Просмотрев документы, он небрежно отложил их в сторону, а потом, переборов злость сграбастал в стопку.
— Я возьму?
— Берите, не обеднею.
То ли мой тон, то ли ещё что-то вывело из себя товарища Сергея, и он повысил голос, что случалось крайне редко. Рассудительность и спокойствие всегда было его отличительной чертой, что весьма нравилось мне в нём, и скорее всего это была вспышка гнева.
— Да кто, собственно дал вам право!? — возмущённо произнёс он.
— Право спасти детей? Я не ослышался?
— При чём тут долг сознательного гражданина? На каком основании вы критикуете решения властей? Решение об эвакуации детей принималось в конце июня. На тот момент это было здравое решение. Вы же были в Луге и сами видели, сколько там баз отдыха, санаториев, профилакториев. Налаженная и отработанная система снабжения.
— Видимо, вы действительно много чего не успеваете увидеть. Налейте-ка и мне чаю и поправьте меня, если окажусь неправ. Основу планов эвакуации готовили на основании угрозы Ленинграду с севера, и как мне кажется, с них просто стряхнули пыль. Ведь в нём всё так было хорошо, 'налаженная и отработанная система', зачем что-то менять?
Разливая чай в чашки, товарищ Сергей возражать не стал, и даже мой сарказм воспринял как должное.
— Скажу больше — продолжал я, — ответственные товарищи испугались спрогнозировать наихудшие варианты, которые и произошли. Репрессий не последовало, а значит, решение посчитали верным. Как верным и то, что стали спрашивать плату за содержание уже эвакуированных детей . Ведь не отменили? Теперь что, если родители не смогут оплатить детский сад в Удмуртии, деток на улицу выселять? А если уже сейчас денег в обрез? За какие шиши прикажете этим мамам и бабушкам покупать продукты, которых скоро станет не приобрести. Или на предприятиях стали выдавать ссуды, а со сберегательных счетов можно снять деньги? Так как же мне не критиковать, коли справедливости ни на грош?
— А вы такие альтруисты и за содержание детей в своих санаториях платы не требуете?
— Тем, кто прибывает не по путёвкам наркомздрава, счета выставляем, но гасим их за счёт своей прибыли, о чём сразу же ставили в известность родителей и сопровождающих. В санаториях на Черноморском побережье из-за сокращённого штата специалистов может, и не оказывается тот перечень услуг, которые дети получают здесь, но там точно такие же финансовые обязательства с нашей стороны, ни взирая на начало военных действий. Коммунисты могли бы так же поступить, не мирное же время. Так где же здесь капиталистический мирок?
— Всё ещё впереди, — проворчал гость. — Ничто не забыто и никто не уйдёт от ответственности. К тому же, с середины июля эвакуация осуществляется в отдалённые районы и я согласен, что требовать плату за ясли и детский сад с родителей сейчас не лучшее время. Люди свои жизни за Родину отдают, но это требование исходило из предвоенных директив. Тем не менее, я понял ваш посыл, и поверьте, даже на бумаге редко бывает без ошибок.
— Раз заговорили о бумаге, то у меня к вам просьба, передайте этот документ мистеру Жданову. Предположу, что он должен быть в курсе этого вопроса и от его решения зависит судьба человека.
Товарищ Сергей принял два листа. Оригинал на английском и заверенный нотариально перевод на русском языке. В письме была просьба оказать содействие в отправке гражданина США Фреда Трампа домой, в Нью-Йорк. Будучи кинооператором в съёмочной группе военного корреспондента газеты 'Washington Times-Herald' он подвергся нападению немецких бомбардировщиков, оказался потерпевшим кораблекрушение, получил ущерб здоровью (средняя степень контузии, пневмония, нарушение функций работы головного мозга) и более не в силах выполнять свои обязанности. Материальных средств, документов и сил для возвращения домой он не имеет. Трамп выражал благодарность морякам за спасение, врачам за лечение, и советским людям за материальную помощь и одежду.
— И где сейчас этот человек?
