Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Блокадный год


Опубликован:
09.02.2021 — 16.11.2026
Читателей:
6
Аннотация:
Космический корабль пришельцев стартовал с планеты Земля и угодил во временную аномалию. Экипаж инопланетной формы жизни, имея врождённую способность, эвакуировался через телепорт в последнее мгновенье, бросив судно в космосе. Единственная разумная форма жизни на корабле, это захваченный землянин. Корабль приземляется в Северной Америке, на территории штата Невада. По истечению многих лет, разум корабля принимает решение о реанимации землянина для проведения эксперимента. На земном календаре 1936 год. Повествование начинается с 1940 года. Возможности Корабля поражают воображение, технологии невероятны и кажется, им нет предела. И если землянин думает о сотрудничестве, то о планах Корабля не знает никто.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
 
 

 Я посмотрел на часы. Товарищ Сергей явно не успевал. Напускное веселье слетело с моего лица как листья по осени.

 — Поехали.

 

 Эпилог.

 

 Товарищ Сергей кипел от ярости, направляясь к своей машине. Уже битый час он пытался связаться с охраной Жданова, но каждый раз дежурный, явно желая от него отвязаться, отвечал, что первый секретарь находится на процедурах. В последний раз он был уверен, что их разговор, наконец, состоится, однако вдруг задумался: 'А что, если Жданов, выбрал выжидательную позицию? Ведь всё делалось само собой, а великий человек, не утруждая себя мелочами, лишь контролирует исполнение. И то, по поводу чего он хочет с ним поговорить, — не без горечи подумал товарищ Сергей, — Андрей Александрович, скорее всего, отнесёт к мелочам жизни. Да и лимит времени исчерпан, ласточка уже наверняка улетела'. Поэтому подержав в руке телефонную трубку, просто положил её на место. Его раздражение увеличилось, когда в непрекращающейся дождливой хмари не удалось сразу открыть дверцу старенькой 'эмки' — он вставлял ключ бороздкой наоборот, — потом двигатель отказывался заводиться из-за изношенных свечей и дрянного бензина. Наконец удалось вдохнуть жизнь в видавший виды автомобиль, и машина тронулась. Он постарался утешиться мыслью, что даже если бы не доверился телефону, то поговорить толком со Ждановым среди такого скопления народа всё равно бы не удалось. Однако утешение было столь натянутым, что не могло удовлетворить, и уж тем более поднять на ноги растоптанное самомнение. Его злило, что он невольно оказался в столь сложном положении, но осознание этого обстоятельства ничего не меняло. Товарищ Сергей нажал педаль газа и помчался по бетонке в направлении Ленинграда. Мысли были всецело заняты событиями в Осиновой роще, так что он не обратил внимания на стоящего с тележкой старого садовника, пристально следившего, как автомобиль покидал санаторий. И не мог слышать, как он пробормотал себе под нос известную немецкую пословицу. И уж тем более не догадывался о том, что собой представляет резидент германской разведки и куда полетел транспортный 'Дуглас'. Дождливая погода брала от природы своё, и редко можно было заметить запряжённые телеги возле напоминавших курганы холмиков. Там хранились сложенные под целлулоидом в пирамидки и придавленные досками торфяные брикеты, ставшие самым популярным топливом для городских печек и газогенераторных грузовиков ЗИС-13. Парголово и тут отличилось, перевыполнив все мысленные планы по добыче топлива. 'Мало ему было работавших в посёлке без карточек овощных, мало было пельменных, так он и переработанную угольную пыль с торфом и опилками пустил в продажу! И ведь не придраться'. Как бы там ни было, артель выдала триста процентов сверх плана по торфу и продавала некондицию, а брикеты из угольной пыли, на которую раньше и внимания никто не обращал, как и пеллеты являлись новинкой. Многое во время блокады стало в новинку, выдумывали такое, что в сытное время в голову не приходило. Вскоре показалась бензоколонка и плохо послушная рулю 'эмка' свернула к зданию из неистово красного кирпича с некогда ярко светящейся вывеской 'TEXACO'. Электроэнергию экономили, в связи с чем неоновая реклама была отключена, зато стоящий под навесом топливозаправщик Doodlebug (жук попрыгун) всем своим необычным видом справлялся ничуть не хуже: такого вряд ли забудешь. Эксклюзивного 'трудягу' не передали на нужды армии; как рассказывал американец, их всего изготовили десяток и связываться с проблемой его обслуживания не захотели даже в ДНО, гребущие всё подряд, что имело мотор. 'И тут выкрутился, словно знал заранее, обеспечивая свои предприятия редчайшими экземплярами, запасные части для которых, как и высокооктановый бензин физически не достать', — подумал товарищ Сергей.

