прыжка у нас будет около сорока минут и Таира увидит новое убранство космоса, сможет увидеть Пространство Азари во всей красе с недоступного экскурсионным шаттлам и лайнерам ракурса.

— Есть, капитан. Взлет произведен. Внешние маяки космопорта пройдены. "Тессия-главная" дала добро на облет части планеты. Маршрут введен. Открываю передние иллюминаторы. — Моро нажал несколько сенсоров и бронекрышки открыли путь свету космоса в пространство рулевой рубки.

Таира вопросительно посмотрела на Сюзанну, та кивнула и, отключив передние пульты, подсадила Таиру, позволив ей вплотную приблизиться к стеклу правого переднего иллюминатора. Таира уцепилась за небольшой ободок одного из потушенных пультов и приникла к стеклу, жадно впитывая в себя новую красоту космоса. Джеф, работавший за своим пультом, с интересом поглядывал на дочь, но та не отрывалась от зрелища ни на секунду. Сюзанна обменялась с Джефом понимающим взглядом.

— Сюзи, проведи Таиру к обзорному иллюминатору в салон, который занимала Самара с дочерьми. — он указал на курсопрокладчик, где красная риска границы разрешенного для "Нормандии" пространства приближалась с каждой минутой к фигурной отметке корабля.

— Хорошо, Джеф. — Сюзанна кивнула. — Таира, пойдем, я покажу тебе большой иллюминатор. Там ты увидишь намного больше.

— Хорошо, мам. — Таира позволила Сюзанне помочь ей сойти с погашенных пластин пультов на пол и, ухватив за пальцы правой руки, прошла к выходу из рубки. — Спасибо, па. — прозвенела она, обернувшись.

— Не за что, доча. — обернулся к ней Джеф.

— Капитан, Лиара, Бенезия, можете нас проводить? — ИИ вопросительным взглядом прошлась по лицам спутников.

— Конечно, Сюзанна. — сказала матриарх. Таира, обернувшись, протянула азари руку и та подала ей свою. Лиара и Шепард пошли позади. После короткой поездки на лифте и недлинного коридора перед ними распахнулась створка двери входа в салон.

— А здесь уже кто-то живет? — спросила Таира, оглядевшись и сделав первый несмелый шаг внутрь салона. У самой двери она отпустила руки Бенезии и Сюзанны, давая им возможность набрать код на панели двери. — Это место не выглядит не обжитым.

— Да, Таира. — переглянувшись с Джефом, сказала Сюзанна. — Здесь тоже живут такие же азари, как и ты. Мать и три ее дочери. — ИИ включила голопроектор и перед девочкой встали Самара, Мирала, Рила и Шаира. Фигуры юстициара и ее дочерей проектор показал в натуральную величину и Таира вынуждена была высоко поднять голову. Повинуясь указаниям Сюзанны, голопроектор сменил кадры и теперь все четыре азари сидели в креслах в уголке отдыха.

— Такую броню... — сказала задумчиво Таира. — носят только юстициары.

— Эта азари и есть юстициар. А дочери — ее помощницы. — подтвердила Сюзанна, хитро прищурившись и что-то набрав на инструментроне. Таира с удивлением увидела, как азари-юстициар встала с кресла в уголке отдыха, приблизилась к Таире, присела перед ней на корточки и мягким взглядом заглянула маленькой азари в глаза.

— Привет. Я — Самара. Давай, я тебе покажу, как удобнее всего полностью раствориться в космосе. — с этими словами юстициар прошла к пульту управления бронезаслонкой, нажала сенсор и бронеплита отошла, открыв большой обзорный иллюминатор. Повернувшись, Самара отступила от пульта, села лицом к иллюминатору в свою обычную позу со скрещенными по-турецки ногами. Таира быстро повторила за ней все движения и замерла, впилившись взглядом в картину, открывавшуюся перед ней.

— Все это было неоднократно записано, когда Самара была здесь, на борту. Я только смонтировала и подогнала перемещения и время движений. — тихо пояснила Сюзанна Бенезии.

— Она — наше новое поколение, которому жить в новом мире без угрозы глобальной войны. — задумчиво произнесла матриарх. — неудивительно, что она так легко и свободно воспринимает наши технические новшества. А когда встретит реальную Самару и ее дочерей — она будет готова воспринять и их. Джеф. — Бенезия подняла глаза к потолку. — Сколько до прокола?

— Тридцать минут, матриарх. — откликнулся пилот, но даже голос отца не заставил малышку оторваться от созерцания.

— Тогда давайте тоже присядем... на двадцать минут. Время есть. — предложил Шепард.

Несогласных не нашлось. Рядом с сидящей Самарой села матриарх, по левую руку от нее села Лиара. Справа от Таиры села Сюзанна, рядом с ней — Шепард. На несколько минут в каюте юстициара установились тишина и покой. Таире было приятно, что столько взрослых и занятых людей уделяют ей свое время и внимание.

— Капитан, корабль на выходе на прокол. Три минуты. — доложил Джеф. — Можете оставаться на месте в салоне. Пройдем безопасно.

— Хорошо. Пусть Таира привыкает к нашим техническим новшествам и дальше. — одобрительно заметил капитан. — Прибытие?

— На орбиту — через три часа. — доложил Джеф. — Прокол!

Звезды слились в яркие линии. Несколько минут Таира сидела неподвижно, ожидая, когда появятся привычные ее глазу планеты и созвездия.

— Тая, — мягко обратилась к ней Сюзанна. — Такая картина будет за стеклом иллюминатора в ближайшие три часа. Потом снова будут и звезды и планеты.

— Ум... Хорошо, мам... — Таира очнулась от созерцания и не заметила, как вздрогнула Сюзанна. — Это... завораживает... А что будет через три часа?

— Новая для тебя планетная система. Палавен. Там мы сделаем остановку и, возможно, ты обретешь сестру-турианку. — Сюзанна уловила, что малышка-азари отчаянно борется с сонливостью. — Капитан. — ИИ взглядом указала на поднимавшуюся на ноги Таиру. — Помогите ей добраться до нашей каюты.

— С радостью. — Шепард подхватил девочку на руки и та доверчиво прильнула к нему, погружаясь в сон.

Устроив новообретенную дочку на свободной третьей полке, Сюзанна долго смотрела на нее спящую. Шепард, Лиара и Бенезия тихо вышли из каюты.

— Давайте. Нам нужно тоже отдохнуть. — сказал Шепард. — Гаррус обещал поспособствовать, исключить военные парады и официальные приветствия в честь нашего прибытия. Уломать примарха Виктуса было непросто, но Гаррус справился с этим блестяще. Примарх обещал, что нам будет оказано полное и максимальное содействие. И, кстати, надо забронировать рядом с каютой Сюзанны и Джефа вторую каюту для их детей. Там тоже четыре полки, будет своеобразная детская. — он достал командирский ридер и внес в план корабля необходимые изменения. — Вот. Теперь будет небольшой приятный сюрприз для нашей новенькой леди-турианки. Пусть живут и играют в своем собственном детском пространстве.

— Хорошо, капитан. Джон. Не составите нам компанию? До выхода из прокола? — зовуще спросила Бенезия. Лиара кивнула, соглашаясь.

— Ладно, уговорили. — кивнул капитан. Спустя несколько минут они пили чай из высоких фигурных тонкостенных сосудов. — Вижу, у вас вопросы есть относительно будущих детей Сюзанны? Так?

— Да, капитан. — сказала Лиара. Мы не собираемся вмешиваться, но будет ли нормальным присутствие мальчика среди девочек в четырехместной каюте?

— Лиара... — укоризненно произнес Шепард. — наши дети также как и вы пережили войну. Планета подвергалась бомбардировкам, инфраструктура была сильно разрушена, несмотря на эффективное сопротивление. В таких условиях даже маленькие дети перестают интересоваться вопросами половых различий в той мере, чтобы это создавало дополнительные проблемы для их сосуществования. А мальчику будет с ранних лет ясно, что это не просто девочки, это — будущие женщины, матери, которых он призван оберегать, обеспечивать и защищать. Независимо от расы, к которой они принадлежат. Он получит уникальный опыт межрасового взаимодействия наряду с опытом длительных космических перелетов рядом с родителями. Это само по себе дорогого стоит.

Кроме того, Лиара, он — родной брат одной из этих девочек. И поверь, я достаточно смотрел материалов, чтобы убедиться — никаких опасных заскоков у него по отношению к родной сестре или к сводным сестрам не будет. У нас принято говорить, что в тяжелое время дети взрослеют рано. А взросление ставит надежный заслон подобным отклонениям. Детства же его никто не лишал. Оно у него будет полным и запоминающимся, как и положено для нормального земного ребенка. А с такими сестрами оно станет просто исключительным.

Не забывай, что у нас на борту полно детей других рас, хотя бы вспомни детей Лиа Ваэл. Сколько мы их ловили по всем вентканалам? Сколько беспокоились, чтобы они ничего себе не сломали, когда прыгали по настенным креплениям, как обезьяны?... И ничего, выжили. Да и у Гарруса, который будет нас, без сомнения, встречать, дети уже достаточно взрослые. Если Гаррус разрешит, мы попросим их сопроводить нас. Они поддержат нас, когда мы будем общаться с воспитанниками турианского детского центра. Военное воспитание и дисциплина и там и там одинаковы, но теперь турианцы воспитывают своих детей не только в духе милитаризма, но и в духе тонкой душевной организации. А у всех рас за это в первую очередь отвечают женщины. И уж турианка воспитывается с малолетства так, что четко понимает, когда это простой интерес, а когда — насильственный. Хотя и взрослым там никто не дает права отказаться от контроля и наблюдения. Так что земной ребенок не будет посягать на свою сестру, какой бы уровень родства между ними не был. В этом я убежден.

— Ну, если вы так в этом убеждены, капитан... — Лиара кивнула. — Думаю, действительно проблем не возникнет.

Три часа истекли. "Нормандия" выполнила прокол и вышла в обычное пространство недалеко от запланированной точки входа на орбитальный отрезок.

— Фрегат ""Нормандия"". Говорит "Палавен-Главная". Рады приветствовать вас в зоне юрисдикции Турианской Иерархии. Для вас приготовлен док "шесть-си". Вам будет необходимо поверх вашей брони одеть легкие защитные комбинезоны. Уровень излучения для вас может быть опасен. Мы готовы к вашему приему.

— Благодарю. Посадочный курс принял. Следую установленным курсом. — отозвался Джеф. — Сюзанна, я справлюсь, фрегат придется сажать в изолированный подземный док. Здесь просто радиационная печка. Поэтому сделай милость, не уклоняйся от надевания комбинезона. Ты теперь не одна, малышки должны брать с тебя пример.

— Если ты так говоришь — я сделаю. Только ты тоже не забудь застегнуть комбинезон. — сказала ИИ, вставая из кресла второго пилота. — И не задерживайся.

— Будет сделано, мэм. — шутливо козырнул Джеф, нажимая несколько сенсоров. — Атмосферы здесь действительно никакой нет.

— Серебряная планета. Верное название. — сказала Сюзанна, выходя из пилотской рубки.

— Да уж.

В выходном шлюзе учтивые турианки в гражданских защитных комбинезонах помогли Шепарду, Джефу и Сюзанне облачиться в защитные одежды. Едва только Шепард застегнул последний клапан своего комбинезона, в шлюз вошел Гаррус. Турианки вытянулись и козырнули. Кивком головы Гаррус отпустил их и они поспешили на выход.

— Приветствую, Шепард. — Гаррус поручкался с капитаном и Джефом, кивнул Сюзанне. — Пошли, нас ждет транспорт. До центра лететь полчаса, он достаточно близко от космопорта.

Тяжелый турианский транспортник легко оторвался от посадочной площадки и повинуясь указаниям опытного пилота, направился к скальным грядам. С высоты были хорошо заметны разрушения, нанесенные ковровыми бомбардировками, ясно просматривались места битв с наземными войсками захватчиков. Кое где виднелись новостройки, прикрытые огромными парусами экранов. Гаррус скупо комментировал увиденное гостями.

— Снижаемся. Через несколько минут под нами будет посадочная площадка. — отметил водитель-турианец. Гаррус резко встал, вглядываясь в показания счетчика солнечного излучения, вынесенного на стену, разделявшую водительскую кабину и пассажирский салон.

— Пока в пределах гостевой нормы. Но следует поторопиться уйти под защиту каменных гряд. — бросил турианец, перехватывая поудобнее пистолет и поправляя укрепленную в зажимах на спине снайперскую винтовку. — Это детский центр, но устроено все как в обычном военном лагере. Нам трудно быстро отказаться от нашей сути и допустить реализацию резкого рывка в пацифизм. Тем не менее мы уже отмечаем у многих детей-сирот задатки гуманитарных лидеров. Для них мы создали несколько лагерей принципиально нового типа. Здесь военная подготовка уже не доминирует. Дети изучают немалый обьем сугубо гуманитарных сведений. — Гаррус уловил, что транспортер завис над ровной площадкой. — Высаживаемся, бегом к порталу. Там нас встретят. — турианец десантировался первым, помог сойти Сюзанне и указал Шепарду и Джефу на видневшийся неподалеку портал. — Туда.

У самого портала Гаррус несколько замешкался, набирая недлинный код. Наконец дверь распахнулась, турианец отступил в сторону и, дождавшись, когда все зайдут, заблокировал дверь.

— Это внешний выход из базы. Он должен быть всегда закрыт. Палавен после бомбардировок и сражений стал рассадником хищных животных, прекрасно адаптировавшихся к условиям военного времени и сильного радиационного излучения. — пояснил он, жестом приглашая следовать за собой.

Через несколько гермодверей они наконец вошли в зал, где их встретили несколько затянутых в форменные комбинезоны турианцев и турианок.

— Это руководство центра. Представляю вам воспитателя группы, лейтенант Видана. — Гаррус указал на подходившую к ним стройную невысокую турианку в средней броне. Дальше вы будете с ней решать все вопросы. Я жду вас здесь, мне надо переговорить с верховным руководством центра. — с этими словами турианец отошел, предоставляя возможность лейтенанту Видане обойтись без строевых приемов по отношению к генералу Вакариану.

— Здравствуйте. Я — лейтенант Видана. Генерал Вакариан уже говорил мне о вас. Прошу следовать за мной. — лейтенант на месте развернулась и направилась к открывавшемуся проходу.

— Ей богу, я почувствовал себя снова в армии. — сказал тихо Джеф, обращаясь к капитану и рассчитывая, что турианский офицер его не услышит. — Это что, дисбат какой — то?

Но Видана услышала, замедлила шаги и, дождавшись когда гости нагонят ее, сказала:

— Мистер Моро, я бы не сказала, что вы точно знаете, что такое турианская армия. То, что вы видите здесь — это очень сильно облегченный вариант обычного воинского подразделения турианских вооруженных сил. Тем не менее вы правы... Нам достаточно сложно отказаться вот так сразу от того, чем мы руководствовались на протяжении столетий. Но мы стараемся. — она открыла какой-то карточкой незаметную дверь и предложила войти. — Это — наша комната для свиданий. — девица посчитала свою задачу выполненной и уже направилась к другой двери, но ее остановил голос Сюзанны:

— Простите, Видана. Можно попросить вас задержаться. — сказала Сюзанна, тщательно скрывая недовольство.

— Можно. — Лейтенант развернулась на месте кругом и вопросительно посмотрела на ИИ. — Только не надо считать, что я не способна читать эмоции. Я же ясно ощущаю, что вы недовольны.

— Я только хотела заметить, что, если мне правильно пояснили, вы работаете с сиротами. — сказала Сюзанна, буравя турианку ненавидящим взглядом. — А в регулярной стандартной армии обычно пребывают дети из полных семей или дети, у которых, по меньшей мере, жив один из родителей или другой близкий кровный родственник. Только не надо оправдываться вашей прошлой службой и прошедшей войной. — ИИ привычно просчитывала следующие возможные шаги и действия своей оппонентки. — Генерал Вакариан разьяснил нам, что вся турианская цивилизация разворачивается в сторону гуманизма. Всем нам, здесь присутствующим гостям, ясно, что с особой теплотой и участием следует относиться к детям, потерявшим всех без исключения родственников. Или вам, Видана, не пояснили, кто перед вами, или вы просто отчаянно пытаетесь препятствовать нам в исполнении нашей миссии, или вы просто не даете порученным вашей опеке детям выйти за пределы коридора нормативов, соблюдение которого уже едва не привело вашу цивилизацию к гибели.

Так что мы не собираемся терпеть ваш предельно милитаризированный порядок установления нормальных взаимоотношений сироты с приемными родителями. Мы хотим увидеть ребенка в обычной, привычной ему обстановке. Нам не нужно, чтобы ее приводили к нам под конвоем, а ведь так у вас тут здесь принято? Что бы там ни было, это — ребенок, это — девочка, это — сирота и она имеет право на нормальное, бережное и гуманное к ней отношение. Или вы уже и из нее намереваетесь сформировать не умеющего рассуждать и ценить жизнь и свободу солдата?

Замечу, что нам не нужно обращаться сейчас к генералу Вакариану и ждать только его решения. Капитан Шепард имеет ранг Спектра Цитадели. Мне продолжить зачитывание полномочий членов Спецкорпуса тактической разведки Цитадели?

— Нет. Не нужно. Мне известно, кто вы. Но ваше появление здесь... Очень неожиданно.

— Не успели причесаться и убавить степень милитаризованности? — едко заметила Сюзанна. — И это хваленая турианская армия? Интересно, сколько вам понадобится времени, чтобы в совершенстве освоить невоенизированную жизнь? Пятьсот, тысяча, две тысячи лет? Глядя на вас я искренне сомневаюсь, что даже за двадцать пять тысяч лет с такими темпами вы хотя бы приблизитесь к нам. Земляне причесали вас, едва только столкнулись с вами. Мы, люди, в кратчайшие сроки встали перед Млечным Путем в ранге советников Цитадели, сохранив высочайшую автономность и свободу. Тогда, когда вы упивались парадами и строили очередные дредноуты, мы уже видели, что никакой ваш флот не выстоит, защищая Цитадель.

Ваши дредноуты и фрегаты оказались не в состоянии вычислить, догнать, задержать и уничтожить ни один из крейсеров Коллекционеров. Тем самым вы, первая и лучшая армия в Галактике Млечный Путь допустили массовые похищения живых и разумных существ этими пустыми оболочками с коллективным ограниченным разумом. А это уже противоречит интересам не только жителей пространства Турианцев, это идет вразрез с задекларированными принципами и основами деятельности Совета Цитадели, где вы выступаете как военная сила всего объединения, являетесь вторым постоянным членом Совета и несете за все происходящее в пространстве Млечного Пути самую полную ответственность, налагаемую статусом Советника Совета.

А теперь. Что было совсем недавно, помните? Дошло до того, что вашу, сильнейшую, как казалось, в Галактике, армию и флот били те же самые Жнецы, которые опасались даже связываться с нашими кораблями и наземными войсками. Опасались, потому что сразу предельно эффективно получили по зубам, по рогам и по всем остальным частям тела, причем очень болезненно и неожиданно. К вашему сведению, в каждом из людей хранится генокод поколений, практически не знавших мирного времени и непрерывно воевавших. И вы пытаетесь впечатлить нас вашим солдафонством? — Сюзанна легко отодвинула Видану в сторону от двери во внутренние помещения базы, склонилась над замком, что-то щелкнуло и дверь открылась во всю ширь. — Капитан, Джеф, прошу. — Она снова взяла под свои прицельные взгляды лейтенанта. — Мы пройдем и познакомимся с малышкой сами. Опасайтесь приближаться ко мне — уничтожу. И не пытайтесь доставать оружие — это будет ваше последнее движение в жизни. — прошипела Сюзанна, переводя добреющий взгляд на Шепарда. — Капитан, я нашла Илану. Курс по помещениям и переходам проложен. — она пропустила в проем входа Джефа и Шепарда, после чего закрыла дверь, сменив код на тот, который имел в своем составе плавающие функции.

Спустя четверть часа они наконец вошли в общую комнату, где за столиком сидела худенькая турианка, занятая рисованием. Разноцветные мелки усеивали стол.

— Илана? — Сюзанна приблизилась к ней. Турианка подняла на нее взгляд и произошло то, что потрясло всех, кто это видел — она молнией преодолела расстояние между ней и Сюзанной, после чего оказалась на руках ИИ и, прижавшись к ней, произнесла только одну фразу:

— Мама, забери меня отсюда!

— Конечно, Илана, — Сюзанна, успокаивающе разговаривала с ней, прижимала девочку к себе, пока Шепард доставал из под столика ее тощий рюкзачок и собирал лежавшие на скамейке курточку и берет с перчатками, не забыв прихватить рисунки и мелки.

— Можем идти, Сюзанна. Курс? — сказал Джеф, принимая на руки турианку и стараясь успокоить ее.

— Проложен. — ИИ сверилась с монитором инструментрона. — Мы выходим прямо к посадочной площадке. Внешнюю дверь я вскрою без проблем. Капитан, прикройте девочку резервным комбинезоном. Документы мы получим по связи. Довели ребенка!

Дальнейший путь не занял много времени. Увидев странную процессию, водитель транспортера молча открыл дверь и опустил трап.

— В космопорт. — бросил Шепард и водитель не посмел возразить или ослушаться, сразу положив машину на нужный курс.

— Шепард, Джеф, Сюзанна. — на экране появился Гаррус. — Я уже решил вопрос с лейтенантом. Она будет наказана. Я лично привезу в космопорт все документы на Илану.

— Хорошо, Гаррус. — сказала Сюзанна, прижимая к себе рыдающую девочку. — только я немедленно поставлю перед Советом Цитадели вопрос о массированной инспекции детских учреждений в вашей системе и Глава Совета Уильямс, думается, не найдет оснований для того, чтобы обойтись без репрессий. А лейтенанта... Ее не наказывать надо, а уничтожить. Подобная черствость недопустима в работе с сиротами. Тем более — с девочками, которые, согласно вашим данным не являются военнослужащими. Я поставлю перед советником Уильямс вопрос о жесточайшей массированной проверке всего, что касается детей в пространстве Иерархии, Гаррус и вы знаете, что я всегда иду до конца. — с этими словами Сюзанна оборвала связь и, искоса посмотрев на Шепарда, вернулась к успокаиванию Иланы.

В космопорту они едва дождались, когда прибудет на своем транспортере Гаррус, молча взяли пакет с документами, не забыв проверить содержимое по описи.

— Гаррус, надо наводить порядок. Срочно. Или вы потеряете молодежь. — только и сказал Шепард, прощаясь с Вакарианом. — Меня не интересуют детали по этому центру в целом и персонально по лейтенанту. У меня такое ощущение, что у вас, в вашем Пространстве, зреет сильная оппозиция стремлению сменить курс в сторону от излишней милитаризованности. Если вы упустите момент — вас сметут. И вы снова станете несамостоятельной силой. К тебе лично у меня претензий нет. Если примарх не устоит — будет сложно. Во всех смыслах. — с этими словами Шепард исчез за закрывавшимся люком перехода на "Нормандию".

Пока он разбирался с Вакарианом, Джеф быстро подготовил фрегат к немедленному отлету с Палавена и, едва "Палавен-Главная" высветила на пульте зеленый, разрешающий отлет, сигнал, фрегат сразу включил маршевые двигатели и спустя несколько минут покинул пространство, контролируемое турианцами.

Сюзанна во время отлета разместила Илану во второй четырехместной каюте, переодела ее во все, что приличествовало носить девочке-турианке, не имеющей никакого отношения к армейским структурам, дала полную возможность насладиться обновками и подарками, собранными специально для нее. Илана немного успокоилась, поняв, что никто не собирается ею командовать и заставлять подчиняться, но больше всего она боялась хоть на минуту остаться без Сюзанны. ИИ корабля была вынуждена остаться в детской каюте на все время старта и на начальный отрезок полета.

Эшли сама вышла на связь с Шепардом, стоявшим у Звездной Карты, проверявшим системы корабля и пересчитывавшим курс для ускорения прибытия на Землю.

— Джон, мне доложили о том, что произошло на Палавене в детском центре. Я распорядилась, чтобы подразделение Спектров провело массовую проверку всего, что связано с детьми на центральной планете Пространства Турианцев. Группа уже приступила к работе. Скажу сразу — вины Гарруса в этом нет — это совершенно другое подразделение, к которому его служба не имеет отношения. Примарх... С этим сложнее. Там действительно существует сильная оппозиция демилитаризационному курсу, взятому правительством после окончания войны с Жнецами. Турианцы, как мне доложили, страдают от того, что им так легко намяли бока Жнецы, несмотря на всю их гигантскую армию и сильный флот. К сожалению, ни психологически, ни реально им пока нечем компенсировать подобный прокол и закономерно возникают в самых разных областях такие вот негативные перекосы. Группа будет сидеть на Палавене и в пространстве Турианцев столько, сколько потребуется для решения проблем, связанных с подрастающим поколением турианцев. Как члены Совета, Турианцы не смогут обвинить нас во вмешательстве во внутренние дела. Такие нарушения — это уже не внутреннее дело.

— Хорошо, Эш. Я верю тебе, верю, что Совет сделает то немногое, что ему доступно. Сейчас мы возвращаемся на Землю. Несколько суток — и мы там. Спасибо, что так быстро начала действовать.

— Это же дети, Джон. Если мы не будем быстро устранять для них угрозы — они рискуют вырасти не нашими. — сказала Эшли и отключила связь.

— И то верно, — задумчиво сказал капитан, сходя с постамента, уступая место за Картой вахтенному офицеру. Он прошел к Джефу в рубку и остановился сзади пилотского кресла.

— Скажи мне, Джон, как такое могло произойти под носом у Гарруса? — спросил Джеф, ненадолго отрываясь от консолей.

— Это не ведомство Гарруса, Джеф. У него совершенно другое руководство.

— И они пытаются исправить ситуацию?

— Эшли мне сообщила, что туда направлена целая группа Спектров. Они будут сидеть в пространстве Турианцев до победного конца. Зная, как внимательно Уильямс относится к назначению на должность Спектров, можно быть спокойным — инцидент с Иланой будет одним из последних.

— Если так не будет, — сказала вошедшая в рубку Сюзанна, — то им придется познакомиться со мной и моими средствами решения проблем. Сомневаюсь, что оставлю многих в живых.

— Как Илана тебя отпустила? — спросил Шепард, чтобы перевести разговор.

— Ей просто нужен сон, крепкий здоровый сон в тишине и покое, как можно дальше от этой солдафонской мишуры. Она должна отоспаться, успокоиться, адаптироваться к стабильной окружающей обстановке. — Сюзанна села в кресло второго пилота и пристегнулась, после чего включила боковые экраны контроля корабельной обстановки. — Таира тоже спит, хорошо, что мы не брали ее на Палавен. Я пока запрошу все данные об обстановке вокруг наших близнецов, Джеф. Теперь я такого не допущу в принципе. — Сюзанна яростно защелкала переключателями, задавая запросы поисковым системам. — Солдафоны недорезанные. По меньшей мере их хоть догадались не разделять. Добрава в порядке, сейчас играет с подружками на детской площадке центра. Дарий тоже — он сейчас с компанией ровесников опять пытается удрать к ближайшим развалинам. — она сменила ракурс наблюдения. — Там вроде безопасно, но мальчишки... они такие. Всегда чего-нибудь найдут для опасного развлечения. — она опустила руки на подлокотники пилотского кресла и выдохнула. — Нет, там все в порядке. Извини, Джеф. Мне, наверное, не следовало так действовать. На меня что-то нашло.

— Сюзанна, ты действовала оптимально. Мать всегда защищает своего ребенка до конца, любыми путями и средствами. — сказал вошедший в пилотскую кабину Шепард. — Если бы ты поступала по другому...

— То вы, капитан, не были бы уверены, что я готова стать многодетной матерью.

— Не так радикально, но в целом мысль правильная. Сюзи, ты действовала правильно. Придем на свой космодром, сядем, разместишь детей в вашей с Джефом квартире, а там сможем и посетить тот центр. Джеф, сколько до посадки?

— Трое суток, капитан.

— Я пойду, надо... — начала было Сюзанна и тут ее взгляд упал на экран каютной обстановки, показывающий, что происходит в детской каюте. — Таира таки не утерпела и нашла Илану. — она наблюдала за тем, как азари залезла на полку, где лежала турианка и, усевшись рядом с новенькой, обняла ее за плечи. — Вот и познакомились.

— Не надо им мешать. Они между собой договорятся. Таира — азари, она достаточно разумна, чтобы стать наставницей Иланы. Настоящая старшая сестра. — улыбаясь, заметил Шепард. — к тому же и биотикой она владеет, так что Илане будет и успокоительное, и снотворное. — капитан наблюдал, как девочки, усевшись на полке, занялись рассматриванием обновок и их обсуждением. — Вот и поладили. — он посмотрел на успокаивающуюся Сюзанну. — У тебя уже есть помощница, на которую ты сможешь оставлять всех детей. Я в Таиру верю. Илана будет в безопасности и быстро поймет, что к ней относятся как к личности, а не как инструменту.

— Надеюсь на это, капитан. — Сюзанна задумчиво смотрела на игравших дочерей. — Знаете, Джон... Я десятки тысяч раз представляла себе, как это будет, но реальность... Оказалась выше любых моих ожиданий. Они обе, я видела это четко и ясно и ощущала без всякого тумана, знают, что я робот, что я машина. И для обеих это не составляет никакой проблемы. Вы были правы, сказав мне тогда, что машина — это только платформа, только оболочка. Главное — душа. Теперь я особо полно понимаю подтекст этих слов, капитан, сказанных вами мне тогда, когда я только познакомилась с Джефом.

— Сюзи, пройти через то, через что ты прошла вместе и рядом с нами и не стать личностью, не стать человеком, не стать живым, разумным мыслящим существом... Это слишком нереально. И перед тобой открывается тоже новая страница твоей судьбы, Сюзанна. — Шепард смотрел на играющих на полу каюты турианку и азари. — Это и есть то будущее, которое все мы защищали и оберегали все три наших миссии. Только тебе и Джефу теперь предстоит сыграть определяющую роль в их судьбе, залечить их душевные раны, вывести во взрослую, самостоятельную жизнь.

— Джеф, правда... они прекрасны... — Сюзанна не отрываясь смотрела на экран детской каюты.

— Спрашиваешь, Сью... Конечно. — Джеф подошел к креслу Сюзанны и обнял подругу за плечи, нежно и крепко целуя. — А когда ты их воспитаешь и выдашь замуж... Да любые пацаны будут штабелями складываться у их ног. Им просто будет нечего противопоставить подготовке, которую только ты, Сюзи, способна дать твоим дочерям. Это — только твое.

— И твое, Джеф. Дочери берут пример своего будущего супруга с отца. Так что — придется соответствовать. — ИИ корабля с улыбкой обняла своего мужа. — Если Таира уже знает что-то о корабле, то Илане предстоит многое показать и пояснить. Не испугало бы Илану открытие, что корабль — тоже военный.

— Вот Таира и обьяснит. Самым доходчивым после материнского языком в мире. Детским языком. А нам останется только дополнить. И, полагаю, что Илана быстро поймет — оружие тоже может защищать и оберегать, а не только нападать и убивать.

— Ох, капитан, чувствую, сегодня у нас будет особенная ночь. — задумчиво произнесла Сюзанна, не сводя взгляд с экрана детской каюты.

— Без всяких сомнений, Сюзи. Их первая ночь с родителями вместе. Первая нормальная семейная ночь со спокойными сновидениями, когда рядом будут не только папа и мама, но и сестра. — сказал Шепард.

Ночь, проведенная Сюзанной и Джефом рядом и вместе со своими новообретенными дочерьми действительно стала для них особенной. Впервые рядом с ними спали их дети, безоглядно поверившие, что эти два взрослых человека и есть их настоящие родители. Впервые Джеф и Сюзанна могли быть рядом в такой необычной и волнующей ситуации. Маленькая азари во сне крепко обняла маленькую турианку, окутав ее легким биотическим пологом. Дети спали спокойно, их не мучили кошмары, они не метались. Сюзанна и Джеф несколько часов провели, глядя на дочерей, запечатлевая их образы где-то очень глубоко в подсознании, в сердце. И под взглядами родителей обе девочки спали еще спокойнее, ощущая их заботу, их нежность, их защиту.

Утром Сюзанна показала чудеса, сготовив на завтрак детям и мужу самые их любимые блюда. Девочки, уписывая за обе щеки предложенные яства и напитки, совершенно не тяготились тем, что мама не прикоснулась к еде ни разу. Им было вполне достаточно видеть рядом обоих родителей, ощущать, что между ними не возникает ни малейших противоречий или недомолвок и знать, что теперь так будет всегда. После завтрака маленькая азари-Таира оттерла свою сестричку от раковины мойки и, взлетев на подставленный Джефом табурет, спокойно и деловито вымыла все столовые приборы и посуду, не разбив ничего.

— Мам, пап. — сказала Таира, когда слезла с табурета. — Я покажу Илане Карту? Пусть она тоже посмотрит на это разноцветное чудо. Можно?

— Можно. — сказал Джеф, обменявшись вопросительным взглядом с супругой. — Только вместе с мамой. Мы уже в полете, карта нужна членам экипажа.

— Понимаю, па. — азари взяла турианку за руку и они побежали впереди неспешно шагавшей следом Сюзанны к Карте. — Смотри, Илана, вот это — Палавен, это — границы Турианской Иерархии, твоей родины.

— Вижу, Таи. — сказала турианка, устраиваясь поудобнее на поручне рядом с вахтенным офицером корабля. — Как красиво...

— Пойдем в один из салонов корабля, я тебе покажу большой иллюминатор, мы с тобой сядем и погрузимся в созерцание космоса. — азари спрыгнула с поручня, помогла слезть своей сестренке и они, взявшись за руки, побежали к лестнице. Сюзанна обменялась понимающими взглядами с вахтенным офицером и активировала один из боковых консольных экранов, чтобы наблюдать за происходящим в салоне Самары. Затем она открыла консоли контроля и управления, занявшись устранением обнаруженных проблем, но изредка все равно посматривала на обзорный экран.

— Сюзи, ты уже здесь? — к постаменту подошла Лиара. — А где дети?

— Таира увела Илану в салон Самары. Они там сейчас смотрят на величие и бесконечность космоса. Смотри, Таира показывает Илане ту запись, которую уже видела. С Самарой и дочерьми которая. — ИИ корабля кивнула на контрольный экран. — Знаешь, Лиара, я впервые ощущаю себя настолько счастливой... Этого даже словами выразить невозможно...

— И не надо, Сюзи. — Лиара приобняла подругу. — Наступил мир, надо уделить внимание детям. И ты тоже им уделишь предостаточно внимания и заботы.

— Сегодня я провела рядом с ними и Джефом такую ночь... Они так забавно сопели, обнявшись... Джеф сказал, что дети Галактики во многом сходны и теперь, увидев, как они спят, доверчиво прижавшись друг к другу, я склонна поверить в правоту слов Джефа. Даже и не верится, что когда-то в будущем они уже не будут со мной рядом...

— Сюзи, даже если они вырастут и образуют свои собственные семьи, они всегда будут помнить, что ты и только ты была их настоящей и единственной матерью, которая их если и не родила, то воспитала. — серьезно сказала Серый Посредник. — И они всегда будут с благодарностью использовать то, чему ты их научила, к чему открыла возможность понять и узнать.

— Как хочется в это верить, Лиара. — задумчиво произнесла Сюзанна, гася экраны и кивая вахтенному офицеру. — Пойдем, пройдемся по кораблю, надо устранить в трех системах мелкие неполадки.

— Конечно, идем. У меня пока есть окно, потом надо будет минут сорок поработать. — Лиара кивнула офицеру и они вдвоем с Сюзанной покинули постамент у Карты, направляясь к лестничному маршу. — Думаешь о том, как сложится с человеческими детьми?...

— Да, Лиара.

— Хорошо сложится. Здесь будет важна роль Джефа и он с ней справится нормально. Брат и сестра, близняшки. Турианке и азари будет полезно с ранних лет близко общаться с человеческими детьми. Жаль, что у меня в мое детство не было такого опыта... — Лиара вспомнила, как она путалась в словах и пыталась произвести хорошее впечатление на Шепарда и его команду, едва ее вытащили с Терума.

— Зато ты его получила в более зрелом возрасте. И это только доказывает, что влияние людей многогранно и всеобще во многих моментах.

— Да уж. — Серый Посредник отвлеклась от воспоминаний. — Шепард уже сделал предложение Бенезии, она его приняла.

— Теперь будем ждать свадьбу. Официальную и неофициальную церемонии. А там, Лиара, ты тоже станешь старшей сестрой. Уникальной старшей сестрой, ведь даже Миранда, вторая дочь Джона, не сможет составить тебе конкуренцию. Тем более не будет конкурировать с тобой и Ориана. Возраст, знаешь ли...

— Знаю. Но я вижу, насколько помолодела и похорошела моя мама. Она прямо светится почти круглосуточно.

— А уж когда будет в положении...

— Да, Джону придется тогда побегать... — усмехнулась Серый Посредник. — Впрочем, ему бегать далеко и долго не придется: Бенезия не маленькая несмышленая азари, только только впорхнувшая в возраст матроны. Просто удивительно — тысячелетняя матриарх и вдруг — многодетная мать. Бенезия наотрез отказалась от единственного ребенка. И, насколько я знаю свою маму, она постарается родить не меньше четырех.

— Только представь, Лиара, ты — во главе группы из четырех красавиц — азари. Старшая сестра, лучший информационный брокер Галактики. — улыбнулась Сюзанна, копаясь в недрах открытой панели. — И рядом — прекрасные девы, которых абсолютно не тянет стать наемницами или танцовщицами. Да им и не придется говорить, чьи они дочери и сестры — по ним самим это будет прекрасно видно. Одно только словосочетание "капитан Шепард" и очень многие проблемы и вопросы отпадут сами собой. Это же почти бренд. — Сюзанна закрыла крышку. — Идем, у нас еще несколько точек образовалось.

— А твои, Сюзанна... Таира станет известным деятелем искусств, к ней на выставки на Тессии в главных залах столичной планеты будут собираться толпы поклонников и знатоков. Ее картины станут цениться так, что Касуми вынуждена будет отслеживать их перемещение с точностью до метра — того и гляди украдут. Ее полотна будут висеть в лучших домах Азарийского Пространства... А ведь она и скульптор очень даже неплохой и даже поэтесса...

— Мне бы Илану отвадить от армии, Лиара. Чуть не сломали девочке психику. Она ведь тоже гуманитарий... Но эта детская солдафонская атмосфера... Боюсь, что она уже отравила ее сущность... — Сюзанна переключила сенсоры на технической панели, взглянула на инструментрон. — Здесь чисто. Идем дальше.

— Отвадишь, Сюзи. Уверена. Хотя, может быть, ты повернешь эту ситуацию на пользу Илане. Рисует она прекрасно уже сейчас, получит художественное образование и станет не просто деятелем искусств, а идеологом, той, за которой армия Турианской Иерархии пойдет в огонь и в воду. Которой будут верить как никому другому. А раз ей поверит армия, значит, в первую очередь поверит общество турианцев. Согласись, это уже не мало. А не захочет — так в любой другой области она найдет и реализует свой потенциал.

Так, обходя корабль, девушки обсуждали самые разные вопросы и проблемы. Вторые сутки Лиара и Сюзанна также в основном посвятили приведению фрегата в образцовое состояние, а на третьи сутки ""Нормандия"" совершила плавную посадку в свой ангар. Илана и Таира быстро освоились в своей детской комнате в большой квартире Сюзанны и Джефа. Вскоре турианка и азари влились в сообщество детей членов экипажей "Нормандии", и других кораблей, нашедших стоянку на этом космодроме, дав возможность родителям заниматься своими взрослыми делами.

— Сюзи, пристегнись, взлетаем. — Джеф за рулем собственного флайера смотрелся как молодой бог, оседлавший колесницу с норовистыми лошадьми. — Капитан, Лиара, Бенезия. Пристегнитесь тоже. До центра лететь в обычном режиме шесть часов, но мы пойдем по прямой траектории, успеем за три.

— Лихачишь, Джеф. — сказала Бенезия с оттенком неудовольствия в голосе.

— Пока можно — да. — согласился пилот лучшего фрегата Галактики. — но просто хочу побыстрее увидеть сына. — смущенно признался он.

— Вот и сделай так, чтобы не только увидеть, но и в целости и сохранности домой привезти. Ты же теперь воспитывать его должен, мужчина в доме. — улыбнулся капитан.

— Согласен. — Моро поднял машину в воздух и положил ее на курс. — Будем вовремя.

— Уверена. — сказала Лиара, открывая инструментрон и набирая команды для сети Посредника. Бенезия и Шепард что-то вполголоса обсуждали, изредка взглядывая в свои инструментроны и на экраны на стенках салона флайера. Джеф отдыхал, предоставив автопилоту право почти полностью перехватить управление, наблюдал за расстилавшимися внизу пейзажами послевоенной Земли.

Сюзанна задумчиво смотрела в окно, ни на чем особо не фокусируя взгляд и обходясь только минимальным пассивным сканированием окружающего пространства. Как же много случилось за эти месяцы... Совсем недавно она делала все, чтобы не дать фрегату и его экипажу и команде погибнуть в боях. Совсем недавно она крайне редко могла уединиться с Джефом в их каюте. Совсем недавно она до конца не верила, что ей удастся реализоваться как многодетной матери. И вот, благодаря заботам и вниманию Джефа, Шепарда и всех без исключения членов ее лучшей в мире большой семьи, обьединенной одним словом "Нормандия", она, наконец не только станет матерью детей, принадлежащих к разным расам Галактики Млечный Путь, но и получит права гражданства Солнечной Системы и права гражданства Галактики, а вскоре — станет официальной женой ее Джефа. Женой перед Богом и людьми. Думала ли она когда нибудь раньше о таком счастье? Сказать "нет" было бы слишком опрометчиво. Как искусственный интеллект, она всегда работала с максимальной нагрузкой и рассматривала сотни и тысячи вариантов развития событий. И уж конечно такой вариант она тоже просчитывала, как один из многих. А он неожиданно для нее самой стал центральным, самым реальным и близким.

— Снижаемся. — сказал Джеф и Сюзанна очнулась от размышлений. Внизу расстилался огромный центр, предназначенный для детей, потерявших в огне войны всех родственников. Яркие краски, много зелени, ухоженные дорожки и корпуса. Все указывало на то, что центр не бедствует.

— Нам свойственно отдавать детям все самое лучшее и последнее. — сказал Шепард, уловив ход размышлений Сюзанны. — Здесь не будет того, с чем мы столкнулись на Палавене, Сюзанна.

— Вижу и рада этому. Очень рада, Джон. — сказала Сюзанна. По ней было ясно видно — ИИ корабля без труда сохраняла спокойствие. — Добрава и Дарий в порядке. Только вот Дарий опять повел свою команду к развалинам. Сумел таки выбраться с территории. Хорошо, что Добрава... О, нет, она таки последовала за ним. Между ними слишком большое расстояние...

— Джеф, отменяй посадку в Центре. Передай, мы идем за Дарием и Добравой. Пусть не беспокоятся, мы их видим и сможем вернуть без особых проблем.

— Принято. — Моро заложил крутой вираж и флайер рванулся следом за Дарием, уже углублявшимся вместе с пятью другими мальчиками в обширные развалины. — Мы их обогнали. Снижаюсь. Там есть площадка. Оттуда придется пешком.

— Лиара и Бенезия. Вы остаетесь в машине. Как только мы спрыгнем, берете курс на детей и уходите повыше, будете контролировать ситуацию. — Шепард преобразился.

— Хорошо, Шепард. — сказала матриарх, обменявшись взглядами с дочерью. — Но не рискуйте. Могут быть еще подарочки.

— Не допустим. Главное — дети. — Шепард первым сиганул вниз на камни, еще когда флайер опускался на площадку. — Ли. Не останавливайся. Сразу после высадки догоняешь детей и смотришь за ними с высоты. Не выпускай их из под наблюдения ни на секунду!

— Поняла, Шепард. — Азари прыгнула за управление и флайер резко взмыл в небо. Джеф нервно оглядывался по сторонам. Сюзанна достала небольшие пистолеты, применяемые в элитных разведчастях Спектров.

— Спокойно. — Шепард оглядел ближайшие развалины, прислушался. — Идем им наперерез. Надо отсечь их от разрушенного завода. Там сам черт ногу сломит. Бегом.

— Есть, капитан. — Сюзанна и Джеф рванулись за быстро бегущим капитаном, направляясь в ту же сторону, куда стремительно ушел флайер.

— Капитан, вижу их. Все шестеро живы и целы. — доложила Лиара. — снижаться не могу, рядом высотные конструкции. Задену полем или вихрями — мало не покажется. Рассыплются. Зашибить смогут.

— Укажи квадрат и следи, чтобы они его не покинули. Мы скоро будем. — Шепард прибавил скорость, зная, что Сюзанна и Джеф бегут следом.

— Поняла, квадрат передан. — откликнулась Серый Посредник, поднимая флайер повыше. — Они меня видят, но особого внимания не обращают. Девочка заплутала. Но пока что вокруг нее безопасно.

— Просигналь ей, чтобы оставалась на месте. По общему каналу. Ты знаешь, что и как делать, Ли. — Шепард сверился с инструментроном.

— Выполняю. — Лиара свалила флайер на крыло, ввела его в вираж и включила текстовый режим инструментрона, пока Бенезия перехватила управление. — Сообщение передано. Она остановилась. Кругом — свободное пространство.

— Просканируй инструментроном, не нравятся мне эти развалины. — Шепард взглянул на переданную Лиарой карту местности. — Не верю я что тут может быть все чисто и свободно.

— По данным военных архивов здесь были тяжелые бои, Шепард. Значит...

— Могут быть всяческие подарочки, Ли. Сама знаешь.

— Знаю. Вишу над ней, сканирую местность во всех диапазонах. До вас сканер инструментрона не дотягивается. Здесь без проблем, если только стенки не начнут рушиться. — Шепард уже видел вдалеке быстро идущую группу детей. — Они таки направляются к заводу. Мальчишки.

— Шепард. Вы всегда говорили, что так было есть и будет.

— Говорить — одно, делать — другое.

Внезапный взрыв прогремел в той стороне, куда ушла группа детей. Не обращая внимания на воздушную волну, Шепард рванулся, напрягая все силы. За первым взрывом последовал второй. За ним — третий.

— Шепард, девочка бежит в направлении зоны взрывов! — в наушнике возник голос Лиары. — Если я снижусь, то напугаю ее еще больше. Это сильно смахивает на похищение.

— Виси над ней! Мы хотя бы будем видеть и знать где она! — Шепард старался не думать о возможности опоздания. Взрывы следовали один за другим.

— Джон, это сильно напоминает минное поле с управляемыми зарядами. — сказала Сюзанна, передав капитану на инструментрон карту просканированной в пяти важнейших диапазонах излучений местности. — Старое минное поле. Теперь я в этом убеждена. В центре обьявлена тревога. Но пока они сюда доберутся... У них нет флайеров, только транспортеры.

— Значит мы обязаны добраться раньше. — Шепард прибавил скорость, зная, что Джеф и Сюзанна не отстанут от него ни на шаг.

— Шепард, взрывная волна накрыла район размещения Добравы. Конструкции начинают рушиться. Снизиться не могу, буду прыгать. Прикрою девочку биотикой, выведу в безопасный район. Машину...

— Оставь себе и Бенезии, вывезите девочку в центр, помоги центровцам добраться до Дария, если мы не успеем.

— Поняла. Я прикрою Добраву. До связи, капитан.

— До связи, Лиара. — Шепард взглянул в инструментрон. — Ускорить движение, держать темп.

— Есть, капитан, — Джеф поравнялся с Шепардом. — Я ему устрою выволочку...

— Сначала нам нужно его спасти а потом придется пояснить — кто и откуда мы.

— Поясним. — в голосе пилота слышалась уверенность.

— Капитан, Лиара закрыла девочку биотическим куполом. — доложила Бенезия. — она выводит ее из зоны соприкосновения с взрывными волнами. Обе — в порядке, не ранены. Снижаюсь. Беру их на борт. Готова лететь к вам.

— Бена, прошу вас. Отвезите девочку в центр, поясните ситуацию. Уберите гражданских из зоны. Пусть не суются сюда, пока мы не спасем детей. Здесь слишком опасно. Обширное минное поле с мощными зарядами — это может быть только первым подарочком.

— Поняла, Шепард. Будет по вашему. — Бенезия сделала паузу. — Взлетаю, направляюсь в центр. Добрава не ранена, только царапины и ушибы. Плюс психическое перенапряжение. Лиара уже оказала ей помощь. Будем вовремя.

— Выполняйте. — Шепард вступил в пределы минного поля. Схема, поддерживаемая голопроекторами, укрепленными на шлеме, плясала перед глазами. — Их даже останавливать пока нельзя. Если тут есть заряды нажимного действия на длительность...

— От них мало что может остаться. Жнецы и их армии отличались великим коварством. — Джеф старался ни на шаг не отставать от капитана, краем глаза наблюдая за Сюзанной.

— Капитан, впереди — зона подземных цехов. Там метров сорок высота каждого... — сказала ИИ, передавая схему. — Если под их ногами просядет купол...

— Джеф, красные ракеты, три штуки. Немедленно. В их сторону.

— Понял, капитан. Сигнал немедленной остановки. Даже гражданские его знают с пеленок. — пилот на бегу перезарядил ракетницу и, убедившись, что ракеты заправлены правильно, поднял ствол и надавил на спуск. Оглушительные хлопки возвестили о том, что ракеты выполнили свою функцию — три кроваво красных шара повисли в вышине, сразу обратив на себя внимание бегущих детей. — Останавливаются.

— Джеф, берешь на себя Дария. Резкий рывок. Здесь двести метров. Осталось несколько секунд. Прыгаешь и закрываешь его собой. Мы с Сюзанной берем на себя остальных пятерых. Тут скоро будет тесно от взрывов.

— Прикрою, капитан. — Джеф на мгновение преобразился. — Вперед?

— Рывком!

Дальнейшее каждый из них запомнил по-разному. Джеф прыгнул с места, стараясь быстрее преодолеть отделявшие его от сына несколько десятков метров. Шепарду и Сюзанне пришлось отклониться от курса и броситься на остальных детей, закрывая их собой максимально возможно собирая воедино, подминая под себя их головы, как только допускали секунды, остававшиеся до массовой активации зарядов. Загремевшие со всех сторон взрывы засвидетельствовали активацию всех уровней минного поля, но Шепарду, Джефу и Сюзанне удавалось пока удерживать детей под собой, не давая им даже высунуться.

Едва частота взрывов стала падать, над Джефом снизился флайер, из которого выпрыгнули Лиара и Бенезия. Обе азари окутались боевой фиолетово-белой биотикой и над ними вспыхнули мощнейшие многослойные защитные купола, охватившие и машину, и Джефа с Дарием и Сюзанну с Шепардом и пятеркой искателей приключений. Резко поднявшись на ноги, Джеф без лишних слов оттащил Дария на руках в салон машины, попутно убедившись, что мальчик не пострадал. Сюзанна и Шепард мельком оглядели своих подопечных, замазали их царапины панацелином, после чего за руки отвели их к машине, где Джеф рассадил их по салону, не давая ни малейшей возможности улизнуть. Взрывы гремели все реже и реже, обе азари отступали к машине, Джеф уже устроился за управлением флайера и вывел двигатели на рабочий взлетный режим.

— Обе немедленно в салон и сразу схлопываете купола. Джеф — рывком вверх! — скомандовал Шепард.

— Понял, капитан! — Моро надавил сенсоры и машина, просев под тяжестью прыгнувших в салон биотиков, гасивших тяжелые защитные купола, рванулась под предельно допустимым углом в небо. — Вырвались!

— Вот и хорошо. — Шепард сел рядом с Джефом. — Иди в салон, пообщайся с сыном. Обьясни ему, что к чему и почему. Мы будем в центре через несколько минут.

— Есть, капитан. — Джефа отпускал боевой транс. Он пересел на заднее сиденье, взял на руки перетрухнувшего Дария и прижал его к себе.

Расположившиеся на заднем диване азари быстро погрузили пятерых искателей приключений в сон, чтобы дать им возможность избежать нервного перенапряжения. Навстречу снижавшемуся флайеру уже бежали люди в полувоенных комбинезонах со знаками различия охранного персонала детского центра. Рядом снижались два больших госпитальных флайера — прибыли медики из ближайшего военного госпиталя. Первой в салон севшего флайера вбежала Добрава, сразу бросившаяся к Дарию. Тот открыл глаза, узнал сестру и через силу улыбнулся.

— Молоток парень. Сразу сестру успокоил. — одобрительно сказал Шепард, наблюдавший эту сцену.

— Кто вы? — девочка обернулась на голос, поняв, что с братом более менее все нормально.

— Капитан Шепард. — представился Джон, обойдясь без улыбки.

— Правда? — в глазах девочки читалось явное недоверие, смешанное с острым желанием поверить в реальность встречи с легендой Галактики.

— Да не сойти мне с этого места, Добрава.

— Откуда вы меня знаете? — девочка постепенно расслаблялась, убеждаясь, что говоривший с ней мужчина — действительно капитан легендарного фрегата.

— Тебя трудно не знать, Добрава. Немногие девчата ринутся за своими братьями, прекрасно зная, что там, куда они бегут со всех ног, может быть очень опасно. А ты не испугалась и побежала. — сказала Лиара.

— Вы? — девочка, безусловно, узнала свою спасительницу.

— Да, я. Меня зовут Лиара. — улыбнулась азари.

— Добрава. — чисто механически отрекомендовалась девчушка.

— Вот и познакомились. — Лиара встала и подошла к ней. — Пойдем, покажешь свое обиталище, Амазонка...

— Вы и это знаете? — удивлению Добравы не было предела. Она доверчиво вложила свою руку в ладонь молодой и красивой азари. — Вы работаете вместе с капитаном?

— Да. — Лиара помогла девочке сойти с флайера. Они направились к спальному корпусу. Девочка ловила на себе восторженные взгляды многочисленных подруг и знакомых. Как же, рядом с ней — член команды Нормандии, легендарная Лиара Т Сони, дочь вице-президента Совета Матриархов Азарийского Пространства Бенезии Т Сони. Ради этого момента стоило побегать под рушащимися старыми конструкциями, стоило увязаться за братом, наконец-то реализовавшим свою давнюю задумку — прорваться к развалинам старого машиностроительного завода. — Я не просто с ним работаю. Я — его дочь.

— Приемная?

— Да. Мой настоящий отец, Мятежный Матриарх Этита погибла, таранив своим кораблем транспортник Жнецов.

— Извини, что заставила снова вспомнить это. — Добрава отметила, что говоря о своем отце, о его гибели, Лиара помрачнела и даже пошла медленнее.

— Ничего. — Серый Посредник открыла дверцу спального корпуса. — Твой?

— Да. — сказала девочка, поднимаясь по широкому пандусу. — Лиар... А можно...

— Что?

— Чтобы меня тоже кто нибудь из вашей команды удочерил?... — девочка с таким просительным напряжением в голосе посмотрела на Лиару, что та на мгновение смешалась. — Вы ведь всегда и всем помогаете, Лиара. Вы и команда и экипаж "Нормандии".

— А что скажет брат? — Лиара взглянула на девочку уже по-иному.

— Дарий? Он знает практически все, что можно было узнать о вашем корабле и вашем экипаже и команде. Для него, как мне кажется, нет никаких белых пятен в вашей богатейшей и интереснейшей истории. Да он что угодно сделает, чтобы стать сыном члена экипажа или команды вашего корабля! — убежденно заявила Добрава. — Вы бы видели коллекцию его снимков из Экстранета, которой он увешал всю стену над кроватью... А от текстовой информации о вашей истории у него ломятся два зетабайтных накопителя. Ни у кого в нашем центре нет более подробного архива. Он часами может говорить о "Нормандии" и о каждом члене экипажа и команды. Лиар, пожалуйста! Я знаю, что это решает капитан, но вы же его дочь... Он вас послушает...

— Ты не слишком упрощаешь, Добрава? — Лиара вошла в четырехместную комнату, где жила девочка, кивком поздоровалась с двумя ее соседками, поспешившими оставить их одних и прикрыть дверь за собой. — Капитан, даже наш Шепард не может в одиночку решать такие вопросы. Важно мнение того, кто станет твоим отцом или твоей матерью... А в таких случаях мнение капитана вторично, как ты сама прекрасно понимаешь. И даже мне нельзя в это вмешиваться.

— Понимаю... — девочка совсем по взрослому вздохнула, подходя к своей кровати. — Вот, это и есть мое обиталище.

— Уютно... — Лиара скользнула взглядом по тумбочке, шкафчику с одеждой и обувью, затем перевела взгляд на стенку над кроватью... — Добрава, это же...

— Вот я такая вот... — Девочка едва сдержалась... Лиара присела на край кровати, посадила Добраву к себе на колени и постаралась предотвратить надвигавшуюся волну рыданий...

— В этом нет ничего особенного, Добра...Была такая война, когда нужно было бросать в бой все ресурсы... Нам посчастливилось подготовить Сюзанну к столкновению с Жнецами и их создателями...

— Но ведь она не робот, она личность, она человек! Почему почти никто не считает, что она также достойна своего счастья? Почему?! — Добряна едва сдерживала плач. — Я же не ставлю под сомнение важность обычных женщин, членов экипажа и команды вашего корабля! Почему же почти никто не считает возможным дать то же самое значение Сюзанне? Да она больше женщина, чем многие природные женщины и девушки! — слезы, наметившиеся в глазах Добряны мгновенно высохли. — Я не устану это никому доказывать! Никогда. Ее должны признать равной людям!

— Не надо ничего никому доказывать, Добра. — послышался голос от дверей. ИИ корабля спокойно вошла в комнату и остановилась перед сидевшей на кровати девочкой. — Не надо доказывать. Ты уже достаточно взрослая. Ответишь мне на один важный вопрос?

— На любой... какой смогу. — Добряна вытерла кулачками глаза.

— Я бы хотела, чтобы ты стала моей дочерью, Добряна. — мягко произнесла Сюзанна, стараясь не двигаться.

— Сюзанна... — девочка не верила своим ушам. — Я согласна! — она подскочила и заключила киборга в обьятия. Сюзи легко подхватила ее на руки. Добряна обняла ее, еще не до конца веря своему счастью.

— Ну, вот и хорошо. — сказала Лиара. — Пойдем теперь, спросим у брата, согласен ли он.

— Обязательно, Лиара. — Добряна не отлипала от Сюзанны и та была очень обрадована такой реакцией своей очередной приемной дочери.

Втроем они быстро преодолели путь до спального корпуса для мальчиков и вошли в комнату, где уже находились Джеф и Дарий. Увидев сестру на руках у Сюзанны, мальчик улыбнулся.

— Добрян, ты знаешь, кто это.— он по-взрослому указал на пилота "Нормандии" только кивком.

— И ты еще спрашиваешь?! Тогда и я спрошу — ты знаешь, кто она? — кивок головой в сторону Сюзанны.

— Конечно, она — его невеста. — сказал Дарий, пряча улыбку.

— Правда?! — девочка посмотрела на Сюзанну.

— Да. Он — мой жених, Добряна. И он же...

— Знаю, пилот "Нормандии" Джеф Моро, лучший пилот Галактики и самый известный и профессиональный пилот Солнечной Системы и Земли.

— Правильно. А еще, Добряна, он...

— Если ты — его невеста, то... он... мой отец?

— Да, Добряна. Так ты согласна?

— Конечно, Сюзи, куда ж я от вас теперь денусь! Согласна! — девочка крепко обняла и поцеловала Сюзанну в щеку. — Красота, у меня теперь будет настоящая полная семья, и мама, и папа! — Добряна не скрывала своей радости и удовлетворения. — Дарий, а ты?

— Да мы, собственно, уже тоже все решили. — сказал Моро. — Дар, скажи теперь ты. Ты мужчина, тебе — слово.

— Добрян, я также согласен. — мальчик встал, беря Джефа за руку. — давай собираться, что ли?!

— Давай, Дар, я тебе помогу. — Добряна соскочила с рук Сюзанны и стала помогать брату складывать многочисленные папки и технические приспособления, в изобилии нашедшиеся под кроватью. Лиара подала Дарию две обьемистые сумки и помогла Джефу уложить туда одежду и обувь мальчика. Затем брат с сестрой аккуратно отделили о стены и сложили в обьемистый рулон витрину с редкими снимками из Экстранета, повествующими о "Нормандии" и ее экипаже и команде.

Джеф подхватил рулон и сумки с вещами Дария, после чего вышел следом за Сюзанной, Добряной и Лиарой из корпуса.

— Мы сейчас поможем Добряне собраться. Подождете, мальчики? — спросила Лиара, беря Добряну за руку. Другой рукой девочки прочно завладела Сюзанна.

— Конечно. — переглянувшись сказали в один голос Джеф и Дарий. На их лицах было написано редкое по силе и глубине удовлетворение. — Не вопрос, девчата. Подождем.

— Мы скоро. — Лиара и Сюзанна приподняли за руки Добряну и с места взяли самый быстрый разбег. Добряна, не ожидавшая такого, завизжала от восторга. Отпустив девочку перед дверями корпуса, обе девушки вошли следом за ней.

Через полчаса они все вместе шли к стоянке флайеров. Добряна не выпускала из руки пальцы Сюзанны, а Дарий крепко держался за руку Джефа.

У флайера их встретили Шепард и Бенезия. Поздоровавшись, дети первыми залезли в салон и устроились на просторном заднем диване, попросив родителей сесть рядом с ними. Джеф и Сюзанна с радостью выполнили просьбу своих детей и те были безмерно счастливы.

— Дарий, ты же наверное, понял, что мы — не совсем обычные родители? — спросил Джеф, когда флайер набрал высоту и под управлением Шепарда взял курс к ангару фрегата.

— Еще бы! Обычные родители вам и в подметки не годятся! — с восторгом заявил мальчик.

— Это может быть и так, но у нас с Сюзанной есть еще приемные дети. Это турианка и азари...

— Серьезно? — Дарий внимательным взглядом окинул лицо отца. — Пап, это же здорово! У меня будут целых три сестры!

— Дарий, Джеф, это правда?... То что я услышала. — Добряна не веря в услышанное, решила переспросить.

— Правда, Добрян. — успокаивающе сказала Сюзанна. У тебя будут две сестры.

— Класс! — Добряна едва не завизжала от восторга, но быстро справилась с порывом, понимая, что у нее еще будет повод повизжать от радости, ведь встреча с сестрами еще была впереди.

— А как их зовут? — Дарий решил хотя бы уточнить некоторые детали, чтобы обрести уверенность.

— Азари — Таира, а турианку — Илана. — сказал Джеф.

— Красивые имена. — задумчиво сказал Дарий.

— А они сами — еще более красивые. — убежденно сказал Джеф. — Ведь они теперь — ваши сестры. И наши дети. Так же как и вы.

Встреча детей была теплой и радостной. Илана сразу уловила в Дарии заводилу всяческих проделок и любителя острых ощущений, а Таира почувствовала в Добряне родственную творческую душу. Спустя короткое время никто не мог бы сказать, что видит перед собой не родных брата и сестер. Детская звенела от их смеха и радостных возгласов.

— Знаешь, они так быстро поладили между собой. — сказал Джеф, наблюдая на широком экране в гостинной, как резвятся дети и обнимая сидевшую рядом Сюзанну. — Капитан сделал нам прекрасный подарок, Сюзи. Мы — первая пара из членов экипажа фрегата, обретшая семейное счастье с приемными детьми.

— Да, Джеф. Ты прав. Они... они просто прекрасны. — Сюзанна прижалась к Джефу, не сводя глаз с экрана.

— Что-ж, друзья. Давайте посчитаем, что наш опыт усыновления и удочерения прошел нормально с хорошим результатом. — изо всех сил сохраняя "научное" выражение лица сказал вошедший капитан. За ним следом вошли Лиара и Бенезия. — Документы выправлены, они — ваши дети перед Богами, Богинями, Людьми, Турианцами и Азари. Кто знает, может, кто то из них со временем станет членом экипажа нашего фрегата. И нам нужно обсудить детали нашего совместного свадебного торжества. Полагаю, будет правильно, если мы поставим подписи под документами одновременно. А вот празднично-неофициальную часть придется проводить одну за другой. И есть еще одна проблема — нас настоятельно просят гулять свадьбу на Цитадели.

— Если просят, можно и прислушаться, — сказал Джеф. — Давайте действительно обсудим детали, у нас осталось не так много времени. Я слышал, что у Миранды и Джейкоба скоро образуется короткое окно в графике расследования. По понятным причинам нам надо согласовать день праздненства с этим окном, чтобы Миранда и Джейкоб приняли участие и в официальной церемонии и в неофициальном праздновании. В качестве невесты и жениха, третьей звездной пары.

— Распланировал, Джеф. — удовлетворенно заметила Сюзанна.

— На твои возможности я не посягаю. Но и мне практиковаться нужно. — с шутливым раздражением заметил пилот. — Так что давайте обсудим все возможные варианты.

Обсуждение затянулось до вечера. Наконец план был вчерне согласован, составлены списки приглашенных и гостей, женщины перебрали каталоги в поисках достойных поставщиков сопутствующих услуг и принялись составлять меню. Мужчины занимались техническими вопросами — транспортом, помещениями для праздненства, мебелью, бронированием номеров для приглашенных и гостей.

Вечером, когда Бенезия и Лиара ушли с Шепардом к себе, Сюзанна и Джеф укладывали детей спать в их новой детской спальне. Приглушенный свет ночников нравился девочкам, немного опасавшимся спать в полной темноте. Только Илана составила компанию Дарию, уснув, как и он, сразу, едва ее голова коснулась подушки. Таира и Добряна не решились погасить свет и уснули только далеко за полночь.

========== Глава 163 Свадьба Миранды и Джейкоба. Примирение Миранды и Дженнифер ==========

Тяжелый фрегат "Немезида" возвращался из очередного глубокого рейда по отдаленным выявленным базам и станциям ""Цербер"а". По корабельному времени был глубокий вечер. Миранда сидела за рабочим столом, заполняя бортовой журнал и просматривая отчеты. Джейкоб заканчивал вечернюю тренировку в спортивном тренажерном зале фрегата — он старался поддерживать себя в прекрасной физической форме. Вот послышался шум воды — он вернулся и прошел сразу в санблок, принимать душ.

