— Я уже сказал вам, что наши современные возможности и научные познания не позволяют сделать подобное... Во всяком случае, те, о которых знаю я. Основная, непреодолимая для человека причина невозможности реализации подобного замысла — невозможность возвращения из "потустороннего мира", — спокойно сказал Тэн Хоори, сокрушённо качая головой. — Такое возвращение сопряжено с рядом непреодолимых для человека противоречий. О трудности подобной затеи знали и наши древние предки.
— Вы думаете, древние люди обладали подобным знанием? — усомнился я.
— Странно слышать подобное от человека, так много времени посвятившего общению с нашими милыми археологами, — сухо улыбнулся мой собеседник, проникновенно глядя на меня. — Я думаю, наши предки являлись хранителями неких секретов — глубоких и масштабных знаний об устройстве мироздания, которые им кто-то передал тысячелетия назад. Из Египта и Шумера эти знания перешли древним грекам и со временем основательно забылись, попав под запрет христианской церкви. Вам должно быть известно о посмертном опыте многих людей? — поинтересовался Тэн Хоори, снова поднимаясь с места и прохаживаясь по комнате.
— Да, конечно.
— Тогда вы должны знать, что большинство людей, находившихся на грани жизни и смерти, но не перешагнувших этой зыбкой границы, видели одно и то же: некое светящееся существо, которое помогает освоиться в новом качестве бестелесного существования. Так вот, любопытные вещи мы можем найти в древнегреческой мифологии. Там присутствует Харон — перевозчик душ умерших через мифическую реку Стикс в подземное Царство мёртвых. Имя Харон на древнегреческом означает "яркий". Разве не поразительно это сходство? Не навивает ли оно вам вполне конкретные ассоциации? Харон же, ни при каких условиях не перевозил назад души умерших, что может так же говорить о трудности прямого общения между двумя нашими мирами. Между тем, как считал историк Диодор Сицилийский, имя этого паромщика, как и его образ, пришли к грекам из Египта. То есть, у этого знания о посмертном существовании человека очень глубокие и очень древние корни, что и добавляет ему достоверности. А вот у всех народов Америки существовали свои представления о переходе в "мир иной". Этот переход также был связан с преодолением серьёзного водного препятствия, которое у них именовалось "Девятью Реками". И эта преграда охранялась псом или зелёным драконом.
— Драконом? — встрепенулся я, вспомнив рассказы Акиры о "клане Змиев", предшественниках "солнечных богов".
— Да, драконом или змеем, для усмирения которого мёртвые были снабжены листами бумаги в качестве дани.
— Любопытное предание. Но ведь есть и упоминания о спуске в преисподнюю живых! — горячо воскликнул я, вспоминая рассказы наших экзоархеологов.
— Есть. Но, как я уже сказал, их возвращение в мир живых было возможно только при соблюдении определённых условий. У греков таким условием становилось наличие у героя золотой ветви, сорванной в роще Персефоны. Древние месопотамцы представляли себе загробный мир в виде города, обнесённого семью крепостными стенами. В этот город вели семь врат, которые следовали друг за другом. Привратник по имени Нети всегда держал ворота на запоре. Поэтому никто не мог покинуть подземный мир. Когда же появлялся новый умерший, то он должен был принести дары и жертвы семи подземным божествам, чтобы расположить их к себе и заручиться их поддержкой. Проходя очередные врата, умерший снимал с себя какое-либо украшение или одежды. Видимо, это представление пришло из мифа о богине Иштар. Вы, наверняка, слышали эту легенду? В ней Иштар однажды пришлось спуститься в подземное царство своей сестры Эрешкигаль. Иштар обладала семью вещами, в которых была заключена тайная сила. Все эти вещи ей пришлось отдать — одну за другой — привратнику месопотамской Преисподней, когда богиня проходила через те самые семь врат, отделявших земной мир от мира мёртвых. В конце концов, Иштар предстала перед своей сестрой абсолютно нагой. В метафорическом смысле, конечно.
— Да, я знаком с этим мифом.
— Думаю, он в иносказательной форме рассказывает нам как об устройстве Тамаса, с его "сферами" или "небесами", так и о способах перехода из нашего мира в иной. Видимо, для такого перехода необходимым условием являлось избавление от тонкоэнергетических оболочек человеческого тела, что собственно и должно было привести к физической смерти. В шумерском мифе Иштар, чтобы вернуться из "Страны без возврата" пришлось оставить там себе замену. Этой заменой стал её муж по имени Думузи. Таково было ещё одно непреложное правило "мира мёртвых", "мира духов", "мира предков".
Тэн Хоори порывисто пододвинул к себе стул и оседлал его, как коня. Положив скрещенные руки на спинку, он воодушевлённо продолжал:
— По представлению шумеров, тени мёртвых могли на время подняться на землю из "загробного мира", если они ощущали "жалобы Шумера" — получали информацию о том, что умерший не успел закончить при жизни что-то очень важное. Правда, с простыми смертными подобное происходило нечасто. Подобной льготой пользовались в основном цари.
— Разумеется! Ведь цари это прямые потомки "богов"! В их жилах текла та самая "божественная", голубая кровь. Получается, и в "загробном мире" тоже существует кем-то установленная жёсткая иерархия?
Я огорчённо посмотрел на своего собеседника.
— Что ж, в ваших мыслях может крыться здравое зерно, — согласился со мной Тэн Хоори. — Насколько я знаю, не только цари, но и некоторые шумерские боги были буквально заточены в "подземном царстве". Они так же могли покинуть "загробный мир" в виде теней только на время.
— Опять прямая связь с Древним Египтом! — воскликнул я, вспомнив рассказы Акиры об опальном боге Сетхе и о его брате Осирисе. — Сейчас, одну минуту! Только вспомню... Ага! Вот! Акира цитировал египетскую "Книгу мёртвых". В ней есть такие строки: "Но разве душа Сета не будет послана на Запад - судьба, отличная от судеб всех прочих богов... Я буду держать его душу в заточении на Лодке солнца - такова моя воля - так что он больше не будет устрашать Сонм Богов".
— Да, действительно прослеживаются определённые параллели, — согласился Тэн Хоори. — Кстати, в правиле оставлять вместо себя замену, чтобы покинуть "мир мёртвых", заключён определённый смысл, — добавил он. — Я уже говорил вам о том, что любой человек, будучи с одной стороны сложной материальной системой, "излучает" в окружающий мир информацию о своём теле. В духовно-нематериальном мире эта информация сохраняется в форме компактного образа: двойника из тонкой материи, фантома или "астрального тела" — "Ка". Он отличен от бессмертной души — "Ба". И этот "астральный двойник" человека, как и любого другого разумного существа, является лишь пассивным духовным объектом, аналогично мыслеобразам. Он не порождает новой информации. Но, как и мыслеобразы, он способен взаимодействовать с другими объектами мира Тамаса. На "считке" информации с двойника-фантома основаны все экстрасенсорные предсказания и телепатия. Да и моя профессия во многом опирается на схожие методы.
Тэн Хоори задумчиво улыбнулся, глядя на меня. Некоторое время мы сидели, молча, думая каждый о своём. Опираясь на услышанное от энерготерапевта, теперь я мог сделать вывод о том, что затея Совета с "золотым экраном" будет обречена на провал. Без помощи и поддержки Акиры Кензо нам никогда не найти ключа, чтобы заставить это устройство заработать. А свою позицию по этому вопросу экзоархеолог обозначил вполне определённо. И, похоже, что наш вчерашний разговор обернулся для меня потерей хорошего товарища в его лице. От этих мыслей на душе у меня стало совсем скверно и тоскливо.
Возможно, существуют какие-то другие способы повторить мой смертельно опасный марсианский опыт, но о них никто не знает. Ясно одно: взять что-то материальное из прошлого просто невозможно. Теперь в это окончательно уверовал и я сам. Надеяться выпытать у "богов" их секреты и уже тогда попробовать материализовать какой-то мыслеобраз или техническую идею в нашем мире?.. Ну, не знаю. Не думаю, что эти самые "боги" так просто поделятся с нами своими секретами. Если прав Акира, то за прошедшие тысячелетия их цивилизация не могла стоять на месте. Она развивалась, как развиваемся и мы. Что сейчас представляет собой эта цивилизация, вышедшая за пределы материального мира? Какие тайны она хранит? Как "боги" относятся теперь к нам, к людям?.. Да и помнят ли они о нас? Нужны ли мы им сегодня?.. Однажды покинув Землю, они ушли, кажется, навсегда. Или они, по-прежнему, следят за нами, просто сменив непосредственное вмешательство в земные дела на вмешательство опосредованное?..
Ответов на эти вопросы у меня не было. Как и не было уверенности в том, что теперь делать мне самому. Пославшие меня на Марс люди ждали от меня вполне определённых результатов. Но цель, ради достижения которой требовались эти результаты, с самого начала вызывала во мне несогласие. И вот сейчас, когда я стою на перепутье, пожалуй, необходим серьёзный разговор с Громовым, а если понадобиться, то и с самим Менгешей, председателем Совета... Да, точно так! Именно такой разговор нужен мне сейчас. Но прежде надо ещё раз объясниться с Акирой. Это для меня сейчас важнее всего... А ещё непременно рассказать обо всём Светлане! Ведь получается, что я солгал ей там, на Марсе, когда она спрашивала меня о переменах на Земле. Я сказал ей, что ничего не происходит... Нет же, происходит! Конечно, это ещё не зло в абсолюте. Пока ещё можно всё исправить, но нужно спешить!
Я с надеждой посмотрел на энерготерапевта.
— А Зуко Пур? С ним тоже происходит нечто подобное, как и со мной?
— Не исключено. Но тогда его состояние является скорее следствием "изъятия" души из тела, или замещения её чем-то иным... Но чем?.. Что было в тех "саркофагах" на Марсе?
— Пока не знаю. Два из них сейчас перевезены в Институт протоистории для исследований. Результаты мне ещё неизвестны. Акира Кензо собирается ехать туда завтра. Думаю, я тоже поеду с ним.
— Ясно. Тогда нам остаётся только ждать, — пожал плечами Тэн Хоори. — Пока я и мои коллеги делаем всё зависящее от нас, чтобы контролировать энергетическое состояние организма Зуко. Критическая черта ещё не пройдена... Но это можно говорить лишь о его теле, а что происходит с его душой... Честно говоря, я этого не знаю, — слегка смутившись, признался энерготерапевт.
— Мне можно повидать его?
— Разумеется. Он находится в десятой, реанимационной палате. Если хотите, можете пойти со мной. Приближается время очередного осмотра, и я должен находиться там.
— Спасибо. Я пойду с вами.
* * *
Застеклённый коридор, кольцом огибавший верхний этаж, был залит солнечным светом и почти безлюден. Несколько девушек-санитарок в серебристых халатах прошмыгнули мимо нас, торопясь куда-то по своим делам. Мы остановились около двери реанимационной палаты, и я почувствовал на душе невольное волнение. Тэн Хоори посмотрел на меня и решительно отворил двери, порывисто проходя внутрь.
Просторное помещение за дверью выходило большими — от пола до потолка — окнами на покатые, покрытые редколесьем холмы, за которыми просматривался далёкий морской горизонт. Блестевший глянцем пол был уставлен рамками экранов воздушных диванов. Все они сейчас не работали. Лишь один из воздушных диванов оказался включённым, и Зуко Пур на нём парил в воздухе в полуметре от пола, абсолютно обнажённый, укрытый лишь серебристой полупрозрачной простыней. Руки юноши были вытянуты вдоль тела, а лицо казалось безмятежным, несмотря на мертвенную бледность. В изголовье дивана возвышалась алюминиевая стойка, от которой горизонтально протянулась тонкая штанга с большим экраном. По штанге бесшумно двигался юркий маленький прибор — биосканер, ощупывавший тело юноши невидимыми лучами. Приборы на столе справа ритмично мигали разноцветными огоньками, змеистые полосы регистраторов тянулись в широких окнах экранов. Слева от постели стажёра, сгорбившись, застыл робот-медик, походивший на членистый манипулятор, увенчанный матовым шаром-"головой". Он, словно множеством внимательных глаз, был утыкан короткими светящимися трубочками. Сейчас мне этот медицинский робот напомнил заботливую сутулую сиделку, которая тревожно и чутко следит за спящим приболевшим ребёнком.
Когда мы вошли в помещение, робот-медик повернул в нашу сторону "голову", шелестя тонкими трубками, сплетавшими его "шею", и радостно замигал огоньками датчиков. Мне даже показалось, что я чувствую на себе его пристальный "взгляд". Весь вид робота, как будто выражал спокойное недоумение и настороженное внимание. Может быть, он пытался понять, зачем мы пришли сюда вдвоём?
Тэн Хоори уверенно подошёл к машине и щёлкнул каким-то тумблером на её округлой "голове". Робот-медик тут же обмяк и застыл, как будто уснул крепким сном. Я медленно подошёл ближе и, склонившись над неподвижным юношей, стал рассматривать его лицо, испытывая при этом смешанные чувства сожаления, жалости и печали.
Ставшая заметной тонкая складка у переносицы и плотно сжатые губы говорили о возможных мучениях, которые мой молодой товарищ испытывает сейчас в своём беспробудном сне. Запавшие щёки и кожа, туго обтягивавшая скулы молодого стажёра, сильно изменили дышавшее жизнью и здоровьем лицо Зуко, которое я увидел в первую нашу с ним встречу на Марсе. Я поднял глаза на энерготерапевта, стоявшего напротив.
Тэн Хоори привычными чёткими движениями нажал несколько кнопок на управляющем пульте, и развернул экран биосканера так, чтобы его было хорошо видно и мне.
— Как я уже говорил, тело человека всего лишь посредник, через которого душа оказывает влияние на окружающий мир, — неторопливо и негромко заговорил он, продолжая манипуляции с приборами и одновременно читая их показания. — Влияние это, как вы понимаете, носит опосредованный характер. Поэтому даже в высших формах своей психической деятельности таких, как творчество, человек для передачи результатов вынужден прибегать к вполне конкретной физической деятельности: писать, рисовать, лепить, строить. Но деятельность души не ограничивается только этим опосредованным влиянием на окружающий мир. Само существование души, как части духовно-нематериального мира, делает человека мощным генератором духовно-нематериального взаимодействия, превращает его в открытую информационно-энергетическую систему. В повседневности и вы, и я, и вот Зуко, и все остальные люди отдают во внешнюю среду информацию. Но не только отдают, но и постоянно получают её извне. Такое постоянное взаимодействие осуществляется полевым способом, поэтому каждый человек является сильнейшим источником духовно-нематериальных полей.
— А под термином "поле" вы имеете в виду сущность, аналогичную материальным макрополям? — уточнил я.
— Да, конечно, — кивнул Тэн Хоори, обходя постель Зуко и осматривая панели приборов с другой стороны.
— Значит, эти поля тоже имеют свойство непрерывности и неограниченности?
— Безусловно. Только это очень тонкие поля — особый вид энергии, которую человек излучает всегда и при любых условиях. Исключением является только мёртвое тело, и то, только по прошествии определённого времени с момента смерти. Больше всего этой энергии люди выделяют в стрессовом состоянии и при любых эмоциональных возбуждениях. Вот, смотрите! — Тэн Хоори пододвинул ко мне экран монитора. — Кожные покровы человеческого тела испускают токи высокой частоты. Здесь мы можем увидеть, как эти токи выходят из одной точки тела Зуко и входят в другую точку.