 Едва автомобиль остановился, как показался облачённый в мешковатый комбинезон молодой человек, наверно, даже мальчишка и тут же предложил заменить масло и натереть с гарантией от дождя стёкла на машине парафином (наносилась смесь из парафина и уайт-спирита 1:20) либо на один раз картошкой.

 — Сестра охотничьи сосиски жарит, — мимоходом произнёс он, — пальчики оближешь! С ирландским хлебом, три рубля за порцию.

 Протягивая талон на шестьдесят шестой (А-66) бензин, товарищ Сергей подумал, что завтра, скорее всего, подобных услуг уже не станет, а может, и его самого. Помнится, как он говорил, что осенью легко точно не будет, и потребуются все доступные силы. То, что не удалось выполнить его просьбу — крайне досадно, ведь американец имел одну очень неприятную особенность: к сожалению, в ключевых вопросах он всегда оказывался прав. С его идеями и предложениями можно было не соглашаться, пытаться оспаривать и даже саботировать. Но, увы, итог всё расставлял по своим местам. Хотя, всегда стоит надеяться на лучшее иначе жизнь станет совсем тусклой и безнадёжной. Отправляясь перекусить сосисками с картофельным фаджем, он махнул рукой в сторону автомобиля:

 — Свечи тоже замени и посмотри что с рулевой колонкой.

 Поздним вечером бригадный комиссар товарищ Сергей сидел и смотрел в огонь, шурудя в топке длиной кочергой. Делал он это механически, не замечая, что слишком сильно нагнулся и что языки пламени, поднимавшиеся над раскалённым пеплом, могут лизнуть лицо и опалить волосы. В его глазах трепетал блеск, выдавая отчаянье мученика, видевшего себя на костре. Он горел вместе со своими бумагами. Огонь глотал то, во что он вложил все свои знания и умения, — результат многолетнего преданного служения стране; горели 'эпохальные разоблачения' — результаты трудов последних лет. Да что там говорить, горела его душа, горел он сам; всё превращалось в пепел под взвивающимися языками пламени, которые он ворошил кочергой, в последний раз переворачивая страницы. Железный прут разбил груду чёрного смолистого комка плотно прижатых листков, и оттуда на миг вырвалось пламя. На стене задвигались тени — поднялись высоко, соскользнули и пропали в бледном свете. Он положил кочергу подле себя и взял с пола последнюю папку. Надпись печатным шрифтом на бледно-коричневой обложке гласила то, о чём во все времена принято молчать. В ней находился десяток исписанных страниц и несколько фотографий, скреплённых металлической скрепкой, которая могла вобрать ещё сотню таких же листов, да только где их взять? Совсем тоненькая по сравнению с теми, что уже обратились в пепел в огне печи, она казалась невзрачной и жалкой, как брошюрка, затесавшаяся между томов энциклопедии. Каждая иная папка под своей обложкой содержала сотни страниц, скрупулёзно заполненных на пишущей машинке, а эта, в обложке из коричневого картона, начала активно набирать вес только в последние месяцы. У комбрига были причины расстраиваться при виде растущего количества сероватой горки под колосником. Но в эту минуту всё его существо было устремлено к одной единственной. Именно она и её судьба вызывали у него настоящее отчаяние. Он держал тонкую папку на коленях, тупо разглядывая крупные чёрные буквы на обложке. Медленно переводил взгляд с одной буквы на другую, перечитывал заголовок, бог знает в какой раз, словно постигал буквы неизвестного алфавита. Сидящее глубоко внутри какое-то неясное чувство, мешавшееся с болью и тяжестью, от которой замирало сердце, удерживало его от намерения раскрыть дело и ещё раз перелистать вложенные в него страницы. И хотя с самого начала, как только он полил керосином старую тряпку, разжёг огонь в топке и бросил в неё первый листок он чувствовал как бы веление души, неумолимо тянувшее его в огонь ненавистной урны, которая почему-то всё больше напоминала адское горнило. Пальцы его никак не могли разжаться и выпустить последнюю папку. Он беспомощно смотрел на неё. Казалось, руки живут сами по себе. Мозг сверлила мысль: 'Если откроешь, сможешь ли ты бросить её в огонь?' Он нашёл в себе силы сжечь другие дела. Но видя результаты, он уже с полной уверенностью осознавал, что они лишь отчасти носили печать работы его отдела. Всё, что было заключено в них, находилось под сенью страшного грифа, но всё же оказалось таким пустяком. Как можно было тратить на подобную ерунду столько бесценного времени? Перебирая в памяти все события, он, наконец, понял, что заставляло его пальцы сжимать папку подобно когтям демона душу праведника и вместе с тем ощущать душевный трепет, увлекающий его в огне печи. Пальцы сделали своё: сжались как стальная пружина, прежде чем он додумал мысль, которую произнёс вслух: 'Никто не видел его тела! Дело ещё не закрыто!' Картонная папка распахнулась, и взгляд упал на последнюю страницу. Каждый листок был прикрыт прозрачной калькой, но последний отличался ото всех не цветом и прочностью бумаги, а важностью того, что было на нём написано. Это была фотокопия страницы дневника агента Красивая.

 'Макропулос не от мира сего, это демон или марсианин. Он создаёт вещи из воздуха, лечит простым прикосновением и исчезает тогда, когда захочет'.

 Закрыв глаза и крепко сжав зубы, словно сдерживая смех, товарищ Сергей захлопнул папку, судорожно прижав к себе, и резко отвернулся от огня. Воистину, выразительность скупа, а всё лишнее — безобразно. В этот момент входная дверь распахнулась стремительно и с характерным лязгом металла, как это происходит с дверьми в казематах. Словно принесённый ветром, появился его заместитель, Генрих Белов. Взмыленный, с каплями пота на лице, напоминавшего только что пробежавшего и выложившегося до предела атлета. Застыв на мгновенье в проходе, он испросил разрешения и, дойдя до середины помещения чуть ли не строевым шагом замер у стула. Сдерживая всем своим видом удовлетворение, словно ученик церковно-приходской школы, раскрывший тайну рядов Фурье на глазах учителя, он держал шифрограмму.

 Сидевший у открытой дверце печи человек прикрыл заслонку и произнёс:

 — Докладывай.

 — Объект обнаружен.

 Товарищ Сергей не смог скрыть ухмылки и даже, казалось, подмигнул в сторону стены, где на него посматривал фотопортрет Вождя. В это мгновенье ему захотелось расхохотаться, вскочить, пройтись вприсядку, отвешивая коленца и постукивая по ляжкам, прекратить сдерживать эмоции и заявить во всеуслышание всё, что накопилось у него внутри. Но вместо этого он прикрыл глаза и на щеках лишь заиграли ямочки.

 — Товарищ комбриг, позвольте узнать, чему вы радуетесь? Произошло предательство, под самым носом у двоих наших оперативников диверсанты провели операцию захвата подопечного. Они не могли действовать в одиночку, им помогали! Причём на самом верху. И если бы не геройство наших пилотов...

 — Генрих, это уже не существенно. По данным нашей и британской разведки трое свидетелей из аэродромной службы Йоройнена дали показания, как на их глазах, заходящий на посадку транспортный русский 'Дуглас' вдруг резко полетел на казарму. Все как один заявили, что никогда не видели подобного взрыва, словно самолёт состояла из тротила. Четырнадцатиметровая воронка, здание в щепки, все находящиеся внутри и по близости буквально испарились, а Макропулосу хоть бы хны.

 — Скорее всего, его не было в этот момент в самолёте, — сделал вывод заместитель.

 'Конечно, не было, — подумал про себя товарищ Сергей. — И он, несмотря на откровенное предательство товарища Жданова, не имея ни одной козырной карты на руках, не пытается скрыться. Вот в чём загвоздка. Но чёрт бы его побрал, хотелось бы услышать, как он это всё объяснит'.