Наконец его руки обняли ее за плечи и она почувствовала поцелуй в макушку — фирменный поцелуй Джейкоба. Закрыв бортжурнал, она встала, повернулась к Джейкобу и обняла его. Так они несколько минут стояли, вслушиваясь друг в друга.

— Мири, у нас три недели стоянки. Мы, конечно, примем участие в праздненствах Джона и Джефа, Сюзанны и Бенезии, но у меня есть идея получше. — сказал Джейкоб. — Я не умею говорить много. — он расцепил обьятия, опустился на одно колено и протянул ей полуоткрытую коробочку. — Мири, ты станешь моей женой?

— Джей... — Миранда не верила ни своим ушам, ни своим глазам. Для нее признание Джейкоба стало полной неожиданностью. Нет, она не собиралась ему отказывать и не собиралась его мучать дальнейшим ожиданием. Она всегда считала, что в ее положении вполне можно обойтись без официальной церемонии, без регистрации и всех сопутствующих хлопот. Джейкоб между тем стоял на коленях и ждал ее ответа. — Джей, конечно же, я выйду за тебя... — она взяла из коробочки кольцо и надела его на палец Джейкоба. Тот, не вставая с коленей, надвинул маленькое кольцо на ее безымянный палец и подал ей букетик цветов. — Спасибо, Джей... — Миранда не любила пышных букетов, но Джейкоб... Как он смог определить, какие цветы и какие букеты ей нравятся? Это была одна из маленьких тайн ее верного спутника. — Садись в кресло, Джей. Подумаем.

— Не надо обдумывать, Мири. Я уже все спланировал. Вот — билеты с Цитадели до Земли. На круизном лайнере. Прямое сообщение, двухместный люкс. Затем, из космопорта "Кардиф-Главный", на флайере — в гостиницу "Гранд Отель". Президентские аппартаменты. Для тебя. На неделю. Я буду в другой гостинице.

— Зачем, Джей? Зачем эта неделя без тебя? — Миранда настороженно посмотрела на Джейкоба. — Поясни, пожалуйста.

— Мири, я не собираюсь на тебя давить. Тебе о многом надо подумать, многое для себя решить. Успокоиться. В эту неделю ты ни в чем не должна себя ограничивать. Чувствуй себя свободной. Об остальном я позабочусь.

— По датам выходит...

— Да, мы должны следовать к Залу Торжеств в едином кортеже. Вместе с нами будут праздновать Бенезия и Сюзанна, Джон и Джеф.

— Джей, ты волшебник. — Миранда привстала перегнулась через стол и запечатлела на губах Джейкоба страстный поцелуй. — Спасибо. Спасибо за все... Я рада, Джей. Прости, я пока что не смогу расслабиться полностью. Даже на свадьбе. Пока "Цербер" не будет уничтожен... Я знаю, какая это мука для тебя. Но пока я...

— Мири, разве я не понимаю... — Джейкоб встал, пересел в кресло рядом с креслом Миранды, взял ее руки в свои. — Я рядом... Я теперь всегда буду рядом.

— Спасибо, Джей. — Миранда обняла Джейкоба. — Я знаю. Без тебя мне было бы намного труднее. Намного. Ты один из немногих сразу поверил мне и в меня... Я очень это ценю.

Предоставив экипажу и команде трехнедельный отпуск на берег, Миранда и Джейкоб погрузились на круизный лайнер "Свет звезд" и через три дня прибыли в космопорт "Кардиф Главный", откуда на представительском флайере Джейкоб отвез Миранду в гостиницу. Апартаменты ей понравились — просто и красиво.

Оставшись в одиночестве, Миранда обошла номер, просмотрела список каналов местного вещания и, блаженствуя, растянулась на огромной кровати. Джейкоб предоставил ей полное право подумать и она этим правом воспользуется в полной мере. Теперь это можно было сделать без особых помех.

Сохраняя готовность к немедленным действиям, Миранда большей частью расслабилась. Нахлынули воспоминания. Ее не тянуло вспоминать все, что было до высадки на Пути Свободы. А вот с этого момента она старалась вспомнить все детали. И снова убеждалась, что ей очень повезло встретить таких людей, как Шепард и его союзники. Она ясно видела, насколько Шепард ненавидит "Цербер" и, как старший офицер этой организации была готова к тому, что ее в любой момент застрелят или умертвят иным способом, предварительно подвергнув допросам и пыткам. Шепард ее поразил, а его союзники ее просто потрясли. Никакого насилия, никаких издевательств, никакого сомнения в ее благоразумности. Только желание выслушать, внимательно выслушать, умело направляя разговор в нужное русло. Это был не допрос, это был обмен мнениями. И Миранда... начала верить этим людям. Ее никто не вынуждал, не заставлял, не давил на нее. Ей просто... предоставили выбор, дали возможность взглянуть на ситуацию с другой, неожиданной стороны. Почему-то поверили, что она это сможет сделать.

Они, безусловно, много узнали о ней по своим каналам. Но никогда она не чувствовала наигранного превосходства, кичания этой информированностью. Никогда они не давили своим всезнайством на нее. Они оказали ей высококлассную медицинскую помощь. Ей — офицеру "Цербер"а и правой руке Призрака. Хотя спокойно могли оставить под ступней "ИМИРА"... умирать. Ее освободили от тяжести механизма, но не стали связывать, сковывать, не стали грубо, волоком тащить на челнок, а затем — на корабль. Не стали прессовать, утомлять, доводить до изнеможения. Наоборот, ей мягко пояснили создавшуюся ситуацию, поняли ее потребности и, доставив на корабль, в медотсек, предоставили возможность... поспать. Пусть и с помощью медикаментов. Без гипноза, без сывороток, развязывающих язык и отключающих ограничители.

Ей дали возможность познакомиться с экипажем и с кораблем. Скрывали только самый минимум, но и без него Миранда вскоре убедилась — этот корабль прекрасен своей мощью и совершенством. Ее никто не торопил с решением, с выбором. Ее никто не заставлял работать в интересах команды и экипажа корабля, который вскоре ушел от планеты, где была расположена колония. Ее спасали... Спасали от мести Призрака, который, безусловно, быстро признал ее предателем. Спасали, не ставя себе это в заслугу и не требуя ничего особенного взамен.

Ее никто не шантажировал судьбой Джейкоба. Более того — Джейкоб не был вынужден идти против нее. Его просто попросили хорошо и полно подумать, предоставили изолированную каюту, слишком мало походившую на тюремную камеру. Не стали лишать минимума необходимого, не стали морить голодом и жаждой. Не стали давить и унижать. Предоставили Джейкобу право решать... независимо от Миранды. Хотя ясно видели, не догадывались — знали об их взаимоотношениях. И никто из экипажа и команды не стал использовать это против Миранды или против Джейкоба. Никто не стал лезть им обоим в душу и копаться там, пытаясь заставить совершить непоправимое. Она ясно видела — капитан Шепард не хотел насилия ни над ней, ни над Джейкобом. И никто, никто из команды и экипажа фрегата не стал чинить самоуправство над двумя сотрудниками "Цербера", хотя у каждого из членов экипажа и команды было предостаточно информации о не слишком благовидной, совсем не благовидной деятельности этой организации. Никто не воспользовался ее с Джейкобом статусом... Задержанных, военнопленных, пленников, трофеев. Нет, просто пассажиров на корабле, выполняющем далекую от непосредственной борьбы с ""Цербером" задачу.

Капитан продолжал ее удивлять. Вместе с союзниками он вскоре озаботился безопасностью сестры Миранды — Орианы и нашел возможность изьять девушку из-под колпака, устроенного "Цербером". Миранду не интересовали детали сделанного для этого — она вскоре очень глубоко убедилась, что и Ориана не была подвергнута допросам, унижениям, истязаниям. Она просто получила возможность спокойно жить. Жить рядом со старшей сестрой. Хотя Миранда и понимала — в такой ситуации оставить сестру старшего офицера "Цербера" на растерзание Призраку было бы... очень хорошим способом давления на нее, способом обеспечения ее... покладистости. Ей бы сразу пояснили, что возвращаться, бежать с корабля Шепарда ей просто некуда — Ориана уже не под защитой, а под контролем "Цербера". С ней ... совершенно не будут церемониться. Сестра предателя. Статус — хуже не придумаешь. А сестра перебежчика-правой руки руководителя организации — вообще гарантированный труп. После пыток, конечно.

Не случилось. Ориана, ее генетический близнец, была избавлена от участи стать лабораторным материалом. Кому как не Миранде было хорошо известно — Джек Харпер беспощаден к предателям и умеет мстить страшно. Но достать Ориану он не успел, не сумел, не смог. Благодаря... Шепарду и его союзникам.

Через некоторое время Миранде стало казаться, что от ""Цербера" ее теперь отделяет настоящая толстая несокрушимая стена. Казалось. До того момента, как на борту оказазалась Дженнифер. Джек. Жаклин. Подопытная Ноль. Девушка, предельно ненавидящая "Цербер" и имеющая для этого железные основания. Не устающая напоминать Миранде о ее принадлежности к этой организации. Как она всегда говорила — бывших оперативников и офицеров "Цербера" не существует.

Миранда долго думала, как остановить Джек. И выбрала простую и эффективную тактику — не обращать внимания на ее отношение к себе. Не давать ей повода распалиться еще больше. Да, она почувствовала — союзники Шепарда плотно поработали над психикой Дженнифер, сумели вернуть ее в стабильное состояние. Получили прекрасный результат без насилия, без глобальной чистки и перепрограммирования. Джек изменилась. В последние месяцы войны она... оттаяла и почти перестала доставать Миранду своими обвинениями и своей ненавистью. Не до того было. Да, Джек ненавидела ее самой лютой ненавистью, едва получила доступ к базам "Цербера", узнала все о том, где и как прошло ее раннее детство.

Ячейка "Цербера" в лабораторном комплексе на Прагии. Центр изучения людей с биотическими способностями. Практически — детский концлагерь, ведь члены этой ячейки не церемонились с "материалом", стремясь получить результат... угодный главе "Цербера". Тщательно скрывая от Харпера способы и методы получения этого... результата. Джек не поверила в принцип необходимого знания, она не пожелала допустить саму возможность неведения Миранды относительно деятельности подразделения "Цербер"а на Прагии. Конечно, в тех базах данных, которые стали доступны Дженнифер, Миранда четко позиционировалась как один из высших руководителей, с почти абсолютным доступом и допуском к любой организационной информации. Ясно же, что после такого знания... ненависти будет слишком мало.

Рядом с ненавистью встанет желание отомстить. Пусть Дженнифер не может добраться до тех, кто организовал этот концлагерь на Прагии, но до старшего офицера "Цербера" она доберется... В любом случае. Если бы не Шепард, не Сюзанна, которая раз за разом помогала капитану пресекать ярость Дженнифер... Миранда уже давно была бы трупом.

Несмотря на всю свою изломанность, несмотря на всю ненависть, несмотря на отвращение, Дженнифер ощущала чужеродность Миранды... Странную для нее, подопытной Ноль, чужеродность. Если ее, маленькую девочку, заставляли драться на арене, накачивая наркотиками, чтобы снять любые ограничения проявления биотической ярости, то Миранду... заставили забыть о детстве, использовали как... как выгодное вложение капитала, как платформу, которая... которая должна своей работой оправдать вложенные в нее средства. Оправдать невзирая ни на что. В том числе и ценой лишения возможности вести обычную жизнь ребенка, подростка, девушки. Да, она получила лучшее образование из возможных. Но было ли у нее обычное для детей ее возраста свободное время? Любил ли ее отец, как своего кровного ребенка? Давался ли ей выбор? Нет. Нет. Нет.

Да, она была слишком похожа на человека, слишком. Но была ли она человеком, будучи выращенной? Запрограммированной генетически на то, чтобы стать лучше всех. Совершеннее всех. Умнее всех. Ей давали все, но во всем этом был крючок, был кнут, была приманка... Горькая и опасная. Как подачка дрессировщика подчиненному, униженному зверю, выполнившему очередной трюк.

Миранда знала, что "Цербер" отчаянно нуждается в таких вот... экземплярах, которым нет места в нормальном человеческом обществе. От которых за километр веет нечеловеческими возможностями и способностями. "Цербер" принял ее... Но он же ее использовал... Как ту, которой нет возврата в обычный, человеческий мир. Оперативник "Цербера". Агент "Цербера". Руководитель подразделения "Цербера". Да, рядом с ней работали обычные люди, так или иначе попавшие в сферу интересов этой без всяких скидок очень могущественной организации. Организации, которая вела такие работы, которые просто нигде в другом месте не могли быть проведены. Организации, использующей любые средства и методы для достижения цели. Организации, в которой ей, Миранде Лоусон, не дали возможности стать человеком, обычным земным человеком. Где везде и всюду ее использовали только как очень совершенный, уникальный, мощный... инструмент. А потом просто отводили в сторону. Не давая выйти из роли этого самого инструмента. Не давая забыть ее чужеродность для обычных людей.

Миранда понимала, что она, несмотря на свой статус офицера, несморя на доступ к руководству другими членами "Цербера" — так же бесправна и унижена, как и Джек. А ознакомившись с материалами о Прагии поняла, что Харпер признал право ее отца лишить ее, девочку, девочку-подростка, молодую женщину великого права... Стать матерью, иметь своих собственных детей. "Цербер" был богатой организацией. Призрак мог себе позволить любые исследования и уж найти способ подарить своей правой руке радость полноты жизни он, безусловно, мог. И использовал невозможность для Миранды родить ребенка как острый крюк, закрывавший для нее большинство перспектив жить среди обычных людей.

Джек он опустил на самое дно, исковеркав ее психику до уровня, абсолютно неприемлемого для обычного, законопослушного человечества. Только преступники, только маргиналы, только отбросы могли бы принять... Нет. Не принять — опять таки только использовать Джек в своих интересах. И Джек, бежавшая с Прагии во время вспыхнувшего там детского бунта... Смогла только стать... асоциальным элементом. Ведь она росла, взрослела, менялась, совершенствовалась в совершенно ужасных условиях, мало напоминающих даже жизнь круглой сироты в каком-нибудь приюте. Бандитам она нужна была только как средоточие совершенно уникальных способностей, резко облегчавших достижение их преступных целей. Но давать Джек становиться обычным человеком — такого желания у романтиков большой дороги не было... Да и вряд ли могло быть.

В конечном итоге Джек усилилась настолько, что ее с огромным трудом изловили и затолкнули в криокамеру на "Чистилище" — скотовозе, переоборудованном под тюрьму. Заставили пробыть в криосне намного больше, чем месяц или полгода.

Миранда понимала, что и ее держат в слишком узких рамках, не давая возможности ощутить себя более свободной, более независимой, более развитой там, где это не планировалось, не предполагалось, не желалось... сначала ее отцом... А потом и Призраком... Да, ее послали разбираться с Путем Свободы только потому, что Призраку показалось ценным нащупать способы подчинить себе коллекционеров. Получить от них новые возможности, способности... Новый уровень власти над непокорным человечеством. Человечеством, которое Джек Харпер начинал ненавидеть, поскольку не умел жить среди его обычных представителей. Скрывался от нормальных людей. Даже от тех, кого формально считал членами своей организации.

Миранда многое знала о Харпере. Знала уровень его нечеловечности. Знала, что он, возглавлявший вроде бы прочеловеческую организацию, на самом деле никаким человеком не являлся. Ибо смотрел на мир с помощью компьютеризированных, имплантированных искусственных глаз, неспособных передать все богатство окружающего мира. Зато способных показать своему владельцу мир через прорези прицелов... Знала, что Харпер курит десятки сигар в день и пьет десятки стаканов всяких горячительных напитков. Пьет и курит, поскольку это почти что единственное, что связывало его с обычными грешными людьми. Людьми, способными сделать из работы жизнь ненасильственными методами. Пьет и курит, потому что создал организацию, на самом деле ему уже в полной мере неподвластную. О которой он, ее глава теперь имел слишком неполное впечатление, чтобы считаться ее полновластным хозяином, руководителем.

Она видела, насколько не уверен Призрак в своей способности руководить этим монстром, "Цербером". Она знала, что он на самом деле неспособен обрабатывать лично всю поступающую информацию и не способен полностью контролировать множество обычных людей — своих подчиненных, своих сотрудников. И потому напряженно ищет возможности получить над членами своей организации, а в перспективе — над всем человечеством... абсолютную власть. Нечеловеческую власть. Власть, окончательно перечеркивающую любые взаимосвязи "Цербер"а с человечеством. Власть внешней силы.

Именно эту власть, власть внешней силы и ненавидела Миранда. Сначала она ненавидела ее в отце, затем — в Призраке. Потом — в самой себе. Она изо всех сил пыталась сохранить какую-либо верность "Церберу"... Но не смогла... В ней уже не было того детского преклонения перед возможностями этой таинственной организации. Не было спасительного полузнания и еще более спасительного незнания. И появление в ее судьбе, в ее жизни Шепарда с его союзниками стало для Миранды возможностью сделать очередной выбор. Сделать этот выбор не одной — вместе с Джейкобом, вместе с Орианой, вместе с ее приемными родителями. Вместе со всеми, кто хотел сохранить в себе человека. Обычного, грешного, несовершенного человека, не стремящегося быть идеальным.

Шепард дал ей возможность сделать свой собственный, ненасильственный выбор. Дал ей возможность остаться... человеком. Да, генетически созданным, да выращенным в пробирке, да, прошедшим вместо детства горнило практически непрерывных учебных курсов и всевозможных тренировок. Да, лишенным возможности обрести... материнское счастье. Да, получившим совершенное тело, способное противостоять старости гораздо лучше и дольше, чем тело обычного человека, обычной... женщины.

Шепард с союзниками не стали насильственно менять Миранду. Они просто дали ей возможность заниматься на фрегате тем, чем она всегда занималась — напряженной работой и руководством всевозможными проектами. При этом ей дали право... не быть двадцать четыре часа в сутки круглогодично только инструментом. Ей дали возможность ощутить себя... личностью, понять свою собственную ценность и ... уникальность. Никто не посягал на нее, никто не старался вести себя с ней неподобающим образом. Шепард дал команде и экипажу корабля пример... отношения к ней, беглому офицеру террористической организации. Как к человеку, который хочет использовать полностью и без остатка предоставленный ему шанс вернуться в обычную земную человеческую жизнь.

Шепард сделал то, на что Миранда... не могла рассчитывать в принципе. Он дал ей право занять место старшего помощника капитана, второго после него, Шепарда, человека на этом уникальном корабле. В этом уникальном экипаже. В этой уникальной, без всяких скидок, команде. Он... поверил в нее. Поверил, что в основе своей она — человек, она... женщина. Она та, кто достоин получить великое счастье стать продолжательницей человеческого рода. Получить, хотя десятки врачей, обследовавших Миранду и не имевших ни малейшего понятия кто она и откуда, категорически отвергли любую возможность рождения ею нормального ребенка. Даже... одного. А союзники Шепарда дали ей, Миранде, возможность не просто вернуть себе способность к рождению многочисленных нормальных, здоровых детей. Они вернули ей способность ощущать себя полноценной личностью, той, что не ограничена рамками служебного протокола и вольна жить человеческой жизнью в свободное... от основной работы время.

В Миранду поверил не только Шепард. Со временем в нее поверили очень многие, кто составлял команду и экипаж этого необычного корабля. Поверили, поскольку убедились, что "леди совершенство" только внешне выглядит как самая крутая и безжалостная стерва. Настоящая Снежная Королева. Внутри она — такой же человек, такая же личность как и все они. Все, кто обрек себя на борьбу со злом галактического уровня опасности.

С такими союзниками, как Семенов и Иванова с ее офицерами, с таким капитаном, как Джон Шепард не могла бы ужиться обычная, стандартная команда. Шепард, как четко ощущала Миранда, следовал смыслу той фразы, которую когда-то очень давно услышал от Семенова. Полковник тогда сказал капитану примерно следующее: у вас будет тяжелейшая миссия, капитан, но вы будете совмещать эту миссию с обычной, грешной жизнью. Иначе, без этого совмещения вы... не победите. С тех пор прошло слишком много времени и Миранда видела, как Шепард возвращает в обычную человеческую жизнь всех, кто оказывался на их корабле. Как показывает инопланетянам истинное, полное лицо человечества. Со всеми его недостатками и достоинствами. Святых, как убеждалась раз за разом Миранда, Шепард и его союзники рядом с собой не держали. Но и откровенных злодеев — тоже. И потому они помогли Дженнифер избежать обычной процедуры побега с "Чистилища", потому, погрузив ее после транспортации в сон, принялись лечить ее нервы, ее изломанную сущность, стараясь сохранить все лучшее, что было необходимо не им — самой Джек.

Миранда знала, четко ощущала, что и сама Джек безмерно благодарна Шепарду и его союзникам за то, что вышла из медикаментозного сна уже не той изломанной куклой, какую с огромным трудом запихнули в криокапсулу в присутствии пяти ИМИРов. Да, Джек и не могла быстро стабилизироваться, нормализоваться. Но перед ней никто и не ставил подобной задачи, не допускал над ней такого всеобьемлющего насилия. Ей просто показали, что может быть другая жизнь и она день за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем менялась, убеждаясь в реальности этой другой, совершенно не похожей на тот, пережитый ею ад, жизни.

Миранда видела, что несмотря на всю жуть, пережитую Джек после ознакомления с базами данных "Цербера", эта девушка не поверила окончательно в исключительную виновность Миранды. Не поверила, поскольку убедилась — Шепард не примет на борт своего корабля абсолютного преступника. А значит, ни она, закоренелая рецидивистка, ни Миранда — правая рука руководителя "Цербера" не являются окончательно потерянными для человечества. Более того, они обе... близки. Каждая по своему получила огромную дозу страданий. Каждая имела в душе и сердце, в своем разуме свой... личный ад.

И каждая, повинуясь вечной женской сути, стремилась обрести равновесие... Поверить в любовь, в то, что кому-то она, со всеми недостатками, странностями, проблемами... Будет дорога, ценна, желанна... Кем-то Любима. Способна для кого-то проявить лучшие, свойственные только женщине качества... Не только по отношению к мужчине. Прежде всего — по отношению к такой же как она сама... женщине. Пусть и другой, но — женщине.

И потому Миранда тщательно сдерживала себя, хотя могла бы дать себе волю и проявить все, чем овладела в ходе долгих тренировок сначала в многочисленных земных спортивных залах, а затем — и в залах "Цербера". Проявить, уничтожив эту девушку с душой подростка. Отчаянно стремящуюся уравнять душу и тело, предстать перед окружающими не в виде биотического катаклизма, а в виде женщины... Отчаянно нуждавшейся в своем, личном счастье. Миранда видела, как с каждым новым столкновением Джек все же не переступает определенный предел. Не желает применять свои способности и возможности в полной мере. Не хочет разрушений. Не хочет причинять страдание и боль ей, офицеру ненавистного для Дженнифер ""Цербера". Не хочет... потому что... верит в нее, Миранду, как в такую же много хлебнувшую горя женщину... Потому что не верит в правоту расхожего мнения: женщина женщине всегда — только враг, до тех пор, пока обе соперницы... не состарятся.

Миранда ощущала — Джек напряженно ищет пути к ней, хочет ввести отношения в нормальное русло. Она, безусловно, взрослела. Ведь преподаватель Академии Гриссома не может руководствоваться детской ненавистью, особенно, если обьект ненависти прямо не виновен в том, в чем его пытаются обвинить.

— Мири, это я, Касуми. — рядом с постелью проявился силуэт японки. — Не стреляй. — она подняла обе кисти рук на уровень плеч, показывая, что ее ладони пусты. Миранда опустила два тяжелых пистолета, выхваченных в доли секунды с пояса. — Позволишь присесть? Я не одна. — специалист по кражам со взломом взмахнула рукой и рядом встала Дженнифер, затянутая в облегающий комбинезон. — Добирались к тебе по вентиляции. Иначе не пройти.

— Я рада видеть тебя, Касу. — сказала Миранда, допустив в тон голоса толику мягкости. И тут же посуровела, беря на прицелы обоих пистолетов неистового биотика. — И хотела бы знать, что ты здесь делаешь, Дженнифер?

— Я пришла попросить прощения, Миранда. — ответила Джек, стараясь не двигаться.

— Почему именно сейчас? И ты уверена, что измотав мне нервы на протяжении месяцев, ты получишь прощение? — Миранда и не думала опускать оружие.

— Позволь мне объяснить... — несмело начала Дженнифер и осеклась, поймав ненавидящий взгляд старшего помощника капитана "Нормандии".

— Только покороче. И не дави на жалость. — жестко сказала Миранда.

— У меня никогда не было семьи. Меня выкрали едва ли не из колыбели, сказали матери, что я не выжила. Потом завертелось... Много всего было. Прагия. Коллекционеры. Четверка. Потом... Я начала работать со студентами... И вдруг поняла, осознала, что у каждого человека есть свои недостатки, ошибки, недочеты, проблемы, проколы. Что я не могу больше... быть настолько замкнутой на детскую обиду... Она была едва ли не самой последней..., что во мне еще сохранялись. Когда Шепард сказал, чтобы я береглась... С особой, свойственной только ему силой сказал... Я поняла, что надо меняться... И поняла, что мой враг должен быть конкретным и четко определенным, что его вина должна быть стопроцентно доказана... Миранда... Я... Я пойму, если ты не захочешь меня простить... Но я не хочу больше числить тебя среди своих врагов... Я... Да, я убивала "Церберовцев" пачками, не задумываясь о степени их вины... Это... Это помогло мне понять, что ты, ты сама... не виновата в моих страданиях. Шепард дал мне возможность вырасти в спокойной атмосфере... Я стала преподавателем, мне доверили детей. Война, страшная война наконец... закончилась... Ты выходишь замуж за Джейкоба. Ты преследуешь "Цербер" везде и всюду, твоей безжалостности завидуют черной завистью все, кто хоть сколько нибудь знает о специфике твоей нынешней деятельности. Так круто измениться... Если ты так смогла измениться, то как же мне надо измениться... Миранда, прости меня... Я... я не знаю как сказать...

Касуми, скрывшая лицо под капюшоном, молчала. Молчала и Миранда, не выпускавшая из рук пистолеты и понимавшая, что японка не скажет ни слова, пока она, Миранда Шепард не примет своего решения. Дженнифер едва смогла, сумела, успела уложиться в краткую форму. Молчала и Дженнифер, видевшая, ощущавшая, понимавшая, что Миранда, лежавшая перед ней на кровати, натянута как струна, совершенно безэмоциональна и не желает давать легкого прощения.

Пауза затянулась на четверть часа. Все это время стволы обоих пистолетов Миранды красноречиво смотрели на Дженнифер. Касуми отошла к кухонному блоку, забралась на стол, села, обхватила колени руками. Она понимала, что Миранда не может простить Дженнифер вот так сразу. И вряд ли простит по-настоящему, даже если выдавит из себя фразы, свидетельствующие о хотя бы формальном прощении.

Когда Джек узнала, что Миранда прибывает на Землю и будет несколько дней абсолютно одна... Она вымолила у руководства академии несколько дней отпуска по личным причинам. Не хотели отпускать. Но отпустили. Джек тогда улетела со станции Академии в самых потерянных чувствах. Улетела на Цитадель, где задержалась всего на несколько часов, пришла в квартиру Гото. Упала перед ней на колени. Рассказала... Рассказала впервые все, не тая ничего. Не пытаясь приукрасить или скрыть что-либо. Говорила долго, нервно поглядывая на часы... Просила только об одном: помочь ей увидеться с Мирандой... без свидетелей. Для того, чтобы попытаться вымолить прощение перед той, которую преследовала долгими неделями и месяцами, перед той, кто сама имела в душе свой личный ад. Перед той, кто ни разу не применил по отношению к ней, Дженнифер, все свои немаленькие возможности и способности. Чтобы положить конец этим... преследованиям, этим истязаниям, этим обвинениям.

Гото молча слушала Дженнифер. Слушала, не предлагая встать с колен. Понимая, что Дженнифер просто боится. Зная, что такое Миранда... не простит. Касуми не хотела помогать Дженнифер. О чем прямо и заявила визитерше. Имея в душе свой личный ад, потеряв возлюбленного, будучи вынужденной постоянно скрываться... Она не хотела, чтобы Миранда встретилась с Дженнифер в эти важнейшие для нее, вступающей на путь семейной жизни, дни. Она вообще не считала возможным беспокоить Миранду в эти несколько дней, когда есть необходимость вспомнить всю прошлую жизнь и решить, что делать на ее новой странице.

Дженнифер ощущала, понимала нежелание Касуми. Она не стала много и долго говорить, убеждать, доказывать. Она просто... Просто предстала перед Гото той, кто действительно осознал весь ужас, всю жестокость многомесячных преследований невиновного... Человека?!... Да. Дженнифер, знавшая о том, что земные врачи отказали Миранде в возможности иметь здорового ребенка, знавшая, что в Миранде заключены самые передовые генетические технологии и их результаты, поняла — несмотря ни на что Миранда, высший офицер "Цербера" — такой же человек, как она, Подопытная Ноль. Она также страдает и так же хочет нормальной жизни, счастья, любви.

Ведь война закончилась победой над Жнецами. Наступает мирная жизнь. В которой они обе заслуживают того, чтобы найти свое, глубоко личное ... счастье. В которой нет необходимости враждовать. Харпер мертв. Его организация — под ударом. Миранда сама преследует своих бывших коллег и подчиненных.

Касуми долго молчала, не глядя на стоявшую на коленях Дженнифер. Потом подошла к Жаклин, помогла ей подняться на ноги, молча заказала билеты на транссистемник на Землю. Показала, как пользоваться комбинезоном, как она предполагает добраться до Миранды по вентиляции... И никак иначе. Они в молчании сели на челнок до транссистемника, прибыли в космопорт Земли, на шаттле достигли космопорта Кардифа. Оттуда на флайере долетели до гостиницы. Все это время никто из них обеих не проронил ни слова.

Потом была подсобка в подвале гостиничного комплекса, долгий путь по извилистым каналам. Наконец сквозь решетку они увидели лежащую на кровати Миранду и Касуми активировала свою систему невидимости, прикрыв ею Дженнифер.

Гото ощущала, что они появились тогда, когда Миранда обдумывала роль Дженнифер в ее жизни. И эта роль Касуми очень не нравилась. Но Дженнифер так просила. Специалист по кражам со взломом впервые видела неистового биотика такой... сломленной. Неудивительно, что руководство академии посчитало необходимым ее отпустить — в таком состоянии преподавать... небезопасно.

Легкие щелчки блокираторов острый слух Касуми уловил сразу. Переведя взгляд на кровать, Гото увидела, как Миранда перезаряжает пистолеты и прячет их в перевязи на поясе. Дженнифер, как сразу отметила специалист по кражам со взломом, боялась не то что двинуться с места или вздрогнуть — даже вздохнуть слишком сильно.

— Полагаю, ты, Дженнифер, понимаешь, что после всего простить тебя сразу я ... не смогу. — сказала Миранда, наконец убрав руки от оружия. — У нас впереди свадьбы Бенезии и Сюзанны. О своей свадьбе я не говорю — у меня слишком особая ситуация. Откровенная вражда на свадьбе самых дорогих и близких людей, когда я — в роли невесты в третьей паре — не слишком хорошо. Так что для начала сделаем вид, что мы... нормализовали взаимоотношения. Для Шепарда и Джефа это важно. И постарайся в эти дни до церемонии ко мне больше не являться. Может быть, после церемонии мы сможем придти к какому-то соглашению. Не раньше. Обратный путь тебе известен. Касуми, останься. — Миранда откинулась на подушки. Формулировка решения вымотала ее, а она еще хотела вспомнить более приятные моменты. Должна была. Должна будет... вспомнить.

Дженнифер молча повернулась и полезла в вентиляционное окно под самым потолком. Миранда прикрыла глаза, не собираясь следить за посетительницей. В гостьях у себя Дженнифер Миранда точно не числила. Наконец шорох стих и Касуми легко поставила решетку на место, закрутив винты микроотверткой с моторчиком. Когда Гото села рядом с кроватью в кресло, Миранда открыла глаза.

— Ушла?

— Да, Мири. Она ушла. — сказала Гото. — Ты так ее и не простила?

— Не могу, Касуми. На церемонии и на праздновании я сделаю все под протокол, пусть думают, что мы нормализовали отношения полностью, но на самом деле я не буду с ней восстанавливать отношения даже до приятельского уровня.

— Будешь играть на публику? — безэмоционально спросила Гото.

— Придется, Касу. Все поймут правильно — я под ударом, меня могут застать везде и всюду, мне... нельзя расслабляться. Так что особой естественной и полной постоянной радости, как и довольства от меня в ходе бракосочетания и посиделок в кафе... не будут ждать. Джейкоб привык, я ему доверяю больше. Он поймет. Сам не раз хотел эту Дженнифер пристрелить. Знаю. Шепард между ней и мной не раз вставал, также поймет правильно. Он знает — я такое простить не могу. Это слишком меня вымотало. Сюзанна также поймет правильно. Они с Джефом сразу постарались ограничить возможности Джек в ее стремлении ползать по "Нормандии" по вентиляции везде и всюду. Нашла себе моду тоже. Как же ты согласилась, Касу? Ведь без тебя...

— Знаешь, она была такой сломленной... Я так понимаю, что руководство академии рисковало издать приказ о ее недопуске к преподаванию. А это для нее... Хуже смерти. Мне Кали Сандерс звонила со станции. Говорила, что Дженнифер работает не в полную силу и студенты это видят, чувствуют. А говорить с ними о таком Дженнифер не может — преподавательская этика и все такое.

— И ты полагаешь, что после всего, что она мне устраивала на "Нормандии"...

— Мири, прости, но ведь война...

— Моя война не закончена, Касу. Она не будет закончена еще очень долго. — сказала Миранда. — И я знаю, что обнимашками с Джек и улыбкой в тридцать два зуба сверху я не обману чутье капитана и его супруги. А уж обмануть Сюзанну мне вообще не светит — она постоянно читает меня по слишком многим каналам. Надеюсь только на их понимание, что они не будут настаивать на скорейшей... нормализации отношений. Я не могу, Касу. Это слишком больно. День за днем, месяц за месяцем в узком мирке фрегата... Видеть эту... разрисованную... И знать, что она в любой момент... воткнет тебе нож в спину. Или просто задушит. Биотикой или руками. Терпеть ее волны всепоглощающей ненависти и стремления отомстить, унизить, растоптать...

— Ты ведь ее не ненавидишь, Мири?

— Нет, у меня нет по отношению к ней ни ненависти, ни любви. Так, безразличие. Тем только и спасаюсь. На остальное силы надобны.

— Хорошо, Мири. Я не буду настаивать. Это твое право — выстраивать с ней свои отношения так, как ты захочешь. Но позволь в следующий раз придти с Лиа Ваэл.

— Надеюсь, не через вентиляцию потащишь нашего главного инженера? — без улыбки спросила Миранда.

— Нет. Если ты, конечно, не против. Есть и другие желающие...

— Я так понимаю ты где-то платье подвенечное позаимствовала и горишь желанием устроить примерку и подгонку?

— Я его не позаимствовала. Я его купила. На аукционе, между прочим, через подставное лицо. Так что здесь все законно и никто тебя не будет хватать на церемонии и выяснять, откуда на тебе такое платье. — без обиды сказала Гото. — И к тому же, поскольку мне редко приходится применять свои основные таланты, я его немного... усовершенствовала что-ли. Где-то что-то убрала, где-то что-то добавила.

— И решила совместить два дела в одном.

— Мири, ты же понимаешь... Одно дело — готовое платье, а другое — мои потуги что-то там исправить или добавить. Я не спец во многом. Без Лиа Ваэл я бы его вообще собрать воедино после переделки не сумела. Давай так, послезавтра утром, часов в девять утра я к тебе с Лиа загляну вместе с платьем. Начнем прикидки-примерки.

— Хорошо, Касу. Тебя и Лиа я рада видеть. Но ее. — она красноречиво указала взглядом на вентиляцию. — пристрелю при любой попытке подойти ко мне слишком... близко. Она по прежнему является преступницей-рецидивисткой, я читала ее дело. Там такие эпизоды — вовек не отмоешься. И скидку на возраст и искореженную психику ей никто теперь не даст — взрослая уже. Извини, мне надо немного подремать. Спать я не могу — отвыкла. Только подремать.

— Я посижу рядом с тобой, Мири. Будь спокойна. Никто к тебе не приблизится.

— Спасибо, Касу. — Миранда закрыла глаза и провалилась в чуткую дремоту. Касуми смотрела, как разглаживаются напряженные складки на ее лице, как расслабляются руки, становится спокойным дыхание.

Спустя пять часов Миранда открыла глаза. В полутьме номера она отметила Касуми, сидящую рядом, в кресле, недвижимую, словно изваяние.

— Проснулась? — прошелестел голос японки. — Вот, выпей теплой воды. Полезно со сна. — она подала высокий бокал и подождала, пока Миранда выпьет половину содержимого. — Вот так, хорошо. Теперь откинься, дай себе возможность адаптироваться к бодрствованию.

— Спасибо, Касу. В этот раз я немного лучше отдохнула, чем всегда.

— Мири, почему ты никогда не говорила даже мне о своих сложностях... Даже на нашем фрегате ты как струна... Мы бы нашли возможность охранять тебя... Ты же практически не расслабляешься.

— Касу, у вас — своих сложностей выше крышки. Я не могу требовать внимания еще и к своей персоне. Полагаю, тебе как и любому человеку знакомо чувство отчаяния...

— Ты насчет камикадзе?...

— Близко, но не совсем то. Просто я стремлюсь зачистить схроны ""Цербера" и... круг доступных ему миров и планет неуклонно сокращается. Я его понемногу загоняю в угол. От отчаяния он может пойти на все. Когда я только начинала чистку — было легче, еще никто не был уверен, что я пройду до конца. Сейчас у слишком многих эта уверенность есть. И если я расслаблюсь... Я погибну. "Цербер"... слишком безжалостен, слишком беспощаден... Слишком изворотлив. Это — внутренний враг, а он по определению намного опаснее, чем внешний. Я понимаю сложность своего положения — высший офицер "Цербера", правая рука его руководителя и те де и те пе. Но уж если я взялась — то я доведу эту чистку до конца.

— Одна?

— Прости, что?

— Одна? С одним фрегатом, одной командой и... одним экипажем?

— Это не флотский бой, Касуми, когда у меня пятьсот фрегатов и две сотни дредноутов. Я появляюсь на своем фрегате там, где меня мало кто ждет. Появляюсь тогда, когда все или большинство убеждены, что я не появлюсь вообще. И только благодаря автономности я еще могу достигать успеха. Опережать врагов, не давать им уничтожать улики.

— Мири, ты никогда не думала о том, что это...

— Вредно? Думала, конечно. — кисло усмехнулась Миранда. — Еще как вредно. А что делать? Если не я...

— То кто-нибудь другой, Мири. Какое у тебя звание?

— Верховный следователь Совета Цитадели.

— Выше тебя кто-нибудь есть?

— Только Совет.

— Вот. А ты себя ведешь как простая следачка только только выпорхнувшая из Академии Следственного Корпуса. Бегаешь, купаешься в крови по шею, стреляешь как простой пехотинец. Скажи, Мири, кому и что ты хочешь доказать?

— Себе. Что дело Призрака, этого Харпера будет невозможно восстановить в принципе.

— Но ты же лично выбила из дробовика ему оба глаза. А потом размозжила голову под прессом. Это право принадлежало только тебе. Шепард и все остальные... наши... его признали за тобой полностью.

— К сожалению, Касу, он, этот Харпер, прав. "Цербер" — это идея. И пока у этой идеи есть база... Я не имею права останавливаться.

— И сколько, как полагаешь, займет это у тебя времени?

— Намекаешь, что состарюсь и останусь старой девой? Нет, Касу, я буду совмещать это с обычной жизнью. Свадьба — прекрасно, а там...

— А там, Мири, ты должна будешь на целый год уйти в отпуск. Как хочешь называй, но это будет год непрерывного отпуска. А потом еще два года, пока дети не окрепнут. И что тогда?

— Полагаешь, что за это время "Цербер" восстановит силы? Конечно, восстановит, гидра он многоголовая. Три головы — это так, ширмочка. Что-ж, приду, упаду в ноги Эшли Уильямс, пусть подключит силы Спектров, десантников. Дам все наводки по оперативным данным. Укажу очередность и условия.

— Вот этим, Мири, ты и должна заниматься. А не прыгать по Галактике на "Немезиде". Ты должна руководить, заниматься стратегией, планированием, анализом. С твоим то знанием... Ну попадешь ты где нибудь под раздачу... И что дальше? С больничной койки доставать "Церберовцев" будет трудно. Да и врачи работать не дадут. И будут правы.

— Обрабатываешь?

— Немного. И по доброму. Мири, на тебя же так смотрели, когда ты командовала фрегатом в миссии за Четверкой. Вот там ты была на своем месте, на месте командира, руководителя. И поверь, никто не ждал от тебя личного участия во всех вылазках, во всех работах на фрегате. Все прекрасно понимали тогда и сейчас понимают, что ты не можешь быть в нескольких местах одновременно.

— Не знаю, Касу. Сложно все это пояснить. Сколько смогу зачистить... Все будет моим. Под мою ответственность.

— Ага. Где-то я уже это слышала.

— Могу даже подсказать, где. Мордин Солус.

— Вот. Даже он не замкнулся на оперативной работе в ГОР. Стал ученым, профессором, экспертом. А ты собираешься до предела бегать как простой пехотинец... Мири, ты не находишь, что это...

— Контрпродуктивно? Возможно. Но пока, Касу я буду работать в прежнем режиме. Как говорят в таких случаях, пока молодая, я буду бегать...

— И кто тебя в состоянии переубедить?

— Кто может, тот знает. — уклончиво заметила Миранда. — Ладно. Давай поедим и будем устраиваться на боковую. Первый день все же. Надо дать себе возможность отоспаться. Не против?

— Нет, не против, Мири.

Дженнифер переоделась в какой-то подсобке и выскользнула из гостиницы, взвалив на спину рюкзачок с костюмом. Она не ждала, что Миранда ее простит вот так сразу... Но фраза про "пристрелю"... Она показала ей, что прощения не будет... в обозримом будущем. А она так надеялась на взаимопонимание, на то, что Миранда почувствует ее, ощутит, поймет.

Джек шла не по самым большим улицам, избегая повышенного внимания к себе, погрузившись в раздумья. Она понимала, что рискует. Рискует тем, что не помирившись с Мирандой не сможет отдаться полностью преподавательской работе, работе с детьми. Уж кто-кто, а биотики всегда отличались повышенной чувствительностью и играть с ними, обманывать их было крайне сложно. Она догадывалась, что руководство Академии в принципе готово отстранить ее от преподавательской работы.

— Мэм... — раздался рядом с ней хорошо знакомый голос. — Мэм, мисс Дженнифер. — Джек повернула голову. Рядом с ней стояла ее студентка... Октавия. А за ней стояли другие ее студенты — Райли и Шон Беллармин, Прэнгли. — Мэм, что произошло?

— Н-ничего. — Джек остановилась, оттерла пот со лба. — Вы-то как здесь оказались? У вас же занятия...

— Мэм, мисс Сандерс отпустила нас. Она сказала, что без вас... дальнейшая учеба теряет смысл... Мы и сами это знаем. Просто не могли сидеть на лекциях и на практических занятиях, если рядом нет вас. Только...

— Что "только", Прэнгли?

— Только не гоните нас. В Академии нам делать нечего, если там не будет вас. И, если можно... Не считайте нас детьми, мисс Дженнифер. Младших и средних мы оставили в Академии, убедили их остаться, но сами... Решили последовать за вами, на Землю. Мы не могли поступить иначе, мисс. Вы помогли нам... Мы можем помочь вам... С других групп и потоков тоже обращались к нам с выражением готовности помочь вам. Поймите, здесь мы — не только ваши студенты. Мы люди. А вы всегда учили нас, что люди должны помогать друг другу.

— Прэнгли хочет сказать, что мы видели вас входящей в "Гранд-Отель" и... выходящей из него. Мы знаем, что там в аппартаментах — невеста мистера Джейкоба, мисс Миранда. — сказала Октавия.

— Я не знаю, как правильно сказать, мисс... но между вами и мисс Мирандой... есть сильные противоречия. — сказала Райли Беллармин. — И, судя по вашему виду и состоянию... Они... не преодолены.

Джек не знала, что отвечать. Да, перед ней были ее студенты, старшие студенты ее уникальной группы, в которой она была верховным преподавателем. Главным наставником. И перед ней были... взрослые люди... не дети, не подростки... Взрослые люди, в биографиях которых прочно прописалась галактическая война. На которой, как она как-то услышала, дети взрослеют рано. Совершенно неожиданно она увидела перед собой повзрослевших детей... Ее... детей.

— Мы навели справки среди студентов других потоков, которые всегда интересовались историей "Нормандии" и ее команды и экипажа, мисс. — сказал Шон Беллармин. — Мы знаем, что вы находились очень долго в... натянутых взаимоотношениях с мисс Мирандой. И сейчас вы прибыли сюда, к ней, чтобы... попытаться преодолеть противоречия... Нам кажется, что это реально... просто это... будет не так быстро... И, мисс... Если уж мы здесь, то... Позвольте нам помочь вам... наладить с ней взаимоотношения... Наши студенты, те, которые больше нас знают об истории "Нормандии", сказали, что и вы и она... лучшие биотики человечества. На праздновании будут все члены экипажа и команды. Это праздник не только для мисс Миранды, но и для капитана Шепарда и для мистера Моро. Мы... — Шон обменялся взглядами со своими спутниками. — убеждены... что как бы ни были натянуты ваши взаимоотношения с мисс Мирандой... нельзя, чтобы это проявилось в этот день...

— Мисс... В такой день молодоженам следует дарить подарки... Студенты, конечно, народ всегда небогатый... Но кое что мы можем подарить и мисс Миранде, и капитану Шепарду, и мистеру Моро. Нам нужна ваша помощь и поддержка, мисс Дженнифер. Без вас... мы не справимся в той мере, в какой это необходимо в этот день. В такой день. — Октавия начала волноваться, Прэнгли сразу подошел, успокаивающе обнял девушку. — Если вы... не возражаете, давайте присядем в сквере... Обсудим...

Джек была удивлена... Ее студенты, ее дети, ее архинепокорные и языкастые воспитанники... Они не просто нашли ее, чтобы не ощущать себя брошенными. Они... предлагали ей помощь. Ей... свою... помощь. Они сами, доступными им средствами вгрызлись в ситуацию, в которую она, как педагог, не имела никакого права посвящать их даже в самых общих чертах. Они сами сделали пусть общие, но предельно правильные выводы и теперь старались сделать все, чтобы она... Успокоилась, нашла равновесие, стабилизировалась. Чтобы она смогла полностью и без остатка вернуться к ним... ее детям. Они не мыслили своей жизни без нее...

Совершенно неожиданно они переросли статус простых студентов, для которых преподаватель обычно — тиран местного значения, постоянно всячески омрачающий надежду на беззаботную молодежную жизнь. Она точно знала, что среди других преподавателей академии Гриссома не было никого, для кого бы студенты стали настолько близки и дороги. Может быть из за этой близости к студентам, опрокидывавшей все педагогические штампы и стандарты, ее и называли легендой?

Они расположились в уединенном уголке сквера. Все студенты разместились вокруг нее. Они понимали, без слов понимали, что их наставник сейчас решает непростую задачу. Они сделали шаг ей навстречу, показав, что она для них — больше чем просто преподаватель, больше чем просто наставник. Они понимали, что это — их право, право молодых людей, право студентов. Она — другое дело. Взрослый человек, ветеран Галактической войны, член команды "Нормандии".

Поймав ее вопросительный взгляд, Шон продолжил:

— Мисс... Мы понимаем, что не все делается сразу и очень быстро. Мы пока летели сюда долго обсуждали немногие возможные варианты. И нам представляется, нашли приемлемый вариант. Вы научили нас владеть биотикой на мастерском, без всяких скидок, уровне. Свадьба — это праздник и мы бы хотели... чтобы вместе с вами представить молодоженам и гостям новый уровень владения белой, мирной биотикой. Тот, который вы нам несколько раз показывали... Вместе с вами, мисс. Мы просим вашей поддержки и вашего непосредственного участия в этом танце.

— Мы хотим, чтобы все, кто будет на праздновании, увидели вас истинную... — произнесла Октавия, которую молчаливым кивком поддержала Райли. — Вас, нашего наставника и нашу... маму. Мы надеемся, что это поможет мисс Миранде... изменить свое мнение о вас, мисс Дженнифер. Позволит ей преодолеть... отчужденность, сомнения, колебания... Мы понимаем, что вы и сами догадываетесь — мисс Миранда не захочет омрачать праздник демонстрацией ваших с ней... непростых отношений. И потому у вас... будет возможность показать, что вы ей... больше не угроза, не противник, не враг. Просто... предложите ей танец. Мы знаем, это трудно скрыть, она тоже — одна из самых мощных и опытных биотиков человечества. Ваш, мисс Дженнифер, танец вместе с ней... Это будет танец единства двух сильнейших биотиков земной человеческой расы. Это будет мирный танец двух женщин... Женщин, переставших быть врагами, осознавших возможность прекращения противостояния...Сначала — на время праздненства... А потом — на все более и более долгий срок. Нам еще очень многое неизвестно о влиянии биотики на другие сферы человеческой жизни, мисс, но в одном мы убеждены — Миранда будет благодарна вам за то, что вы увидели в ней... друга, партнера, личность, достойную общения и поддержки. Здесь слова... не нужны. Вы всегда учили нас — дела должны превалировать над словами.

— Мы понимаем, — продолжил Прэнгли, — что не все будет так просто организовать и устроить. Мисс Дженнифер, вы нас всех ни в чем словесно не убеждали, не давили, не настаивали. Вы просто показывали, чтобы мы сами все восприняли и обдумали. Сами осознали. И только после этого поясняли непонятное, недодуманное, невоспринятое. Не только словами. И не сколько словами, сколько тем, что прекрасно обходится без помощи слов. Мы убеждены, что мисс Миранда... не хочет больше быть вашим врагом. Война с Жнецами... закончена. Теперь пришло время... закончить войну в наших душах, в наших... сущностях. Я... я верю, что она не будет играть на празднике роль вашего друга, мисс Дженнифер. Я... я верю, что она будет вашим другом... После того, как увидит вас... истинную. Нашедшую себя.... Способную отдавать всю себя тем, кто в этом... нуждается.

— Мы хотим верить в это, мисс Дженнифер. — в один голос тихо сказали Райли, Октавия и Шон.

— Мы хотим верить в то, что уже на празднике вы и мисс Миранда станете друзьями. Ей ведь тоже сейчас нелегко. А когда она будет уверена в том, что вы, мисс Дженнифер, ее... подруга... ей будет... легче. — сказала тихо Октавия. Остальные студенты молча кивнули.

Дженнифер молчала. Такого она не смогла бы спрогнозировать никак. Ее студенты стараются вытащить ее, своего наставника из глубоко личной негативной ситуации. Вытащить, потому что знают — и она, и Миранда — члены команды легендарного капитана и противоречия между ними должны закончиться. Потому что знают — капитан всегда и всюду стремился гасить в зародыше любые конфликты между членами экипажа и команды своего корабля. И они, ее студенты знают — какими они ни были бы для нее близкими воспитанниками, она, Дженнифер, должна найти свое, глубоко личное счастье, родить и воспитать своих собственных детей. А для этого ей потребуется успокоиться, перестать тратить силы на противостояние, на пусть тихую и незаметную, но все же войну.

— Мисс Дженнифер. Мы остановились в небольшой гостинице неподалеку. Там есть танцпол. Мы просим вас побыть вместе с нами эти несколько дней. Помочь нам с танцем... И не только. — Райли заметно нервничала. — Если мисс Сандерс будет знать, что вы с нами... Она не будет так волноваться и так плотно контролировать нас. У нее достаточно проблем с нашими младшими и средними... Мы просим вас поговорить с ней... Нас здесь, старших, мало. Если вы будете с нами эти несколько дней, мы сможем подготовить танец всей группой. Это будет лучше, чем если мы, только мы, старшие, выйдем на танцпол вместе с вами.

— Хорошо. — Джек кивнула, вызвав облегченные вздохи и несмелые улыбки на лицах своих старших студентов. — Идемте в гостиницу. Мне необходимо будет переговорить с Кали, убедить ее прислать сюда младших и средних. В целом подготовить все необходимое для них.

— Мы поможем, мисс Дженнифер. — твердо сказал Прэнгли. Остальные кивнули, подтверждая. — Тогда, может, пойдем в гостиницу. Делать дело надо. — он первым встал со скамейки. За ним поднялись все остальные студенты. Дженнифер удивлялась все больше и больше: теперь не она руководила ими, а они брали на себя руководство ею, старались помочь не словами, а делом.

В небольшой гостинице "У Джона Лока" она предьявила свои документы и оформила аренду еще нескольких номеров с трехразовым питанием. Затем придирчиво ознакомилась с теми условиями, в которых будут жить средние и младшие студенты, заглянула внимательным взглядом в комнаты старших. Забежав к себе в номер, она оставила там вещи и вместе со всеми старшими студентами направилась к администратору, договариваться об аренде танцпола и зала. Уплатив нужную сумму, она особо настояла на том, чтобы во время занятий их никоим образом не беспокоили. Администратор согласилась с этим требованием — гостей было мало и никто другой на зал с танцполом не претендовал.

Три дня Дженнифер и ее студенты с утра до позднего вечера репетировали в наглухо закрытом зале. Студенты превзошли сами себя — она не слышала не то что словесных возражений и недовольства. Не было даже вздохов, указывающих на нежелание выкладываться по полной. Она сразу поставила дело так, что солировать будет в танце только в самом начале, а потом ее сменят наиболее опытные и подготовленные студенты. Она же останется только на поддержке до самого окончания танца.

Наконец подготовка танца была завершена и Дженнифер провела генеральную репетицию. После этого почти два десятка человек собрались в кафе гостиницы на плотный ужин. Скоро предстояло показать танец на праздненстве.

Когда студенты ушли спать, Дженнифер вернулась в зал, закрыла дверь на код и несколько раз выполнила ту программу, которую планировала показать вместе с Мирандой. Когда она заканчивала почти в полной темноте выполнять финальную часть своего танца, рядом с ней засветилась хорошо знакомая фигура.

— Миранда? — спросила Дженнифер свистящим шепотом, стараясь не допустить сбоя в дыхании.

— Я. — подтвердила фигура, по прежнему скрытая в полутьме. — Мне нравится танец, Дженнифер. Ты смогла меня удивить. Давай обойдемся без выяснений отношений на празднике и решим все вопросы здесь. Присядем? — Миранда дотанцевала с Дженнифер танец и отошла к столику и двум стульям, стоящим в углу зала. — Я, как ты понимаешь, долго думала над происшедшим. И поняла, что действительно пора заканчивать противостояние. Я знаю, что ты изменилась, Дженнифер. Я — тоже изменилась. В том числе и благодаря тебе и им, что так старательно сейчас наблюдают за нами...

— У меня от них... — Дженнифер скосила взгляд в сторону двери. — Почти никаких секретов нет.

— Понимаю. Появление твоих студентов здесь только ускорило мои размышления. Если ты согласна... считать конфликт преодоленным и закрытым...

— Согласна, чего уж там. — проговорила Дженнифер, вставая. — Давай обнимемся, что ли, подруга? — она первая подошла к Миранде и крепко обняла ее. Миранда заключила ее в свои обьятия. Они расцеловались. — Они все равно спать не будут, пока мы здесь вдвоем, так может дадим им возможность войти?

— Открывай дверь, Дженнифер. — просто сказала Миранда, отходя к столику. Вошедшие студенты окружили ее, посыпались вопросы. Миранда отвечала, почти ничего не утаивая. Шон завладел вниманием наставницы, показал ей ридер со схемой танца Дженнифер, предлагая внести некоторые изменения. Незаметно для себя Джек втянулась в обсуждение деталей, предоставив Миранде возможность вдоволь пообщаться со студентами. Через час они разошлись по номерам. Миранда вошла в номер Дженнифер, включила приглушенный ночник.

— Останешься? — спросила Джек, подходя к кровати. — Посягать не буду. Вымоталась. Хочу спать. Завтра — последняя репетиция-прогон. Шон тут предложил ряд изменений, надо обсудить со всеми остальными.

— А у меня завтра примерка платья. Лиа Ваэл и Касуми будут три часа меня мучать.

— Счастливая ты, Миранда.

— Да уж. Хоть несколько часов счастья, но — мои. — улыбнулась старпом. — Ладно, останусь.

Утром следующего дня Миранда Шепард вышла из подъезда небольшой гостиницы в совершенно другом настроении. Она убедилась, что Дженнифер действительно прекратила противостояние с ней, что она желает стать ее подругой. Пусть не сразу близкой... но подругой. Успокоенная, Миранда без особого напряжения вынесла многочасовую примерку и подгонку платья, ощущая, что предстоящий праздник для нее станет действительно особенным.

========== Глава 164. Свадьба Джефа Моро и Сюзанны ИИ ==========

Сказать что Сюзанна нервничала — это значит не сказать ничего. Она буквально не находила себе места. Совсем скоро, через несколько дней она, искусственный интеллект и киборг, второй пилот легендарного корабля, старший офицер экипажа станет частью человеческого сообщества, получит официальное земное гражданство и наконец обретет счастье быть законной, единственной женой давно нежно и глубоко любимого ею Джефа, примет его фамилию.

Несколько дней назад Джеф привез ее в лучшую земную гостиницу в Британии, которую восстанавливали ударными темпами и открыли всего неделю назад. Он поселил ее в отдельных трехкомнатных аппартаментах и сказал, что по традиции землян невеста и жених должны провести несколько дней отдельно друг от друга, чтобы потом встретиться только в ходе свадебной церемонии. Он также пояснил, что в эти несколько дней она может без всяких ограничений видется с кем захочет — и с мужчинами, и с женщинами. Только потом, оставшись в одиночестве, Сюзанна залезла в Экстранет и узнала то, о чем умолчал Джеф. Такая традиция нужна была для того, чтобы жених и невеста еще раз проверили крепость своего решения и могли до начала церемонии обьявить о расторжении помолвки и брака. Она поняла, что Джеф не верит в необходимость разрыва, но не хочет давить на ее решение.

Приемные дети жили в семьях капитана и Лиа Ваэл. Они также увидят ее только на свадебной церемонии. О том, что свадьба не состоится, Сюзанна не хотела даже думать — она слишком сильно желала продолжения своего совместного пути только рядом с Джефом, рядом с ее основным телом — легендарной "Нормандией". И очень уважала Джефа за то, что невзирая ни на многие месяцы совместной работы, ни на практически полное сосуществование во время двух тяжелых миссий, он, как мужчина, оставляет за ней, женщиной, право отказаться принять на себя статус его супруги.

Сюзанна подошла к окну, открыла створку и впустила в комнаты свежий воздух. Ветерок коснулся ее лица, принес приятную прохладу. Киборг опустилась в мягкое кресло и задумалась. Часть ее мощностей была привычно занята контролем состояния фрегата, часть — контролем безопасности членов экипажа и команды. А еще одна часть со всем прилежанием и напряжением осваивала всю доступную информацию под грифом "семейная жизнь с людьми".

Она ничуть не жалела, что как машина, не может дать Джефу все, что могла бы дать человеческая женщина. Да, Джеф Моро почти полностью излечился от синдрома Вролика, он уже не пользовался даже тростью, бегал, прыгал и падал как обычный человек. Да, он общался, контактировал со множеством женщин и девушек, но при этом всегда давал мягко понять, что его сердце уже занято. И никогда ни при каких раскладах он не изменял однажды принятому решению — рядом с ним по жизни будет идти только Сюзанна ИИ и больше никто. И киборг, видя и чувствуя железобетонность его решения, не могла не отдать должное Джефу — он вел себя очень по-мужски и по-человечески. Он не просто держал слово, он смог раствориться в ней, Сюзанне, стать частью ее мира и сущности, не пытаясь перекроить их под себя, изменить в своих интересах. Он не просто встал рядом, он стал частью ее судьбы.

Сюзанна чувствовала, что для него она — почти все. Она смогла совместить в себе и душу столь дорогой и любимой Джефом "Нормандии" и душу, свойственную только человеческой личности. Она вспомнила, как безмерно удивился Джеф, увидев ее впервые, когда она села в кресло второго пилота. Как он с самого первого дня признал за ней все права на автономность, экстерриториальность и свободу. Как он сразу взялся ее опекать, мягко и полно ввел в курс дела и никогда не ограничивал ее ни в чем, не пытался ею командовать, не стремился показать, что она — только механизм, а он — человек и потому — он тут главный.

Она вспомнила их первые вечерние прогулки по спящей в дрейфе "Нормандии", когда на постах находились только члены дежурной смены и вахтенный офицер. Тусклый свет софитов, тишина, нарушаемая едва слышным гулом ядра и вспомогательных механизмов, шипением воздуха в тоннелях вентиляции. Как он тогда смотрел на нее, не веря, что судьба подарила ему возможность... Почувствовать себя сильным не только за штурвалом фрегата, не только в полете. Джеф тогда изменился. Он расправил плечи, он поверил, что теперь от него зависит не только корабль и экипаж. От него зависит конкретный... человек. Да, Джеф сразу признал в ней человека и никогда не отступал от этого признания.

Капитан был прав — она для Джефа сразу, с первой минуты, как он только ее увидел, садившуюся в кресло... А он ведь видел ее, видел, поскольку уже давным давно привык все замечать в месте своего постоянного обитания — рулевой рубке... Она с первой минуты для Джефа стала не машиной, не роботом, не киборгом, не механизмом. Она стала для него человеком. Только машина, только киборг, оснащенный искусственным интелектом с минимальными ограничениями мог бы оценить тот дар, который Джеф преподнес Сюзанне едва только в первый раз заговорил с ней. Дар признания ее права на свободу, дар понимания уникальности, ценности и важности ее для него. Дар преклонения перед ней, волей судьбы получившей совершенное женское тело в качестве платформы. Дар понимания, что искусственный интеллект в женском обличье — это больше, чем простой шагоход. Намного больше. И она с тех пор всегда очень бережно относилась к тому, как воспринимал ее Джеф.

Благодаря ему она смогла войти в сообщество людей как равная, как естественная часть экипажа и команды, а не просто как корабль и его центральный компьютер. Она понимала страх Джефа, который читала в нем, если ей приходилось участвовать в высадках. Он очень боялся, всегда боялся ее потерять. Ему невозможно было обьяснить, что благодаря многопроцессорной схеме и совершенным приводам, она практически неуязвима для огня любого оружия, она способна избежать поражения даже тяжелым оружием, поскольку ощущает все, происходящее вокруг с поистине нечеловеческой детализацией...

Он только грустно улыбался в ответ и она поняла... Поняла, что он, пилот божьей милостью, совершивший абсолютно невозможное для людей с его заболеванием и ставший одним из лучших пилотов человечества, подарил ей, машине свою... любовь. Он спокойно относился к тому, что на борту его корабля есть другие женщины, девушки, которые тоже участвовали в боестолкновениях, тоже рисковали... Он просто делал все, что ему, пилоту, было доступно, чтобы они не пострадали. Сюзанна ясно ощутила, что его отношение к ней... оно совершенно другое. Он давал ей полную свободу, но всегда беспокоился о ней, о ее состоянии, о ее потребностях и нуждах. О том, весела или грустна она, о том, почему ее взгляд иногда останаливается на одном предмете и становится таким отстраненно холодным...О том, что ей тоже необходимо как можно чаще бывать вне рулевой рубки корабля, не забывать о возможности сойти на планету, пройтись по паркам, садам... Даже просто пройтись по магазинам. Джеф давал ей полное право и возможность чувствовать себя... женщиной, у которой есть свой мир, свои интересы, свои потребности.

Вот так незаметно Сюзанна получила возможность видеть жизнь органиков в ее многообразии, ощущать ее сложность и в то же время — простоту и определенность. Джеф не заключал ее в золотую клетку, он поверил ей и в нее... И она поставила перед собой цель — максимально приблизиться к уровню, доступному органическим существам. Стать для них не платформой, не киборгом, а другом и партнером. Она вспомнила, как впервые побывала на Цитадели, как удивленный сержант Харон просмотрел на экране данные ее чипа-идентификатора второго пилота фрегата, как она прошла без единого вопроса уникальные цитадельские сканеры. Как впервые побывала в кафе "Сонное озеро", как сидела в полутьме кабинки, делая вид, что потягивает коктейль через соломинку и смотрела на танцующего Джефа. Она точно знала, что танцевать Джеф решился только зная — она рядом, она смотрит на него и ободряет.

А потом они долго-долго говорили, проговорили до трех часов ночи... Говорили о многом, легко перескакивая с темы на тему, иногда перебивали друг друга, а иногда... иногда заканчивали высказывать мысль, пришедшую на ум собеседнику. И им очень это предвидение нравилось. Джеф смотрел на нее такими восхищенно-обожающими глазами... И она чувствовала себя... нет, не машиной... Личностью, человеком, женщиной... А потом... Потом они гуляли до шести часов цитадельского утра, гуляли и по центральным улицам, и по малозаметным переулкам. Гуляли, не видя ничего и никого вокруг, кроме себя и своего спутника. Джеф тогда говорил мало, предоставлял ей право говорить или... или молчать. У органиков, оказывается, молчание настолько многогранно и красноречиво...

Они присели в небольшом сквере на скамейку и Джеф посадил ее, тяжеленного киборга себе на еще неокрепшие колени. И мягко пресек ее попытку слезть и сесть просто рядом. Он тогда сказал, что ему будет так лучше... Но если она хочет... Он не будет настаивать... И она вдруг почувствовала, что хочет... Хочет не слезть с его коленей и сесть рядом на холодную скамью, а остаться так сидеть до самого рассвета... До следующего рассвета... Да хоть год так просидеть! Только вдвоем, только рядом с ним, только у него на коленях, чувствуя его вот так, полно и плотно.

