Искомая машина, которую я собирался передать Николаю Ивановичу, стояла возле самого края с уже прикреплённым прицепом, замыкая целый ряд однотипных товарок. Единственное её отличие от других состояло в том, что она была радиофицирована. Перенастроенная радиостанция SCR 510 с гибкой, восьмифутовой антенной располагались слева от заднего сиденья, и занимала место патронного ящика. Председателю сельсовета воевать уже поздно, да и связь ему гораздо важнее нежили свободное пространство.
— Два ведущих моста через четыре рессоры несут на себе прочную лонжеронную раму и кузов, — стал знакомить парней с автомобилем, освобождая его от брезентового чехла. — Шестьдесят лошадиных сил, коробка передач в три ступени, длинным рычагом переключать чётко по схеме на рисунке. Короткие рычаги — демультипликаторы. От себя низшая ступень, к себе высшая. Передний мост и задний мост. Агрегат проще просто некуда. Четырнадцатилетний школьник начинает ездить на нём через двадцать минут после ознакомления. Вам, здоровым лбам, даю полчаса. Ключ в замке зажигания. Проедете вперёд и дальше строго по белой линии. Сделаете круг и возвращаетесь назад.
Один раз показал на примере и оставил авто в пытливые руки. Пока два 'С' осваивали технику, я подошёл к английскому седельному тягачу. 'Scammell Pioneer' с 30-тонным полуприцепом — если и не мастодонт среди грузовиков, то уж точно крепкий, могучий и неторопливый буйвол. Созданный для военных нужд он отлично справлялся с гражданскими задачами, и даже грубые формы не мешали ему. Обычно им перевозили бульдозеры, но появись на нём танк, такой как 'М3 генерал Ли', то и его бы потянул. Удачная машина, особенно в исполнении ремонтной 'выручайки'. Попавшие в неприятности танкисты, заслуженно называли 'Пионера' спасителем из-за своей лебёдки и Красной Армии такие машины пригодятся, хотя я отдавал предпочтение трёхосным балластным тягачам Diamond T980. Сейчас на прицепе был закреплён домик-вагон на колёсах, которым пользовались строители, и в данный момент размещался мой склад всякой всячины. Прямо в тамбуре лежали несколько ящиков и, открыв нужный, на свет показался пистолет-пулемёт Томпсона М1928. Submachine guns или SMG, как сокращают американцы. Оставленный им след в истории неоспорим. С годами он менялся, но оставался интересен в любой ипостаси. Для кинематографа это оружие — свидетель событий 'сухого закона' и вознесение мафии на пьедестал, для оружейников — образец блестящих технических решений и совершенный по форме механизм, для пользователя — желанный предмет обладания идеализируемой вещью. Но всё же это не предмет искусства. Тяжёлый, без малого пять килограмм, сомнительной надёжности в полевых условиях, и не убиваемый в тире, со слабым патроном Кольта .45 АСР, но хорошим останавливающим эффектом пули. Великолепен в стрельбе на тридцать три ярда и плачевен на сто. Он почти без отдачи с шикарным компенсатором Каттса и чудовищно дорогой из-за фрезеровки. На момент создания, безусловно, флагман в области автоматического стрелкового оружия. Но сейчас, увы, анахронизм, хотя американцы воевали с ним и после Вьетнама. Автоматы Дегтярёва, Шпагина, Шпитального куда практичнее и сегодня появится возможность сравнить их. Ни на одном оружии я не видел столько выбитых патентов, да и назван он не в честь создателей: Эйкхоффа, Пейна и Голла. Берём три штуки с разными магазинами и мешок патронов (у меня патроны в пачках по пятьдесят штук, а они соответственно в вещевом мешке). Ребята молодые, энергию девать некуда, пускай с пружинками поиграются, понабивают. Важно, не забыть про девять кликов на огромном 'бубне'. Впрочем, если ты не гангстер из кинолент и часто с 'томпсоном' на плече, то в подсумке на ремне будешь носить магазины гораздо скромнее. Оружие направилось в сумку для гольфа, а мешок на