— Это мой мир. Я помог убить твоих врагов, теперь помоги мне ты.
— И что я должна для тебя сделать?
— У меня есть даже не враг, а как бы это объяснить, чтобы поняла... Мне нужно подняться в нашей иерархии, а один родич мешает. Не то чтобы он был намного сильней, просто я связан словом и не могу убить его сам. Теперь понимаешь?
— Разве у меня хватит сил убить такого, как ты?
— В обычной ситуации не убьёшь, но ведь и он это знает и не опасается. Поэтому я подведу тебя к нему вплотную, и ты сможешь использовать оружие своего мира.
— А если я откажусь?
— Ты не можешь отказаться. Мы связаны дружбой, и я тебе уже помог. К тому же это больше нужно тебе, чем мне. Убив его, ты сможешь выпить нашу кровь. Без этого погибнешь, даже если сейчас же верну обратно. Пески нашего мира ядовиты для вашего вида, а наша кровь — прекрасное противоядие. И ещё это великая сила. Выпив нашу кровь, человеческий маг становится многократно сильнее прежнего. Ты станешь сильнее раз в десять, после этого у тебя не будет противников в вашем мире.
— Неужели совсем не будет?
— Не будет кого-то одного, толпой тебя задавят.
— Засранец! Подожди, я перезаряжу пистолет и поставлю его на автоматический огонь. Стрелять в вас одиночными — только даром переводить патроны. А ты подумал, как я пойду по этому песку в туфлях.
— Подумал. Сейчас мы переместимся к его дому так близко, как только можно, а дальше как-нибудь дойдёшь. Не советую снимать обувь. В крайнем случае я тебя немного подвезу на себе, хоть это и позор.
Мир опять мигнул, но вокруг ничего не изменилось, лишь вдалеке показалась куча камней.
— Это и есть дом того, кого нужно убить, — объяснил Страшила. — Дойдёшь?
— Постараюсь. Кажется, ветер стал чуть тише. — Ира заковыляла к камням, проваливаясь в песок на каждом шагу. — Хорошо, что у меня туфли на низком каблуке, а то точно пришлось бы идти босиком! И как вы можете здесь жить?
— Наши глаза устроены по-другому. Мир, который кажется тебе чёрным и мрачным, для нас расцвечен во много цветов и оттенков. Да и вообще как может не нравиться родной дом?
— И чем вы здесь питаетесь?
— Когда мы маленькие, питаемся песчаными червями. Из-за них я не советовал ходить босиком. Можно остаться без ног, да и всё остальное тоже сожрут. А когда подрастём, охотимся уже в других мирах.
— А что жрут ваши черви, когда нет босоногих девушек? — спросила Ира, с опасением поглядывая себе под ноги.
— В этих песках много жизни. Прекращай болтать, мы уже подходим. Мы с тобой связаны, поэтому ты поймёшь наш разговор. Стреляй, когда он откроет пасть, тогда наверняка убьёшь.
Хозяин почувствовал их приближение и встретил в сотне шагов от своего дома. Он слегка приоткрыл пасть и издал громкий низкий рык. Одновременно в голове у девушки прозвучал его вопрос, который услышал Страшила:
— Что тебе понадобилось, младший в колене? И что здесь делает этот корм песчаных червей?
Зверь был на полметра выше Страшилы, а его чешуя отливалась красным. При виде такого чудовища у Иры ослабли коленки.
— Эта человеческая девушка хочет напиться твоей крови, старший, — почтительно, но, как показалось Ире, со скрытым ехидством ответил Страшила.
— Ты! — заревел Зверь, широко разевая пасть. — Ты понимаешь, что мне только что сказал?! Да я сам сейчас вашу...
— Стреляй! — заорал Страшила.
Оглушённая его ментальным воплем и обмирая от страха, Ира вскинула пистолет и выпустила весь магазин в оскаленную пасть. Не глядя на результаты стрельбы, она лихорадочно перезарядила пистолет и только после этого перевела взгляд на Зверя. Тот лежал на песке, повернув набок развороченную морду. Отдачей у Иры повело пистолет и последние пули выбили твари левый глаз.