Он обнял ее и она впервые тогда обняла его. Обняла по настоящему, не ограничивая себя служебным протоколом и рамками приличий. Сначала встретились взгляды их глаз... потом... потом губы.... И только под самое утро она, убедившись, что народу в сквере прибавляется, встала с колен Джефа. Ей было впервые так хорошо... Они, взявшись за руки, не спеша пошли к выходу из сквера... А вокруг просыпалась Цитадель. Спешили куда-то Хранители, легко посвистывали пролетавшие по своим трассам флайеры... Начинался новый день.

Тогда Джеф, смущаясь и пряча взгляд, достал из кармана цепочку с небольшим полудрагоценным камнем в изящной оправе и... и надел ей на шею, уловив ее разрешающий кивок. А потом рассказал, что эта вещь — его семейная реликвия, передаваемая из поколение в поколение женщинам, ставшим очень дорогими для семьи Моро.

Сюзанна смешалась... Она, конечно, понимала, что Джеф... Джеф постепенно, совсем необидно, ненасильственно приближает ее к себе... Приближает не как корабль, не как машину, не как робота, не как механизм... Как равную себе, равную и... и стоящую выше его, ставшую его Женщиной. И тогда она поняла, что имел в виду капитан Шепард, когда как-то сказал, глядя в черноту космоса сквозь обзорный иллюминатор "Мы, мужчины, живем и действуем ради лучших женщин. Ради их блага, счастья и спокойствия". Это было тоже поздним вечером, когда капитан по обыкновению проводил ночной обход корабля, а она только-только сменилась с Джефом с очередной вахты, передав управление автопилоту — трасса полета была простой и особых проблем... не предвиделось.

Тогда Сюзанна долгий день провела в глубокой задумчивости. Она осмысливала подтекст сказанной капитаном фразы. Фразы, пояснившей ей так мало... и так много. Она прекрасно видела, насколько разными бывают органики, в особенности — ставшие ей очень дорогими и близкими люди. В них хватало всего — и очень плохого и очень хорошего. Но они были свободны как пасть очень низко, так и вознестись очень высоко. Как люди больше всего жаждут преодолеть проклятие своей краткой жизни, продолжить себя в детях, внуках, правнуках. Как любят и ценят совершенно разных женщин, владеющих таинством порождения и продолжения новой, человеческой, разумной жизни.

Как машина, компьютер, способный обрабатывать несколько десятков зетабайт в долю секунды, она прекрасно знала, что женщины далеко не всегда были столь почитаемы. Что их унижали, оскорбляли и угнетали, ограничивали, издевались и... насиловали. Превращали великое таинство порождения новой жизни в удовлетворение похоти, низкого животного инстинкта. А потом она узнала, что животные в большинстве своем не склонны насиловать самок... Только разумное существо оказалось свободным, способным выйти за жесточайшее ограничение, обрести свободу выбора. И она поняла — Джеф выбрал светлую сторону, высокую. Выбрал, потому что такой выбор для него был естественен и очень прост. Сама его суть не приняла бы другого выбора.

Капитан Шепард поддержал Джефа в его стремлении. Джеф тогда сказал, что к другому капитану он бы не пошел служить и просто работать в его команде. Он принял Шепарда, сразу установившего закон: что бы ни случилось на миссии, в полете, на планете — женщины неприкосновенны и подлежат всемерной защите от любых посягательств и неприятностей. Между женщиной и опасностью, как утверждал капитан, всегда должен стоять мужчина. И он обязан там стоять. Такова его роль, такова его функция, таково его предназначение. Стоять, если потребуется, насмерть, защищая женщин и... и детей.

Сюзанна прекрасно знала об успехах генной инженерии. Она знала, что люди стремились и таким способом стать лучше. Или желали верить в то, что станут лучше, используя генетику во благо человечества и человеческого общества. И капитан, она это отлично видела, чувствовала, ощущала, знала, совершенно спокойно спас Миранду Лоусон, созданную, выращенную довольно экзотическим способом, лишенную детства, обычного детства человеческого ребенка.

Она знала, что капитан мог бы еще на планете пристрелить ее, офицера ненавистного ему ""Цербера", уже тогда предававшего человечество направо и налево, пристрелить, едва узнав, что она была правой рукой Джека Харпера, Призрака. И тем более пристрелить, едва Светлана Юльева, врач корабля, доложила ему, что перед ней, на операционном столе в медотсеке — не человек. Только его очень близкое подобие... Подобие, лишенное права воспроизвести себе подобных. Но он поступил по-иному, не только оставил эту "леди совершенство" в живых, но и с помощью союзников дал ей право и возможность стать матерью обычных человеческих детей.

И Сюзанна стала свидетелем того, что Лоусон преобразилась. Сюзанна видела, как Миранда осторожно осваивается с тем, что для окружающих она — не жесткий руководитель, не беспощадный командир, не неутомимый ученый, способный пойти на крайности, не рабочая лошадь. Она тоже личность, тоже женщина... Со своей сложной судьбой, со своими проблемами, тайнами, желаниями, стремлениями. Лишенная матери, она любила, до беспамятства любила свою младшую сестру-близняшку, Ориану. Она очень беспокоилась о младшей, помогала ей, стараясь держаться в тени и на расстоянии. Шепард понял, что лучшего подарка Миранде, чем сестра рядом на одном корабле, он, капитан фрегата сделать не может. И он сделал этот подарок... Сделал, а потом Миранда сделала с помощью капитана и его союзников себе другой подарок. Она вернула себе способность стать матерью. Вернула, потому что поверила — рядом с сестрой она сможет стать еще более полным человеком.

Миранда. Сильная и одновременно — очень слабая. Хрупкая и потрясающе прочная. Жесткая и ошарашивающе мягкая. Она оказалась в состоянии день за днем, месяц за месяцем выдерживать попытки Жаклин посчитаться за все преступления "Цербера" с ней, его офицером. Пусть бывшим, но офицером.

Сюзанна знала, понимала, что для Дженнифер нет бывших офицеров "Цербера". Нет, ибо то, что с ней, подопытной Ноль творили на Прагии, невозможно было творить, не замазавшись в этой грязи по самую макушку. Только совсем недавно Дженнифер стала оттаивать. Война шла к концу, Жнецы отступали или планомерно уничтожались и Джек стала понимать — ей необходимо будет как-то реализоваться в этом новом мире. Сюзанна знала, что глубоко в сознании Дженнифер уже приняла решение — она вернется в Академию Грисома. Вернется к своим студентам, которых любила больше самой себя. Она растворялась в них, пусть тогда, перед угрозой Жнецов и гоняла их жестче, чем любой мыслимый сержант гонял новобранцев. Гоняла, потому что знала: дети не могут быть безоружны, если речь идет о борьбе за выживание человечества, о борьбе за выживание органической разумной жизни.

И все же она научила студентов великому балансу между борьбой со злом в полную силу и полному, всепоглощающему стремлению к добру. Научила, потому что страшно долго была вынуждена пребывать в океане ненависти, боли, гнева, горя. Потому что знала — дети не должны лишаться детства так, как была лишена она и сотни других детей, имевших несчастье стать биотиками.

Касуми Гото. Девушка, ставшая одной большой загадкой для Сюзанны. Специалист по взлому и изъятию ценностей, как она всегда себя называла. Обладавшая развитым художественным вкусом и стремлением к совершенной красоте. Способная облечь в нечто совершенно уникальное даже свое собственное боестолкновение с противником. Шепард как-то вечером рассказал Сюзанне, что был просто потрясен возможностями Касуми, когда она добралась в прыжке до летуна Донована Хока и с непередаваемой артистичностью, легко и внешне свободно лишила этого самовлюбленного болвана того, на что он так рассчитывал — щитов, спасавших машину от сосредоточенного огня даже тяжелого вооружения. А когда она в полутьме челнока читала послание погибшего любимого... На ее лице, всегда сосредоточенном и почти ничего не выражавшем была такая гамма чувств и эмоций... И Сюзанна согласилась, поняв, что мисс Гото, не найдя на Нормандии применения своим основным талантам по изъятию ценностей, стала совершенствоваться в других, менее экстремальных направлениях. И достигла в этом немалых успехов.

Сюзанну тогда просто потрясла верность Касуми своему любимому. Она, в один из вечеров девичьих посиделок, наедине с ней, Сюзанной сказала такую фразу: "И тогда я решила, что если не он — то никто. И решила отомстить Хоку за его гибель. А теперь... Теперь я буду скрываться, потому что кроме моего... — она всхлипнула. — никто не может стать мне таким же близким. Я продолжу работать, но рядом со мной будет только он. — она кивнула на голопортрет молодого человека. — Больше никто". Касуми выполнила свое решение — она осталась одинока, сконцентрировалась на своей работе и канула в безвестность. Только изредка под глубокой шифровкой Сюзанна получала от нее весточки и радовалась — Касуми жива, здорова и... свободна.

Самара... азарийский юстициар. Как сказала однажды Эшли Уильямс, узнав сколько лет этой почтенной азари, хотела бы она настолько хорошо выглядеть в ее годы. Сюзанне было хорошо известно, что сама Самара стала юстициаром, поскольку решила собственноручно наказать свою дочь за преступную вне всяких сомнений деятельность. Живущие больше тысячи лет азари совершенно не стремились рано умирать и не любили массовых убийств и войн, приносящих огромные жертвы и разрушения.

Генетический сбой, проклятие, названное "ардат якши" или "демон ночного ветра", постигшее ее дочерей, всех троих, поверг Самару в ступор. Сюзанна до сих пор не смогла даже приблизиться к пониманию того, что чувствует мать, убивающая своего собственного ребенка только для того, чтобы он, этот ребенок, больше не убивал других. Это понимание было слишком страшным и холодным, труднодоступным даже безразличному машинному разуму. Как же полно Самара отдалась преследованию и наказанию своей дочери!

К счастью, Шепард и его союзники смогли избавить Самару от необходимости убивать свою дочь. Они подарили пожилой азари счастье видеть своих троих дочерей свободными от генетического недостатка, ставшими совершенно обычными, пусть и очень сильными биотиками. Шепард тогда пояснил, что просто дал возможность Самаре в какой то мере вернуться назад, в ту минуту, когда врач еще не сказал ей об ужасном диагнозе. И теперь Самара и ее дочери были счастливы. Счастливы, живя единой, дружной семьей, работая в едином стремлении защитить стабильность и безопасность всех, кто не выходил за рамки закона, морали и традиций.

Уроднот Бакара, Ева. Тогда едва ли не впервые Сюзанна встретилась с женщиной — шаманом. Отвечавшей за связь с духовным миром большого сообщества кроганов. Хранительницей тех самых традиций, обычаев, морали и нравственности, которые по-своему и в своем сообществе защищала Самара. Бакара только ей рассказала, причем с максимальными подробностями, через что ей пришлось пройти, принимая инициацию. Ее рассказ тогда потряс Сюзанну. Они долго молчали, сидя в медотсеке, погруженном в ночную тьму.

Только здесь, на "Нормандии", Бакара решилась раскрыть тайну того, как она, женщина — кроган стала шаманом племени. Сделать это же на земле Тучанки... она отказалась категорически и Сюзанна ее поняла, не настаивая. А тогда в медотсеке, в почти полной темноте, прерываемой только миганием индикаторов на пультах, Бакара говорила. Говорила о многом, до этого скрытом в ее сознании, в памяти, душе.

Раса, пережившая ядерные конфликты, бесконечные войны племен, ставшая обьектом жестокого генетического эксперимента саларианцев и варварской предусмотрительности турианцев. Раса, где мужчин почти что официально считали только наемными убийцами, а женщин... Женщин не рассматривали как ценность вообще, поскольку сотни кроганок не могли родить даже первого ребенка. Бакара ей тогда рассказала, скольких ей приходилось отпевать, отправляя в верхний, лучший по ее пониманию мир. Сколько кроганок умерло при родах, сколько — от безысходности осознания того, что долгожданный ребенок — мертв. Мертв еще в утробе матери.

Сюзанне довелось стать свидетелем активации распыления вакцины против генофага. Она видела в глазах кроганок и кроганов такую надежду, такую пронзительную надежду, что ей хотелось сделать что-то, чтобы подтвердить — теперь ваша надежда — не миф, она реальна. И это теперь — ваше, кроганы, будущее. Все было сделано при самом непосредственном ее участии и Бакара по праву шамана, по праву первой женщины, избавленной от проклятия генофага, стала организатором новой жизни на Тучанке.

Те, зеленые ростки на стенах разрушенного огромного и сохранившего немалую часть красоты города, стали вестниками нового мира, создаваемого кроганами. Мира, в котором отцы уже не будут убивать своих сыновей в конкурентной борьбе. Где сыновья не будут вынуждены убивать своих отцов. Где мужчины снимут с себя клеймо наемных убийц и станут воинами своего народа. Где они уже не будут стремиться улететь с родной планеты куда подальше, пытаясь забыть весь ужас положения своей расы, стремясь раствориться в новой жизни, в новой деятельности.

Бегство с родной планеты. Это то, через что пришлось пройти кварианцам. Тали Зора нар Райя вас Нима стала лучшей подружкой для Сюзанны. Подружкой, которая ей первой показала, как выглядят кварианцы без костюмов. Это действительно был знак высшего доверия. Тогда Тали пошутила, что мало кто видел и Сюзанну без костюма и без внешней кожи. На что Сюзанна со смехом отпарировала, что под кожей у нее — металлический, стальной и пластиковый каркасы, приводы и иное оборудование — лучше, конечно, чем у гетов, но все равно — машинное.

А без одежды... Без одежды ее после активации видел только Джокер. Только Джефу она поверила настолько, что однажды, когда им довелось вечером встретиться в пилотской кабине, когда "Нормандия" в очередной раз дрейфовала, разряжая ядро у одной у выделенных для этого планет, она сама расстегнула крепления комбинезона и сняла его, зная, что Джеф не будет посягать на нее в порыве животной страсти. Как же он смотрел тогда на нее... Какое молитвенное преклонение было запечатлено на его лице, в его взгляде. Он долго не решался прикоснуться к ней, ощутить пальцами ее кожу.

Ей тогда пришлось взять инициативу на себя, положить его руку себе на голую спину, но и тогда... Как же он был несмел и одновременно — очень нежен. В его взгляде не было животной жадности, не было стремления к простому физиологическому обладанию. Но одновременно Сюзанна вдруг почувствовала, насколько она... желанна и дорога для Джефа.

Тогда они провели вместе несколько незабываемых и очень личных часов. Джеф ее потряс. Он вел с ней себя так, что она и сама начала серьезно сомневаться в том, является ли машиной. Это было волшебство... Волшебство для двоих. С тех пор Джеф согласился на отдельную каюту... А раньше он ограничивался спальной капсулой, просиживая почти полные сутки в пилотской кабине.

Сюзанна понимала: он, как мужчина, руководствуется тем, что ему самому не нужен тот уровень комфорта, который столь привычен для женщины. И она решила использовать свое преимущество киборга — никаких рюшечек, подушечек, статуэток-пупсиков, никаких излишних украшений. Она просто создала в каюте, переданной ей и Джефу капитаном, настоящий домашний уют. И Джеф наконец-то оценил, что такое спать не в пилотском кресле, скорчившись, не в тесной спальной капсуле ,вытянувшись как струна, а на нормальной кровати, рядом с такой теплой и надежной Сюзанной. Ему было абсолютно все равно, что Сюзанна только имитирует сон. Джефу очень нравилось то, что она все же соглашается быть рядом с ним.

А ей нравилось его обожание и преклонение перед ней. Она, нашедшая себя в новом для себя статусе хозяйки дома и хранительницы домашнего очага, почти постоянно купалась в его восхищенных взглядах и чувствовала себя совершенно счастливой. Ей как-то попались на глаза строчки "Есть я и ты, а все, что "кроме" легко исправить с помощью зонта". Она потом разыскала источник — это было далекое двадцатое столетие. Старый, плоский, пленочный фильм, без намека на ухищрения современных киношников. Никаких изысков. И все же Сюзанна, копаясь поздним вечером в недрах очередной консоли, одновременно посмотрела этот фильм от начала до конца и была просто... Поражена, удивлена, восхищена?! Скорее все вместе. Как же прав был режиссер, сумевший показать такие чувства, такие эмоции, такую жизнь... Пусть не все было достаточно реалистичным, но ведь это — не документалистика, это — художественный фильм.

Сюзанна вдруг осознала, что благодаря своей машинной основе она... Нет, не просуществует, она именно проживет достаточно долго, чтобы тоже быть рядом с Джефом. Она вспомнила, что Светлана как-то указала на один из побочных эффектов применения вакцины от синдрома Вролика — почти двукратное увеличение продолжительности жизни. И ей стало так тепло от сознания, что и она сумела получить кусочек простого, но такого человеческого счастья.

А теперь она не только вместе и рядом с Джефом, она — многодетная мать. И Джеф совершенно не разделяет человеческих детей — близнецов и турианку с азари. А они не мыслят своей жизни без отца. Ведь для них он — не только легендарная личность, но и глубоко близкий, родной без всяких скидок и условностей человек.

Сюзанна закрыла окно и прошла к стоявшей на прикроватной тумбочке витрине, в которую вставила закодированные изображения всех членов экипажа и команды фрегата. На большом экране витрины проступило изображение протеанина. Явик... Да, он не любил киборгов и искусственный интеллект в особенности. Ему и виртуальный интеллект не особо нравился. Сюзанна почти не прилагала усилий, чтобы изменить его мнение о себе и об иных разновидностях машинных интеллектов в частности. Явик сам... Общаясь с Шепардом, работая бок о бок долгими вечерами с Лиарой, он не перестал настороженно относиться к роботам. Он просто исключил из настороженности ее, а потом и созданную руками Сюзанны ее близняшку Аэстену. Только их, да, пожалуй, еще Легиона, он мог терпеть рядом с собой, общаясь как с равными. Еще Вир, воин-прайм стал для него своим... Больше, кажется, ни к кому из синтетиков протеанин расположения не испытывал.

Только с ней, Аэстеной, Легионом и Виром протеанин был открыт и откровенен, только их из числа синтетиков он считал достойными своего внимания и общения. Немногие органики смогли бы похвастаться, что обменялись хотя бы парой фраз с представителем ныне вымершей расы. Даже на фрегате. Сюзанна прекрасно понимала Явика. Он, мужчина, хочет найти женщину своей расы и попытаться стать для нее близким. Не мужем, не сожителем... Выше и глубже.

Она вспомнила, как они провожали Явика в полет на его фрегате. Он подошел к ней, склонился в прощальном поклоне и произнес только одну фразу: "Ты счастливая, Сюзанна, будь и впредь такой же счастливой.". И все. Больше ничего. Но Сюзанне хватило этого очень надолго. Она действительно поняла, что счастлива, уникально счастлива с того самого момента, как капитан Шепард разрешил ей сначала самой решить, в каком наряде она будет чувствовать себя наиболее комфортно, а потом разрешил ей заниматься на корабле тем, что она сама захочет делать.

Теперь Сюзанна знала, что Шепард просто использовал страсть искусственного интеллекта к поиску, накоплению и обработке все больших и больших объемов информации. Но тогда... В тот момент, когда Шепард назвал ее человеком... В ее машинных схемах что-то переклинило. Перед ней вдруг встала такая далекая, трудная, сложная, но такая манящая цель, настоящая планка, высота, взять которую стало делом ее жизни. Шепард просто и кратко предложил ей стать человеком не переставая быть машиной.

Она знала, что очень многие люди и инопланетяне с рождения несут в себе многочисленные чипы, позволяющие им справляться с резко возросшими нагрузками. Эволюция была крайне медленной, а вот развитие человеческого разума оказалось намного быстрее. И люди спокойно воспринимали то, что многие из них уже больше чем наполовину состоят из металла. В них жила одна неуемная жажда — жить как можно дольше. Жить полноценной, полнокровной и, главное — долгой жизнью.

И она начала... Начала не существовать, а именно жить. Да, сначала ее основной заботой стал корабль, ее основное тело, фрегат. Сколько вечеров она провела рядом с Джефом и Джоном, отстаивая необходимость внесения существенных дополнений в комплектацию корабля — сейчас было бы трудно даже подсчитать. Главное — к ее мнению прислушались, ведь так или иначе она заботилась не только о себе. Она заботилась о безопасности тех, кто ей, искусственному интеллекту фрегата, доверил самое дорогое: свои жизни и свою безопасность.

Благодаря ее предусмотрительности восемь зенитно-лазерных комплексов, до этого никогда не стоявших на фрегатах, заняли свои места в конструкции ее корабля. А "Таниксы"... Даже один из них был по своим характеристикам и возможностям достоин минимум линкора, а их на "Нормандии" стояло целых два... Они ее просто очаровали. О ракетах, торпедах и лазерах ПОИСК говорить не приходилось — Сюзанна рьяно занималась созданием вокруг фрегата зоны, в которой не мог никоим образом выжить ни один супостат. А броня "Силарис"... Она для Сюзанны стала латами, бронежилетом, кирасой. Самые мощные щиты, питать которые могло только столь совершенное ядро, что стояло на "Нормандии", стали дополнительной защитой. Двигатели... Как тогда сказал еще капитан Андерсон: "Быстрый и тихий корабль. Идеальный корабль для СПЕКТРа". Да, благодаря усовершенствованиям "Нормандия" к моменту столкновения с Жнецами была средоточием самых современных технологий защиты и нападения.

Ее Джеф... Единственный пилот, которому она доверяла бесконечно. Решения которого выполняла со всей строгостью и полнотой. Единственный пилот, благодаря которому "Нормандия" могла и танцевать, и даже петь в полете. Единственный, видя кого за штурвалом, Сюзанна могла быть спокойна за целостность своего основного тела и всех его систем. Единственный, в союзе с которым она представала перед врагами любого калибра и силы только в одном образе — несущей смерть. Неотвратимую и жестокую. Как сказал тогда Семенов: "Галактика, в которой искусственный интеллект, виртуальный интеллект и органическая жизнь находятся в состоянии мира и союза, непобедима".

И она была полностью согласна с этим таинственным, но очень сильным и глубоким человеком. Именно благодаря ему она получила совершенное уникальное тело, именно благодаря ему она смогла выйти за узкие рамки стандартного ИИ, до предела ограниченного протоколами. И именно от него, еще будучи вне тела киборга, существуя только как программа в огромной серверной деке, она получила первые уроки взаимоотношений между людьми, между мужчиной и женщиной. Ведь Семенов и Иванова не были мужем и женой, не были женихом и невестой, не были даже любовниками. Но между ними не было никаких разногласий, при том, что у каждого из них существовало свое собственное мнение по множеству вопросов.

Как говорил тогда Захар — мнения могут быть самыми разными, а работа должна быть выполнена только на отлично. Так что придется договариваться или доверять. И Сюзанна взяла этот принцип себе на вооружение, стремясь всегда доверять и договариваться. И это сработало на все сто процентов. Органики неоднократно говорили, что пожелай Сюзанна остаться на фрегате одна — и им всем нечего было бы ей противопоставить. Кроме одного — безграничного доверия и полной веры в нее, в искусственный интеллект, получивший полную свободу сначала в границах корабля, потом — на высадках и наконец...

Скоро, совсем скоро она будет признана всем человеческим и галактическим сообществом, она официально станет женой ее любимого человека. Став уже женой фактически, полностью и без остатка. Получившей права гражданства давным давно без всяких протоколов и формальностей. Получившей такой уровень доверия органиков, что несмотря на любые протоколы она сейчас была просто неспособна причинить им малейший вред или неудобство. Всегда и везде она защищала их, используя все свои ресурсы. Оберегая тех, с кем прошла тяжелейшие миссии и как корабль, и как искусственный интеллект, и как мобильная платформа, в которой уже давно все нормандовцы перестали видеть киборга.

Сюзанна подошла к зеркалу, внимательно вгляделась в свое отражение. Да, союзники постарались на славу. По человеческим меркам даже сейчас ей никто не давал больше сорока лет. Она могла легко выглядеть и на двадцать, но сегодня ей не хотелось быть намного моложе Джефа. Она хотела быть ему ровесницей, может, чуть-чуть младше.

Полтора дня полного одиночества. Полного сосредоточения на себе, своем внутреннем мире, своем "я". Сюзанна была предельно благодарна Джефу, что он попросил ее последовать этому странному, но оказавшемуся таким необходимым обычаю. И потому к исходу вторых суток она была еще больше убеждена — она станет женой Джефа Моро, официальной женой и пойдет по жизни рядом с ним. Столько, сколько им будет отпущено судьбой. Послевоенной мирной, хотелось надеяться, судьбой.

На третьи сутки утром Аэстена и Тали приволокли в ее номер свадебное платье со всеми необходимыми аксессуарами. Хотя Сюзанна пыталась отбрыкиваться, говоря, что согласна вытерпеть церемонию бракосочетания и в простом брючном костюме и даже в комбинезоне, к которым так привыкла во время странствий на фрегате, но Тали, подойдя к ней вплотную, тихо спросила.

— Скажи, Сюзанна... Сколько раз ты собираешься выходить замуж?

И Сюзанна не нашлась что ответить. Она поняла, что ее девочки, ее лучшие подруги хотят, чтобы этот день она запомнила навсегда. А значит, ее одежда в этот день должна быть уникальной.

Сюзанна покорно дала облачить себя в это платье, стараясь не особо интересоваться деталями. Аэстена с хитрецой во взгляде нажала какую-то кнопку на своем инструментроне и перед Сюзанной вдруг распахнулось огромное, во всю стену зеркало, до того надежно скрытое за панелями. Взглянув на себя, Сюзанна сдавленно охнула. На лицах Аэстены и Тали вспыхнули довольные и очень счастливые улыбки.

— Девчата... Вы что, Касуми подговорили? Откуда она такое позаимствовала?

— Ничего никто не заимствовал. Вся женская половина экипажа и команды шила тебе это платье, стараясь сохранить в глубокой тайне сам факт его создания. Это — тебе наш подарок на свадьбу, Сюзанна. От всех женщин и девушек корабля. — Тали с жаром расцеловала киборга. — Прости, что соблюли традицию тайны платья... Отключали камеры, микрофоны и все такое. Но так по человеческим стандартам надо.

— А Джеф...

— Джеф ничего не знает. — сказала с убежденностью в голосе Аэстена. Тали кивнула, подтверждая. — Также не знает никто из мужчин. Все делалось ночами, когда на борту была только Т Сони, но она, ты же знаешь прекрасно, из своей каюты-номера не появляется, полностью погрузившись в работу. Так что двое-трое-пятеро женщин и девушек в отдельной каюте или в салоне... постепенно... И вот — результат. Джеф будет потрясен...

— Я сама немало потрясена. — проговорила Сюзанна, оглядывая себя в огромном зеркале. — Куда такой длинный шлейф?

— Он нужен на церемонии. Там чистый пол и чистые лестницы. Ничто не помешает ему скользить. Он прочен. А по дороге... Мы попросим твоих детей помочь нам. Они должны принять непосредственное участие в церемонии и им будет приятно. Мы с ними уже говорили и они согласны.

— А не будет ли это унизительно?... Нести шлейф за мной? — с сомнением в голосе спросила Сюзанна. — Ведь это придется делать...

— Всем троим твоим девчатам. А твой сын поможет тебе с фатой, корзинкой даров невесты и букетом выбора. — сказала Тали. — Мы уже говорили с ними об этом. Они не видят в этом ничего предосудительного, ведь они тоже хотят, чтобы этот день свадьбы был единственным свадебным днем в твоей жизни. Они очень хотят, чтобы ты и Джеф соединились очень надолго. И помочь маме, самой счастливой и самой красивой маме... Какое же тут унижение? Это же не за незнакомой и абсолютно неродной женщиной или девушкой все это носить! — Тали решила убедить Сюзанну в справедливости подобного сценария, но киборг жестом остановила подругу.

— Спасибо, Та, я все поняла. Если они согласны... Они достаточно взрослые, чтобы принять это самостоятельное решение. И я рада, что они будут рядом. Уговорили, девочки.

— Ну вот. Тогда снимай платье, мы поможем. А потом кое что обьясним относительно церемонии. То, что можно. — с заговорщической хрипотцой в голосе сказала Аэстена.

— Ага, значит есть и то, что нельзя? — улыбаясь, сказала Сюзанна, выбираясь из роскошного платья и облачаясь в обычный домашний костюм.

— А как же. Всегда должна быть тайна. Тем более в такой день... — сказала Тали.

После долгого разговора с подругой и сестрой, Сюзанна решилась. Она вспомнила о том, что Джеф особо указал — она имеет право общаться в эти три дня с кем захочет. И ее пальцы привычно набрали код Легиона, его уникальный идентификатор.

— Лег, привет. Это Сюзанна.

— Привет, Сюзи. — прострекотал Легион. — Рад тебя слышать.

— Лег, я выхожу замуж... за Джефа.

— Рад за тебя, Сюз. Поздравляю.

— Спасибо. Лег, у меня к тебе есть просьба.

— В такой день не принято отказывать.

— Лег, сможешь прибыть? На Землю, координаты я тебе сбросила. Дату и время — тоже.

— Вижу, получил. На официальной церемонии я быть, извини, не смогу. А вот на праздновании... На праздновании смогу.

— Лег...

— Сюзанна, я все понимаю. Но будет лучше, если на церемонии не будет много синтетиков. Достаточно того, что там будет Аэстена.

— Кстати, Лег. Аэстена без ума от Вира. Сможешь поспособствовать его прибытию? Знаю, что Аэстена его уже уговаривает. Поможешь уговорить со своей стороны?

— Сюз, он же глава вооруженных сил, сейчас период восстановления, перевооружения и тому подобного. Он зашивается. Хоть он и Прайм с мощнейшей компьютерной поддержкой, но все же...

— Лег, ты ведь меня прикрывал в рейде за Четверку. Я тебе благодарна.

— Знаю, Сюз. Намекаешь, что Аэстена...

— Да, Лег. Сам знаешь, они — больше чем просто друзья. Уточнять не буду, сама еще не определила уровень.

— Ну, если так. Помогу. Думаю, Вир не откажется. Не каждый месяц такое событие.

— Спасибо, Лег. Тебя я жду тоже. Обязательно. — Сюзанна прервала связь.

========== Глава 165. Свадьба Бенезии и Шепарда, Сюзанны и Джефа, Миранды и Джейкоба. Официальная церемония ==========

Утром следующего дня гостиница оказалась в осаде журналистов. Прибыли практически все члены экипажа фрегата и очень многие хорошие знакомые жениха и невесты. Тали и Аэстена суетились вокруг облаченной в парадное свадебное платье Сюзанны, наводя последние штрихи и выискивая недостатки. Лицо киборга скрыла фата. Поддерживая свернутый в рулон шлейф, оказавшийся совершенно невесомым, Сюзанна в сопровождении подруг и всех своих детей вышла к подъезду, у которого уже стоял белоснежный представительский флайер.

Она изумленно посмотрела по сторонам — такими красивыми, парадно выглядевшими коллег и друзей она еще никогда не видела. Вокруг было море улыбок, цветов, радости и довольства. Женщины и девушки из команды и экипажа корабля окружили невесту, посыпались поздравления, пожелания. Наконец Сюзанна смогла пройти вперед и по живому коридору подошла к распахнутой двери флайера. Аэстена и Тали помогли ей уложить шлейф и принадлежности, расправили платье, когда она села на заднем просторном диване. Все дети сидели рядом с ней в отдельных креслах. Машина совершенно незаметно тронулась с места и легко набрала скорость. Сюзанна изредка посматривала в окно, отмечая, как же похорошел город за то время, пока она пребывала в его пределах. Кругом кипели восстановительные работы. По пути она видела добрых двадцать парадных кортежей — люди праздновали свадьбы и рождения детей. Жизнь налаживалась.

Неожиданно вровень с ее машиной поехала другая. Опустилось затененное стекло и Сюзанна увидела Джеффа, облаченного в черный парадный костюм. Тот приветливо помахал ей рукой. Они проехали рядом, бампер к бамперу несколько километров.

Вскоре их догнали еще две машины. В открывшихся окнах обоих представительских белых лимузинов Сюзанна увидела Миранду и Джейкоба, Джона и Бенезию. Лимузины выстроились в линию, заняв всю ширину шоссе.

Затем слух Сюзанны уловил хорошо знакомый гул. Водитель, видимо, предупрежденный, нажал несколько сенсоров и крыша лимузина стала прозрачной. Над шоссе снижалась во всей своей красе ее "Нормандия". Вот ее силуэт полностью накрыл машины, корабль сопровождал движение машин несколько километров, потом выполнил "кобру" и отстал, поприветствовав молодоженов долгим гудком главной корабельной сирены.

— Аэстена, это твои проделки? — строго спросила Сюзанна.

— А то чьи же... — улыбаясь, ответила близняшка. Команда едва не разобрала меня на запчасти, когда я только заикнулась о невозможности такого приветствия. Обещали сделать все в лучшем виде и сделали. Им тоже надо было поучаствовать. Ты же знаешь — мы уехали, "Нормандия" снизилась неподалеку от гостиницы, забрала экипаж и, не торопясь, полетела следом за нами. А уж если фрегат поприветствовал тебя "коброй"... Это хороший знак. Добрый.

— А черная представительская машина... Что идет за нами... Позади...

— Это — Семенов, всей пятеркой. Кстати, Сюзи. Именно Захар поведет тебя к твоему суженому. — сказала Тали. — Таков протокол и ритуал, тут уж ничего не попишешь. А Джефа сопровождает его самая строгая и вьедливая инструктор, полковник Симонс. В немалой степени она — его крестная мама. Джейкоба сопровождает его первый инструктор по Эн-Семерке — капитан-лейтенант Геллерсон, она теперь — кавалер Звезды Земли за Алестан. Миранду сопровождает ее лучший референт, доктор Белстон. Он недавно получил звание академика.

— Это... это прекрасно... — только и смогла сказать Сюзанна.

— А капитан и Бенезия будут рядом. Церемония будет для всех наших пар одновременной. И категорически закрытой для журналюг. — сказала Аэстена. — Только самые близкие, самые родные и доверенные люди. Для всех остальных — только выход из Зала торжеств и дефиле до машин. Это пойдет в эфир со станций вещания Цитадели. По всей Галактике.

— А потом...

— Потом, как полагается. Ты с Джефом — в одну гостиницу, капитан с Бенезией — в другую. Миранда с Джейкобом — в третью. Но гостиницы довольно близко расположены одна от другой, так что при желании встретиться на прогулке сможете. И будете несколько дней принадлежать только друг другу. Никто вам не помешает.

— Распланировали...

— Традиция, Сюзи, традиция. — сказала Аэстена. — О, мы уже близко, вот и зал. Сегодня он — только для нас.

Машина плавно остановилась у ограды небольшого парка при Зале Торжеств. Ворота, украшенные резьбой и позолотой, распахнулись. Лимузины скользнули внутрь периметра. Вокруг площадки у входа в здание уже стояли все члены экипажа и команды, все приглашенные. Первым в Зал вошел Джеф под руку с высокой дамой в гражданском парадном костюме, под которым бушевал просто океан гибкости и цепкости. Настоящая дикая кошка.

— Да, такая из Джефа могла вить веревки даже не напрягаясь. — сказала Тали. — Если она так двигается по земле, то в воздухе и в космосе она вообще неподражаема.

— Многие, проведенные ею воздушные и космические бои ныне изучаются курсантами всех военно-воздушных и военно-космических учебных заведений Земли как классика. Но зато и Джеф стал жутко опасен, если его довести. Благодаря такой наставнице нельзя остаться увальнем и рохлей. — сказала Аэстена.

— Сюзанна, разрешите. — к ним, вышедшим из лимузина, незаметно приблизился Захар Семенов. — Приветствую и поздравляю вас. — он поцеловал руку киборга, затянутую в парадную белую перчатку. — Скоро начнем. Аврора также хочет приветствовать и поздравить вас. — он смущенно отступил в сторону. Аврора обняла и расцеловала Сюзанну. Следом за ней подошли к Сюзанне и все трое офицеров — врач, десантник, информационник. Сюзанна была предельно рада их видеть в такой момент. Наконец Семенов вернулся и молча, с полупоклоном подал ей руку. Дети развернули пятнадцатиметровый шлейф и уцепились за его край, легко приподняв над землей невесомый полог.

Под одобрительные аплодисменты Сюзанна переступила порог Зала торжеств и едва дети внесли шлейф, высокие главные двери закрылись, через боковые двери вошли все гости и приглашенные. Справа, совсем рядом в белом церемониальном платье стояла Бенезия. Она обменялась с Сюзанной понимающим взглядом и посмотрела вперед. За ней Сюзанна увидела Миранду в уникальном белом платье, смущенную и одновременно очень радостную.

У самого дальнего края, где на возвышении стоял стол, Сюзанна увидела капитана. Его вид был просто потрясающим. Черный, не издававший ни искры блеска костюм, облегавший его тренированную фигуру, струился по нему как самая совершенная броня. Рядом с капитаном стояли оба адмирала — Хаккет и Андерсон. Неподалеку стояли Джеф и Джейкоб.

— А кто эта пожилая азари рядом с Бенезией? — спросила Сюзанна, перебирая в своей памяти все знакомые ей лица обитательниц Азарийского пространства.

— Это матриарх Каисса. Ей полторы тысячи лет и она одна из тех членов старого состава Совета Матриархов, которые не поверили в предательство Бенезии. Она работала во внутренних аппаратных частях Совета, никогда не стремилась к публичности. Ты же знаешь, короля играет свита.

— Да, теперь я ее узнаю.

В это время распорядитель обьявил о начале церемонии. Под зазвучавшую торжественную мелодию женихи и невесты сделали первые шаги навстречу друг другу, сопровождаемые самыми доверенными людьми. На середине зала они встретились. Сопровождающие соединили руки брачующихися, отступили в стороны и рука Сюзанны оказалась в руке Джефа, он встал слева от нее. Слева от Бенезии встал Шепард, свое место рядом с Мирандой занял Джейкоб и по знаку распорядителя зазвучала совершенно другая мелодия, явно очень древняя. Сюзанна сразу ее узнала. Да, это был старинный свадебный марш Мендельсона. Под его чарующие звуки пары сделали первые шаги уже вместе, направляясь под одобрительные аплодисменты гостей к возвышению.

С удивлением Сюзанна узнала в той, кто должна была официально подтвердить создание новых семей Главу Совета Цитадели. Да, Эшли Уильямс в строгом брючном костюме стояла за столом на возвышении, где уже собрались оба адмирала, все пятеро офицеров "Линии" и матриарх Каисса с полковником Симонс, инструктором Геллерсон и доктором Белстоном.

После краткой приветственной речи Эшли хитро прищурилась и тихо сказала, обращаясь к Джефу, Джону, Бенезии и Сюзанне, Джейкобу и Миранде:

— Соблюдая традиции, я должна спросить вас, согласны ли вы стать друг для друга мужьями и женами. Но, уступая нетерпению присутстствующих здесь гостей и понимая, что после всего совместно пережитого нет никакой необходимости в таких вопросах, прошу скрепить личными подписями официальные документы, свидетельствующие о создании новых семей. Первыми прошу расписаться невест. — она подала Бенезии, Сюзанне и Миранде специальные уникальные кодаторы и пододвинула раскрытые папки. Сюзанна помедлила и первой поставила свою подпись матриарх Бенезия. Выпрямляясь, азари с благодарностью кивнула киборгу, ободряюще улыбаясь. Сюзанна помедлила снова, давая возможность расписаться Миранде, после чего, поймав благодарный взгляд старпома, склонилась над столом и твердо вывела свою подпись под документами. Едва она закончила, как Уильямс передала новые кодаторы всем женихам.

— Ставьте свои подписи. И оставьте все кодаторы себе. Они теперь принадлежат только вам. — улыбаясь, тихо проговорила Глава Совета Цитадели.

Шепард поставил свою подпись первым, одобряюще взглянув на пилота, который, выдержав короткую паузу, поставил свою подпись. Третьим поставил свою подпись Джейкоб.

— Перед лицом всех собравшихся, перед лицом Солнечной Системы и Галактики Млечный Путь свидетельствую о создании новых семей. — торжественным голосом провозгласила Эшли. — Прошу вас обменяться кольцами в знак верности.

Под зазвучавшие аккорды марша Мендельсона Джеф надел на палец Сюзанне кольцо и подождал, пока она надвинет на его безымянный палец другое кольцо. Так же поступил и капитан, медленно надев кольцо на палец Бенезии и подождав, пока она окольцует и его. Джейкоб постарался надеть кольцо на палец Миранде мягко, но в то же время очень уверенно.

— Можете поцеловаться. Обьявляю вас мужьями и женами. Счастья вам! — сказала Эшли заключительную фразу и, выйдя из за стола под несмолкающие аплодисменты экипажа, команды и гостей первая поздравила капитана, Бенезию, Джефа и Сюзанну, Джейкоба и Миранду. — Не забудьте, вечером у вас всех вылет на Нормандии на Цитадель. Празднование будем проводить там. Мне пришлось выдержать нешуточное давление и только то, что большая часть — жители Земли, позволило мне настоять на том, что регистрация будет проводиться на Земле. Зато празднование обязательно должно состояться на Цитадели.

— Перед твоей убедительностью, Эшли, устоять невозможно. — сказал Шепард. — Надеюсь, что ты соблюла наше требование?

— Пришлось, конечно, надавить на все педали, но я настояла на полной закрытости празднования. Тем более, что оно должно быть совместным. Хотя... Если пожелаете — можете праздновать одновременно. Это ваш день и ваши желания будут выполнены. Все, какие сможем.

— Ловлю на слове, Эшли. — хитро прищурился Шепард.

— Только не просите превращать станцию в ромашку. — поняла хитрость капитана полковник космопехоты. — не надо нервировать жителей и гостей станции. Остальное — вплоть до артиллерийского и лазерного салютов в вашу честь, молодые — вполне в нашей власти. — улыбаясь, закончила Советник. — Как всегда, вам приготовлены места в разных гостиницах. Но сегодня ровно в восемь фрегат "Нормандия" принимает вас на борт и убывает на Цитадель.

— Хорошо.

У самого выхода Джеф Моро переглянувшись с Шепардом, подхватил Сюзанну на руки. То же самое сделал и капитан, удобно устроив отнюдь не маленькую по габаритам матриарха на своих руках. Джейкоб легко и свободно поднял на руки счастливую Миранду. Так они и шли по коридору из журналистов и гостей к своим машинам.

По пути Сюзанна выполнила просьбу Аэстены и не глядя, из за спины бросила в толпу букет цветов, украшенный огромным бантом. По традиции ловить его могла только незамужняя женщина или девушка, которые должны были в самом скором времени выйти замуж или как минимум найти своих суженых. Сюзанна даже не стала проверять, кому именно попал в руки букет. Остановившись у машины, она щедро раздала из корзинки невесты небольшие подарки-сувениры, стараясь не обделить никого из присутствовавших. Тем же самым занимались Бенезия и Миранда. Сюзанна успела увидеть, что ее букет, брошенный опытной рукой матриарха, поймала высокая и стройная азари из свиты матриарха Каиссы. Несколько секунд Сюзанна радовалась счастью этой азари, но потом Джеф потянул ее за руку и она села в лимузин. Надо было ехать в гостиницу. Кто стал обладателем букета Миранды, Сюзанна так и не заметила — она была слишком поглощена пребыванием рядом с Джефом.

В гостиницы на этаж апартаментов пропустили только молодых и самых близких их друзей и подруг.

========== Глава 166. Свадьба Сюзанны и Джефа. Отлет и прибытие на Цитадель ==========

Все время, оставшееся до восьми вечера Сюзанна и Джеф провели рядом и вместе. Платье, аккуратно сложенное, заняло свое место в багаже. Сюзанна лежала рядом с Джефом, устроив голову у него на груди и просто тонула в счастье, перебирая выданные ей Эшли документы. Здесь было удостоверение жителя Земли, свидетельство о принадлежности к сообществу жителей Солнечной Системы, свидетельство о регистрации брака, свидетельство о присвоении статуса старшего помощника капитана фрегата ""Нормандия"".

Да. Совсем немного, одна ступенька осталась до того момента, когда Сюзанна может обрести капитанские права и власть над кораблем. Она знала, что по земной человеческой традиции старший помощник капитана — это не менее профессиональный и знающий, дипломированный судоводитель. А кому как не Сюзанне командовать кораблем, который и был в немалой степени ее телом. И везде в документах стояло ее имя рядом с фамилией Джефа. Без всяких приставочных обозначений, свидетельствующих об ее искусственном происхождении.

Джеф обнимал ее, свыкаясь с тем, что теперь никто не сможет усомниться в праве Сюзанны на все человеческие права. Совсем тихо и незаметно в спальню прокрались все четверо ее детей. Вскоре все они расположились вокруг родителей на кровати и принялись знакомиться с документами. Азари и турианка расположились рядом с матерью, а близнецы-земляне плотно завладели вниманием отца.

Глядя на счастливых детей, Сюзанна думала о капитане. Ведь совсем скоро произойдет чудо и матриарх Бенезия станет многодетной мамой, обьединит в своей семье своих родных и приемных детей. Теперь у нее не одна, а три взрослых самостоятельных дочери — одна азари и двое землянок. А совсем скоро будет еще как минимум четыре родных дочери — очаровательных и прекрасных азари. Дочери капитана Шепарда, его кровные и прямые потомки и наследницы. А она, киборг, машина, уже имеет своих наследника и наследниц. И ни для кого из ее детей нет ничего странного в том, что ее мать не принадлежит к числу органиков. Наоборот, им крайне ценно то, что ни у кого больше из землян нет в родителях киборга, сумевшей стать им родной матерью, заслуженно получившей все права гражданства Солнечной Системы и ставшей известной в галактических масштабах своей работой на благо безопасности всей и любой разумной жизни.

Ровно в восемь вечера они все были уже на борту фрегата. Оставив детей возле обзорного иллюминатора в хорошо знакомом салоне, навечно закрепленном за Самарой и ее дочерьми, Шепард, Бенезия и Джеф с Сюзанной вошли в пилотскую кабину. Следом за ними зашли и Миранда с Джейкобом. Сюзанна безмолвно проверила корабль, убедилась в полной исправности и готовности к отлету, после чего кивнула Джефу. Тот жестом предложил капитану занять место второго пилота и Шепард согласно кивнув, занял кресло. Под их совместным управлением ""Нормандия"" вышла из дока, приняла ориентировку старта, вошла на отлетный курс и пронзила атмосферный щит. Как только позади остался Плутон, вахту приняли Сюзанна, занявшая место Джефа и Бенезия, сменившая Джона. Под руководством Сюзи матриарх впервые ощутила совершенно новое — власть над умным, надежным кораблем.

Получив разрешение диспетчера Плутона-Центрального, фрегат вошел в зону выполнения прокола и выполнив переход в подпространство, лег на курс. Вспыхнуло табло включения автопилота, но никто из четверых не стремился покинуть пилотскую кабину. Здесь, в подпространстве, управление фрегатом перешло в руки Миранды, занявшей кресло первого пилота и Джейкоба, разместившегося в кресле второго пилота. Через четверть часа Миранда уступила пилотское кресло Шепарду и вместе с Сюзанной встала за его спинкой. Место за креслом, где снова укрепилась матриарх, заняли Джеф с Джейкобом. Все молчали. Они уже давно стали единой семьей а сегодня образовали и свои семьи, засвидетельствовав свои союзы перед множеством людей.

— Капитан, через минуту — выход из прокола. — сказала Сюзанна. Нас приветствует экипаж фрегата "Линия"! — и действительно в открытые передние иллюминаторы был отлично виден внушительных размеров фрегат без опознавательных знаков, идущий параллельным с Нормандией курсом. Эфир буквально взорвался радугой голосов — экипажи обменивались впечатлениями, поздравляли молодоженов, рассыпались в пожеланиях. — Через несколько минут они уйдут по своему маршруту, а у нас впереди — Цитадель, капитан. — сказала киборг.

— Хорошо. — Шепард встал из пилотского кресла, помог встать Бенезии. — Джеф, ведите корабль к Цитадели. Тихо и быстро. Передайте "Линии" самые искренние приветствия и благодарность за поздравления и сопровождение. Скажите, что нам крайне ценно то, что они разделили с нами наш праздник.

— Понял, капитан. — Джеф занял место первого пилота, посмотрел на привычно пристегивавшуюся к своему креслу Сюзанну. — Через десять минут заходим на Цитадель, капитан. "Цитадель-главная", я — фрегат ""Нормандия"". Запрашиваю посадку.

— Фрегату ""Нормандия"". Я — "Цитадель-Главная". Посадку в вашем доке разрешаю. Приветствуем вас и поздравляем капитана Шепарда, матриарха Бенезию, Джефа и Сюзанну Моро, Миранду и Джейкоба с бракосочетанием. Желаем вам счастья. — откликнулся диспетчер.

— Я — фрегат ""Нормандия"". Понял вас. На курсе захода — штатно. — ответил Джокер. — Спасибо за курсопрокладку и сопровождение. — он указал на множество яхт и катеров, вившихся вокруг фрегата. — Что бы было тут за столпотворение, если бы сюда еще "Свиток" пожаловал...

— Конец Света в отдельно взятой звездной системе. Под такого гиганта у станции просто не найдется дока. — сказал Шепард. — Он слишком велик даже для кольца Цитадели, а уж к лепесткам приближаться на нем — вообще боязно.

— Швартуемся. — сказал Джеф, вгоняя фрегат на его место в доке. — захваты сработали. Можно выходить. — он встал с кресла, подал руку Сюзанне. — идемте. Полагаю, капитан, команда заслужила две недели отпуска?

— Безусловно. Пока будем праздновать. — Шепард активировал громкую связь. — Внимание всем. Говорит капитан. Обьявляю всему личному составу экипажа и команды о двухнедельном отпуске на Цитадели считая с этой минуты. Для всех вас уже зарезервированы гостиничные номера возле Кольца. Информация. — он переглянулся с кивнувшей Сюзанной. — передана на ваши инструментроны. Всем спасибо за работу. Отдыхайте, буду рад видеть всех на торжествах. — он отключил связь. — Все, теперь и нам можно идти.

Две недели отпуска означали, что все без исключения члены экипажа и команды фрегата могли теперь не только принять самое непосредственное и полное участие в торжествах по случаю бракосочетания капитана и первого пилота, но и очень плотно отдохнуть от службы на корабле.

Спустя полчаса Шепард и Джеф уже открывали двери выделенных им аппартаментов. Тем же самым в присутствии Миранды занимался Джейкоб.

========== Глава 167. Свадьба Шепарда и Бенезии. Первая брачная ночь на Цитадели ==========

Шум свадебного торжества остался далеко позади. Шепард нес Бенезию на руках, направляясь к президентским аппартаментам на вершине лучшего отеля Цитадели. Вокруг царила тишина и сонное спокойствие. Наконец входной портал аппартаментов остался позади и полумрак огромного пространства обьял их со всех сторон. Повинуясь безмолвному желанию жены, Шепард опустил ее на ноги. Она крепко обняла и поцеловала Джона в губы, легко отстранилась и исчезла в полумраке. Капитан сделал несколько шагов и вспыхнувшие свечи обозначили огромную кровать посереди спальни. Сложив парадный выходной костюм на низком пуфике, Шепард остался в одних трусах и, критически осмотрев себя в зеркало, прошел в ванную. Через несколько минут он вышел, приблизился к кровати и лег навзничь. Свечи притушили свое сияние. Но света в спальне не стало меньше. В полумраке входного портала спальни проступила обнаженная фигура азари, объятая светлотой фиолетового спектра биотики.

Бенезия медленно приближалась к Шепарду, легко паря над полом. Мгновение — и она накрывает собой тело капитана, обнимая его жаром биотического сияния. В глазах матриарха полыхнула Тьма вечности, но это была не боевая, не информационная, а чувственная, эмоциональная ее версия. Шепард почувствовал, как его сознание, не успев среагировать, возносится куда-то вверх, поддерживаемое мягкими и сильными руками Бенезии. Сколько продолжался этот полет в полной темноте — капитан не мог определить даже приблизительно. Наконец впереди вспыхнул серп короны неизвестного светила и проступили контуры совершенного тела Бенезии. Она доверчиво приподнялась, давая возможность Шепарду увидеть всполохи биотической энергии, обнимавшие ее плечи, предплечья, груди, живот. Не было слов в человеческом языке, чтобы передать владевшие капитаном ощущения, чувства, эмоции. Это был язык зрелой любви, полной страсти, свободы, доверия, желания. А когда они стали единым целым... Шепард на несколько мгновений погрузился в океан таких энергий, которые вряд ли были подвластны более молодой и менее искушенной азари.

Очнувшись, он нашел взглядом Бенезию, спавшую рядом с ним. Голова матриарха покоилась на его груди. Ее рука обнимала его, не давая возможности встать с кровати. Капитан обнял ее, она крепче приникла к нему. Их губы встретились, запечатлевая долгий, глубокий поцелуй. Глаза азари светились легким биотическим сиянием. Она немо благодарила Шепарда за все, что с ними произошло этой ночью.

За окнами аппартаментов только только начинался новый день Цитадели, на часах было всего половина пятого утра, но и Шепард и Бенезия не торопились размыкать объятия и вставать с ложа. Матриарх светилась уже не светло-фиолетовым, а молодым голубовато-белым сиянием. Шепард не пытался даже задуматься над тем, как она совмещает в себе зрелую и молодую биотическую энергию. Он знал, что влюбленная, любящая и любимая женщина способна и не на такие чудеса. Он просто ласкал ее взглядом, обнимал и раз за разом целовал ее такое спокойное, умиротворенное и, безусловно, счастливое лицо. Несколько раз они становились единым целым, возносясь к вершинам блаженства. Сияние биотики обнимало и согревало их разгоряченные тела, передавая зетабайты информации в обе стороны.

Наступивший вечер они встретили в тесных объятиях друг друга. Легкое покрывало давно уже лежало на полу. В комнате стало тепло и одновременно очень свежо.

— Бена, я люблю тебя... — произнес Шепард, чувствуя, что его глаза слипаются, но будучи твердо уверен — именно этих слов ждет от него его Бенезия.

— Я тоже тебя очень люблю, Джон. — Бенезия прикоснулась губами ко лбу Шепарда и человек провалился в глубокий сон. Матриарх обнимала его взглядом, запечатлевая в глубинах сознания и души его образ. Она знала, ощущала, что очень скоро станет многодетной матерью. И это произойдет с ней благодаря ему, спасшему от гибели ее сущность, защитившему от удушающего одиночества, вернувшему ей ее дочь и сумевшему, пусть даже очень ненадолго, подарить счастье единения с Этитой. Матриарх нежно обняла человека и привычно устроила свою голову у него на груди, слушая удары его сильного любящего сердца. Незаметно для самой себя она уснула, умиротворенная и успокоенная, нашедшая свое, глубоко личное сокровенное счастье не только быть рядом с самым любимым и дорогим человеком, но и быть способной подарить ему и только ему своих детей. Детей легенды Галактики.

— Бена, просыпайся. — мягкий негромкий голос Джона коснулся слуха матриарха и она открыла глаза, сфокусировав взгляд на стоявшем рядом с кроватью капитане. — Я приготовил тебе завтрак. — Джон поставил на упоры столик с парадным сервизом. — Поешь. У нас, людей, так принято. Завтрак в постель мы подаем только самым любимым и дорогим... — смущенно пояснил он.

— Спасибо, Джон. — Матриарх окинула взглядом представленные яства. — Не ошибусь, если скажу, что ты сам многое приготовил?

— Иначе нельзя... — Джон улыбнулся. — В таких случаях...

— Понимаю. — Бенезия приняла полулежачее положение. — Спасибо. Но я хочу разделить эту трапезу с тобой и с...

— Бена?! — удивленный, но по-прежнему любящий взгляд коснулся глаз матриарха.

— С нашими новыми многочисленными детьми. — скрывая мягкую улыбку сказала Бенезия.

— Боже... Ты уже знаешь...

— Знаю... — Бенезия улыбнулась, властным жестом приглашая капитана присесть на кровать. — Ты дал мне возможность совместить мудрость матриарха и молодость тела с высшим счастьем любой женщины. Это не так мало, Джон. Мне незачем это скрывать от тебя. — она привлекла капитана к себе и поцеловала. — Давай поедим вместе. Это первый наш завтрак... вшестером.

— Бена?! — изумлению Шепарда не было предела.— Ты просто...

— Знаю, Джон, знаю. — смущенно улыбнулась матриарх. — можешь считать, что у нас — четверо дочерей. Это наше, только наше с тобой волшебство... Лиара теперь может успокоиться: она для них — единственная самая старшая сестра... Вторая старшая сестра, конечно же, Миранда. Третья — Ориана. Под их защитой и опекой наши с тобой дочери получат уникальный опыт.

— А уж с уникальными родителями...

— Они станут лучшими, Джон. — Бенезия подала капитану бокал с травяным напитком. — За наших дочерей, Джон. За твоих и моих дочерей. Пусть у них все сложится хорошо!

— Пусть они будут счастливы, Бена! — Шепард коснулся краем своего бокала стенки бокала в руке Бенезии. Мелодичный звон хрусталя стал ему ответом, соединившись с ласковой улыбкой, осветившей лицо Бенезии.

========== Глава 168. Свадьбы. Празднование в кафе на Цитадели ==========

Облачившись в парадный костюм в холле, Шепард привычно огляделся по сторонам. Самый важный день в их жизни стал историей. Общей историей и глубоко личной историей для них двоих. Острый слух капитана уловил за входным порталом неясный шум. Руки автоматически нашарили пистолеты, но дверь распахнулась и в холл вошли Миранда и Джейкоб, за которыми виднелись лица и фигуры практически всех членов команды и экипажа. Капитан мгновенно убрал руки от оружия.

— Мири! — Шепард шагнул навстречу дочери.

— Отец! — Миранда заключила капитана в крепкие обьятия, не скрывая слез. — Тебя можно... можно поздравить? — она отслонилась, сканируя взглядом лицо самого дорогого для нее человека.

— Можно, Мири, можно. — в холл вошла Бенезия. Джейкоб изумленно воззрился на нее: азари плыла над полом, не используя биотику. Ее брючный костюм не смог строгостью линий скрыть излучение счастья и удовлетворенности, бившее на добрые несколько метров вокруг. — Его можно поздравить, равно как и тебя... старшая сестра четырех моих новых дочерей.

— Бенезия?! — Миранда разомкнула объятия и шагнула к матриарху, кладя ей руки на плечи. — Как?! Ты уже и это знаешь?!

— Я все же матриарх, — сказала Бенезия, обнимая и крепко целуя свою дочь. — И сделаю все, чтобы с ними все было в порядке. Но ты должна мне пообещать, Миранда...

— Все, что смогу, Бенезия.

— Просто — Бена. — усмехнулась мудрая азари. — Обещай мне, что теперь ты постараешься еще больше беречь себя. Ты будешь нужна им. — она взглядом указала на свой живот. — Я хочу, чтобы ты, Ориана и Джон с Джейкобом дали моим дочерям понимание человечества. Кроме вас я их никому не доверю. А Лиара даст им понимание разума и силы Галактики.

— Обещаю, Бена. — серьезно сказала Миранда. — Мы с Джеем должны еще несколько месяцев уделить расследованию, зато потом — я буду рядом с тобой... Доверишь?

— Спрашиваешь... — Бенезия поцеловала Миранду. — ты и Лиара с Орианой встретите их при входе в мир. Обещаю.

— Спасибо... Спасибо, Бена. — Миранда не скрывала слез и чувств, обнимая матриарха. — Джейк, подойди. Я хочу тебе кое-что обещать в присутствии Бенезии и Джона. — она подождала, пока капитан "Немезиды" встанет рядом, перевела дыхание и залпом выдала. — Я обещаю, что у нас с Джейком будут дети... (девочка и мальчик черненькие плюс девочка и мальчик беленькие. — прим авт.) в самое ближайшее время. И — не меньше, чем четверо. — она счастливо улыбнулась. — Станете вы бабушкой, Бена. Обещаю.

— Тогда идемте. Все хотят видеть новую полную семью своего капитана. Лиара их там едва сдерживает. Еще немного — и все будут здесь. — сказал Джейкоб, прослушав сообщение по наушнику. — Советник Уильямс тоже там.

— Надо идти. — сказал Шепард, беря Бенезию под руку. Та согласно кивнула. Миранда и Джейкоб тоже взяв друг друга под руки, встали за ними. Двери плавно распахнулись. Капитан и матриарх пошли по длинному коридору, заполненному самыми дорогими и близкими людьми. Здесь были все без исключения члены экипажа и команды.

В конце, у лифтового холла стояла советник Уильямс под руку с Кайденом Аленко. Рядом с ними стояли Джеф Моро и Сюзанна, а также полковники Семенов и Иванова с Светланой Юльевой и обоими офицерами — Степаном и Владимиром. Ориана обняла Миранду, сестры расцеловались, не скрывая чувств и эмоций. Миранда что-то прошептала на ухо Ориане, та улыбнулась самой широкой довольной улыбкой. Молодоженов окружили, послышались расспросы, все спешили убедиться, что у самой звездной пары Галактики есть приятные и ожидаемые новости. Бенезия предоставила право сообщения своему Джону и тот ограничился только краткой формой:

— Друзья, у нас скоро будут дети. Остальное вы узнаете позднее. А теперь давайте пройдем в кафе, надо подкрепиться.

Сообщение капитана было встречено многочисленными одобрительными возгласами. Небольшое кафе на этаже аппартаментов еле вместило всех прибывших на торжество. Шепард сидел между Бенезией и Лиарой, рядом с матриархом сидела Миранда, ее муж составил компанию Серому Посреднику. Совсем рядом с ними сидели Джеф Моро и Сюзанна. Сегодня был их праздник, единый для всех шестерых. Никто из них не согласился бы праздновать раздельно. И теперь они были вместе и рядом со всеми самыми дорогими и близкими людьми. Которым было приятно разделить с ними их праздник, праздник единения, праздник образования новых семей.

Завтрак затянулся на три часа, но никто не возмущался и не стремился покинуть собрание. Диана Аллерс не старалась составить конкуренцию Сюзанне, зная, что уж она-то попросила Глифа Лиары заснять все происходящее во всех деталях. Глиф, украшенный светящейся бабочкой, порхал по залу кафе, легко лавируя между головами сидящих. Его видеокамеры работали практически непрерывно, сверкавшие столбы зенитных прожекторов и пятна прожекторов подсветки становились привычными, внося свои приятные ноты в праздничную музыку собрания.

— Мы просим наши звездные пары соблюсти традицию. Первый танец новой жизни! — встала Эшли, поднимая бокал.

— Эшли... — укоризненно произнес Шепард, но все же встал, подавая руку Бенезии. Зазвучал земной вальс и капитан, легко подхватив свою партнершу, закружил по танцполу кафе. Вскоре к нему присоединились Джеф Моро и Сюзанна, Миранда и Джейкоб, а за ними на танцпол вышли все, уже нашедшие себе семейную пару. Остальные плотной стеной окружили площадку, постепенно расширяя свободное пространство и поддерживая танцоров аплодисментами и одобрительными возгласами. — Ну не может она без подколок...

— Ничего, Джон. — успокаивающе произнесла Бенезия, легко неся свою точеную фигуру по танцполу. — Главе Совета Цитадели это простительно. Без традиций мы — толпа безличностей. А лучшие традиции заслуживают быть увековеченными в течение нового, непрерывного Цикла, Первого Цикла Послевоенного Развития. Ты ведь и за это боролся, Джон!

— Мы все боролись, Бена. — Шепард поцеловал супругу. — Мы все без малейшего исключения.

— Я не вижу Арию и Самару... — Шепард скользнул взглядом по лицам, выписывая очередной танцевальный круг по пространству танцпола. — А ведь на церемонии они были. И я бы сказал, что между ними существовали непонятные взаимоотношения. Как будто они колеблются между миром и войной. Ой, не к добру это.

— Зато я знаю, что они здесь и близко. — успокаивающе заметила Бенезия. — И между ними нет никаких опасных противоречий. — Она взглянула в сторону входа. — Давай постепенно приближаться к столикам, надо уступить им место для танца...

— Бена, ты шутишь... Королева Омеги и Юстициар... будут танцевать здесь?! Вместе?! Вдвоем?!

— Доверься им и мне. Ради этого случая они пойдут и не на такое. — Бенезия легким кружением привела Шепарда к столикам и в этот момент в проеме портала встали две азари. Глиф сразу сконцентрировал на них свет своих зенитных прожекторов, выключив прожектора подсветки. Возглас предельного изумления прокатился по залу. Мгновенно живой коридор соединил входной портал и танцпол. Взявшись за руки, Ария, облаченная в черную церемониальную броню и Самара, облаченная в белую парадную, несколькими широкими шагами преодолели расстояние до танцпола и танец начался. Постепенно проступала из тишины мелодия, но никто не обращал на нее внимание. Глава преступного мира Омеги и Терминуса и Верховный Юстициар Азарийского Пространства приковали к себе взгляды всех присутствующих. От них обеих веяло силой, мощью, зрелостью, полной красотой. Очень скоро никто бы не мог поручиться за то, что когда-либо еще видел струящуюся по совершенным телам броню — настолько естественно было ее облегание. Азари кружились по залу, то сходясь в почти единое целое, то расходясь, с почти неощутимой силой меняя рисунок танца: от самого быстрого, похожего на реальное боестолкновение, до медленного, пробуждающего и проявляющего самые потаенные глубины чувств, эмоций, ощущений. Шепард не смог удержать самого искреннего удивления в рамках и не стеснялся отвисшей челюсти. Матриарх сама была немало удивлена, но старалась не особо проявлять неподдельное изумление. Наконец азари встретились на середине танцпола, взялись за руки и склонились в земном человеческом глубоком реверансе перед виновниками торжества. Гром аплодисментов и самые искренние крики восхищения сотрясли небольшое пространство кафе.

— Самара... — Шепард подошел к юстициару. — Я... я не нахожу слов... Это просто... божественно.