— У нас, в отделении. Его привезли вместе с моряками из морского госпиталя на обследование. Случай тяжёлый, но поговорить с ним удалось.
— Как его самочувствие?
— Через день-два можно выписать. С пневмонией справились, пару сотен на дорогу собрали, а вот с контузией головы нужно время, много времени. При всём желании не наш профиль. Парня, конечно жалко: провалы в памяти, но своих проблем выше крыши. Статистика по госпиталям удручает, смертность при ранении живота доходит до шестидесяти семи процентов. Скоро прибудет очередной санитарный транспорт, а свободных коек нет.
— Очень любопытное письмо. Видите ли, дело в том, что через Наркомат иностранных дел поступил запрос о местонахождении экипажа яхты 'Ведьма' и её пассажиров. Насколько я помню, судно в яхт-клубе тоже 'Ведьма'? Где оно сейчас?
— Яхта шла с конвоем из Таллинна, — со скорбью на лице произнёс я. — Так как, передадите письмо?
— Понятно, передам.
Машина товарища Сергея ещё не успела выехать за ворота, как в приёмной появился Митякин.
— Готово? — спросил я у него.
— Грузовики с комбикормом ушли в колхозы засветло. Председатели прислали списки, и выявилась одна общая проблема: нет ветеринаров. А так всё погружено, подводы ждут отмашки.
— Отправляйте колонну и напомните ещё раз о строгом соблюдении градации возраста животных и номеров смесей. Полгода основа рациона телёнка составляет молоко, и мы не станем требовать поставок в полном объёме из животноводческих хозяйств.
— Ветеринар, — напомнил Митякин. — Вы же знаете их. Без лишней надобности и гвоздя не попросят. Значит, припекло.
Холодная и затяжная весна наделала бед. Крестьяне уходили в отходничество, хозяйства сыпались. К середине апреля сорок первого года большинство колхозов области уже не имели кормов (откорм в стойле с октября до мая). Председатели буквально умоляли разрешить вскрыть мобилизационные фонды. И если в Шимском районе секретарь райкома ВКП(б) Беляев взял на себя ответственность, разбронировав 200 тонн сена, то другие перестраховались. Начался падёж скота и Леноблисполком в итоге разрешил использование мобилизационных запасов, но только для общественного стада и слишком поздно. Покупать для своих бурёнок сено по 30 рублей за пуд в базарный день крестьяне не моги, что приводило в деревенском мировоззрении к немыслимому действию, коров-кормилиц пускали под нож. Срыв поставок в Лужском районе казался, неизбежен, а вслед за ним 'пустые трудодни'. В это время и появился 'волшебник' Борис Митякин. Запчасти для механизаторов, новая техника, элитный посевной материал, комбикорм, соль, силос в бочках, да просто грузовик с ячменной мукой... многое было в его распоряжении. В ответ просил немногое: всего лишь принимать на ответственное хранение без уплаты налогов в личное хозяйство скотину, кур с гусями, да засевать любые свободные земли с огородами и результаты деятельности свозить на заготовительный пункт. Митякин показывал фотографии санатория, лечившихся там детей и пояснял, куда пойдут диетические продукты. 'Мы — это то, что мы едим', — любил он повторять приписываемую Гиппократу фразу колхозникам и те соглашались. Грех не накормить деток, дабы выздоравливали, ведь цены в заготовительной конторе 'Осиновая роща' мало чем отличались от цен на колхозных рынках. Только там за прилавком стоять, а тут деньги либо нужные товары сразу. Появлялся Митякин и в Всеволжске, и в Щеглово, и в Токсово и даже в Осельках. С началом войны снабженец развёз грамоты отличившимся и разные подарки. Не обидел и колхозное начальство, и когда началась нервотрёпка с перемещением эвакуированных детей назад в Ленинград, Митякин был уже с каждым председателем и директором на 'ты'. Это позволило ему быстро собрать, организовать и вывезти детей. И вот теперь у нас настал новый виток во взаимоотношениях. Оказавшиеся под оккупацией колхозы, понятное дело уже не рассматривались, хотя помощь ледниками и подземными складами оказали, но оставались другие. Боровический, Ефимовский, Любытинский, Машенский, Окуловский, Опеченский, Пестовский и Хвойнинский районы.
