— Всё так, я не скрываю.
— Будет у меня к вам задание, Ганна Марковна. И связано оно с церквями. Поможете?
— Вы хороший человек, дурного не попросите.
— Как сказать... что же, не стану вам забивать голову баллистикой и ориентирами, но так получилось, что с древних времён храмы возводили в самых видных местах. Речь пойдёт о чехлах на купола. И чем быстрее сверкающие части окажутся закрытыми, тем меньше они пострадают. Я письмо написал с некоторыми предложениями, а вы, будьте добры, передайте его по инстанции. Если маскировкой не озаботятся служители культа, то это сделают власти.
— Храмы сейчас в великой нужде, — тихо, как гипнотизёр произнесла Ганна.
— Люди сейчас в великой нужде, — ответил я. — Письмо тут, на столе оставлю и десять червонцев на дорогу со свечками. Надеюсь на вас, Ганна Марковна. Всего доброго.
Сколько себя человечество помнило, храмы всё время пребывают в нужде. Но только за сбор средств на нужды обороны уже стоит сказать спасибо. И танковой колонне имени Дмитрия Донского возможно будет предшествовать колона Сергия Радонежского. А уже совсем скоро, если на письмо отреагируют правильно, в Ленинграде появятся два танка КВ с персональными именами и славной легендой от самого Куликова поля. Да и муфтиям пора подтягиваться. 'Любовь к Родине — часть твоей веры' не должны быть просто словами из книги. Жаль, что это всё в проектах. Советский Союз ещё только укусили и страна сильна, и пока не нуждается в помощи от тех, с кем боролась последнее время, но совсем скоро помощь станут принимать с любой стороны.
8.Отправить пикинёра из Фландрии.
Если бы духи захотели подать людям знак, что наступает конец света, они наверняка выбрали бы этот удушающий жаркий день при полном отсутствии ветра. Как в иссохшем роднике с паутиной и уснувшими пауками вся жизнь у станции Молосковицы замерла, ожидая того часа, когда природа смилостивилась бы над людьми и взмахнула своим веером. Ржавая железнодорожная колея резко отворачивала от деревянной тумбы со стрелочным переводом и уходила на север, к небольшому домику, подпирающий своей крышей три раскидистых ели и две вишни, высаженные у самого крыльца. В тени пышных густых крон стояла лавочка с облупившейся краской, которая полвека назад отслужила свой срок на вокзале и теперь отдыхала на пенсии. На ней сидел старик в выцветшем от времени зелёном мундире и железнодорожной фуражке красно-оранжевого цвета . Он задремал и с трудом дышал, и даже похрапывал, незаметно уснув сном праведника оглушённый удушающей жарой и монотонным пением птиц, бездельничавших где-то на ветвях вишни. У ног старика лежал лохматый кот, такой же старый, как и хозяин. Казалось, у него уже недостанет сил встать. Он завалился набок, выбрав идеальную позицию так, как только петербургские коты умеют развалиться в летней тени в часы, когда утреннее солнце наиболее коварно; бедное животное, похоже, доживало свои последние часы жизни, как внезапно встрепенулось и подскочило на лапы, изогнув спину и зашипев, словно и не маячило за спиной дюжины лет. Воздух перед глазами кота замерцал, и на ржавых рельсах стало твориться что-то невероятное. Земля вздрогнула и охнула, будто мгновенно приняла на себя сотни тонн лишнего веса. Кот жалобно замяукал, пытаясь разбудить хозяина, и отпрыгнул, когда прямо перед его носом шлёпнулась невиданная здесь рыбина, а у лавки приземлилась авоська с бутылками и закусками.
Ждать одобрения моих предложений от граждан в рясах можно было день, а то и месяц. К тому же, основной денежный поток должен был хлынуть с других континентов, а здесь лишь зародиться. Но путь осиливает только идущий. Пока же пришлось действовать проверенным способом пусть и с некоторой долей мистики. При всём том бардаке, который провоцировался ускоренными сроками эвакуации, институт железнодорожного сообщения умудрялся работать как часы. Не как высокоточный хронометр, при котором поезда приходили и уходили с точностью до минуты, но очень близко к этому результату в парадигме пребывания государства в военных действиях на своей территории. Даже с учётом потери железнодорожных узлов и загруженностью основных маршрутов, наркомат умудрялся держаться на плаву, и объяснялось это высоким профессионализмом всех работников, начиная от стрелочников на переездах и обходчиков, заканчивая его наркомом. Но и профессионалы могут ошибаться. Возросший лавинообразно объём перевозок за счёт воинских эшелонов, и военные действия сбивали устоявшийся ритм. Никто и слушать не хотел, что после бомбёжки паровозы невозможно заправить. Со всех сторон лишь раздавались требования и шли телеграммы с пометками 'срочно'. А если по одной ветке сразу следует три литерных и с неба падают бомбы?
Поэтому операция 'Шаманы из Невады с индейским приветом просили передать' началась и старт объявила с танков. Почему шаманы, так последующие события другими словами объяснить стало невозможно. Привыкшие оперировать фактами и документами — разводили руками и закапывались в бумаги, пытаясь отыскать объяснения, где логика отступала и её место занимала мистика.
Как прикажете понимать появление целого эшелона? Самый настоящий шаманизм! Ну не могут танки с номерами, закреплёнными за третьим механизированным корпусом Прибалтийского Особого военного округа и 12-й танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Юго-Западного фронта появиться просто так в одном месте на редко используемом, считай заброшенном полустанке у станции Молосковицы. Это не затерявшаяся иголка в стоге сена, так как под тяжёлый КВ требуется особая платформа и за ними ведётся строгий учёт. Не считая того, что каждый КВ-1 стоил без ста пятидесяти тысяч миллион рублей. Впрочем, вопросы должны были появиться гораздо раньше и первый из них, почему отправленные на Кировский завод и подлежащие ремонту после боёв их двигатели и трансмиссия оказались новее новых? И если всё же где-то напутали, что вполне возможно было предположить, то почему в сопроводительных документах на технику не было отражено, где они получили необходимый ремонт, модернизацию, дополнительные броневые плиты, полные баки горючего, технические жидкости с ремкомплектом и две нормы боекомплекта. Или это те машины, которые не доехали и по донесениям попали под бомбёжку? Или всё же со станции Гусятин пятёрка КВ-2 была отправлена и та трагедия десятков эшелонов не такая уж мрачная? Но как тогда быть с номерами? И как объяснить показания пенсионера, бывшего начальника станции, что какой-то полковник Иван Иванович Иванов явился к нему домой, приказал выставить пост на пару часов и больше не появлялся, предоставив технику первому встречному, пусть и в мундире. Хорошо, что позвонили в Большие Хотыницы, где под рукой коменданта оказались призывники и смогли организовать оцепление. Ведь как танки появились, так могли и исчезнуть, словно корабли в Саргассовом море. Одно было ясно точно: фашистские фотографии захваченных наших машин — фальсификация. Так как глаза легко обмануть, а тут руками можно потрогать. Комитет обороны с ног сбивается, 'броню' со всех мест собирает, хотя прямо под носом эшелон, который одним взглядом не окинуть. Может, действительно стоит прислушаться к словам бывшего начальника станции да походить по полустанкам, проверить? Вот эту полную мистики историю я и пересказал товарищу Кузнецову, не совсем случайно оказавшись на железнодорожной станции, сопровождая ценный груз для курсантов Ленинградского Краснознамённого пехотного училища имени С.М. Кирова. Почему не случайно, так это объясняется просто — одна из артелей получила право на ремонтно-восстановительные работы трофейной техники, и мне совсем не сложно было поискать её на складе-отстойнике, о котором никто и не догадывался по причине его отсутствия. Массово трофеи появляются, если армия наступает. Когда наоборот, на её отсутствие мало обращают внимание.
Не знаю, были ли отправлены осматривать забытые ветки железных дорог в поисках потерянных эшелонов люди, но если это случилось, то впереди их ожидали приятные сюрпризы с цистернами высокооктанового бензина, платформы с упакованными в ящики двигателями к самолётам и так необходимых фронту вагоны с боеприпасами и продовольствием. Грузы, которые по всем отчётам должны были оказаться на временно захваченной врагом территории, как будто никуда и не отправлялись или наоборот, вовремя вернулись, а чаще всего просто следовали с запада и ждали паровозов. И ответственных не отыскать. Станцию бомбили, были жертвы и пожары. Многие документы оказались в труднодоступных местах, и разбираться станут позже. Ведь одно дело, когда что-то пропало и совсем иное, когда появилось. Со стороны канцелярий и 'иное' — плохо, так как нарушает бумажно-документальный оборот и влечёт неприятности, но со стороны военных, в данной ситуации 'контролем и учётом' следовало пренебречь: дают — бери. Когда горит дом, не станешь предварительно выяснять, чьё ведро с водой стоит под рукой. Так произошло и с танками. Не успел я покинуть кабинет начальника станции, как ему уже звонил Ворошилов и настоятельно советовал не упустить из рук эшелон с КВ, рекомендуя лечь перед ним на рельсы. Может, ещё какими идеями поделился, но я уже не услышал. Там, где присваивался воинский литер с буквой 'Т', спрос мог закончиться у стенки.
Тем временем наш состав из десятков грузовиков, внешне похожих на трёхосных 'K25S', только улучшенных в рулевом управлении гидравликой, и двумя автобусами с кордебалетом подъезжал к линии фронта Лужского рубежа. Мы ехали поддержать защитников города по решению горкома Ленинграда. Город просил — мы откликнулись. Рахиль Исааковна за три дня до этого упорно собирала посылки, скупала через военторг разнообразные предметы быта и 'разорила' все окрестные пасеки, не оставив ни капли первого летнего мёда. В газете 'Смена' вновь появилась её фотография и статья, где она призывала жителей северной Пальмиры помнить и проявлять заботу о сыновьях, сражающихся насмерть с ненавистным врагом; заключать договора и сдавать на заготовительные пункты лекарственные травы и прочие дары природы как грибы с ягодами и чагу. Раппопорт ссылалась на Ботанический институт имени Комарова и продвигала в массы только что вышедшую брошюру 'Дикорастущие съедобные растения Ленинградской области'. С балеринами вышло проще. Один звонок, названная сумма гонорара с моей стороны и освобождение от земляных работ со стороны горкома позволили провести репетицию красивых женщин на свежем воздухе под обожающие взгляды будущих командиров Красной Армии. Ведь издавна известно, что с хорошим настроением и воевать легче.
Малая часть колонны, под началом пограничников остановилась возле моста в деревне Вязок, а основная, вместе со мной поехала к штабу. Машины, управлялись шестнадцатилетними выпускниками последнего довоенного набора Парголовской школы шофёров. Открытый в сороковом году колледж уже выпустил шесть тысяч водителей, выдавая вместо полноценных документов справку из ОСОАВИАХИМа. И как оказалось, для военного времени на рокадах этого было вполне достаточно. От мала до велика ленинградцы вставали на защиту рубежей родного города и наличие недавних школьников за рулём никого не удивляло. На войне взрослеют и умирают рано. Командир курсантов уже был извещён о гуманитарном рейде из Смольного и встретил нас вместе с комиссаром Завалишиным в сопровождении фотокорреспондента комсомольской газеты.
— Здравствуйте товарищи! — поздоровался с нами полковник Мухин, оглядывая выстроившихся возле грузовиков молодых водителей и цокнув языком. — Твою губернию, неужели наши просьбы наконец-то удовлетворили и прислали резервы? Ума не приложу, куда ж этих богатырей ставить?
Плотный, с почерневшим от постоянного напряжения и редкого сна одутловатым лицом, он нашёл в себе силы пошутить и в словах прослеживался явный сарказм. Что же, наверно, иногда и стоит давать разрядку нервной системе.
— Нет, Герасим Васильевич, — ответил я. — Не в моей власти распоряжаться последними надеждами Ставки на второстепенных направлениях. Будем брать Берлин — нет вопросов, на другое богатыри не согласны. Да и не поэтому поводу мы здесь. Всё куда серьёзнее.
— Это как? — удивился он.
Я достал из портфеля сложенное треугольником письмо и показал командирам.
— В родительский комитет обратилась мама вашего курсанта и просила разобраться. 'Потерял каблук на сапоге и пуговицу... кормят не как дома, едим что найдём...' — процитировал я выдержку из письма. — По поступившему сигналу собрали комиссию, долго заседали и приняли коллегиальное решение. Так что не взыщите, принимайте.
— Позовите начпрода, — приказал кому-то за спину Мухин.
— Тогда и по вооружению зовите, — предложил я.
— Что-то я не понял, — смутился комиссар, снимая фуражку и протирая высокий лоб с залысиной платком.
— Яков Васильевич, — повернувшись к комиссару, произнёс я — по-моему, всё предельно ясно. Где в чистом поле, помимо положенного пайка, курсант может разнообразить своё довольствие? — Только у врага. А что для этого надо? — Думаю, вы уже догадались. Поэтому курсанту следует быть хорошо вооружённым, чтобы не у него отняли последнее, а наоборот.
— Если рассуждать с этой точки зрения, то так оно и есть, — заметил с улыбкой Мухин.
Короткий смешок пролетел и в среде командиров.
— Только не торопитесь отзывать начпрода, — попросил я. — Помимо огнеприпасов, зенитных и ручных пулемётов, амуниции и медикаментов, продукты мы тоже привезли. Нам стало известно, что шестнадцатого июля, Народный комиссар Обороны СССР досрочно присвоил первое командирское звание выпускному курсу ЛКПУ имени С.М. Кирова. С чем мы и поздравляем ваших подопечных, товарищ полковник.
По моему знаку один из водителей рефрижератора открыл дверцы фургона, и вдвоём с напарником скатили по полозьям большой ящик из нержавеющей стали.
— Сегодня утром, — продолжал я — по поручению горкома Ленинградская кондитерская фабрика изготовила четыреста тортов, а коммунисты Испанской бригады Жана Гривы передали вам почти тысячу бутылок французского шампанского из трофеев. Немцы готовились праздновать победу над ленинградцами, теперь это для них затруднительно.
— Как это всё уместилось в один ящик? — послышался голос из рядов сопровождающих Мухина.
— В сундуках этого грузовика подарки исключительно для командиров штаба, — пояснил я. — А для личного состава всё размещено вон в тех холодильниках.
Задавший вопрос глубокомысленно кивнул. Фургон огромный, сколько там таких ящиков даже прикинуть сложно.
— Тут не только сигареты, вино и сладости. Так же, среди презентов для командиров вы отыщите бинокли (Карл Цейс 8х30 Делтрентис). Только не выкидывайте из футляра талон с пожизненной гарантией. После войны, как освободим Германию от нацистов, в случае поломки бинокль починят бесплатно.
Пока командиры рассматривали содержимое ящика, Герасим Васильевич предложил мне пройтись до КНП, близнеца того, который я показывал Науму Давыдовичу Раппопорт.
— Знаете, строивший укрепления капитан из второго треста НКВД по Ленинградской области рассказывал о вас прямо невероятные вещи, — произнёс Мухин. — Теперь я ему верю на все сто процентов. Вы действительно как та щука из сказки Афанасьева.