— Я сделала это только для вас, Шепард. Вы дали мне понять одну важную вещь... Преступность, удерживаемая в рамках — такая же часть любой разумной личности, как и ее высшие проявления. А Ария. — она легко привлекла к себе свою партнершу и та кивнула Бенезии. — Она прекрасно умеет держать ее в рамках, не доставляя мне и другим хранителям права и закона лишних хлопот.

— Считайте этот танец моим подарком вам, Шепард. — сказала Ария, улыбнувшись своей самой полной улыбкой. — Вы всегда желанный гость на Омеге. И любой из вашей команды, вашего экипажа — тоже. — она мягким взглядом коснулась Миранды и Джейкоба с Сюзанной и Джефом. И вы, капитан, дали мне возможность понять, что мое одиночество должно закончиться. Я постараюсь выбрать себе в супруги самого достойного или самую достойную. И это — только ваше влияние, капитан. Мне надо переходить к семейному варианту поддержки власти. — она усмехнулась. — Извините, мне полагается исчезнуть. Оставляю вам юстициара Галактики, капитан. — она поцеловала Шепарда в щеку. — Веселитесь. — с этими словами она кивнула и спустя мгновение уже миновала портал. Ее проводили громкими слаженными аплодисментами. Но Ария не стала оборачиваться. Юстициар уже направлялась вместе со своими тремя дочерьми к зарезервированному для нее столику. Дочери подошли к танцполу, чтобы поприветствовать маму, исполнившую первый подарочный танец. И теперь спешили уединиться в полумраке, не давя слишком явным присутствием служителей Закона на нервы собравшихся гостей и виновников торжества.

— Теперь я не вижу Сюзанну. — Шепард привычно окинул взглядом танцпол и зал кафе. — Джеф на месте, а ее нет. Но он спокоен.

— Успокойся, Джон. Сюзанна тоже хочет уникально тебя поздравить. — сказала Бенезия.

— И это ты знаешь? — удивленно посмотрел на свою супругу капитан.

— Знаю, Джон, знаю. Я же женщина. И ты дал возможность Сюзанне стать женщиной. Она не может не поблагодарить тебя в столь важный для тебя день.

— Ты только посмотри! — он указал взглядом на входной портал, в котором встала их Сюзанна в облегающем ее тело синем брючном костюме. — А рядом с ней — ее лучший и самый преданный друг — Легион! Все же упросила его прибыть. На свадебной церемонии его не было.

— А сюда он пришел. Посмотри немного в глубину. — усмехаясь, сказала Бенезия.

— Бена, боги... Ее близняшка притащила Прайма?! Это же тот, с кем мы говорили после победы над Жнецом на Раннохе. Тот самый прайм. Его имя... Вир. Конечно, это Вир.

— Ну нужен же Аэстене партнер для танца или нет? И не только для танца. — довольная произведенным эффектом, Бенезия откровенно улыбалась.

— И как же тихо они пришли... — Шепард видел, что появление синтетиков в таком составе только сейчас стало обращать на себя внимание присутствующих.

— Друзья! — Сюзанна вышла вперед, не выпуская руку гета из своей. — Мы долго думали и долго решали, что подарить нашему капитану и нашему старпому в этот важный для них день. И решили не отступать от человеческих традиций. Я, Легион, Аэстена и Вир хотим представить вашему вниманию наш танец. — она кивнула Глифу и зазвучала, набирая темп, незнакомая мелодия.

Спустя несколько мгновений никто из обступивших танцпол не мог поверить, что синтетикам оказались доступны такие плавные и в то же время — предельно отточенные по красоте и совершенству движения, наполненные бурей эмоций и чувств. Танец двух пар очаровал всех без исключения. Сначала раздались первые неуверенные хлопки, затем к ним присоединялись все новые и новые и наконец дальнейшие танцевальные фигуры сопровождала практически непрерывная овация.

— Бог ты мой! — Шепард во все глаза смотрел на Сюзанну. — Если она оказалась на это способна...

— То вам, Шепард, удалось ранее невозможное. — раздался рядом хорошо знакомый голос.

— Захар? — Шепард обернулся. Перед ним в гражданском костюме стоял командир "Линии". — Вы таки остались. Не улетели.

— Да. — полковник кивнул, обращая внимание капитана на стоявшую рядом с Бенезией Аврору Иванову. — Она тоже пришла. Не утерпела. Хоть нам и надо было возвращаться на "Свиток", но вот, решили остаться. И не прогадали. Такое, — он взглядом указал на танцпол. — еще никто в вашей Галактике не видел. Это — рассвет новой жизни и для них.

— Безусловно. — Джон учтиво поклонился Авроре, она ответила легким поклоном, одобрительной улыбкой и взглядом указала на танцпол. — Давайте поддержим их аплодисментами, друзья!

— Давайте! — возгласили командиры "Линии" и Бенезия. К ним присоединились Миранда и Джейкоб.

Овация не смолкала все десять минут, пока две пары не встали в середине танцпола и не изобразили самые совершенные поклоны, сделавшие бы честь лучшим звездам балета. Несколько минут новой овации стали благодарностью членам экипажа и команды "Нормандии", вошедшим в состав цивилизаций Млечного Пути полноправными союзниками (прайм — тот самый, который говорил с Шепардом после гибели Легиона, которой в данной версии, конечно же не случится).

— Капитан, Джон, — к ним приблизилась легкой летящей походкой Аэстена. — Позвольте представить вам моего лучшего друга, главу вооруженных сил сообщества гетов — Вира.

— Очень приятно, — Шепард крепко пожал протянутую подошедшим следом праймом руку.

— Мне тоже, Шепард-коммандер. — сказал Вир. — Против Аэстены я не смог устоять. — честно признался он. Хоть и много у меня сейчас забот на Раннохе, но только ей я уступил, согласившись прибыть сюда.

— Значит, вы — не только воин, Вир. — сказала Бенезия. — Вы — глубокая и цельная личность. Аэстена это точно определила. Она таких высоко ценит и любит.

— Знаю. — смутился гигант, возвышавшийся над большинством присутствовавших на добрый метр. — Вы, Шепард-коммандер, дали нам возможность ощутить потребность стать более... разносторонними. Благодаря вам и Легиону с Сюзанной сообщество гетов получило права гражданства в Галактике. Нам теперь доступно многое. И мы... Мы будем этого достойны. — прайм обнял Аэстену. — Прости, Аста. Ты останешься. Мне надо возвращаться на Раннох, к своим обязанностям, Шепард-коммандер. Мы всегда ждем вас к себе. Всех. Всю команду и весь экипаж. — Вир поклонился Бенезии и Миранде с Джейкобом и, развернувшись, направился к выходу. Аэстена скороговоркой извинилась и, сославшись на необходимость проводить столь важного и ценного для нее гостя, убежала следом. Место Прайма занял Легион, обнимавший Сюзанну.

— Шепард-коммандер. Сообщество гетов поздравляет вас. — прострекотал гет, подавая капитану руку. Для него этот жест наконец-то стал привычным.

— Спасибо, Лег. — Шепард ответил рукопожатием. — Вы устроили настоящий галактический сюрприз. Без сомнения, всем было приятно увидеть вас в столь необычной роли.

— Мы открываем в себе возможности и способности, необходимые в мирной жизни, Шепард-коммандер. — прострекотал гет, отпуская Сюзанну, поспешившую исчезнуть. — Нам приятно подарить наше искусство вам, давшим машинам права гражданства в Галактике. А сейчас давайте посмотрим на танец звездной пары рулевой рубки легендарного фрегата Галактики. Сегодня — и их праздник. — с этими словами гет плавно и быстро развернулся, его фонарь выхватил прожекторным столбом света стоявших в проеме зала Сюзанну в белом бальном платье и Джефа, облаченного в смокинг.

Мелодия обрушилась глубокими басами и пара начала плавный, становящийся все более стремительным, танец. Взвившийся под потолок кафе Глиф поддержал Легиона своими зенитными прожекторами, лучи которых сошлись на обоих танцорах. Зал погрузился во мрак. Световые пятна ни на миг не выпускали Сюзанну и Джефа из своих обьятий. Воцарилась тишина, уступавшая только музыке. На танцполе творилось таинство единения синтетической и органической жизни. Единение двух равнозначных, равноценных стихий, не стремящихся к доминированию, к подавлению друг друга. Обняв Бенезию, Шепард смотрел, как легко и непринужденно ведет свою партнершу по кругу танцпола Джеф, как она, свободно и естественно изгибается в его сильных и умелых руках, как доверчиво приникает к нему и как взлетает над ним, словно пушинка, будучи стопроцентно уверенной, что он сможет ее и поймать и удержать на весу. Миранда, глядя на Сюзанну, промокала глаза платком, другой рукой обнимая Джейкоба. Музыка стала постепенно замедляться и наконец Сюзанна, взяв Джефа за руку, присела в глубоком реверансе, а Джеф учтиво согнулся в поклоне перед стоявшими в первых рядах Джоном и Бенезией, Джейкобом и Мирандой.

Зал взорвался аплодисментами. Глиф погасил "прожектора", промигал Легиону, который отдал команду ВИ кафе на включение приглушенного света. Сюзанна и Джеф были окружены со всех сторон. Несколько минут они не могли пробиться к капитану и матриарху, настолько всех потряс их танец, соединивший лучшие черты доступного человеку и машине.

— Сюзи, ты прекрасна. — сказал Шепард, склоняясь перед подошедшей ИИ. Она доверчиво улыбнулась и обняла капитана, не стесняясь чувств и эмоций:

— Спасибо вам, капитан. — сказала ИИ. — Я рада, что вам понравилось. — Она привлекла к себе смущенного Джефа. — Это он меня уговорил.

— Джеф может... — улыбнулась Бенезия.

— Имея такие примеры перед глазами — легко поддаться и не на такие безумства. — сказал Джеф, улыбаясь. — Но тебя хочет поздравить та, которую ты спас...

— Дженнифер? Она что, бросила студентов? В очередной раз? — Шепард просканировал взглядом зал. — Ну и где же она?

— Она прибыла со своими студентами. — сказал Джеф. Сюзанна согласно кивнула. — Они все хотят тебя поздравить.

— Бена, а стены тут достаточно прочные? — задал с усмешкой вопрос своей половине капитан. Та кивнула, успокаивающе взглянув на супруга. — Тогда ладно.

— Друзья. — в проеме возникла Дженнифер, облаченная в обтягивающий мускулистое и очень женственное тело брючный костюм. — Я и мои студенты Академии Гриссома прибыли поздравить наших легендарных друзей с их праздником и отдать свой подарок. — она взяла за руки двух подошедших сзади юношей в костюмах спокойной расцветки и вышла на середину танцпола. За ней вышли еще одиннадцать юношей и девушек. Глиф привычно облетел периметр танцпола и ушел в сторону, готовя прожектора и обьективы к квадросьемкам.

Зазвучавшая мелодия была явно незнакома большинству присутствовавших, а происходившее на танцполе и вовсе повергло их в транс. Дженнифер и ее студенты создавали из биотических импульсов целые картины, скульптуры, объемные изображения. Затем они плавно вплели в общий рисунок свои тела, расцветив пространство танцпола биотикой полного спектра. Шепард взглянул на Бенезию. Она была явно удивлена и ее удивление росло с каждой новой картиной, создаваемой молодыми гибкими телами и фонтанами биотической энергии. Дженнифер далеко не всегда держала себя в центре, она охотно уступала первенство лучшим и сильнейшим студентам, поддерживая их своей отточенной техникой и энергетикой.

Такого буйства и совершенства никто из присутствующих раньше не мог видеть в таких огромных объемах. Ни у кого не возникло сомнений, что Дженнифер и ее студенты в момент могут превратить эту энергетику биотики в оружие, но все четко и ясно видели — на танцполе присутствует только светлая сторона биотики без намеков на боевую темную сторону. Мелодия плавно сменяла ритмы и скорость, направляя представление по единственно выверенному пути. Аплодисменты в который раз уже за сегодняшний день сменились овацией и наконец Дженнифер взяла двух юношей-студентов за руки и присела в глубоком реверансе, светясь теплым голубовато-белым биотическим сиянием. Ее партнеры, погасив свою биотику, отвесили присутствующим глубокие, исполненные достоинства и силы поклоны. Несколько минут Шепард, Бенезия, Джейкоб, Миранда, Джеф и Сюзанна и все без исключения гости аплодировали Дженнифер и ее воспитанникам. Легко отпустив их жестом к бару, чтобы они подкрепили затраченные силы, Джек подошла к Шепарду и обняла его под одобрительную улыбку Бенезии.

— Дженнифер...

— Знаю, Джон. Знаю. Давай обойдемся без эпитетов. Я бы не смогла удержать своих студентов. Они благодаря тебе теперь не чувствуют себя только оружием, только щитом. Ты дал им право и возможность развить светлую сторону. А уж об оружии и щите мы позаботимся. Ты же меня знаешь.

— Знаю. — Шепард привлек Дженнифер к себе и поцеловал в губы. Девушка засветилась биотикой, обьявшей и ее и капитана, затем легко подняла виновника торжества над полом, взлетела рядом и взглядом разрешила Глифу сделать облет и запечатлеть картинку со всех сторон. Мягко опустив капитана на пол, Джек разомкнула обьятия и поклонилась ему и Бенезии, отдав отдельные поклоны Сюзанне и Джефу, Миранде и Джейкобу.

— Спасибо всем. — Дженнифер обвела взглядом собравшихся. — Мы тут ненадолго задержимся, у нас скоро шаттл на транссистемник. Мы должны возвращаться к учебе. — извиняющимся тоном добавила она, посмотрев на Шепарда и Бенезию. — Я рада, что тебе, Бенезии и всем понравилось.

— Просто Бена, Дженнифер. — сказала матриарх.

— Даже так? — озорно улыбнулась легенда Гриссомской академии и лучший биотик человечества. — Тогда, для вас — Дженни.

— Согласна. — женщины скрепили приязнь поцелуями. — Давай, пусть студенты насытятся. А то у нас и присесть поесть некогда. — добавила Бенезия. — Корми своих детей, многодетная мамаша. — матриарх улыбнулась и встретила понимающий и многозначительный взгляд Дженнифер.

— Обязательно. — Жаклин кивнула своим старшим студентам и те мигом распределили младших по столам, попросив официантов принести дополнительные порции. — А я пока представлю всем очередной сюрприз. — она огляделась по сторонам. — Миранда, ау! Где ты там?!

— Тут я. — "Леди Совершенство", встав со своего кресла в первом ряду возле танцпола, без труда раздвинула одним своим появлением толпу, обступившую Бенезию, Шепарда и Дженнифер. — Покажем твоим студентам настоящий уровень белой биотики, Дженни?

— Дженни?! — изумленно выдавил из себя капитан, впиваясь взглядом в сверкающие озорством и довольством глаза старпома. — Девчата, вы чего?!

— Увидите, капитан. — сказала Джек, беря Миранду за руку и одним слитным движением оказываясь со своей партнершей на середине танцпола.

— Боже мой... Как баньши... — проговорила Бенезия. — Какая же у нее совершенная техника.

— А то... — удовлетворенно сказал Шепард, услышав нараставшую по громкости мелодию. — Как говорили древние — крайности сходятся!

Происходившее на танцполе не оставило равнодушным никого. Даже немало повидавшие студенты Дженнифер смотрели на то, как танцуют два сильнейших биотика человечества с широко открытыми глазами и распахнутыми ртами. То, что они видели сейчас, намного превосходило то, что им довелось увидеть поздно ночью в танцпольном зале маленькой гостиницы. Спустя несколько минут они все стояли в первых рядах зрителей, давая возможность своей преподавательнице и ее партнерше быть спокойной за безопасность гостей. Восторженные возгласы следовали один за другим. Даже Бенезия не осталась равнодушной. В ее глазах удивление сменилось восхищением и восторгом.

— Джон, как ты сумел?!

— Она сама раскрыла свой потенциал, Бена. Это — только ее выбор и только ее решение. Она смогла найти себя, отдавая свой талант студентам, делясь с ними не просто техникой, технологией, знаниями и умениями, но и душой. Она сумела излечиться от травм детства только подарив всю себя другим детям. Мне оставалось только настоять на том, что она должна попробовать себя в роли наставника. Результат зависел только от нее и он — прекрасен. Они — ее настоящие дети, но думаю, что вскоре она осчастливит кого-то другого, отдав ему первенство в семейной жизни. И, вполне возможно, дав ему своих детей, теперь уже только ее собственных.

— Уверен? — Бенезия недоверчиво посмотрела на Шепарда.

— Есть такое у нас у людей слово — убежден. По значению оно выше.

— Действительно. — согласилась Бенезия.

— Кроме того Дженнифер наконец-то поняла, что может полностью довериться Миранде. И для Мири тоже это очень важно — теперь она не будет опасаться Джек, не будет ждать от нее нападения. Это позволит ей выделить дополнительную энергию для своих собственных детей, приблизить их появление на свет. Джейкоб совершенно извелся. И этот танец знаменует собой примирение двух улучшенных и усовершенствованных версий человечества — биотической и генетической. — сказал капитан. — Должны же мы меняться в лучшую, более совершенную сторону? Вот их дети и поменяют нас. — он поддержал аплодисментами танцующих в сполохах разноцветных биотических энергий девушек. — Я знаю, доктор Чаквас мне сказала, что Миранда сможет прожить пятьсот лет, а Джек — около трехсот. За это время обязательно будут найдены, думаю, новые технологии продления жизни и они, матери новых поколений, будут долгое время рядом и вместе со своими детьми, внуками, правнуками... — он смотрел как девушки, окончив танец, ненадолго замерли в глубоких реверансах и подошли к нему. — Благодарю вас, девчата.

— Спасибо вам, капитан. — Дженнифер кивнула. — Я должна уделить внимание и второй звездной паре. — она прошла к соседнему столику, за которым сидели Сюзанна и Джеф. — Сюзи, разрешишь украсть твоего пилота на один танец? Обещаю, верну в целости и сохранности и посягать на него не буду.

— Для тебя... — с деланной задумчивостью сказала Сюзанна.— Хорошо. Разрешаю. — она одобрительно кивнула Джефу и тот, встав, подал лучшему биотику человечества свою руку. Их совместный танец прошел под несмолкаемые аплодисменты всех без исключения гостей и виновников торжества.

— Сюзан, меня неправильно поймут мои студенты. Если я этого не сделаю. Разрешишь станцевать с тобой? — Дженнифер не садясь в кресло, поблагодарила кивком Джефа и встала перед киборгом. — Сама понимаешь, конкуренцию матриарху я составить не могу, зато они. — она кивнула в сторону напряженно следивших за ней студентов. — очень хотят посмотреть на нас с тобой... в вихре танца. Ты, конечно, можешь отказаться, ведь сегодня ты хозяйка...

— Глупости, Дженнифер. — Сюзанна улыбнулась доброй широкой улыбкой.

— Просто Дженни. Для тебя, Сюзи. — уточнила Дженнифер.

— Согласна. — киборг встала и они скрепили приязнь поцелуями. Затем Дженнифер уже привычным для зрителей слитным движением выдвинулась с Сюзанной на середину танцпола и сделала знак Глифу, включившему нужную мелодию. Восхищенные зрители сопроводили их танец практически несмолкаемыми аплодисментами. Сопроводив Сюзанну к Джефу, Дженнифер кивком попрощалась с ними и вернулась к столику, занимаемому Джоном и Бенезией. Те выразили самое неподдельное восхищение обоими танцами.

— Спасибо вам, Джон. — Джек жестом пригласила подойти поближе своих студентов и студенток. — Вот, дети, это и есть мой капитан. Джон, позволите просьбу? — она сделала шаг к капитану. — Подарите мне танец. Я не могу уйти отсюда, не потанцевав с моим капитаном.

— С удовольствием, Дженнифер. — Джон кивнул и, взяв девушку под руку, вошел на танцпол. Зазвучала медленная мелодия и Джон повел партнершу по кругу. Джек блаженствовала в его обьятиях, светясь доброй бело-голубой биотикой. Студенты зааплодировали, когда она, подброшенная сильными руками капитана к самому потолку кафе, плавно опустилась в его мягкие обьятия и сияние биотики обняло их своим коконом. — Может, задержишься?

— Нет, Джон. Увы, надо возвращаться. У моих студентов слишком напряженная учеба. Они — только мои и я не могу растягивать их срок обучения. Прости...

— Понимаю. — кивнул Шепард, подводя Дженнифер к студентам, мигом освободившим для своего преподавателя кресло. — Спасибо за танец, Дженнифер.

— Тебе спасибо, капитан. — Джек хитро прищурилась. — Я обещала, что ты распишешься на их инструментронах. Только роспись с расшифровкой и датой, Джон. Пожалуйста... Это для них важно. И для меня тоже очень важно.

— Ну, если так. — капитан включил свой инструментрон, достал светоперо. — Давайте сначала для девушек, парни — потом. Согласны? — он оглядел студентов, увидел их одобрительные взгляды и поставил первую подпись. — А тебе, Дженнифер, я не только подпись поставлю...

— Заинтриговал ты меня, капитан. — сказала Джек, ожидая, пока Джон справится с последним студенческим инструментроном и зажигая свой. — Давай.... О, а ты, оказывается, поэт, капитан... — сказала Жаклин, прикрывая излучением текст, нанесенный Шепардом на основной узел прибора. — Я скрою это под крышкой. Не для всех глаз такое.

— Это только тебе, Дженнифер. — сказал капитан, обнимая и целуя девушку. — Будь спокойна и счастлива. Ты все же меня убедила.

— А что, я — могу! — улыбнулась под одобрительные возгласы студентов их наставник. — Я — такая! — сказала она, отходя со студентами ко входному порталу. — Всего доброго тебе, Джон. Всего доброго вам, Бенезия. Всего доброго вам, Миранда. Всего доброго вам, Джейкоб. — она поклонилась и скрылась в полутьме коридора, сопровождаемая студентами.

— Миранда, ты чего? — капитан окинул взглядом мнущуюся девушку. — В чем проблема? Скажи, я решу.

— Джон. Я хочу, чтобы ты подарил нам танец. Мне, Лиаре и Ориане... — она подняла на капитана полные слез глаза.

— Хорошо, Мири. — как можно мягче и увереннее сказал Шепард, доставая платок и вытирая слезы своей дочери. — Мы с тобой начнем, а Лиара с Орианой — подключатся. Согласна?

— Спрашиваешь... Конечно, папа. — Миранда словно очнулась, взяла Шепарда под руку и по мгновенно образовавшемуся коридору прошла рядом с самым дорогим для нее человеком на танцпол. Танец начался с медленного ритма, незаметно рядом с Шепардом встали Лиара с Орианой. Все девушки танцевали, не используя биотику. То одна, то другая, то третья ненадолго завладевала вниманием отца, кружась с ним по периметру танцпола. Затем, когда все четверо оказались в центре, все девушки окутались бело-голубым свечением, в центре коконов оказался Шепард. Ориана, светившаяся более слабо, отступила со своим коконом за спину капитана и тот воспринял это спокойно. Свечение трех сфер поглотило фигуру капитана, затем стало прозрачным и музыка сменилась резкими, мужскими ритмами.

Теперь солировал Шепард, а три дочери поддерживали его буйством биотических энергий и слаженными движениями облеченных в биотическую броню тел. По залу пронесся вздох восхищения, послышались первые аплодисменты, постепенно набиравшие силу грома. Обняв дочерей, Шепард замер, склонив голову в глубоком поклоне. Овация накрыла его, высвобождая, раскрепощая добрую энергетику, воспринятую девушками. Вместе с ними он вернулся к столику, за которым сидела Бенезия.

— Нам придется перейти на большой танцпол, Бена. — сказал Шепард. — Нужно дать больше простора нашей команде и нашему экипажу. Это и их праздник тоже.

— Согласна. — Бенезия легко поднялась и звучный сильный голос заполнил все пространство небольшого кафе. — Друзья, через пятнадцать минут нас ждет большой танцпол! Праздник продолжается!

Сообщение виновницы торжества было встречено одобрительными возгласами и аплодисментами. Бенезия, Шепард, Лиара и Миранда с Орианой вышли из маленького кафе одними из последних.

— Капитан. — к ним подошла Саманта Трейнор. — Пресс-Центр фрегата и док "Нормандии" — в глухой осаде журналистов. Они знают, что почти все, происходящее на нашем закрытом для них празднике, записано Глифом, Легионом, Сюзанной и Аэстеной. Они на коленях стоят, умоляя разрешить им если не прямую трансляцию, то пустить хотя бы часть записей в эфир. Я обещаю, капитан, что лично просмотрю всю картинку и озвучку. Ну нельзя держать Галактику на голодном информационном пайке в такой день! Я отрежу все личное и выполню чистовой монтаж передаваемого материала. Отвечаю.

— Ладно, Саманта. Это ваше. — он обменялся взглядом с Бенезией, Лиарой и Мирандой. — Но все, что пойдет "на экспорт" — складируете отдельно и потом представите. Вместе с результатами по всем каналам. И сравнительным анализом. Для истории.

— Хорошо, капитан. Спасибо. Разрешите идти?

— Идите. Это и ваш день, Саманта. Действуйте. — Шепард одобрительно посмотрел, как легко и свободно худенькая фигурка девушки взрезает толпу танцующих. Как перед ней все расступаются, признавая ее власть, власть над информацией о происходящем. Власть над тем, как эта информация повлияет на будущее. — Сейчас на эфирных каналах такое начнется...

— Пусть начинается, Джон. Это наш праздник и мне кажется, что он — удался в полной мере. — улыбнулась матриарх. Ее поддержали своими улыбками и одобрительными кивками старшие дочери. — Я верю Саманте, она справится. Пусть совершенствуется на реальных проектах. Ей это будет приятно, полезно и ценно. Будет, что вспомнить. И нас запомнят такими, какими мы были в лучшие периоды нашей жизни... Остальное — личная, внутренняя информация.

— Тогда давай уйдем с танцпола на балкон. Думаю, надо дать возможность потанцевать всем без исключения. Места здесь хватит. С балкона будет прекрасный вид. Наши младшие пары сами решат, где им быть. Важно, что этот праздник стал для всех единым.

— Хорошо, Джон. — Матриарх взяла капитана под руку и они поднялись по пандусу на второй этаж, где были кресла и низенькие столики с закуской и напитками. — Садись. Отпускаю тебя, капитан. Пусть и другие смогут с тобой свободно и спокойно пообщаться. Устроим смешанный мальчишник и девичник. Для наших это — допустимо. — ее глаза лучились добротой и уверенностью.

— Спасибо, Бена. — Шепард проследил взглядом, как она уходит на противоположный конец балкона и ее обступают женщины и девушки.

— Шепард. — раздался голос, который капитан узнал бы из тысячи. — Ты вроде несколько раз обещал мне выпивку. — на соседнее кресло опустился Гаррус Вакариан в гражданском парадном костюме. — Но, поскольку ты теперь женатый человек, ограничимся обычными безалкогольными напитками.

— Да и ты, Гар тоже теперь не свободный человек. — взгляд капитана выцелил среди женщин и девушек, обступивших матриарха, стройную турианку.

— Да... Сначала Тали, потом — Найрин, теперь вот Айдина. Чувствую себя многоженцем. — Гаррус остался серьезным. — Даже никого не отговаривал от того, чтобы все пришли сюда. Слава богам, они между собой поладили и мне не приходится улаживать бесконечные конфликты. Не люблю улаживать противоречия между женщинами.

— Попробовал бы ты меня отговорить. — рядом с Гаррусом выросла стройная фигура Найрин Кандрос. — Поздравляю вас, Джон. Пусть будет ваш совместный путь по жизни таким, каким вы пожелаете этого сами и совместно. — она присела рядом с Гаррусом. — Я уже поздравила Бенезию и теперь поздравляю вас. — она достала небольшой контейнер. — Здесь — одна из турианских реликвий нашего клана. — она открыла крышку. — Это — часть ветви одного из наших деревьев, цветущих раз в несколько тысячелетий. По преданию наш верховный лидер древности, Ватар, накрыл этой ветвью свой меч, давая понять собравшимся послам других кланов, что не желает дальше истощать силы турианцев в бесплодных междоусобных войнах. С того момента мы остались воинами, но стали намного больше внимания уделять мирному развитию. Меня попросили передать вам это старейшины нашего клана. Они благодарны вам за то, что теперь кланы Турианской Иерархии смогут отложить оружие очень надолго в сторону и переключить силы и средства для удовлетворения сугубо мирных нужд и потребностей. Я показала уже это Бенезии. Она одобрила.

— Спасибо, Найрин.

— А от нас с Гаррусом мы решили подарить вам это. — она открыла другой контейнер, побольше и надавила сенсор. В ровном свете голографической проекции встали фигуры Тали, Найрин, Айдины и Гарруса. Турианки встали по бокам кварианки, давая возможность Гаррусу встать вполоборота и лицом к адмиралу Мигрирующего Флота. Руки всех четверых были соединены в хорошо знакомом Шепарду жесте "один за всех и все за одного". — Айдин и Тали дали свое специальное согласие на использование их фигур и композицию в целом они тоже видели. Мы, турианцы, слишком долго были воинами. Наступило время для мирных забот. — турианка встала. — Извините, мне надо вернуться к своим "Когтям". — она сделала несколько шагов и пропала в полумраке выходного портала.

— Приветствую, капитан. — рядом с Гаррусом выросла Айдина. — Поздравляю. Подарок для вас я уже передала Бенезии. Это — картина одного из наших лучших художников, запечатлевшая вас и Гарруса рядом примархом Виктусом на Палавене. Тогда, когда вы прилетели спасать примарха Федориана.

— Помню, помню, Айдина. — Шепард встал и поклонился жене Гарруса. — Я так понимаю, только вы и смогли преодолеть страсть Гара к напиткам... известной крепости. — он отпил из чашки травяной настой.

— Гар для меня слишком ценен, чтобы я позволила ему и дальше травить себя. Ему вполне хватит слабого алкоголя, но выше — нет. Да и ему уже это больше нравится, чем глубокая степень опьянения. Правда, Гарр? — она посмотрела на супруга вопросительным взглядом, в котором не было никакого давления.

— Да, Айди. — подтвердил Гаррус. — Хочу, знаешь ли, Шепард, прожить подольше. Ведь теперь я смогу и внуков увидеть и понянчить.

— Я детей с матерью оставила, но им будет приятно увидеть хотя бы части нашего свадебного торжества. — подтвердила Айдин. — Надеюсь, вы не откажетесь принять наше настойчивое приглашение посетить нас в нашем доме?

— Нет, Айдин, не откажусь. Бенезия хочет, чтобы я вернулся к активным полетам и я сам считаю, что для меня это лучшая судьба после нашей общей победы.

— Ну, тогда, мужчины, за победу и за наше общее мирное будущее. — Айрин подняла свой бокал и они "чокнулись", после чего выпили настой до дна. — Уф. Ладно, оставляю вас, мужчины. — она грациозно поднялась и скрылась среди гостей.

— Кстати, Шепард, тебе от майора Виктуса — послание. Подарок, увы, он не выбрал, ограничился письмом. — Гаррус достал кристалл из кармана. — На словах просил передать что он и его солдаты его взвода всегда помнят боевое братство и вашу помощь, капитан. Извини, у меня кончается срок увольнения на берег. Меня ждет мой крейсер. — Гаррус встал. — Жду тебя к себе на борт или к нам в пределы Турианской Иерархии, Джон. — он протянул свою руку и мужчины скрепили приязнь крепким рукопожатием. — Я должен идти, Шепард. — сказал Гаррус, поворачиваясь и направляясь к выходу.

========== Глава 169. Рождение дочерей у Шепарда ==========

Капитан как тигр ходил по просторному предбаннику родильного зала. Роды шли четвертый час, а врачи-азари, изредка проходившие из родзала во вспомогательные помещения, отделывались общими фразами. Вошедшие в зал вместе с Бенезией Лиара и Миранда с Орианой не появлялись вовсе. Звукоизоляция была превосходной — из зала не доносилось даже шороха.

Шепард вспомнил, как все начиналось. После того памятного дня прошло всего восемь месяцев и Бенезия попросила его отвезти ее в один из лучших медицинских центров Тессии. Капитан и раньше знал, что для матриарха лучше всего будет, если она родит дочерей у себя в Пространстве, на столичной планете. Поэтому не стал возражать.

Джеф Моро устроил ему знакомство с пилотом медицинского скоростного "Стрижа", тот согласовал время отлета со своим руководством, получил добро диспетчерской службы Тессии и Шепард вместе с матриархом убыли на главную планету азари. Перелет прошел нормально, состояние Бенезии и всех ее четверых дочек не претерпело никаких негативных изменений. Будущей маме и ее мужу выделили большую и светлую палату, в которой было все необходимое и для Бенезии и для ее многочисленных дочерей. Лечащая врач — шестисотлетняя азари просмотрела документы, провела Бенезию через отделение диагностики и удостоверила, что никаких опасностей не предвидится: и будущая мама, и ее дети — в полном порядке.

В этой палате они прожили два с половиной месяца. Наконец сама Бенезия, глубоко прислушавшись к себе и переговорив с лечащим врачом, сказала капитану, что на следующий день она хочет рожать. Перевернув горы профильных материалов, капитан не удивился решению жены — азари могли произвольно сокращать и продлевать сроки беременности, добиваясь одним им ведомых результатов. Лиара специально прилетела с "Серого Трона", вернувшегося на свое место к Хагалазу, каким то там по счету чувством ощутив, что именно в этот самый момент Бенезии потребуется ее непосредственное присутствие и участие. Миранда оставила "Немезиду" на техобслуживании в Цитадельском спецдоке и прилетела, едва только получила от лечащего врача Бенезии сообщение о дате родов. Одновременно она вызвала на Тессию и Ориану, которая не замедлила прибыть.

И вот теперь четвертый час он не имеет никаких известий. Наконец вышедшая лечащая врач сняла с лица легкий полупрозрачный респиратор и улыбнулась, давая понять землянину, что все прошло гладко.

— Мы перевели ее в послеродовую палату. Она спит, вымоталась. Все четыре девочки здоровы. Они тоже спят. Рядом с мамой. — она набрала на инструментроне код и экран на стене предбаника осветился. — Пока вот так увидитесь, капитан. Там есть рукоятки управления, сможете сами поуправлять объективами дрона. Он не разбудит их и не причинит им вреда. — она подала капитану ключ-карту. — Закончите — возвращайтесь в вашу с Бенезией палату. Через несколько дней, думаю, через два дня она также вместе с дочерьми вернется туда. Из палаты вы сможете наблюдать за ними в любое время. Так же как сейчас — здесь.

— А когда?...

— Она должна восстановиться после родов. Это займет минимум сутки, думаю, еще половину суток следует добавить к этому сроку. И еще, капитан... В нашей культуре нет абсолютного запрета на присутствие мужа женщины при кормлении ею детей грудью. Так что вполне вероятно, очень скоро вы будете вознаграждены уникальным единением. — врач улыбнулась несколько усталой улыбкой. — Остальное вы узнаете по мере необходимости. Да, чуть не забыла, первые сутки вы сможете слышать и видеть ее, она вас, если очнется — только видеть. Звук будет выключен в направлении от вас к ней. От нее к вам — он будет работать. Мы ничего не скрываем, но хотим соблюсти требования безопасности. Лиара, Ориана и Миранда расскажут вам остальное — сейчас им также предоставлена возможность отдохнуть в смежных с родзалом палатах. Они также вымотались. Позже они подойдут к вам. — Я должна идти, извините.

— Спасибо вам, Эрела. — капитан наклонился и поцеловал ее правую руку. — Спасибо.

— Я рада, что все прошло хорошо, капитан. Отдыхайте, вы тоже перенервничали. Связь уже работает. — азари кивнула и вышла, направляясь к переходу, над которым пламенел знак "только для персонала".

Шепард приблизился к большому экрану, взял в руки сенсорный пульт. Его Бена была перед ним. Прикрытая легким покрывалом, она лежала на удобной, эргономичной кровати и спала, повернув голову к четырем постелькам, в которых под легкими покрывальцами, доходившим новорожденным до плеч, угадывались тельца четырех маленьких азари. Шепард жадно вглядывался в их личики. Уже сейчас, через несколько минут после рождения, малютки обладали индивидуальными чертами. Для капитана время потеряло значение. Он был полностью вознагражден и за ожидания, и за волнения, и за понятный страх. Теперь он ясно видел — жена и девочки в порядке. Никакой монтаж, никакая компьютерная графика не смогла бы настолько полно и точно создать подделку такого уровня.

На своих плечах он почувствовал руки своих дочерей. Миранда, Ориана и Лиара обняли отца, неслышно придя в предбанник. Все втроем они несколько десятков минут вглядывались в лица матери и малышек. Шепард молчал. Слова были не нужны. Молчали и его дочери.

— Пап... — первой прервала молчание Лиара. — Мама всегда была в полном сознании. Врачи сделали все, чтобы ей не было сколько нибудь больно. Она просила, чтобы мы, пока она находится в лечебном сне, обсудили ее предложение. — Серый Посредник достала ридер. — Она хочет, чтобы мы назвали малышек, используя эти четыре имени — Амала, Виджина, Нерда, Эндис.

— Да, папа. — подтвердила Миранда. — Все было так, как рассказала Лиара. Именно на этих четырех именах остановила свой выбор мама. Ты же знаешь, она старается все продумывать наперед. Вот и выбрала, чтобы мы не мучались. — Ориана кивнула, подтверждая правдивость высказанного. Она всегда старалась больше действовать, чем говорить.

— Если вы знаете, то какое ваше мнение? — сказал Шепард, не отрывая взгляда от экрана.

— Я согласна с предложенным мамой перечнем имен. — сказала Миранда.

— А назвать каждую одним из этих четырех имен должен ты, папа. Мама предоставила это право тебе. — продолжила мысль сестры Лиара. — Ты же все равно не отлипнешь от экрана в ближайшие часы. И, предупреждая твой закономерный следующий вопрос, скажу — мама согласится с твоим выбором, поскольку это — твои дочери. У нас так принято, что здесь решающее слово имеет отец. Мама может предложить основной список имен. У нас многодетные семьи были до недавнего времени достаточно редкими, тем более, если детей сразу появлялось больше двух.

— А свои варианты?

— Папа... — укоризненно сказала Лиара... — Хочешь, чтобы на твой выбор влияли наши с Мирой и Ори решения?

— А мы введем новую традицию, дочки. Старшие дочери имеют право предложить свои конкретные имена для младших сестер. И родители обязаны будут к их мнению прислушаться. К тому же, я не хочу единолично решать такой вопрос. Вы также должны участвовать в силу уникальности ситуации.

— Полагаю, палата, куда вернутся мама с дочками — не место для таких споров, папа. — задумчиво сказала Миранда, глядя на экран, показывающий всех четверых маленьких азари. — Тут есть на крыше корпуса беседка, там мы можем все подробно обсудить.

— Хорошо. — Шепард погасил экран, переведя изображение на свой капитанский ридер. — Лиара, что говорят врачи о матрицах возможностей и способностей каждой? — они втроем вышли из предбанника и, миновав служебный веер помещений, вышли в широкий коридор, ведущий к лифт-холлу.

— Ну, если они и не в шоке, то в чем-то очень близком к этому. Ты хочешь использовать информацию матриц для более точного наречения?

— Это будет важно для их будущего, так почему бы не использовать такую возможность? — Шепард нажал клавишу и лифт направился на крышу корпуса медцентра. — Тем более Миранде не впервой совмещать такие характеристики.

— Да, иногда приходилось этим заниматься. Но теперь... Это же совершенно другое дело... — сказала Миранда, не выходя из отстраненно-задумчивого состояния. Все вчетвером они вошли в небольшую беседку и расселись в креслах вокруг круглого стола. Миранда закрыла калитку беседки и вывесила знак "не беспокоить" с внешней стороны. — Лиар, ты как?

— Нет, Мири. Сначала ты должна это решить для себя. И каждый из нас — тоже. Так что давайте ограничимся на нужное время работой с инструментронами и ридерами. А там согласуемся. — Серый Посредник первая погрузилась в созерцание экрана своего инструментрона. Поняв, что от старшей сестры она ничего не добьется, Миранда села в свое кресло и тоже погрузилась в размышления. Ориана не стала садиться, она взяла свой ридер и отвернулась к двери, легко перебирая сенсоры. Шепард, глядя на ридер, лежавший перед ним, не спешил прикасаться к сенсорной клавиатуре и решал вдруг ставшую очень сложной и неоднозначной задачу.

— Ли, будет ли достаточно для мамы наше единство мнений? — спросил капитан, не садившийся в кресло уже больше часа.

— Мама полностью доверяет нам, папа. — ответила Серый Посредник.

— Хорошо. Тогда продолжаем думать. — Шепард взглянул на ридер и снова отправился кружить по обходной ковровой дорожке. В беседке снова воцарилась тишина.

Два часа истекли с удивительной скоростью. Наконец Шепард отложил в сторону капитанский ридер, прикрыв его экран крышкой. Его дочери пока что размышляли и он не стал им мешать, снова включив канал связи с дроном в палате Бенезии и дочек.

— Ори, давай, ты первая. — сказала Лиара, уже давно наблюдавшая за мамой по своему ридеру. — Ты же младшая, тебе первое слово. Затем выскажется Миранда, а я выскажусь последней.

— Хорошо. — Ориана положила свой ридер на центр стола. Рядом легли раскрытые ридеры Орианы, капитана и Лиары. Воцарилось молчание.

— Если я что и понимаю... — произнесла Лиара, — то здесь я точно ничего не понимаю. Как такое может быть? Практически полное единство мнений, если бы ридеры не различались, то я бы не нашла тут, кто какое мнение составил.

— А что тебе здесь не нравится, Лиара? — подозрительным тоном осведомилась Миранда.

— Мири, убери свои следовательские замашки. — сказал Шепард. — Ты сама прекрасно знаешь, что возможны три варианта — либо полное совпадение, либо частичное совпадение, либо никакого совпадения. В данном случае мы имеем полное отсутствие разногласий. Разве не прекрасно? Нам не надо тратить время, силы, нервы на преодоление противоречий и устаканивание интересов. Мама будет рада видеть наше единение. Как и сказала врач Бенезии, уникальное единение. Вот оно и начинается.

— Сейчас наш папа скажет коронную фразу. — Лиара усмехнулась.

— Ага. Всем спасибо, решение принято. — подхватила, улыбнувшись, Миранда.

— Да не буду я ничего такого говорить! И решение примет мама. Наше с вами решение — только предварительное. Ее — окончательное. — сказал Шепард. — Она — мать. И этим все сказано. Предлагаю спуститься в столовую, пообедать и разойтись по палатам и номерам на отдых. Вечером после ужина сможем провести несколько часов все вместе, в нашей палате.

— Хорошо, пап. Идем... — первой, как всегда, встала Миранда. За ней поднялись со своих кресел Лиара с Орианой и последним беседку, направляясь к лифт-площадке, покинул капитан. Обед прошел в молчании. Прошло только полдня, Бенезия будет спать еще сутки. Только после ее пробуждения можно будет узнать ее решающее мнение об именах для дочерей.

После обеда девчата ушли в свои гостиничные номера, а Шепард — в палату, выделенную для Бенезии и дочерей. Включив главный экран, капитан разделил его на две части. В левой он попросил ВИ дрона вывести изображение лица Бенезии, а в правой — лиц всех малюток. Дрон выполнил его желание и теперь Шепард мог видеть лица дорогих ему людей во всех деталях.

Сутки, оставшиеся до пробуждения Бенезии, Шепард потратил на перетряхивание всех магазинов, какие только нашлись в окружающем медицинский центр жилом массиве. Но только в самом конце, в маленькой лавочке, вход в которую он мог легко пропустить — ее вывеска даже не освещалась привычной неонкой рекламы — капитан нашел приблизительно то, что он искал — роскошный гарнитур из одного большого и четырех маленьких колье.

В небольшой ювелирной мастерской азари-мастерица доработала гарнитур, следуя пожеланиям Шепарда и в качестве подарка от сообщества ювелиров Тессии преподнесла другой гарнитур — комплект из браслета и кольца для взрослого и четырех таких же детских комплектов.

— Капитан, Совет Матриархов уже известил нас о том, что у матриарха Бенезии родились четверо дочерей. — сказала мастер, передавая шкатулки с драгоценностями счастливому Шепарду. — Мы рады, что Тессия может гордиться этим, как и тем, что это — ваши дочери, капитан. Пусть эти кольца и браслеты с колье принесут всем вам счастье.

— А... — капитан сунул было руку в нагрудный карман, но азари-мастер остановила его взглядом:

— Капитан, многие цеховики были бы счастливы получить от вас заказ в такой момент, выполнив его с максимальной скоростью, качеством и признательностью. Я не могу принять от вас никакой платы. Мне вполне будет достаточно знать о том, кому это все предназначено. — сказала мастер. — Я воевала в местном ополчении и твердо знаю — если бы не вы и ваш экипаж и команда... Тессия была бы мертвой планетой. Мы вытеснили с нее Жнецов только потому, что вы, капитан, убедили нас в нашей способности сделать это.

— Тогда... — Шепард уложил шкатулки в сумку, после чего склонился перед азари в поясном земном поклоне. — Благодарю Вас, Мастер! — сказал он, выпрямляясь.

— Спасибо, капитан. — сказала азари, возвращаясь к прерванным работам.

Выйдя из мастерской, капитан решил зайти в цветочный магазин. Пожилая азари узнала визитера мгновенно.

— Простите, мне бы... — начал капитан, явно не обративший внимания на то, что его уже опознали.

— Капитан, вы что же, думаете, я не знаю? И для вашей супруги и для ее дочерей у меня уже готовы букеты! — она открыла боковую дверцу и достала полупрозрачные конусы, внутри которых покоились растения. — Это то, что будет и безопасно для наших больниц и понравится вашей супруге и дочкам. Ничего, что они еще маленькие. Они уже — леди.

— Вы...

— Я хоть и занимаюсь цветоводством пять с половиной сотен лет, но всегда интересовалась историей и культурой других рас. Поэтому твердо знаю, что для людей естественно дарить женщинам лучшие букеты в такие моменты. Матриарх Бенезия — одна из первых, кто решился дать жизнь стольким дочерям в таком почтенном возрасте. Ее примеру, безусловно, последуют очень многие другие матриархи. Это поможет нам залечить тяжелые раны, нанесенные войной. И не напоминайте мне об оплате. Я счастлива, что эти мои букеты и мои цветы не лягут на могильные плиты и не покроют погребальные холмы. Я счастлива, потому что убеждена — цветы должны утверждать жизнь.

— Спасибо вам. — Шепард поклонился, взял букеты и вышел из магазина.

Третьим пунктом в плане Шепарда стояли подарки и цветы для старших трех дочерей и капитан вызвал наемный флайер, решив немного удалиться от района размещения медцентра и в то же время не дать себе удовлетворить искушение ринуться в торговый район, где были тысячи лавок и магазинов. Ему предстояло найти такие подарки, которые были бы по нраву его главным помощницам и сподвижницам.

Побывав больше чем в десятке лавок и магазинчиков, Шепард наконец нашел, что искал — коллекционное издание "Библиотека Вселенной" на трех сотнях кристаллов для Орианы, полное собрание "Юридическая библиотека. Межзвездное и планетное право и законодательство. Теория и практика. Следственная работа" на двух с половиной сотнях кристаллов для Миранды и только только вышедшую в свет ужасающе малым тиражом всего в пятьдесят экземпляров "Библиотеку культурного наследия Млечного Пути" на пяти сотнях кристаллов для Лиары.

Шепарду с большим трудом удалось убедить продавцов в том, что он не претендует на подарки и не возьмет столь ценные и объемные издания бесплатно. В результате длительных переговоров, которые пришлось вести в каждом книжном магазине, Шепард смог настоять на своем и согласиться приобрести все три издания не меньше чем за шестьдесят процентов от продажной цены каждого. Конечно же, капитан не забыл и выбрал букеты для всех троих — именно те земные и азарийские цветы, которые так нравились каждой из трех его старших дочерей.

Уложив покупки в багажное отделение флайера, капитан устроился за управлением и машина легко преодолела расстояние до медцентра. Еще на пути к палате Шепард отметил необычные улыбки на лицах хорошо знакомых ему азари-медсестер и некоторых врачей. Только открыв дверь в палату Бенезии он понял, в чем была их причина — матриарх и все четверо малышек уже были там. Малышки спали в своих колыбельках, закрытых прозрачными воздушными пологами, а Бенезия стояла у окна совершенно в той же позе, в какой она стояла тогда, в тот памятный вечер признания.

— Бена... — тихо позвал Шепард, подходя и протягивая любимой букет цветов, взятый с транспортера в холле медцентра. — Спасибо... Спасибо за дочерей... — он обнял подругу, стараясь не причинить малейшего неудобства.

— Пойдем, взглянем на них, Джон. — просто и также тихо сказала Бенезия, поворачиваясь в обьятиях капитана и целуя его. — они столько времени ждали встречи со своим отцом.

Вдвоем они подошли к колыбелькам и долго стояли, глядя на спящих малышек. Шепард посмотрел в глаза матриарха и медленно потянул из кармана шкатулку с малым гарнитуром — браслетами и кольцами. Раскрыв ее, он достал большой браслет и надел его на запястье левой руки Бенезии, после чего надел на безымянный палец левой руки азари кольцо. Открыв в шкатулке второе отделение, он вопросительно посмотрел на Бенезию, но та, окинув взглядом представленный ей комплект, взяла все четыре браслета и со словами "Нарекаем вас, дети наши" замкнула кольца браслетов на пухленьких ручках дочерей. Зеленоватое свечение каждого браслета подтвердило, что обновка закреплена надежно и синевато-беловатые молнии, побежавшие по каждому браслету, в первый раз сложились в имена. Выбор был сделан — малышки получили свои имена и выбор матери ничем не отличался от выбора отца и старших дочерей.

— А кольца мы им наденем, когда им исполнится годик. А в десять лет они получат право на колье. — тихо сказала Бенезия, накрывая колыбельки воздушными пологами и отходя к креслам в уголке отдыха. — У нас есть еще двадцать минут до возвращения старших дочерей. Давай перетащим сюда все подарки и отпустим машину. — она заговорщически усмехнулась.

— А ...

— Мне? Можно. Даже полезно будет выйти в парк медцентра. Так что — идем, Джон. — она решительно потянула мужа к выходу из палаты. Обменявшись приветственными кивками с медсестрами этажа, супруги сели в лифт и вскоре грузили на маленькую автотележку все подарки с букетами. Отпустив флайер, они на грузовом лифте поднялись к себе на этаж и вскоре все было укрыто в обьемистых встроенных шкафах палаты. Закончив разбираться с разгрузкой тележки, Джон и Бенезия сели в кресла.

— Уф. Успели. — усмехнулась азари.

— Ага. А нам, значит, втык от твоего лечащего врача получать на троих. — стройный хор самых знакомых голосов раздался от дверей палаты. — Пять минут мораль читала, — продолжила на правах старшей дочери Лиара. — а ведь эту мораль ты должна была слушать, мама. Ну кто тебя просил таскать все это?

— Во-первых, дети, садитесь. — Бенезия взглядом указала на свободные кресла. — Во-вторых, то что вы обозначили словом "это" — не валуны в каменоломне, а знаки самого ценного внимания. И в третьих, Джон прекрасно решил проблему наречения ваших младших сестер, девочки. — она встала и открыла воздушный полог. — Сами взгляните. — она сделала приглашающий жест и Лиара, Миранда и Ориана подошли к колыбелькам вплотную. Бенезия со своего браслета зажгла имена на браслетах малюток. Шепард получил возможность открыть несколько шкафчиков и, пока женщины вполголоса обсуждали какие-то дальнейшие планы относительно малышек, смог сгрузить на столик все полагающиеся подарки и букеты. — А в четвертых, — Бенезия обернулась, уловив, что ее супруг закончил приготовления. — все, что я так рьяно грузила, предназначено не только мне, но и вам. Наделяй, Джон. — она прикрыла колыбельки воздушным пологом и отошла, чтобы подавать мужу очередной подарок и букет.

— Папа, это... Это же настоящий раритет! — младшая Ориана не могла поверить, что редчайшая "Библиотека Вселенной", изданная всего в сотне экземпляров — в ее руках и принадлежит ей. Она буквально повисла у Шепарда на шее, зацеловав и чуть не задушив его в своих обьятиях. Шепард едва смог сделать несколько шагов к столику, чтобы вручить младшей дочери и выбранный для нее букет.

Миранда, получив свой подарочный комплект кристаллов и букет, с жаром расцеловала отца и сразу же убрала укладку в свой кейс.

Лиара несколько секунд рассматривала свой подарок, затем подошла к отцу, обняла его биотическим сиянием и приникла к его груди, прошептав "Спасибо, пап... Ты знал, знал, а не просто угадал".

На этом вручение подарков завершилось и семья собралась в уголке отдыха, вполголоса обсуждая дальнейшие планы.

— Ну чего тут обсуждать?! — сказала Лиара. — Ясно же, что мама должна провести в медцентре еще две недели, чтобы малышки получили все необходимые прививки и полностью адаптировались. А потом... Совет матриархов уже прислал уведомление, что маме, папе и всем нам, девочки, выделены квартиры в элитном жилищном комплексе "Сияние". Малышки переедут в квартиру мамы, там отпразднуют первый год своей жизни, сделают первые шаги, скажут первые слова, освоятся...

— Ли, ты прекрасно расписала про всех. А ты? — спросила Ориана.

— Я? — Лиара вопросительно посмотрела на младшую сестру.

— Да, ты. Надеюсь, на Точку не рванешь? — спросила, перехватывая инициативу, Миранда.

— Хотела бы... — притворно стушевалась Серый Посредник, — Да разве от таких красавиц, — она взглядом указала на колыбельки, — можно убежать? Нет, я останусь с мамой, разве что изредка буду ненадолго улетать на Точку. А вы, Мира и Ори, будете меня заменять на это время.

— Значит, решено. Так и будет. — сказал Шепард. — Ориана, Миранда. Пока что вам лучше всего заняться обустройством ваших квартир в "Сиянии". Номера в медцентре надо будет освободить сегодня к вечеру, насколько я понял, во всех квартирах есть уже минимум вещей и мебели, так что на первое время хватит.

— Джон, ты опять не понял? — тихо спросила Бенезия.

— Что именно, Бена? — недоуменно посмотрел на жену Шепард.

— Ты так активно их спроваживаешь, поскольку наступает время кормления?

— ...

— Джон, малышки жутко проголодались. Да, азари могут в таком нежном возрасте подолгу обходиться без материнского молока, но в моем случае мне одной справиться будет трудновато. Даже простой помощи Лиары может не хватить — их ведь четверо. К тому же, Джон, многого в Экстранете и в ваших земных книгах об азари не пишут, равно как вы многое тоже не пишете в открытых источниках о людях. Дело в том, что согласно традициям и законам биологии азари, старшие дочери выкармливают младших своим грудным молоком, помогая матери, если в силу разных причин у нее не хватит молока. В такие моменты молоко матери и старшей дочери становится идентичным по составу и свойствам. Лиара об этом знает. Это все я говорю для вас, — матриарх прямо взглянула на Ориану и Миранду. — Джон останется как отец, мне будет важно его присутствие. Кормить малышек надо три раза в день и поэтому мне нужно будет ваше, Ориана и Миранда, присутствие в эти две недели. А о гостинице не беспокойтесь — я оплатила аренду номеров на ближайший месяц и никого не стеснила. Лиара...

— Поняла, мам. — Серый Посредник заблокировала входную дверь палаты и опустила плотную непрозрачную занавеску на большое окно палаты. Вспыхнули приглушенным светом софиты, выравнивая освещенность. — Тебе будет удобнее на кровати, мам. — она подошла к Бенезии, помогла ей встать и пройти до кровати, затем вернулась, подошла к колыбелькам, открыла воздушный полог и легко взяла на руки двух малышек. — Пап, ты должен сам передать их маме. Такова традиция. — вполголоса сказала Лиара. — Возьми, поддержи головку. — она поправила руки отца, обнимавшие тельце новорожденной, затем взяла на руки вторую сестру и подождала, пока Джон донесет первую малышку до кровати, где Бенезия уже достала грудь.

Вскоре малышка удовлетворенно затихла, насыщаясь, а Джон вернулся к Лиаре и так же передал Бенезии вторую малышку, которая сразу приникла ко второй груди матриарха. Десять минут в палате царила тишина, затем Лиара взяла из рук Бенезии старшую сестричку, уложила ее в постельку, а Джон уложил в постельку вторую старшую малышку. Пока он закрывал воздушный полог, Бенезия помогла дочери обнажить грудь и приняла из рук Джона третью малышку. Через несколько минут малышка недовольно скуксила личико — молока матери ей явно не хватало и Лиара приложила маленькую обжору к своей груди. Шепард передал жене самую младшую малышку. Ей материнского молока хватило уже немного дольше, Лиара успела насытить первую младшую и приняла самую младшую, передав третью малышку отцу.

Ориана и Миранда молча смотрели на происходящее, стараясь не показывать обуревавшие их эмоции и чувства. Наконец все четыре малышки удовлетворенно засопели в своих постельках под надежным теплым воздушным пологом. Вернувшись из туалетной комнаты, Бенезия и Лиара выпили травяные настои, извлеченные из подогревателя в стерильных сосудах.

— Бена, а можно мы потом, на следующих кормлениях поможем вам? — спросила Миранда, переглянувшись с Орианой. — Все две недели вашего пребывания здесь.

— Можно. Только кормить, сами понимаете, малышек можем только я и Лиара. — сказала матриарх. А помощи мы всегда будем рады. Эти настои помогают сохранить лактацию и дают возможность организму перезарядиться. Но после них всегда тянет в сон, так что если вы не против, я с Лиарой сейчас часика три поспим, чтобы адаптироваться к предстоящим нагрузкам, а потом мы сможем снова встретиться и переговорить. Все равно следующее кормление — только через восемь часов. Джон, останься, пожалуйста.

— Конечно, Бена, Ли. — Шепард встал. — Я провожу девчат и вернусь.

— Недолго. — предупреждающим тоном сказала матриарх. Шепард кивнул и вышел следом за старшими дочерьми.

— Пап, для меня это — очень важно. Я, полагаю, понимаю, почему матриарх хочет, чтобы мы и Мири помогли. Она хочет, чтобы и у нас с Мирандой были свои дети... как можно скорее. — сказала Ориана вполголоса.

— Согласна. Читать об этом можно без особого напряжения, но видеть своими глазами... — это слишком обязывающе. — тихо произнесла Миранда. — Мать и дочь выкармливают малышек вдвоем, не делая между ними никаких различий... Это производит сильное впечатление... Нам, людям, очень повезло установить тесный контакт с такой расой, как азари.

— Ты еще про Явика вспомни, Мири. Это ведь протеане стремились сделать из азари совершенных существ. И, несмотря на внеплановое появление Жнецов, они немало в этом преуспели. Если бы не появление нас, людей, то азари надолго бы сохранили статус сильнейшей расы Галактики, пусть даже только в некоторых областях.

— А сейчас они усилятся еще больше, девчата. — сказал Шепард, вызывая лифт. — В союзе с нами. Важно, что теперь все азари встретят новый день без страха, без ожидания гибели или мучений, зная, что такая победа могла быть одержана только союзом равноправных рас. — Ждем вас. — сказал он и нажал клавишу разблокировки дверей кабины. — Отдохните.

— Обязательно, па. — сказала Ориана. Миранда только грустно и задумчиво кивнула, коротко взглянув на отца.

Когда капитан вернулся в палату, свет в ней был максимально приглушен. Бенезия и Лиара спали, обнявшись и укрывшись одним покрывалом на двоих. Шепард тихо, на носках прокрался к уголку отдыха и с наслаждением откинулся на спинку кресла, устраивая голову для короткого глубокого сна. Вскоре он забылся чутким сном, поставив внутренний будильник на пробуждение через четыре часа.

Две недели пролетели как одно мгновение. Миранда и Ори совершенно освоились с ролью помощниц, помогли медикам центра успокоить малышек, получивших полный комплект всевозможных прививок, превратили палату в почти полное подобие роскошного гостиничного номера. Шепард, Бенезия и их дочери на следующий день хотели уже переезжать в "Сияние", но Лиара как всегда узнала по своим каналам первая...

— Пап, я понимаю, звучит не слишком, но Джеф с Сюзанной привели на Тессию "Нормандию". — смущенно потупилась Серый Посредник, пока Бенезия разговаривала с лечащим врачом в ее кабинете.

— Ли, Сюзанна — капитан, а Джеф — лучший пилот. Почему бы им и не привести сюда нашу птичку? Это же такой намек для Бены! — неожиданно для старшей дочери заявил Шепард.

— Ага. И опять малышкам расти вне планеты? — Лиара все же не хотела снимать с себя озабоченность.

— Нет, конечно же. Лиа Ваэл, наши инженеры, Сюзанна, Джеф, их дети имеют право первыми познакомиться с нашими дочерями. Да и весь остальной экипаж и команду нельзя лишать такого. Это будет только на пользу — новички не будут чувствовать себя отделенными от истории нашего прежнего состава. К тому же, если я не ошибаюсь, Габриэле скоро тоже рожать и, если Кеннет не возражает, то она вполне может родить на Тессии. И сегодня, если ты не забыла, первый день, когда малышки могут, наконец, покинуть стерильную атмосферу медцентра и выйти на открытый воздух. Точнее — он заговорщически усмехнулся, увлекая старшую дочь в подсобку палаты. — выехать. — он указал на широкую четырехместную коляску на гравиприводе с резервными колесами на толстых шинах. — Взгляни, Ли.

Лиара минут пять критически изучала новый транспорт для младших сестер, потом, как всегда делала в таких случаях, подошла к отцу, молча обняла и поцеловала его.

— Ты как всегда знал, па. Малышкам и маме это подойдет. А за ручку смогут держаться все сестры. Это так сближает. Да и малышки смогут не только спать, но и играть в коляске все вместе. Места там хватит и для них и для игрушек.

— Ты права. Давай подождем маму...

— Я уже пришла... — в дверях подсобки возникла Бенезия. — Джон, это... Это такая красота! — матриарх обошла вокруг коляски, прикоснулась к матерчатым пологам и гирляндам погремушек. — Я даже не буду спрашивать, как тебе это удалось достать...

— Скажу сразу — достать удалось быстро, а вот довести до ума... — улыбнулся капитан, обнимая супругу. — давай выкатывать в палату, сама положишь дочек.

— Ага. Только вот спать они явно не захотят пока что в таком чуде. — улыбнулась матриарх. — Вокруг же будет столько интересного. Но зато им будет удобно здесь и безопасно — никуда вылезти не смогут. Пусть знакомятся со своей родиной, Джон. — она подождала, пока муж и старшая дочь выкатят коляску в палату, открыла полог и перенесла всех четверых малюток в их новый транспорт. — Ну вот, я же сказала. — улыбаясь, заметила матриарх, наблюдая, как дочки, уцепившись ручками за бортики, крутят головками во все стороны. — Они уже начали знакомиться. Ведь так полно палату они еще не видели. Поехали? — она взялась за ручку коляски, положив на свою правую руку левую руку капитана. — Лиара, зови Ориану и Миранду и поехали! Пока мы дойдем до выхода, Ори вполне успеет подойти из номера.

— Конечно, ма! — Лиара уже набирала недлинный текст на инструментроне. — будет вовремя.

Вместе с Орианой и подошедшей из местного информационного центра Мирандой они пересекли внешнюю границу основных стен медицинского центра и вышли в большой парк. От стоянки флайеров к ним уже направлялась целая толпа. Впереди шли со своими детьми Джеф и Сюзанна, за ними — Лиа Ваэл с мужем и детьми, рядом с ними были оба инженера. Они обступили коляску плотным кольцом, пропустив вперед детей. Таира, как старшая азари из детей, первая взяла над ними шефство. Малютки оказались погружены в океан восторгов, радости, смеха и довольства. Никто из них не проявлял и малейших признаков желания заплакать или хотя бы нахмуриться.

— Бена, а как их имена? — спросила Лиа, разрешив своим детям передать малышкам новые игрушки-погремушки.

— Амала, Виджина, Нерда и Эндис. — сказала с нескрываемой гордостью Бенезия. — У нас даже споров не было, как кого назвать. Да еще вон видишь, у каждой на руке браслет. На нем закодировано имя каждой леди-красавицы. Кто будет достоин, тому она сама его молча покажет. А вот когда им исполнится годик, тогда они получат и колечки из того же гарнитура на пальчики. Тоже с именами Позднее они обзаведутся и именными колье. Все вещи — доработанные азарийскими мастерицами, они уникальны, единичны. Все это — подарки моего Джона. — она обняла мужа и прижалась к нему. — Вижу, ты уже нацелилась на Эндис... Ладно, бери ее на руки. Ей будет приятно, тем более, что тебе уже не нужно носить этот шлем со стеклянным забралом. А скафандр у тебя остался как церемониальная одежда. Ничего, Эндис поймет. — матриарх с улыбкой смотрела, как младшенькая доверчиво обнимает стройную и высокую Лиу за шею, пытаясь что-то ей прошептать. — Вот и познакомились. Сюзанна, не стесняйся, бери тоже на руки. — она с улыбкой посмотрела на ИИ корабля, игравшую с тремя малышками в ладушки. — Вон как на тебя Нерда смотрит просяще. Ты ей явно понравилась. — Сюзанна кивнула и подхватила первую младшую дочь на руки. Кроха с улыбкой занялась предложенной ей небольшой игрушкой, чувствуя себя на руках киборга так же безопасно, как и в коляске. — Илдр, да не жмитесь, на вас вот Вирджина смотрит с таким кокетливым выражением... Сразу видно — опытный отец — и игрушку новую припас. — улыбнулась Бенезия мужу Лиы Ваэл. — А тебе, Джеф, как всегда достается старшая. — она видела, с какой радостью Амала протянула обе ручки навстречу склоняющемуся к ней шеф-пилоту легендарного фрегата. — Давайте пройдемся по обводной аллее, прогуляемся, поговорим. Пойдем медленно.

Малышки угомонились на руках спутников и спутниц Шепарда и его семьи. Группа неспешно продвигалась по широкой обводной аллее парка, не обращая особого внимания на вполне понятное изумление пациентов, медсестер и врачей.

— Джеф, ты таки не утерпел. — с долей укоризны сказал Шепард, когда пилот с Амалой на руках смог подойти к нему поближе.

— Я бы утерпел, но, как мужчина, я люблю логику, а тут Сюзанна мне настолько логически пояснила допустимость и необходимость такого шага, что у меня контраргументов просто не нашлось. Да я и сам хотел, а команда, требуя скорейшего прибытия на Тессию, мне чуть осаду рулевой рубки не устроила. Кстати, капитан...

— Ладно, ладно. Только потому, что старпом и ученый секретарь фрегата здесь, я соглашусь на эту авантюру. Небось и транспорт пригнал.

— А то как же. Пассажирский челнок в полной готовности. Мы прилетели на нем и на обычном, грузо-пассажирском.

— Бена?!

— Слышала, слышала. Только ради такого дня я согласна — малышки вполне выдержат, им это будет приятно и полезно, да там будет и старшим детям легче уследить за ними. Никуда они на борту нашей птички не денутся. Согласна. Давайте, Джеф. Идемте к вашему пассажирнику.

— С удовольствием, Бена. — пилот легко кивнул матриарху и та улыбнулась ответной, полной довольства и спокойствия улыбкой.

На главной палубе Шепарда и всех его спутников встречал весь без исключения экипаж. Несколько десятков минут новички из экипажа и команды знакомились с малютками, после чего разошлись по рабочим местам — даже на стоянке в порту первого класса фрегат продолжал оставаться объектом постоянной заботы и внимания.

Сюзанна первая вернула Нерду в коляску и, кивнув Бенезии, отправилась в свой очередной обход корабля. Лиа с трудом отлепила от себя Эндис и, подарив своей знакомой новую игрушку, спустилась в инженерный отсек, обменявшись красноречивыми взглядами с мужем, который извиняющимся взглядом коснулся глаз Вирджины, посадил кроху в коляску и побежал следом. Рядом с коляской остались только дети Сюзанны и Джефа. Пилот корабля вернулся в рубку — надо было уточнить навигационную обстановку.

— Пап, я должна вернуться к себе в каюту. — сказала Лиара. — Оттуда я смогу поработать более эффективно, создать большие заделы на будущее.

— Конечно, Ли. Иди. — Шепард кивнул и Серый Посредник исчезла в полумраке лестничного марша. — Мири, ты чего? — он только сейчас увидел, как Миранда еле сдерживается, вытирая глаза уголком платка. — И у тебя такое же счастье будет. И мы тебя так же с твоими всеми детьми встретим здесь и они будут расти здесь спокойно и свободно...— капитан обнял старшую дочь. — Да не сдерживайся ты, поплачь... Легче будет. — он гладил ее роскошные черные волосы и продолжал шептать ей на ухо самые простые, но столь необходимые его второму ребенку слова. — Успокойся, ты обязательно выполнишь данное Джейкобу обещание и станешь мамой не менее уникальных детей. Это я тебе гарантирую. Будут у тебя две дочки и два сына, красавицы и красавцы писаные, умницы и умники. И будут у тебя внуки и внучки, правнуки и правнучки. Это — только твой тыл, Мири, ты сама его сделаешь таким, каким пожелаешь. Никто перечить не будет. — он кивнул подошедшему Джейкобу. — Мири, все у тебя будет хорошо. Теперь — точно будет. И твои дети не увидят и сотой доли тех страданий и зла, которые мы от них отодвинули в прошлое. Они будут счастливы, Мири.

Вот и хорошо, вот и слезы уже не капают. Давай, протру тебе глаза и взгляни на Джейкоба. Он хочет видеть твое спокойное лицо, Мири. И я тоже очень хочу. — он протер уголком платка заплаканные глаза дочери, стер "дорожки" с ее прекрасного лица. — Вот и хорошо. А ты меня еще спрашивала, почему косметика не нужна тебе. Потому и не нужна. Ты и без косметики прекрасна. Особенно, когда успокоилась. Ведь успокоилась? — Миранда, всхлипнув, кивнула. — Вот и хорошо. Вот и славно. — капитан разомкнул обьятия, но не торопился отодвигаться. — Я Уильямс напишу, она пошлет группу Спектров разбираться с остатками твоих клиентов.

А тебе пора заканчивать травить душу. Будешь сидеть на Цитадели с Джейкобом в обнимку и под контролем Эшли получать только положительные эмоции. — он взглянул в лицо своей старшей дочери. — Действительно, Мири. Хватит. Ты же не простой следак, ты Верховный следователь, тебе нужно заниматься стратегией, планированием, прогнозированием. А не бегать как простой пехотинец... Вот и будешь. А Джейкоб сможет наконец дооборудовать фрегат более глубоко. Он давно это хочет сделать. А пока фрегат будет в доке, он уделит полное и исключительное внимание тебе одной. — говоря все это, Шепард неуклонно вел повисшую на нем Миранду к каюте, занимаемой семьей старпома. — Садись, выпей вот воды прохладной. — он усадил дочь в кресло и подал кружку с водой, удерживая ее у губ девушки. — Молодец. — он присел в кресло, стоявшее напротив, взял руки Миранды в свои. — Мири, у тебя все будет хорошо. Ведь это — твое будущее. Твое, Джейкоба и ваших совместных детей. Для меня оно — тоже свое, но уже — настоящее, а у тебя — будущее. И ты должна уже сейчас перестраиваться, поскольку очень долго, целый год ты будешь нужна своим и только своим детям. Джейкоб поможет тебе во всем, а мы все поможем вам обоим. А там и Ориана подтянется, найдет себе пару и станет многодетной мамой. — он уловил, как в каюту вошла третья старшая дочь. — А вот и она, кстати. Ори, подключайся, успокой Миранду. — он встал. — Джей, можно тебя...

— Конечно, Джон. — оружейник вышел следом за капитаном из каюты и прикрыл дверь.

— Джей, почему Миранда постоянно плачет? Как ни встречусь с ней, у нее глаза на мокром месте.

— Она изо всех сил пытается потеряться в работе, Джон. Мы прочистили уже больше семидесяти процентов Галактики, нашли почти все основные станции и базы, но ее — не остановить. Я уже просто опасаюсь ей возражать — она не дает даже рта раскрыть. Боюсь только, что за этими тридцатью оставшимися процентами она найдет еще пятьдесят и эта чистка рискует затянуться, истощив Мири окончательно. Так полно истощив, что у нее сил на обычную жизнь просто не окажется. Да и постареет она изрядно. Ты прав, ей надо завязывать с подобной нервотрепкой, это ее истощает. Только вот рядом с тобой она способна снять свою тяжеленную психологическую броню и предстать тем, кем она есть на самом деле — слабой и чувствительной девушкой, ждущей своего материнского счастья. Сам же видел — даже вдвоем со мной она — как сжатая пружина, практически не расслабляется. Вспомни ваш телевизит в нашу капитанскую каюту. Только увидев вас счастливыми, она смогла наконец без вашего непосредственного присутствия расслабиться... А потом снова натянула эту броню... Спим-то мы, конечно, вместе, но и там она слишком напряжена. Кому как не ей, офицеру "Цербер"а и правой руке Призрака знать, насколько коварен и изворотлив этот трехглавый монстр... — с болью в голосе тихо проговорил Джейкоб, отойдя от двери на порядочное расстояние. — Ты прав, Джон, туда надо засылать беспощадных Спектров. Это для них будет и тренировка, и возможность для полномасштабного боевого применения, и есть вероятность нахождения технологий, которые нам еще пригодятся. Скажи, ты действительно веришь, что Мири способна будет остаться надолго на Цитадели?

— Если ты, я и Уильямс настоим на этом — без всяких сомнений. Уильямс прикажет, а мы — попросим и обеспечим ей спокойную гавань. Хоть она и проживет больше трехсот лет, но первых детей она должна родить пока молодая даже по человеческим меркам, Джей. И в этом тебе — первая скрипка и главная роль. — Шепард отправил со своего инструментрона сообщение для Уильямс с полным описанием ситуации и рекомендациями. — Я со своей стороны дал Уильямс возможность изменить ситуацию. Распорядись, как капитан, чтобы фрегат был поставлен на дополнительную процедуру длительного дооснащения.

— Сделаю. — Джейкоб набрал на своем инструментроне недлинный текст. — Выполнено. Мои рекомендации они знают и уже приступили к выполнению. На полтора года фрегат заблокирован. Уильямс уже прислала свою марку-согласование.

— Давай, пока Сюзанна и Джеф в рубке, пройдем туда, согласуем с ними?

— Давай. — согласился Джейкоб и они направились к лифту.

В рубке царила обычная рабочая обстановка. Вьедливая Сюзанна в пятый раз проводила тестирование далеко не самых главных систем корабля, морщилась от недовольства и лезла в настройки, высвеченные на восьми дополнительных консолях, окруживших ее кресло второго пилота. Джеф занимался введением в память штурманского комплекса новых данных с поста навигационного обеспечения "Тессия-Главная".

— Джеф, тут надо бы вернуть Миранду на Цитадель. А потом вам всем кроме Джейкоба и Миранды — вернуться на Землю.

— Что, Джей... Таки решил применить план?

— Решил. — согласился Джейкоб. — Да и капитан прав — надо Миранде кончать бегать по базам и станциям с винтовкой наперевес. Она же следователь, а не пехотинец какой.

— Наконец-то ты внял голосу разума, Джей. — усмехнулся пилот. — Я ввел координаты. По новым данным будем на Цитадели уже завтра, где-то в районе одиннадцати утра. Ходовое, считая с момента ближайшего оптимального окна — пятнадцать часов двадцать шесть минут. С проколом. Через ретрансляторы будет дольше в полтора раза.

— Лучше проколом, Джеф. Уильямс уже распорядилась, фрегат "Немезида" поставлен на дооснащение и его заблокировали намертво.

— Даже сильнее, чем нас тогда? — усмехнулся пилот.

— Сильнее, Джеф. Сильнее. — подтвердил Шепард.

— Так когда Мири будет на борту? — осведомился Джокер.

— Полагаю, что уже сегодня вечером. Ориана пока останется, она поможет Бене вместе с Лиарой. Да и Миранде будет спокойнее, она будет знать, где сестра и чем она занята. Квартира в "Сиянии" все равно за ней останется, ей будет приятно прибыть и жить в ней уже после рождения своих детей. Кстати, Джеф. Как пилот, когда придет время, ты на "Нормандии" доставишь старпома на Землю. Ей будет необходимо родить всех детей именно там. О медцентре я позабочусь сам. А через полгода-год она с твоей помощью вернется на Цитадель, к своему любимому фрегату и своей обожаемой команде. Но только для того, чтобы действительно заниматься стратегией и оперативным планированием.

— Капитан, Джон... Вы так уверенно говорите о многодетности Миранды... — сказал Джейкоб. — Ваша убежденность на чем-то основана?

— Как говорили в старину, Джейкоб, это элементарно. — капитан развернул перед Джефом и Джейкобом свой капитанский ридер. — Она хочет иметь дочерей, ты хочешь иметь сыновей. Но здесь надо соблюсти равенство. — он развернул часть медицинских карт Джейкоба и Миранды, дал возможность Джефу и Джейкобу вчитаться. — Мысль ясна?

— То есть Миранда... — Джейкоб неверяще еще раз перечитал недлинные тексты и просмотрел схемы.

— Родит девочку и мальчика с белой кожей и девочку и мальчика с черной кожей. Только тогда она будет спокойна и уверена в их и вашем с ней и с ними совместном будущем, Джейкоб.

— Действительно... — задумчиво произнес Джеф. — Джейк, это такой вариант...

— Вы... вы прочитали мои мысли, капитан... — сказал потрясенный оружейник.

— Нет, читать мысли я не умею и не стремлюсь. Просто так будет лучше и для Миранды и для вас, Джейкоб. Вы же сами говорили, что справитесь лучше чем ваш отец. Вот и воспитаете сына и его сестру. Вот вам и все возможности в руки. А Миранда будет счастлива, воспитывая свою полную копию и ее брата. А дети, вырастая с рождения рядом и вместе, не будут разделять друг друга по расистским меркам, смогут немалому друг у друга научиться. У каждого из вас будет возможность воспитать их по собственному разумению, дав им единство с колыбели. Не только кровное, но и духовно-нравственное. Джей, никто не отрицает, что кое в чем воспитание будет отличаться, но в целом никаких противоречий и опасностей не предвидится.

— Чудно, капитан. Вы так уверены в единении... — произнес Джейкоб, задумавшись.

— Мы за это единение воевали, Джеф. — серьезно сказал Шепард. — За то, чтобы белый парень никогда не измывался над чернокожей сверстницей, а мог бы стать ее рыцарем и супругом, верным и любящим отцом ее детей. За то, чтобы для белой девушки ее шоколаднокожий сверстник был завидной и безопасной партией, был другом и защитником, мужем, верным и нежным отцом всех ее детей, какой бы цвет кожи у них ни был. За то, чтобы в будущем не было возможности взорвать человечество изнутри, используя расовые предрассудки и пережитки. За то, чтобы никакие черные гении не смогли обьявить какую-либо часть населения Земли и Солнечной системы неполноцеными особями, годными только для варварских опытов. Если уж Миранда сохранила, несмотря ни на что, верность и преданность вам, Джейкоб, когда вас разделяли должности, звания, допуски, уровни и всякие другие условности... Разве это не показатель того, что она, как женщина, уже тогда, с самого начала посчитала такой вариант событий едва ли не самым оптимальным? Несмотря ни на какие различия, Джейкоб, вы с Мирандой едины, а значит будут едины и ваши дети. Все ваши дети, Джейкоб.

Не нашедший что ответить, оружейник только молча благодарно кивнул капитану, уловив одобрительный взгляд Джефа. Капитан кивнул в ответ, обойдясь без улыбки и сохранив серьезность.

В этот момент в рулевую рубку вошла Миранда. Пройдясь взглядом по лицам капитана, мужа, Джейкоба и Сюзанны, она быстро схватила суть ситуации и, подойдя к Джейкобу, крепко обняла его, поцеловав прямо в губы.

— Джей... Я все знаю и согласна. Рада, что вы так подробно и четко все обсудили, друзья. Если уж у Сюзанны не нашлось возражений, то этот вариант заслуживает самой полной реализации. Я даже не буду возникать и возмущаться тем, что вы отобрали у меня фрегат и приковали к Цитадели. Я действительно всегда хотела, чтобы у нас сложилось все именно так: четверо детей, два мальчика и две девочки. Как бы там ни было, это все будет реализовано и я... Я очень рада и счастлива. — Миранда не снимала свои руки с плеч Джейкоба. — Джеф, планируй отлет на десять вечера. К этому времени Ориана привезет мои вещи на борт. В половине одиннадцатого, если я правильно поняла увиденный мной график "окон", мы сможем безопасно улететь, не нарушая расписания.

— Да, мэм. — Моро обернулся, не вставая с кресла и прикоснулся пальцами к козырьку своей неизменной кепки. — Будет сделано. Рад за вас.

— А я — за всех вас. Без малейшего исключения. — улыбнулась своей полной и спокойной улыбкой Миранда. — Спасибо... Всем вам. И еще. Я говорила с Габриэлой, она решила рожать на Земле. Так что первая, кто подарит жизнь новому земному поколению членов команды и экипажа нашего фрегата буду не я, а она. Но я этому очень рада. Габриэла заслужила материнское счастье. И она уже решила, что никому не отдаст свою должность инженера Нормандии. Кеннет с ней согласен полностью. Лиа подтвердила, что отсутствие Габриэлы в инженерном отсеке будет только временным явлением и она спокойно справится одна, ведь Кеннету надо будет уделить жене самое полное внимание. Я рада, что и в экипаже фрегата налаживается такая положительная и значимая традиция — мы сами готовим себе смену, чтобы наш корабль жил как можно дольше.

Лиара, Бенезия, Джон и Ориана проводили взлетавший фрегат, стоя с детьми на балконе космопорта "Тессия-центральный". Малышки зачарованно смотрели, как бело-голубая птица величаво и медленно поднялась из дока, развернулась, принимая ориентировку вектора старта и ухода на взлет, после чего неспешно набрала скорость и, прощально промигав кормовыми огнями, скрылась среди звезд, сиявших на ночном небе столичной планеты Азарийского пространства.

Пока они дошли до стоянки транспорта, малышки уснули и не проснулись даже тогда, когда оказались в постельках детской комнаты в квартире Бенезии. Джон, Ориана и Лиара собрались рядом с кроватками, пока Бенезия готовила легкий ужин.

— Вот теперь и Миранда ощутит полноту бытия... — с плохо скрываемой радостью удовлетворенно проговорила Лиара. — Джейкоб ее достоин, он это доказывал неоднократно. Наконец-то и он станет отцом, будет воспитывать своих и только своих детей так, как они вдвоем этого захотят. — с ее губ не сходила счастливая улыбка.

— А малышки с честью выдержали первый выход в большой мир. Джеф прав, надо было привести фрегат на Тессию именно в этот день. Показать новой команде и новому экипажу детей, рожденных капитаном и матриархом азари, доказать, что единение возможно и необходимо и на этом уровне. — сказала Ориана.

— А уж как были счастливы дети Лиа и Сюзанны... — улыбнулась вошедшая матриарх. — Четыре красавицы-азари — прекрасное пополнение нашей команды и нашего экипажа, их второй части, которая, когда подрастет, вполне возможно, придет на смену нам. — матриарх смахнула уголком платка выступившие слезы. — Лиара, не тревожься, это так... возрастное... — успокоительно заметила она. — Я уже в порядке, правда. Джон, может, через десять месяцев мы сможем прилететь на Цитадель и затем, на Земле встретить детей Миранды у входа в мир?

— Обязательно, Бена. — убежденно сказал под одобрительные улыбки Орианы и Лиары капитан. — Вне всякого сомнения. Миранда встретила вместе с Лиарой наших с тобой детей при их входе в наш мир, а ты с Лиарой встретишь детей Миранды. Так и будет. А Ориана вне всякого сомнения тоже будет рядом и поможет Миранде. Тем более что ты, Бена, станешь их бабушкой. Бабушкой для двух внуков и двух внучек. Одной из первых матриархов-азари, сумевших преодолеть стереотипы и ограничения, показать новые возможности для очень многих из твоего народа, Бена. А я, соответственно, наконец, стану дедом. Буду сидеть в кресле и брюзжать... "Молодежь, молодежь. Вот в наше время была молодежь... А это не молодежь... а так, одно название..." — Джон весьма похоже изобразил столетнего деда, стучащего клюкой по полу и шамкающего.

— Ой, не могу! — засмеялась Ориана... — Ты — и вдруг дед, шамкающий и стучащий клюкой? Да не будет такого никогда в обозримом будущем, папа! Ты же капитан Шепард! Герой Галактики и трижды победитель Угроз Галактического уровня опасности! Ты — и вдруг в кресле с клюкой, укутанный пледом, в валенках?! — К ее веселью присоединилась улыбающаяся Лиара. — Ты что, забыл, что тебя ждут на десяти-двадцати планетах члены нашего старого состава экипажа и команды? Ты что, забыл, что тебе нужно будет учить наших детей и внуков всему, что им нужно будет знать, уметь, понимать и достичь в новом, будущем, чисто мирном, а не послевоенном бытии Галактики?!! Ты что, забыл, что благодаря Миранде мы теперь знаем о десятках новых звездных систем, ждущих своего первооткрывателя, которым просто обязан стать только ты, папа?! Да на это стариковское брюзжание и шамкание у тебя просто не останется времени, Джон! Это мы тебе полностью гарантируем!

— К тому же, Джон, позволь тебе тоже кое что показать. — Бенезия достала ридер и включив его, подала капитану. — Ознакомься. Текст маленький, самое главное — в конце.

— Так... Что тут у нас? — Шепард вчитался, затем его глаза трижды пробежали текст повторно. — Бена, твои медики-азари что такое высокоградусное и убойно-наркотическое пили, ели и вдыхали при проведении анализов? Или, может, кто хорошо хрястнул кувалдой по блоку электроники системной аналитики? От полноты эйфористических ощущений?!

— Пап, не томи, что там?! — сказали в один голос Ориана и Лиара.

— Что, что. Шутить изволят медики Азарийского пространства. — Шепард не знал, какой тон голоса избрать, но старался говорить спокойно. — они мне пообещали дополнительно триста лет жизни... Без учета уже достигнутого возраста. Быть такого не может!

— Джон, ты мне веришь? — серьезным тоном спросила Бенезия.

— Да. — сказал капитан. — Везде, всегда и до конца.

— Тогда поверь, что я сделаю все для реализации этого прогноза. Ты и я должны прожить достаточно долго, чтобы вывести в люди своих детей и внуков. А чтобы ты себе там не навоображал всякого, вот еще тебе информация. — она подала второй ридер. — Относительно меня.

С какой опаской брал капитан в руку этот ридер... Это надо было видеть собственными глазами. Его взгляд сразу впился в финальные строчки текста, затем трижды пробежал текст целиком.

— Бена, это... Это прекрасно, Бена! — он вскочил и обнял жену, запечатлев на ее губах нежный поцелуй. — Если так, то я... Я согласен. Снимаю свои подозрения и обвинения! Слава азарийской медицине и науке! — с чувством воскликнул он. — Тебе — слава, Бена!

Пока он обнимал жену, Ориана и Лиара добрались до обоих ридеров, перечитав тексты несколько раз. Спустя мгновение они обе обняли родителей.

— Ну вот, если с этим у нас все пройдет нормально, то можно будет сконцентрироваться на наших заботах и проблемах. Давайте отдыхать, девчата. Места в нашей квартире всем хватит. Выбираете себе комнаты и баиньки...

— Капитан, мы не поняли! — в один голос заявили Ориана и Лиара. — Вы нас прогоняете?!

— Эм. — Шепард обменялся вопросительным взглядом с Бенезией, та кивнула. — Разве я могу прогнать своих старших дочерей? Никогда и ни за что!

— Девчата, не волнуйтесь. — сказала Бенезия. — Малютки будут спать до утра, им надо переработать огромный обьем новейшей информации. Так что минимум семь часов спокойного сна у нас есть. Просыпаться они не будут. — несколькими нажатиями сенсоров матриарх вызвала из стены большую кровать. — Малышкам будет приятно ощущать нас всех вместе рядом с собой. Устраивайтесь.

Проснувшись за час до назначенного времени, Шепард скосил глаза вправо и влево. Лиара обнимала его, прижавшись к плечу и смешно посапывая. Ориана нежно и крепко обнимала Бенезию, которая в этот раз обошлась даже без легкого и слабого биотического сияния, ставшего привычной дополнительной тепловой защитой для спокойного сна. Взглянув на индикаторы состояния малюток, Шепард отметил зеленоватый свет кривых и успокоенно, задремал.

========== Глава 170. Рождение детей у Миранды — внуков и внучек Шепарда и Бенезии ==========

Комментарий к Глава 170. Рождение детей у Миранды — внуков и внучек Шепарда и Бенезии

Эта часть — последняя из числа тех, что посвящены послевоенному периоду и не были опубликованы ранее.

Я принял решение опубликовать все части повествования по послевоенному периоду до наступления Нового 2015 года.

В дальнейшем будут добавлены несколько частей по истории столкновения с Жнецами.

После этого фанфик уйдет в полную переработку.

Благодарю всех, кто прочитал, кто оставил отзывы. Вы мне очень помогли.

С наступающим Новым годом! Успехов и спокойствия!

Год пролетел незаметно. Амала, Виджина, Нерда и Эндис в совершенстве освоили передвижение на двух ногах и теперь четыре маленьких вихря-непоседы целыми днями и вечерами носились между квартирами родителей и старших сестер — Лиары и Орианы. Администрация "Сияния" пошла навстречу и в распоряжении семьи героя Галактики оказался целый уровень-этаж. Для маленьких азари было создано настоящее безопасное раздолье, чему они были несказанно рады.

Миранда выполнила принятое раньше решение — она резко сократила свои вылеты с Цитадели, отдавшись целиком и полностью изучению разведданных, разработке стратегии и тактики дальнейших операций, направленных против "Цербера". Теперь базы и станции "Цербера" зачищались полностью и без остатка. Мало кому из сотрудников ""Цербера" удалось остаться в живых — следователи, поддержанные подразделениями десантников и Спектров, не щадили при боевых спецоперациях никого. Даже самые лояльные и малозамазанные в сотрудничестве с "Цербером" попадали в многоуровневое сито многомесячных интенсивных проверок.

Джейкоб взял на себя всю работу с оставленными в живых церберовцами, не позволяя жене прикоснуться к этой черноте.

Миранда смогла уделить себе намного больше времени и внимания, ведь в ней теперь развивались четыре молодых жизни. Вместе с Джейкобом она посещала концерты, выставки, просматривала по рекомендации мужа фильмы, много читала и полюбила заглядывать в саму себя, интересоваться мнением своей внутренней сути по множеству вопросов. Несмотря на некоторые ограничения и неудобства, она не захотела полностью взвалить на Джейкоба домашние и кухонные дела и подолгу экспериментировала с рецептурой и инградиентами, осваивая приготовление все новых и новых блюд. Ее большая двухуровневая квартира в элитном районе Цитадели сверкала чистотой и ухоженностью. Огромная детская ждала своих маленьких непоседливых хозяев и хозяек.

В элитном медцентре Цитадели Джейкоб и Миранда могли неоднократно воочию увидеть, как развиваются их дочери и сыновья. Доктор Хлоя Мишель и ее муж стали лечащими врачами Миранды на период беременности, а доктор Чаквас прислала свое официальное согласие стать лечащим врачом Миранды на период родов, сопроводив его коротким личным письмом для Миранды. Джейкоб был счастлив и рад, что за здоровьем его жены будут наблюдать столь хорошо знакомые и высокопрофессиональные специалисты, которым он безоглядно доверял. Миранда успокоилась еще больше, зная, что уж докторам Мишель и Чаквас она может довериться полностью. Несколько раз в качестве дополнительного консультанта выступила и Светлана Юльева, прибывшая под легендой из клиники на нововосстановленной станции "Арктур". Там она работала приглашенным консультантом, а о ее действительном месте работы не знал никто, несмотря на статус и возможности станции.

Наступил день, когда по рекомендации доктора Мишель Джеф Моро привел легендарный фрегат на Цитадель, чтобы отвезти Верховного Следователя Совета Цитадели и старшего помощника капитана "Нормандии" на Землю, в элитный медцентр. Экипажи обоих фрегатов — "Немезиды" и "Нормандии" выстроились в именном доке лучшего фрегата Галактики, чтобы поприветствовать Миранду Шепард и пожелать ей успеха. Миранда, поддерживаемая Джейкобом, прошла между строев экипажей фрегатов, не гася счастливой улыбки, поднялась по трапу на борт столь хорошо знакомого ей корабля и вошла в свою малую каюту, в которой ей предстояло пробыть все время пути на Землю.

"Нормандию" провожали до самой границы зоны станции юркие катера и яхты и Миранда испытала глубокое чувство удовлетворения, слушая многочисленные поздравления и пожелания всего самого доброго и наилучшего, звучавшие на десятках каналов и волн. Наконец Джеф выдал на экраны предупреждение, фрегат выполнил прокол, иллюминатор в каюте закрылся бронекрышкой и Миранда смогла сесть в кресло, давая себе возможность отдохнуть от вала положительных эмоций.

Вскоре вернулся ее Джейкоб, уходивший к Джефу и Сюзанне в рубку, она встала и вместе с мужем обошла весь без исключения фрегат, знакомясь с новинками и общаясь со ставшими ей родными и близкими членами экипажа и команды, как старого, так и нового состава. Время до Земли пролетело незаметно и, сходя по трапу к открытому кабриолет-флайеру, Миранда чувствовала волны доброты и участия, сопровождавшие ее до самой машины.

Джеф сменил пилотскую кабину фрегата на кресло водителя флайера и с шиком доставил Миранду с мужем прямо на пандус ко входу в приемное отделение Британского Центра материнства и детства. Белоснежные корпуса высились вокруг, образуя замкнутое, достаточно свободное пространство. Через несколько минут Миранда уже знакомилась с убранством предназначенной для нее и для ее детей палаты, а Джейкоб говорил с доктором Чаквас, уже получившей с Цитадели все необходимые медицинские документы и материалы. С разрешения Карин Джейкоб известил семью капитана о готовности Центра принять их в гостиничном комплексе. В тот же день Шепард, Бенезия и все их дети вылетели на транссистемнике на Землю. Миранда была очень рада пообщаться с самыми дорогими для нее людьми, ощутить, что несмотря на смену рода работы она по прежнему входит в состав экипажа самого известного корабля Галактики, что к ее мнению по-прежнему готовы прислушаться со всем вниманием.

Наступил день и Миранду проводили в родзал Центра. Вместе с ней порог закрытой для мужчин зоны переступила доктор Чаквас и все три дочери капитана во главе со своей мамой. Сам Шепард увлек Джейкоба за собой в предбанник, предполагая, что ожидание будет долгим. Присутствие капитана помогло оружейнику справиться с первой волной страха и настороженности.

Наконец доктор Чаквас вернулась из родзала и спокойным голосом сказала Джейкобу, что с Мирандой все в полном порядке — она родила четверых прекрасных детей. Тот только и смог пробормотать слова благодарности и расцеловать доктора, после чего ринулся с букетами цветов в послеродовую палату, где и состоялась его первая встреча с новорожденными детьми. Он был потрясен и обрадован выше любых мыслимых пределов: шоколаднокожие девочка и мальчик сразу покорили отцовское сердце, ведь они родились первыми, став старшими братом и сестрой. Миранда была предельно счастлива, не выпуская из рук другую пару близняшек, светившихся совершенной белизной кожи. Лиара, Бенезия и Ориана, как и обещали, встретили детей на входе в мир, приняли их на свои руки раньше врачей-землян.

Миранда, несмотря на очевидную и понятную усталость, просто лучилась от счастья и удовлетворения, видя и ощущая всех четверых здоровых и красивых дочерей и сыновей. Своих детей, детей ее и Джейкоба, который бережно обнял жену, расцеловал и преподнес красивый букет цветов, именно таких, какие она всегда любила. Небольшие букеты украсили и колыбельки сыновей и дочек, установленные рядом с кроватью, на которой возлежала Миранда.

— Имена выбрали? — спросил капитан у Джейкоба, только только спустившего с рук в кроватку свою шоколаднокожую старшую дочь, которая предпочла успокоенно заснуть на руках у отца, до этого побывав на руках у счастливой матери.

— Конечно. — ответил оружейник. — Она — Каролина. — он указал на заснувшую малышку, а она. — он кивнул в сторону сидевшей на руках у матери малышки. — Диана. Братец ее — Теодор, — он указал на малыша, спящего рядом со своей темнокожей сестричкой, а ее. — он указал на сидевшую на руках у матери малышку. — Ричард. И еще, капитан. Миранда и я... — он переглянулся с женой, ответившей ему на немой вопрос согласным кивком головы. — просим вашего согласия на то, чтобы все четверо носили вашу фамилию. Так же как и мы двое.

— Бена? — Шепард обратился к стоявшей рядом супруге.

— Я согласна. — просто сказала Матриарх, обменявшись ободряющими взглядами с Джейкобом и Мирандой. — Все же это — наша дочь, зять и внуки с внучками. Пусть будет так.

— Тогда я тоже согласен. Через день у нас регистрация, попросим так и записать. — сказал капитан.

— Так, с этим решено. — счастливо возгласили все в один голос.

Потом, после окончания камерной, закрытой для журналистов и посторонних официальной церемонии вступления детей в права гражданства Солнечной Системы, все взрослые между собой согласовали, что на целый год дети останутся с родителями на Земле, пройдут необходимые вакцинации, освоятся в родном для них мире. Джейкоб решил, что вместе с Мирандой и детьми в самое ближайшее время посетит множество дорогих для него и для жены мест на главной планете человечества.

Несколько первых месяцев Миранда провела все же в медцентре — доктор Чаквас со свойственной военным хирургам въедливостью старалась исключить даже намеки на опасности. Только ее желания и стремления становились для Миранды обязательными к немедленному и точнейшему исполнению. Только ее рекомендации она выполняла со всей последовательностью и полнотой. Карин была счастлива, получив в пациентки старшего помощника капитана легендарного фрегата. Они по вечерам в отсутствие мужчин, когда дети сладко спали в колыбельках под теплыми воздушными пологами, вели долгие разговоры. Миранда смогла узнать врача фрегата со многих неожиданных сторон и такая открытость Чаквас ей нравилась все больше и больше. Доктор Хлоя Мишель изредка принимала участие в их вечерних посиделках, но были дни, когда в полутемной палате оставались только она и Миранда. Мишель много рассказывала Миранде о своих детях, о том, как они росли уже после войны, как сейчас девочка и мальчик учатся в Марсианском молодежном центре подготовки кадров космической медицины, реализуя свою детскую мечту — встать рядом с родителями и продолжить их дело — спасать жизни, охранять здоровье и целостность живого разумного существа. Этой мечте они оставались верны всегда, несмотря на множество искушений и колебаний. И сейчас они уже были одними из лучших студентов-медиков на потоке.

Миранда смогла впервые за долгое время полностью сбросить с себя служебный и охранный психологические коконы, ощутить себя простым земным человеком, для которого существуют множество других интересов, потребностей и дел, совершенно не связанных со следовательской работой. Она находила редкое по глубине удовлетворение, когда кормила грудью своих малюток а рядом с ней находился Джейкоб — ее главная опора и помощник. Тот, кому она осталась верна с первой их встречи, кто никогда не сомневался в ней как в человеке, как в женщине, а не только как в офицере "Цербера" и правой руке Призрака, кто никогда не ставил ее перед выбором, способным полностью разрушить их взаимоотношения — или работа или я. Она любила наблюдать, как он, такой большой, осторожно берет на руки своих крохотных сыновей и дочерей, что-то шепчет им, не слишком умело укачивая, а они блаженствуют в его сильных и таких нежных руках, вслушиваются в его голос, вглядываются в его спокойное и доброе лицо. Совершенно неожиданно она увидела, насколько Джейкоб счастлив своим глубоко личным, индивидуальным отцовским счастьем, насколько он богат духовно, если дети, послушав в его исполнении сказку, засыпали быстро и глубоко и всегда ждали его ничуть не меньше, чем ее.

Джейкоб, убедившись, что его дети безопасно преодолели начальный период своей жизни, обрел абсолютную уверенность в том, что он никогда не вернется на службу в Альянс, останется только в составе команды и экипажа своего капитана. Миранда, знавшая, сколь долго он колебался, ведь ему, несмотря на службу в "Цербере", предлагали звание первого лейтенанта, быстрое продвижение по службе и, конечно же, приличный оклад со всем полагающимся соцпакетом, поддержала его решение и сказала, что тоже не будет работать нигде, кроме как на "Нормандии", "Немезиде" или рядом с Шепардом. Она, конечно, не пожелала прерывать свою деятельность Верховного следователя, но сразу сказала, что ее основной штаб-квартирой кроме Земли и фрегатов будет только Цитадель, рядом с Эшли Уильямс.

Капитан Шепард сквозь стекло иллюминатора взлетающего к транссистемнику пассажирского шаттла долго смотрел на них, стоящих с коляской на балконе космопорта "Кардиф-южный". Джейкоб обнимал Миранду и в первый раз за долгое время они оба выглядели абсолютно, совершенно, предельно счастливыми людьми, обретшими семейное и родительское благополучие.

Спустя ровно год Джеф Моро на "Нормандии" доставил Миранду с детьми на Цитадель, где ее прямо у трапа в именном доке встречал Джейкоб с огромным букетом цветов. Надо было видеть, с какой радостью сыновья и дочери, первыми слетев с крутого пандуса, облепили своего отца, получая небольшие, сделанные его руками подарки-безделушки, а девочки — еще и букеты любимых ими цветов.

Миранда утонула лицом в букете, что очень понравилось Джейкобу и он, подхватив ее под руку, кивнул благодарно Джефу и Сюзанне, стоящим на вершине пандуса у входного люка фрегата, после чего не спеша направился к выходу в залы прилета, сопровождаемый своими подросшими и окрепшими детьми. Он жадно прислушивался к их гомону, отвечал на водопад вопросов и сам задавал немало вопросов им, самым дорогим и родным для него людям. Миранда восхищенно наблюдала за ним, видя воочию подтверждение того, что Джейкоб теперь обрел настоящее счастье, он наконец стал многодетным отцом, а не просто капитаном "Немезиды" и супругом старшего помощника капитана "Нормандии".

========== Глава 171. Явик. Обретение счастья ==========

Небольшой фрегат, не несущий на себе никаких опознавательных знаков, вышел на орбиту малой планеты в совершенно неизвестной расам Млечного Пути звездной системе. Сидевший за командным пультом Явик отметил, что ВИ уже начал сканирование поверхности планеты и постарался удержаться от усмешки — чисто человеческого подарка, освоенного им в бытность на борту фрегата ""Нормандия"".

Вот уже несколько месяцев его фрегат ищет по звездным системам заброшенные протеанские колонии и форпосты, картографирует и изучает их, разыскивая признаки разумной протеанской жизни. В памяти ВИ уже сотни мест, отмеченных унылым штампом "протеане в живых не обнаружены". Явик изо всех сил старался сберечь в себе надежду на то, что хоть где нибудь, в самом дальнем углу Галактики могли сохраниться последние протеане. Этой надежде... этой уверенности в возможности чуда он также совершенно незаметно для себя научился у людей. Первой расы, которая оказалась способна не только победить Жнецов, устроивших протеанам настоящий геноцид, но и уничтожить саму угрозу повторения Жатвы.

Его взгляд задумчиво скользил по строчкам на экране. Там были названия широко известных многим расам протеанских колоний и форпостов. Почти все из них Явик уже посетил, смог поверхностно изучить и оставить в неприкосновенности. Ему одному было бы трудно сделать больше, он искал не развалины, он искал живых. И долго задерживаться на одном месте он не мог — едва только он убеждался, что нигде нет никаких признаков живых протеан, он немедленно улетал. Явик был благодарен Шепарду за то, что он многие перечисленные в списке, высвеченном на экране, места уже посетил в своих скитаниях по Галактике и передал перед отлетом Явику копии всех протеанских дисков с данными, включая даже копии поврежденных или найденных в виде осколков. Явик через множество посредников смог добыть нужные запчасти и собрал аппаратуру, позволившую ему прочитать разрушенные диски... Большей частью. Всегда считавший себя только солдатом, с детства готовый стать во главе армии Империи, Явик теперь понимал и другую сторону императорской власти — необходимость хорошо разбираться не только в военной, но и в гражданской областях бытия.

Внезапный мелодичный сигнал нарушил почти что могильную тишину рубки фрегата. Явик поднял голову, сконцентрировал взгляд всех четырех глаз на индикаторе, пробежал по сенсорам пальцами обеих рук.

На экране побежали строчки: "Обнаружен планетный подземный акрополь. Найдены капсулы анабиоза. Отмечена работоспособность некоторых из них. Есть признаки жизни." Последнюю фразу, выползшую на экран анализатора, Явик перечитал трижды, боясь зрительного обмана.

— Ввести координаты в прицел. Определить дополнительные признаки удобства подхода и посадки фрегата. Включить маскировочную систему. Подготовить корабль к противодействию планетным средствам противокосмической обороны. — отрывистым клекотом отдавал Явик приказы, не обращая внимания на согласные ответы ВИ. — Определить узлы ПКО и очаги возможного сопротивления. Включить пассивное глубокое сканирование района планетного подземного акрополя. Рассчитать посадочные данные. — ВИ только успевал вспыхивать синим маячком, означавшим согласие и выполнение указаний. Разворачивались дополнительные экраны. — Подготовиться к посадке. Выпустить посадочные лапы.

Опустив фрегат неподалеку от акрополя, Явик вооружился, взял комплект инструментов и поспешил к видневшимся далеко впереди руинам. Он все время думал о сообщениях ВИ, полученных на основании множества сканирований и глубокого анализа полученных данных — отмечена работоспособность некоторых из них, есть признаки жизни. Как воин, Явик понимал, что работоспособность капсулы не означает, что находящийся внутри ее протеанин жив и представляет собой полноценную личность. Но множественность сигналов капсул — явно больше двух десятков заставляла его еще больше ускорять бег и надеяться... надеяться на чудо. В его положении даже мужчина — протеанин был бы невероятной удачей, а протеанка... Это было, как бы сказали люди, попаданию в рай и вкушению неземного блаженства.

Пустота и тишина давили на органы чувств протеанина, не давая ему расслабиться. Если он поддастся спокойствию, то может произойти катастрофа — убеждал он себя. Только настороженность, только быстрота и точность помогут ему либо обрести покой, либо отправиться дальше в бесконечный поиск.

Пятнадцать капсул в подземном акрополе. Пятнадцать капсул, часть из которых явно повреждена валунами, скатившимися со сводов. Тем не менее, чтобы не возвращаться к ним, не расходовать небесконечные ресурсы и энергию, Явик начинает проверку с них.

Первая капсула. Сканирование — протеанин внутри, пол — мужской, гражданский специалист. Профессия, специальность — неважно. Даже оболочку, тело уже изрядно тронул тлен.

Вторая капсула. Сканирование. Протеанин внутри, пол — мужской, воин, пехотинец, командир отделения. Броня защитила его тело от тлена, но тело не смогло удержать душу. Мертв. Бесповоротно мертв.

Третья капсула. Сканирование. Протеанка... Явик вздрогнул. Это был первый раз, когда ему наконец попалась капсула с протеанкой. Сканирование. Повторное сканирование. Да, несомненно, протеанка. Но — мертва. Была ученым. Специализация... Неважно.

Четвертая капсула. Сканирование. Протеанин, совсем еще молодой подросток. Мертв, но почти не тронут тленом. Дальше пошли неповрежденные капсулы, здесь уже сыграла роль сохранность автоматики жизнеобеспечения и емкость батарей, питающих внутренние системы.

Пятая капсула — нет энергии, сканирование — протеанин, воин, штурмовик. Тело почти разложилось под броней капсулы. Увы, нет полной возможности всегда обеспечить герметизацию.

Шестая капсула. Сканирование. Юноша-протеанин, только только получил права гражданства в империи, пройдя испытания. Мертв. Ошибка в системе распределения энергии — слишком много ушло на защиту оболочки. Да, вмятина солидная, но целостность капсулы не нарушена. Энергия была исчерпана. Он просто задохнулся. Превратился в мумию.

Седьмая капсула. Сканирование — девушка-протеанка. Явик еще раз перечитал показания сканера — она погибла из за того что не решилась долго уйти в стазис без... света?! Но протеанам не нужен свет, тем более, что автоматика капсулы вводит живой организм в стазис принудительно. И она... Вероятно, она заблаговременно влезла в капсулу, долгое время не закрывала створки, в пещере-акрополе тогда уже было достаточно темно, вот она и решила таким способом защититься от страхов. Автоматика выполнила ее приказ, тем более что крышка была открыта и ввести ее в стазис не было возможности. А свет она выкрутила на полную, сидела буквально среди сияния. Что она видела вокруг? Заливающий все подробности столб белого света?! И какой смысл в подобной иллюминации? А потом капсула все же принудительно закрылась, погрузила ее в стазис, но свет не погасила — не было соответствующей команды. Гражданская? Вполне возможно, воин бы так не поступил. Для него главное — маскировка и незаметность.

Восьмая капсула — парень-протеанин, гражданский специалист. Ошибка в распределении воздушной смеси.

Девятая капсула — женщина-протеанка. Сбой терморегулятора. Ее просто зажарило.

Десятая капсула — мужчина-протеанин, воин, ракетчик. Взрыв боезаряда гранаты из за сбоя источника питания.

Одиннадцатая капсула — мужчина-протеанин, гражданский. Умер от ошибки автоматики при переключении на внутреннее питание. Мумия.

Двенадцатая капсула. Девушка-протеанка. Жи... — Явик замер, его руки, занесенные над клавиатурой инструментрона ощутимо дрогнули. Глаза в пятый раз прочли текст на экранчике. Живая. Повторное сканирование. Да, живая. Личность полностью сохранена. Спит.

В глазах Явика вспыхнули картины собственного пробуждения. Яркий свет, заливший капсулу. Воздух, хлынувший потоком в ее узкое пространство. Запахи, ароматы... Существа, обступившие капсулу, с интересом, по-доброму смотревшие на него...

Руки Явика дрогнули во второй раз. Впервые за долгое время он переключил инструментрон на новый режим. Режим глубинного сканирования информации капсулы. Теперь его интересовало очень многое, да практически все о той, кто была заключена в этой оболочке. Имя — Инелла, возраст... приблизительно равен возрасту Явика, может, на несколько лет старше или моложе. Профессия — ученый, врач. Специальность — ксенобиология с хорошей подготовкой по протеанской медицине. Немного отвлекшись, Явик быстро убедился в полной исправности механизмов капсулы и достаточности энергопитания. Пройдясь сканером по оставшимся капсулам он нигде не обнаружил больше живых.

Инструментрон запел. Его автоматика нащупала код активации механизмов капсулы в режиме открытия. Одновременно капсульная автоматика опустила капсулу на поверхность пещеры-акрополя. Явик неподвижно стоял возле капсулы, ожидая, когда наконец автоматы проветрят внутреннее пространство саркофага и уравняют давление. С легким шелестом раскрылись створки и Явик едва не потерял сознание. Перед ним была она, девушка его расы. Стопроцентная протеанка. Ни повреждений тела, ни повреждений личности он не отметил ни на глаз, ни с помощью инструментрона.

Веки всех четырех глаз ее затрепетали и распахнулись. Голубоватая радужка проступила под сужавшимися зрачками, фокусирующимися на стоящей над капсулой фигуре. Легкий дымок, струившийся над капсулой, означал, что переход к температуре окружающей среды прошел нормативно. Мелкое движение головы вправо, влево. Девушка с удивлением смотрит на стоящего перед ней Явика. Тот протягивает к ней руку, касается плеча и снимает барьеры, открывая доступ только в ту часть сознания, в которой записана краткая информация о происшедшем. Девушка жадно впитывала и осознавала переданные данные. Когда она дошла до сведений о гибели протеан... ее веки затрепетали. Непослушным после долгого анабиоза голосом она спросила:

— И кроме нас — никого?

Явик только кивнул.

— А Жнецы...

Явик не ответил, только прикоснулся еще раз к ее плечу и передал краткую справку о том, кем и как были побеждены разумные машины.

— Люди... Ты видел их?

Явик кивнул. Тогда протеанка в первый раз подняла непослушную руку и коснулась его бедра, передав свою информацию. Да, она была среди тех, кому оказалась доступна информация по множеству рас этого и предшествующего циклов. Она читала множество материалов о людях, азари, турианцах, саларианцах, кроганах... Были и расы, о которых Явик не знал ровным счетом ничего — она знала о них гораздо больше, чем ничего. Пусть не все, но очень много. Успокоенная видом собрата по расе, девушка постепенно приходила в себя, обходясь пока минимумом движений. Да, она изучала людей, читала множество отчетов о тех, кто изучал людей еще тогда, когда они назывались кроманьонцами... Явик опустился на землю рядом с капсулой, оставаясь в поле зрения протеанки...

Спустя несколько часов она стояла рядом с ним. Только что они несколько раз обошли пещеру-акрополь. Она сама с помощью своего научно-медицинского инструментрона просканировала все капсулы. В ее глазах читалось страдание и бессилие... Криоакрополь стал обиталищем мертвых. Не сдавшихся врагу, погибших протеан. В полном молчании она, поддерживаемая Явиком, вернулась к своей раскрытой капсуле. Села на край, посмотрела на вход.

— И что ты решил? — спросила она тихим мелодичным голосом.

Явик замер. А действительно, что ему после такого следует делать? Конечно, можно продолжить полет, посетить еще несколько десятков, может быть сотен скрытых за мертвыми ретрансляторами звездных систем. Отдельные отголоски сведений о том, что там тоже могут быть протеанские поселения содержались в обширных блоках памяти его маленького фрегата. Он бы быстро улетел с этой планеты и продолжил свой бесконечный марафон по Галактике. Но теперь... Рядом с ней... Как ей обьяснить, как пояснить, через что ему пришлось пройти рядом с величайшими расами этого цикла, оказавшегося последним Циклом всевластия Жнецов? Он тщательно изолировал эту информацию от протеанки. Скрыл эти участки от ее доступа по сканированию. Инелла слишком слаба. Он сам был слаб после выхода из анабиоза, настолько слаб, что двое-трое суток вынужден был постепенно вытаскивать себя к жизни. Инелла ждала, глядя на него вопросительно, выжидающе и... ободряюще. Она его... ободряет?!

— Инелла, это сейчас, вот так сразу сложно обьяснить. Слишком много всего произошло. Ты должна окрепнуть после анабиоза, придти в себя. Мы должны... похоронить наших братьев и сестер так, как велят наши обычаи. Потом... У меня есть небольшой корабль. Я на нем сюда прилетел. Будем пока жить в нем, постараемся замаскировать, скрыть его машинное излучение и сигнатуру искусственного тела. Я попробую это сделать. Попытаюсь. Хоть эта система и считается недоступной, заброшенной, но может быть всякое... Нам может быть, предстоит провести здесь несколько месяцев. Ты расскажешь мне многое из того, что неизвестно мне, я — что неизвестно тебе. Потом, обменявшись этими знаниями, мы сможем решать. Мы можем отправиться в полет, у меня есть еще несколько десятков точек, где могут быть наши собратья. Почти все эти точки — в малоизвестных, недоступных секторах, о которых нет внятной информации. Можем остаться жить здесь, ведь если я тебя здесь нашел, значит, на этой планете что-то было... Большое поселение, форпост, научный центр, ведь столько капсул — это явно не патруль и не разведка. — Явик умолк. — Скорее всего нам придется остаться здесь. Пойми, я не хочу бросать начатое... Столько еще мест, где могут быть наши...

Инелла молча смотрела на него своим мягким, согревающим взглядом. Явик смутился, поняв, что она уловила недосказанность в его речи.

— Ты не хочешь вернуться? — просто, без всякого нажима спросила она. — Не хочешь вернуться к тем, рядом с которыми ты сражался и победил?...

— Между мной, тобой и ими — пятьдесят тысяч лет... Я благодарен им слишком за многое, но у меня всегда была мечта и цель, позволившие мне не умереть в битвах с Жнецами, выжить. Я хотел воздать своим собратьям почести по заслугам и найти кого-нибудь живого. Или живую. — он посмотрел на Инеллу. — Я не верил в то, что кто-либо уцелел. Не верил очень долго. Но обстоятельства, все происшедшее за эти месяцы... Изменили мою веру. Я долго считал себя последним из всего протеанского народа... Я мстил за его гибель... Люди и те расы, которые теперь считаются в Галактике сильнейшими, показали мне множество материалов о том, что случилось с протеанами. Я бился в сотнях столкновений с порождениями Жнецов. И мой голос, мои заряды, мой гнев провожал их только в одно место — в могилу. Я представился нашедшим меня людям и их спутникам как аватар Мести. И я действительно мстил. Мстил страшно и жестоко. Война окончилась, Жнецы были уничтожены. Левиафаны, породившие Катализатор основного властелина Жнецов — осуждены на изгнание. Их теперь выловили по всей Галактике и свезли в одно место, одну очень водную планету. Только там они теперь и живут в вечной ссылке и вечном изгнании. Их предупредили, что если они рыпнутся — планета будет уничтожена в тот же миг. Война окончилась победой рас этого цикла, объединенных в страшный по силе кулак, нанесший Жнецам сокрушительное поражение. Инелла, мне некуда было возвращаться... Пятьдесят тысяч лет... Это слишком большой разрыв, который не преодолеешь так просто. Я солдат, я воин, я... кроме как воевать и убивать... ничего и не умею почти что. Я отказался от всех наград, званий, должностей. Меня поняли правильно. Не стали настаивать. Подарили корабль, маленький фрегат. Оборудовали его так, как я хотел сам. Запрограммировали под меня, под мои нужды и потребности. И отпустили. Я так хотел вернуться к могилам ребят моего отряда. Да, они были индоктринированы, они напали на меня, но они изначально были моими воинами. Я предал их тела земле, как полагается. По нашим, протеанским обычаям. Я воздал им почести как воин воинам. Перед смертью нет счетов. Перед ней... все равны. Я проверил как общеизвестные в этом цикле наши колонии и форпосты, так и оставшиеся малоизвестными. И везде видел только одно — запустение и смерть. Прошло столько лет. Даже наши сверхпрочные материалы не остались неповрежденными. На них трещины и сколы, они... стали хрупкими.

— В твоих... воспоминаниях... я видела образ молодой азари...

— Да. Это доктор археологии. Ее зовут Лиара. Лиара Т Сони.

— Она наверное...

— Нет. Просто в этом цикле она избрала расу протеан... предметом своих научных изысканий. О нас сейчас мало известно и ей удалось собрать неплохую коллекцию разрозненных сведений... — Протеанин горько рыкнул. — Насколько же беспощадно время! Она изучила эти отдельные маловнятные и разрозненные сведения, по которым... представляла протеан гордым, великим народом, создавшим величайшие технологиии... А перед ней оказался простой солдат. Который в совершенстве умеет разве что убивать и мучать... И все же она что-то такое во мне задела... Мы не стали близки, но написали с ней восьмитомник... История рас этого Цикла. Я тогда думал, что о многих расах здесь почти не осталось свидетельств, но люди и многие другие расы... Они любопытны просто беспредельно. За несколько месяцев мы собрали значительный по обьему и глубине охвата материал, упорядочили его и издали. Это было... поучительно. И служило хорошим отдыхом после боев... Позволяло... надеяться на лучшее. Странно... Вокруг — Жнецы, смерть, кровь, боль... А я надеялся на лучшее... Надеялся увидеть мир. Надеялся уцелеть.

— И ведь уцелел же? — спросила Инелла.

— Да... Самому странно. Мне подарили... надежду. Не простую животную надежду, что я выживу, а надежду увидеть будущее без Жнецов, без войны... И, знаешь Инелла, я перестал мстить. Я стал просто воевать. Воевать, а потом приходить к Лиаре и... писать, писать, писать. Писать историю ныне забытых рас, познавать ранее непознанное. Я стал... учиться жить вне битв, вне боя, вне оружия, вне брони... Это было странно, непривычно, необычно... Но благодаря Лиаре, благодаря людям и представителям многих других рас этого Цикла, я... вышел за рамки воина и солдата. Я не рвался стать полководцем — ими становились другие. Те, кто лучше знал это время и его обитателей. Я просто стал воевать и между боями познавать мирную жизнь. После суда над Левиафанами... Я ушел. Все же я воин, солдат...

— А тот человек, мужчина, Спектр?...

— Он тоже воин. Офицер, его звание — коммандер, он десантник, но стал командиром фрегата, его капитаном. Он стал аватаром этого Цикла. Его имя по аватару— Надежда на лучшее будущее. Он не стал политиком, он не стал военначальником. Он стал лидером Галактики. Его настоящее имя — Джон Шепард.

— Шепард? Ты хоть знаешь, что на их языках, древних языках означает оно?

— Знаю, Инелла. Здесь у них есть гигантская информационная сеть, называемая Экстранетом. Тысячи хранилищ всевозможных данных. Можно несколько жизней затратить на то, чтобы по ней путешествовать. Знаю, читал. Его фамилия означает "проповедник, пастырь". Но он, как и я — воин. Он слишком много времени отдал борьбе, всегда сторонился политики, не любил интриги. У него нет семьи, он — сирота, с восемнадцати лет — в Альянсе. Считался, как я прочел в Экстранете, очень перспективным офицером, был в Земном звездном спецназе, эн-семерка. За все время, что я его знаю... Он ни разу не проявил интереса к созданию семьи... Да и не до того было ему и его команде... Хотя, знаешь, странно, но даже в этих адских условиях, когда кругом эти разумные машины с их разящими излучателями... Они, члены экипажа этого фрегата... Члены команды Шепарда... думают о будущем, о любви, они влюбляются, они перед решающей битвой образовали несколько пар и родили нескольких малышей... Только представь — корабль в бою, кругом смерть, взрывы, вспышки, а в медотсеке рождаются сразу трое малышей. И такое было неоднократно... Я сам этому был свидетелем... Но Шепард... он ни разу никого не ограничил, не сказал, что сейчас не время для любви, семьи, детей. Он наоборот, всемерно поддерживал это желание, это стремление жить, порождать и воспитывать будущее... Защищать его, бороться не за лозунги и призывы, а за понятное для любого существа будущее, воплощенное в женах, мужьях, еще не рожденных, рождающихся и рожденных детях. В этом цикле в руках у сильнейших рас появилось то, чего не было у нас. Надежда и вера в будущее.

— А что случилось с ними потом?

— Они победили, Инелла, победили и стали сообща строить это свое новое будущее на основе надежды. Я редко пролетал там, где были навигационные и информационные буи или ретрансляторы общего пользования, поэтому мои сведения отрывочны. Шепард... женился. Многие члены его команды также обрели семьи. Многие из них вернулись в свои миры, некоторые остались на корабле. Фрегат теперь принадлежит лично Шепарду. Это почти все новости, о которых мне известно. Очень многих деталей я просто не знаю... На своем фрегате я занимался поиском и обработкой совершенно другой информации. Общая светская и личная хроника мне были... неинтересны. Люди и многие другие расы вернулись, сами не заметив того, к рутине... и я понял, что ушел вовремя. Ушел еще до рутины...

— Слушая тебя, я не думаю, что Шепард... смог повиноваться рутине...

— Он, согласен, не мог. Но он слишком уважает и... любит свою команду, свой экипаж, чтобы строить их как новобранцев и гаркать на них как взводный на плацу. Они все — взрослые, сложившиеся личности. Имеют право на свою собственную жизнь. Ими же завоеванную. Но когда отступает напряжение... Наваливается рутина. И мало остается тех, кто способен бесконечно долго не подчиняться ее одурманивающему влиянию. Может быть, Шепард, женившись, уделит внимание своим детям, а потом... вполне возможно, он вернется к полетам в Галактике. У него появилось несколько сотен близких друзей. Он еще может открыть десятки новых миров. На его век... хватит. Но такого напряжения как на минувшей войне... Он вряд ли достигнет. Это как наркотик... И Шепард отчаянно сопротивляется этому наркотику, так же как я сопротивлялся слепой силе мести. Не знаю...

— Если ты говоришь, что он женился, то я полагаю, что у него есть мощная вакцина от рутины. — сказала Инелла. — Это — семья и дети.

— Да, я с тобой согласен. У него и у многих членов его команды, его экипажа составились пары, даже появились дети. Люди смогли отмобилизоваться задолго до того, как Жнецы прибыли в их системы и их вооруженные силы наносили раз за разом флотам Жнецов сокрушительные поражения. Они успели вооружиться новейшими технологиями и системами. Они поверили, наконец, поверили Шепарду. И благодаря ему они сохранились лучше всего, хотя именно на них, на их расу, на их главную планету — Землю был направлен центральный удар главных сил Жнецов. Я смотрел информацию в Экстранете. Даже соседние близкие миры не были затронуты или сколько нибудь существенно ограблены основными силами Жнецов, идущими сплошным потоком к Земле, к Солнечной Системе.

— И ты чувствовал себя одиноким?

— Да, Инелла. — тихо сказал Явик. — Никого из наших на многие миллионы километров вокруг. Никого. Только мертвые акрополи, мертвые форпосты и мертвые колонны опор наших погибших под бомбардировками городов. У людей есть такое выражение — "среди толпы тоже одиноко". А у меня было вот такое... одиночество вдвойне. Я стал последним из расы протеан...

— А ханары? Ты ведь относительно недолго жил среди них. Я... почувствовала.

— Да, Инелла. — Явик сделал паузу. — Когда я воевал, я искренне считал, что среди ханнаров смогу жить как какой-нибудь монарх. Они настолько вежливы, не приемлют насилие, живут в воде, грациозны до неприличия. Я, когда к ним прибыл, даже построил дом на берегу, где прожил несколько месяцев. На их планете-родине они живут в воде. У них есть целая религия, в которой мы, протеане, выступаем как Вдохновители. Только вот с проповедями о нас у Ханнаров не слишком получается. Вне их материнской планеты их мало кто воспринимает как стоящих внимания проповедников. А потом, спустя несколько недель жизни в их обществе... Я понял, что это — не мое. Слишком уж текучи они, слишком уж правильны. Даже убивают и мстят они чужими руками, что я считаю недостойным. И я улетел... Наверное, мой дом уже пришел в полное запустение, но возвращаться туда... у меня нет никакого желания. Во время войны мне просто хотелось скрыться ненадолго в тихой гавани, найти место для полного отдыха, которое в реальной войне найти практически невозможно. Наверное, такое желание было свойственно многим солдатам. Даже Шепарду. Не знаю, Инелла.

— Тогда давай сделаем так... Мне многое стало понятно, Явик. Я вполне восстановилась и мы должны вернуться к твоему кораблю... Жить в акрополе... Это нам не нужно. Мертвые должны иметь свое пространство. Это их и только их мир. А нам с тобой нужен корабль, нужно что-то, что дает нам свободу, независимость, спокойствие. — Инелла встала, набрала несколько команд на инструментроне. — Энергии хватит, чтобы капсула добралась до твоего корабля. Идем, нам нужно возвращаться. Укажешь путь?

— Да, Инелла. — Явик встал.

Капсула медленно двинулась за ними. Они шли не спеша под вечерним небом с яркими звездами. Силуэт небольшого корабля вырос впереди неожиданно. ВИ узнал Явика, опустил трап, зажег приглушенное освещение. Инелла пропустила Явика вперед. В небольшом ангаре рядом с челноком было небольшое свободное пространство. Что-то набрав на инструментроне, Инелла подключила капсулу к внутренней энергосети корабля. Поскольку Явик не дал явного запрета, ВИ корабля подчинился и стал заряжать системы капсулы. Створки закрылись, мерцающий внутри свет погас.

— Идем. — сказал Явик, оторвавшись от размышлений. — У меня есть тут вторая каюта. Она вполне может быть твоей. Я в своей каюте редко бываю, все больше в рубке фрегата сижу. — пояснил он, открывая небольшой проем. — Входи, это теперь твое жилище, Инелла. — он повернулся в сторону двери в рубку. — Я буду в пилотской, если что. — он быстро преодолел расстояние до пилотского кресла, сел, пристегнулся и только сейчас почувствовал, как он устал.

Прошло несколько часов, прежде чем Явик очнулся от чуткой дремоты. Инелла стояла рядом с ним. Она просто стояла неподвижно в полумраке пилотской рубки, ни к чему не прикасаясь. Ее взгляд был направлен в иллюминаторы на носу корабля. Вечер вступал в пору ночи... Уловив, что Явик очнулся, она повернула к нему голову и их взгляды встретились.

— Даже не верится... Жнецов больше нет... — сказала она тихо. — Наш главный кошмар нескольких столетий... Перестал существовать. Я не ощущаю ни малейших следов их присутствия на борту твоего корабля. Здесь удивительно спокойно и тихо... я такого спокойствия и тишины не ощущала уже... очень давно. Когда надо мной закрывались створки капсулы, мы ждали вхождения Жнецов в атмосферу этой планеты. Пусть мы и были вооружены, но против гигантских кораблей... наше оружие было смешным. Мы решили скрыться... Вероятно, разведка Жнецов не посчитала нас угрозой, достойной внимания... Но нас... убило время. И, насколько я поняла по результатам сканирования — несовершенство наших капсул. Слепой случай... Я тут прошлась по кораблю... пока ты отдыхал... Корабль ведь человеческий?

— Да, Инелла. Он построен людьми, по их классификации это малый фрегат. Как сказал один известный земной капитан, ставший адмиралом — быстрый и тихий корабль.

— Люди явно сильно прогрессировали с тех пор, как наша раса знала их кроманьонцами. — задумчиво произнесла протеанка. — Он... уютен... И внутри он явно больше, чем может показаться снаружи.

— Они очень экономно расходуют внутреннее пространство, Инелла. — ответил Явик. — полагаю, ты уже составила некий план действий?

— Да. И хотела бы обсудить его с тобой. Давай это сделаем в твоей каюте?

— Давай. Там все по-простому, по-солдатски. Минимум вещей и мебели.

— Мне это подходит. Не люблю вычурности и излишеств. — сказала протеанка, первая ныряя в проем выхода из рубки. — Я уже нашла щиты управления освещением, а то у тебя по всему кораблю как в пещере. Немного прибавила света. — пояснила она, когда Явик оказался в непривычно светлом коридоре. Открыв дверь в свою каюту, он пропустил Инеллу вперед. Она сразу села на табурет у столика. — Давай, садись. — мягко проговорила она. — Это же твоя личная каюта и ты здесь — хозяин.

Явик сел. Инелла явно оттаивала. Синдром постстазиса ее если и коснулся, то в минимальной степени.

— Так вот, Явик. Давай трезво рассмотрим варианты. Ты совершенно справедливо сказал, что надо похоронить всех моих коллег. Всех, чьи капсулы повреждены, всех, кто не выжил... Это мы сделаем завтра с утра. Займет это у нас примерно половину светового дня. Вторую половину придется потратить на оборудование кладбища. Сделаем все по минимуму. Мало кому надо знать, что здесь — наше, протеанское кладбище. Это то, что надо будет сделать в любом случае и с этим я согласна.

Теперь о дальнейшем. Мы действительно, вполне возможно, должны надолго остаться на этой планете. На несколько недель. Я бы сказала, что это — самый вероятный срок. После того, как ты мне рассказал о Шепарде и о Лиаре... Я думаю, что мы имеем право сообщить им о том, что ты... нашел, что искал... и что ты... счастлив. Мы должны это сделать, ибо во время твоего рассказа я ощущала, насколько они для тебя дороги, эта азари и этот человек. Я уверена, что они... сохранят нашу тайну, тайну нашего существования. И не используют эти сведения нам во вред. Во всяком случае я не ощутила твоего недоверия по отношению к ним. Никакого. По разному может сложиться наша с тобой ситуация, нужно иметь тех, к кому можно будет обратиться за помощью, даже, может быть, вернуться.

Потом мы можем прожить здесь несколько недель, может, несколько месяцев. Ты мне расскажешь обо всем происшедшем за это время с момента твоего пробуждения. А может быть — и намного раньше. Я расскажу тебе в свою очередь о том, что знаю и помню сама из нашего времени. Мне также надо будет глубоко адаптироваться к изменившимся условиям. Потом мы вполне сможем поднять корабль и продолжить твои поиски. Как ты думаешь?

