— Так наша Земля стала ареной чужеземных сражений, — печально произнёс наставник Лик и сокрушённо покачал головой. — И почему на долю человечества тысячелетиями выпадала худшая судьба?
— Глубокий вопрос и важный, — заметил Акира. — Поисками ответов на него мы с коллегами занимаемся уже много лет.
— И как? — оживился Нир. — Ответ уже найден.
— Пока что нет. Не всё так однозначно и просто, — скупо улыбнулся экзоархеолог. — Так вот, о чём я хотел вам сказать. Эзотерически Асуры, впоследствии превращённые стараниями браминов в злых Духов или низших Богов, как и Гандхарвы, на самом деле, таковыми не являются. Все они "боги Тайной Мудрости". В древнейших частях "Ригведы" эти "боги" описываются, как Существа Духовные и Божественные. Даже сам термин "Асура" употребляется там для обозначения Высочайшего Духа. Вот почему он тождественен "великому Ахура" в зороастризме. Древние тексты открывают нам и ещё одну тайну: было время, когда сами "солнечные боги", такие как Индра, Агни или Варуна принадлежали к Асурам. Даже бог Вишну, первоначально возглавлявший армию Дэвов, был един с "расою Змиев".
Акира немного помолчал, задумчиво глядя на далёкий морской горизонт. Аудитория безмолвно ждала продолжения его рассказа. Ребята были уже достаточно тренированы в выдержке и самообладании. В этот момент мой взгляд встретился со взглядом Светланы. На губах её мелькнула приветливая улыбка, и от меня не ускользнул лёгкий румянец, проступивший на её щеках. Но в глазах её сквозила прежняя мечтательная рассеянность, словно в своих мыслях она оставалась по-прежнему где-то очень далеко отсюда.
— Результат этой непримиримой борьбы нам сегодня хорошо известен, — снова заговорил Акира, взглянув на школьников. — Победили те, кто сделал ставку на религиозную веру. В этой связи вполне естественным со стороны победителей стало желание именно себя объявить "Добром", а своих побежденных врагов "Злом". Ведь в наиболее ранних мифах, берущих свои истоки в седой старине, нет никакого разделения плохого и хорошего, добра и зла в привычном для нас понимании. И все "боги" в таких мифах обладают одновременно всеми качествами, присущими людям. Они могут быть как добрыми, так и злыми, менять своё настроение и своё отношение к человеку. В самых ранних космогониях мира мы не встретим ни "Творения Тьмы", ни "Дракона Зла", побеждённого "солнечными богами". В этих мифах Змий-Дракон выступает, прежде всего, как символ мудрости и знания. Он там несёт на себе явно положительный оттенок. А "Великая Глубь" у тех же аккадийцев это всего лишь "водная Бездна" или пространство Вселенной. Именно у Змиев-Драконов, судя по дошедшим до нас сказаниям, учатся мудрости как первые люди, так и "молодые боги". В Упанишадах есть целый трактат о "Науке Змий" или, другими словами, об оккультной науке, которой владело легендарное племя Нагов.
— Но в более поздних мифах мы уже видим разделение "богов" на плохих и хороших, а Добро отделяется от Зла, — со знанием дела заметил наставник Лик.
— Верно. Змий-Дракон там приобретает негативные качества, становится олицетворением Зла, и против него сражаются "хорошие" человекоподобные "боги", как и положительные герои. У семитов и позднейших халдеев "бездонная глубь Мудрости" превращается в грубую Материю, в греховную субстанцию, а "Бог Мудрости" становится Тиамат — злобным Драконом, которого сражает доблестный бог Мардук. Либо превращается в Сатану в астральных волнах.
— Значит, чем ближе к современности, тем меньше правды в мифах? — откликнулся сидевший у окна желтоволосый юноша.
— Ты правильно понял, — кивнул экзоархеолог. — И ещё один характерный признак, по которому можно разделить мифы: чем более приземлённой и обыденной описывается ситуация в мифе, тем с более молодым мифологическим источником мы имеем дело. Это абсолютно точно. Поэтому тем меньшее доверие такой миф должен вызывать у нас, как у исследователей. С другой стороны, если в мифе просматриваются признаки некоего "пассионарного толчка", послужившего началом звёздного часа человечества, значит, можно говорить о древнем пласте, охватывающем деятельность "цивилизаторов". Ведь именно они весьма старательно заботились о человечестве на ранней стадии его развития. И это была именно забота, а не принуждение или подчинение. Потому что "цивилизаторы" прекрасно осознавали, что человек способен как на хорошее, так и на дурное. Так же, как и сами они. Отсюда вытекало простое и логичное решение — человек должен сам выбирать между добром и злом, между благословением и проклятием, между жизнью и смертью.
— А разве может быть иначе? — раздался удивлённый возглас кого-то из ребят.
— Для нас с вами, конечно же, нет. Но мы же сейчас говорим о далёком прошлом, — напомнил Акира Кензо. — Именно "цивилизаторы", которые появились на нашей планете гораздо раньше всех "солнечных богов", относились к человеку, как к своему младшему брату, созданному по "образу Божьему". Даже христианская Библия не обошла это стороной: "И сказал Бог: сотворим человека по образу нашему, по подобию нашему; и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами земными, и над скотом, и над всею землёю...". Я считаю, что "цивилизаторы", находясь на Земле или поблизости от неё, никогда не вмешивались в принимаемые человечеством решения. Они лишь помогали людям, направляя к ним своих посланцев. И те наставляли людей и учили их каким образом можно распознать зло и осуществить добро, или предупреждали людей о грозящей опасности, исходящей от их неверных стремлений. Но после человек оставался наедине со своими двумя главными инстинктами — стремлением к добру, и стремлением к злу. И только сам человек должен был решать проблему выбора. И это позиция истинно цивилизаторского подхода — единственно верная и заслуживающая глубокого уважения. Именно "цивилизаторы" принадлежали к тем самым "восставшим", кто воспротивился против пассивности своего "высшего Божества".
— Значит, на нашей планете действовали две совершенно разные группы высших разумных существ из разных миров? — уточнил Нир. — И в разное время?
— Я не уверен, что все они пришли совсем уж из разных миров, — покачал головой Акира. — Мне думается, все эти пришельцы извне просто принадлежали к разным кланам, сгруппировавшимся по определённым интересам и ради конкретных целей. Но все они, тем не менее, являлись порождением одной высокоразвитой внеземной цивилизации. Появившиеся на исторической арене гораздо позже "цивилизаторов" из "клана Змиев", так называемые, "солнечные боги" всё ещё имели тесные родственные связи со своими противниками. И именно "солнечные боги" стали проводниками намерений и идей, в корне противоположных цивилизаторским. Согласно представлениям этих самых "солнечных богов", основное предназначение молодого человечества в служении своим небесным покровителям в качестве рабов. Эти новоявленные "боги" заставили ещё малочисленное человечество беспрекословно подчиниться своей воле, используя для этого всё своё техническое и интеллектуальное превосходство, свои научные знания. Тех же из людей, кто не желал подчиняться, "солнечные боги" просто уничтожали "огнём и мечом". Более того, мы имеем мифологические свидетельства того, что после всех разборок между инопланетными кланами, прежнее "богоравное" человечество, названное в мифах "старыми людьми", оказалось практически полностью уничтоженным. Победители же путём сложных генетических манипуляций над остатками "старых людей" смогли создать образец "нового человека" — армию клонов, выполнявших роль послушных слуг, которых шумерские клинописные таблички называют "лулу-амелу".
— Какой ужас! — воскликнула Амрита Рао. Она схватилась за пылающие щёки, широко раскрыв чёрные глаза, полные гнева и отчаяния.
— Да, да, — согласился Акира. — Всё так и было. Об этом поворотном для человечества событии есть свидетельства и на другом конце света, в Америке. В "Пополь-Вух" тоже говорится о замысле тех же самых "богов": "Так давайте же попытаемся создать послушных, исполнительных, почтительных существ, которые бы кормили и поддерживали нас. Из земли, из грязи сделаем человеческую плоть, чтобы появились существа, которые взывали бы к нам, молились бы нам".
— Ничего себе! — пылко выпалила Янтра. — Человека лепят из какой-то грязи! Само это уже унижает нас, делает какими-то недоразвитыми, достойными презрения.
Девушка зябко и брезгливо передёрнула плечами.
— Под "грязью" в этом контексте, как и в шумерских, вавилонских, и в библейских текстах, говорящих о "глине" или "прахе земном", следует понимать остатки "старых людей", почти полностью уничтоженных Потопной катастрофой, — успокоила её Светлана.
— Да. А так же генетический материал гоминоидов, стоявших тогда на более низкой ступени своего развития, — объяснил экзоархеолог. — В той же Библии можно проследить и причины, приведшие к уничтожению всех "старых людей". Этой причиной там названо опасение Творца, как бы человек сам не стал подобным ему. Ведь этот человек вкусил от "Древа Познания". И, как и предсказывал ему Змий, не умер, а стал подобен своими способностями своему же Создателю, от которого его теперь отличала только лишь смертность плоти. Но ставший подобным Богу, человек, тем не менее, не есть Бог. И чтобы этого никогда не произошло, Создатель выгоняет первых людей из библейского Рая. Теперь неповиновение Адама становиться его грехом, причём настолько тяжким, что этот грех губит "божественную" природу как самого Адама, так и всех его потомков. Поэтому и оказался прав Змий, сказавший: "Будете как боги".
— Постойте! Но ведь из всего этого входит, что и мы с вами все потомки тех самых слуг и рабов, созданных когда-то "богами"! — неожиданно сообразил наставник Лик. — О небо! Как же это унизительно и мерзко осознавать себя в таком качестве! — поморщился он и посмотрел на экзоархеолога.
— С этим трудно поспорить, — печально улыбнулся тот. — Да. Все мы генетически являемся потомками тех самых "лулу-амелу", двинувшихся когда-то из Африки в другие регионы нашей планеты, смешиваясь с жившими там гоминоидами, либо просто вытесняя и уничтожая существовавшие ранее разумные виды.
— Как вы не понимаете? — вспыхнула застенчивая Лю Тао. — Дело совсем не в этом. Главное, что человек мог стать богоравным, но сам Бог помешал ему достичь этого, превратив человека в своего раба и покорного слугу. И карма человечества на протяжении тысячелетий была отравлена этим ядом, не давая людям подняться до прежних высот. Но теперь-то у нас всё свосем по-другому! Наша генетика очищена от пагубного влияния прошлого. Теперь мы свободны от чужой власти. Мы вольны сами выбирать свою судьбу! Разве не так? — Девушка вопрошающе посмотрела на экзоархеолога.
Акира Кензо благосклонно наклонил голову.
— Очень верно подмечено. Молодец! Шумеры утверждали в своих сказаниях, что человек был создан из крови мятежного "бога". Как результат — непрерывное богоборчество людей. Вот почему христианство всеми силами вдалбливало в головы верующих точку зрения, согласно которой человек больше не может собственными силами освободиться от своей мнимой порочности. Только акт "божьей милости", выразившееся в появлении Христа, умершего за людей — вот что способно уничтожить эту порочность и спасти тех, кто раз и навсегда уверует в христианского Бога. На самом же деле миф о Христе понадобился создателям новой веры для усиления негативных акцентов на неугасимом желании человека снова стать богоравным. Это желание подкреплялось ещё не истёртой до конца памятью о "Золотом Веке", в котором человечество находилось под опекой "цивилизаторов". Чтобы убить в людях эту память, потребовалось ещё больше очернить "падших Ангелов", ратовавших за свободу выбора. Ради этой цели за личностью с некоторых пор стали признавать право иметь свои собственные интересы, что выводило отношения между человеком и Богом на новый уровень. Исторический этап послушания человека в качестве раба, предназначенного для добровольного служения своим создателям, без тени сомнения в их праве на любые действия по отношению к нему, тогда закончился.
