— Держите зло на моего родителя? — спросил король, перестав улыбаться.
— Что вы, ваше величество, — теперь улыбнулась Райна. — Если бы я держала зло на вашего отца, не приехала бы служить вам и не привезла бы с собой дочь. Я уже знаю, что ваш отец действовал под принуждением. Какой с него может быть спрос? Но я солгала бы, если бы сказала, что всё и всем прощено. Вы простили бы гибель семьи и свою собственную искалеченную жизнь?
— И что вы намерены предпринять?
— Не бойтесь, ваше величество, я не собираюсь громить храм Ашуга, но оставляю за собой право при случае припомнить им всё.
— Разумная позиция! — довольно сказал король. — Я тоже не испытываю любви к жрецам этого бога, и оснований у меня для этого достаточно, но не могу сейчас допустить разборок! Я в отчаянном положении. Отец с их помощью разогнал мастеров по соседним королевствам, и они, как и вы, ничего не забыли и не простили. Догадываетесь, на чьей стороне они выступят в случае войны?
— А война будет?
— Скорее да, чем нет. Мы давно не воевали. Все стали намного богаче, и сильно выросло население. Единственное исключение — это ваша родина, баронесса. Самая большая опасность исходит от Сардии. Её король Малх Второй в нарушение общих договорённостей не уничтожил на своей территории шуров, поселив их в горах. Кровососы разводят скот и не трогают людей, и я посмотрел бы на это сквозь пальцы, если бы не скрывался сам факт наличия таких поселений. А теперь я узнал, что его сын Малх Третий создаёт из шуров свою личную гвардию! А ведь при попытке их истребления мы отдавали за одного шура до пяти опытных воинов! И это при том, что они были не обучены бою и плохо вооружены. Их тогда удалось перебить только благодаря мастерам. Теперь понимаете? А если мастера не станут их истреблять, да ещё сами выступят на стороне кровососов? Долго ли мы тогда продержимся? Малх играет с огнём, но сейчас не прежние времена: мы разобщены, и никому ничего не докажешь.
— У них по-прежнему высокая рождаемость? — задумчиво спросила Райна.
— Зрите в корень, миледи. Шуры наберут силу, и им станут тесны те границы, которые отвёл король Сардии. Может быть, это время уже пришло. Пока им выгодно быть под королём, но сколько ещё такое продлиться? И не откупиться ли Малх от своих клыкастых союзников нашей кровью?
— Дальновидно ли выпускать их из-под контроля?
— А всегда ли мы думаем о будущем? — вопросом ответил король. — Вспомните моего отца!
— Ваше величество, не развеете моё недоумение по поводу действий жрецов Ашуга? Для чего это затевалось?
— Магия и, конечно, власть. Они вознамерились подгрести под себя всю магию в королевстве. Уничтожение мастеров преследовало цель избавиться от соперников и присвоить себе их знания, а грабёж был вторичен. Частично это удалось. Именно поэтому я не могу сейчас их трогать. Они единственные, кто может представлять угрозу тварям или армии, в которой будут шуры. И вам нужно проявить осторожность. Жрецы не пропустят факт вашего появления, и мне трудно предугадать их реакцию. Влияние Храма и его Ордена не так сильно, как прежде, но у них большие возможности.
— И чего вы ждёте от нас?
— После смерти отца я объявил амнистию мастерам, но сюда никто не едет, несмотря на обещания щедрой платы. А я сейчас не в том положении, чтобы отбирать ваши имения у их новых владельцев, большинство которых тесно связаны со жречеством. Единственное, что мне остаётся, — это собирать способных к магии детей, воспитывать из них своих магов и надеяться, что мне дадут для этого время. Я хочу, чтобы вы в первую очередь помогли именно с этим. Ну и, конечно, выполнение текущих заказов двора. Вы согласны?
— Срок моей жизни подходит к концу, она измеряется уже не годами, а только декадами. Я скоро уйду, и вам придётся договариваться с моей девочкой. Она знает всё, что знала я, а по силе я ей уступаю. Единственное, чего у меня больше, — это опыта. Не смотрите, что она молода, и не считайте её наивной. Ей уже много пришлось пережить, несмотря на столь юный возраст. Я полюбила её и отдала всё, что смогла: знания, богатство и ту толику тепла, на которую способна. А скоро она возьмёт и моё имя. Эта девушка для вас драгоценна не только потому, что у неё в друзьях Зверь. Пригрейте её, и она никогда не предаст. Такие люди, как она, — редкость. Но попробуйте только обидеть, и тогда я приду к вам из-за грани! И не вздумайте смотреть на неё, как на свою женщину, у вас не будет с ней детей. Думаю, что лучше вам узнать об этом сразу. Я привела Рину из другого мира, и она в любой миг может туда вернуться. Задержится она здесь или уйдёт, зависит от вас.
— Так Ливена...
— Выдумка, — кивнула Райна. — Должна же я была как-то объяснить её появление. Это объяснение показалось мне самым подходящим.
— И сколько же времени вы готовили баронессу? Или она уже была магом?