Ленинградская область, а именно северо-восточный район никогда не выбирались из отстающих. Специфика земель вкупе с климатом не позволяли выращивать рекордные урожаи и содержать неисчислимое поголовье скота в мирное время, а уж тем более в дни испытаний, когда мобилизация выдернула с полей самых работоспособных, а нестроевая лошадь стала единственным видом транспорта. Однако требования с тружеников полей остались прежними и если мы собирались и дальше работать по обкатанной схеме, то колхозам нужно было помочь. Не только потому, что для работы ОРСов участие крестьян в цепочке снабжения необходимо показать, они кормили население Ленинграда. Пусть их участие выходило всего лишь несколькими процентами, но и курочка по зёрнышку клюёт. И если потребен ветеринар...
— А пробовали отправить нашего фельдшера? — спросил я. — Насколько я помню, у нас должен быть заключён договор на оказание услуг, ведь на балансе стоят лошади и сторожевой пёс в гараже. Их вроде как раз в полугодие осматривают, прививки всякие, дезинфекция.
— Нужен специалист, а не недоразумение с трясущимися от пьянства руками, к тому же растущими из ж...
— Странно, Раппопорт положительно отзывалась о Порошенко.
— Товарищ директор, лучше уж никого не везти, чем Панаса Порошенко. Ему только сумки коновала с известной пряжкой не хватает. Не хочу позориться. Отзывы хороши, так как коровы для наших ферм прибыли уж чересчур здоровые.
Вообще-то прибыли эталонно здоровые, так что Митякин прав. Открыв справочник, я отыскал нужную фамилию. С Юлием Авраамовичем Лянда я знаком лично не был, но через Митрофана Ивановича Москаленко передавал ему кое-какие лекарства. Он описывал его так, что иных мнений быть не могло — Айболит. И мне кажется, даже в мультфильме срисовали с него образ: очки, усы, бородка клинышком. Не то, что бы это давало какие-то преференции в начале разговора, но лучше, чем ничего. По итогам непродолжительной беседы триста тысяч доз столбнячного анатоксина уходили главному ветеринару фронта, а пять врачей были откомандированы в 'Осиновую рощу' на неделю. Понятное дело, пересчитывать и принимать ампулы.
— Всё слышали своими ушами, к обеду доставят пятерых, с руками, растущими из анатомически положенного места, — пообещал я Митякину. — И вот ещё что, свези колхозникам с десяток ружей и патронов к ним. Милиционеров то в армию призвали, а бандитствующий элемент отчего-то не поспешил на призывные пункты.
* * *
В жизни простого человека резкий поворот — явление, если не замечательное, то уж точно благотворное. Шаг вперёд и пару назад, отступление, падение, колебания, горькие поражения и радостные взлёты — вот условия взращивания ценности человеческой судьбы. Но где вы видели, что бы наделённой властью человек не желал себе ровного и понятного пути? Прямая линия умозрительна, но, к сожалению многих, неестественна для такого несуразного мира, как этот, основанный на слишком ветхих устоях. Они перестали соответствовать новым, всё более противоречивым условиям жизни, постоянно требующие пересмотра, приспособления и зачастую исправления. Как же противно отходить от заманчивой прямоты. Ведь жизнь чего-то стоит, если за неё заплачено внутренней борьбой, страданием, преодолением собственной слабости, когда упав, ты сумел подняться.
Жданов ощупью нашёл телефонный аппарат, поднял трубку, бессвязно поблагодарил разбудившего его дежурного и рывком встал с постели. Пружины дивана жалобно скрипнули. Сквозь плотные шторы просачивался узенький луч света, но рассмотреть время на массивных, в рост человека кабинетных часах его не хватало. Пришлось включить настольную лампу и болезненно прищуриться. 'Без четверти девять', — произнёс про себя Андрей Александрович и направился в комнату с умывальником. С трудом переставляя ноги, чувствуя себя словно мертвец, чьё тело после заморозки вновь возвращено к жизни стараниями врачей, он шаркал тапками по паркету, держась за затылок и бок, помогая телу не упасть на пол. Пять часов сна было явно недостаточно. По всем правилам, сейчас он должен был находиться на объекте К-51, он же объект 'Павильон', но Жданов терпеть не мог подземелья и всячески находил причины оставаться тут, на верхнем этаже Смольного. Полчаса спустя он выглядел много лучше. Умывание, дыхательная гимнастика и несколько упражнений, омлет без соли, пресный хлеб и ароматный чай на травах, поток свежего воздуха через открытую форточку и золотая таблетка, всё это освежили его утомлённый мозг и дали энергию телу. Подняв трубку, он произнёс: 'можно' и в дверь тут же вошёл секретарь.
Доброе утро Андрей Александрович, — произнёс тот. — Член Военного Совета секретарь обкома ВКП(б) товарищ Кузнецов в приёмной.
'СЕКРЕТНО
ОКХ
Генеральный штаб ОКХ — Оперативный отдел
?40996/41 секретный
Номер экземпляра:4
28 августа 1941 года
КАСАТЕЛЬНО: БЛОКИРОВАНИЯ ГОРОДА Ленинграда
Группе Армий 'Север'
На основании директивы Верховного командования приказывается:
1. Город Ленинград должен быть взят в как можно близко прилегающее к городу кольцо блокады, что сэкономит силы. Капитуляции города не требовать.
2. Чтобы достичь наискорейшего уничтожения города как последнего центра красного сопротивления на Балтике без большой крови с нашей стороны, пехотный штурм исключается. Напротив, после уничтожения ПВО и истребителей противника город должен быть лишён ценности для жизни и обороны путём уничтожения водопроводных станций, складов, источников электроэнергии и света. Любое неповиновение гражданского населения блокирующим город войскам должно — при необходимости — предотвращаться силой оружия.
3. Через штаб связи 'Север' от финского Верховного командования в дальнейшем требовать, чтобы финские силы на Карельском перешейке взяли на себя блокаду города с севера и северо-востока совместно с немецкими войсками, переправляющимися в этот район через Неву, и чтобы блокада с вышеупомянутой точки зрения была успешной. О непосредственном выходе на связь Штаба группы Армий 'Север' и штаба связи 'Север' для увязывания взаимодействий частей ОКХ отдаст приказ своевременно'.
Подпись — Гальдер.
— Откуда это, Лёша? — только и смог произнести хозяин кабинета.
— От аптекаря, — ответил Кузнецов. — От кого ещё можно получить такие документы?
Жданов провёл рукой по лицу, словно попытался убрать с него влагу, как бы вытирая.
— Скажи мне, кому он продлевает жизнь своими лекарствами, раз имеет возможность получать сверхсекретную информацию стратегического значения? Ведь куда не копни, везде у него какие-то знакомые. Когда я сообщил Коллонтай об Маркусе Валленберге и на что он готов, она пообещала мне исполнить любое желание. Ты когда-нибудь слышал, что бы Александра Михайловна бросала слова на ветер? Знаешь, я немного переживаю, что настанет время он и от меня что-то подобное истребует.
Первый секретарь Ленинградского обкома ВКП (б) не сказал Кузнецову, как две недели назад пробовал отказаться от приёма лекарств и этим утром еле смог подняться. Источником ужаса являлось математическая непреложность события смерти. Минувший час в нём шла нешуточная борьба: всё его нутро требовало новой порции золотой таблетки, а мозг бунтовал, подсказывая, что ситуация аналогична поведению закоренелого морфиниста. Простота и бесповоротность происходящего давали абсурдное чувство, когда правильное действие являлось ошибочным. Победила немощь и Жданов решил для себя больше не экспериментировать со здоровьем.