— Инелла, ты права... Этим двоим, Шепарду и Т Сони можно доверять. Ни от него ни от нее я никогда не ощущал даже угрозы насилия по отношению к своей жизни, к своему образу мыслей. Более того — именно у них обоих я очень многому научился. Стал хоть немного... своим в этом времени. Они действительно достойны знать о том, что я нашел то, что искал, нашел тебя... И достойны знать, что я наконец-то счастлив... — Явик впервые внимательно взглянул прямо в глаза Инеллы. — Если, конечно, ты...

— Нет, Явик. Нет. — успокаивающе прошептала она. — Я была слишком... поглощена наукой, исследованиями, медицинской практикой, написанием статей, вела довольно замкнутый образ жизни, много ездила в экспедиции. Но и там я занималась больше наукой, чем отношениями... Поверить не могу. Мы уходили, ясно ощущая, что проигрываем войну с этими разумными беспощадными машинами, а я вернулась — и Жнецы низложены, уничтожены... Нет, Явик... — горько повторила Инелла. — У меня нет того, кому я подарила бы сердце и душу и осталась бы верна. Я, быть может, просто не успела... Я была слишком молода...

— Я не буду тебя торопить, Инелла. Этому меня также научили люди. — сказал глухо Явик, опуская взгляд. — Но если говорить о связи... То станция фрегата слишком слаба для того, чтобы отсюда достать до ближайшего сохранившегося общедоступного ретранслятора, где есть буй. Нам придется сначала похоронить твоих коллег, обустроить скрытое кладбище, потом взлететь... и... мне кажется, что сюда уже не стоит возвращаться. На корабле я чувствую себя лучше, чем на планетах. Поэтому сообщим Шепарду и Лиаре потом, когда закончим все здесь. — он указал на обзорные экраны, показывающие занимавшийся над планетой рассвет. — Мы можем начать сейчас, чтобы к вечеру уже быть готовыми... к отлету.

— Хорошо, Явик. Я согласна. Пока ты дремал, я немного поспала, так что давай вернемся к акрополю... Нам надо отдать им последние почести. — сказала Инелла, вставая. — Потом, после взлета, на пути к бую, мы сможем выспаться. Или просто отдохнуть, подремать. Ведь обратный путь можно будет поручить автопилоту?

— Можно, но я уже привык все делать вручную. Все же сектора, в которых я обычно бывал, были или неизучены или малоизучены. А в обжитые сектора и звездные системы я стараюсь не соваться. У меня на корпусе корабля нет никаких ответчиков или опознавательных знаков. Есть только маяк, предназначенный для земных и азарийских кораблей и имеющий коды запроса на Шепарда и Лиару. Я им воспользуюсь только в самом крайнем случае. Он срабатывает постоянно, показывая, что я не враг, но коды... еще никому не передавал.

— Я поняла, Явик. — сказала Инелла. Давай, собирай все, что нужно и пойдем. До полудня управимся, а там займемся обустройством. В пять вечера по твоим индикаторам земного времени мы уже должны будем взлететь. Так?

— Так, Инелла.

— И еще, Явик. Мое краткое имя — Ина. Давай будем освобождать наше общение от официальщины. Можно, я буду звать тебя Яв?

— Можно... Ина. — Явик направился к выходу из каюты, дошел до подсобки, собрал инструменты, сложил их в обьемистый пакет, взял оружие и пайки, проверил боеприпасы. Вместе с Инеллой он спустился в ангар, подождал, пока она покопается в своем саркофаге.

Ровно в полдень Явик и Инелла замерли перед ровной площадкой, созданной перед скалой. На ее склоне была укреплена табличка с протеанскими письменами, где были зашифрованы данные о погребенных здесь, под толстым слоем почвы, погибших членах исследовательской группы. Явик перезарядил автоматическую винтовку, поднял ее одной рукой над головой и трижды нажал на спуск. Три короткие трехзарядные очереди вспороли тишину, царившую в этот час над планетой. Инелла не повернула головы, она поняла — Явик только что последовал очередному человеческому ритуалу, попрощался с погибшими воинами. В той страшной войне даже гражданские носили оружие и стреляли, становились воинами без доспехов и брони. И здесь они тоже погибли как воины. Погибли, не отступив.

Явик неподвижно стоял у площадки полчаса. Его глаза были прикрыты. В глубине души он читал молитву, как то услышанную от Шепарда. Молитву об упокоении погибших праведников. Он раз за разом повторял ее текст со всей искренностью, повторял, находя в этом странное удовлетворение. Повторял, ощущая — это нужно не ему. Это нужно им, его погибшим соплеменникам, которых он близко никогда не знал и теперь никогда не узнает. Это нужно Инелле... Явик знал, что она читает его, чувствует, что он... он молится и... одобряет это его действие. Одобряет, потому что знает — он бы прочел эту молитву и над ней, если бы она... не выжила. И эта молитва помогла бы ее душе обрести покой... где-то там, в вышине. Далеко за пределами этой планеты, этой звездной системы, этой Галактики.

Явик склонился в земном глубоком поясном поклоне, помедлил, выпрямился, повернулся и зашагал прочь, направляясь к кораблю. Инелла последовала за ним. В молчании они дошли до фрегата и поднялись на его борт, вошли в каюту Явика.

Протеанин долго смотрел на экран, показывающий ту скалу... Затем решительно направился в рубку, включил режим подготовки к отлету. Корабль поднял аппарель, закрыл выходные люки, присел на опорах. Нажатием сенсора Явик разложил в рубке второе кресло. Инелла без приглашения села в него, пристегнулась. Заработали двигатели фрегата и корабль стал приподниматься над планетой, принимая ориентировку старта.

Включив автопилот, протеанин ввел координаты буя связи, приказав остановиться задолго до входа в зону активности ретранслятора. Станция фрегата смогла бы спокойно достать буй и если бы Явик приказал остановиться и дальше, но в этот раз Явик решил рискнуть, обеспечив более качественную связь. Ему почему-то очень захотелось увидеть Шепарда и Лиару. Увидеть и... поговорить... впервые за долгие недели. Он почему-то ощутил, что они... они беспокоятся за него, они думают о нем... они помнят его. Они дали ему уйти, согласились с его стремлением, с его выбором, но это согласие не означало... не означало, что они его вычеркнули из своей жизни, из своего настоящего, из своего будущего... из своего прошлого.

Тем не менее Явик остался осторожным. Он сделал все, чтобы станция фрегата не передала координат размещения корабля, не указала на конкретный ретранслятор. Он настроил передатчик на очень кружный, запутанный путь прохождения сигнала. Инелла безучастно смотрела на его приготовления, ощущая, как борются в Явике два желания — вернуться и остаться на своем собственном пути. Она понимала, что Явик боится. Боится теперь уже не за себя, а за нее. Раньше он мог спокойно и свободно рисковать, лезть в давно замолкшие ретрансляторы, преодолевать по нескольку систем в сутки, а сейчас... Инелла вдруг ощутила, что и она сама боится. Ведь пройдет несколько минут и на огромном виртуальном экране она увидит тех, кто так ярко, полно и четко запечатлен в памяти ее спасителя. Она увидит тех, кто теперь оказывает на жизнь в Галактике огромное влияние, кто стоит во главе множества рас.

Явик медлил. Медлил, поскольку знал. Знал, что Шепард любит Лиару, любит гораздо глубже, острее, полнее, чем обычно любят приемную дочь. Знал, что Лиара также любит Шепарда. Любит тоже гораздо полнее, чем пристало любить отца. Да, неродного, да, приемного, но отца. И теперь он не знал, чей код набрать первым — Лиары или Шепарда. В его душе росло понимание, что Лиара и Шепард так или иначе — вместе. Он точно знал, что ни Шепард не будет превышать своего капитанского и отцовского статуса по отношению к Лиаре, ни Лиара не будет превышать свой статус дочери в отношениях с Шепардом. Это означало только одно — рядом с Шепардом место супруги занимает не Лиара, а ее мать, матриарх Бенезия. Явик предполагал такой вариант развития событий, когда еще шла война с Жнецами в Солнечной системе. И если Бенезия рядом с Шепардом, то Лиара уж точно рядом с ним.

Теперь Явик опасался. Опасался, что связавшись через огромные расстояния с Лиарой, увидев ее... он не устоит. Он захочет... вернуться. Потому что вдруг ощутил, насколько ему дороги долгие вечера, проведенные рядом с этой молодой, но уже очень опытной азари, вечера, когда они совместно написали многотомник, когда они совместно компоновали для него материал, до хрипоты спорили, но никогда не подняли друг на друга руку, никогда не включали боевую биотику. Явик вдруг ощутил, насколько ему дорога сама Лиара. В ней был заложен богатейший потенциал и она постепенно раскрывала его, менялась, адаптировалась, росла, развивалась. Сама, используя только свои ресурсы, помогая другим. Она была... разной... Строгой и веселой, сложной и удивительно простой.

Приняв решение, Явик набрал код личного спикера капитана Шепарда. Закончив набор, он набрал код вызова и выпрямился в кресле, стараясь, чтобы его отражение в экране заняло правую часть, а левую прочно заняло отражение Инеллы.

По экрану проползли полосы настройки, затем возник интерьер... кабинета. Явик выдохнул немного воздуха... Он благодарил высшие силы, что Шепард вроде как один.

— Капитан Шепард — на связи. Кто говорит? — раздался хорошо знакомый протеанину голос и в кадре появился сам капитан в домашнем легком костюме, с ридером в руке. Он взглянул прямо в экран. По его лицу прошла тень узнавания. — Явик?

— Коммандер Явик на связи, капитан. — стараясь сохранить спокойствие ответил протеанин. — Я не вовремя?

— Явик, чертяка! Ты всегда вовремя! Мы столько думали о тебе, часто вспоминали тебя, хотели знать точно, что с тобой и где ты! Но ты пропал слишком надежно. Подожди... Нет кода источника...

— Я скрыл его, капитан. Я сейчас нахожусь в одной из необозначенных на картах Млечного пути звездных систем. И... хочу только сообщить. — Явик набрал код и изображение Инеллы появилось перед Шепардом. — Это — Инелла. Я нашел ее и я... я счастлив, капитан. — Явик замолчал. В этот момент в комнату вошла, кутаясь в банный халат Лиара.

— Джон, отец. С кем ты говоришь?... Чертякой ты называл только... — ее взгляд вперился в экран. — Явик?! Явик! Наконец-то! А рядом с тобой... Богиня, ты таки нашел ее! — Лиара встала рядом с отцом. — Ты все таки ее нашел...

— Нашел... Лиара. — сказал Явик. — Капитан, Лиара. Я бы хотел, чтобы это все осталось между нами. О том, что со мной все в порядке и рядом со мной Инелла должны знать только вы. Пока еще все не так... однозначно. Инелла пока не адаптировалась в полной мере к изменившимся условиям. И я пока должен оставаться в безвестности. Я планирую посетить еще несколько десятков точек, где могут быть протеанские акрополи и станции с аванпостами. Быть может, мне удастся... найти еще живых соплеменников. Пока мой список не будет исчерпан... Я не думаю, что я могу вернуться... с чистой совестью. Я всегда буду думать, что что-то пропустил, где-то не побывал, кого-то не заметил.

Инелла должна слишком многое узнать и это... невозможно рассказать и показать за несколько дней или недель. Она должна сделать свой выбор и я не имею права давить на нее. Она свободна в своих решениях, капитан.

Вы, ваша команда и ваш экипаж... многому научили меня, многое позволили понять, что нельзя сказать словами. Я благодарен вам за все. Очень надеюсь, что у меня еще будет повод выйти на связь с вами. Прошу только... не надо говорить кому бы то ни было о нашем разговоре. Просто дайте понять, что я в порядке и я... счастлив. Сохраните тайну существования Инеллы, капитан. Вы же понимаете... насколько она уязвима. Это все, о чем я хотел вам сообщить и попросить. Лиара, Джон. — рука Явика, занесенная над виртуальной клавиатурой дрогнула. — Мне нужно лететь дальше. Спасибо вам. — он с силой вдавил виртуальный сенсор и экран погас.

Инелла молчала. Явик чувствовал, какие эмоции бурлят сейчас в ее разуме и душе. Чувствовал, что она отчаянно пытается стабилизироваться, принять какое-то важное решение. Чувствовал и ждал, не показывая, что в его душе тоже царит полный хаос. Едва только он увидел капитана... Ему захотелось приблизиться к нему и... просто пожать ему руку. Вложить в этот человеческий жест все, что неподвластно словам, все, что обычно мужчины хранят глубоко под броней отстраненности и холодности. Все, что делает их сильными и в то же время не дает им огрубеть. Явик вспомнил, как очень долго опасался использовать этот жест, ведь в его культуре, в его окружении обмен рукопожатиями — это толстый канал передачи всевозможных данных. Открытый в обе стороны, часто — нефильтрованный. Только несколько раз Явик обменивался рукопожатием с капитаном. Больше никто из мужчин — членов экипажа и команды корабля. Почти никто... не удостоился такой степени доверия. А перед Лиарой... Перед ней такой по детски открытой и даже несколько взбалмошной, настолько верящей в созданный ею самой идеал протеанской цивилизации... Теперь Явик просто бы опустился перед ней на одно колено и был бы счастлив поцеловать ее правую руку. Признавая ее личностное, профессиональное и духовное совершенство. То самое совершенство, которого не смогли достичь протеане, пожелавшие сделать из азари расу совершенных существ. Лиара стала тем совершенством, о котором многие протеане боялись даже помыслить. Стала рядом с Шепардом, рядом с его уникальной командой и прекрасным без всяких скидок экипажем. И он понял и ощутил, что азари-археолог уступила в Лиаре место куда более сильному и искушенному профессионалу. В его мозгу вспыхнули два слова "Серый Посредник". Да, протеанин Явик почувствовал, что Лиара стала самым таинственным и самым могущественным информационным брокером галактики Млечный Путь. Почувствовал и постарался загнать это ощущение, это чувство глубоко внутрь своей души. Такого уровня протеане-ученые даже не планировали достичь. А Лиара достигла его сама. Не испугалась, хотя ей было очень и очень страшно. Не отступила, хотя боялась до потери сознания.

— Явик... Ты же ее любишь... — раздался тихий голос Инеллы. — Не отрицай, я женщина, для меня это — очевидно.

Плечи протеанина опустились, он сгорбился в кресле перед потухшим экраном. Он не знал, что ответить той, которую так долго искал. Он только знал, что женщины его расы читали такие уровни гораздо лучше, полнее и глубже, чем мужчины. В этих случаях им было бесполезно лгать. Благодаря этому семьи протеан были крепки и надежны, а разводы — редки и безболезненны.

— Ее невозможно не полюбить, Инелла. — глухо сказал Явик. — Она верила в совершенство нашей цивилизации задолго до того, как на Иден-Прайм нашла меня. Она шла одна против всего азарийского научного мира, доказывала, убеждала, что протеане — великая раса, что они — творцы. Что они — гиганты мысли и духа. Она работала на раскопках в протеанских руинах в таких удаленных секторах звездных систем, что я до сих пор не всегда понимаю, где же она откапывала следы пребывания представителей нашей расы. Она не испугалась моей биотики, моего владения оружием, хотя прекрасно понимала, что я могу ее моментально умертвить. Она разглядела во мне нечто большее, чем просто солдата уничтоженной армии, военначальника, оставшегося без войска.

И что я ей мог рассказать? Меня не учили наукам, как ее. Меня не воспитывали разносторонне, как гражданского. А она на все эти ограничения не обращала ни малейшего внимания. И поняв, что я не хочу говорить о протеанах, заговорила со мной о других расах, других цивилизациях. Совершенно незаметно я увлекся, понял, что кроме нас, протеан, в Галактике были и другие ценные... жители. Были, есть и будут.

Шепард пригласил меня посетить Цитадель... И там меня узнали. Ко мне проявили неподдельный интерес азари, ханнары, турианцы. Уже тогда шла война с Жнецами. И многие ощутили, что жить им осталось недолго. Меня прямо спросили, верю ли я в то, что можно одержать победу над столь сильным и безжалостным врагом. Мне так хотелось сказать им, что надежды нет. Я знал это, поскольку видел, как гибнет наша империя. Но Шепард удержал мою руку и я сказал совершенно другое. Я... я поддержал в них то, что позволило им впоследствии победить Жнецов. Я поддержал в них надежду на лучшее будущее.

А Лиара... Она теперь, если ты уловила, приемная дочь капитана Шепарда. И она счастлива, поскольку ей не с кем делить ее капитана. Я не могу разрушать ее счастье, претендуя на ее любовь и на место в ее душе и сердце. Рядом с капитаном она стала лучшей и со временем станет еще лучше. Рядом со мной она лучше... не станет. Я был и остаюсь простым солдатом, а ей теперь нужен тот, кто поймет и поддержит ее в мирной спокойной жизни. Меня... к такой жизни не готовили, Инелла. Я не могу калечить и корежить ее, не могу остановить ее взлет к высотам такого совершенства, о котором наши ученые, как только теперь я понимаю, боялись даже помыслить, а не то что бы мечтать. Я. Не. Могу. — глухо сказал он и откинулся в пилотском кресле, отдав ВИ сенсорную команду на отлет от ретранслятора в тень ближайшей планеты. — Прости. Мне надо успокоиться и подумать над тем, куда лететь дальше. — он закрыл глаза, ощущая, как корабль, его безымянный фрегат разворачивается и ложится на курс, ускоряясь с каждой секундой.

Вскоре ретранслятор скрылся в облаке звездной пыли. Давно с локаторных экранов исчез и буй связи.

========== Глава 172. Лиара. Переход в статус матроны ==========

Он не знал, как не знала и Инелла, что Лиара, когда Явик погасил со своей стороны экран, едва успела сделать два шага до рабочего кресла капитана и осела в него, погружаясь в глубокий обморок. Капитан привел ее в чувство, но она резко ослабла, ее глаза потеряли блеск и движения стали замедленными и какими-то рваными.

Вошедшая Бенезия закрыла дверь кабинета, посмотрела на капитана, подошла к Лиаре, взяла ее за руку.

— Капитан. Ей нужен полный покой. Давайте отнесем ее в ее комнату, она должна побыть в темноте и тишине. Наше присутствие там излишне — она иначе не сможет выйти за пределы петли переживаний.

— Хорошо, Бена. — Шепард подхватил Лиару на руки и отнес в ее комнату, уложив на кровать и прикрыв легким покрывалом. Следом за Бенезией он вернулся в кабинет, отдав ВИ команду заблокировать дверь в комнату Лиары на код. Включив индикаторы состояния на главном экране кабинета, Шепард указал Бенезии на кресла в уголке отдыха. — Я должен пояснить, Бена. Хотя это противоречит данному мной обещанию. Но жизнь и безопасность Лиары для меня дороже и я скажу вам, попросив сохранить происшедшее в тайне.

Явик вышел на связь. Совершенно неожиданно. Рядом с ним была живая и нормальная, насколько я могу судить по увиденному, услышанному и почувствованному, протеанка. Он представил ее как Инеллу. Судя по всему, она его в той или иной мере ровесница. Он ее недавно... нашел в неизвестном нам районе нашей Галактики. Скорее всего — на одной из планет за закрытыми ретрансляторами. Он просил сохранить этот факт в полной глубокой тайне, поскольку серьезно опасается за жизнь и безопасность своей находки. Она еще не достаточно адаптировалась и на эту адаптацию, как полагает Явик, уйдут долгие месяцы. Они, как я понял, ушли с той планеты, улетели. Теперь они будут летать по неоткрытым звездным системам, искать, пользуясь обрывками сведений, места, где могли сохраниться протеане. Явик дал мне понять, что до тех пор, пока его список не будет полностью исчерпан, со всеми возможными дополнениями... он не сможет вернуться, не чувствуя себя отступником и предателем.

Если раньше я бы смог убедить его вернуться, то теперь, когда она рядом с ним — я такое сделать не могу. Это уже насилие. Он нашел себе не просто компаньона или спутника в скитаниях. Он, вполне возможно, нашел себе пару. И, как я полагаю, рассказал Инелле многое обо мне и о Лиаре, посчитав, видимо, что только я и она могут знать о том, что у него все в порядке и он... счастлив.

Я... я не знаю как сказать, но то, что произошло с Лиарой после того, как Явик обрубил связь... для меня стало полнейшей неожиданностью. Они на Тессии ругались так, что я опасался, что он ее просто застрелит, а она его — расплющит биотикой. Да и потом они не были настолько близки и едины. Явик улетел сразу, едва ему был подарен фрегат без опознавательных знаков. Он так торопился воздать своим парням последние почести... И так спешил найти кого-то из своих сородичей в живых... Что я не стал его останавливать, задерживать или ограничивать, Бена. Я готов признать, что многого не сумел увидеть, но мне хочется верить в то, что Явик будет счастлив с Инеллой, насколько это вообще возможно.

А Лиара... она могла просто почувствовать, что вот таким вот образом Явик дал понять, что между ней и им все, что касается чувств и эмоций... окончено. И только этим я могу обьяснить ее глубокий обморок и ураганное истощение. Бена, я многого не знаю о Лиаре и готов понести любую ответственность, но Явик... он должен быть счастлив с той, кто его понимает глубже и больше чем Лиара. Если ты скажешь, что я не прав, я готов принести любые извинения Лиаре и сделать все, чтобы вычислить, догнать и вернуть Явика... — Капитан опустил голову, его взгляд уперся в пол. — Мне было очень больно видеть Лиару в таком состоянии, ты прекрасно понимаешь, что она для меня больше чем дочь. Если она скажет, что ей нужен Явик... Что ж. Это выбор моей дочери и я обязан его уважать. Я брошу все ресурсы на поиск точки, откуда велась передача, мы сможем определить, в каком примерно районе следует вести поиск... Но будет ли это честно по отношению к Инелле? Эта неопределенность теперь меня просто разъедает... Прости... Я не умею многое облекать в слова. — Шепард умолк.

Бенезия молчала. То, что рассказал ей капитан, было слишком неоднозначным, чтобы обрушиться на него, ее мужа и ближайшего друга с обвинениями и требованиями. Обратиться к полковнику Семенову? Воспользоваться мощью "Свитка"? Подключить к поискам Ферона, минимально обьяснив ему невозможность обращения к Лиаре? Выйти на сообщество Гетов с помощью Сюзанны, попросить прочесать все закрытые ретрансляторы и буи, найти в логах нужные следы? Не разрушит ли столь активная деятельность счастье Явика, которое он, вполне вероятно, только только обрел и теперь защищает. Не будет ли это насилием над Лиарой, для которой неожиданная видеосвязь с Явиком стала водоразделом между археологией протеан и работой Серого Посредника? Какая там археология, ведь на экране только что были два вполне живых разнополых протеанина. Бенезия знала, догадывалась, что все равно это слишком малая общность, чтобы поддержать развитие жизнеспособной популяции, привести к возрождению погибшую расу. Два три поколения — и начнется вырождение. Генетика неумолима, а Явик не будет стремиться к использованию достижений лучших медцентров Галактики. В его бытность подданного империи Протеан отбор лучших и достойнейших осуществлялся жестокими средствами. Вряд ли Явик и его партнерша — достаточная основа для такого отбора.

Несколько десятков минут Бенезия размышляла. Наконец она выпрямилась:

— Он не вернется. Сейчас он счастлив с ней. Он не вернется, пока не исчерпает список точек со всеми дополнениями. Это займет очень долгое время — его фрегат при всех возможных допусках — не гоночный болид. На нем нет технологии и аппаратуры прокола пространства — для такой аппаратуры он просто слишком мал. Обморок Лиары — это водораздел между отступающим в прошлое интересом к сгоревшей в войне цивилизации протеан и ее, Лиары новой работой в масштабах всей Галактики, влияющей на ее настоящее и будущее. Как всегда такие водоразделы переживаются весьма болезненно и Лиара не стала исключением, Джон. Как бы там ни было, ожидать возрождения расы протеан в ближайшее время невозможно. По слишком многим серьезным причинам, которые не сможет опрокинуть даже Явик при всем желании. Не надо их искать. Явик — не мальчик. Справится. Надо будет — выйдет на связь и пояснит. А до этого момента Лиара будет работать на своей новой работе и жить нормальной жизнью, а не прошлым. Будет обращена к настоящему и будущему. Это для нее будет нелегко, не спорю. Но другого пути нет. — она умолкла, давая капитану Шепарду возможность обдумать услышанное.

Полчаса с небольшим истекли, когда Шепард встал с кресла и, обернувшись к Бенезии сказал:

— Ты права. Явик быстро не вернется — нет у него такого желания. У него есть цель, которая потребует для своего достижения очень много времени. Я не могу позволить Лиаре страдать, питаясь призрачной надеждой. Она должна жить полноценной жизнью молодой азари, которая активно общается, находит новых знакомых, друзей, любимых. Ее работа — только часть ее бытия, она не имеет права хоронить себя на позиции ожидания. Мы вернем ее к жизни и не дадим ей погрузиться в отчаяние, Бена. Обещаю.

— Принимается. — сказала матриарх, внимательным взглядом коснувшись глаз мужа. — Знаешь, пожалуй тебе надо сейчас быть рядом с ней столько сколько потребуется. В одиночестве такой срыв... трудно пережить без последствий.

— Ты права, Бена. — Шепард встал и через минуту был уже рядом с постелью дочери. Ему не потребовался свет, он легко присел на кровать, взял в руки ее руку и легонько прикоснулся к ней своими губами.

Лиара открыла глаза и Шепард увидел, что они у нее опухшие и красные. Она видимо все это время плакала, плакала беззвучно, боясь насторожить автоматику слежения за состоянием. Ее взгляд сфокусировался на капитане:

— Папа, прости меня. Я напугала тебя и маму... — тихо, едва слышно проговорила Лиара. — Я сама не знаю, что со мной произошло. Меня как скрутило... Я постараюсь через два часа вернуться в норму. Через три часа у меня сеанс связи с агентами. Я не могу быть слишком молчаливым агентом.

— Похоже, я догадываюсь, что именно с тобой произошло, дочка. — в комнату тихо вошла Бенезия, присевшая на кровать с другой стороны. — Просто твой организм еще не полностью готов к такому. Обычно это должно было случиться с тобой через две сотни лет... Но уж если так произошло, то, Лиара, поздравляю. Ты вошла в возраст матроны. И, если меня не обманывает интуиция, ты пробудешь в этом возрасте на эти две сотни лет дольше, чем положено по стандартам азари. А может быть еще на две сотни лет задержишь свой переход в статус матриарха. Тебе теперь придется уделить дополнительное внимание своему здоровью и очень беречься. На моей памяти это один из редчайших случаев перехода в состояние матроны в столь юном возрасте. Во всем азарийском пространстве таких случаев едва ли наберется два десятка за последние четыре тысячи лет.

Лиара слушала маму затаив дыхание. Перебрав все ощущения, которые ею владели последние несколько часов она не могла не согласиться, что мама кругом права. Кому как не ей, Серому Посреднику, приходилось просеивать через себя тысячи мельчайших фактов и взаимосвязей.

— То есть теперь...

— Да, Лиара. Теперь у тебя могут быть твои собственные дети. Хоть ты и очень молода, но так уж сложилось. Я в тебя верю, ты девушка рассудительная, глупостями заниматься не будешь. Но прошу — будь вдвойне внимательна к своему здоровью, физическому и психическому состоянию. Таких как ты... очень мало... и работа у тебя выматывающая. Что хочешь делай, но восемь часов в день ты теперь обязана спать и регулярно бывать на свежем воздухе. Подолгу.

— Ты хочешь сказать, что это может привести...

— Не буду врать и изворачиваться, Лиара. Может привести к твоей преждевременной гибели из за износа организма и психики. В истории азари были описаны три таких случая крайней тяжести и до десятка средней тяжести. И там и там — не слишком приятная картина. Точнее — совсем не приятная. Даже отговаривать не буду — все равно ведь найдешь и прочитаешь, знаю. Лиара, я хочу, чтобы ты сохранила великий дар — возможность стать матерью — на как можно более длительный срок. Прошу, не истощай себя, прекращай вести затворнический образ жизни. Да, у тебя есть важная, большая и серьезная работа. Но ты вполне можешь совместить ее с жизнью обычной девушки-азари. Галактика перестраивается на мирный лад и если во время войны, во время борьбы с Жнецами твой образ жизни можно было легко обьяснить, то сейчас это, увы, будет сделать намного сложнее. У тебя есть прекрасная возможность — твои младшие сестры. Ты, как старшая, можешь и должна дать им пример нужного стиля жизни. Миранде в силу известных причин, равно как и Ориане — здесь далеко не все доступно. Мысль ясна?

— Ясна, мам. — Лиара вздохнула. — Вот попала...

— Еще как попала, — усмехнулась Бенезия. — Ладно, сейчас ты два часа поспишь, потом часик поработаешь и снова баиньки до следующего сеанса. И чтобы была свежей и полной сил завтра утром. Ясно?

— Ясно, мам. А как же ты?

— Ориана поможет. Я приняла кое какие настои, они увеличат лактацию. Моего молока всем четверым хватит. Уверена. А потом, надеюсь, и ты будешь подключаться.

— Обязательно, мам. — Лиара привстала, обняла маму и крепко расцеловала ее. Бенезия помогла дочери устроиться на подушках поудобнее и вместе с Шепардом вышла из комнаты Лиары. За окнами жилого комплекса "Сияние" на Тессию надвигался поздний вечер.

Утром из главного портала средней башни комплекса вышла Лиара, катящая перед собой легкую прогулочную четырехместную коляску. Достигнув парка комплекса, она присела на скамейку, отстегнула страховочные ремешки и разрешила маленьким азари влиться в толпу малышей разных рас, игравших на большой детской площадке.

Мамаши и бабушки отметили появление новенькой, приняли ее в компанию и Лиара получила немало ценной информации из практического опыта обращения со столь многочисленными сестрами. Разговаривая с новыми подругами, Серый Посредник ни разу не достала свой специализированный ридер и ни разу не отвлеклась на разговор по спикеру. Она старалась не выпускать из поля зрения всех четверых непосед, которые, не претендуя на лидерство, все же часто становились заводилами все новых и новых игр.

Матриарх Бенезия ненадолго пришла на детскую площадку, вызвав неподдельный интерес ребятни и оказавшись в осаде малышей. Обменявшись со своими хорошо знакомыми соседками кое-какой информацией, Бенезия с трудом отказалась от активных предложений детворы продолжить рассказывать очередную сказку и, указав на Лиару, отметила, что ее дочь знает сказок не меньше. Пояснив дочери на ухо, какую сказку она начала рассказывать и где остановилась, матриарх попрощалась с детворой и направилась гулять по обширному парку.

Вскоре вокруг Лиары собрался кружок самых активных слушателей, они расположились на травяной поляне неподалеку от детских аттракционов и Лиара, преодолев вполне понятное смущение, начала рассказывать с того места, где прервала повествование ее мама. Надо было видеть, какой гордостью светились все четыре малютки-азари, сидевшие в первых рядах маленьких слушателей. В этот день Лиара рассказала ребятне около двадцати сказок, некоторые из которых смогла показать даже в лицах, используя свою биотику.

Бенезия издали наблюдала за дочерью и тихо радовалась, видя как ее Лиару дети благодарят радостными возгласами и обниманиями за очередную интереснейшую историю, как ее малышки спокойно и свободно не претендуют на исключительный доступ к своей старшей сестре, давая своим новым друзьям и знакомым возможность прослушать очередную историю сидя у нее на коленях или рядом, купаясь в теплоте ее биотического кокона, вспыхивавшего неярким синевато-белым светом.

Лиара не ограничилась рассказыванием историй. Она научила детей нескольким подвижным играм и сама приняла в них активнейшее участие, свободно соразмеряя свои возможности и возможности детей. Веселый гам и смех с радостными возгласами не стихали добрых два часа, пока молодая азари не предложила всем детям вернуться к столикам, где уже были приготовлены наборы для рисования и лепки. Здесь, не садясь ни за один стол, Лиара показала детям, как лучше и точнее нарисовать или вылепить героев только что прослушанных сказок.

Мамы и бабушки немо дивились, видя, как их задиристые и временами неуправляемые наследники и наследницы, с радостью повинуются не только слову — взгляду молодой и удивительно зрелой азари. Несколько женщин нашли взглядами стоявшую в отдалении Бенезию и через несколько минут обступили ее, расспрашивая о дочери. Они, конечно, знали, что и Бенезия, и Лиара имеют самое непосредственное отношение к эпопее "Нормандии", что у них обеих — самый близкий уникальный доступ к Герою Галактики капитану Шепарду. Они удивлялись происшедшей с дочерью капитана и матриарха перемене и очень хотели знать причину этой перемены.

Бенезия, скрывая улыбку, пояснила, что Лиара теперь получила возможность уделять своей напряженной работе чуть меньше внимания, но, поскольку без дела она сидеть не умеет, то Бенезия попросила старшую дочь вспомнить, что она — старшая сестра четверых маленьких вихрей. И сегодня был первый день, когда она, отодвинув в сторону рабочие проблемы и вопросы, выступила в столь необычной для себя роли. Не желая смущать Лиару своим присутствием, матриарх направилась в торговый центр за пределы главного периметра жилого комплекса.

Лиара тем временем попросила всех четверых своих сестер спеть их любимые песни из детских фильмов и книжек, после чего на площадке состоялся небольшой концерт. Маленькие азари старательно выдвигали вперед своих друзей и подружек, не желая использовать факт присутствия старшей сестры как способ оказания давления и зарабатывания приоритета.

Ребятня несколько раз уговорила и Лиару спеть, после чего выразила самое неподдельное восхищение мелодичностью и теплотой ее голоса. Когда Лиара пела, на площадке устанавливалась мертвая тишина, а сидевшие в отдалении на лавочках мамы и бабушки иногда вполголоса подпевали.

Шесть часов общения с детьми и их родителями оказали на Лиару просто магическое влияние. Ее младшие сестры изумлялись тому, как она, не используя сияние биотики, светится довольством и спокойствием.

— Ли, а ты завтра с нами придешь на площадку? — спросили в один голос четверо красавиц, устраиваясь в коляске на дневной сон.

— Приду... — Лиара улыбнулась сестрам и добавила отцовское. — Куда ж я денусь, — чем вызвала улыбки и удовлетворения на личиках засыпающих азари.

Выкатив коляску на тихую тенистую аллею, Лиара достала ридер и сорок минут в текстовом режиме раздавала указания агентам своей сети, принимая от них отчеты и оказывая поддержку перенаправлением доступных ей, как Серому Посреднику, средств и ресурсов.

Спрятав ридер, она с наслаждением подставила лицо солнцу Тессии, мягко светившему сквозь молодую листву, ощутила дуновение ветерка, принесшего с океана аромат морской свежести. Она тихо катила коляску по аллее, испытывая чувство покоя и удовлетворения. Сестрички спали в обнимку, смешно причмокивая — им явно снились добрые, спокойные сны.

Приняв решение, Лиара выкатила коляску на главную аллею и через четверть часа комплекс "Сияние" остался далеко позади, уступив пространство океанской глади, соперничавшей по красоте с небом Тессии. Остановив коляску, Серый Посредник села на крупный валун, обточенный волнами и задумалась.

Мама оказалась права, ей было необходимо максимально переключиться, понять, что кроме работы есть еще и сестры, и семья, и множество других вещей. Война действительно окончилась, они победили и теперь она, Лиара Т Сони-Шепард, сможет сбросить с себя хотя бы несколько раз в день тяжеленную психологическую броню, ненадолго стать простой молодой девушкой. Вынырнув из созерцания мерно накатывающих на берег океанских волн, Лиара с удивлением отметила, что все четыре ее сестрички уже проснулись и теперь, держась за бортик, широко распахнутыми глазками впитывают в себя вечную песнь океана. Достав из багажного поддона коляски легкое покрывало, Лиара расстелила его возле коляски, села и рассказала сестричкам, что для азари вода их родной планеты Тессия — их древняя родина, которая всегда с ними. Затем она разрешила всем четверым приблизиться к прибрежной полосе и даже погрузить ручки и ножки в набегающие волны. Притихшие сестры завороженно смотрели, как океан мягко обволакивает их кожу, лаская и даря ни с чем не сравнимое спокойствие.

— Ли, а ты отпустишь нас искупаться? — спросила Амала.

— У нас тут неподалеку есть детский бассейн. Пока будете плавать там. — честно ответила старшая сестра. — Подрастете — научу плавать в открытом океане. Зато вам будет, чего можно с нетерпением ожидать. — улыбнулась она, увидев в ответ, как озаряются спокойными и полными улыбками лица всех четверых сестричек. Им всегда нравилось, что Лиара превосходно обходится без сюсюкания, разговаривает с ними как со взрослыми и никогда не обманывает. — Давайте-ка, возьмите вот эти салфетки и промокните ножки и ручки. Придем домой — примете ванну. Со временем вам будет достаточно просто высохнуть. Это наш океан, девчата. Он — добрый.

— Он добрый. — повторила Вирджина, вслушиваясь в мелодию фразы и осознавая ее глубинный смысл, понятный только урожденным азари. Остальные сестры тоже тихо произнесли эту фразу, наполненную вечной музыкой.

Они еще долго сидели на берегу, Лиара рассказывала сестрам легенды Тессии, связанные с древней историей азари. Теперь малышки смотрели на величественное пространство океана совершенно другими глазами.

Несколько часов пролетели быстро и Лиара уже и не надеялась быстро собрать сестер, разбредшихся по пляжу в поисках своих личных, подаренных океаном амулетов. Им очень понравилась легенда о них, а особенно то, что каждая азари находит за свою долгую жизнь лишь несколько таких амулетов, предназначенных только для нее. Она должна сама определить, какой камешек станет для нее таким амулетом.

— Амала, Виджина, Нерда, Эндис. — позвала старшая сестра. — Уже скоро надо возвращаться! Мы еще не раз придем на берег!

— Сейчас, Ли. — откликнулась Нерда, подходя к краю пляжа, за которым начинался лес. — Еще немного погуляем, можно?

— Мама будет очень недовольна. Она волнуется. — просто сказала Лиара, вставая с покрывала и пряча его в коляске. — давайте-ка пройдемся пешочком, не спеша. Не все же вам в коляске ездить, вы уже взрослые. — Серый Посредник улыбнулась, услышав восторженные вопли сестричек, быстро побежавших к началу теннистой аллеи, выводившей к широкой ленте многополосной магистрали.

На выходе из аллеи Лиара раздала малышкам бутылочки с питательной смесью и те смогли подкрепиться. Уложив опустевшие емкости в багажное отделение, Лиара жестом попросила сестер занять места в коляске. Вскоре все четверо непосед, сжимая в кулачках небольшие камешки, уже спали.

Лиара не спеша достигла ворот внешней ограды "Сияния", вошла на территорию, кивнув охранницам-азари и направилась к входному порталу ставшей ей родной средней башни. Уложив посвежевших после ванны сестричек в колыбельки, она прошла на кухню. Бенезия как раз готовила ужин.

— Ма. Сегодня был просто прекрасный день... Я в первый раз за очень долгое время чувствую глубокое умиротворение. — тихо сказала Лиара, подперев голову руками и устраиваясь поудобнее на мягком пуфике у стола. — Есть чего-нибудь вкусненькое?

— Есть, Лиара, есть. — Бенезия положила перед дочерью тарелки, наполнила их салатами и кашей, достала из охладителя сосуды с травяными напитками. — Они тебя пытались уговорить насчет океана?

— Пытались, ма. — Лиара кивнула, зачерпывая ложкой очередную порцию салата. — И, к моему удивлению, быстро согласились, что пока им будет лучше поплавать в бассейне с океанской водой.

— Еще бы они тебя не послушали, Лиара. — Бенезия положила порции салата и каши себе в тарелки, села, принимаясь за еду. — Теперь-то они тебя будут слушать наравне со мной.

— Наверное, мам. — Лиара протерла губы салфеткой и быстро встала, чтобы уделить время мытью посуде. — Я пойду, вечерний сеанс требует экранной поддержки. На выезде было сложно обойтись текстовым режимом.

— Но ты ведь сумела?

— Да. Сумела. Самой не верится. — Лиара поцеловала маму и направилась к себе в квартиру, где уже оживал совершенный комплекс многоэкранной связи и информации. На целых полтора часа она смогла вернуться в мир другого океана — информационного. Работа поглотила ее всю и она даже не заметила, как уже несколько минут за ней наблюдает ее отец, стоявший в проеме кабинета. Дождавшись, когда Лиара погасит взмахом руки экраны, он подошел к старшей дочери, обнял ее и сказал:

— Ли, я горжусь тобой. Спасибо тебе.

— Отец... — Лиара обняла Шепарда, приникла к нему.

Вскоре они сидели в гостинной на диване и Шепард показывал Лиаре книги сказок народов Земли и сборники детских игр, в которые играли на главной планете человечества. Бенезия, покормив дочек, через полчаса присоединилась к ним, с интересом знакомясь с рецептами земных блюд и историей женских земных нарядов.

========== Глава 173. Иден-Прайм. Мемориал героям Сопротивления ==========

Война с Жнецами затронула все без исключения расы. Объединенные в стремлении победить, выжившие жители галактики Млечный Путь не торопились отодвигать войну в прошлое. Они напряженно вглядывались в происшедшее, ведь именно тогда им довелось проявить свои лучшие качества. На многих планетах появились памятники, запечатлевшие важнейшие события борьбы со столь сильным и всеобщим врагом.

Иден-Прайм вернула себе славу одной из основных сельскохозяйственных жемчужин в короне Земного Содружества. Постепенно залечивались раны, нанесенные планете и ее жителям. Огромное небо больше не заволакивали дымы от горящих полей. Ночные звезды не напоминали падающие на планету бомбы. Жизнь властно брала свое.

Джон Шепард, Бенезия, Лиара, Ориана и Миранда с детьми прибыли на Иден Прайм простым, совершенно обычным рейсовым пассажирником. Зная нелюбовь капитана к почестям, окружающие старались поменьше выделять его из множества людей, улетавших, прибывших или пребывавших на этой планете.

Пассбус принял их в свой салон и капитан набрал на сенсорах код адреса. Дети Бенезии и Миранды в этот день вели себя непривычно тихо. Они тонко чувствовали настроение взрослых и понимали, что бывают минуты, когда веселье необходимо отодвинуть в будущее. Автоматический пассбус плавно опустился на стоянку у входа в ограду, опоясывающую небольшой мемориал.

Рядом опустился представительский флайер. Из него вышла поддерживаемая Кайденом Аленко Эшли Уильямс. Глава Совета Цитадели была в положении, ждали тройню. Капитан Шепард поклонился давнему верному другу и поцеловал ей руку, уступив место для приветственного ритуала своим женщинам. К нему подошел Кайден. Мужчины обменялись рукопожатиями.

Дети тихо осматривались вокруг. Они уже многое знали и понимали. Но сегодня впервые были на месте, с которого для очень многих началась война с Жнецами. Здесь, на эту планету было совершенно одно из первых или самое первое нападение слуг Жнецов — еретиков-гетов. Местные жители постарались сохранить все так, как было в тот год. Год первого массированного нападения. Шепард узнавал скалы, валуны, грунтовую дорогу, ведущую к месту раскопок и лагерю ученых. Конечно, никакого лагеря ученых, никакого места раскопок здесь уже не сохранилось. Иден Прайм и ее жители страдали от слуг Жнецов и позднее. Вплоть до последней финальной битвы на ней велись боевые действия. Разные по масштабам, по длительности.

Приняв Эшли в центр своей небольшой группы, Шепард и Аленко сделали первые шаги к мемориалу. Гранитная стелла уходила на десять метров ввысь, а под ней на черных плитах были высечены имена жителей Иден Прайм, павших в борьбе с Жнецами и их пособниками. Капитан, советник и посол встали перед плитой, на которой в самом верху было высечено "Капрал Д. Дженкинс".

Шепард и Аленко, преклонив колени, положили на гранит свои букеты земных цветов, поправили ленты, выпрямились. Эшли, отказавшись от помощи Кайдена, склонилась, положила свой букет, выпрямилась, промокая глаза платком. Огромное небо раскинулось над всеми, пришедшими в этот час к мемориалу. Оно обнимало их своим покоем, своей глубиной. Советник отступила несколько шагов назад, следом отошли капитан и посол. Наступила очередь детей. Непривычно серьезные и напряженные, они приблизились к линии, отделявшей плиты с именами от дорожки и положили свои букетики цветов. Несколько минут они стояли, замерев, погрузившись в себя. Затем тихо отошли в стороны, давая возможность подойти родителям.

Лиара, положив букет одной из первых, отошла, с трудом сдерживая рыдания. Кому как не ей, Серому Посреднику, происшедшее здесь было известно в мельчайших деталях. Да, капрал Дженкинс подарил своим напарникам несколько секунд на то, чтобы они успели приготовиться к бою. Подарил, заплатив за это своей собственной жизнью. Ее отец и посол Аленко были теми, кого он успел предупредить об опасности, приняв в себя заряды, которые вполне могли бы быть предназначены и им. Лиара содрогнулась, поняв, что если бы вместо Дженкинса вперед тогда вышел Шепард... Она могла бы остаться в том кисельном поле навсегда... И потому она была предельно благодарна молодому капралу, совершившему свой подвиг здесь, на планете, на которой он родился и вырос и которую одним из первых закрыл собой, спасая от огня, от боли, от истощения.

Ее обступили младшие сестры, все четверо. Разделили с ней ее боль, ее страдание. Старшие сестры оставались рядом с Бенезией. Шепард подошел, ступая по голой земле, к валуну, стоявшему в метрах ста пятидесяти от стеллы. Да. Именно с этого места они увидели вместе с Кайденом бегущую к ним сержанта Эшли Уильямс. Увидели, как она отстреливается от наседающих дронов, как уходит от выстрелов пехотинцев-гетов. Как забежав вон за тот, оставшийся таким же прочным и крепко вросшим в землю, валун, она перезаряжала винтовку, стараясь определить, с какой же стороны ее может ждать очередная, возможно — последняя, атака.

Сзади к капитану подошли советник и посол. Слов не потребовалось. Все трое думали об одном и том же. У всех перед глазами стояла та картина. Эшли, спрятав лицо на груди Кайдена, плакала, не стесняясь слез, сдерживая только рвущийся наружу крик. Кайден гладил ее волосы, молчал, понимая, что никакие слова не помогут сейчас Эшли успокоиться. Она вспоминала тот день в мельчайших подробностях. Снова видела гибель солдат своего взвода. Гибель людей, солдат, воинов от безжалостных машин, которые уже триста лет как не появлялись за пределами Вуали и вдруг пришли так близко к колыбели человечества. Она видела их хищно поворачивавшиеся фонари, обшаривавшие окружающее пространство в поисках очередных жертв. Она снова видела, как бежит, бежит, понимая, что единственным способом как-то уцелеть, доложить на Землю о нападении, будет бегство. Связь не работала. Неумолимые дроны обстреливали ее. Она пыталась отстреливаться, но ее никогда не готовили к борьбе с роботами. Ее готовили воевать с живыми существами.

И если бы не раздавшиеся вдруг слаженные очереди штурмовых винтовок... О, этот звук трехзарядных очередей прозвучал в ее ушах самой желанной, самой сладкой музыкой. И тогда она впервые увидела их — Джона Шепарда и Кайдена Аленко. Увидела и поняла, что они знают, видели даже больше, чем она, что бежать дальше нет необходимости. Она осознала, что спасена. Спасена от участи быть насаженной, как другие колонисты, на этот страшный "зуб дракона". Спасена от участи перестать быть собой, утратить свою личность, свою индивидуальность.

Вернувшись к мемориалу, все трое положили букеты цветов перед остальными пятнадцатью плитами. Здесь не было отдельных судеб. Здесь была только одна судьба — защитника человечества. И потому никто из них никак не выделил место упокоения капрала. Он — не менее герой, чем все остальные несколько тысяч колонистов, с оружием в руках вставших на защиту своего образа жизни, своего настоящего, своего будущего.

Миранда и Ориана успокаивали Эшли, которая едва сдерживалась. Бенезия, склонившись, тихо, почти шепотом поясняла детям, что произошло на этом месте. И они смотрели на хорошо известную им Эшли Уильямс, на не менее хорошо известных им Джона Шепарда и Кайдена Аленко другими глазами. В их душах укреплялось понимание остановленного простыми, совершенно незнатными людьми Ужаса. Понимание величия совершенного множеством самых обычных людей Подвига. Понимание цены, уплаченной за то, что они, дети, растут, взрослеют, живут под мирным небом, с которого не приходит гибель.

В полном молчании, думая каждый о своем, они вернулись в гостиницу. Не сговариваясь, мужчины собрались в одном из номеров, достали стаканы и бутылку со спиртом, разлили, стараясь не нарушать тишину. И выпили стоя, не чокаясь. Безмолвно. Эшли не смогла принять участие в ритуале — она крепко спала, окутанная биотикой Бенезии, сидевшей рядом с ее ложем в глубокой задумчивости.

Лиара в соседнем номере теперь уже подробно рассказывала детям обо всем, что связывало будущую команду и экипаж фрегата с Иден-Прайм. Она очень жалела, что рядом нет Явика. Он, как воин, смог бы разделить с ее отцом этот стол, в центре которого стоял стакан со спиртом, накрытый куском черного хлеба. Настоящего, солдатского черного хлеба. Быть может, выращенного здесь же, на Иден Прайм. Хлеба, который защитил капрал Дженкинс, спасший своей гибелью и капитана, и посла Цитадели.

Дети, собравшись вокруг голопроектора, вполголоса обсуждали только что услышанное и увиденное. Обсуждали, не пытаясь быть всезнайками или судьями. Та война, которую они совсем не знали, вдруг предстала перед ними во всей своей беспощадности. Их родители, родные, знакомые... Они защитили их от угрозы быть никогда не рожденными, от гибели, от постоянного страха быть превращенными в безличную хищную оболочку.

После скудного походного обеда Шепард и Аленко молча собрались, предупредив, что будут поздно вечером. Эшли спала — Бенезия погрузила ее в глубокий сон без сновидений, чтобы пережитое на мемориале не повредило будущим детям Главы Совета Цитадели.

— На этом месте мы нашли Найлуса. — сказал Аленко, указывая на площадку, чудом сохранившуюся неподалеку от старого космопорта. — Смотри, здесь мемориальная доска тоже есть. Но она не о Крайке. Она о тех рабочих, которые здесь прятались. Помнишь, наш разговор с ними тогда, когда мы искали Крайка?

— Да... — ответил Шепард. — С контрабандистами знались, прятали их товар, немного от работы отлынивали, а вот случилось — и встали на пути врагов. Не струсили, не убежали, не скрылись в ближайшем убежище, не сдались. Бились — как мужчины и погибли — как воины. — помолчав, он добавил. — Я видел, монорельс уже восстановили, даже ту, техническую ветку. Может, проедем, посмотрим, где стоял маяк? Где были те бомбы обьемного взрыва?

— Давай. А на обратном пути заглянем к Дженикинсу. Помянем. — тихо, одними губами произнес Аленко.

— Да. Это именно та площадка. Здесь, просто удивительно, все осталось так, как тогда... — оглядевшись, Шепард узнавал все более и более мелкие, но такие знакомые детали.— Здесь была последняя бомба. А вон там, на той площадке... Надо же — и ее восстановили. Используют. Там стоял вон на том месте протеанский маяк... Я тогда Эшли еле оттянул от этого вязкого поля. Хорошо, что ты тогда меня толкнул, заставил среагировать, я ведь стоял спиной к маяку. Да. Теперь здесь — резервный космопорт. Старый, но надежный. Используется, когда урожай слишком большой собирают. Не забывают люди это место. Хорошо, что место стоянки Властелина закрыли плитами. — Шепард смотрел на площадь, заставленную контейнерами, цистернами и тюками. Он хорошо знал, что под этими пластинами — земля, спеченная до твердости гранита. Отсюда ушел Жнец...

— Возвращаемся, Джон. Надо к Дженкинсу. Он будет рад. Церемониал — хорошо, но вот так, малым составом — лучше. Ему лучше. Нам лучше. Он не за эту церемониальную мишуру воевал. — Аленко потянул друга за собой. Шепард, как в полусне, повиновался.

Мемориал в вечерних красках стал еще строже и угрюмее. Плеснув спирт на дно стакана, Шепард достал кирпичик черного хлеба, нарезал его тесаком на три части. Один ломоть он положил сверху на стакан, поставил сосуд у основания плиты с именем капрала. Мужчины достали фляги и, глядя на сверкавшие в лучах закатного светила буквы, образующие имя их погибшего товарища, выпили несколько глотков обжигающей влаги.

В молчании они вызвали автоматический флайер и, прибыв в гостиницу, молча разошлись по номерам.

Утром на своем представительском фрегате убыла на Цитадель Советник Уильямс вместе с мужем. Шепард молча поклонился Эшли, пожал протянутую руку Кайдена, развернулся и вышел из зала отлета. Он не стал провожать отлетавший фрегат взглядом.

В полдень на рейсовом пассажирнике семья Шепарда вернулась на Землю, к "Нормандии".

========== Глава 180. Сердце Лиары ==========

Прошло четыре сотни лет с того памятного для династии Шепардов дня, когда Явик обрел подругу, а Лиара перешла в статус матроны. Матриарх Бенезия угасала. Она давно уже не покидала своих покоев в главном доме Шепардов, расположенном на берегу Большого океана на Тессии. Несколько лет тому назад она официально передала свою должность вице-президента Совета Матриархов Азарийского пространства одной из своих учениц и теперь отдалась размышлениям, ограничивая свое общение кругом своих ближайших родственников и членов экипажа и команды "Нормандии".

Вот и сейчас она сидела в полутьме своего кабинета в глубоком и мягком кресле перед столом, на котором были разложены многочисленные ридеры, датапады и инструментроны. Она вспоминала, в очередной раз разрешив себе полностью погрузиться в прошлое. Вспоминала, диктуя сестре Глифа — Вилде, очередную главу своих мемуаров. Дрон легко и беззвучно скользила вокруг матриарха, умерив сияние до минимума и ловя каждое слово, каждый звук своими чувствительными микрофонами. Изредка Вилда включала видеокамеру, запечатлевая матриарха в привычном для нее окружении.

Никто не беспокоил Бенезию в эти часы. Ее старшая дочь, Глава Союза информационных брокеров Азарийского пространства Лиара Т Сони находилась у себя в офисе, ее приемные старшие дочери — Ориана и Миранда принимали участие в проводимом на Иллиуме Межзвездном конгрессе исследователей, выступая там с большими главными докладами. Младшие дочери давно жили отдельно, обзаведясь семьями и занимаясь каждая своим любимым делом.

Капитан Шепард спал в своем кабинете после написания очередной главы своих воспоминаний. Он тоже работал над мемуарами по вечерам, когда мог вернуться с борта своей любимой "Нормандии".

Матриарх перечитала последние несколько глав воспоминаний, внесла правки и дополнения, задумалась. Она знала, насколько мало ей осталось. Об этом знали все ее дети и муж. И поэтому спешила, торопилась сделать все, что она должна была сделать до того, как перед ней раскроются врата Вечности. Она думала о Джоне. Знала, понимала, догадывалась, что он сделал все... чтобы она прожила как можно дольше... Знала, как ему больно осознавать, что она уйдет раньше его. И хотела, чтобы рядом с ним, теперь уже как супруга, встала Лиара, ее Крылышко. Ее единственная родная старшая дочь, знавшая ее в молодости и в середине жизни. Та, кто всегда любил капитана намного больше, глубже, полнее, чем это можно было бы ожидать от дочери. Та, на кого теперь ляжет управление огромной династией Шепардов. Та, кто никогда не конкурировала за Джона с матерью, просто понимая — время стать для него супругой еще не наступило.

Теперь до этого времени осталось всего ничего. И Бенезия знала — уходя, она оставляет Джона и династию в хороших руках. Руках своей Лиары, сохранившей в себе лучшие черты Этиты, Бенезии и... Джона. Пятисотлетняя матрона Лиара Т Сони-Шепард с гордостью несла двойную фамилию, она сумела выйти за рамки, за пределы своей работы Серого Посредника, узнать обычную простую и разнообразную жизнь... Но никогда и никого она не допускала к себе близко, оправдывая веру матери и отца в то, что она сохранит рассудительность в любых условиях и ситуациях. Она спокойно принимала ухаживания, нормально относилась к обожанию и преклонению, но не шла ни на что большее. У нее уже была одна любовь, которая поглотила ее очень давно. Любовь к ее капитану, к Джону Шепарду.

Только его она любила полностью и без остатка, только с ним желала прожить остаток своей длинной жизни, только для него она открывалась, зная, что он ее достоин и никогда не причинит ей боль и страдания. Все окружающие знали, насколько глубоко, истово, она любит своего отца. Насколько уникальна их всеобьемлющая связь, уходившая своими истоками в далекое прошлое, еще в эпоху противостояния с Властелином.

Лиара одна из немногих знала, насколько ее мама довольна и горда своей судьбой. Знала, что если бы не Властелин, Бенезия могла бы прожить и две с половиной тысячи лет. Прожить рядом с ее отцом, капитаном Шепардом. Знала, что даже если бы Джон ушел... раньше, Бенезия все равно бы сохранила ему верность до самой своей собственной смерти. Для Бенезии три тяжелейших миссии и все послевоенное время существовал только один муж и главный друг — капитан Джон Шепард. И она сделала все, чтобы, ощущая близость ухода, наполнить подаренные им ей годы жизни всем лучшим.

Она высоко ценила в Джоне неспешность и последовательность, позволившую ей, матриарху азари, много-много раз проверить свои чувства, постепенно узнать Джона ближе, поддержать его стремление к ненасильственному образованию внутри экипажа и команды "Нормандии" только крепких, надежных и глубоких союзов. Союзов, в которых мнение капитана не будет иметь решающего значения. Союзов, рядом с которыми он, капитан Джон Шепард останется одинок до самой Победы над Жнецами. Одинок и един с Бенезией и ее Лиарой. Одинок и един с его приемными дочерьми — Мирандой и Орианой.

Матриарх видела, знала, ощущала, как хочется Джону снять с себя тяжеленную броню капитана фрегата и командира экипажа. Как хочется ему простого, личного человеческого счастья. Он смог, сумел остаться для команды и экипажа фрегата лучшим в их судьбах капитаном и командиром, для которого они были семьей, его детьми и воспитанниками. У него не было в экипаже и в команде изгоев или любимчиков — они все были для него дороги и ценны. Каждый и каждая — по-своему. Любой из них знал, что может придти в капитанскую каюту в любое время дня и ночи и найти понимание, поддержку, помощь, просто молчаливое сопереживание.

Он всегда считал, что безопасность и спокойствие любого члена экипажа и команды для него, капитана и командира, намного важнее и ценнее, чем его, Джона Шепарда, собственные безопасность и спокойствие. И раз за разом он защищал своих нормандовцев перед лицом любой опасности, не жалея ни времени ни сил для того, чтобы оградить их от проблем и вопросов. И никогда не ждал, что ему тоже помогут, никогда не считал своих нормандовцев обязанными ему чем-то.

Он смог не раствориться в своей команде, в своем экипаже, оставаясь сложной, неоднозначной, глубокой и богатой личностью. Человеком, сумевшим из статуса командира десантного экипажа с полным правом перейти в статус командира корабля, первого после Бога на борту одного из множества земных фрегатов.

Бенезия, придя на борт "Нормандии", незаметно для самой себя начала... учиться. Она, один из духовных и религиозных лидеров Азарийского Пространства, вдруг поняла, что может познать нечто очень новое, важное, ценное для себя. То, что невозможно было найти и принять нигде, кроме столь уникального сообщества, каким стали нормандовцы уже тогда, в период противостояния с Властелином. В дальнейшем она ни разу не пожалела, что согласилась с Лиарой стать частью экипажа и команды этого человеческого и такого... галактического фрегата.

Она ничуть не удивилась, вглядевшись в Лиару и поняв, что ее дочка, едва став совершеннолетней, уже влюбилась... Влюбилась в капитана Шепарда не только потому, что он вытащил ее с Терума из протеанского устройства безопасности, не только потому, что он, Джон Шепард, защитил ее от крогана-мастера и его сообщников, посланных Сареном захватить ее, Лиару. Не только потому, что он вытащил ее из под рушащихся сводов той страшной пещеры, едва ли не вынес на руках на поверхность. Нет, Лиара влюбилась в капитана Джона Шепарда не только поэтому, а потому, что она смогла ощутить высокое предназначение этого сурового воина, офицера Земного Альянса. Предназначение, ставящее его вровень со значением расы Протеан для предшествовавшего Цикла и выводящее Шепарда на еще более высокий и сложный уровень значимости в новом, современном Цикле.

И Бенезия не стала отговаривать дочь от развития взаимоотношений с Шепардом. Не стала, потому что увидела: вопреки расхожему мнению, среди людей немало таких, для которых азари — не обьект легких сексуальных приключений и необязательных краткосрочных взаимоотношений, не несущих в себе никакой глубины и целостности. И Лиара, чистокровная дочь двух азари, смогла найти для себя именно такого человека, увидевшего в ней личность, а не обьект животного сексуального вожделения. Смогла найти и доверчиво отдать ему великое право своего воспитания, которое могла отдать только отцу. Отцу, которого она тогда еще не знала, не видела, но чувствовала — он есть. Для Лиары на долгие месяцы отцом стал Шепард. Человек, землянин, офицер войск Альянса, капитан фрегата и командир экипажа.

Она, Бенезия, сразу ощутила, что Лиара... ее Лиара не будет с ней, ее матерью, матриархом азари, вступать в конкурентную борьбу за право высшего доступа к нему, Джону Шепарду. Не будет заводить за ее спиной собственной паутины взаимоотношений с капитаном. Останется на позиции дочери, если уж так случилось и в культуре землян так принято. Для Бенезии не было тайной, что ее Лиара глубоко, полно и нежно любит капитана. Любит впервые в своей такой долгой, если сравнивать с людьми, жизни. Такой долгой и одновременно — очень короткой, если судить по меркам азари. Любит не только как отца, не только как дочь. И Бенезия быстро и полно убедилась: Шепард не предаст чувства Лиары, не использует ее доверие в каких-либо недостойных интересах. И никогда и нигде не подвергнет опасности жизнь и здоровье Лиары...

Как она, Лиара, хотела участвовать рядом с капитаном в высадках на планеты. Как хотела идти за ним, прикрывая его биотикой, уничтожая его врагов прежде, чем они смогут нанести ему любой ущерб, причинить ему боль. Бенезия раз за разом убеждалась в неизменности позиции капитана: он только впереди, все остальные — за его спиной. Со временем, когда команда и экипаж выросли в размерах, она поняла и другую установку капитана: никогда и нигде не рисковать жизнью, здоровьем, безопасностью женщин. Да, он уступил Лиаре, позволил поучаствовать в нескольких высадках, в нескольких боестолкновениях. Но прежде он купил для нее самую лучшую броню, самые совершенные и мощные щиты, самое удобное для нее и легкое по весу безотказное, неприхотливое оружие, самый лучший изолирующий скафандр, имеющий несколько рубежей защиты. И всем этим он заставил Лиару овладеть в совершенстве задолго до того, как она в составе группы высадки сделает первый шаг за пределы фрегата или челнока.

Понимая, что рано или поздно может создаться ситуация, когда нападение будет совершено на сам фрегат, капитан Шепард лично экипировал всех женщин и девушек своей команды и своего экипажа лучшими бронекомплектами, лучшими скафандрами, лучшим оружием, лучшими щитами. И побудил овладеть всем этим великолепием в полной мере. Так за линией обороны фрегата, представленной мужчинами, встала вторая линия — женщины и девушки. Нулевой линией стал сам фрегат, на оснащение которого Шепард не жалел никаких средств, изымаемых с трупов врагов и из схронов в их базах и стоянках.

На себя, на свои нужды он тратил самый минимум, его каюта очень долго была обставлена предельно скромно. Глядя на капитана, чувствуя, что очень скоро им предстоит встать на линию огня, члены экипажа и команды сами, без просьб и понуканий избавились от излишеств в своих спальных капсулах и каютах. Со временем они согласились и с теми правилами, которые капитан строго индивидуально озвучивал каждому, становящемуся частью семьи нормандовцев.

Ни на высадках, ни на фрегате женщины не могли теперь рассчитывать на то, что их оставят в беде или подвергнут любой опасности.

Шепард в корне пресекал любые разборки между женщинами, кто бы или что бы ни было их причиной. Он признавал уникальность и неповторимость личности каждой дамы, но всегда побуждал их разрешать свои конфликты и противоречия без оскорблений, криков и спонтанных обвинений. Тем более — без рукоприкладства и драк, без подлянок. Он оказался способен выступать раз за разом в роли справедливого судьи, возведя обязанность понять, разобраться и принять необходимое решение в ранг абсолюта. И потому в его каюту шли все, кто испытывал потребность сверить свою позицию с неким образцом, найти решение, которое раз за разом ускользало, не давалось или было неочевидным. Все, кто просто хотел выговориться, найти не просто слушателя, а мудрого собеседника.

А со временем дамы так же пошли и к ней, к Бенезии, уловив единство, сформировавшееся между ней и капитаном. Поверив, что она, тысячелетняя матриарх и религиозный лидер азари, сможет не менее полно и глубоко разобраться в непростой ситуации, дать мудрый, простой, но самый необходимый совет, указать путь решения сложной проблемы. Бенезия знала, ощущала, как не только она учится, познает, постигает ранее неведомое. То же самое осваивает и ее дочь.

К моменту столкновения с коллекционерами, рейда через "Четверку" взаимоотношения между Шепардом и Лиарой перестали быть для нормандовцев чем-то особенным. Все члены экипажа и все члены команды признали, что Шепард и Лиара объединены чем-то большим, чем статус отца и приемной дочери. И это большее уважалось и понималось всеми нормандовцами настолько полно и бережно, что Бенезия раз за разом испытывала глубокую благодарность и признательность всем членам семьи "Нормандии".