— Сильное оружие! — радовался Страшила. — Хорошо, что я тогда с тобой подружился! Не теряй даром время! Его кровь уходит в песок, и скоро здесь всё будет кишеть червями. Пей быстрее! Много не нужно, достаточно несколько глотков. Ну же! Или ты не хочешь жить?
Ира вернула пистолет в кобуру, подбежала к оскаленной пасти Зверя и, внутренне содрогаясь от омерзения, припала к пулевым отверстиям, из которых сильно текла почти чёрная кровь. На вкус она оказалась солёной, почти как у людей. Во время проживания в замке Ира принимала столько всякой дряни, что сейчас быстро справилась с отвращением и сделала несколько глотков. Вспомнив, что это противоядие, выпила ещё.
— Хватит пить! — заорал на неё Страшила. — Я тебе сколько велел? А ты присосалась, как какой-то шур. Хочешь, чтобы тебя разорвало от избытка силы? Уносим отсюда ноги, черви уже близко!
— Вы же ими питаетесь! — крикнула Ира на бегу, следуя за Страшилой. — Почему же ты их боишься?
— А ты посмотри, тогда поймёшь! — ответил он, показывая лапой на труп сородича. — Одного червя я съем, но когда их целая сотня, как бы они не сожрали меня. И ты это не я.
Ира посмотрела и содрогнулась. Тело твари ходило ходуном. То и дело из песка взвивалась плеть одного из червей, которая с размаху опускалась на тушу, вырывая из неё большие куски мяса. Во все стороны летела чешуя. Скоро над телом твари пировали уже десятки стервятников. Казалось, монстр обзавёлся волосами, которые развеваются на ветру.
— Давай уйдём в мой мир, — попросила Ира. — Я здесь сейчас засохну, а заодно выблюю всю кровь. Ну пожалуйста!
— Да, конечно! — заторопился Страшила, и они в тот же миг оказались в помещении башни.
— Эх, темно! — посетовала Ира. — А я шла сюда с шаром и не взяла спичек.
— А ты не знаешь, как с этим бороться? — удивился Страшила. — Открой сознание, я тебя научу. С этим заклинанием сможешь видеть в темноте. Не так хорошо, как я, но всё же... А так сможешь светить любой частью тела. Радужные демоны, которых вы ловите, светят так же. Всё поняла? Тогда я пойду. Учти, что кровь подействует не сразу и будешь плохо себя чувствовать из-за отравления, зато потом все ваши маги будут лизать тебе пятки.
— Или соберутся и на всякий случай убьют! — мрачно ответила Ира.
— Может случиться и так! — согласился Страшила. — Но я надеюсь на твой ум и осторожность. Такой полезный друг мне не раз пригодится! И ты, если нужно, обращайся. Когда войдёшь в полную силу, для вызова не нужны будут ритуалы, достаточно просто позвать. Прощай!
Он исчез, а Ира попробовала одно из двух подсказанных заклинаний и выбралась из башни, подсвечивая себе под ноги ладонью. Когда девушка приблизилась к жилой части замка, опять навалились тоска и боль утраты. Свершившаяся месть не отменяла того факта, что она осталась совершенно одна.
Глава 17
Райну похоронили недалеко от замка на открытом месте. Небольшой холмик земли присыпали сверху хвоей.
"Надо что-нибудь посадить, — подумала Ира, — а то как-то пусто".
— Мы не стали обкладывать могилу камнем, — сказал ей Виктор. — Вы говорили что-то такое, но я решил уточнить. У нас так не принято. Зачем придавливать тело камнями? Обычно в изголовье ставят небольшую плиту, на которой высекают имя усопшего. Люди побогаче вместо плиты ставят арку. Если хотите, я могу заказать.
— Да, пожалуйста, закажите арку. Вам нужны деньги?
— Благодарю, миледи, но мы не потратили и трети того золота, которое я получил от вашей матери. Вам дать отчёт?
— Не сейчас. Прошу вас, Виктор, уйдите, я хочу побыть с ней вдвоём.
Управляющий кивнул и ушёл, а она опустилась на землю, обняла нагретый солнцем и пахнущий хвоей холмик и заплакала, прощаясь с той, которая стала для неё ближе родной матери.