бетонку. В следующем закутке ЛАДы. Тут сложнее, один ящик — один пулемёт и целая закреплённая на крышке панель ЗИПа, начиная от пламегасителей и заканчивая шомполом для чистки. Тяжеловато и неудобно выносить, так как проход забит всякой мелочью и сам вагончик совсем не параллельно земле, а стоит под углом. Но разве это непреодолимое препятствие? Короба со снаряжёнными лентами и пулемётный станок лежали отдельно. Тут придётся брать ящиками, ведь и сидеть на чём-то надо. Что ещё можно было прихватить помимо наушников и очков? — наверно дробовики с кольтами. Не то, чтобы всё это было категорически необходимо, но уж если наметил пострелять, то к делу надо подходить серьёзно. С помповыми ружьями всё понятно, но на стрельбище американец без кольта, как англичанин без чая в пять часов. Доля правды в этой шутке есть. Многие офицеры, особенно из Айдахо, Флориды, Южной Каролины предпочитают носить только револьверы. Что поделать, дань традиций. В той же Военной академии Миссури помимо верховой езды и фехтования, кадеты сдают зачёт по стрельбе именно из револьвера. И наконец, то, ради чего и затевалось мероприятие — пистолет-пулемёт так похожий на ППС. Сейчас это разобранный на составляющие набор металлически предметов и пружин, но так всё и задумано.
Когда накатавшиеся по площадке ребята вернулись назад, у моих ног покоилась целая гора нужных вещей. Не получается у меня выбраться куда-то налегке. Всегда находятся сто причин, почему нужно взять с собой то, это и про запас ещё что-нибудь.
* * *
Разобравшись со своими делами в Политехническом институте и приняв должность третьего переводчика с португальского языка, иными словами: переводчик по вызову без привязки к рабочему месту, Васильева села на трамвай и доехав до Перекупного переулка, вышла. Чуть погодя, уставившись в витрину обувного магазина, она что-то для себя решала, по крайней мере, так могли подумать прохожие со стороны, и в итоге передумала; ботиночки в витрине стояли дорогие. Пройдя пару домов, она оказалась на 9-й Советской улице, где зашла в третий подъезд первого здания. Поднявшись по лестнице, она вынула ключи из сумочки и отворила дверь. Квартира состояла из нескольких комнат, но Юля чётко прошла по коридору и зашла в самую крайнюю слева. В комнате с тяжёлыми тёмно-зелёными портьерами стоял ореховый письменный стол с классическим зелёным сукном, настольная электрическая лампа, набор для письма и стул. На стене висело несколько картин в золочёных массивных рамах и старинное, в полный рост зеркало с канделябрами. Сев за стол, Юля привычным движением открыла выдвижной ящик и вынула оттуда несколько листов бумаги. Обмакнув перо в чернила, женщина стала писать незапланированный на сегодня отчёт. Обычно, она приходила сюда по воскресеньям, но были предусмотрены и такие варианты, когда время не терпело отлагательств.
'В согласии с вашими инструкциями, личный кабинет объекта 'Макропулос' был проверен на предмет нахождения необычных вещей. Для этого пришлось вскрыть сейф. Единственный ключ находится у объекта и мне пришлось изготовить дубликат в мастерской 17-Б. Насколько я могу судить, содержимое сейфа не сохранено в том же состоянии, когда объект 'Макропулос' закрыл его вчера вечером на моих глазах. Сейф абсолютно пуст. Принципиальная схема работы новейшей радиостанции и образец, которые я видела, нигде не обнаружены. Тщательное обследование на предмет оптических иллюзий, потайных ниш и прочего, ничего не дало. Необычных вещей, ампул, лекарственных препаратов не обнаружено. С большой вероятностью объект пользуется другим тайником'.
Подписавшись, Юля использовала промокашку. Ещё раз прочла и сложила листок пополам, затем ещё раз и положила в конверт, заклеив его. Подвинув к себе новый лист бумаги, она принялась писать о событиях вчерашнего утра и вечера.