— Но, тем не менее, люди и после этого обязывались беспрекословно подчиняться воле могущественного Бога и предоставлять тому веские доказательства своей преданности путём принесения в жертву самого для них дорогого, — заметила Светлана и мечтательность в её взгляде исчезла окончательно. — И если раньше "цивилизаторы" запрещали людям человеческие жертвоприношения, то победившие "солнечные боги" наоборот начали требовать как можно больше крови и жертв. Яркий тому пример цивилизация ацтеков, в культуре которых произошла какая-то чудовищная идеологическая деформация, ужасающее искажение воспринятой от тольтеков доктрины. А ведь многосторонняя и богатая духовная культура тольтеков была наследием именно "цивилизаторов". Но это наследие усилиями победившей в "божественной войне" стороны свелось к одной доминирующей догме: единственная цель существования человека на Земле это питание "божественного" Солнца собственной кровью, дабы оно не погасло от истощения. Возвышенная проповедь вечного единства духа обернулась всеобъемлющим людоедством. И даже Яхве не отличался от остальных "богов" своим стремлением к получению жертв от подданных его веры.
— Какой ужас! — вскричала Янтра, снова хватаясь за покрасневшие щёки. — Но зачем понадобились все эти жертвы кровожадным "богам"?
— Чтобы понять это, нужно обратить внимание на особенности и нюансы любого жертвоприношения, — пояснил экзоархеолог. — Вот мы с вами едим материальную пищу, но никогда не потребляем её в том же самом виде, в каком эта пища находилась в природе.
— Да, мы предпочитаем всегда делать вкусную еду из исходных продуктов, — довольно хмыкнул кто-то из ребят.
— Вот именно! Сейчас каждый из нас сам этим практически никогда не занимается. У нас есть для этого специальные Дома Пищи и автоматизированные фабрики-кухни. Но в прежние времена процесс приготовления еды порой превращался в целый ритуал, — добродушно усмехнулся экзоархеолог. — Так вот, чем жертвоприношение отличается от обычного убийства? А вот чем — оно как раз и представляет собой обязательный ритуал, в процессе которого будущую жертву тщательно подготавливают к предстоящей смерти. И такая подготовка занимала продолжительное время, в течении которого те, кто приносил эту самую жертву, выполняли определённые обряды и возносили своим "богам" специальные молитвы. А молитвы и обряды, между прочим, это не что иное, как создание специальных мыслеобразов. То есть, речь идёт о духовно-нематериальных объектах, несущих в себе заряд духовной же энергии человека. Чем вдохновеннее и иступлённее молитвы и обряды, тем больше создаваемые ими образы становились насыщенными этой самой энергией.
— Как будто сдабривали свою жертву специями и пряностями! — хмуро усмехнулся Лик.
— Вот именно! К тому же, те, кто приносил жертву, как правило, обращались к вполне конкретному "богу", которому эта жертва и предназначалась. И у каждого "бога" при этом наблюдались свои "вкусовые предпочтения". Одному подавай козлёнка, другому хотелось молоденькой девственницы или младенца-первенца. Кроме того, приносили в жертву самых любимых детей, чтобы умилостивить своих кровожадных "богов". Подобным образом люди увеличивали ценность своей жертвы для них, потому что "угодность жертвы" измерялась именно тяжестью потери. Это также немаловажный факт, характеризующий "солнечных богов".