"Почему мы так не ценим то, что имеем? — думала Ира. — А потом горюем о потерянных возможностях. Я ведь при жизни ни разу её не приласкала, даже мамой назвала, когда она уже уходила. Какие у неё при этом стали глаза! Как же она, оказывается, этого ждала! А я, как какая-то эгоистка, думала только о себе. А ведь знала, что она доживает последние дни, но гнала от себя эти мысли! Папа как-то говорил, что молодые часто не хотят слушать старших и воспринимать их опыт, предпочитая набивать себе синяки и шишки самостоятельно. Свой опыт больше ценится и лучше запоминается, но как же это иногда больно! Это место навсегда останется для меня дорогим. Я буду часто приходить сюда, мама!"
Ира прижалась щекой к могиле, потом отстранилась и поднялась с земли. Налетевший ветер взъерошил ей волосы так, как это иногда делала Райна. Вытерев слёзы рукавом, девушка прошла с сотню шагов до края вырубки и углубилась в лес. Убедившись, что поблизости никого нет, она сняла платье и тщательно выбила о ствол дерева, стараясь чтобы в нём не осталось чёрного песка. Одевшись, она сняла туфли и вытрясла песок и из них. Противоядие — это хорошо, но не стоило оставлять эту гадость на одежде и в обуви. Даже если для неё это уже не опасно, может пострадать Лина. Но Страшила всё-таки большая сволочь! Гад чешуйчатый! Не зря Райна её предупреждала.
Покончив с чисткой, Ира открыла врата в свои комнаты в замке, засветила оставшийся шар с демонами и села за стол. Она разобрала и почистила пистолет и опять набила патронами магазины, пожалев что оставила один из них на песке. Намечалась разборка со жрецами, и нужно было к ней подготовиться. Сейчас они зализывают раны, после этого, наверное, будут делить освободившиеся места, а потом... Вот что будет потом, предсказать трудно. Было понятно, что ей не простят содеянного, но могли отомстить сами или прийти за её головой к королю. Нужно было срочно возвращаться и предупредить Аниша обо всём произошедшем, чтобы это не стало для него неприятным сюрпризом. А как взвоют на Земле, когда узнают о том, что она пошла разбираться с толпой врагов в их логово с одним пистолетом и каким-то зверем! Сейчас-то не узнают, но позже Владимир доложит. Она прекрасно понимала, какую ценность представляет для руководства Советского Союза. Ей ведь предлагали охрану, а она отказалась. У них настоящие профессионалы, но в мире магии они могли оказаться беспомощными и погибнуть. Надо соглашаться, только сначала обеспечить их такими же амулетами, как у этого Нома. Тогда телохранители смогут потягаться с магами. С этими амулетами нужно разобраться и неизвестно, получится что-нибудь или нет. Райна не придавала большого значения амулетам и Иру обучала их созданию постольку-постольку. Но это и понятно: не было у мастеров таких амулетов, как у жрецов Храма, потому что сильным магам они ни к чему. Хотя она не отказалась бы от амулета, скрывавшего присутствие мага. Даже Страшила не почувствовал тех жрецов, у которых они были. Ира убрала пистолет в кобуру, закрепила магазины в петли на поясе и открыла врата в свою спальню в особняке. Надо было поменять платье на более удобный брючный костюм. К тому же на одежде остались следы крови. Забрызгало, когда рубила головы жрецам. Закончив с переодеванием, она пошла в комнаты матери и в коридоре столкнулась с Линой.
— Госпожа! — обрадовалась девушка. — Вы вернулись!
— Вернулась, — невольно улыбнулась её радости Ира. — Ты сама-то как? Дай я тебя посмотрю.
— Со мной всё хорошо. Этот убийца чем-то ударил, и я потеряла сознание. А потом Вольдер привёл в чувство и отнёс на свою кровать.
— Да, у тебя нет повреждений. Лина, найди Сантора, у меня к нему поручение. Куда дели тело жреца?
— Я не знаю, его куда-то унёс Сантор. Сейчас, миледи, я его найду!
Лина убежала, а Ира зашла в спальню Райны. Ковёр с пола уже убрали и заменили другим. Она подошла к столу и взяла в руки шнур с амулетами. Почувствовав приближение воина, обернулась к двери.
— Вы меня звали, Рина?
— Заходите, Сантор, садитесь. У меня к вам просьба. Наденьте себе на шею этот шнурок... Плохо.
— Что плохо?
— Это амулеты убитого жреца. Один из них позволял ему оставаться незамеченным магами, а у вас он не действует. Значит, амулет настроен на хозяина и его копирование ничего не даст, а разбираться в устройстве долго, сложно и неизвестно, получится или нет. Послушайте, Сантор, у меня появилась идея. У вас нет, случайно, знакомых разбойников?
— А зачем вам разбойники?
— Я хочу выкрасть одного из жрецов Храма, но не хочу впутывать в это короля.
— Вы в своём уме, Рина? Жрецы этого не простят!
— Мне уже плевать. После того как я сегодня со своим Зверем наведалась в храм и убила их верховных, да ещё заодно всех тех, кому не повезло оказаться у нас на пути, я уже ничего не теряю, выкрадывая одного из них.
— Рассказывайте! — потребовал он. — Я должен обо всём доложить его величеству!
— Сделаем по-другому. Вы сейчас едете к королю и договариваетесь с ним, куда мне прийти вратами. Я могу попасть в любое место дворца, где уже была, так что пусть он выбирает. Я сама подробно ему расскажу, а ваше любопытство смогу удовлетворить потом. Кстати, где жрец?
— Тело убийцы и его оружие забрали королевские дознаватели. Убийство мага, находящегося на королевской службе, — это не шутки. Они должны провести расследование и наказать виновных. Амулеты я не отдал.
— За амулеты спасибо, а виновных я уже наказала сама. Так что насчёт разбойников?
— Давайте вы сначала обсудите свою идею с его величеством, а потом я посмотрю, кого к этому можно привлечь. Я вам сейчас не нужен? Тогда еду к королю.
Сантор выбежал из комнаты, едва не стукнув дверью собравшегося войти Владимира.
— К тебе можно? — спросил он.
— Заходи, поговорим, пока есть время. Как обстоят дела с обучением солдат?
— Движется помаленьку. Я ведь обучаю их по десять человек. Ира, я хочу сказать, что мне очень жаль, что эта гнида сумела проникнуть в особняк и убить твою приёмную мать. Тебе и так досталось, а теперь ещё и это.
— Спасибо за сочувствие. Райне оставалось немного жить. Они сильно просчитались, решившись на это убийство. Убили ту, которая сама должна была скоро умереть, и из-за этого лишились всего руководства.
— Как это? — не понял он.
— Ты всё равно об этом узнаешь, а сейчас должен быть в курсе дел. Я сходила в свой замок, вызвала Зверя — есть у меня в друзьях такая тварь — и мы вместе с ним нанесли визит в Храм жрецов Ашуга. Я казнила виновников смерти матери, а заодно опробовала в деле ваш подарок, — она похлопала рукой по кобуре с пистолетом. — Вы были правы: от мощного ствола намного больше пользы, чем от того, который я просила.
— Ты не имела права так рисковать! Ты единственная ниточка, которая связывает наши миры. Если не думала о себе или о том, что я в случае твоей смерти здесь застряну, подумала бы немного о Родине. Знаешь, какие у руководства планы на сотрудничество с тобой?
— Я знала, что ты так скажешь. Убили единственного человека, который меня любил, сейчас я совершенно одна. Вот ты считаешь себя моим другом, а разве можно дружить, ставя на первое место служебные интересы? Я хорошо отношусь к Родине и не отказываюсь ей помогать, но не надо требовать от меня самопожертвования ради неё. Я уже не та наивная девочка, какой была когда-то, и прекрасно поняла, что для государства и его чиновников обычный человек ничего не значит. Всегда смотрят на то, какая от него может быть польза государству или им самим. Исключения очень редки. Да, у нас делается для людей много хорошего, но часто не ради них самих, а потому, что так положено. В налёте на Храм для меня почти не было опасности, а в этом мире нельзя жить без риска. Мне попали в руки амулеты жрецов. Если в них разберусь, появится возможность прикрывать от магии обычных людей. Вот тогда я воспользуюсь предложением взять себе телохранителей, если только не передумало твоё руководство.