— В её мире вообще нет магов, а готовила только год, даже чуть меньше. Это было слишком тяжело, для большинства такой путь в магию закрыт.
— А в том мире нет силы, которую мы могли бы использовать?
— Об этом вам надо говорить с Риной. Я была там очень недолго только два раза и почти ничего не поняла. Люди там очень сильны, но не магией, у них что-то другое.
— Вы поможете, Рина? — обратился король к девушке по имени. — Я готов сделать для вас всё, что только в моих силах. Я ведь прошу не только за себя. Короли тоже люди, но хороший король должен в первую очередь заботиться о благе подданных, а уже потом о собственном. А я боюсь однажды увидеть свою страну в огне и в крови и стать свидетелем конца королевства, гибели людей и своей беспомощности.
— Я постараюсь, — не отрывая глаз от пола, сказала девушка, — и подумаю, чем ещё смогу быть вам полезна.
— Я должен позаботиться о вашей безопасности! — решительно сказал король. — Мне можно и дальше наедине называть вас по имени? Вот и хорошо. Тогда и вы можете звать меня Анишем. У вас ведь большой особняк? Найдёте в нём две свободные комнаты?
— Что вы задумали? — спросила Райна.
— Хочу поселить у вас двух своих людей, которым могу доверить охрану вашей дочери. Магия — это хорошо, но не всегда маг успевает обратиться к силе.
— И кто же это?
— Для меня они не столько слуги, сколько друзья. Это мастер-воин, который учил меня владеть мечом и всецело мне предан, и одна девушка-шура. Ей я тоже многим обязан и полностью доверяю.
— Доверять шуре?
— Она уже дважды спасла мне жизнь, предупредила о замыслах Малха и открыла сознание для магической проверки. Эти слова могут показаться вам странными применительно к шурам, но она замечательный человек.
— Она вам нравится, — поняла Райна, — но у вас от неё тоже не будет детей, да и не допустит никто такого союза!
— Плохо, когда тебя видят насквозь, — криво улыбнулся Аниш. — Чувствуешь себя голым. Но если вы беспокоитесь о дочери, то должны пойти мне навстречу. Аглая не просто красивая девушка с клыками, она очень умелый, быстрый и беспощадный боец. Если вместе с Сантором возьмёт на себя охрану Рины, я буду почти спокоен.
— Ладно, — неохотно согласилась Райна. — Свободные комнаты есть, сегодня мы их подготовим.
— Тогда я сейчас познакомлю вас с Сантором. Отсюда вы отправитесь уже с ним. Он не привередлив, так что как-нибудь у вас переночует. А завтра познакомитесь с Аглаей. Думаю, что девушки подружатся. Я прошу вас посетить нашу школу магии, познакомиться с наставниками и теми книгами, какие у них есть. А на обед приглашаю к себе. За вами приедет в школу мой человек. За обедом поговорим обо всём остальном.
Сантор Тониш оказался мужчиной лет сорока, невысокого роста, с очень широкими плечами и хорошо развитой мускулатурой. Волосы у него были забраны в конский хвост, а некрасивое лицо почему-то сразу же вызывало симпатию.
— Вы не родственник барона Сажаль? — спросила Ира.
— Вы знаете Алана? — удивился Сантор. — Да, родственники, но очень дальние. Можно вас спросить, баронесса? Вы владеете хоть каким-нибудь оружием?
— Неплохо владею только кинжалом, знаю рукопашный бой семьи Албени и хорошо стреляю из арбалета. Наставник собирается заняться со мной мечом, но мы ещё не начинали. Могу, как и любой мастер, перейти в ускорение, но его не получается долго держать. Когда на нас напали разбойники, мне удалось убить только четверых, после чего свалилась без сил. Сейчас я уже не махала бы кинжалом, справилась бы без оружия, но тогда у меня было мало сил.
— Неплохо! — довольно сказал Сантор. — А если освоите меч, будет совсем хорошо. Иногда кинжал может быть полезнее, но в большинстве случаев меч даёт больше преимуществ.
Король познакомил их с Сантором и ушёл, после чего Райна тоже заторопилась домой.
— У нас есть дела, а время уже к вечеру. Вы едете в карете?
— С вашего позволения, миледи, я поеду верхом, — сказал воин. — Найдётся у вас в конюшне место для ещё одного коня?
— Найдём место для вашего скакуна, — ответила Райна. — Хватит места и для лошади шуры, но больше в конюшню не влезет даже ишак. Надо будет увеличить жалование конюху, чтобы не сбежал
По приезде в особняк первым делом определились с комнатами для охраны. Сантор осмотрел небольшую меблированную комнату, которую ему предложили, и сказал, что в ней есть всё и ему больше ничего не нужно. Он быстро поладил с Гартом и ушёл с ним в комнату слуги смотреть имеющееся у него оружие. Комнату для шуры решили выделить недалеко от комнат Иры, только мебель в ней была неподходящая для девушки, и Лину послали за Гартом.
— Потом пообщаетесь, — сказала ему Райна. — Тебе нужно срочно съездить к мебельщикам. Это в нижнем городе, но дотемна успеешь обернуться. Закажешь у них мебель для молодой дворянки. Пусть сделают и привезут для неё кровать, одёжный шкаф и секретер. Если у них будут хорошие зеркала, добавь и зеркало. Возьми для них аванс и бумагу, в которой я всё перечислила. Бумага нужна для стражи, чтобы наш груз без проволочек пропустили в старый город.
— Ну и как тебе король? — спросила наставница Иру, когда были переделаны все дела и они вдвоём в ожидании ужина сидели в большой гостиной особняка.
— Красивый, — ответила девушка, — и, по-моему, очень несчастный.
— Смотри, не влюбись в этого несчастного! — фыркнула Райна. — Ему, конечно, не позавидуешь, и во многом он прав, но дети наследуют от отцов не только богатство, но и долги. Я могу говорить другим, что простила старого короля, что его вина невелика. На самом деле он всё равно виноват. Королей просто так не подчиняют. Значит, доверился тем, кому нельзя было доверять, а королю такое непростительно. Вот только как бы за его вину не пришлось платить тысячам, да не деньгами, а своим счастьем и жизнями близких. Я через это прошла и никому не пожелаю такой доли. Кстати, о чём это ты подумала, когда говорила ему о помощи. Случайно, не о своём мире?
— У нас очень много разного оружия, — сказала Ира. — Сложное не достать, и ваши воины не смогут им пользоваться, но даже простое позволит обычным людям справиться с тварями и с шурами. Это что-то вроде арбалетов, но стреляет маленькими болтами на огромное расстояние и с очень большой скоростью. И перезаряжать легко. Один воин, если ему дадут время, сможет убить десятки врагов. Армии сходятся в поле, поэтому врагов можно видеть задолго до битвы. Если начать обстреливать их с большого расстояния, можно до столкновения уменьшить армию в несколько раз. А может, не дойдёт до сражения и враги разбегутся.
— Твари и шуры очень быстрые.
— Ну и что? Если будут стрелять сотни людей, врагам не поможет их скорость.
— У вас много такого оружия?
— Горы.
— Так в чём же дело? Возьми у короля золото...
— Всё не так просто. В нашей стране я вообще ничего не достану. Оружие есть только у армии. Есть и у милиции, но мало и не то, какое нам нужно. И я не знаю, как его достать. Я могу подойти к милиционеру, попросить пистолет, и он с радостью отдаст, а потом сядет в тюрьму, потому что ему никто не поверит.
— А в других странах?
— Там с этим проще, но тоже будут сложности. Не так легко продать много золота, тем более девчонке, за которую меня будут принимать. Найдутся те, кто попытается его отобрать, а меня медленно разрезать на части, чтобы рассказала, откуда его взяла и нет ли там ещё. Но даже если я достану деньги, то не смогу сама купить много оружия. Оно продаётся поштучно и не детям. Но главное, что я не знаю языков и обычаев, поэтому любой сразу поймёт, что я чужачка, а чужих там не любят. И магию принуждения нужно применять осторожно, чтобы обо мне не узнали, иначе придётся уносить оттуда ноги, и не факт, что это получится.
— Но какие-то мысли у тебя есть?
— Есть. Мне нужно вернуться в свою страну и какое-то время побыть в доме, где живут потерявшие родителей дети. Их там учат всему, в том числе и языкам. Мне достаточно выучить только один, на котором говорят во многих странах и который я немножко знаю. С моей памятью и вашим отваром это несложно. Из этого дома я смогу регулярно ходить сюда или в наш замок за отваром. Вот когда выучу язык, займусь оружием. Сама я много не сделаю, поэтому буду искать помощника из местных. Лучше найти какого-нибудь авантюриста, который сам захотел бы помочь за золото. Тогда магия только усилит его желание. Он продаст золото, купит нужное количество оружия и научит солдат короля, как с ним обращаться. Я ведь сама никогда из него не стреляла.
— Это опасно?
— Я не вижу большой опасности, если с умом использовать магию, и не знаю, как можно помочь по-другому. Вряд ли королю дадут время вырастить собственных магов. А что я смогу одна или даже со Страшилой против целой армии, в которой будут мастера? Если начнётся бойня, останется уйти в свой мир, а мне хотелось бы сохранить для себя этот, да и людей жалко.
— Я смогу тебе чем-нибудь помочь?
— Только с приготовлением отвара, чтобы я не занималась этим сама. Я ведь смогу появляться очень ненадолго, чтобы никто не заметил отлучек. Помощь от короля может потребоваться уже в конце, когда будем покупать оружие, но об этом рано говорить. Я пока сама не знаю, как всё получится. Если король не будет жаться с золотом, куплю кое-что для себя. Я привыкла к удобствам, которые у вас нет. Ладно, это пока даже не план, а только мысли вслух. Завтра с утра ехать в школу. Чем мы сможем помочь?
— Трудно сказать. Сначала нужно посмотреть на то, что у них есть. Я не собираюсь передавать все свои знания и тебе не советую этого делать. Особенно это касается высших разделов. Можно поделиться знаниями по общей магии. Наверняка после гонений многое утеряно. Достаточно вспомнить, как маги отреагировали на твою иллюзию.