 — Стали известны хронологические подробности происшествия — продолжал Белов, — а так же по какому поводу и кто дал санкцию везти его в Москву.

 — А вот это интересно.

 Товарищ Сергей знал, кто являлся инициатором, но не был уверен в причине. Послушать мнение своего зама было действительно интересно.

 Сверяясь с текстом в папке, но более доверяя памяти, Белов стал говорить:

 — По факту очень странное стечение обстоятельств, возникши одномоментно, и независимо друг от друга. Товарищ Молотов хотел встретиться с объектом и обсудить предложение по Бушеру. Его очень впечатлила дорога к прикаспийской базе, о чём он признался товарищу Жданову на совещании в Москве. Одновременно с этим товарищу Мехлису поступил рапорт об исчезновении крупных денежных средств в Могилёве и ликвидации контингента психиатрической лечебницы, когда объект находился там, объясняя действие операцией прикрытия. Помимо этого наш подопечный весьма плотно сотрудничал с Радиевым институтом в Ленинграде и передал через агента 'Красивая' какие-то уникальные сведения о разработках так называемого 'Комитета Томпсона'. Полученные данные по каналам внешней разведки НКВД не только нашли подтверждения этим материалам, но и вызвали настоящий переполох в четвёртом спецотделе. Обеспечить приезд должна была оперативная группа Маленкова, состоящая из трёх человек. Старший — капитан ГБ Онопко. Они вылетели из Москвы в два ночи и в четыре сорок приземлились на аэродроме 'Комендантский'. По распоряжению Кубаткина из гаража НКВД (здание Конногвардейского манежа) была отправлена машина для встречи. В пять пятнадцать автомобиль с тремя пассажирами, водителем и сопровождающим покинул аэродром и проследовал на Литейный для отметок в предписании. В ведомственную гостиницу группа капитана ГБ Онопко не прибыла. Как мне кажется, это точка бифуркации и с этого момента начинаются известные нам события. В семь двадцать пять в сопровождении бойцов комендантского взвода группа, выдающая себя за командиров НКВД, убыла в Осиновую рощу. Агент 'Херсон' сообщил, что объект несколько минут разговаривал по телефону с Раппопорт, перед тем как позволил себя увести. В десять тридцать пять транспортный самолёт с военными и пассажиром в гражданском платье вылетел по направлению к Москве, а буквально через четверть часа был зафиксирован выход в радиоэфир незарегистрированного радиопередатчика в районе Удельной Сосновки. В пункт назначения борт не прибыл. Этим же днём, районным отделом милиции был получен сигнал о регулярных попойках в доме товароведа продбазы Огрызко. На заявление отреагировали только после пожара. По указанному адресу в Коломяги были обнаружены три трупа, идентифицированных как капитан ГБ Онопко, лейтенант ГБ Ларионов. Третьего идентифицировать не удалось, предположительно это лейтенант ГБ Петреску. При осмотре помещения выявлены следы пребывания разнополой группы лиц от пяти до семи человек. С большой долей вероятности диверсанты скрывались именно там, а потом подожгли его. Водитель спецтранспорта на службе больше не появлялся, машина не найдена, за его местом жительства ведётся наблюдение. Товаровед Огрызко объявлен в розыск.

 — Хорошая работа, Генрих.

 

 


* * *

 

 Снег вокруг сверкал голубоватым пламенем, а небо было белым, с огромным, лишённым чётких очертаний бледно-фиолетовым кругом луны. Даже фары давали какой-то морозный свет, который сгущался в глубине пространства. Он был холодным, резким и, привыкая к нему, полтора десятка людей вдыхая горький и свежий запах, сочившийся из эмалированных кружек, допивали горячий кофе. Одни были одеты в овчинные полушубки, замотанные шарфами с высокими валенками на ногах, другие, проклиная погоду, прятали головы в поднятые воротники шинелей. Были и те кто, вспомнив наставления отступающих по Смоленской дороге своих предков, кутались в пуховые женские платки. Но все вместе они больше напоминали диковинных птиц, сбившихся в стаю, образуя нечто вроде круга. Над ними колыхались ровные клубы пара, пока они говорили что-то друг другу, как наконец-то показался их сопровождающий.

123 ... 92939495
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх