— А это "благоухание жертв", о котором говорит "Ветхий Завет"... Хорош же запах палёного мяса! — с неприязнью воскликнула Амрита Рао.
— Ты права. Хотя именно этот запах, как ни странно, привлекал больше всего "солнечных богов". В аморейской среде, например, из которой вышел прародитель еврейского и арабского народов, существовал жестокий обычай — подтверждать преданность Богу принесением в жертву своего первенца.
— Какой ужас! — послышалось сразу с нескольких сторон.
— Я хочу немного поправить Нира в том, что Яхве всё-таки принадлежал к числу "солнечных богов". Он только не входил в их высшую "божественную" элиту. Не забывайте, что среди "богов" всегда имелась строгая иерархия. Наряду с правящей верхушкой "высших богов", существовали "боги" рангом пониже. Но были и "низшие боги". Это деление хорошо прослеживается и в египетской, и в шумеро-аккадской, и в индийской мифологиях. И совсем не случайно то, что впоследствии "солнечные боги" дали людям классовую систему, в основе которой лежало деление по кастам. Ведь эта система брала свои истоки в структуре их собственного общественного устройства. Так вот, есть некоторые мифологические намёки, которые позволяют предположить, что Яхве принадлежал именно к второстепенным исполнителям определённых функций — "низшим богам". Таких "богов" шумеры именовали "ануннаками". Но этот "бог" решил возвыситься и организовал с этой целью настоящий заговор против существующих элит. Вот почему он тщательно соблюдал своё инкогнито и взял себе псевдоним — "Яхве", что означает — "Я есть сущий". Или попросту: "Я - тот, кто существует реально". Именно так он и представился Моисею во время их первой встречи. Но я с большой долей уверенности могу соотнести этого безымянного "бога" с западно-семитским малоизвестным "богом вечерней зари", носившим имя Шалим.
— Но почему вы так думаете? — удивился Риш Яр.
— В западно-семитской мифологии все "боги" представлены как основатели и владыки определённых городов или поселений. Например, такие топонимы, как Иерихон это город "бога" Йариха, а Сидон или Цидон — город "бога" Цида. Соответственно, Иерусалим, либо Йерушалем это город "построенный Шалимом". Иудейский патриарх Авраам, с которого собственно и начались события, связанные с интересами Яхве на Земле, получил, согласно древним текстам, своё благословение от первосвященника своего "бога" по имени Мельхиседек на горе Мориа, хранителем которой тот являлся. Это прямо указывает на то, что "Бог Авраама" это и "Бог Мельхиседека". Но последний был также и "царём Салимским", иначе говоря, царём Иерусалима, как и его "праведным жрецом". А этот город, согласно книге "Пещера сокровищ", построили специально для Мельхиседека. Все концы, как видите, сходятся.
— Теперь понимаю, — закивал юноша. — В самом деле, получается, что какой-то малозначимый и обделённый привилегиями "бог" решил возвыситься над своими элитарными собратьями.
— Именно так. Но я бы даже вёл здесь разговор не о желании какого-то отдельного "бога". Таких малозначимых "богов", занимавших низшие ступени на иерархической лестнице, было гораздо больше, чем их "высших" собратьев. Почему бы тогда группе таких вот второстепенных "божков" не объединиться однажды и не устроить заговор против правящей на "Небесах" элиты? Вполне возможно, что Яхве, в силу каких-то его личных качеств, был избран лидером заговорщиков, или же он являлся их идейным вдохновителем. Что нам мешает сделать такое предположение? Да, собственно, ничего. Вот поэтому-то в библейских текстах данная группа и именуется "элохим" или просто "ангелами" и "божьими посланниками".
— Вполне разумное предположение, — согласился с экзоархеологом наставник Лик.
— К тому же, есть одна древняя легенда, в которой прослеживаются отголоски соперничества между "богами" Азии и Африки, — продолжал Акира. — В этой легенде сообщается, что у царя богатого финикийского города Сидона, по имени Агенор, было три сына и дочь, прекрасная, как бессмертная богиня. Звали эту юную красавицу Европа. И приснился ей однажды сон. Увидела Европа в своём сне, как Азия и тот материк, что отделён от Азии морем, в виде двух женщин боролись за неё. Каждая хотела обладать Европой. Побежденной оказалась Азия, и ей, воспитавшей и вскормившей Европу, пришлось уступить своей сопернице. В страхе Европа проснулась, но не смогла понять значения этого сна... Так вот, если провести параллели между этой легендой и реальным соперничеством между "богами" Яхве и Баалом, то мы получим вполне конкретную историческую картину тех древних времён.
— Но разве Яхве был африканским "богом"? — удивился Риш Яр.
— Яхве был племенным богом евреев! — откликнулись с другого конца веранды.
— Вы забываете, что племя иудеев на определённом этапе своей истории выходило из Египта, — поднимая руку призывом к тишине, напомнил ребятам Акира. — Руководимые Моисеем, иудеи принимали активное участие в междоусобной борьбе "солнечных богов" на стороне именно Яхве, не гнушаясь при этом самыми жестокими методами. Достаточно вспомнить слова самого Моисея, обращённые к своим соплеменникам, красноречиво рисующие эту борьбу за власть над умами и душами людей: "Победив врагов, не даруйте никому из них жизни, но решительно истребляйте всех их поголовно для пользы дела. К тому же я советую вам разрушать их жертвенники, срубать их священные рощи, разносить все их храмы, сколько бы их ни было, и уничтожать огнём весь род их, чтобы не было о них помину...".
— Хорош этот Моисей! — негодующе воскликнул Нир.
— Такова историческая правда, отражённая и закреплённая в знаменитых "десяти заповедях". Помните, о чём там говорится? Вот послушайте: "Я - Бог всесильный твой, который вывел тебя из страны египетской, из дома рабства. Да не будет у тебя иных богов, кроме Меня. Не делай себе изваяния и всякого изображения того, что на небе наверху, и того, что на земле внизу, и того, что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им. Ибо Я - Бог всесильный твой, Бог - ревнитель, карающий за вину отцов и детей до третьего и четвертого поколения тех, кто ненавидит меня; и творящий милость на тысячи поколений любящим меня и соблюдающим заповеди Мои".
Акира оглядел притихших ребят.
— Как видите, разницы в религиозных учениях гораздо меньше, чем может показаться на первый взгляд. Источники и цели у них одни и те же, а интересы людей здесь стоят на самом последнем месте.
— Но в чём вообще психологический смысл якобы необходимости религий? Почему они занимали столь важное место в прежней жизни человеческого общества? — храбро поднялась со своего места Лю Тао. — Ведь до возникновения этих самых религий древние народы прекрасно обходились и без них. Они не потеряли ещё связи с природой и внешним миром. Люди видели во всём жизнь и разум! Они прекрасно понимали естественное одухотворение окружающего мира и безоговорочно принимали его.
— Ты, безусловно, права, — согласился с ней Акира Кензо. — Признание одухотворённости природы очень важно, потому что оно влечёт за собой и признание существования духовного мира наряду с миром материальным... Вернее, признание неразрывной связи двух миров, их неразрывного единства. Это в корне отличается от взглядов на некое "божественное" происхождение, привнесённое "солнечными богами" в сознание людей через введение монотеизма, и до предела обострённое авраамическими религиями. Так называемые "примитивные" народы достаточно далеко проникли в познание духовного мира, который во всех религиях был полностью отдан во власть "богов". Из почитания деревьев и растений возник, например, очень интересный культ Якш — божеств плодородия и воды. Что характерно для этого культа — якши бывают как злыми, так и добрыми, они могут вызывать у людей и страх, и уважение. Это говорит нам о восприятии их людьми в диалектическом единстве, и позволяет отнести появление этого культа ко времени властвования на Земле как раз "цивилизаторов". То есть, задолго до Эры Тельца и до разделения окружающего мира на Добро и Зло. Об этом свидетельствует и символ якш лотос — символ земли, возникающей из вод. Он тесно связан именно с "цивилизаторами" из "клана Змиев". Помимо всего прочего, в культе якш присутствует очень оригинальная идея реинкарнации. Она уходит своими корнями в глубокую древность, и сильно отличается от поздней аналогичной идеи, которая полна неразрешимых противоречий. Изначальная же идея реинкарнации заключалась в том, что в награду за достойно прожитую жизнь человек после смерти может превратиться в якш, но когда исчерпаются его заслуги, он вновь родится в образе человека. Подобная трактовка очень сильно перекликается с мыслью об изначальной "божественности" самого человека и возможности для него стать равным "богам" через высшие духовные Сферы.
— Как это замечательно здорово! — вырвалось у Амриты Рао.
— Если мы с вами читаем мифы, как исторические свидетельства, — продолжал экзоархеолог, — то обязательно должны проводить чёткую грань, которая будет однозначно отделять в них всё "божественное", то есть, выходящее за рамки естественного окружающего мира. Именно такое разделение способно поставить всё на свои места, и именно оно даёт нам возможность выделить в мифологии и в различных религиях отдельный разряд явлений, которые теряют своё "естественное происхождение". А это означает, что они являются искусственно привнесёнными конструкциями. В этой связи я хочу заострить ваше внимание на том, что со временем в сознании человека понятие о Боге не конкретизировалось, а наоборот становилось всё более и более расплывчатым. Вместо постепенного познания Бога, получался обратный процесс — его забывание и явное упрощение самого образа. И если в древности о деяниях "богов" и их свойствах могли говорить лишь посвящённые в таинства немногочисленные жрецы, то со временем практически любой человек мог высказывать всё тоже, что и священники. От этого качество знания о Боге явно терпело ущерб ради многочисленности сторонников.
— Но ведь данный процесс прямо противоположен познанию, как таковому! И в частности мира материального... — после некоторого раздумья сказал Риш Яр. — Отчего же всё так произошло?
— Во-первых, это как раз свидетельствует о практической ненужности религии в повседневной жизни человека. О чём спрашивала Лю Тао. Со временем человек, выйдя из-под неусыпного контроля "богов" и получив определённую свободу выбора, перестал воспринимать своих "небесных покровителей" как нечто великое и сакральное — то, перед чем необходимо трепетать и чему следует поклоняться. Уже к две тысячи четырёхсотому году до новой эры физического присутствия "богов" на Земле, как я говорил, не ощущается. Наблюдаются лишь отдельные "божественные явления" или "божественные откровения", посещающие некоторых правителей или провидцев, и дающие им определённые указания к действию. Но сила влияния "солнечных богов" на людей всё больше и больше ослабевает. Во-вторых, в тоже время на исторической арене появляются новые "божественные" личности. Они, судя по всему, не имеют непосредственного отношения ни к правящей верхушке "солнечных богов", ни к сонму "древних богов" или "цивилизаторов". Таковым, в частности, и был Яхве.
— Я вот всё никак не могу понять, зачем на такой огромной территории "солнечным богам" понадобилась смена многобожия на монотеизм? — проворчал со своего места Лик. — Если борьба за власть и привилегии в среде этих самых "богов" никогда не прекращалась, почему они вдруг с такой лёгкостью отказались от прежних своих привилегий, от почитания людьми, от принесения жертв во славу каждого из них? Как-то не логично получается. Вы не находите?
Наставник вопросительно посмотрел на Акиру.
— А, по-моему, всё вполне логично, — пожал плечами тот. — Вспомните, что назначение жертв было связано исключительно с получением "жизненной энергии", и тогда всё встанет на свои места. Вполне естественно, что в рамках иерархического общества разные его члены будут иметь как разные привилегии, так и разную популярность среди людей. Как следствие этого, количество приносимых им жертв будет тоже разным. Причём различаться оно станет очень даже сильно. Разумеется, максимальное количество духовной энергии достанется главным "богам", и прежде всего "Верховному Богу". А к рассматриваемому нами периоду истории в оцивилизованных регионах его место занимал именно "бог" Баал. Второстепенным же "богам", количество которых, как я уже говорил, было неизмеримо больше, вообще достанутся от "царского стола" сущие крохи.
— Но почему бы "богам" просто не устроить что-то на вроде "общего резервуара", в котором вся получаемая ими от людей "жизненная энергия" не смешивалась бы? — продолжал недоумевать Лик. — Тогда любой из среды "богов", независимо от своего ранга, мог бы беспрепятственно пользоваться этой энергией в своё удовольствие. Это сняло бы массу проблем и разногласий.
— Верно, — согласился с ним экзоархеолог. — Но вы сейчас рассуждаете как человек из нашего общества. Вы мерите нашими мерками то, что ими измерять нельзя. Принцип элитарности, существовавший среди "богов", никак не соотносился со справедливым распределением чего-либо. Поэтому-то подобный вариант унификации им совершенно не подходил, он был чужд самой природе их общества. Существовал и иной путь — через введение стандартных ритуалов и единого перечня жертвоприношений или же просто унифицирование адресата этих самых жертвоприношений.
— Ага! Получается как раз тот самый монотеизм, который и обеспечит одинаковый поток "жизненной энергии" от разных источников? — воскликнула разгорячённая Янтра, которая догадалась, куда клонит экзоархеолог. — Тогда каждый из "богов" мог бы употреблять эту энергию в необходимом ему количестве. Но этого не произошло. Почему?
Девушка недоумённо посмотрела на экзоархеолога.
— Потому что всё это только в идеале, — напомнил тот. — Ты делаешь туже ошибку, что и твой наставник — забываешь о том, что "боги" существовали в условиях жёсткой иерархии. Подумай, как бы они стали делить этот общий поток между собой? Был лишь один способ: получение доли в соответствии со своим рангом или статусом, а, значит, одним достанется больше, другим меньше. Это ничего не меняло бы. Поэтому и не было необходимости введения какой-либо новой религии, что привело бы к возникновению массы проблем. Значит, причиной, которая действительно оправдывала бы возникновение монотеизма, являлась как раз необходимость изменения существовавших на тот момент условий распределения этой самой "жизненной энергии". Появилась необходимость устранения адресности поставок, что, в свою очередь, вело к невозможности поддерживать свой "статус-кво" правящей элитой, которая существовала на тот момент. Поэтому-то эта самая элита была совершенно не заинтересованна в возникновении монотеизма, в смене религий.
— Но монотеизм в таких условиях был, безусловно, выгоден тем самым второстепенным "богам"! — догадался Нир. — Ведь именно они больше всех нуждались в жертвах и почитании.
— Верно. Поэтому-то с большой долей вероятности и можно говорить о том, что группа таких вот малозначимых для людей "богов" решает затеять "дворцовый переворот", заранее разработав работающую схему распределения "жизненной энергии". Ту самую монотеистическую религию. Именно монотеизм давал этим "богам" ряд неоспоримых преимуществ.