'...Намерена сообщить, что в ходе операции 'Дом, милый дом', после общения с гражданином Лившицем Срулем Абрамовичем, на объект было совершено покушение. Машина объекта подверглась тарану автомобилем ГАЗ-АА, первые цифры номера 41. В ходе аварии я получила травму головы, сильную кровопотерю и кратковременно теряла сознание. Окончательно пришла в себя в автомобиле объекта 'Макропулос' возле деревни Коккорево. Объект утверждал, что после ухода из квартиры Лившица, из-за артериальной гипертензии у меня случился эпистаксис, и я заснула в машине, когда мы уехали после оказания мне помощи. Участие в аварии объект отрицал. Осмотрев себя в зеркальце, я не нашла никаких видимых повреждений. Однако мною было обнаружено, что порванный накануне чулок на левой ноге не имеет повреждений, а чулок на правой ноге имеет разрыв. Из этого мною сделан вывод, что кто-то имел возможность снять с меня эти чулки в момент беспамятства. Свои подозрения объекту я не сообщала.
Этой же ночью, в кабинете директора санатория, я предложила объекту 'Макропулос' отметить приобретение дачи, согласно полученной рекомендации. В процессе этого мероприятия мы стали играть в карты (покер). Объект на моих глазах открыл сейф и доставал из него несколько упаковок долларов США, номиналом в один и пять долларов. На эти деньги мы играли. В три часа ночи объект 'Макропулос' предложил вызвать музыкантов и танцовщиц, но телефон не работал. Игра продолжалась до семи утра, пока в санаторий не приехал товарищ Х. Агент Красивая'.
Задумавшись, Юля достала ещё один лист бумаги и переписала последний текст заново, без рассказа об аварии, пряча черновик в сумочку. Заклеив второй конверт, лишние листы она положила в стол и, встав, посмотрела на себя в зеркало. Ей всё время казалось, что за зеркалом кто-то сидит и наблюдает. Преодолев желание показать тому, кто за зеркалом, что она знает о нём, Юля поправила волосы и, взяв конверты, вышла в коридор. Рядом с вешалкой, в стене была металлическая заслонка, как в печке. Отодвинув её, она бросила конверты внутрь. 'Ненавижу!' — сказала сама себе и вышла из квартиры.
* * *
Двое мужчин молча шли по коридору с разных концов навстречу друг другу, идя в ногу, почти по-военному. Несмотря на сближение в то же время они сохраняли заметную дистанцию, как будто каждый из них обладал магнитными свойствами, которые разводили их в стороны, как одновременно заряженные частицы. Отсутствие вежливых реплик, которыми при встрече обмениваются обычно все воспитанные люди, и их явная антипатия друг к другу делали атмосферу напряжённой. 'Соль' и 'Сахар' зашли в кабинет начальника ровно в девять ноль-ноль, и словно сбросив полюса недоверия преобразились. Чётко пожелав здравия, каждый из них протянул по листку бумаги с рисунком.
Товарищ Сергей мельком глянул на грубо нарисованные портреты и выдавил из себя улыбку. Эти лица он знал. Да что там знал, когда-то они были кандидатами в его отдел, но предпочли 'Большой дом' на Литейном и Лубянку. Его профессия заставляла встречаться с разными людьми. С теми, к кому мир был жесток, и с теми, кто сам был жесток к миру. И он точно знал, что они редко оказывались одними и теми же людьми. Этих он бы отнёс ко вторым и не испытывал бы какого-либо сожаления, если бы они оставили этот мир навсегда.
3. Успеть до восхода.
Последние недели весны стали подобны срочному переезду цирка: некормленые звери ревут, купол не складывается, костюмер пропал, а артисты после бенефиса пьяны. Все куда-то спешат и каждую минуту дают новые вводные. Как говорится, скрипучее колесо всегда выпросит смазку. В нашем случае, это стало подготовкой к празднованию дня Интернационала, а смазкой выступала помощь детям Китая. Как и главное чем ленинградские медики могли помочь маленьким китайским товарищам, если у самих пусто? Исходя из профильности нашего предприятия, логично было бы предположить просить послать лекарства. Нет вопросов: у нас есть чем лечить дизентерию, коклюш и десятки других болезней, которым подвержены дети. Это была бы фактическая помощь, которая сохранит жизни. Понятно, что нужно сохранять здравый смысл и с нашей артели краснодеревщиков невместно просить отправить кресла и комоды, но мало кого волновало отсутствие фондов или лишних новых детских вещей. Разнарядку спустили по линии Леноблсовпрофа от самого товарища Шаршилина, где чётко было указано, сколько и чего хотят видеть. Караулившая меня в приёмной Раппопорт, уже сразу достала платок размером с детскую пелёнку и приготовилась плакать.
— Вот! Нужно! Пять посылок. Иначе а-та-та. — Рахиль Исааковна показала мне какую-то бумажку с подписью и треугольным штампом, присланную из Дворца Труда .
— А можно наличными? — спросил я.
— Как наличными?
— Рахиль Исааковна, вы меня право слово, по совершенным пустякам беспокоите. Мы же с вами знаем, что оказывать помощь, сиречь заниматься благотворительностью, дело сугубо добровольное и в советской республике абсолютно лишено выгоды. Но хуже того, тратится бесценное время. Или советский Internal Revenue Service дал статус tax-exempt ? Вижу, вы даже больше в курсе, чем я. Но, учитывая политическую обстановку и в преддверии праздника санаторий может помочь двумя сотнями долларов США. А китайские товарищи пусть сами думают, на что эти средства потратить. Может, вернут обратно, в счёт погашения долга за недопоставленный вольфрам или за девятьсот восемьдесят пять самолётов, восемьдесят два танка, одна тысяча триста семнадцать орудий, тридцать тракторов, четырнадцать тысяч пулемётов и гору боеприпасов размером с Эльбрус .
— Но мы же совсем недавно помогали детским домам области. Это какой-то...
— Вы хотели сказать позор? Ну, да. Позор. Мои самолёты они покупать отказались, а советские взяли. Конечно, ведь за них можно и не платить. Сами без штанов, а шлём посылки. Китайцы наш вольфрам немцам, а нам кукиш.
Раппопорт всем своим видом выразила натуральное удивление.
— В первый раз слышу, что бы мы в санатории торговали самолётами, — произнесла она.
— Не смотрите на меня так, словно я проглотил на ваших глазах целую рыбину с головой, хвостом и плавниками. Рахиль Исааковна, аэропланы я продавал до приезда сюда. Впрочем, они и сейчас продаются. Не желаете прикупить? Нет? Однако вы совсем позабыли, чем закончились последние инициативы.
— Вы меня совсем с толка сбили, — смущённо произнесла Раппопорт, — причём тут аэропланы и посылки? Поддержите хотя бы моё заявление на планёрке о сборе детских вещей.
Конечно ни при чём, но весь этот спич со своей задачей справился. Иначе с ней нельзя, заболтает, и не заметишь, как оказался в одном белье с долговыми расписками. Стоило пару раз позволить отправить в качестве поддержки костюмную и прочую ткань, якобы приобретённую сотрудниками на свои премиальные, как выяснилось, что ближняя родня руководителей детских учреждений пустила её на свои нужды. Нет, простыни, наволочки и пододеяльники для подопечных тоже пошили, но с этих пор вся помощь либо деньгами, либо полный отчет, что и куда пошло. Уверен, из Китая отчёт не придёт.
— Подумайте логически, — уже поняв, что от меня не собираются отставать, стал объяснять я. — Нашим медицинским сёстрам, семнадцать-восемнадцать лет отроду. Если у них и были детские вещи, то давно уже пришли в негодность. Где они их возьмут? Только купить и отдать вам. А это время! Девочки и так на вечернем учатся, выспаться не успевают. А деньги? Какая зарплата у них? Двести пятьдесят рублей или даже чуть меньше. И то, чтоб не пятьдесят восемь рублей налога платить, а двадцать пять. Детские ботиночки встанут в пятую часть их дохода. Вы хотите, чтобы я дал разрешение ограбить наших медсестёр, которые платья лишнего позволить не могут? Не будет этого. Поэтому предлагаю отдать денежными знаками и закрыть этот вопрос раз и навсегда. Я за мир, дружбу и жвачку, но больше не позволю наживаться всяким прохвостам.