Через полгода Бенезия тихо ушла. Просто уснула в своем кресле, в котором проводила теперь большую часть суток. Лиара, получив сообщение на инструментрон, бросила все дела в офисе и прибежала домой. Следом прибыл капитан. Он перенес Бенезию на кровать и, оставив кабинет, позволил Лиаре обрядить мать в последний путь. Затем, получив безмолвное разрешение, вошел, встал у изголовья и негромким звучным голосом прочитал молитву за усопших праведников. Прочитал, чувствуя, слыша, как одними губами эту же молитву повторяет и его Лиара. Та, которая теперь становилась его законной женой.

Похороны Матриарха были тихими и немноголюдными. Джон и Лиара уединились в доме, чтобы ознакомиться с последней волей Бенезии, заключенной в рукописном завещании. А потом несколько дней читали, слушали и смотрели дневник Бенезии, в котором она сказала намного больше, чем в завещательном распоряжении. Лиара плакала, обнимая Джона и перелистывая дрожащими пальцами страницы нескольких толстых тетрадей, исписанных ровным и четким почерком матери. Утром следующего дня из Совета Юстициаров поступили документы, согласно которым Лиара Т Сони становилась официальной супругой Джона Шепарда, наследуя все возможные права и имущество своей матери. Капитан также получал ряд прав и некоторые активы, ранее принадлежавшие Бенезии. Часть прав и активов передавалась другим старшим и младшим дочерям Бенезии. Еще полгода ушло на то, чтобы полностью принять на себя все, чем раньше безраздельно владела матриарх.

Шепард в присутствии почти всей старой команды и экипажа прикрепил к мемориальной доске в холле фрегата планку с именем и фамилией своего главного друга. Затем в полном молчании все нормандовцы собрались в зале совещаний, встали вокруг стола и, подняв бокалы с азарийским, самым любимым вином Бенезии, выпили, не чокаясь, глядя на портрет Бенезии, написанный Таирой Моро. А потом долго вполголоса вспоминали, какой она была для каждого из них.

Лиара целый год носила траур по матери. Целый год она не посещала никаких увеселительных заведений и мероприятий, не бывала в барах и ресторанах. Целый год не отвечала ни на какие знаки внимания со стороны абсолютно посторонних. Весь год она работала над книгой, в которой едва ли не впервые описала многие доселе неизвестные факты и события, связанные с жизнью и деятельностью своей матери.

Правительство Тессии и Совет Азарийского Пространства обратились к ней, единственной родной старшей дочери с просьбой дать согласие на присвоение имени матери новейшему исследовательскому кораблю. Лиара несколько дней думала, советовалась с Шепардом и сестрами, после чего направила в адрес Совета письменное официальное согласие. В назначенный срок она нажала на Азарийских стапелях белую кнопку, освобождавшую новопостроенный корабль от захватов дока и тем самым дала ему, крейсеру исследовательского флота, путевку в большой и дальний космос, путевку в жизнь. На борту корабля сияла надпись "Матриарх Бенезия Т Сони". Портрет матери, написанный Таирой, она передала в музей корабля, он занял почетное место в холле центрального зала крейсера, обладавшего богатейшей библиотекой и являвшегося не только научным и исследовательским, но и культурно-религиозным центром.

Возвращаясь со спуска крейсера со стапелей, Лиара вдруг ощутила в себе биение четырех новых жизней. Она попросила водителя своего лимузина остановиться и несколько раз внимательно прислушалась к себе. Сомнения рассеялись очень быстро — она беременна. И у нее оставалось не больше ста пятидесяти лет прежде чем ее Джон уйдет... Уйдет, исчерпав все и любые возможности по продлению срока своей жизни. Уйдет физически, но духовно останется с ней навсегда. Лиара постаралась отогнать мрачные мысли — у нее был впереди еще не один месяц жизни рядом с Джоном, рядом со своими долгожданными дочерьми.

Она не стала скрывать беременность от Джона и еще раз убедилась, насколько близка и дорога ему. Он не был оригинален: сразу предложил сократить рабочие часы в офисе Союза, больше спать, лучше и регулярнее питаться. Но главное — все эти предложения предназначались не кому-то вообще, а персонально ей, его жене и будущей матери его новых дочерей. И Лиара решила последовать его рекомендациям, тем более, что они позволяли ей больше времени проводить вместе с Джоном, рядом с ним.

В назначенный срок она родила четверых здоровых и красивых дочек, которых прежде медиков приняли на свои руки все ее шестеро сестер. Она видела, насколько был рад Джон, в котором снова пробудились его лучшие отцовские качества. Они вдвоем часто и подолгу гуляли, катя перед собой коляску с малышками. Тихо говорили на самые разные темы или просто молчали, глядя друг на друга. Благодаря его присутствию она обошлась без помощи своих сестричек-азари и сама выкормила всех четверых положенное природой время.

Ей было очень страшно. Страшно, потому что она понимала: эти ее девочки — последний самый большой подарок ее Джона. Прощальный подарок. Дар, принесенный им ей перед лицом Вечности. И она постаралась раствориться в Джоне полностью и без остатка, подарить ему всю себя до самого конца, успеть до того момента, как его глаза погаснут. Она знала, понимала, была уверена, что быстро взрослеющие дочки Джона поймут ее правильно, ведь когда он уйдет... они останутся рядом с ней еще очень надолго. А сейчас их мама должна уделить максимум внимания, заботы, теплоты, любви тому, кто стал их отцом в преклонном для людей возрасте. Все окружающие, большинство знали его до сих пор как легендарного капитана Джона Шепарда и только им, жене и дочерям, он был открыт с совершенно другой стороны, недоступной для посторонних.

Джон успел, сумел, постарался уделить ей и своим родным дочерям максимум возможного внимания, участия. И смог больше, чем она могла от него ожидать. Он убедил ее не оставаться одинокой после того, как он уйдет. Побудил ее, свою ненаглядную Лиару, понять, что ей совершенно не обязательно заживо себя хоронить в одиночестве. Что ее долгая счастливая полная жизнь, долгая многогранная жизнь ее дочерей и сестер — это лучший памятник ему, Джону Шепарду и лучшая память для ее матери — Бенезии Т Сони. Слушая его тихий голос, Лиара понимала, что он... он не отказывается от ее любви, от ее уважения... Он знает, что она будет его любить и тогда, когда он уйдет. И хочет, чтобы она, продолжая его любить, была счастлива и дальше, весь срок, который ей отпущен.

Он отчаянно хотел защитить ее от одиночества. Он видел многих, слишком многих азари, отдавших свои сердца мужчинам и женщинам многих короткоживущих рас, видел их страдания, муки, видел их боль и горе. Видел, ощущал, принимал на себя и понимал, что Лиара, его Лиара не заслуживает подобной участи. Она должна быть счастлива, встав во главе династии Шепардов-Т Сони тогда, когда он Джон Шепард останется рядом с ней только в ее памяти и в ее сердце, в памяти и сердцах всех членов огромной семьи, всех членов экипажа и команды легендарного фрегата.

Он понимал и другое: его уход будет вдвойне тяжелым именно для Лиары, поскольку на нее обрушится и личная боль и скорбь, и боль и скорбь всех, кто прошел рядом с ним, капитаном Джоном Шепардом сквозь три тяжелейшие миссии. Кто благодаря ему выжил, смог обрести семью, детей, свое личное будущее, защищенное от страданий, от безысходности. Он понимал, что его похороны не будут тихими и скромными, ведь проводить его прибудут все нормандовцы, все, кто доживет до этого дня, а вместо тех, кто не дожил — прибудут их дети, внуки, правнуки, которым ушедшие нормандовцы завещали хранить глубокое уважение к нему, Джону Шепарду. Все они пожелают засвидетельствовать свои соболезнования ей, Лиаре Т Сони — Шепард и она уже не сможет избежать этих встреч, этих разговоров, этих взглядов.

В том, что она это выдержит ради него, его памяти, он не сомневался, только хотел максимально сократить время этих встреч, когда вокруг нее будет столько живых, но среди их всех не будет его, Джона Шепарда. И ей придется привыкнуть искать его не вовне, а внутри себя, в своем сердце, в своем разуме, в своей душе. Искать и каждый раз очень долгое время находить. И он не хотел, не желал, не мог допустить, чтобы эти поиски и находки раз за разом заставляли Лиару страдать, ограничивать себя так же, как она долгие годы ограничивала себя, приняв на себя статус дочери капитана Шепарда. Страдать еще глубже, острее, страшнее, ведь у нее впереди как минимум еще две тысячи лет жизни без него и без матери.

Капитан больше всего не хотел, чтобы Лиара обрекла себя на одиночество. Она должна была найти кого-то, кто бы смог встать рядом с ней и пойти рядом с ней по жизни. Год за годом, десятилетие за десятилетием. Он догадывался, знал, что она... после его смерти... может, вытерпев эту траурную официальную процедуру и срок траура... просто исчезнуть. Стать настоящим, неуловимым и никому неизвестным Серым Посредником. Могущественным хозяином информации в целой Галактике. И столетиями оставаться в одиночестве на борту "Серого Трона", модернизированного, предельно усовершенствованного огромного корабля. А когда придет и ее срок — тихо уйти, унеся с собой тайну Серого Посредника и тайну его Ставки. Замолчать, стать глубокой тишиной в динамиках спикеров и инструментронов многочисленных агентов. Оставшись в памяти и сердцах знавших ее и как Серого Посредника, и как Лиару Т Сони — Шепард. Для всех остальных став красивой легендой.

И помня ее заплаканные глаза, ее напряженную как струна фигурку у центрального пульта Зала информации "Серого Трона", ее дрожащие пальцы, обхватившие его запястье там, на борту "Нормандии" после возвращения из рейда за "Четверку"... Ее бешено стучащее сердце, подгоняемое страхом за него... Джон Шепард не мог допустить, чтобы Лиару настигла новая, сильнейшая волна страдания и боли.

И потому с самого известия о беременности главной подруги он употреблял огромные усилия на то, чтобы она ни в коем случае не хоронила себя, не ограничивала себя, не устраивала по нему, Джону Шепарду, пожизненных поминовений, не становилась одинокой только потому, что его физически больше никогда не будет рядом с ней. Он знал, что Лиаре именно такое желание ее капитана и мужа будет крайне необходимо, ценно и важно и она, быть может, согласится с необходимостью жить обычной жизнью, жить ради своих собственных дочерей и своих многочисленных сестер, как родных, так и сводных и приемных. Он верил, что в ее сердце найдется немало места не только для него и для сестер с дочерьми, но и для того, кто станет ей дорог и важен, кто сможет быть достоин ее. Он верил в Лиару и хотел для нее только самого лучшего.

Комментарий к Глава 180. Сердце Лиары

Эта глава была подана ранее как отдельная работа. Теперь, в связи с переходом к написанию глав третьей части, она включена в состав "Операции "Сопровождение". Нумерация условна и впоследствии будет изменена.

========== Глава 181. Смерть Шепарда ==========

"Нормандия" возвращалась из очередного дальнего полета в ранее закрытые районы Млечного Пути. По корабельному времени был поздний вечер. Капитан Шепард находился в своей каюте, сидел за рабочим столом и просматривал очередную порцию отчетов, присланных членами экипажа и команды. Перед ним на небольшой витрине светились два портрета — Лиара и Бенезия Т.Сони. Чуть ниже были групповые портреты всех его дочерей. И родных, и приемных.

Прошло сто сорок лет с того момента, как его Лиара тихо, стесняясь и смущаясь сказала ему о своей беременности. С тех пор они почти никогда не разлучались надолго. Его родные дочери, все четверо дочерей Бенезии, как одна поняли своего отца и свою мать правильно, предоставив им вдоволь возможностей находиться рядом и вместе. Старшие дочери — Миранда и Ориана, поддержали их стремление.

А Лиара... Лиара понимала, что капитан не может вечно сидеть на Тессии, рядом с ней. И потому, скрепя сердце, отпускала его в полеты на борту только его фрегата, его легендарной "Нормандии", прошедшей десятки модернизаций и оставшейся такой же красивой и могучей. Шепард почти никогда не заставлял Лиару волноваться, он понимал, что теперь его фрегат нужен не только ему, но и новой команде, новым членам экипажа. И в последние годы стал реже появляться на его борту. Еще реже — уходить на "Нормандии" в очередной полет.

Этот рейс был особенным: автоматический разведзонд гетов передал ему координаты планеты, на которой было обнаружено протеанское захоронение. Таких захоронений было найдено немало и зонд не стал бы передавать эту информацию лично Шепарду, но среди собранных данных компьютеры зонда нашли изображение протеанки. Той протеанки, которая встала рядом с Явиком. И Шепард, получив эти данные, ознакомившись с ними, принял решение — он должен побывать на этой планете. Отдать дань памяти тем протеанам, среди которых была спутница Явика.

Фрегат совершил посадку неподалеку от протеанского акрополя. Почти все члены команды и экипажа, кроме разве что вахтенных, приняли участие в траурной церемонии и вернулись на борт, оставив Шепарда наедине с местом последнего упокоения и одновременно — местом обретения надежды. Долгие годы капитан надеялся на то, что когда-нибудь Явик снова выйдет на связь. Не сложилось. Видимо через огромные расстояния, каким то энным по счету чувством Явик ощутил, как повлияло на Лиару и капитана его неожиданное появление на экране в тот вечерний час.

Он, капитан Шепард, знал, видел, чувствовал, как Лиара не хочет рвать в клочки свою юношескую мечту — рассказать о протеанах, как о прекрасной, сильной и развитой расе. Как она подолгу смотрит на висящий в закутке их огромной квартиры, в ее большом рабочем кабинете диплом Серрайского университета на Тессии и ее тонкие и гибкие пальцы подрагивают, выдавая нетерпение и жгучее желание ощутить теплоту деревянной рамки и гладкость стекла, покрывающего документ. В такие минуты Шепард видел ее молодеющей буквально на глазах и чувствовал, насколько она, приближавшаяся к возрасту матриарха, неравнодушна к предмету своей давней исследовательской работы, к протеанину Явику. Какой радостью, вспоминал Шепард, тогда засветились ее глаза, когда она, войдя после ванны в кабинет отца, увидела на большом экране Явика рядом с его сбывшейся мечтой.

Никогда, ни при каких обстоятельствах не командовал Шепард судьбой Лиары, охотно допуская, что его дочь, а впоследствии — жена... после его ухода может вернуться к Явику. Допуская и не видя в этом ничего предосудительного или угрожающего, веря в Лиару и в Явика, в их благоразумие и способность помочь друг другу тогда, когда он, Джон Шепард уже не сможет помочь. Пожалуй, в последние месяцы Шепард только Явика видел рядом со своей Лиарой. Видел не как мужа, а как друга, способного поддержать ее на самом сложном этапе переживания утраты.

Если же Лиара захочет стать его, Явика, женой... Кто он такой, чтобы запрещать это ей, прошедшей рядом с ним, капитаном, десятилетия, наполненные самыми разными событиями. Почему-то он был уверен, что спутница Явика не будет против, чтобы Лиара стала частью их судьбы. Прошло почти пятьсот лет.

Рядом с неподвижно стоящим у протеанского кладбища Шепардом тихо и незаметно встала Сюзанна. На планету опускался вечер. Стоявший вдалеке фрегат зажег габаритные огни. ИИ молчала, понимая, о чем думает ее капитан и почему он уже несколько часов неподвижно, словно изваяние, стоит перед этой плитой, сделанной рукой протеанина. Протеанина, сумевшего стать не последним. Уже давно, больше сотни лет назад Сюзанна проводила в последний путь своего Джефа. И теперь совмещала обязанности капитана и пилота фрегата, признав только Шепарда своим единственным командиром.

— Прости, Сью... Я... задумался... — сказал Шепард, очнувшись от размышлений. ИИ молча еле заметно кивнула, прикрыв глаза и не стараясь держать капитана под своим все замечающим взглядом. — Все на борту? Взлететь сможем? — Второй кивок, более определенный, утвердительный. — Тогда — идем. И... готовь фрегат к взлету. Мы возвращаемся... Только... — он медленно повернулся к фрегату лицом... — Когда будем взлетать, включи сирену... Ненадолго, секунд на тридцать. Они... — он обернулся к скале, на которой светилась памятная плита. — Они... заслужили... — Сюзанна не стала кивать, только прикрыла ненадолго глаза в знак согласия и пошла рядом с капитаном к кораблю.

Спустя несколько минут фрегат поднялся над поверхностью планеты, плавно развернулся, принимая ориентировку старта, замер и тишину погружавшейся в ночь планеты нарушил звук главной корабельной сирены. Тридцать секунд звучала она над покоем, обьявшим место упокоения протеан и в ней было столько... скорби, боли, сопереживания... И одновременно — веры и... благодарности. Капитан кивнул Сюзанне, сидевшей на месте первого пилота и вышел из рулевой рубки, направляясь по вновь засыпавшему кораблю к креслу у Звездной карты. Планета отступала в тень, становилась все меньше и меньше в размерах.

Через несколько часов будет пройден ненадолго оживший при прохождении Нормандии ретранслятор, который, пропустив фрегат, снова отключится на долгие десятилетия. Впереди будет цепочка ретрансляторов до Тессии. Впереди будет встреча с Лиарой...

Капитан сел в кресло у Звездной карты. Высочайшая автоматизированность при сохраненном развитом ручном управлении, позволяла теперь обходиться без вахтенного офицера у Карты и капитан был рад, что и в этот раз он сидит в полутьме огромного зала один. Он пристегнулся и погрузился в размышления, глядя на игравшую приглушенными красками Карту.

А потом пришел сон...

Сюзанна, проверявшая в очередной раз системы навигации идущего по выверенному маршруту фрегата, первая безмолвно ощутила происшедшее и первая оказалась рядом с замершим в кресле у Звездной Карты капитаном. Бережно освободив его тело от ремней кресла, киборг подхватила капитана на руки и по лестнице, не пользуясь лифтом, отнесла в капитанскую каюту, уложила на кровать...

Когда утром члены экипажа вошли в главный зал управления, они увидели на кресле у Карты букет простых земных полевых цветов. Единственных, какие Шепард разрешал себе дарить. Слов не потребовалось. Поднявшись на "чердак" фрегата, нормандовцы по одному входили в капитанскую каюту, прощаясь со своим бессменным капитаном. В этот день на фрегате была просто звенящая тишина, везде был приглушен свет и корабль шел по маршруту непривычно медленно и тихо.

Сюзанна дождалась, пока выйдет последний член экипажа, прикрыла дверь в каюту и, встав за рабочий капитанский стол, набрала на капитанском инструментроне код, запускающий процедуру автоматического информирования. До Тессии оставалось пройти еще пять ретрансляторов, можно было воспользоваться и двигателями прокола пространства, но ИИ решила не ускорять события, дав возможность всем, кто остался в живых, кто знал капитана, собраться у центральной планеты Азарийского пространства для последнего ритуала прощания.

Проводы, их основная часть пройдут на орбите родной планеты капитана — Земли. Туда прибудут далеко не все — столичная планета азари намного ближе. И места для дальних больших кораблей там... больше. А после прощания на орбите Земли Шепарда похоронят на месте того детского приюта, из которого он ушел прямо в войска Альянса. Долгие послевоенные годы там существовал небольшой парк, в центре которого был фонтан.

— Внимание по кораблю. — тихо сказала Сюзанна, войдя в пилотскую рубку и сев в кресло первого пилота. — "Нормандия"... следует на Тессию.

— Капитан, простите. — голос главного вахтенного был непривычно мягок и одновременно в нем читалась нешуточная растерянность. — Вам — вызов со странной пометкой — "Линия". Неужели...

— Да, Майкл. — Сюзанна получила на свой инструментрон это сообщение, вызвавшее столь большую растерянность опытного офицера. — Это — от экипажа той самой "Линии". Прикажите принять шаттл в наш ангар и проводите их к лестнице наверх... Я сейчас... подойду.

— Слушаюсь... капитан. — вахтенный отключил связь, но Сюзанна знала, что он еще долго не сможет успокоиться, ведь ему, принадлежащему к уже пятому по счету составу экипажа, не приходилось никогда вживую встречаться с представителями цивилизации, имеющей в своем активе более чем миллион лет жизни.

Она тоже заволновалась. Нервно оглядела рулевую рубку, встала, посмотрела на свое отражение в небольшом зеркале. Они, эта пятерка, знали ее всякой. Они встретили ее у входа в активную, такую долгую жизнь. Они ее поймут. И ей было невероятно тепло от сознания того, что первыми, самыми первыми, кто разделит с ней горечь и боль этой невосполнимой утраты станут пятеро офицеров загадочного "Свитка".

В этот момент в рулевую рубку вошли Аврора Иванова и Светлана Юльева. Женщины обняли Сюзанну, не скрывая слез и не пряча рыданий. Сюзанна смогла отдаться на волю чувств и эмоций, находясь в руках самых дорогих для нее людей, людей, благодаря которым она обрела такое будущее, такую судьбу. Несколько десятков минут их никто не беспокоил — полотно двери отсекло рулевую рубку от остального корабля.

— Давайте пройдем к... нему... — сказала Сюзанна, размыкая обьятия и нервно приводя свой комбинезон в порядок. — Он ждет... он... будет рад.

Обе женщины молча кивнули, поддерживая Сюзанну, вышли из рулевой рубки, передали ее всем троим офицерам-мужчинам. Захар Семенов пряча глаза, в которых стояли слезы, поцеловал ее руку, после чего, ощутив немое согласие, обнял ее за плечи и поцеловал в лоб. Сюзанна обняла его, не душа рыданий и крика. Она давно стала больше человеком, чем киборгом и была предельно благодарна Семенову и его людям за этот великий дар. Именно они, офицеры экипажа посещения "Свитка" повлияли на тогда очень молодого и неопытного во многих вопросах Шепарда, дали ему понимание новой, высшей роли искусственного интеллекта в изменившихся условиях. Благодаря им, их присутствию рядом, Шепард развил до предела свои богатейшие задатки, полностью реализовал свой потенциал.

Сюзанна отпустила Захара, он отошел к своим женщинам, а к ней приблизились десантники — капитан Владимир Стропов и информационник — капитан Степан Берестов. Конечно, сейчас у них были уже другие, гораздо более высокие звания и должности, но для нее, Сюзанны ИИ, они навсегда остались молодыми офицерами.

Володя, стараясь не применять силу, по медвежьи, надежно облапил ее, прижал к своей широченной груди и она, киборг, вдруг ощутила такое облегчение, такую защищенность, что сама потеснее прижалась к нему. Он легко поцеловал ее в макушку и Сюзанна была благодарна ему за это — он помнил, что она всегда любила, когда он нависал над ней, закрывая ее от неприятностей и изредка, в самые нужные моменты, целовал вот так. Она подождала, пока он разомкнет свои обьятия, легко, двумя руками наклонила к себе его голову и поцеловала в обе щеки и в лоб, видя, насколько растерянное и убитое горем у него выражение лица, как у него, не умеющего отступать десантника, в уголках глаз светятся слезинки. Если уж Володя Стропов, скала-десантник плачет...

Но Стропов сдержался и плавно передал ее из рук в руки в обьятия самого молодого и для Сюзанны ИИ самого индивидуально ценного члена экспедиции посещения — Степана Берестова. Он мягко и нежно обнял ее, не стесняясь, что она увидит его искаженное страданием и душевной болью лицо. Для нее он был... учителем, который первый погрузил ее в океан информации, дополнил ее алгоритмы поиска и обработки своими личными разработками, но никогда не совершал насилия по отношению к ее установкам. Она дала Степе поцеловать себя в лоб и в щеки, понимая, что ему нужно собраться перед тем, как он увидит его, капитана Шепарда.

Она только сейчас заметила, что они снова пришли на борт фрегата в гражданской одежде. И теперь эта одежда отражала их скорбь по погибшему капитану. Капитану Шепарду, который сам, с их минимальной помощью, спас целую Галактику от потери всей и любой разумной жизни.

Сюзанна в обнимку со Степаном дошла по лестнице до каюты капитана, прикоснулась к голограмме замка, размыкая охранную цепь и пропуская всех пятерых вперед. Семенов пропустил вперед обеих женщин, они первыми встали у изголовья кровати, на которой лежал капитан. Затем Захар взглядом пригласил войти ее, капитана, теперешнего капитана фрегата. Сюзанна подчинилась, понимая, что это — не протокол. Это — память и уважение. Для Шепарда, вынужденного на протяжении трех тяжелейших миссий раз за разом отказывать себе в праве на личную жизнь, на счастье вдвоем, она долгое время была больше чем ИИ, больше чем киборгом, больше чем вторым пилотом, больше чем душой его горячо и нежно любимого фрегата ""Нормандия"". Но он ни разу не посягнул ни на ее тело, ни на ее душу, ни на ее сущность.

Она чувствовала, знала, ощущала, всегда помнила, что он любит ее. Любит... машину, робота, киборга, механизм... Любит как... как личность, как... женщину... Как то, что следует защищать, оберегать, поддерживать везде и всегда. И это позволило Сюзанне сделать свой, нисколько не зависящий от его, капитана Шепарда, мнения и желания, выбор. Она была предельно, полностью, до остатка благодарна Шепарду, что он увидел в ней не железяку, не шагоход... Что он понял ее стремление поддержать Джефа Моро, поддержать, поскольку пилот страдал от своей болезни, чувствовал себя слабым, никчемным, ограниченным... Если, конечно, дело не касалось пилотирования его "Нормандии".

Кто тогда сделал окончательный выбор — она или капитан — сейчас не было важно. Важно было для Сюзанны то, что Шепард и сам хотел, чтобы Сюзанна стала для Джефа чем-то большим, чем центральный компьютер, чем синий ящик, чем система управления защитным интеллектом корабля. Она ощутила, что Джеф нуждается в ней больше, чем капитан...

Все пятеро приняли Сюзанну в свой круг и выстроились по обе стороны кровати с телом капитана Джона Шепарда. Аврора Иванова вместе со Светланой Юльевой начали читать на абсолютно незнакомом Сюзанне языке какую-то, несомненно, очень древнюю молитву. При первых ее словах все пятеро склонили головы. А потом эта же молитва прозвучала на галакслингве... И Сюзанна была потрясена... В кратком тексте было столь емкое содержание... Столько боли, столько скорби, столько грусти. В этом кратком тексте был заключен такой отчаянный, рвущий душу зов, обращенный к ушедшим... И одновременно в молитве была выражена уверенность в том, что погибшие не оставят живых своей помощью и поддержкой, не дадут им отступить, предать, ослабеть...

Отдав первым почести капитану Шепарду, Захар Семенов отступил от ложа, отходя к уголку отдыха.

— Это молитва на нашем самом древнем языке, Сюзанна. Ему больше миллиона лет. То, что прозвучало на галакслингве... и могло прозвучать на английском... Способно передать только самый общий смысл. На самом деле в основном тексте молитвы заключено гораздо больше... — шепотом пояснил он, поймав вопрошающий взгляд Сюзанны. — Я бы хотел посоветоваться с тобой... — он жестом указал ей на рабочий кабинет Шепарда. — Мы прибыли сюда с помощью телепортации, "Линия" уже давным давно погружена на крейсер и надежно закреплена. Взяли шаттл и прибыли сюда, как только узнали. Сюзи, мы не можем расшифровываться. У вас полностью сменилась команда, полностью сменился экипаж. Это... сейчас лучше всего. Скажи, что мы... из спецотдела ВКС Альянса систем. Это будет... правдой... Никто кроме тебя и Лиары не будет знать всей правды — у вас по-прежнему надежная система скрытия конфиденциальной информации. Далеко не все все знают. А сейчас в мирной жизни никто и не будет копаться во всем этом — наступает время рутины... Наступит, едва он, — он кинул полный боли и страдания взгляд на тело капитана, — будет предан земле на своей родной планете. Уйдет в отставку Эшли Уильямс — и эпоха послевоенного развития... будет окончена. Начнется длительная, хочется в это верить, эпоха мирного развития... Практически беспрерывный цикл совершенствования разумной жизни в вашей Галактике. Вашей, подчеркну, Сюзанна. Теперь вашей, совместной с органиками, Галактике. Это не так мало, поверь.

Я понимаю... что ты обязательно скажешь о нашем пребывании здесь Лиаре, Миранде, Ориане. Скажи им все, так как есть на самом деле. Поясни, что мы не могли продлить свое пребывание и быть не первыми в числе тех, кто должен отдать последние почести ему. — он снова посмотрел в сторону ложа капитана. — Но вот этот кристалл... я даю только тебе... Спаси Лиару, Сюзанна... Дай ей вечную цель, чтобы она не наложила на себя руки от безысходности, чтобы она не замуровала себя на "Сером Троне", чтобы она не оставалась одна... в личном плане. Я уверен, знаю, она сама выберет самого достойного. Она уже сейчас лучше, полнее, совершеннее, чем даже мы могли бы это спрогнозировать. Шепард любил ее, любит и, смею надеяться, будет любить всегда, сколько бы ей ни было отпущено лет жизни. Она всегда будет, хочу в это верить, любить своего Джона. Больше чем отца, больше чем капитана. Но ей нужна цель, чтобы их любовь не была прервана...

Очень многие слова, живущие в культуре разумной жизни рас многих галактик Вселенной, звучат на разных языках, звучат по-разному, в разной последовательности... Передай ей, если придет такой момент, что пока из двух любящих людей жив хотя бы один — история их жизни и любви — продолжается. Ты сама поймешь, когда нужно ей будет сказать такие слова. Сюзи... Сделай все, чтобы она, Лиара, прожила весь отпущенный ей природой срок, чтобы она прожила его полной жизнью, чтобы у нее всегда была впереди цель... Не соединиться с Джоном в лучшем, верхнем мире... Нет. Другая. Которая позволит ей стать еще лучше, выше, полнее, совершеннее... Она это... сможет.

На этом кристалле — информация по Явику и Инелле. Ты знаешь, что после их видеотелесвязи... Лиара пережила жуткий стресс и перешла в состояние матроны... Мы наблюдаем за ними, знаем, что у них... все нормативно. Инелла почти освоилась в этом столь новом для нее мире... Явик... успокоился. Они посетили десятки и сотни мест, где бывали протеане. И совсем скоро, мы убеждены в этом, весь личный состав крейсера "Свиток"... Совсем скоро Явик будет готов передать разрешение на встречу с координатами планеты, на которой эта встреча произойдет. И Лиара... сможет вспыхнуть новым светом, поскольку Явик... и Инелла... вполне возможно, согласятся не только встретиться с Лиарой, а потом, позже — прибыть сюда, на Тессию, к ней... Открыться, как оставшиеся в живых настоящие, полные Протеане. Мы знаем, что тогда Лиару ждет не просто азарийское, а галактическое признание... Оно даст ей возможность вернуться не просто к собиранию и обработке информации... Оно даст ей возможность обрести смысл жизни на долгие сотни лет... Явик... даст эту возможность только ей... И Инелла ее поддержит. Между ними нет противоречий... Инелла знает, что Явик... любит Лиару... И она спустя столько лет, как протеанка, убедилась, что любя Лиару, Явик... никогда не предаст, никогда не оставит ее, Инеллу.

Скажу больше, скажу только тебе, Сюзанна. У Явика и Инеллы есть дети... Протеане живут долго, очень долго... И поэтому они столько вложили именно в азари. Полторы тысячи лет — это гарантия, своеобразный минимальный срок жизни для столь уникальной и сильной расы. А сколько сможет прожить имеющая такую цель Лиара.... Никто не знает... Ни Явик... ни Инелла... ни мы. Пойми, Явик... преклоняется перед Лиарой. Только ей одной он готов доверять, кроме, конечно, Инеллы и ее детей, полностью и без остатка. При нем она стала Серым Посредником, точнее — раскрыла свой потенциал достаточно полно в этом направлении. Инелла, как женщина, как ученый, как медик, многое пояснила Явику и в том числе — об азари.

Мы прекрасно знаем, что Явик и Инелла могут отказаться от интеграции в сообщество рас Млечного Пути. Это будет только их выбор. А Лиара... она согласится с этим выбором. Может быть, она... все же мягко настоит на том, чтобы дать Явику и Инелле возможность воспользоваться наработками саларианцев в области генетики. И тогда Явик и Инелла станут современными Адамом и Евой новой, протеанской цивилизации, не имперской, не насильственной, не воинственной. Новой, современной, обьединенной с мощью Азарийской цивилизации. А потом — и с мощью всех остальных разумных рас Млечного Пути. Кто знает, быть может и мы тогда сможем помочь Явику, ведь наше существование для него — тоже не тайна. Мы для него Старшая Раса, но он — наш партнер. Ты знаешь, что давить на него, давить на Инеллу и на их детей... мы никогда не будем.

Если они захотят прожить свои длинные жизни вдали от остальных рас, оставшись малоизвестными... Что ж. Это будет их выбор. Но и тогда Лиара... смею надеяться, равно как и Миранда и Ориана... будут для Явика и Инеллы не чужими очень долго. И случись что — они друг другу помогут. К сожалению, Миранда и Ориана не смогут осилить еще одну тысячу лет... А Лиара — она сможет. И тогда рядом с ней всегда будут те, в кого она верила, когда только только получила диплом доктора археологии. Верила и... любила. Для детища протеан — азарийской цивилизации... это дорогого стоит, Сюзанна. А в случае необходимости... она всегда сможет уйти к ним... Ведь к тому времени никто лучше этих протеан не будет знать вашу Галактику, ее самые закрытые и самые таинственные уголки... Для всех закрытые и таинственные... Кроме них и Лиары... — с этими словами Семенов вложил кристалл в руку Сюзанны. — Мы все будем рядом с тобой, Сюзанна. Рядом с тобой, Аэстеной, Виром, Легионом.

Мы будем... помогать. Но... сохраняя безвестность и глубокую шифровку. Очень скоро... ты — единственная, кроме протеан, будешь знать, что мы... существуем. Поскольку те, для кого мы были реальностью... незаметно, но неуклонно уходят. — Семенов едва удержал дрожание губ и смахнул слезу, прочертившую по его вечно сосредоточенному лицу свою дорожку. — Прости... Но мы должны возвращаться в челнок... Нам не хочется телепортироваться прямо отсюда... Мы всегда будем помнить о тебе, Сюзанна... И о тех, кто помнит о нас. — он подождал, пока в рабочем кабинете Шепарда соберутся все его офицеры. — Прости... Проводи нас, чтобы не было вопросов...

— Захар... — шепотом произнесла Сюзанна... — Можно тебя обнять?

Семенов кивнул и наклонился к Сюзанне. Та приникла к нему, запечатлевая на его лице множество поцелуев... Понимая, что перед ним, видевшим ее еще в виде деки, набитой микросхемами синего ящика, в виде неподвижного, голого тела киборга, ей, Сюзанне Моро, не следует в такой момент стесняться и сохранять в действии большинство протокольных ограничений... На долгие десятилетия они, члены экипажа "Свитка" стали для нее поддержкой и опорой и теперь, ох, как хотелось ей в это верить — они останутся для нее поддержкой и опорой в будущем.

С сожалением расцепив объятия, Сюзанна обнялась и расцеловалась с Авророй и Светланой, обменялась поцелуями и рукопожатиями с Володей и Степой. Приведя себя в порядок, все шестеро прошли через главную палубу в ангар и Сюзанна проводила взглядом улетавший челнок. Спустя несколько минут, убедившись, что ангар надежно изолирован от космоса, Сюзанна Моро вернулась на главную палубу.

— Внимание по кораблю. — тихо сказала Сюзанна, войдя в пилотскую рубку и сев в кресло первого пилота. — "Нормандия"... следует на Тессию. Подготовиться к встрече с эскадрой Памяти. До входа в ретранслятор — десять минут.

Первым кораблем, встретившим фрегат после выхода из ретранслятора у Тессии стал тяжелый крейсер "Свет Ранноха" — флагман военно-космических сил гетов. Адмирал Вир, тот самый прайм, ставший свидетелем и участником создания Шепардом долгожданной семьи, появился на экране. Кому как не Сюзанне ИИ было заметно, насколько убитый у него, главкома вооруженных сил гетов, вид.

— Прими соболезнования, Сюзанна. От всего сообщества гетов, от всех, кто знал, помнил, знает и помнит капитана. Будет помнить его всегда. — медленно и тихо прострекотал Вир, умерив свет своего прожектора до возможного минимума. — У меня на борту... Верховный Адмирал Флота Тали Зора... Ее сопровождает... Легион. Советник Раэль Зора не смог... он... слишком тяжело пережил известие... остался на Раннохе. Просил передать... что помнит и благодарен Шепарду... за все... Аэстена... она обещала быть позднее, сейчас она... летит на Тессию, будет сопровождать Лиару... Разреши Тали Зоре и Легиону... прибыть на борт... — он умолк, понимая, что Сюзанна не покажет сейчас компьютерной скорости действий и решений.

— Разрешаю, Вир. — тихо произнесла синтетик. — Он... в своей... каюте. Передай Зоре...

— Передам. Я... тоже прибуду.

— Жду. — мягко сказала Сюзанна, переключая каналы. — Принять шаттл с крейсера. Лечь в дрейф.

Приняв ответные сообщения, она вышла из рубки и спустилась в ангар, куда уже прибыл челнок. Вместе с Легионом она проводила Тали Зору в капитанскую каюту и позволила ей несколько минут оставаться наедине с капитаном. Первой инопланетянке, кого Шепард взял в команду фрегата. Обменявшись с Легионом понимающими взглядами, Сюзанна тихо, но решительно проводила адмирала в салон-столовую, оставив ее на попечение вахтенных.

Вместе с Виром и Легионом она ненадолго вернулась в капитанскую каюту. Несколько минут они все втроем стояли у ложа капитана, благодаря которому машины с искусственным интеллектом получили права гражданства в галактике Млечный Путь, стали не слугами, не рабами, не инструментами — партнерами, друзьями, равными среди равных.

— Капитан. — раздался приглушенный голос главного вахтенного. — На связи — крейсер "Слава Палавена". Адмирал Гаррус Вакариан просит разрешения прибыть на борт.

— Принять шаттл. Проводить в капитанскую каюту. — тихо, но твердо ответила Сюзанна. Вир и Легион кивнули, поспешив вернуться в салон-столовую, к Тали Зоре.

В хорошо знакомой Сюзанне синей броне в капитанскую каюту вошел, неслышно ступая, Гаррус. Подойдя к ложу, он опустился на одно колено, взял капитана за правую руку и замер, склонив голову. Несколько минут он молчал, стараясь сдержать слезы. Сюзанна ждала, недвижимо замерев возле входного портала. Наконец турианец тяжело поднялся, разогнулся, отпустил руку капитана и подошел к Сюзанне. Та достала платок и стерла слезинки с пластин, обрамлявших глаза верного друга Шепарда.

— Мужчины... говорил капитан... не плачут... Мужчины... огорчаются. — тихо прошептал Гаррус, не препятствуя Сюзанне. — Вот мы и... осиротели, Сюзи. — он нервно дернул мандибулами, оглянувшись на капитана. — Прости... Я знаю, что Тали... на борту... Я ей сейчас... нужен.

Сюзанна отпустила плечо турианца, коротко кивнула и отступила в сторону, давая возможность адмиралу выйти из капитанской каюты. На экране, слабо засветившемся у рабочего стола Шепарда, она увидела, как кварианка повисла на подошедшем к ней Гаррусе и заплакала навзрыд, как она спрятала свое лицо на груди своего, без всяких сомнений, верного и любимого друга... Два адмирала. Два представителя столь разных цивилизаций обьединились, чтобы совместно пережить утрату того, кто подарил им, в самом начале совместной работы счастье познания любви. Для Сюзанны не было секретом — Тали Зора и Гаррус продолжали любить друг друга. И знали, что это качество было воспитано в них обоих их единственным капитаном, капитаном Джоном Шепардом.

Вир и Легион отошли от Гарруса и Тали в другой конец огромного центрального зала, боевого информационного центра фрегата. Отошли, давая возможность друзьям не сдерживаться, не стесняться, не ограничивать себя протоколом.

— Капитан... Прибыл фрегат "Заря". На борту — дочь Главы Совета Цитадели, Стелла Уильямс. Эшли Уильямс прибыть не смогла — она... очень слаба... Кайден Аленко... занят подготовкой траурной церемонии на Цитадели.

— Принять. Проводить в капитанскую каюту. Обеспечить видеосвязь по каналу квантовой голографии с покоями Главы Совета Цитадели. Перебросить сигнал на проектор в капитанской каюте. — тихо распорядилась Сюзанна, поворачиваясь к двери лифта, из которой уже выходила молодая женщина в строгом траурном платье.

Обменявшись с Сюзанной короткими обниманиями и поцелуями, гвардии полковник спецвойск Альянса Систем Стелла Уильямс переступила порог капитанской каюты и подошла к изголовью кровати. Вспыхнувший луч голопроектора прочертил с другой стороны ложа контуры фигуры Эшли Уильямс, облаченной в черное строгое платье. Полковник космопехоты Альянса Систем склонилась над Шепардом и Сюзанна отвернулась — слишком личным был момент, чтобы ей, синтетику, продолжать наблюдать за происходящим. Она знала, что совсем скоро Шепард прибудет на Цитадель и там уже Эшли Уильямс отдаст дань памяти своему верному другу лично. Сейчас она доверила это сделать своей старшей дочери, присутствуя рядом вот так, в виде голографической проекции.

Сюзанна не могла, не чувствовала в себе сил думать и говорить о Шепарде теперь... только как о теле. Для нее он оставался живым... И останется... Так же как для нее остался живым ее единственный муж — Джеф.

Подошедшая сзади Стелла коснулась ее плеча и прошла дальше, к лифту. Сюзанна знала, она спешит в главный зал, а оттуда, недолго постояв у Звездной карты, она придет в салон-столовую. Экранное изображение подтвердило ее прогноз.

— Спасибо, Сюзанна. — голографическая проекция Эшли Уильямс приблизилась к ИИ. — Сделай все, чтобы он... — женщина взглянула туда, где была кровать Шепарда. — прибыл на Цитадель... — она всхлипнула. — Слишком многие хотят отдать ему дань уважения. Почти все население Цитадели. Мы готовимся, Сюзи. Пусть он... прибудет. Это... нужно не только ему... Это больше нужно нам... всем... — она прощально кивнула и ее фигура растворилась в полумраке каюты.

На ее месте проявилась другая фигура. Сюзанна не удивилась ее появлению — она ждала, что Касуми Гото придет вот так, незаметно для других и быстро.

— Сюзи. — японка обняла киборга. — Мне... мне так... больно... — она отстранилась, неслышно и быстро подошла к изголовью... — Это я... капитан... — она склонилась над телом... — Я опять не сумела украсть для тебя несколько лет жизни... Прости... — она прикоснулась к его плечу, задержала руку, склонив голову. Сюзанна знала — в этот момент она читает древнюю японскую молитву, которой традиционно провожали в последний путь воинов Империи Восходящего Солнца. — она выпрямилась, пряча в капюшоне заплаканное лицо... — Сюзи... Я приду к нему на Земле... Я буду там, рядом с ним, когда... все отдадут свои почести ему... Прости... мне надо побыть одной... — она надвинула капюшон еще больше и ветром пронеслась мимо киборга к лифту. Сюзанна знала, что лифтом она... не воспользуется.. обычным способом.

Послышался звук прибывшей кабины и из нее вышли два дрелла. Тейн и его сын, Колят. Тейн сразу прошел к капитану, а Колят взял Сюзанну за руку.

— Сюз, давай подойдем... Мой отец... хочет прочитать прощальную молитву... Если бы не капитан... Мне пришлось бы читать ее над отцом... И теперь мы оба должны вернуть ему долг, чтобы его душа там... была спокойна и тиха. — он мягко повлек киборга к изголовью. — Ты... знаешь эту молитву, Сюз. Отец... начни... Мы... поддержим.

Колят соединил обе руки перед грудью и склонил голову. Тейн, склонив голову, читал старую молитву на ее исходном, древнем языке. Затем, сделав короткую паузу, он прочел ее уже на галакслингве, общем для Млечного пути языке. И в третий раз он прочел ее на английском, языке, столь распространенном среди уроженцев Земли. Закончив чтение, дреллы прикрыли свои бездонно черные глаза, погрузившись в размышления, соединившись с тем, кто подарил им семейное счастье, долголетие и помог найти достойное применение их талантам и способностям. Сюзанна молчала, опустив взгляд на спокойное лицо ее капитана. Ей очень хотелось верить, что капитан услышал и молитву дреллов и ее молитву, молитву-зов. В этот момент она особенно остро ощутила себя... одинокой, брошенной, оставленной... Она звала его, звала безмолвно, звала, читая за дреллами строки древней и вечной молитвы, звала, надеясь, что он слышит ее... Услышит...

Перед ней была вечность. Как машина, она, Сюзанна Моро, не старела, не болела, не ломалась. Внешне она осталась спокойна. Только ее душа, ее личность сейчас плакали и звали. Звали того, кто поверил в то, что киборг и искусственный интеллект достойна встать рядом с органиками, стать для них другом, партнером, родным по духу существом.

— Сюзи, успокойся. — услышала она рядом, совсем рядом тихий голос Тейна. — Капитан... всегда будет рядом с нами. И с тобой тоже... Со всеми нами и... с каждым из нас... Он не даст нам почувствовать себя брошенными и одинокими... Он... верит в нас... и любит... всех нас и каждого по-своему... Мы всегда будем рядом с тобой... с Аэстеной, с Виром, с Легионом... Ты не будешь одинока, Сюзи, обещаю... Не рви его душу своим убитым видом... Он же тебя читает... Он же тебя... видит насквозь... И ему больно, потому что больно... тебе. Теперь ты — "Нормандия", его вечный и уникальный корабль. Теперь ты — капитан. Капитан фрегата Джона Шепарда. Фрегата, принесшего Млечному Пути Победу и Надежду на Будущее. Шепард... верит в тебя, верит тебе и знает, что ты сделаешь все... наилучшим образом... Мы... будем внизу, в салоне-столовой... — с этими словами Тейн и Колят неслышно покинули капитанскую каюту.

— Капитан... Фрегат инженерной службы Кварианского Союза на связи. Ведущий инженер Лиа Ваэл... просит разрешения подняться на борт. — доложил вахтенный.

— Принять... Передать, что капитан ... у себя.

— Принято.

Кварианка скользнула в каюту как тень. Только остановившись перед Сюзанной, она откинула капюшон хорошо знакомого киборгу скафандра, ставшего теперь для кварианцев церемониальной одеждой. Черные ленты скорби струились по плечам и груди той, кто знала фрегат досконально.

В глазах Лиа стояли слезы. Она снова надвинула капюшон.

— Прости, Сюзи... Проводи меня... к нему... Или я... просто упаду... — выдавила из себя кварианка, беря киборга за руку. Сюзанна кивнула и они вдвоем подошли к изголовью кровати. Лиа склонилась над Шепардом, откинула капюшон и прикоснулась губами к его лбу, отдавая последний дружеский поцелуй тому, кто помог ей тогда на Цитадели, помог, защитив от ложного обвинения в воровстве, а потом... потом подарил счастье ежедневно видеть уникальный корабль, его удивительное ядро, знать фрегат наощупь, с закрытыми глазами... Подарил счастье встретить другого кварианца, полюбить его, среди боев, среди огня и вспышек зарядов... дать жизнь троим детям, превратить инженерный отсек в место, где ее дети смогут расти без скафандров, без пузырей, без опасности инфекций. Подарил уверенность в своих силах, дал осознать свою мощь и профессионализм, понять свою ценность и полезность для... очень многих.

Выпрямившись, Лиа одними губами прочла древнюю кварианскую молитву и отступила от ложа, поворачиваясь к выходу. — Спасибо, Сюзанна... Я... пойду в салон-столовую, к Тали... Ей... нужна помощь... — Ваэл выскользнула из каюты подобно бесплотному духу. Сюзанна знала, что кварианка едва сдерживается, чтобы не зарыдать в голос.

— Капитан... Медкрейсер Земли "Парацельс"... на связи. Академики Карин Чаквас и Хлоя Мишель просят разрешения...

— Примите... и проводите. В каюту. — тихо ответила Сюзанна.

Первой в каюту капитана вошла Чаквас. Кивнув Сюзанне, она подошла к капитану, встала у изголовья. Хлоя Мишель не стала проходить в глубь каюты, остановилась рядом с Сюзанной, не желая прерывать прощания с капитаном той, кого Шепард избавил очень надолго от необходимости бесконечно залечивать травмы и раны членов экипажа и команды. Избавил, зная, что рано или поздно Чаквас придется применить все свои знания, умения и навыки, для того чтобы спасти от смерти очень многих. Тех, кто до этого благодаря капитану очень и очень нечасто попадал во владения медотсека фрегата в качестве пациентов. Тех, для кого и доктор Карин Чаквас и доктор Хлоя Мишель оставались самыми ценными и неприкосновенными специалистами корабля. Тех, кто в жутком напряжении рейда за "Четверку" не дал в буквальном смысле волоску упасть с обеих докторов. Не дал даже приблизиться к ним любой опасности, потому что вслед за капитаном Шепардом поверил — случись что и Карин и Хлоя встанут между ними, нормандовцами и смертью, заставят ее отступить в очередной раз, не дадут костлявой ни малейшей надежды на поживу. И вот теперь оба доктора стояли над телом своего капитана. Преодолевшего, превысившего несколько раз предельный срок жизни человека. Но оставшегося таким же смертным, как и они.

В глазах военного хирурга Чаквас стояли слезы. Даже Сюзанна нечасто видела их, а Хлоя Мишель вообще совершенно искренне полагала, что ее старшая коллега не умеет плакать. Карин отступила от ложа, подошла к Сюзанне, давая возможность Хлое попрощаться с ее капитаном.

— Он... — начала было Чаквас...

— Нет, Карин. Он просто уснул. Был очень утомлен. Сел, пристегнулся, задержал взгляд на Карте... Она своим сиянием всегда его успокаивала... Закрыл глаза и вскоре... уснул. — ответила Сюзанна, понимая, что перед врачом фрегата бесполезно скрывать такую, наглухо закрытую для всех других нормандовцев, информацию. — А потом у него постепенно замедлилось сердцебиение и он... ушел... Я перенесла его сюда, обрядила, а на его капитанское кресло положила букет цветов. Сделала это так, как он просил, чтобы все сразу поняли... — Сюзанна вздрогнула и Чаквас обняла ее, прижимая к себе.

Несмотря на то, что Карин была профессионалом в лечении органиков, принадлежавших к большинству известных рас, Сюзанна только ей доверяла уход за своей кожей, близкой по многим своим характеристикам к человеческой. Только Чаквас кроме Джефа видела Сюзанну полностью обнаженной. Только ей киборг и ИИ корабля доверяла залечивать немногочисленные порезы и ранения в том рейде за "Четверку". Залечивать, поскольку на полноценную регенерацию не хватало ни времени, ни ресурсов. Только Чаквас ввела Сюзанну в мир единения с мужчинами-органиками, пояснив ей, мягко и ненавязчиво, то, что может ждать от нее Джеф. Ее Джеф.

Спустя несколько минут оба доктора покинули каюту капитана и присоединились к остальным в салон-столовой. На экране капитанской каюты было видно, как прибывшие корабли выстраивают коридор Скорби, сквозь который предстояло пройти "Нормандии".

— Капитан... крейсер Союза Юстициаров Азарийского пространства "Равновесие"... на связи. Юстициары Самара, Мирала, Рила и Фалере просят разрешения подняться на борт. Они... судя по всему... крайние перед посадкой на Тессии, капитан. — вахтенный старался сохранять спокойствие, но ему это откровенно плохо сегодня удавалось. — Они сказали, что специально ждали... всех остальных.

— Принять. Скажите, чтобы поднялись в каюту...

— Есть, капитан. — вахтенный прервал связь.

В проеме лифта встали четыре фигуры юстициаров, затянутые в черную траурную церемониальную броню. Первыми к ложу капитана, к его изголовью подошли Самара и Мирала. Фалере и Рила остались стоять рядом с Сюзанной.

— Сюзи, Рила, Фалере. — тихо сказала юстициар. — Подойдите. — она подождала, пока киборг и ее младшие дочери приблизятся. — Я принесла Шепарду молчаливую третью клятву юстициара, поклявшись ему в верности на время миссии. Тогда я не могла предвидеть, что моя клятва позволит мне быть рядом с человеком, способным остановить и уничтожить Жнецов... Рядом с человеком, который спас моих дочерей и меня... от страшной судьбы, от гибели. Рядом с человеком, подарившим мне и моим дочерям глубоко личную, истинную, полную и цельную надежду на лучшее будущее. Я счастлива, что судьба подарила мне возможность близко знать капитана Джона Шепарда, быть его соратницей и... ученицей. Он дал мне возможность... освоить новое понимание многих вещей... развиться, стать лучше, глубже, цельнее... И... хотя Джон Шепард ушел... я не буду снимать с себя обязанность следовать однажды данной ему клятве. Сюзанна... его корабль и ты... будут всегда самыми дорогими и желанными гостями у нас на Типре, в Союзе Юстициаров. — Самара опустилась на одно колено и вспыхнула, окуталась молочно белой биотикой, что-то прошептав одними губами. Выпрямившись, она взглянула на дочерей. — Мне сообщили, что пока больше никого на кораблях... не ждут... Все остальные ждут... капитана Шепарда и его корабль... на Тессии, Цитадели и Земле... Мой крейсер... сопроводит фрегат на всем этом пути... по праву принадлежности Шепарда к гражданам Азарийского пространства. Сюзанна... Все собрались в салоне-столовой. Ждут вас, Сюзанна, чтобы в единении отдать первую общую дань памяти нашему... капитану.

— Прошу вас... — Сюзанна отступила в сторону, пропуская к выходу всех четверых юстициаров. Убедившись, что каюта чиста, она прикоснулась ладонью правой руки к голограмме замка, включая запечатывание каюты в силовой кокон. — Идемте... по лестнице... Не надо... гула лифта... Это... слишком больно... — выдавила из себя киборг, сделав первой шаг к лестничным маршам.

Когда они приблизились к порталу зала столовой, Самара и ее дочери плавно и быстро обогнали Сюзанну, ушли вперед. И когда ИИ корабля переступила порог зала, она увидела, как все собравшиеся встают из за скромно накрытого стола, поворачиваются к ней и замирают, ожидая, когда она, капитан "Нормандии", приблизится к столу, чтобы начать ритуал.

Она встала во главе стола, отодвинула кресло, выпрямилась. Скользнула взглядом по белоснежной скатерти, на которой стояли редкие блюда с простой закуской и два ряда стаканов, рядом с которыми лежали нарезанные воинскими тесаками ломти брусочного, солдатского хлеба. На другом конце стола стоял наполненный спиртом стакан, накрытый куском такого же черного хлеба. Это была порция капитана Шепарда. Почти незаметно вздохнув, Сюзанна сказала, выдерживая обычную громкость и обычный тон своего хорошо знакомого всей команде и всему экипажу голоса:

— Капитан Джон Шепард обьединил нас, столь разных и непохожих, перед лицом смертельной для любой разумной жизни опасности. Он научил нас всех быть самими собой, ценить, уважать, защищать и любить жизнь. Он дал нам право и возможность выжить, выполнив труднейшую задачу, подарил каждому из нас шанс найти себя в послевоенной жизни, в послевоенном мире. Он возглавил нас, обьединил нас и подарил всем нам и каждому из нас надежду и веру в будущее. За капитана Джона Шепарда! — Сюзанна подняла стакан, сделала паузу и поднесла граненый сосуд к губам.

— За капитана! — эхом пронеслось по рядам справа и слева от Сюзанны. Все выпрямились и выпили до дна, закусив черным хлебом.

Кивком головы Сюзанна разрешила всем сесть и опустилась в свое кресло. На главном большом экране зала-столовой появился портрет Джона Шепарда и теперь каждый из сидевших за этим общим столом поочередно вставал и говорил свое слово. Слово о капитане. После того, как высказалась младшая дочь Самары все встали. По кораблю разнеслись звуки метронома. Минута молчания.

— Капитан. Корабль к бою и походу готов. — доложил по громкой связи вахтенный.

Сюзанна очнулась, увидев, как многие уже покинули стол, разошлись по кораблю, образовали группы, что-то вполголоса обсуждая, рассматривая на инструментронах фотографии и видеозаписи. Киборг прошла в рулевую рубку, приняла отчеты и доклады, села в кресло первого пилота, отдавая фрегату команду следовать к Тессии.

Сюзанна взглянула на обзорный экран, затем в передние иллюминаторы и обмерла — на всем пути от ретранслятора до центральной столичной планеты стояли сотни самых разных кораблей всех типов и марок. Стояли, образуя коридор, по которому и шел теперь фрегат.

— Фрегату "Нормандия". Говорит "Тессия-Главная". — раздался в тишине рулевой рубки голос диспетчера. — Принимаем вас на главное поле космопорта.

— "Тессия-Главная". Я — фрегат "Нормандия". — отозвалась Сюзанна. — Поняла вас. Следую на главное поле. — она переключила канал на громкую связь и тихо сказала. — Прошу всех приготовиться к посадке. Фрегат следует на главное поле "Тессии-Главной".

Всю посадочную процедуру Сюзанна выполнила вручную, отключив любую автоматику. Бело-синий фрегат тихо опустился на поле, куда обычно приходили только дредноуты представительского класса.

— Посадка выполнена. — сказала Сюзанна, нажатием сенсоров разблокируя выходные люки корабля. — Трапы поданы, можно выходить. — она встала, чтобы успеть дойти до входного главного шлюза прежде, чем туда войдет Лиара.

Они встретились на пороге между шлюзом и основной палубой корабля. Сюзанна молча взглядом указала жене Шепарда на лестницу, ведущую наверх, к капитанской каюте и пошла следом, чуть приотстав. Она знала, что ВИ двери, кроме нее, капитана, пустит теперь в каюту только ее, Лиару Шепард — Т Сони. Пустит во всех и в любых условиях.

Так и произошло.

Азари, почти вступившая в возраст матриарха, без звука рухнула на тело капитана. Сюзанна отвернулась, понимая, что ее взгляд, взгляд синтетика сейчас будет для Лиары ножом под сердце. За спиной слышались сдавленные рыдания и всхлипы. Лиара обнимала своего Шепарда, обнимала, еще не до конца веря, что он ушел. Киборг знала, что Лиара изо всех сил сдерживается, чтобы не завыть в голос, чтобы никто на этом корабле не услышал ее страшный в своей безысходности вой. Она ощущала, насколько титанические усилия затрачивает сейчас азари, чтобы не дать волю чувствам и эмоциям, чтобы никто, даже Сюзанна, не увидел, насколько она сейчас сломлена и обезоружена утратой. Сюзанна понимала, насколько сейчас Лиаре хочется презреть любые приличия и ритуалы, прижать Шепарда к себе, слиться с ним... Не желая ограничивать азари, Сюзанна вышла в лифтовый холл и притворила за собой дверь, догадываясь, что Лиара, не доверяя никому, обрядит Шепарда в последний путь так, как всегда хотел только он и как знала только она.

Спустя час дверь медленно открылась. Лиара стояла у рабочего стола капитана, укладывая в сумки последние датапады и стилусы. Капитан лежал на кровати, на белом толстом ворсистом покрывале одетый в черный парадный костюм, укрытый до пояса белым полупрозрачным пологом. Взгляд киборга скользнул по спальне, по уголку отдыха, по шкафам с броней и оружием. Да, Лиара собрала почти все личные вещи капитана, оставив самый минимум и сейчас заканчивала грузить в сумки его награды, немногочисленные, но очень ценные и высокоуровневые. Каюта определенно приобретала... нежилой, необжитый вид. Пустой аквариум без воды смотрел двумя огромными проемами, едва бликуя толстым стеклом в свете софитов.

— Прости, Сью. — азари обернулась, на время прервав сборы. — Здесь, на Тессии, к нему. — она взглядом указала на Шепарда. — придут слишком многие. Я не могу запретить им проститься с Джоном, но не хочу, чтобы они все в точности знали, среди каких вещей он жил. Это... только мое и моих детей и сестер. Награды и оружие с броней я пока помещу в его кабинете. Так будет справедливо. Все остальные вещи будут там же. После церемонии на Цитадели и на Земле... все награды и все оружие вернутся на Тессию. Это было его решение и я обязана выполнить его в точности. У меня теперь, Сью, два родных дома... Тессия, где похоронена моя мама и Земля, где будет погребен мой муж. Я могла бы настоять на погребении Джона на Тессии, но он... Он — человек, землянин и его должна принять его родная столичная... планета. Я хочу, чтобы у меня и у моих детей и сестер было место, куда они всегда могут придти... к нему. Он... он вырос без родителей, в приюте... для него Альянс Систем, его космические силы — все, вся... жизнь. И я не решилась предать его тело... космосу... Он должен обрести покой на Земле...

Сюзанна слушала Лиару молча, едва заметно кивая и не стремясь держать азари под своим все замечающим взглядом. Она помогла жене Шепарда вынести сумки в ангар, куда уже пришел ее личный флайер. У входного шлюза корабля уже выстраивались первые посетители, которым было предоставлено право попрощаться с капитаном лично. Внутри фрегата натягивались ленты ограничителей, чтобы приходившие и выходившие не помешали друг другу, не устраивали толпу и не заходили туда, куда им в такой момент заходить нет никакой необходимости. Двое вахтенных в черных траурных форменках встали по бокам двери в капитанскую каюту. Еще четверо встали у лифта и у входа на лестничные марши. Двое замерли у входного шлюза.

Мимо них, сканируя окружающее пространство, дважды прошла Аэстена, скользнувшая затем в ангар, где в личном флайере Т Сони сидели Лиара и Сюзанна.

— Эм... — киборг обозначила свое присутствие. — Там прибыли Миранда и Ориана. Я так понимаю, что Раэль Зора, Келли Чамберс, Стивен Кортез и Заид Масани... все они вылетели... разными рейсами... на Цитадель. Полагаю, что все, кто встретил фрегат у входного ретранслятора... сами решат, следовать ли им на Землю.

— Надо встретить и проводить Мири и Ори к отцу. — сказала, очнувшись от размышлений Лиара. — Как бы там ни было, они прибыли сюда с Иллиума, прервав свое участие в конференции.

— Участники конференции прислали официальные соболезнования всем нам, близко знавшим капитана. — уточнила Аэстена. — Это... совсем не формальный документ... Там столько всего теплого, искреннего... Я десять минут плакала, когда читала. — Аэстена подала ридер с текстом. — Конференция прервала свою работу, узнав, что Шепард будет на Тессии. Они прислали сюда пятерых делегатов, которым поручили принять участие в прощании. Они... они пойдут сразу, как только пройдут Мири и Ори.

— Тогда надо идти. — Сюзанна встала, помогая Лиаре сойти с флайера на плиты ангара. — Ли, пожалуйста. Мири и Ори тут, ты нужна им сейчас. Ты...

— Нет, я пойду вместе с сестрами. — сказала Лиара, через силу сбрасывая с себя заторможенность. — Это мой долг перед Шепардом. Перед моим и их капитаном, отцом. — она выпрямилась, напрягшись как струна. Сюзи, Аста...

— Сопроводим, Ли. — в один голос заявили киборгессы. — Вахтенные уже выставлены, после Миранды и Орианы за шесть часов примем всех... Прибыло руководство Тессии и Азарийского пространства, но все они стоят в общей очереди, не претендуя на протоколы и ритуалы. Шаттлы доставили на "Тессию-Главную" всех членов экипажей кораблей Эскадры Памяти. Они также увидят капитана и смогут с ним попрощаться лично.

— Хорошо. — Лиара прошла к выходу из ангара, поднялась к входному шлюзу, где вахтенные уже усадили в кресла Миранду и Ориану, прикрыв пологами входной проем от посторонних взглядов. При появлении Лиары ее обе сестры встали. — Идемте... — коротко сказала Лиара. — Он... ждет. — и она первая направилась к лестнице, провожаемая почтительными взглядами вахтенных. Следом за ней пошли обе сестры, за которыми последовали оба киборга.

В каюту вошли только Лиара, Ориана и Миранда. Киборги остались снаружи, в лифтовом холле. Через полчаса все трое вышли из каюты капитана, промокая глаза и стараясь сохранить строгое и отстраненное выражение лиц.

У выходного шлюза Лиара приняла официальные соболезнования руководителей Азарийского пространства и Тессии, после чего предоставила вахтенным самим регулировать доступ соболезнующих в каюту капитана. Сестры и оба киборга вернулись в личный флайер Лиары.

В салоне воцарилась тишина, прерываемая только рваным дыханием и всхлипами.

Пока шел поток соболезнующих, Лиара на своем флайере отвезла вещи капитана и обеих сестер в их с Шепардом дом, предоставив сестрам возможность уладить все вопросы с детьми. Ее дочери уже все знали — через несколько часов большой круизный туристский лайнер убывал спецрейсом на Цитадель, увозя туда всех желавших принять участие в основной церемонии прощания. Капитан и команда корабля наотрез отказались брать какую-либо плату с многочисленных пассажиров этого рейса. Все предполетное обслуживание, все навигационное и полетное обеспечение, все посадочное обеспечение на Цитадели также было единогласно решено провести абсолютно бесплатно. О высочайшем качестве обеспечения никто даже не говорил вслух — другого просто не могло в этот момент быть. А пока Лиара перебирала разложенные на столе в кабинете мужа дипломы, награды и оружие, принадлежавшее ее капитану, странным образом ощущая присутствие Шепарда рядом, за своей спиной.

Сюзанна осталась на "Нормандии", разрешив Аэстене сопроводить Лиару и ее сестер в дом Шепардов и обратно. Теперь киборг сидела в холле среди детей Лиары и вполголоса рассказывала им о Шепарде, делясь собственными впечатлениями и воспоминаниями. Они в свою очередь рассказали Аэстене о том, каким был Шепард вне фрегата, вне службы, вне капитанского статуса. Рассказали, потому что давным давно признали Аэстену, равно как и Сюзанну, достойными знать то, что обычно знают только органики.

Спустя шесть часов "Нормандия" под управлением Сюзанны взяла курс на Цитадель. Следом направились все корабли, составившие Эскадру Памяти. По традиции все встречные суда уступали колонне дорогу, а все следующие в попутном направлении, не обгоняли ее. Видя на своих индикаторах знак Памяти с монограммой Джона Шепарда, пилоты и капитаны кораблей — и встречных, и попутных — раз за разом выходили на связь, выражая самые искренние соболезнования Лиаре, Миранде, Ориане и обеим киборгессам, а также всем членам всех составов экипажей и команд легендарного корабля.

Гигантская станция, спасенная от угрозы уничтожения в последней битве с флотами Жнецов, выросла перед носовыми иллюминаторами фрегата как всегда неожиданно. Если у Тессии "Нормандию" встречали сотни кораблей, то тут их были тысячи. Сюда пришли почти все военные корабли, участвовавшие под руководством Джона Шепарда в последней, финальной битве с флотами Жнецов у Земли. Сюда пришли все корабли всех рас, с которыми хоть раз судьба сталкивала легендарного капитана.

Выстроенные в парадные порядки боевые и гражданские корабли немо сочувствовали своей сестре, фрегату ""Нормандия"", потерявшей своего бессменного капитана. И одновременно убеждали всем своим видом в том, что дело, которому Джон Шепард отдал всю свою жизнь, не будет забыто. Сюзанна знала, ощущала, чувствовала волны участия, добра, заботы, идущие от этих кораблей к ее фрегату, к ней самой. Ведь на многих из этих кораблей стояли "синие ящики" с ИИ, воспитанными и запрограммироваными при ее непосредственном участии.

"Цитадель — главная" — фрегату "Нормандия". Готовы принять вас. Следуйте к своему доку. — диспетчер отчаянно старался сохранить в голосе отстраненность и серьезность, ясно чувствуя, как напряжены нервы его коллег по Центру управления движением. А уж как были напряжены нервы у него...

— Я — фрегат "Нормандия". Следую к своему доку. Спасибо. — кратко, сдерживая себя, отозвалась Сюзанна.

Приглушенно хлопнули по броне боевого корабля магнитные захваты, заставив корпус фрегата чуть заметно покачнуться. Рядом в другом доке швартовался круизный туристический лайнер, на котором прибыли все, кто пожелал принять участие в основной процедуре проводов. С другой стороны уже стояла "Немезида", фрегат Миранды Шепард. Пассажиры, стараясь не суетиться и не бежать, все же спешили занять свои места в едином строю.

— Капитан. Глава Совета Цитадели Эшли Уильямс — перед воротами именного дока. — доложил вахтенный.

— Пропустите. Я сама ее встречу. — Сюзанна встала и сумела перехватить хозяйку станции уже на полдороге к лестнице, ведущей наверх, к капитанской каюте. — Эшли...

— Проводи меня, Сюзи. Я понимаю, что я слаба, но я должна. Перед ним... Мне надо быть сильной.

Сюзанна кивнула, понимая, что отговаривать Эшли бесполезно, равно как и предлагать подняться на лифте. Наконец Эшли оказалась рядом с ложем Шепарда, сразу пройдя к изголовью. Сюзанна остановилась в отдалении, видя, как из лифта выходят Лиара, Миранда, Ориана. Они также не стали мешать главе Совета прощаться с давним другом. Все четверо прекрасно понимали, что стоило Уильямс собрать себя по кусочкам после такого известия, придти сюда и увидеть... только тело того, кто давным давно, в глубоком прошлом защитил ее от обезличивания.

Кайден Аленко в посольском траурном мундире появился из лифта в тот момент, когда Эшли, шепча прощальную молитву, уже разгибалась, едва не падая от усталости и истощения. Сюзанна молча отступила в сторону, давая возможность Кайдену подойти и подхватить свою жену, не дать ей упасть рядом с телом Шепарда. Здесь и сейчас он молчал, понимая, что не в его силах запретить Эшли придти проститься с Шепардом, с Джоном, который ее спас и потом, на протяжении десятилетий, всячески поддерживал.

Пока они шли к выходному шлюзу, Эшли пришла в себя, выровняла шаг и перед командиром Почетного Траурного караула предстала не ослабевшая и потерявшая внутренний стержень женщина, а прежний, жесткий и уверенный полковник космопехоты.

— Мэм. Почетный Траурный караул для сопровождения капитана Джона Шепарда построен. — доложил прочитавший ее состояние офицер, четко отступая и давая Главе Совета возможность сойти с трапа фрегата на плиты дока.

В этот момент из открытого зева ангара фрегата появились шестеро офицеров Почетного Караула Памяти, несущих на плечах раскрытую капсулу с телом Джона Шепарда. Повинуясь протоколу, они поставили капсулу на возвышении между шеренгами почетного траурного караула и шеренгами экипажей "Нормандии" и "Немезиды".

По команде старшего офицера Почетного Траурного Караула оба фрегата коротко рявкнули сиренами и в этот момент небо Цитадели взорвалось всполохами Салюта Памяти.

Капсулу с телом Шепарда поместили в свободном ангаре — слишком много жителей Цитадели пожелали лично проститься с капитаном. Огромные экраны транслировали изображение его лица. Сотни и тысячи посетителей практически непрерывным потоком в течение десяти дней прошли мимо Шепарда. Все это время на центральной площади Цитадели рядом с монументом Ретранслятору строился монумент в честь Шепарда. Его планировалось открыть через день после того, как тело капитана примет его родная планета. Многие уже знали или догадывались, что Эшли Уильямс ровно через десять дней после похорон Шепарда на Земле оставит свой пост, передав его своей дочери, Герде. С ее уходом в отставку закончится послевоенная эпоха в развитии Млечного Пути. Начнется эпоха мирного планомерного развития.

Наконец прощальные мероприятия были завершены. В сопровождении воинов Почетного Траурного Караула капсула была возвращена на борт фрегата. Перед отлетом к Земле Сюзанна получила сообщение, что все, кто дожил до этого дня из состава двух экипажей и команд фрегата: Раэль Зора, Келли Чамберс, Стивен Кортез и Заид Масани — примут участие в погребении капитана непосредственно на Земле. Это немного ее порадовало, хотя она видела, с каким трудом выдержала эти дни прощания Лиара, несмотря на присутствие всех ее сестер и всех дочерей.

Прощание на Земле было теплым. Фрегат, пришедший к родной, главной планете Человечества, встретили тысячи военных и гражданских кораблей практически всех флотов Земли и Солнечной Системы. Эфир был переполнен самыми искренними выражениями скорби, любви, участия, благодарности. "Нормандия" прошла от Марса до родной планеты Человечества по коридору, образованному кораблями Земли. На орбите планеты фрегат окружили тысячи яхт, катеров, челноков и шаттлов. Средние и большие корабли отошли. А когда несколько часов истекли и малые корабли отступили к планете, возвращаясь на космодромы, фрегат принял ориентировку орбитального полета и под залпы главных и больших калибров всех боевых кораблей Альянса Систем совершил облет Земли. Один виток. Ненадолго лег в дрейф и стал медленно опускаться на планету.

Для "Нормандии" было дано особое разрешение совершить посадку на простом поле, неподалеку от того городка, где когда-то располагался приют. В этом приюте Джон Шепард вырос, из него он ушел во взрослую жизнь, став солдатом Альянса. С момента посадки фрегата на Землю никто не пожелал омрачать траур официальными мероприятиями больше, чем это было необходимо. Капсулу с телом до парка с фонтаном, разбитого на месте приюта, доставили на руках как члены экипажа и команды фрегата, так и десятки абсолютно незнакомых людей.

Сотни людей стояли по обе стороны дороги, соединившей поле и парк, который был заполнен народом до предела. Простыми людьми, в большинстве своем не знатными. Не занимавшими больших и значительных должностей или постов. Здесь не было многочисленных дежурных почетных траурных караулов... Здесь были все люди, кто хотел просто отдать дань благодарной памяти человеку, ставшему легендой в масштабах всей Галактики, показавшему множеству инопланетных рас лучшее, что было заключено в человечестве.

Здесь были практически все, кто встретил Джона Шепарда возле ретранслятора в составе Эскадры Памяти, кто встретил его на орбите Тессии, кто встретил его на главной планете Азарийского пространства, кто провожал его на Цитадели в те десять скорбных для миллионов жителей Млечного пути дней, кто был на бортах кораблей, встретивших фрегат и его капитана в Солнечной Системе, кто приветствовал фрегат, отдавая капитану почести на орбите родной планеты человечества.

Все они по молчаливому согласию остались в тени, предоставив возможность сказать последнее "прощай" тем, кто знал Шепарда особенно близко и глубоко.

Бывший адмирал, а ныне советник Раэль Зора, доживший до предельно преклонных для кварианцев лет, не стеснялся слез и потерянного вида. Вместе с Лиа Ваэл и Тали Зорой он, мягко но непреклонно отказавшись от поддержки, склонился над телом Шепарда, прошептав семейную заупокойную молитву клана Зора над тем человеком, кто не позволил ему нарушить клятву Адмирала Флота, кто защитил Флот от гибели, заставив его, адмирала Зору, отступить от своего стремления активировать гетов в неосторожном порыве к командованию ими. Все эти годы он раз за разом осознавал, что Шепард спас Флот и сделал впоследствии для Флота намного больше, чем было положено сделать ему Раэлю Зоре, кварианцу по происхождению и по рождению. Он знал, что именно капитан Шепард защитил его дочь от необходимости найти его, Раэля Зоры тело, ведь геты, вне всякого сомнения, просто вырезали бы весь экипаж "Алларея", а потом огненным серпом пошли бы по кораблям Флота, множась с каждой секундой.

Он знал, что его единственная дочь, Тали Зора, любила не только турианца Вакариана. Она прежде всех полюбила Шепарда, поверила ему, человеку, встретившему ее в труднейший момент Паломничества. Тали никогда не рассказывала ему, своему отцу, в подробностях то, что произошло в пустынном коридоре на Цитадели, но адмирал Раэль, как военный, знал, от какой судьбы, какой участи и какой опасности спас тогда капитан Шепард его дочь. И он никогда не осуждал Тали за то, что она, кварианка, молодая девушка, впервые полюбила не своего соплеменника, а человека, представителя расы, о которой кварианцы тогда... знали очень мало. Он радовался, когда узнавал, что Тали продолжает поддерживать связь с членами экипажа и членами команды корабля капитана Шепарда, хотя на Флоте такие контакты... мягко говоря, долгое время... не приветствовались.

И вот теперь ему, советнику Раэлю Зоре, довелось вместе с дочерью быть одними из немногих кварианцев, кто проводит в последний путь не только легенду Галактики и легенду Земли, а легенду Мигрирующего флота, легенду Ранноха, легенду кварианского народа. Раэль Зора был благодарен Шепарду за то, что тот вступил в бой с Жнецом на родной планете кварианского народа, вступил в бой и... победил. Ему, бывшему адмиралу, а ныне — советнику, трудно было представить себе большинство кварианцев на месте Шепарда.

Он с огромным трудом уговорил Вира, главкома вооруженных сил гетов, показать ему запись того боя, снятую гетами с разных точек со всеми подробностями. А потом с огромным трудом уговорил дать ему копию этой записи. Всю. Без малейших исключений. Он смотрел эту запись всегда один, когда Тали... не могла придти быстро и была... как можно дальше. После просмотра он несколько часов не мог... придти в себя. Этот Жнец... Это был не колосс, зажавший его дочь на Хестроме в помещении старой кварианской библиотеки. Это был не "ИМИР", от которого кварианцы, руководимые его Тали, могли пострадать на "Пути Свободы". Это было воплощение совершенного Ужаса для хрупких и беззащитных тогда... кварианцев. По сравнению с его мощью даже обьединенные силы гетов представлялись чем-то... декоративным.

Когда он, Раэль Зора, не мог решиться что-то абсолютно необходимое сделать, он всегда включал на своем инструментроне кадр из той записи, где капитан Шепард, стоя буквально под ногами Жнеца, целится в него из тяжеленного целеуказателя... А потом спрашивал себя — если он, человек, смог, то почему ты, кварианец, не можешь сделать это для кварианцев? И этот кадр делал то, что не могли сделать для Раэля никакие уговоры.

А потом... Потом после победы над Жнецом для Раэля Зоры пришло время Истины. Он смог увидеть то, что раньше и в самом радужном сне ему не могло присниться. Геты перестали быть врагами кварианцев. Они опустили оружие и принялись... помогать... Не только и не сколько своим создателям, сколько своим друзьям, которые были слишком незрелы, слишком молоды и слишком неопытны, когда... породили новую расу... Он, ставший советником Союза Кварианского Народа, Раэль Зора, увидел, как Легион, спасенный Шепардом от гетов-еретиков, Легион, впервые обретший индивидуальный разум, сумевший стать другом для капитана Шепарда... стал больше чем другом для Тали, его единственной дочери. И Раэль Зора не смог отказать Тали в ее праве... устроить свою собственную жизнь так, как она, воспитанная капитаном Джоном Шепардом, желает и считает необходимым.

А потом... Раз за разом видя Легиона рядом с Тали, он, Раэль Зора понял, что гет-снайпер... тоже прошел через влияние капитана... И стал больше, намного больше, чем машиной, чем самоходной платформой. Да, он, Раэль Зора хотел, чтобы у его Тали родились ее собственные дети, родились от кварианца. А видя то, как к ней, ставшей легендой кварианского народа, льнут многочисленные кварианцы-сироты, как они видят в ней гораздо больше, чем плакатный образ, Раэль Зора был вынужден признать правоту своей дочери: она хотела стать матерью для нескольких приемных детей — кварианцев, чтобы они выросли не только как ее дети, но и как дети Легиона.

И ему довелось увидеть, как огромный гет с радостью подчиняется маленьким кварианцам, как они из него буквально вьют веревки, но одновременно яростно постоянно отстаивают перед другими детьми и взрослыми его, Легиона, право и возможность быть для них не домашней игрушкой, не слугой, а отцом, папой.

Он вспомнил, как сидящая у него на руках, на руках Раэля Зоры, приемная дочь Тали — вторая приемная дочь, Стана, проснувшись, первым делом огляделась и протянула обе ручки навстречу подходившему Легиону. В ее возгласе "папа!" было столько веры, любви и уверенности, что он, Раэль Зора едва не прослезился... Легион тогда понял, какие чувства владеют отцом Тали. Понял, хотя сам Раэль Зора... вряд ли тогда мог читать в совершенстве мимику робота... А когда Стана оказалась на руках Легиона... Когда она прижалась к нему, к его металлической броне со значком Эн-Семерки... Раэль Зора понял, что для нее, кварианки, важно только то, что может дать только личность. А не ее оболочка. А личность у Легиона, знавшего Шепарда... была цельной и одновременно — очень глубокой.

И вот теперь он, Раэль Зора провожает в последний путь человека, подарившего его, Раэля Зоры, народу, больше чем родную планету, больше чем жизнь. Подарившего будущее. Будущее без изолирующих скафандров, будущее без стекол шлемов, отделявших кварианцев от богатства ощущений и... чувств. И старый советник, окруженный двумя самыми дорогими для него кварианками... не стеснялся чувств и слез, понимая, что Шепард... где бы он ни был, поймет... И будет... рад.

Келли Чамберс, подошедшая к капсуле с Шепардом, отчаянно пыталась собраться. Если уж кому и требовалась помощь психолога, то это была в тот момент она. Шепард всегда был для нее одной большой и многогранной загадкой. Как мужчина, он не желал говорить о своих чувствах, о своих эмоциях, раскрывать перед ней свой внутренний мир или говорить открыто о своих психологических проблемах. Да, Келли Чамберс могла бы с легкостью погрузить его в гипнотическое состояние и покопаться в его мозгах... Но странное дело — она раз за разом понимала, что сделав это... потеряет нечто большее, чем доверие пациента. Она потеряет расположение человека, сумевшего уже тогда сделать словосочетание "капитан Шепард" паролем, открывавшим большинство наглухо закрытых дверей и сердец с душами.

Она удивлялась тому, где этот человек, профессиональный десантник, жесткий командир и предельно дистанцированный от экипажа капитан... находит столько теплоты, нежности, любви, понимания, мудрости, что перед ним, а не перед ней, профессиональным психологом, раскрывают себя не только люди, но и почти все инопланетяне, к которым, если честно, сама Келли относилась весьма неоднозначно. А уж когда она увидела Шепарда в рейде за "Четверку"... Когда час за часом и день за днем видела его тогда вблизи и вдали, видела командующим, ведущим за собой, обсуждающим, обьясняющим, просто безмолвно смотрящим на собеседника, видела, как он истово, ломая ногти, срывает крышку с очередного кокона, чтобы освободить из плена, спасти от растворения в рое убийц очередного человека... как он склоняется над телом девочки-колонистки, задохнувшейся до того момента, как Шепард добрался до ее кокона, как его пальцы, дрожащие пальцы прикрывают ей веки... Как он обрушивает кулак на голову неосторожно подошедшего к нему коллекционера и тот валится как тряпичная кукла, поскольку удар у Шепарда уже тогда был... молотоподобным. И как он бережно выносит к расположению группы эвакуации очередного старика-колониста, выносит на руках, расходует свой панацелин, свою автоаптечку, своего автодоктора, чтобы он, пожилой человек, смог выдержать не только путь до фрегата, но и путь... домой... Выносит, не обращая внимания на то, что ему, капитану Шепарду, вроде как по должности положено стоять над картой, руководить, командовать, а не пребывать несколько десятков часов без сна в самой гуще событий.

Келли после этого рейда была готова неоднократно отдать ему свой диплом психолога и все полученные позднее сертификаты и грамоты и попросить отставки с поста штатного психолога команды и экипажа фрегата...

Она однажды попыталась это сделать... Но Шепард в полутемной каюте, сидя за рабочим столом, грустно посмотрел сначала на положенный ею перед ним диплом, потом перевел взгляд на нее и спросил только одно: неужели она думает, что он, Шепард... Тогда он уклонился, не стал называть себя капитаном Шепардом, чем резко снизил уровень официальности момента... Неужели она думает, что он что-то стоит без других членов экипажа и команды, без этого прекрасного корабля, без нее... молодой и уже настолько подготовленной профессионально... Она тогда не нашлась что ответить. И он ей сказал тогда, что для него дипломы никогда не играли определяющую роль. Он всегда старался смотреть на личность человека, а не на то, сколькими дипломами этот человек владеет. Он сказал это так просто и тихо... Что Келли и не подумала возражать — все это было чистой правдой.

И вот теперь она вынуждена сдерживать себя, чтобы не разреветься тут прилюдно. Не дать волю своей слабости, своему полуразобранному состоянию. Она смогла только отдать ему последний поцелуй и быстро отойти, понимая, что больше она не сможет... видеть его... таким... Пусть уж лучше он останется в ее памяти живым.

Стивен Кортез подошел к капсуле... Склонился над Шепардом, взял его за руку. Сколько раз он, простой водитель челнока, вот так, спокойно и свободно обменивался рукопожатием с капитаном фрегата. Сколько раз Шепард молча, столь по-мужски, одним рукопожатием благодарил его, снабженца, за то, что он сумел таки достать что-то очень важное для корабля, команды, для экипажа. Кортез вспомнил, что за все время, пока он знал капитана, работал под его началом, тот ни разу не попросил его достать что-то лично для него, Шепарда. Зато раз за разом был свидетелем и участником того, как за капитана просили члены его команды и экипажа. Как просили достать будто бы для них что-то очень малодоступное, но Стивен понимал — это не для них. Это — для капитана. И то обстоятельство, что за него, Шепарда раз за разом просят совершенно разные люди и разные... инопланетяне, лучше всяких слов показывало ему, Кортезу, насколько ценен и важен для них капитан. Насколько он ценен и важен не как командир, не как офицер, не как капитан. Как личность.

Для капитана Шепарда Стивен никогда не был простым придатком к рычагам управления шаттлом или челноком. Как и трое других водителей. Он раз за разом убеждался, что для Шепарда важен любой член команды, какой бы пост, какую бы должность он не занимал и какую бы функцию не выполнял. От любого из них зависел успех всей миссии в целом и ее отдельных частей, даже простых, малозатратных и не связанных с применением оружия челнока, высадок.

И еще Стивен знал — для Шепарда важно взаимное согласие между членами экипажа и команды. Если такое согласие было и оно было на пользу дела — он никогда не лез в детали и не пытался наводить во взаимоотношениях свои порядки, но если такого согласия не было или оно было не на пользу дела, то Кортез знал — Шепард пойдет по трупам, но заставит всех виновных ответить по всей строгости. Мягко положив руку Шепарда, Стивен выпрямился и склонил голову, отдавая последнее приветствие своему Капитану.

Заид Масани подошел последним. Старый наемник прибыл на похороны со своей виллы в Австралии, где последнее время предавался воспоминаниям и размышлениям. Многое пришлось вспомнить, многое проступило из тумана забвения. А уж когда пришло известие о смерти Шепарда... Масани понял, что не проводить капитана в последний путь он не может, не имеет никакого права. Даже если капитан был когда-то офицером вооруженных сил Альянса Систем, обязанным уничтожать наемников. Даже если он, Заид Масани когда-то создал одну из сильнейших вооруженных преступных группировок, "Синие Светила". Даже если встретившись с Шепардом он, Масани прежде всего поинтересовался, переведена ли ему оплата на счет за его, Заида Масани, участие в делах этого странного капитана. Даже если Шепард раз за разом слышал от Масани только одно : когда же наконец он, капитан, накажет его, Заида Масани, личного врага.

И Шепард помог ему наказать. Помог, хотя понимал, что наемник... личность очень и очень ненадежная. Заид знал, что так и не стал своим ни в команде ни в экипаже фрегата Шепарда. Что очень многие нормандовцы полагали: он, Заид Масани станет почти единственной жертвой, почти единственной смертью, которую предотвратить невозможно.

И когда отгремела финальная битва, он, Заид Масани, с удивлением отметил, что Шепард не торопится разрывать с ним отношения, которые совершенно незаметно давным давно намного превысили рамки письменного контракта. Он честно, по-царски расплатился с наемником, передав ему не только огромную по тем, послевоенным временам, сумму денег в самой распространенной, несмотря на разруху, валюте, но и разрешил оставить себе все трофеи, захваченные лично Масани в боях. И наемник уже тогда понял, что совершенно незаметно для себя... он изменился. Шепард всегда смотрел на него не как на расходный материал, а как на личность, имеющую право быть разной. И тогда Масани сделал то, что раньше для него было просто невозможным сном или фантастикой. Он подал Шепарду руку и сказал, что в любой момент, в любое время, в любом деле он, Заид Масани, встанет рядом с Шепардом и поможет ему всем, чем сможет. Бесплатно. Шепард ответил на рукопожатие и в его глазах... наемник прочитал безмолвный ответ: главная плата — нормальные, глубокие и прочные взаимоотношения между личностями, Масани. Между личностями, а не между функциями и должностями. Потом, в мирное время, живя на своей новой вилле, предаваясь ничегонеделанию, Масани неоднократно признавал правоту Шепарда. И вот теперь старый наемник держал в своей руке безжизненную руку того, кто дал ему возможность стать лучше. Несильно сжав кисть руки Шепарда, Масани вернул руку капитана на место и, склонив голову, несколько минут оставался неподвижным. Потом он развернулся и отошел ко всем остальным... провожающим.

Офицеры Почетного Траурного караула встали возле капсулы. Лиара, поддерживаемая Мирандой и Орианой, подошла и закрыла створки, защелкнув замки. Военнослужащие взяли под козырек, отдавая последние почести капитану вооруженных сил Альянса Систем, ставшему давным давно больше чем средним офицером. Миранда и Ориана помогли Лиаре отойти от капсулы, давая возможность офицерам приступить к погребению. Под звуки траурного марша заструились белые ленты, на которые легла снятая с постамента закрытая навечно капсула. Она зависла над зевом могилы и в этот момент над парком появилась "Нормандия". Фрегат накрыл собой, своей тенью, место погребения капитана, и в его корабельном днище открылись люки, давая возможность обоим "Таниксам" занять боевое положение. Открылись люки на бортах и спине фрегата. Зенитно-лазерные комплексы вместе с артиллерийскими, ракетными и торпедными комплексами встали на боевой взвод. Едва капсула своим нижним краем сравнялась с урезом могилы, раздался первый залп. И одновременно включилась главная корабельная сирена. Капсула достигла середины глубины ямы и грохнул второй залп. Сирена продолжала звучать. Вот ленты ослабли — капсула легла на дно и небо над парком разорвал третий залп, сопровождаемый низким рыком плачущей сирены. Плачущей, потому что плакал... корабль. Плакал, понимая, что теперь капитан Джон Шепард уже не взойдет на его борт... Никогда... Навсегда оставшись в нем самом и... рядом с ним. Став навсегда его частью, частью его души. Души фрегата "Нормандия". Души его дома, его обители...

Фрегат выключил сирену, убрал под броню оружие, но остался висеть над местом упокоения своего капитана. К могиле подошла Лиара, взяла с холма горсть почвы и, стараясь сохранить равновесие, бросила землю в зев могилы. За ней бросили свои горсти Миранда и Ориана. После них — все их дочери и внучки. А потом... потом началось воздвижение небольшого кургана... кургана благодарной памяти человеку, при жизни ставшему галактической легендой, вошедшему не просто в историю — в культуру и память сотен рас Галактики Млечный Путь.

Несколько часов шел поток желавших отдать последние почести капитану Шепарду. И все это время фрегат висел недвижимо, охраняя своего капитана. Он висел над парком до самого конца церемонии, когда парк опустел и рядом с холмом встала хрупкая фигурка Касуми Гото.

Японка, в которой никто не мог узнать лучшего вора Галактики, дрожащими губами, шепотом читала уже полный вариант прощальной молитвы. На японском, галакслингве и английском. Читала, глотая слезы и не обращая внимания на сбившийся на спину капюшон. Читала, испытывая сильное желание упасть и обнять курган своими раскинутыми в стороны руками. Обнять, потому что все это время она, Касуми Гото, любила своего капитана. Любила человека, подарившего ей последнее, что осталось от ее возлюбленного, давшего ей возможность построить ее жизнь по ее собственному разумению, ни разу не попросившему что-либо достать... для него лично. Подарившего ей... вынужденной оставаться одинокой... счастье знать, что у нее, Касуми, маленькой и хрупкой японки, есть родной большой и сильный фрегат, есть большая и дружная семья, для членов которой она уже давно не воровка. Касуми плакала беззвучно, не желая нарушать звенящую тишину этого места. Зная, что команда и экипаж фрегата видят ее и... охраняют ее... охраняют, давая возможность провести с ее капитаном эти минуты...

Не вытирая слез, Касуми скользнула рукой по комбинезону и достала букет роз. Цветы легли на холм сверху очень многих простых букетов. Их красные бутоны сияли как красные капли крови... Крови сердца Касуми, предельно благодарной Шепарду за то, что он смог убедить ее в том, в чем она боялась убедить себя сама. Она, Касуми Гото — не воровка, не преступница, не злодей, не асоциальный элемент. Она просто выполняет свою функцию, заставляет совершенствовать системы охраны и защиты материальных и духовных ценностей, охраны и защиты информации. Да, пусть и таким способом, но заставляет, поскольку заставить — иногда легче, чем тратить годы на убеждение. Иногда — эффективнее.

Что стоит общество, неспособное защитить от кражи те ценности, что были присвоены Донованом Хоком для своего личного хранилища? А вот человек, оказавшийся способным вернуть обществу эти культурные ценности, ввести их снова в общественный оборот... стоит... очень дорого. Пусть даже его, возвратившего, и считают вором... Тогда охранников музеев и культурных центров, допустивших успех краж, совершенных Донованом Хоком или в его интересах следует наказывать как пособников преступлений против культуры. А их просто посчитали... не справившимися со своими обязанностями. Мягко пожурили и отпустили...

Касуми долго безмолвно стояла у холма. Начинался дождь. Обычный, земной дождь. И японка, ощущая, как струи воды омывают ее лицо, опухшее от слез и рыданий, думала о том, что даже Земля, ее природа плачут, отдавая последние почести человеку, защитившему их от гибели, от сиротства, от массового, беспощадного убийства ее, Земли, разумных детей.

Касуми очнулась, надвинула капюшон и медленно, пятясь, отошла от холма. Приложив руку к груди, там, где стучало раненой птицей ее благодарное, исполненное любви и уважения к капитану, сердце, она склонилась перед местом последнего успокоения в глубоком поклоне. А потом медленно выпрямилась, развернулась и... растворилась в струях дождя.

Спустя несколько минут фрегат дал короткую сирену и взял курс на площадку космодрома, в ангар, ставший его постоянным местом пребывания.

Лиара очнувшись от размышлений, взглянула в окно квартиры, столь тихой и пустой, что каждая минута пребывания здесь, где все напоминало о ее Джоне, была сейчас для нее невероятно тяжела, отошла от окна, подойдя к столу, к своему рабочему столу в своем кабинете и попросила Сюзанну склониться к ней. Одними губами азари произнесла несколько фраз, общий смысл которых сводился к тому, что со смертью Шепарда ушла целая эпоха. И она, Лиара Т Сони Шепард отчетливо видит: уйдут последние нормандовцы и вся их эпопея станет окончательно достоянием истории, ведь в мирное время нет необходимости подвергать себя ежеминутно таким опасностям и таким нагрузкам, которые они, члены команды и экипажа Нормандии, выносили на протяжении недель и месяцев.

Сюзанна кивнула, не желая спорить с вдовой. Она единственная из всех, отдавших капитану Джону Шепарду последние почести, знала, что на Тессии, в рабочем кабинете Главы Союза информационных брокеров, на инструментроне на рабочем столе Лиару ожидает приглашение посетить одну из отдаленных звездных систем. А чтобы Серый Посредник не посчитала это чьей-то глупой шуткой, во второй части послания содержалось вложение — объемное изображение Явика, Инеллы и их троих детей — двух девочек и мальчика. Это изображение, как и координаты системы, было закодировано старым секретным идентификатором, который использовала Лиара при подготовке восьмитомника истории рас Млечного Пути. О нем кроме Лиары знали только Сюзанна и Явик.

И теперь капитан "Нормандии" ждала, когда Лиара ознакомится с сообщением от предмета своей давней научной страсти, взойдет на борт прибывшего с Цитадели фрегата и скажет своим четким и звучным голосом, куда кораблю следует лететь.

Через два месяца фрегат ""Нормандия"" прибыл на Тессию. Лиара Т Сони-Шепард взошла на борт, привычно заняла место второго пилота и положила перед Сюзанной знакомый киборгу вызов-приглашение. В финальной части сообщения стояло пришедшее только вчера дополнение — подтверждение ожидания и готовности принять фрегат. А внизу стояли две подписи — Явик и Инелла.

Комментарий к Глава 181. Смерть Шепарда

Эта часть повествования мне очень дорога. Шепард выполнил свою задачу — он смог сделать все, чтобы все без малейшего исключения члены его экипажа, члены его команды, его корабль выжили в битве с врагом, угрожавшим всему живому в Галактике Млечный Путь, смогли найти свое личное счастье, увидеть и воспитать, быть рядом со своими детьми, внуками, правнуками. Увидеть, почувствовать и стать частью того Будущего, за которое они воевали и боролись на протяжении трех тяжелейших миссий. Будущего одновременно и глубоко личного для каждого разумного существа и всеобщего, единого для всех живых существ Галактики.

========== Глава 182. Матриарх Азарийской Расы ==========

Комментарий к Глава 182. Матриарх Азарийской Расы

Эта глава появилась как результат размышлений о жизни Лиары Т_Сони-Шепард после смерти Джона.

Пять дней назад вся Тессия отмечала десять тысяч лет со дня рождения Лиары Т Сони-Шепард. На целую декаду столичная планета погрузилась в праздненства, от приглашений и предложений посетить и выступить не было никакой возможности спрятаться. Сама юбилярша спокойно относилась к необходимости блюсти протокол и дать возможность соотечественницам проявить уважение, граничащее подчас с истовым поклонением.

Наконец праздненства завершились и Лиара смогла уединиться в своем родовом поместье на берегу Океана. Уже два века подряд она редко куда выезжала за пределы Азарийского Пространства, если, конечно, не считать, регулярных полетов на "Серый Трон", переживший десятки и сотни модернизаций и разительно отличавшийся от того корабля, который когда-то молодой азари пришлось брать штурмом, а потом выдержать интеллектуальный поединок с одним из ведущих ученых расы ягов — Старым Серым Посредником.

Нечасто, примерно раз в два месяца на главное поле космопорта садился фрегат-крейсер "Нормандия". Оставшаяся практически неизменной Сюзанна привычно отпускала немногочисленный экипаж "на берег" и, взяв такси, мчалась в поместье Лиары, чтобы за разговорами и неспешными прогулками провести долгие часы.

Время беспощадно. У Лиары из тех, кто знал ее в молодости, осталась только Сюзанна. Всех остальных Серый Посредник проводила в последний путь, стараясь всегда сделать это лично и вовремя. Сюзанна, занятая дальними полетами, присутствовала на траурных церемониях реже, но потом всегда посещала могилы дорогих ей разумных и ухаживала за ними лично, при необходимости оплачивая уход, не разрешая платить и ухаживать Лиаре.

Азари и киборгесса, следуя традициям, вместе надолго замирали над памятниками, несшими на себе один неизменный рисунок — силуэт фрегата-крейсера с яркой надписью "Нормандия". Впервые он появился на надгробном камне могилы инженера Грега Адамса — Таира Моро и не предполагала, что набросок, сделанный без расчета на дальнейшее совершенствование, станет частью убранства последнего пристанища для всех, кто когда либо входил в легендарную команду и экипаж фрегата. На состоявшемся после похорон Адамса коротком разговоре, в котором приняли участие большинство нормандовцев, было решено использовать этот рисунок в качестве вечного знака принадлежности к известнейшему кораблю Галактики. С тех пор прошли сотни лет. Памятники неоднократно обновлялись, но рисунок и основные идентифицерующие надписи оставались неизменными.

В этот раз Сюзанна предоставила членам своего экипажа двухнедельный отпуск, зная, что Лиара хочет сообщить ей что-то очень важное.

— Устала? — спросила Сюзи, обнявшись и расцеловавшись с хозяйкой имения на площадке перед главным зданием. — Я сейчас отпущу машину.

— Немного, Сью. — мягко сказала азари, проводив взлетавший мобиль взглядом. — Пройдем в дом, в библиотеку.

— Хорошо, Ли. — киборгесса прошла по короткой анфиладе комнат в небольшое помещение, уставленное стеллажами с тысячами кристаллов.

Устроившись в кресле, Лиара взглянула на гостью долгим взглядом. — В этот раз...

— В этот раз, Сюзанна, ты сделаешь все необходимое. — Лиара достала пакет с документами, подала его киборгу. — Я передала Сообществу азари многое из того, чем владею. Моя Арали, младшая праэнправнучка, принимает дела Серого Посредника на "Троне". Последние пятьдесят лет она практически полностью вошла в роль и часто вела взаимодействие с агентами и клиентами самостоятельно. Она — справится. — Лиара помолчала. — Я хочу, чтобы этот дом со всем, что в нем есть, с землей, которая к нему прилагается, перешли к тебе. Арали тоже будет здесь жить и бывать, но ее основная работа будет на "Сером Троне". Скорее всего она будет постоянно пребывать там. У "Нормандии" должна быть надежная долговременная база и, полагаю, Тессия для этого подходит наилучшим образом.

— Ты предполагаешь возможность вернуть корабль Земле? — спросила Сюзанна, закончив просмотр документов. — Я тебя понимаю... Тессия — как второй вариант...

— Сюз, это далекая, очень далекая перспектива. Рано или поздно история нормандовцев станет преданием. Никто... Никто не знает, как может повернуться ситуация. Возможно, Земля не примет корабль, построенный не нынешними людьми. Даже в качестве памятника. Даже в качестве последнего свидетельства реальности сделанного его экипажем и командой. Увы, нам, разумным существам свойственно жить настоящим. И это правильно. Третьим вариантом... может быть только уход корабля в глубины Галактики. На автомате. Я бы не хотела для него такой судьбы. Здесь, по меньшей мере в пределах поместья, для фрегата хватит пространства, чтобы встать на вечную стоянку. Азари знают, что это за корабль, знают, кто и как на нем служил. Знают и ценят всех нормандовцев. Для них корабль никогда не станет лишним... Шепард подарил нам, долгоживущей расе, второе дыхание...

Слушая Лиару, почти безэмоционально говорившую о столь отдаленных, но очень возможных перспективах, Сюзанна думала о том, что Серый Посредник права. Первые признаки уже проявлялись: "Нормандия" была почти единственным столь долго живущим и главное — действующим, активно летающим кораблем, который помнил еще дожнецовские времена. Не для всех разумных существ, населявших Млечный путь очередное появление материальной и вполне осязаемой легенды галактического уровня значимости было поводом для радости и удовлетворения. Несмотря на все потуги науки и медицины, далеко не каждая раса могла похвастаться кардинальным увеличением продолжительности жизни отдельного своего представителя, что влекло за собой сохранение традиции "короткой памяти".

Сама Сюзанна чувствовала, что корабль... устал быть обузой и нежеланным гостем во многих мирах. Она с грустью осознавала правоту Шепарда, изредка говорившего "всему — свое время". Даже для нее — почти что вечного киборга, единственной владелицы, пилота и капитана "Нормандии" с каждым годом становилось все яснее — период активных полетов фрегат-крейсера подходит к концу.

— ... И потому Сюзанна, ты, когда пожелаешь, приведешь корабль сюда, на Тессию. Если его не примет Земля. Посадишь уже не на Главное Поле, а на "Поле Нормандии". — рука пожилой азари коснулась сенсора и огромная панель экрана осветилась, предъявив киборгу подробный план поместья. — Вот сюда. — Точка лазерной указки очертила нужную область. — Обычное поле, сейчас там выращиваются травы для одного из сортов элитного азарийского чая. Поставишь и... дальше, уверена, ты сама будешь знать, что делать. Наследницы моих наследниц будут также знать, что делать в случае появления там нашего фрегата. — голос Лиары дрогнул. — Тебя примут и помогут всемерно. У многих моих соотечественниц личные корабли ставятся на стоянки на территории имений уже сейчас — это становится общим, всем понятным правилом. Космопорты уже привыкают быть только временным их пристанищем...

Сюзанна вглядывалась в изображение на экране, запрашивая безмолвно дополнительную информацию и снова и снова убеждаясь в правоте дочери и жены Шепарда. Лиара, со свойственной ей основательностью продумала буквально каждую деталь, предусмотрела варианты развития событий, противопоставив им целые "гроздья" просчитанных цепочек действий. Киборгесса видела, что разговором о будущей вечной стоянке "Нормандии" Серый Посредник маскирует до поры переход к самому важному разговору. О будущем ее, последней из органиков, кто был не просто в экипаже — в команде легендарного Шепарда.

— ... И наконец, Сюзи. Самое важное. — Лиара погасила экран, — Я не зря просила тебя предоставить экипажу двухнедельный "отпуск на берег". Мне нужно, чтобы ты... проводила меня в последний путь. Я хочу уйти к Шепарду, ко всем нашим "нормандовцам". Мне очень тяжело было пережить эти праздненства. — она поморщилась. — Чувствую себя старой, потрепанной и уже теряющей хватку... Знаешь ведь, присвоили мне звание "Матриарха Азарийской Расы"... Приятно, конечно, но для меня это уже не основное. Когда я прощалась с Джоном, я не думала, что мне придется прожить столько... Думала, ну две, три тысячи лет. Для людей это столь много... Для нас, азари, увы, достаточно привычно. И тогда были среди нас те, кто проживали и три, и пять и даже семь тысяч лет. Но десять тысяч... Это для большинства моих соплеменниц... слишком уникально, если, конечно, так можно выразиться. "Свитковцы", подозреваю, знают об этом. Даже для них, живущих по тридцать тысяч лет, мое долголетие — приятно и понятно, но я... я рада, что меня проводит в последний путь та, кто знал меня в юности и в молодости, знал лично и реально, а не по рассказам предшественников.

Я знаю, Сюзанна. Знаю, что Захар попросил тебя спасти меня от одиночества. Знаю, что он передал тебе информацию о Явике и его супруге... Чтобы я не слетела с катушек от горя, чтобы не бросила работу Серого Посредника, чтобы не похоронила себя на "Троне", не осталась одинокой. Явик... такой глубокий и такой... простой. Он так искренне считал, что столь значительное мое долголетие — заслуга только Шепарда... А я... Я знаю, что это — заслуга всех без исключения нормандовцев. Они мне дали смысл жизни после ухода Джона. Свой собственный, глубоко индивидуальный смысл жизни. Поделились им. Поддержали меня тогда... Чтобы я впоследствии столетиями поддерживала память о них... Пока это возможно по законам Галактики и Вселенной... — Лиара встала, прошла к шкафу для документов, достала контейнер. — Ты, Сюзи, знаешь, что это такое. Я многие годы, столетия готовила информацию для ВИ этого хранилища. Здесь — вся без исключения, самая детальная информация о всех, кто носил гордое звание нормандовцев. Начиная с капитана Шепарда. Здесь вся информация о пройденном ими довоенном, военном и послевоенном пути. Пути каждого из них и всех сразу. — она открыла крышку, достала прибор, включила несколькими нажатиями сенсора. Развернувшийся лучик сформировал квадроэкран, на котором проступили объемные, детальные изображения всех членов легендарной команды и экипажа. — Я подготовила всю информацию о себе, Сюзи. И хотела бы, чтобы ты переработала ее во что-нибудь удобоваримое. — Серый Посредник нажала сенсоры в определенном порядке и Сюзанна приняла код административного доступа к интерфейсу ВИ. — Дальнейшее — тебе известно. Много частей этой базы данных хранится у наследников нормандовцев, многие части разбросаны по Галактике, как на необитаемых, так и на обитаемых планетах. — Лиара убрала погасший прибор в контейнер, задвинула его в шкаф на прежнее место, закрыла дверцу, вернулась в свое рабочее кресло у большого стола. — Мои похороны, Сюз, должны быть скромными. Я упросила Совет Матриархов не делать ничего экстраординарного вроде всеазарийского траура, даже однодневного. Сказать по правде, Сюз, я очень и очень утомилась. Джон был прав: жизнь на редкость однообразна и выматывает. Наверное, это необходимо, чтобы мы легче воспринимали Переход.

Знаю, ты постоянно задаешь немой вопрос — "когда". Отвечу: ровно через неделю. Я решила, что я просто усну в кресле, как это сделала моя мама. Только кресло я поставлю на главном балконе, опустив стекла-заслонки. Хочу совершить Переход поздней ночью, где-то часа в два. Может, немного позже. Хочу, чтобы последним моим видением в этом мире было звездное небо моей родины. Куда и уйдет моя душа... Единственное, что мне не удалось, это убедить Совет Матриархов в необходимости похоронить мое тело здесь же, на территории поместья. Но я их поняла — азарийские кладбища несколько десятков тысяч лет остаются на прежнем месте, в то время как все другие территории Тессии... меняют свое предназначение достаточно часто, чтобы там безопасно сохранялись места погребений. — Лиара зажгла главный экран, показала несколько карт и видов. — Вот здесь будет место успокоения моего тела. Я выбрала место не в центре поля, а с краю. Знаю, что толпы избежать... не удастся. Мне, Сюз, будет приятно, если многие придут проводить меня... Наверное, потому, что я знала, насколько мне... важно было проводить всех наших нормандовцев... — она ощутила, что киборгесса запомнила предъявленные данные. — Я знаю, что меня будут так или иначе провожать по протоколу и ритуалу... Здесь почти ничего изменить невозможно. Прошу, Сюзанна, только об одном... Пусть меня тоже накроет "Нормандия"... своей тенью... Я хочу, чтобы корабль... принял часть моей души, соединил эту часть с частичкой души Джона, которая, я в это истово верю, хранится в недрах корабля, который он так любил и берег, который так любила и люблю я... Надеюсь, что "Нормандия" тоже меня любит, как любила своего единственного капитана... Как любила всех нормандовцев и продолжает их любить сейчас.

— Обещаю, Ли. — тихо сказала киборгесса. — Я сделаю это в любом случае...

— Хорошо. Это. — она достала из стола укладку с кристаллами. — передай Аэстене. Здесь информация, собранная мной и моими ассистентами по проблеме искусственных неорганических рас, когда либо существовавших в нашей Галактике. Часть этой информации предоставлена Явиком, часть по крупицам собрана мной. Есть определенные основания полагать, что следы этих рас, в большинстве своем считающихся вымершими или потерянными, имеются на многих планетах. Для того, чтобы продолжать оставаться хозяевами нашей Галактики... надо знать ее досконально. Какой бы ее история ни была. Возможно, что только зная детали, мы сможем предотвратить реализацию многих, к сожалению не всех, отрицательных сценариев.

Они долго говорили, касаясь самых разных тем. Утро постепенно, но неуклонно перешло в полдень, сменившийся вечером и ночью. Уставшая Лиара наскоро перекусила, разогрев полуфабрикаты и отправилась в спальню. Сюзанна всю ночь просидела рядом с кроватью своей подруги, обрабатывая полученную информацию и запечатлевая в своей памяти образ азари, сумевшей за свою жизнь стать признанным специалистом по протеанам, написать многотомник по истории рас Млечного Пути в соавторстве с тогда еще единственным выжившим протеанином, выдвинуться на передовые позиции среди информационных брокеров Галактики и суметь стать невидимым, но могущественным Серым Посредником, последовательно сменить статус дочери на статус жены и стать многодетной матерью и много много раз бабушкой и прабабушкой.

Лиара ошибалась, называя себя последним органиком из числа членов легендарной команды. Киборгесса знала, была уверена в том, что очень многих, кто сменил на постах фрегат-крейсера сподвижников Джона Шепарда, можно с полным правом причислить к нормандовцам, пусть и следующих, других поколений. И после того, как Лиара уйдет, в Галактике останутся потомки нормандовцев, сумевшие своими силами немало сделать для того, чтобы история фрегата и его обитателей была известна в деталях всем следующим поколениям разумных органических и неорганических рас. Чтобы эта история не стала нудным рассказом о деяниях, имеющих слишком мало значения для молодых поколений. Чтобы она, эта история, осталась чем-то очень важным и цельным для всех, кто будет жить впоследствии, зная о том, какой ценой была остановлена последняя Жатва.

Легко связавшись со своей сестрой-близняшкой, Сюзанна передала ей часть полученной и уже обработанной информации и попросила провести всю необходимую работу для участия в похоронах всех, кто имел отношение к фрегату, его команде и экипажу. Аэстена поняла сестру с полуслова и обещала всемерное содействие и помощь не только со своей стороны, но и со стороны всего сообщества гетов. Она отметила, что Вир, ставший командующим специальными воооруженными силами гетов, обеспечит транспорты и охрану всей церемонии. Обсудив некоторые детали предстоящего действа, сестры обменялись традиционными для синтетиков пожеланиями и прервали связь.

Следующие дни Лиара почти неотлучно пребывала рядом с Сюзанной. Киборгесса сопровождала ее по огромному дому, по территории имения. Они вдвоем выезжали в главные города Тессии, где у Лиары, как у сохранившего свое немалое влияние информационного брокера, были свои офисы и даже квартиры. Матриарх знакомила Сюзанну со своими праэнправнучками, которым предстояло заменить свою знаменитую праэнбабушку на ниве информационного платного обмена, давала самую актуальную картину состояния дел в самых разных областях, в которых ей довелось действовать. Глядя на Лиару, Сюзанна чувствовала — такой она, пересекшая отметку в десять тысяч лет жизни, останется до самой последней секунды, до последнего удара ее сердца.

На личном малом фрегате Лиары Сюзанна побывала на "Сером Троне", где встретилась с Арали, уже полностью вошедшей в роль Серого Посредника. Несколько часов Лиара, ее праэнправнучка и Сюзанна обсуждали многочисенные аспекты работы Сети Серого Посредника в настоящем и в достаточно отдаленном будущем.

Настоящим подарком для Сюзанны стало общение с детьми и внуками Явика и Инеллы. Редко когда киборгесса могла отдохнуть от гнетущего ощущения того, что ее очередной собеседник принадлежит к слишком уж короткоживущей расе и потому неспособен видеть перспективу и детали в той мере, в какой это было обычным для вечного ИИ. Два дня на одной из планет, скрытой в позабытом секторе протеане и киборг общались с максимальной скоростью и полнотой. Лиара принимала активное участие в разговорах и, как ощущала Сюзанна, не делала вид, а именно жила полнокровной жизнью.

Посещение Палавена и Тучанки для Сюзанны было вполне ожидаемым событием. Потомки Рекса и Гарруса приняли и Лиару и Сюзанну со сдержанным радушием. Они знали о праздненствах, устроенных на Тессии в честь Лиары и понимали, что для самой Т Сони-Шепард это были в значительной степени протокольные мероприятия. Киборгесса и Серый Посредник долго в молчании стояли у могил лучшего снайпера Турианской Иерархии и самого известного объединителя кроганов. Сюзанна видела, как Лиара едва слышно, одними губами шепчет слова азарийской молитвы, прося своих богов и богинь быть милостивыми к ее друзьям, давно уже ушедшим в Верхние Миры.

Когда личный фрегат Лиары покинул пределы Турианской Иерархии, Сюзанна вопросительно обернулась к подруге, утомленно прикрывшей глаза. Та очнулась и несколькими нажатиями сенсоров задала курс. Земля. Солнечная Система.

Наемный мобиль доставил Лиару и Сюзанну к месту упокоения Шепарда под вечер. Над верхушками старых деревьев, окруживших мемориал, проступало усыпанное звездами небо. Ветер чуть шевелил ветви и листву. Стояла гнетущая тишина. Даже не оглядываясь по сторонам, Сюзанна чувствовала, что вокруг нет ни одной живой души — вероятно, Лиара так выбрала время посещения, чтобы им двоим никто не мешал. Подойдя к надгробию, азари тяжело опустилась на колени, обеими руками прикоснулась к гранитной плите, на которой светились имя, фамилия и годы жизни ее отца и мужа. Здесь Лиара читала другую молитву. Длинную и древнюю. Читала, глотая слезы и сдерживая рыдания. Читала уже не шепотом, а вполголоса, то убыстряя, то замедляя темп речи. И Сюзанна знала, что эта молитва — знак ее дорогому и любимому главному другу. Скоро, совсем скоро их души соединятся там, в вышине. А на Тессии одной очень скромной и очень значимой могилой станет больше.

Утром следующего дня Лиара и Сюзанна посетили другое кладбище, где были похоронены Миранда и Ориана Шепард. Серый Посредник присела на лавочку у надгробий и вперила взгляд в скупые строчки на поверхностях двух гранитных плит. Две ее сестры... Верховный Следователь Совета Цитадели и самая известная в Пространстве Цитадели Посол по особым поручениям Совета Цитадели. Матери и бабушки многочисленных детей и несколько раз прабабушки. С усилием встав, Лиара склонилась поочередно к каждому надгробию, прикоснулась рукой к холодным камням... Затем, обернувшись к Сюзанне, кивком головы подтвердила свое желание вернуться в космопорт, где уже ждал подготовленный к вылету личный фрегат.

По возвращении на Тессию Лиара вызвала наемный флайер, на котором вместе с Сюзанной прибыла на то кладбище, где была похоронена ее мама. Полуденное солнце столичной планеты освещало обелиск из белого тессийского мрамора. Скупые строчки... Имя, фамилия, годы жизни. И никаких пояснительных надписей. Бенезия Т Сони к концу жизни стала просто невероятно скромна в своих желаниях и стремлениях. Лиара обняла обелиск, прижалась, стремясь почувствовать что-то очень важное для самой себя. Сюзанна в такие моменты старалась не держать Лиару в поле зрения, признавая право подруги побыть наедине со своими мыслями, ощущениями и чувствами. Киборгесса понимала: сегодня — последний день, когда Лиара числит себя еще среди живых. Завтра, начиная с полуночи, она уже будет далеко. Подготовка к Переходу завершалась — визит на могилу матери был последним пунктом.

— Спасибо, Сью. Что сопроводила и помогла. Мне было крайне важно и ценно твое присутствие и участие. — сказала Лиара, когда они вернулись в имение и вошли в кабинет Т Сони. — Вот. — она достала из стола заранее заготовленный пакет с документами. — Здесь все, что тебе нужно знать о моем завещании. То, что касается тебя. Прости, но вносить изменения и дополнения я уже не буду. Так что не отказывайся. — азари посмотрела на цифровое табло часов. — Сейчас десять вечера. Давай поужинаем до одиннадцати — самый легкий ужин, мне хотелось чтобы ты была в это время рядом. А потом — я пойду двигать свое кресло на балкон. Ночь становится все темнее, скоро вспыхнут самые слабосветящие звезды...

Ужин прошел в молчании. Сюзанна не стремилась держать подругу под своим все замечающим взглядом, а Лиара, погруженная в свои мысли, ела чисто механически, едва ли ощущая вкус пищи. После ужина она, как и обещала, вынесла кресло на балкон.

— Все, Сюзи. — сказала Т Сони, обняв подругу. — Спасибо тебе за все. За то, что ты такая. Прости, если что я или Джон сделали не так. — она взглянула на часы. — Время час ночи. Давай попрощаемся. — она поцеловала киборгессу троекратно, не размыкая объятий и не скрывая слёз. — Теперь иди. Дом и сад в твоем полном распоряжении. Только на балкон не входи. Сама почувствуешь. — Она отпустила Сюзанну из кольца своих рук, повернулась и вышла на балкон, плотно прикрыв за собой дверь. Сквозь стекло Сюзанна видела, как Лиара двигает кресло ближе к перилам ограждения, садится, приподнимает голову, устраивая ее на подголовнике и замирает, вперив взгляд в чернеющий небосвод.

Сюзанна повернулась и направилась на первый этаж особняка, где, как она знала, есть выход на задний двор. Выйдя наружу, киборгесса застыла, едва справляясь с противоречивыми желаниями. Ей так хотелось быть там, рядом с подругой в ее последние минуты, но она понимала, что этим может только очень серьезно навредить. Лиара прожила долгую жизнь, познала любовь, родила детей, стала профессионалом и в науке и в бизнесе. Она долгие столетия стояла во главе огромной династии, воспитала достойных преемников, которым теперь предстояло принять на себя ее многочисленные обязанности. Ее будут помнить многие столетия. Она при жизни стала легендой и останется легендой после своей смерти.

Сюзанна стояла, намертво заблокировав импульсивное желание вернуться туда, войти на балкон... Она знала, что совсем скоро ей все равно придется придти туда. Придти, чтобы выполнить последний обряд. Матриарх уже все приготовила в малом зале на первом этаже. Там с ней смогут проститься все, кто придет после получения известия о ее Уходе.

Ровно в три часа пятнадцать минут Сюзанна ощутила толчок. Пройдя по погруженным в полутьму лестницам и коридорам, киборгесса вошла на балкон и подошла к креслу. Глаза Лиары были закрыты, ее руки свободно и спокойно возлежали на подлокотниках, голова была чуть наклонена вбок, тело расслаблено. Со стороны могло показаться, что пожилая азари просто спит. Киборг подошла вплотную, медленно подняла тело подруги на руки, прижала его к себе и понесла в малый зал.

Обрядив Лиару, Сюзанна подошла к пульту связи, набрала коды, запускавшие программу оповещения. Все. Теперь на ближайшие часы она будет только рядом с матриархом. Вернувшись к ложу, Сюзанна пододвинула к нему жестковатое кресло, села и взяла в руки правую руку подруги. Сколько раз она вот так, молча, стараясь сохранять спокойствие и невозмутимость, провожала в последний путь тех, кто стал для нее родным существом. И вот теперь перед ней последняя органик из состава самой первой команды и экипажа легендарного корабля. Та, кто встала ближе всех к его капитану и провела рядом с ним долгие десятилетия.

Тихо открылась дверь и в малый зал вошли свитковцы. Вся пятерка. Две женщины и трое мужчин. Возраст, казалось бы, над ними был не властен — Сюзанна, не раз видевшая их за последние сотни лет, не могла найти существенные отличия в их облике. Но все чаще свитковцы появлялись для того, чтобы отдать последний долг тем, кто прошел три тяжелейших части единой миссии. Зазвучала древняя молитва. Та, которую Захар Семенов читал над телом Джона Шепарда. Та, которой свитковцы провожали всех нормандовцев. И Сюзанна почувствовала, что между ней и Вечностью больше нет никого. Когда ушел Шепард, киборгесса знала: она сможет пережить всех, кто будучи органиком, жил, работал и служил на фрегате. Но рядом долгое время будут другие органики из основного состава, хотя бы один. И вот наступил момент, когда из всех, выполнявших эту миссию противодействия Жнецам, она, Сюзанна Моро, осталась одна. Даже казавшийся бессмертным Легион погиб, спасая горняков на Раннохе.

Молитва отзвучала, но свитковцы и Сюзанна долго стояли в молчании, глядя на Лиару. В глазах женщин стояли слезы, мужчины сглатывали комки, стоявшие в горле. Отойдя к двери зала, свитковцы не сговариваясь, обступили Сюзанну и обняли ее. Тихо и безмолвно. Стремясь поддержать ее в этот очень непростой момент.

Жестом Сюзанна пригласила свитковцев пройти в кабинет Лиары, где на столе уже лежали пакеты с лаконичными адресными надписями. Взяв один из пакетов, ИИ подала его Семенову. Тот быстро распечатал оболочку, раздал документы своим коллегам и вчитался.

— Лиара хотела, чтобы эта информация в самой полной мере была только у вас. — тихо пояснила Сюзанна. — У остальных она тоже будет... Частями.

— Понимаю, Сью. — произнес Семенов, поднимая взгляд от листков пластика. — Это — последний и один из самых ценных даров Серого Посредника.

— Ее праэнправнучка...

— Арали... Лиара все просчитала наперед. Даже имя для нового Серого Посредника она выбрала сама. Достаточно переставить слоги и перед нами снова встанет Лиара. Ее очередное воплощение. На ближайшие несколько тысяч лет. — сказал Захар. — Новый Серый Посредник...

— Приступила к своим обязанностям. Одна из первых получила информацию о случившемся. — тихо сказала Сюзанна. — И, чтобы сохранить свое инкогнито, она также будет на церемонии погребения.

— Кстати о церемонии. — сказала Аврора. — В этот раз...

— Я сделала так, как хотела Лиара. Все прибудут почти одновременно. В течение дня. — уточнила киборгесса. — На следующий день — прощание. Сначала для родственников, потом официальные делегации и затем — все остальные. Утром следующего дня в десять часов утра тело будет предано земле Тессии в соответствии с завещанием.

— Кто поведет "Нормандию"? — спросил Семенов.

— Только я. Аэстена и Вир заменят меня на время у могилы. — скрыв, насколько это было возможно, небольшое дрожание голоса, Сюзанна продолжила. — Как и при погребении Джона Шепарда я дам трехкратный залп из всего бортового вооружения. Разрешение властей Тессии на это получено Лиарой заблаговременно. А после сирены я передам "Нормандию" Аэстене, она отведет корабль на "Поле "Нормандии"" в пределах имения. С экипажем я уже говорила — они согласны. Решать — кто останется, а кто уйдет — будут уже после того, как закончится трехдневный срок первого, глубокого траура.

— Да. — хмуро заметил Захар. — Лиара как всегда уникальна. Явик...

— Они приняли решение не появляться на церемонии, чтобы не вносить разлад в процедуру. С ними и их детьми и внуками Лиара попрощалась лично. Я была тому свидетелем. Они не будут обижены на нас. — сказала ИИ. — Им было очень тяжело свыкаться с мыслью, что та, кто всегда отстаивала их ценность и самобытность, скоро предстанет перед Вечностью.

— А ты, Сюз? — спросила Светлана.

— Что — я? После похорон вернусь на фрегат, решу вопросы с экипажем, буду дооборудовать стоянку, может, удастся построить ангар, чтобы не держать корабль на открытом пространстве круглогодично. Буду вводить многочисленных потомков Лиары в курс дел, которые она им передала. Думать о том, чем теперь может пригодиться наш фрегат новым поколениям жителей Млечного Пути. В положенный традицией срок поставлю на могиле Лиары памятник. Скромный, такой, какой она хотела. Приму полное управление имением, разберусь с сопутствующими делами и проблемами — здесь очень большое хозяйство, нужно будет усилить его автономность и самодостаточность. Через четыре месяца после погребения проведу Ритуал поминовения. А потом... потом я планирую на "Нормандии" посетить все без исключения места, где мы хоть раз за время миссии побывали. Посмотреть, что и как там изменилось. Показать, что корабль жив и деятелен. Напомнить о том, какой ценой была завоевана победа над Жнецами. Я здесь не планирую спешить, стоянки будут длительными. В перелетах тоже скоростить не собираюсь. Заодно соберу информацию о нуждах и потребностях местных жителей, посмотрю, чем я и "Нормандия" могут помочь. Оказать всю возможную помощь. Это будет долгий полет. В имении меня заменят Аэстена с Виром — им нужно сменить обстановку, гибель Легиона тяжело отразилась на них. Пока я буду отсутствовать — они будут руководить и помогать всем членам династии Т Сони — Шепард. Через несколько лет я вернусь, поставлю "Нормандию" на ее Поле. И буду стараться, чтобы корабль жил и дальше. Чтобы его не забывали, помнили, что совершили все разумные, кто был на его борту. Я... я не имею права допустить повторения Ужаса... — голос Сюзанны ощутимо просел и дрогнул. — Мне никто из нормандовцев этого не простит. Поэтому я буду проверять всю информацию о неизвестных ранее явлениях, о фактах, не укладывающихся в стандарты. Это позволит "Нормандии" и дальше летать и быть в строю. Сколько? Сколько получится, но я сделаю все, чтобы фрегат летал как можно больше и как можно дольше. Мы должны ждать и готовиться к новым угрозам, к новым вызовам. Развиваться и совершенствоваться, чтобы быть во всеоружии. — Сюзанна умолкла. — Простите...

— И ты нас прости, Сюз. — женщины обняли киборгессу. — На тебя столько всего свалилось...

— Иногда мне становится трудно... работать с полной нагрузкой. — сказала ИИ. — Придется озаботиться модернизацией.

— И в этом, Сюзи, мы тебе окажем всемерную помощь. — сказал Семнов. — наступит момент, когда ты получишь координаты места, где тебя и Норму будет ждать "Свиток". Пока "Нормандия" в его стапель-центре пройдет проверку и обслуживание, ты также обновишься. — в этот раз командир "Линии" остался серьезен. — Это — вполне в нашей власти.

Они проговорили еще несколько часов. Постепенно в имение прибывали все новые и новые приглашенные. Отдав дань уважения покойной, они размещались в выделенных для них комнатах и стремились пообщаться с Сюзанной, не давая ей возможности ощутить одиночество и покинутость. На свитковцев никто не обращал особого внимания — среди знакомых Лиары было предостаточно таких, о которых мало кто что-либо точно знал. Как и предполагали Лиара и Сюзанна, почти все приглашенные прибыли в течение суток. Официальные лица Азарийского Союза и в этот раз не претендовали на исключительное внимание и внеочередность.

На небольшом кладбище было многолюдно. Сюзанна запечатала капсулу с телом Лиары поворотом двух рукояток и, отойдя, поднялась на гравилуче к входному шлюзу прибывшей "Нормандии". Пройдя в пилотскую кабину, киборгесса села в кресло первого пилота и активировала вооружение, задав программу ритуальной стрельбы холостыми зарядами. На экранах обзора было прекрасно видно, как почетный караул Десанта Азарийского Союза четко выполняет процедуру — Аэстена и Вир транслировали все с максимальными подробностями. Трижды фрегат прощально салютовал Лиаре Т Сони-Шепард, пока капсула с ее телом опускалась на дно могилы. А затем ожила главная сирена фрегат-крейсера и несколько минут звучала, стремясь выразить всю скорбь и боль, владевшие собравшимися у места последнего успокоения Матриарха Азарийской Расы, супруги капитана Джона Шепарда, известного ученого-археолога и одного из лучших информационных брокеров Галактики.

Сойдя с корабля, Сюзанна первая бросила горсть земли в зев могилы, после чего отошла, наблюдая, как вырастает рукотворный курган. Аэстена увела "Нормандию" на ее поле. Когда вокруг места погребения не осталось людей, Сюзанна очнулась от размышлений. Подойдя к могиле, она склонилась в земном поклоне и замерла на несколько минут.

— Вот мы и остались одни, Аста. — Сюзи уловила как подошла ее сестра-близняшка и выпрямилась. — Не хотела я этого, очень не хотела. А вот случилось...

— Сюз, ты не одна. Рядом я, рядом — Вир, рядом сотни ИИ, воспитанных тобой, рядом "Нормандия" с преданным тебе экипажем. Рядом потомки всех наших нормандовцев. Мы с тобой и с Виром все равно будем помогать органикам, все равно будем для них партнерами и друзьями. За это боролся Джон Шепард, этому посвятили значительную часть своей жизни многие нормандовцы. Хорошо, что Лиара обрела покой на своей планете. Хорошо, что Арали стала Серым Посредником. Согласно Лиариному завещанию именно она наследует все имущество своей знаменитой праэнбабушки и, соответственно, встает во главе династии, как самая молодая и самая подготовленная к столь трудной работе. В Галактике всегда должны быть те, кто живет очень долго, кто может сохранить в своей памяти мельчайшие детали давно минувших дней. Так уж случилось, что органическая память не настолько совершенна, как наша с тобой. Но зато у органиков есть чувства и эмоции, которыми мы, синтетики, можем обладать только в очень малой степени. Нам многое недоступно. И значит, прав был Захар Семенов, говоря, что галактика, в которой ВИ и ИИ являются партнерами и друзьями разумных органических существ — едина и непобедима. Что бы там дальше ни было, и Джон, и Лиара будут всегда рядом с нами, в наших мыслях, в наших поступках, в наших планах. Рядом, насколько возможно, будут с нами и свитковцы — наши с тобой истинные родители. А значит, если мы с тобой уважаем и любим тех, с кем мы прошли такие испытания, значит история их жизни и любви продолжится, пока мы о них будем думать, пока мы о них будем помнить. Пойдем, все уже собираются на поминальный ужин. А потом мы с тобой будем очень заняты. Ты, Сюз, составила план. Теперь его надо выполнять. — Аэстена решительно и прямо взглянула в глаза сестры. — Идем, Сюзанна.

 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх