— И что думаешь делать? Может, поместить её, такую уверенную, в третий детдом?
— Ты долго думал? Это же отстойник. Будь на то моя воля, я вообще его закрыл бы, а директора отослал куда-нибудь на лесоповал. Заслужил целиком и полностью. Там трети воспитанников место не в детском доме, а в колонии. Когда с таким сталкиваюсь, начинаю жалеть, что прошли времена Феликса. А ты хочешь запихать туда эту девочку! У меня у самого дочь в таком возрасте. И потом я совершенно уверен, что мы ничего не добьёмся угрозами и давлением, а сделаем только хуже. Если начнёшь проталкивать свою идею, забирайте у меня её дело!
— Что ты так раскипятился? Я только высказал предложение. Не хочешь в третий, пусть будет первый. Там почти нормальные условия. И решай быстрее, её сейчас приведут.
В подтверждение его словам в дверь постучали, и вошла Ира в сопровождении работавшего с ней до этого капитана.
— Ну что, Ирина Игоревна, вспомнили чего-нибудь? — спросил майор.
Она отрицательно покачала головой, потом встрепенулась и внимательно посмотрела на хозяина кабинета и его гостя. Рассматривала недолго, потом благодарно улыбнулась майору и опустила глаза.
— Сейчас вас накормят обедом в нашей столовой, — сказал майор, — а потом отвезут в первый детский дом. К вам большая просьба. Если хоть что-то вспомните, позвоните по телефону. Это очень важно. Телефон есть в кабинете директора, его предупредят. До свидания.
— Да свидания, товарищ майор! Спасибо вам! — Ира повернулась и вышла из кабинета. Следом вышел и капитан.
— Видел? — спросил майор.
— Она поняла, что ты встал на её защиту, и поблагодарила. А вот при взгляде на меня выражение лица стало неприязненным. На мгновение, но я успел заметить. Похоже, что ты прав и она действительно читает мысли. Послушай, у меня родилась идея. Только не нужно сразу бить морду, вначале выслушай. Твоей Татьяне ведь тоже шестнадцать? Давай уговорим её с месяц посидеть в том же детском доме? В лагерь она уже съездила, а до учёбы ещё больше месяца.
— Она прочитает мою Татьяну не хуже, чем нас с тобой. Они поступят туда почти одновременно, а это вызовет у Ирины подозрения.
— Тогда посмотрим, с кем она подружится, а потом проведём беседу. Не все же такие недоверчивые к органам. Я считаю, что Ирина не всё время читает чужие мысли. Вряд ли это удобно в общении, и она кажется порядочным человеком. Такая не полезет в голову к подруге без необходимости.
— Давай немного выждем, а потом попробуем.
* * *
* * *
— Это твоя кровать, — сказала Ире воспитательница. — Пойдём, проведу на выдачу белья. А если тебе не к спеху, посиди так. У меня заканчивается рабочий день, так что свои вопросы решишь со сменщицей. Этот костюм нужно заменить на форменное платье. Повесишь его в свой шкафчик и сможешь надевать только в город. К занятиям получишь школьную форму.
— А где остальные? — спросила Ира. — Почему никого нет?
— Две группы девочек со второй воспитательницей и пионервожатой ушли в кинотеатр, а мальчики живут в другой части здания. Вы с ними общаетесь только в столовой, в общих комнатах и на занятиях, а в ваших спальнях им делать нечего. А вот и Мария Аркадьевна! Мария, это новенькая, которую только что привезли. Она ничего не получала. Передаю её тебе и побежала. До завтра!
— Здравствуй! — поздоровалась с Ирой полная женщина лет сорока, с некрасивым лицом, которое немного скрашивали густые ухоженные волосы. — Ты уже слышала моё имя. А кто ты?
— Ирина Волкова, — назвалась Ира.
— Ты всегда такая немногословная? — улыбнулась Мария Аркадьевна. — Пойдём, я всё покажу, пока не приехали наши девочки, и заодно получишь свои вещи.
Воспитательница показала Ире, где находятся туалет, душевые, столовая и учебные комнаты, а заодно рассказала о распорядке дня.
— Девочек у нас две группы, — говорила она, ведя Иру к кастелянше. — Ты будешь в старшей. В каждой группе чуть больше двадцати девочек, мальчишек у нас в два раза больше. В отделении для девочек постоянно дежурят два воспитателя. В доме есть библиотека, но она временно закрыта в связи с отпуском нашей заведующей. Она скоро выйдет на работу. Есть и медпункт, но он открыт только до четырёх часов и не работает по выходным. Учёба в школе рядом, через дорогу. Хочу тебя предупредить, что воспитанники у нас разные. Много нормальных ребят, но есть и проблемные. Иногда случаются кражи, поэтому советую, если есть деньги, купить на свой шкафчик замок получше того, который там сейчас. Костюм у тебя очень хороший, могут и увести. В старшей группе есть почти взрослые ребята, а ты девочка славная, так что будь готова к тому, что кое-кто начнёт приставать, а то и делать непристойные предложения. Старайся держаться от таких подальше и обращайся за помощью к нам или в дирекцию. Старший воспитатель у нас мужчина, остальной персонал чисто женский.
До прихода девчонок Ира получила бельё и заправила постель, после чего переоделась в выданное платье, которое было почти впору. Костюм повесила в свой шкафчик, заперла навесным замком и наложила на него заклинание от кражи. Теперь никто не сможет открыть и ключом, а при попытке взлома заклинание оповестит об этом хозяйку. Ира сменила туфли на выданные кладовщиком тапочки и села на кровать. Кровати в спальной были металлические, с панцирной сеткой и неплохими матрасами. Их составили по две в два ряда, и возле каждой стояла прикроватная тумбочка. Другой мебели в спальне не было.
Она услышала приезд девочек, когда они только зашли в здание детдома, по крикам и визгу младшей группы. Вторая группа, в которой были девочки старше тринадцати лет, шумела меньше. Они обсуждали только что увиденный фильм "Свадьба в Малиновке". Когда девчонки гурьбой вошли в спальню и увидели Иру, разговоры стихли и все с любопытством уставились на новенькую. Взаимное рассматривание длилось с минуту, после чего к Ире подошла по виду самая старшая, демонстративно её осмотрела и вынесла заключение:
— А ты ничего, красивая. Как зовут и сколько лет?
— Зовут Ириной, недавно исполнилось шестнадцать.
— Врёшь, — не поверила девушка. — Я сказала бы, что ты моего возраста, а мне уже больше семнадцати. Меня звать Галиной, я здесь старшая.
Первое знакомство состоялось, и вслед за Галей её обступили остальные. Посыпались вопросы.
— Ты откуда?
— Местная я, здесь родилась.
— А родственники живы?
— Мать жива, сидит в тюрьме, и есть тётя.
— А почему тётка не забрала?
— У неё большая семья и маленькая квартира, да и дети — одни мальчишки. Им самим тесно, да и живут бедно.
— Значит, не будут подбрасывать денег, — сделала вывод одна из девчонок.
Общий интерес к новенькой немного снизился.
— Какой класс окончила? — спросила девочка лет пятнадцати.
— Восьмой.
— Здорово! — обрадовалась она. — Я тоже восьмой. Значит, будем ходить в школу в один класс. У нас и кровати рядом. Хочешь дружить? Меня звать Олей.
— Слушай, Оля, — обратилась она к соседке, — скажи, кто-нибудь из воспитателей знает английский язык?
— Горыныч знает, а зачем тебе?
— А кто этот Горыныч?
— Это старший воспитатель. Его так прозвали за внешний вид и свирепость.
— Неужели такой страшный? — не поверила Ира.
— Сама увидишь. Он обязательно захочет на тебя посмотреть.
До ужина она знакомилась с девчонками и болтала с ними на разные темы. Ире пересказали сюжет просмотренного фильма, и ей вдруг ужасно захотелось сходить в кино, посмотреть хоть что-нибудь. Из-за занятий магией она не страдала от отсутствия книг и кино, а теперь почувствовала, как многого была лишена. Даже нельзя было послушать хорошую музыку. То, что играли в мире Райны, не доставляло удовольствия.
"Если надолго там застряну, эту проблему нужно как-то решать, — подумала она. — А как её решишь без электричества?"
Ужинали в большой столовой. Вначале в неё запустили девочек, а когда они закончили и стали выходить из столовой, туда зашла младшая группа мальчишек.
— Готовься, — сказала Оля, когда шли на свою половину. — Уже сегодня эта мелкота раззвонит, что у нас появилась новенькая. А если кто-нибудь из наших побежит к парням, они о тебе ещё наболтают. Парни постарше точно сделают стойку. Это девчонки думают головой, а парни — тем, что болтается между ногами!
— Начхать, — ответила Ира. — У меня им ничего не обломится.
— Посмотрим, — ответила Оля. — Не хочешь почитать? У меня под подушкой лежит "Квентин Дорвард". Успела взять в библиотеке перед отпуском заведующей. Если хочешь, читай.
Книгу она с интересом читала до отбоя. В десять часов ночная няня выключила свет. Их группа лежала тихо, лишь в дальнем углу шушукались две девчонки, а младшие за стеной долго не могли угомониться. Немного полежав, она приказала себе заснуть и очень хорошо выспалась. Всех разбудили в семь утра. Ира заправила кровать, оделась, сходила умыться и почистить зубы и до завтрака села читать книгу. Когда шли в столовую, возле неё стояла толпа парней постарше. Ира заглянула в головы некоторым из них, и ей стало противно. Объектом их утреннего интереса была она сама. Кто-то из ребят хотел задержать для знакомства и разговора, но она стряхнула руку с плеча и вошла в столовую.
Когда шли обратно, у дверей толпились только младшие, возле которых стоял огромный мужчина с грубыми чертами лица. Усы и борода срослись в единое целое, прикрывая всю нижнюю часть лица.
— Горыныч! — шепнула Ольга.
— Волкова? — низким голосом спросил воспитатель. — Давай пройдём в учебную часть, нам нужно поговорить.
В комнате, куда он завёл Иру, не было никого, кроме них.
— Садись, Волкова, — показал он рукой на стул, — и слушай меня внимательно. Я смотрел анкету, согласно которой тебе только шестнадцать. Уже знаешь местные порядки? Учитывая твою внешность, не избежишь внимания старших парней. Ты поняла, к чему у нас этот разговор?
— Можете не беспокоиться, Степан Борисович, мне эти парни и на фиг не нужны.
— Ну-ну, ты, конечно, девочка спортивная, но с парнями тебе не тягаться. От кого узнала моё имя?
— Девочки сказали.
— Ещё помнят? Они меня уже три года величают Горынычем.
— Мне сказали, что вы хорошо знаете английский.
— Откуда только узнали? Ну да, могу разговаривать и читаю без словаря. А тебе это для чего?
— Я хотела попросить помочь мне выучить его за месяц до школы.
— Шутишь?
— Ну пожалуйста! У меня хорошая память, и я буду очень стараться!
Он заколебался, но небольшое воздействие сделало своё дело.
— Хорошо. Завтра составлю для тебя программу и ежедневно буду давать задание и контролировать, что у тебя получается. Позанимаешься словарным запасом, а потом к изучению слов добавим грамматику. В конце натаскаю в разговорной речи. Всё это при условии, что ты у нас вундеркинд. Только не нужно болтать об этом увлечении при остальных: сочтут чокнутой.
— Ну их! — махнула рукой Ира. — Всё равно узнают. Пусть хоть огурцом считают, лишь бы не мешали.
— Дело твоё, — пожал плечами Горыныч. — Завтра приходи за первым списком. Транскрипцию нормально читаешь? Ну я всё равно покажу пример произношения. Иди, и если будут приставать, сразу же обращайся ко мне, не жди, пока кто-то от слов перейдёт к делу.
— Чего от тебя хотел Горыныч? — спросила Оля. — Только знакомился?
— И со мной знакомился, и меня знакомил с вашими порядками, а я попросила подтянуть меня по английскому. Обещал помочь.
— Ну ты даёшь! — вытаращилась Оля. — На фига тебе его зубрить? Больше нечего делать? Через месяц и так англичанка в школе запудрит им мозги.
— Есть у меня цель — прокатиться в Америку! — засмеялась Ира. — Не бери в голову: у каждого человека свои причуды.
Она сходила в туалет, заперлась в кабинке и вратами вышла во двор особняка. Здесь было раннее утро, но все уже встали. Отвечая на приветствия, девушка забежала в особняк и бросилась в комнату наставницы. Как и уговаривались, серебряная фляга с отваром стояла на столике. Ира взяла её и прямо из комнаты шагнула обратно в туалетную кабинку. Забравшись на унитаз, она дотянулась до сливного бачка, на котором не было крышки, и опустила в него флягу. Потом вернулась к себе и оставшийся до обеда час читала книгу. Оля куда-то убежала и не приставала с расспросами.
На обед опять повторились "смотрины", и на этот раз парни не ограничились осмотром.
— Не торопись, успеешь поесть! — заступил ей дорогу невысокий крепыш лет шестнадцати. — Давай поговорим.
— Давай, — уступила она, решив без необходимости не обострять ситуацию. — Ты иди, Оля, я сейчас. И о чём ты хотел со мной говорить?
— Олег, — представился он. — Ты и дальше намерена избегать тех, кто в штанах? Я предлагаю перестать маяться дурью и нормально с нами общаться. Наслушалась о нас всякого от девчонок? Можешь не бояться: тебя никто не тронет, если сама этого не захочешь. Здесь нет дураков, чтобы связываться с Горынычем и менять это заведение на колонию.
— У меня, Олег, нет времени на общение. Говорю тебе честно, без брехни. Каждый день занимаюсь английским с Горынычем. За месяц нужно его выучить, а после этого можно и погулять. Так годится? Ну и прекрасно!
Обогнув ошарашенного парня, она зашла в столовую и села за свой столик, куда Ольга уже принесла ей тарелки с рассольником и котлетой с макаронами, и начала обед с компота. Сегодня был яблочный.
— Что он тебе сказал? — не утерпела Ольга. — Предложил стать его девушкой? Это Олег Кашин, он верховодит в третьей группе.
— Главное не то, что сказал он, — уминая вкусный рассольник, отозвалась Ира, — а то, что ответила я. Отвечаю на вопрос, который вертится у тебя на языке. Сказала, что пока не выучу с Горынычем английский, я их в гробу видала.
— И он...
— Он офигел.
— Я тоже офигела бы от такого ответа. Это надо же было такое ляпнуть!
— Заканчивай разговоры на эту тему, мне уже надоело. Или наша дружба закончится, ещё не начавшись.
Доедали обед молча, так же без разговоров дошли до своих кроватей и легли на них, занятые каждая своими мыслями.
"Ну и пусть, — подумала Ира. — Так даже лучше: меньше будет отвлекать от занятий".
Долго лежать не получились: сработало заклинание, повешенное на замок. Кто-то безуспешно пытался его открыть. Она встала с кровати и, надев тапочки, припустила в помещение, где хранились личные вещи девочек. Дверь в него была приоткрыта, и Ира, наколдовав себе внешность Ольги, в неё заглянула. Возле её шкафчика с недоумением стоял мужчина средних лет, с чем-то вроде ключей в руках. У его ног лежала большая хозяйственная сумка.
